Постановление от 1 декабря 2023 г. по делу № А13-17786/2020

ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Батюшкова, д.12, г. Вологда, 160001

E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А13-17786/2020
г. Вологда
01 декабря 2023 года


Резолютивная часть постановления объявлена 27 ноября 2023 года.

В полном объеме постановление изготовлено 01 декабря 2023 года.


Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Селецкой С.В., судей Кузнецова К.А. и ФИО1 при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО2,

при участии от Управления Федеральной налоговой службы по Вологодской области представителя ФИО3 по доверенности от 30.01.2023 № 4,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Вертикаль» на определение Арбитражного суда Вологодской области от 21 августа 2023 года по делу № А13-17786/2020,

у с т а н о в и л:

решением Арбитражного суда Вологодской области от 05.04.2021 общество с ограниченной ответственностью «Техстройсервис» (место нахождения: 162609, <...>, помещ. 57; ОГРН <***>, ИНН <***>; далее – Должник) признано несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре банкротства ликвидируемого должника, открыто конкурсное производство; конкурсным управляющим утверждена ФИО4.

Федеральная налоговая служба (далее – Уполномоченный орган) 21.03.2022 обратилась в суд с заявлением о признании недействительной сделкой перечисление Должником денежных средств в размере 23 442 822 руб. 35 коп в пользу общества с ограниченной ответственностью «Вертикаль» (далее – Общество), применении последствий недействительности сделки в виде взыскания указанных денежных средств в конкурсную массу Должника.

На основании статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) определение Арбитражного суда Вологодской области в составе суда произведена замена на судью Цветкову Н.В.

Определением суда от 21.08.2023 заявленные требования удовлетворены в полном объеме.

Общество обратилось в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просило отменить определение суда от 21.08.2023 и отказать в удовлетворении заявленных требований.

Апеллянт полагает, что заявитель не доказал совокупность обстоятельств, предусмотренных частью 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве). Полагает, что Должник в оспариваемый период не обладал признаками неплатежеспособности. В материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие возникновение неплатежеспособности Должника в связи с оспариваемыми сделками. Судом неверно распределено бремя доказывания обстоятельств по данному спору, допущено нарушение принципа состязательности сторон. По мнению апеллянта, судом допущены нарушения процессуальных норм права, поскольку безосновательно отказано в удовлетворении ходатайств об истребовании доказательств и отложении судебного заседания. В обоснование своих доводов ссылается на определения Верховного Суда Российской Федерации от 23.03.2017 № 307-ЭС16-3765, № 305-ЭС19-18803 (10).

В судебном заседании представитель Уполномоченного органа возражал против удовлетворения апелляционной жалобы по основаниям, изложенным в отзыве.

Иные лица, участвующие в споре, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, представителей в суд не направили. Дело рассмотрено при имеющейся явке в соответствии со статьями 123, 156, 266 АПК РФ и пунктом 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 57 «О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов».

Исследовав и оценив материалы дела, проверив в порядке статей 266–272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции считает, что апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Дела о несостоятельности (банкротстве) в силу части 1 статьи 223 АПК РФ и пункта 1 статьи 32 Закона о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В данном споре право Уполномоченного органа обратиться в суд с рассматриваемым заявлением следует из материалов дела.

Судом установлено, что Уполномоченным органом в отношении Должника проведена выездная налоговая проверка за период с 01.01.2017 по 31.12.2019, по результатам которой вынесено решение от 25.11.2021 № 09-43/133-7/16 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения. Решение по выездной налоговой проверке вступило в силу, доначисленные суммы налогов и сборов не погашены должником.

В рамках проверки Уполномоченным органом установлен факт неправомерного применения налогового вычета по налогу на добавленную стоимость по счетам-фактурам, выставленным Обществом.

Так, Должником в книге покупок с последующим указанием в налоговой декларации отражены счета-фактуры, оформленные Обществом, за выполненные работы в размере 3 452 030 руб., из них за 3 квартал 2018 года – 2 906 070 руб., 2 квартал 2019 года – 545 960 руб.

Уполномоченный орган пришел к выводу о том, что основаниями доначисления явилось оформление Должником и Обществом финансово-хозяйственных отношений путем проведения формального документооборота, при составлении первичных документов с целью создания условий получения необоснованной налоговой выгоды в виде занижения налогооблагаемой базы по налогу на добавленную стоимость и по налогу на прибыль.

В ходе проведения выездной налоговой проверки у Должника истребованы документы (требование от 03.09.2020 № 16-41/12790) относительно взаимоотношений с Обществом, в том числе договор подряда от 11.07.2018 № 3, счета-фактуры, акты приемки выполненных работ (КС-2), справки о стоимости выполненных работ и затрат (КС-3), а также документы, сопровождавшие выполнение работ.

Указанные документы налогоплательщиком не предоставлены.

Судом установлено, что Общество зарегистрировано 05.07.2018 в качестве юридического лица, основным видом деятельности которого является строительство жилых и нежилых зданий. Единственным участником и руководителем Общества является ФИО5.

Согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц в отношении Общества внесена запись о недостоверности сведений о юридическом лице.

В материалах дела усматривается, в том числе в налоговых декларациях Общества по налогу на добавленную стоимость за 3 квартал 2018 года, 2 квартал 2019 года, что удельный вес налоговых вычетов по указанному налогу составил в 2018 году – 99,8 %, в 2019 году – 86,9 %. Из книг продаж за указанный период следует, что единственным покупателем являлось Общество

В выписках из расчетных счетов Общества видно, что в 2018, 2019 годах основные денежные средства поступали от Должника (в 2018 году – 90,89 %, 2019 году – 98,7 %); а из выписок Должника за аналогичный период следует, что Должник перечислил Обществу 23 442 822 руб. 35 коп., в том числе в 2018 году – 7 156 110 руб. 35 коп., в 2019 году – 7 205 960 руб., в 2020 году – 9 080 752 руб.

Помимо этого, в ходе проверки установлено, что в штате Общества в 2018 году состояло 4 работника, в 2019 году – 5; ФИО5 являлся работником Должника в оспариваемый период и одновременно руководителем и учредителем Общества.

Поскольку установить фактическое выполнение работ при заявленных налоговых вычетах не представилось возможным, Уполномоченный орган пришел к выводу о том, что Общество было искусственно введено Должником в свою финансово-хозяйственную деятельность в качестве субподрядчика, соответственно, оспариваемая сделка является мнимой, формальной и преследует противоправную цель – вывод денежных средств.

Полагая, что оспариваемая сделка совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, вред причинен, заинтересованными лицами, при неравноценном встречном исполнении, является мнимой, совершенной при злоупотреблении правом, ссылаясь на пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статьи 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), заявитель обратился в суд с рассматриваемым требованием.

Удовлетворяя заявленные требования, суд правомерно руководствовался следующим.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63) указано, что по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств.

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в абзаце четвертом пункта 4 Постановления № 63, в пункте 10 постановления от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 32) разъяснил, что наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ).

В силу пункта 2 статьи 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 ГК РФ).

Для признания сделки мнимой необходимо установить то, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Мнимые сделки совершаются для того, чтобы произвести ложное представление на третьих лиц. Мнимые сделки характеризуются несоответствием волеизъявления подлинной воле сторон: в момент ее совершения воля обеих сторон не направлена на достижение правовых последствий в виде возникновения, изменения, прекращения соответствующих гражданских прав и обязанностей. Стороне в обоснование мнимости сделки необходимо доказать, что при ее совершении подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при совершении данной сделки.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей.

Заявитель ссылался на материалы налоговой проверки, соответствующее решение налогового органа о привлечении Должника к ответственности; ответчиком не представлено допустимых, относимых доказательств, свидетельствующих о реальности взаимоотношений обществ, экономической целесообразности таковых ни в ходе выездной налоговой проверки, ни в материалы данного спора. Отсутствуют первичные документы, обосновывающие основание совершения платежей.

При таких обстоятельствах суд пришел к правомерному выводу о мнимости оспариваемой сделки, ее безвозмездности.

Правовой механизм оспаривания сделок в банкротстве предназначен для пополнения конкурсной массы должника за счет возврата отчужденного им имущества во вред кредиторам или при неравноценном встречном предоставлении, а также уменьшения размера имущественных требований к должнику (статья 61.2 Закона о банкротстве).

При доказанности юридического состава этих признаков недействительности сделки она подлежит квалификации по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве как специальной норме, регулирующей основания подозрительных сделок должника.

В рассматриваемом случае оспариваемая сделка совершена в период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с указанной нормой права сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Из разъяснений, приведенных в пунктах 5 и 6 Постановления № 63, следует, что для признания сделки недействительной по данному основанию (пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве) необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 названного Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Одним из обязательных признаков недействительности подозрительной сделки является причинение вреда кредиторам должника.

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми – они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств (пункты 5-7 Постановления № 63).

Осведомленность контрагента должника о противоправных целях сделки может доказываться через опровержимые презумпции заинтересованности сторон сделки между собой, знание об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках его неплатежеспособности или недостаточности у него имущества. При решении вопроса об осведомленности об указанных обстоятельствах во внимание принимается разумность и осмотрительность стороны сделки, требующиеся от нее по условиям оборота (пункт 7 Постановления № 63).

Суду необходимо оценить добросовестность контрагента должника, сопоставив его поведение с поведением абстрактного среднего участника хозяйственного оборота, действующего в той же обстановке разумно и осмотрительно. Стандарты такого поведения, как правило, задаются судебной практикой на основе исследования обстоятельств конкретного дела и мнений участников спора. Существенное отклонение от стандартов общепринятого поведения подозрительно и в отсутствие убедительных доводов и доказательств о его разумности может указывать на недобросовестность контрагента должника.

Действительно, наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную по статьям 10 и 168 ГК РФ (пункт 4 Постановления № 63, пункт 10 Постановления № 32). В то же время исходя из того, что совершение подозрительной сделки по сути является также злоупотреблением права, но со специальным юридическим составом признаков, указанных в статье 61.2 Закона о банкротстве, квалификация по статьям 10 и 168 ГК РФ должна применяться субсидиарно к специальным нормам. Произвольная или двойная квалификация одного и того же правонарушения как по специальным, так и по общим нормам противоречит принципам правовой определенности и предсказуемости.

В рассматриваемом случае судом установлено, что на момент совершения оспариваемой сделки Должник отвечал признакам неплатежеспособности. Доказательств обратного судам двух инстанций не представлено.

Таким образом, цель причинения вреда, равно как и причинение вреда имущественным правам кредиторов доказаны, ответчиком не опровергнуты.

Из материалов дела следует, что учредителем и руководителем Общества является ФИО5, который в спорный период являлся работником Должника.

Исходя из обстоятельств спора, оценив представленные в материалы дела доказательства, поведение сторон сделки, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об осведомленности сторон сделки как о противоправной цели совершенной сделки, направленной на вывод ликвидных активов, так и о причинении вреда такой сделкой имущественным правам кредиторов.

В силу принципа состязательности сторон судебного спора (статья 9 АПК РФ) и правовых норм, регулирующих доказывание обстоятельств дела (статьи 65, 66 АПК РФ) факт причинения вреда должен доказываться лицом, оспаривавшим сделку. Его процессуальный оппонент несет бремя опровержения этих обстоятельств.

При таких обстоятельствах следует признать, что совокупность обстоятельств, необходимая для признания недействительной сделку, доказана в полном объеме.

Последствия недействительности сделки применены судом верно в соответствии с положениями статьи 61.6 Закона о банкротстве.

Вопреки доводам жалобы, доказанные заявителем обстоятельства не опровергнуты ответчиком. Бремя распределения доказывания в данном споре распределено судом верно; нарушений процессуальных норм права судом не допущено. Поступившие с апелляционной жалобой дополнительные документы не могут быть приняты судом. Каких-либо доказательств невозможности представить данные документы суду первой инстанции при рассмотрении спора апелляционной коллегии не представлено, соответствующие уважительные причины не приведены (пункт 29 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции»).

Необходимо отметить, что ходатайство Общества об отложении судебного заседания рассмотрено судом в порядке, установленном статьями 158, 159 АПК РФ, в его удовлетворении обоснованно отказано. Судом объективно учтено искусственное затягивание судебного процесса и отсутствие намерения представить доказательства в обоснование позиции по спору.

Ходатайство об истребовании доказательств также рассмотрено судом в соответствии со статьей 66 АПК РФ, мотивированно отклонено.

Коллегия судей констатирует, что ответчиком при рассмотрении спора судом первой инстанции проигнорированы выдвинутые против него доводы и доказательства при осознании риска принятия судебного решения не в его пользу; контрдоводы, контрдоказательства, опорочившие доказательства заявителя, ответчиком не приведены судам двух инстанций, а приведенные в жалобе доводы не основаны на доказательственной базе. Нарушений принципа состязательности судебного процесса судом первой инстанции не допущено.

Ссылки апеллянта на правовые позиции, изложенные в определениях Верховного Суда Российской Федерации, не могут быть приняты во внимание, поскольку в указанных делах и в настоящем различные фактические обстоятельства, иной объем и качество доказательств, представленных сторонами.

Доводы, приведенные апеллянтом, не опровергают обстоятельств, установленных судом первой инстанции при рассмотрении настоящего дела, и, соответственно не влияют на законность принятого судом определения.

Иное толкование апеллянтом положений законодательства о банкротстве, а также иная оценка обстоятельств спора не свидетельствуют о неправильном применении судом первой инстанции норм материального права.

Судом первой инстанции полно и всесторонне исследованы обстоятельства дела, нарушений или неправильного применения норм материального и процессуального права не допущено, оснований для отмены определения суда апелляционная коллегия не усматривает.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины подлежат отнесению на апеллянта.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд

п о с т а н о в и л :

определение Арбитражного суда Вологодской области от 21 августа 2023 года по делу № А13-17786/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Вертикаль» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в течение месяца со дня принятия.


Председательствующий

С.В. Селецкая


Судьи

К.А. Кузнецов


ФИО1