Постановление от 4 мая 2025 г. по делу № А40-176940/2021

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-13747/2025

Дело № А40-176940/21
г. Москва
05 мая 2025 года
Резолютивная часть постановления объявлена 23 апреля 2025 года

Постановление изготовлено в полном объеме 05 мая 2025 года


Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Ю.Л. Головачевой,

судей А.А. Комарова, Ж.Ц. Бальжинимаевой,

при ведении протокола секретарем судебного заседания А.В. Кирилловой,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда города Москвы от 03.03.2025 о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности, вынесенное в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Техторг»,

при участии в судебном заседании, согласно протоколу судебного заседания,

У С Т А Н О В И Л:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 05.09.2022 в отношении ООО «Техторг» открыта процедура конкурсного производства. Определением Арбитражного суда города Москвы от 23.01.2024 конкурсным управляющим должника утверждена ФИО2.

В арбитражный суд 18.09.2024 (через канцелярию суда) поступило заявление конкурсного управляющего ФИО2 о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по неисполненным обязательствам должника и приостановлении производства по определению размера ответственности до окончания расчетов с кредиторами.

Определением от 03.03.2025 Арбитражный суд города Москвы определил: «Признать наличие оснований для привлечения бывшего руководителя должника Общества с ограниченной ответственностью «Техторг» (ИНН <***>) - ФИО1 (12.01.1987г.р. место рождения: Республика Беларусь, г. Минск) к субсидиарной ответственности. Приостановить производство по рассмотрению заявления в части определении размера субсидиарной ответственности бывшего руководителя должника ООО «Техторг» - ФИО1 по делу № А40-176940/21-186- 510Б до окончания расчетов с кредиторами.»

Не согласившись с принятым судебным актом, ответчик обратился в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда города Москвы от 03.03.2025 отменить, принять новый судебный акт. В обоснование отмены судебного акта заявитель апелляционной жалобы ссылается на нарушение судом первой инстанции норм материального и процессуального права, неполное исследование обстоятельств, имеющих значение для дела, несоответствие выводов, изложенных в обжалуемом судебном акте, обстоятельствам дела.

До заседания в апелляционный суд от конкурсного управляющего поступил отзыв на апелляционную жалобу, который приобщен в порядке статьи 262 АПК РФ.

Представитель апеллянта в судебном заседании поддержал доводы апелляционной жалобы.

Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в том числе публично, посредством размещения информации на официальном сайте в сети Интернет, в судебное заседание не явились, в связи с чем, апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие, исходя из норм статьи 156 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 123, 266 и 268 АПК РФ, изучив представленные в дело доказательства, рассмотрев доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения определения арбитражного суда, принятого в соответствии с законодательством РФ и обстоятельствами дела, и удовлетворения апелляционной жалобы, исходя из следующего.

ООО «Техторг» создано 29.03.2017. Руководителем общества с даты создания и до даты признания общества банкротом, а также единственным участником должника являлся ФИО1

Полагая, что ФИО1 не исполнена обязанность, предусмотренная пунктом 2 статьи 126 Закона по передаче имущества, бухгалтерской и иной документации конкурсному управляющему, а также совершены сделки, повлекшие неплатежеспособность общества, конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Возражая против удовлетворения заявленных требований, ФИО1 ссылается на недоказанность совокупности обстоятельств, необходимых для удовлетворения заявленных требований.

Принимая обжалуемый судебный акт, суд первой инстанции исходил из следующего.

Дела о несостоятельности (банкротстве) в силу части 1 статьи 223 АПК РФ и пункта 1 статьи 32 Закона о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Правила действия процессуального закона во времени приведены в пункте 4 статьи 3 АПК РФ, исходя из которого судопроизводство в арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными законами, действующими во время разрешения спора, совершения отдельного процессуального действия или исполнения судебного акта.

Между тем, действие норм материального права во времени, подчиняется иным правилам - пункту 1 статьи 4 ГК РФ, согласно которому акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие; действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, прямо предусмотренных законом.

Как следует из правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, изложенных в постановлениях от 22.04.2014 №12-П и от 15.02.2016 №3-П, преобразование отношения в той или иной сфере жизнедеятельности не может осуществляться вопреки общему (основному) принципу действия закона во времени, нашедшему отражение в статье 4 ГК РФ. Данный принцип имеет своей целью обеспечение правовой определенности и стабильности законодательного регулирования в России как правовом государстве и означает, что действие закона распространяется на отношения, права и обязанности, возникшие после введения его действий; только законодатель вправе распространить новые нормы на факты и порожденные ими правовые последствия, возникшие до введения соответствующих норм в действие, то есть придать закону обратную силу, либо, напротив, допустить в определенных случаях возможность применения утративших силу норм.

Федеральным законом от 29.07.2017 №266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон №266-ФЗ) Закон о банкротстве дополнен главой III.2 об ответственности руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве.

Согласно пункту 3 статьи 4 названного Закона рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона №266-ФЗ), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции Закона №266-ФЗ).

Нормы о субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц определены законодателем в разное время следующими положениями: статья 10 Закона о банкротстве в редакции от 28.04.2009 (№73-ФЗ) (действует по отношению к нарушениям, совершенным с 05.06.2009 по 29.06.2013); статья 10 Закона о банкротстве в редакции от 28.06.2013 (№134- ФЗ) (действует по отношению к нарушениям, совершенным с 30.06.2013 по 29.07.2017); глава III.2 Закона о банкротстве в редакции от 29.07.2017 (действует по отношению к нарушениям, совершенным с 30.07.2017).

Поскольку момент совершения вменяемого правонарушения в части доведения до банкротства по основаниям, предусмотренным подпунктами 2,4 статьи 61.11 Закона о банкротстве приходится после введения в действие главы III.2 Закона о банкротстве, материально-правовые нормы Закона о банкротстве по данному эпизоду в рамках настоящего обособленного спора подлежат применению в редакции Федерального закона от 29.07.2017 №266-ФЗ.

Ответственность, предусмотренная статьей 61.11 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой и при ее применении должно быть доказано наличие условий привлечения к ответственности, включающей наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда.

С учетом особенностей, предусмотренных статьей 61.1 Закона о банкротстве, пунктом 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту – «ГК РФ») на заявителя, силу пункта 1 статьи 65 АПК РФ, помимо общих условий привлечения лиц к ответственности, возлагается также бремя доказывания наличия у ответчиков статуса контролирующего лица, а также выхода вменяемых правонарушений за пределы предпринимательского риска.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Согласно подпункту 1 пункта 4 статьи 61.1 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим, если это лицо являлось руководителем должника.

Поскольку установленная презумпция наличия статуса контролирующего лица ответчиком документально не опровергнута, суд первой инстанции пришел к выводу о доказанности наличия статуса контролирующего лица у ответчика.

Исходя из подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица в случае, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Как следует из пункта 4 статьи 61.11 Закона о банкротстве, положения подпункта 2 пункта 2 настоящей статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности:

1) организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника;

2) ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

В соответствии с пунктом 1 статьи 7 ФЗ от 06.12.2011 №402-ФЗ «О бухгалтерском учете» (далее по тексту – «Закон о бухгалтерском учете») ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта.

Согласно пунктам 1,3 статьи 53 ГК РФ юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, лица, входящие в состав которых, должны действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно.

В силу пункта 4 статьи 32, пункта 3 статьи 40 Федерального закона от 08.02.1998 №№14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее по тексту - «Закон об обществах с ограниченной ответственностью») руководство текущей деятельностью общества осуществляется единоличным исполнительным органом общества или единоличным исполнительным органом общества и коллегиальным исполнительным органом общества, который без доверенности действует от имени общества, в т.ч. представляет его интересы и совершает сделки, осуществляет иные полномочия, не отнесенные настоящим Федеральным законом или уставом общества к компетенции общего собрания участников общества.

Единоличный исполнительный орган при осуществлении прав и исполнении обязанностей должен действовать в интересах общества добросовестно и разумно (пункт 1 статьи 44 Закона об обществах с ограниченной ответственностью).

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 4,7 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 №62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее по тексту – «Постановление Пленума ВАС №62») добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством.

Исходя из разъяснений, изложенных в пункте 4 Постановления Пленума ВАС №62 добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством.

Как следует из разъяснений, изложенных в подпункте 5 пункта 2 Постановления Пленума ВАС №62, недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент совершения не отвечали интересам юридического лица.

В силу абзаца 2 пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсному управляющему обязан обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов и иных материальных ценностей конкурсному управляющему.

В силу статьи 9 Закона о бухучете каждый факт хозяйственной жизни оформляется первичным учетным документом.

Факт хозяйственной жизни - сделка, событие, операция, которые оказывают или способны оказать влияние на финансовое положение экономического субъекта, финансовый результат его деятельности и (или) движение денежных средств (ст. 3 Закона о бухучете).

Согласно статье 29 Закона о бухучете на экономический субъект возложена обязанность обеспечить безопасные условия хранения и передачи документов бухгалтерского учета и защиту от изменений.

Первичные учетные документы, регистры бухгалтерского учета, бухгалтерская (финансовая) отчетность, аудиторские заключения о ней подлежат хранению экономическим субъектом в течение сроков, устанавливаемых в соответствии с правилами организации государственного архивного дела, но не менее пяти лет после отчетного года.

Документы учетной политики, стандарты экономического субъекта, другие документы, связанные с организацией и ведением бухгалтерского учета, в том числе средства, обеспечивающие воспроизведение электронных документов, а также проверку подлинности электронной подписи, подлежат хранению экономическим субъектом не менее пяти лет после года, в котором они использовались для составления бухгалтерской (финансовой) отчетности в последний раз.

В соответствии с пунктом 2 статьи 50 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, общество хранит документы, предусмотренные пунктом 1 настоящей статьи, по месту нахождения его единоличного исполнительного органа или в ином месте, известном и доступном участникам общества.

При таких обстоятельствах, ответственность за сохранность документации и иного имущества должника возложена на руководителя.

При принятии решения об открытии в отношении должника процедуры конкурсного производства суд в соответствии с пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве обязал руководителя должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего передать бухгалтерскую и иную документацию должника, печати, штампы, материальные и иные ценности должника конкурсному управляющему.

Как указывает конкурсный управляющий, обязанность, предусмотренную вышеуказанной нормой права бывший руководитель должника не исполнил.

Вместе с тем, из представленной в материалы дела бухгалтерской отчетности общества усматривается формирование активов общества с даты создания преимущественно за счет финансовых и других оборотных активов, а также материальных внеоборотных активов, показатели которых составляли по состоянию на 31.12.2020 – 3 185 тыс. руб. (материальные внеоборотные активы) и 5 251 тыс. руб. (финансовые и другие внеоборотные активы).

Коль скоро вышеприведенные обстоятельства, по сути, представляют собой утверждение конкурсным управляющим отрицательного факта, не подлежащего доказыванию по смыслу положений статьи 65 АПК РФ, его опровержение возможно только лишь противоположным по содержанию положительным фактом. Доказательств, позволяющих прийти к выводу о передаче конкурсному управляющему документации, имущества, товарно-материальных ценностей, раскрытия объективных причин, препятствующих исполнению обязанности, в материалы дела не предоставлено.

По существу предъявленных возражений, доводы ФИО1 сводятся к наличию кредиторской задолженности в совокупности на сумму 21 442 231 руб. 29 коп., при сформированной в конкурсной массе дебиторской задолженности на сумму 21 709 912 руб. 76 коп., превышающую размер кредиторской задолженности и составляющую права требования к ООО «Интертрейд» (ИНН <***>), подтвержденные решениями Арбитражного суда Смоленской области от 20.03.2019 по делу №А62-4788/2018, от 18.04.2019 по делу №А62-4790/2018; а также права требования к ФИО1 в совокупности на сумму 2 144 329 руб. 76 коп., подтвержденные определениями Арбитражного суда города Москвы от 05.10.2023 по настоящему делу.

Решением Арбитражного суда Смоленской области от 19.05.2020 по делу №А62-11062/2019 ООО «ИнтерТрейд» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство.

Доказательств погашения дебиторской задолженности в материалы дела не предоставлено, что позволяет прийти к выводу о наличии  объективных сомнений в реальности взыскания дебиторской задолженности.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 10.02.2025 принято к производству заявление конкурсного управляющего о разрешении разногласий по вопросу об утверждении положения о порядке, сроках и об условиях продажи имущества дебиторской задолженности должника, судебное заседание назначено на 13.03.2025.

Поскольку действительная рыночная стоимость имущества определяется по результатам проводимых по его реализации торгов в зависимости от наличия спроса потенциальных покупателей, доказательств в соответствии со статьей 68 АПК РФ о существенной ликвидности, а также рыночной стоимости дебиторской задолженности в размере номинальной стоимости дебиторской задолженности и (или) нахождения соответствующих показателей в пределах номинальной стоимости (отчет об оценке, рецензии и пр.) в материалы дела не предоставлено.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2017 № 305-ЭС17-9683 для целей удовлетворения заявления о привлечении бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности по заявленному основанию (не передача документов и имущества должника) конкурсному управляющему необходимо доказать, что отсутствие документации должника, либо отсутствие в ней полной и достоверной информации, существенно затруднило проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве.

При этом под существенным затруднением понимается, в том числе невозможность выявления активов должника.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, в частности, что отсутствие документации должника, либо ее недостатки, не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства.

Доказательств передачи ответчиком конкурсному управляющему бухгалтерской и иной документации должника, а также материальных ценностей в материалы дела не представлено.

В соответствии со статьей 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которое оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В этой связи, ответчик должен был представить доказательства того, что обязанности по хранению бухгалтерской документации и отражению в бухгалтерской отчетности достоверной информации, а также обязанность по передаче документации конкурсному управляющему были исполнены им надлежащим образом.

Таких доказательств в материалы дела представлено не было.

Доказательств того, что отсутствие документации должника либо ее недостатки, не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, ответчиком не представлено.

В материалах дела отсутствуют доказательства наличия уважительных причин непредставления документации, ее передачи иным лицам или изъятие.

Вместе с тем, в настоящий момент конкурсный управляющий не имеет возможности полноценно проводить предусмотренные Законом о банкротстве мероприятия:

- в отсутствие первичной бухгалтерской и договорной документации должника невозможно определить контрагентов-дебиторов и провести взыскание дебиторской задолженности в условиях доводов конкурсного управляющего о наличии операций по покупке и продаже спецтехники до марта 2020 года;

- проанализировать совершенные в период подозрительности сделки и их условия и рассмотрение вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы;

- определить основные активы должника и идентифицировать их;

- сформировать конкурсную массу и распределить ее между кредиторами, в т.ч. за счет основных средств и запасов.

Оценив представленные в материалы дела доказательства, суд первой инстанции пришел к выводу о доказанности условий для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности за доведение до банкротства по основаниям, предусмотренным подпунктами 2, 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве и обоснованности заявленных требований в указанной части.

Иной подход предполагал бы отнесение негативных последствий противоправного поведения ФИО1 на независимых кредиторов, которые, в свою очередь, противоправного поведения не допускали, в связи с чем довод ответчика о фактическом банкротстве общества в результате неисполнения ООО «Интертрейд» обязательств на сумму 19 559 583 руб. отклоняется судом.

В оставшейся части доводы конкурсного управляющего сводятся к доведению общества до банкротства в результате совершения сделок, повлекших существенное причинение вреда, а именно:

расходование денежных средств в совокупности на сумму 19 110 000 руб., вырученных за счет продажи транспортных средств марки Роллс Ройс, VIN: <***>, 2008 г.в. и Ламборгини Галлардо, VIN: <***>, 2011 г.в. по договорам купли-продажи от 01.08.2018 на цели, не соотносящиеся с целями общества;

снятие наличных денежных средств в период с 14.12.2018 по 12.03.2020 на сумму 1 988 329 руб. 79 коп.;

перечисление 24.12.2018, 25.12.2018 в пользу ФИО1 денежных средств в размере 150 000 руб.

Поскольку вышеуказанные правонарушения приходятся после введения в действие главы III.2 Закона о банкротстве, материально-правовые нормы Закона о банкротстве по данным эпизодам в рамках настоящего обособленного спора подлежат применению в редакции Федерального закона от 29.07.2017 №266-ФЗ.

Как следует из подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие причинения существенного вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

С учетом правового подхода, выработанного судебной практикой и отраженного в Определениях Верховного Суда Российской Федерации от 22.06.2020 № 307-ЭС19-18723(2,3), 10.11.2021 № 305-ЭС19-14439(3-8) при установлении того, повлекло ли поведение ответчиков банкротство должника, необходимо принимать во внимание следующее:

1) наличие у ответчика возможности оказывать существенное влияние на деятельность должника (что, например, исключает из круга потенциальных ответчиков рядовых сотрудников, менеджмент среднего звена, миноритарных акционеров и т.д., при условии, что формальный статус этих лиц соответствует их роли и выполняемым функциям);

2) реализация ответчиком соответствующих полномочий привела (ведет) к негативным для должника и его кредиторов последствиям; масштаб негативных последствий соотносится с масштабами деятельности должника, то есть способен кардинально изменить структуру его имущества в качественно иное - банкротное - состояние (однако не могут быть признаны в качестве оснований для субсидиарной ответственности действия по совершению, хоть и не выгодных, но несущественных по своим размерам и последствиям для должника сделок);

3) ответчик является инициатором (соучастником) такого поведения и (или) потенциальным выгодоприобретателем возникших в связи с этим негативных последствий.

В развитие подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, разъяснения, изложенные пункте 23 Постановление Пленума ВС №53, предусматривают возможность применения данной презумпции доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок), если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.

При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.).

Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Принимая во внимание разъяснения, изложенные в пункте 16 Постановления Пленума ВС №53, под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

С учетом правового подхода, выработанного судебной практикой и отраженного в Определениях Верховного Суда Российской Федерации от 22.06.2020 № 307-ЭС19- 18723(2,3), 10.11.2021 № 305-ЭС19-14439(3-8) при установлении того, повлекло ли поведение ответчиков банкротство должника, необходимо принимать во внимание следующее:

1) наличие у ответчика возможности оказывать существенное влияние на деятельность должника (что, например, исключает из круга потенциальных ответчиков рядовых сотрудников, менеджмент среднего звена, миноритарных акционеров и т.д., при условии, что формальный статус этих лиц соответствует их роли и выполняемым функциям);

2) реализация ответчиком соответствующих полномочий привела (ведет) к негативным для должника и его кредиторов последствиям; масштаб негативных последствий соотносится с масштабами деятельности должника, то есть способен кардинально изменить структуру его имущества в качественно иное - банкротное - состояние (однако не могут быть признаны в качестве оснований для субсидиарной ответственности действия по совершению, хоть и не выгодных, но несущественных по своим размерам и последствиям для должника сделок); 3) ответчик является инициатором (соучастником) такого поведения и (или) потенциальным выгодоприобретателем возникших в связи с этим негативных последствий.

Как следует из разъяснений, изложенных в подпункте 5 пункта 2 Постановления Пленума ВАС №62 недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент совершения не отвечали интересам юридического лица.

Арбитражным судам необходимо принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности. Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

Согласно пунктам 1, 3 статьи 53 ГК РФ юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, лица, входящие в состав которых, должны действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно. По общему правилу руководство текущей деятельностью общества осуществляется единоличным исполнительным органом общества (пункт 4 ст. 32, пункт 3 статьи 40 Закона об обществах с ограниченной ответственностью).

Исходя из разъяснений, изложенных в пункте 4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2012 №62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее по тексту – «Постановление Пленума ВАС №62») добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством.

Как следует из разъяснений, изложенных в подпункте 5 пункта 2 Постановления Пленума ВАС №62 недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент совершения не отвечали интересам юридического лица.

При определении интересов юридического лица, следует учитывать, что основной целью деятельности коммерческой организации является извлечение прибыли (п.1 ст. 50 ГК), также необходимо принимать во внимание соответствующие положения учредительных документов и решений органов юридического лица (например, об определении приоритетных направлений его деятельности, об утверждении стратегий и бизнес-планов и т.п.) (абзац 4 подпункта 5 пункта 2 Постановления Пленума ВАС №62).

Согласно пункту 1 статьи 44 Закона об обществах с ограниченной ответственностью единоличный исполнительный орган при осуществлении прав и исполнении обязанностей должен действовать в интересах общества добросовестно и разумно.

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда города Москвы от 19.10.2020 по делу № А40-341568/19 с должника в пользу ООО «Спецтрактор-сервис» взыскана задолженность в совокупности на сумму 5 688 950 руб., из которых: 5 320 000 руб. – основной долг, 368 950 руб. – неустойка. Основанием возникновения задолженности послужило неисполнение обязательств по договору купли-продажи от 04.12.2017, в условиях поставки частичной поставки товара согласно УПД от 03.05.2018.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 16.02.2022 признаны обоснованными и учтены в составе третьей очереди реестра требований кредиторов требования ООО «Спецтрактор-сервис» в совокупности на суму 5 688 950 руб.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 18.03.2020 по делу № А40-295274/19 утверждено мировое соглашение между должником и ООО «Агротехснаб», по условиям которого в срок до 17.03.2020, 01.04.2020, 18.04.2020 во исполнение обязательств по договору поставки от 23.08.2019 должник уплачивает задолженность в порядке, установленном мировым соглашением. Ввиду неисполнения условий мирового соглашения, выдан исполнительный лист.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 21.06.2022 требования ООО «Агротехснаб» на сумму 4 328 000 руб. признаны обоснованными и учтены в составе третьей очереди реестра требований кредиторов.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 16.10.2023 произведена процессуальная замена кредитора ООО «Агротехснаб» на его правопреемника ФИО3.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 30.11.2022 признаны обоснованными и учтены в составе третьей очереди реестра требований кредиторов требования ООО «ТД «Белагросельхозснаб» в совокупности на сумму 8 387 200 руб., из которых: 7 920 000 руб. – основной долг, 467 200 руб. – пени, возникшие в результате неисполнения обязательств по договору поставки от 16.02.2018.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 09.04.2024 произведена процессуальная замена кредитора ООО «ТД «Белагросельхозснаб» на его правопреемника ФИО4.

Кроме того, определением Арбитражного суда города Москвы от 14.07.2022 признаны обоснованными и учтены в составе реестра требований кредиторов требования ФНС России в лице ИФНС России № 24 по г. Москве в совокупности на сумму 3 038 081 руб. 29 коп., возникшие в результате неисполнения должником обязанности по уплате налогов и сборов, в том числе:

- по налогу на доходы физических лиц с доходов, источником которых является налоговый агент, за исключением доходов, в отношении которых исчисление и уплата налога осуществляются в соответствии со статьями 227, 227.1 и 228 Налогового кодекса Российской Федерации, за 1 квартал 2019 года, 2020 год;

- по страховым взносам на обязательное пенсионное страхование в Российской Федерации, зачисляемые в Пенсионный фонд Российской Федерации на выплату страховой пенсии (перерасчеты, недоимка и задолженность по соответствующему платежу, в том числе по отмененному, за расчетные периоды, начиная с 1 января 2017 года), за 2019 – 2020 г.;

- по страховым взносам на обязательное медицинское страхование работающего населения, зачисляемые в бюджет Федерального фонда обязательного медицинского страхования за расчетные периоды, начиная с 1 января 2017 года, за 2019 - 2020 г.;

- по страховым взносам на обязательное социальное страхование на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством за периоды за расчетные периоды, начиная с 1 января 2017 года за 2019 – 2020 г.;

- по налогу на добавленную стоимость на товары (работы, услуги), реализуемые на территории Российской Федерации, за 2019-2020 г.;

- по налогу на прибыль организаций, кроме конс. групп, зачисляемый в фед. бюджет за 2018-2020 г.,

- по транспортному налогу с организаций за 2019-2020 г.;

- начисленным штрафам за налоговые правонарушения, установленные Главой 16 Налогового кодекса Российской Федерации (штрафы за неправомерное несообщение сведений налоговому органу),

- начисленным штрафам за налоговые правонарушения, установленные Главой 16 Налогового кодекса Российской Федерации (штрафы за непредставление налоговому органу сведений, необходимых для осуществления налогового контроля).

Принимая во внимание правовую позицию, отраженную в определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 №305-ЭС17-11710 (3), наличие на момент совершения сделки неисполненных обязательств перед иными кредиторами, впоследствии включенными в реестр требований кредиторов, подтверждает факт неплатежеспособности должника.

В то же время, как установлено вступившим в законную силу определением Арбитражного суда города Москвы от 09.04.2024, на основании договоров купли-продажи от 01.08.2018 должником по цене в совокупности на сумму 19 110 000 руб. реализованы транспортные средства марки Роллс Ройс, VIN: <***>, 2008 г.в. и Ламборгини Галлардо, VIN: <***>, 2011 г.в. Денежные средства были получены руководителем общества ФИО1 согласно распискам.

По состоянию на 31.12.2017 балансовая стоимость активов общества составляла 9 800 тыс. руб., при этом совокупная стоимость оцененных сторонами транспортных средств составила 19 110 000 руб., что позволяет прийти к выводу об отнесении спорных сделок к числу крупных в силу положений пункта 1 статьи 46 Федерального закона от 08.02.1998 №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью».

По результатам рассмотрения обособленного спора о признании сделок недействительными вступившим в законную силу определением Арбитражного суда города Москвы от 09.04.2024 в удовлетворении заявленных требований отказано. В то же время, применительно к обстоятельствам настоящего обособленного спора, при наличии признаков банкротства общества погашение кредиторской задолженности не осуществлялось, доказательств последующего движения полученных за счет реализации имущества денежных средств, в т.ч. приобретения иного имущества и (или) вложения денежных средств не представлено.

Субсидиарная ответственность контролирующего должника лица по обязательствам должника является формой ответственности за доведение до банкротства, вред в таком случае причиняется кредиторам в результате деликта контролирующего лица - неправомерного вмешательства в деятельность должника, вследствие которого должник теряет способность исполнять свои обязательства (статья 1064 ГК РФ). Размер субсидиарной ответственности контролирующего лица за нарушение обязанности действовать добросовестно и разумно по отношению к кредиторам подконтрольного лица определен в пункте 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве (пункт 4 статьи 10 Закона о банкротстве в предыдущей редакции) и равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся непогашенными по причине недостаточности имущества должника. Таким образом, в размер субсидиарной ответственности включается размер непогашенных требований кредиторов, что и является предполагаемым объемом вреда, который причинен контролирующим должника лицом.

Принимая во внимание разъяснения, изложенные в пункте 8 постановления Пленума ВАС №62 удовлетворение требования о взыскании с директора убытков не зависит от того, имелась ли возможность возмещения имущественных потерь юридического лица с помощью иных способов защиты гражданских прав, например, путем применения последствий недействительности сделки, истребования имущества юридического лица из чужого незаконного владения, взыскания неосновательного обогащения, а также от того, была ли признана недействительной сделка, повлекшая причинение убытков юридическому лицу. Однако в случае, если юридическое лицо уже получило возмещение своих имущественных потерь посредством иных мер защиты, в том числе путем взыскания убытков с непосредственного причинителя вреда (например, работника или контрагента), в удовлетворении требования к директору о возмещении убытков должно быть отказано.

Следовательно, привлечение контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности, как и взыскание убытков, возможно вне зависимости от того, имелись ли иные способы возмещения потерь, равно как и независимо от того, была ли признана недействительной сделка, повлекшая причинение убытков. Основанием для отказа в удовлетворении требований является только возврат в конкурсную массу полученного имущества. Поскольку применение последствий недействительности сделки имеет иную правовую природу, нежели субсидиарная ответственность контролирующего должника лица, ответственность за неисполнение гражданско-правовой сделки и за причинение вреда, несмотря на совпадение кредитора по данным обязательствам, имеет разную правовую природу, что, в свою очередь, делает возможным предъявление требований по каждому из оснований.

Вступившим в законную силу определением Арбитражного суда города Москвы от 05.10.2023 признаны недействительными сделками перечисления от 24.12.2018, 25.12.2018 в пользу ФИО1 денежных средств в размере 150 000 руб. Приходя к выводу о признании сделок недействительными арбитражный суд исходил из безвозмездного выбытия ликвидного имущества в виде денежных средств в пользу руководителя должника при наличии признаков неплатежеспособности, в своей совокупности образующие доказанность условий для признания сделок недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Доказательств исполнения судебного акта в материалы дела не предоставлено.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к выводу о доведении общества до банкротства в результате неправомерных действий бывшего руководителя должника по сокрытию вырученных от реализации имущества денежных средств в размере 19 110 000 руб., а также перечислению со счета должника денежных средств в совокупности на сумму 150 000 руб., исключая погашение требований кредиторов, что образует недобросовестность поведения бывшего руководителя.

В этой связи, доводы ФИО1 о рыночной стоимости транспортных средств в размере 13 099 000 руб., в отсутствие раскрытия целей последующего расходования средств, в т.ч. погашения кредиторской задолженности, не имеют правового значения.

Иной вменяемый конкурсным управляющим за доведение до банкротства в результате совершения сделок эпизод сводится к взысканию на основании вступившего в законную силу определения Арбитражного суда города Москвы от 05.10.2023 убытков в сумме 1 988 329 руб. 79 коп., равных размеру снятых наличных денежных средств в период с 14.12.2018 по 12.03.2020.

В условиях формирующейся тенденции соотношения права кредиторов на удовлетворение своих требований вследствие признания наличия оснований для наступления субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц на фоне удовлетворенных ранее требований о взыскании убытков с тех же лиц (или иного способа восстановления прав кредиторов), судам указывается на необходимость учитывать последнее как существенное обстоятельство, влияющее на обоснованность первого (определение Верховного Суда Российской Федерации от 28.09.2023 № 306-ЭС20- 15413(3), определение Верховного Суда Российской Федерации от 23.11.2023 № 307- ЭС20-22591(3,4).

Действующее регулирование предусматривает два механизма взыскания убытков с контролирующего лица:

- привлечение к субсидиарной ответственности в размере убытков, причиненных кредиторам;

- взыскание убытков по корпоративным основаниям, в том числе убытки, причиненные и кредиторам, и участникам (акционерам) должника.

Заявление о привлечении в рамках дела о банкротстве к субсидиарной ответственности за невозможность полного погашения требований кредиторов является иском, направленным на возмещение убытков контролирующим лицом в ситуации, когда его неразумные и недобросовестные действия (бездействие) оказали такое негативное воздействие на имущественную сферу подконтрольной организации, что совокупный размер активов последней стал недостаточен для проведения расчетов с кредиторами, то есть данные действия (бездействие) послужили необходимой причиной банкротства (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Поскольку иск о привлечении к субсидиарной ответственности является способом защиты гражданско-правового сообщества кредиторов, размер ответственности по нему ограничен общей суммой требований кредиторов, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества (ограничен совокупным размером требований, включенных в реестр требований кредиторов и заявленных после закрытия реестра, а также требований по текущим платежам) (пункт 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Одновременно с этим в рамках дела о банкротстве кредиторы, арбитражный управляющий наделяются правом на предъявление контролирующему лицу требования о возмещении убытков по корпоративным основаниям (статья 61.2 Закона о банкротстве). В этом случае возложение ответственности также обусловлено грубым нарушением контролирующим лицом обязанности действовать добросовестно и разумно в отношении подконтрольного общества, повлекшим за собой уменьшение его имущественной массы (статья 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), статья 71 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах», статья 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью»).

Иск о привлечении к ответственности по корпоративным основаниям кредитор, арбитражный управляющий подают в силу закона от имени самого должника (пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве), который выступает прямым выгодоприобретателем по этому иску. Поэтому цена данного иска не ограничена размером требований кредиторов. Она определяется по правилам статей 15, 393 ГК РФ и равна сумме всех убытков, причиненных контролирующим лицом подконтрольной организации.

Невозможность удовлетворения требований кредиторов из-за действий (бездействия) контролирующего лица, как правило, обусловлена причинением крупных убытков подконтрольной организации. Возможны и ситуации, при которых должник после расчетов с кредиторами, сохранил бы часть своих активов, если бы его деятельность не сопровождалась неправильным управлением со стороны контролирующего лица. При таких обстоятельствах применительно к ликвидации должника через процедуру конкурсного производства убытки, причиненные контролирующим лицом, в конечном счете ложатся как на кредиторов (в части суммы непогашенных требований), лишая их возможности получить удовлетворение за счет конкурсной массы, так и на акционеров, участников должника, собственника его имущества (в остальной части), нарушая их право на получение ликвидационной квоты (пункт 8 статьи 63 ГК РФ). В таком случае, если контролирующее лицо ранее уже было привлечено к субсидиарной ответственности, требование о возмещении им же убытков удовлетворяется в части, не покрытой размером этой субсидиарной ответственности (пункт 6 статьи 61.2 Закона о банкротстве) (определение Верховного Суда Российской Федерации от 14.11.2024 №305-ЭС24-13352).

Вместе с тем, судом первой инстанции учтено, что обе формы гражданско-правовой ответственности направлены на достижение одного и того же экономического интереса (возмещение ущерба обществу) и являются солидарными. С попаданием общества в банкротство интерес его учредителей и бенефициаров перемещается в предликвидационную квоту, а интерес его кредиторов выходит на первый план. В этой связи, представляется, что создание одного и того же экономического эффекта различными способами осуществляется лишь констатацией факта наличия оснований для привлечения к ответственности без необходимого фактического результата.

В рассматриваемом случае, ФИО1 уже привлечен вступившим в законную силу судебным актом к ответственности в виде возмещения убытков в сумме 1 988 329 руб. 79 коп., равных размеру снятых наличных денежных средств в период с 14.12.2018 по 12.03.2020. В то время как вменяемые ответчику в данной части правонарушения, положенные в основу субсидиарной ответственности, фактически дублируют обстоятельства привлечения ответчика к ответственности в виде возмещения убытков, что свидетельствует о тождественности вменяемых правонарушений и привлечении ответчика к двойной ответственности, что не допустимо.

Как следует из пункта 1 статьи 53.1. ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени обязано возместить по требованию юридического лица убытки, причиненные по его вине юридическому лицу, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

С учетом обстоятельств дела, суд первой инстанции не усмотрел применение к настоящему спору правил обычного предпринимательского риска, являющейся объективной категорией.

Размер субсидиарной ответственности, исходя из пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве, равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Как следует из п. 7 ст. 61.11 Закона о банкротстве, если на момент рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности невозможно определить размер субсидиарной ответственности, арбитражный суд после установления всех иных имеющих значение для привлечения к субсидиарной ответственности фактов выносит определение, содержащее в резолютивной части выводы о доказанности наличия оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и о приостановлении рассмотрения этого заявления до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами.

Поскольку все факты, имеющие значение для привлечения к ответственности, а также условия привлечения к ответственности, судом установлены, суд первой инстанции усмотрел наличие оснований для приостановления производства по делу в части определения размера ответственности привлекаемых лиц до окончания расчетов с кредиторами.

Апелляционный суд, соглашаясь с выводами суда первой инстанции, отклоняет доводы апелляционной жалобы ввиду следующего.

Доводы апеллянта о передаче всех необходимых для проведения конкурсного производства документов не соответствуют материалам дела.

В адрес конкурсного управляющего частично были переданы документы, печать должника (03.05.2024).

Вместе с тем, в заявлении о привлечении к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий пояснил, что согласно последнему представленному в налоговые органы бухгалтерскому балансу за должником числились следующие активы:

- Материальные внеоборотные активы на сумму 3 185 тыс. руб.

- Финансовые и другие оборотные активы на сумму 5 251 тыс. руб.

Вышеуказанные материальные ценности и права требования не были переданы конкурсному управляющему, состав имущества не расшифрован, документы об отчуждении вышеуказанного имущества (в случае его отчуждения после 31.12.2020) не были переданы конкурсному управляющему.

Кроме того, согласно выпискам должника ООО «ТЕХТОРГ» осуществляло деятельность покупая и продавая спецтехнику до марта 2020 года.

Ни один документ, фиксирующий возникновение, изменение и прекращение обязательств, а также ни один документ, фиксирующий факты хозяйственной жизни и их содержание не был передан конкурсному управляющему, что делает невозможным анализ сделок, совершенных должником в преддверии банкротства, а также взыскание дебиторской задолженности (при ее наличии).

Таким образом, ввиду того, что конкурсному управляющему не были переданы материальные ценности, документы, фиксирующие возникновение, изменение и прекращение обязательств (договоры), а также документы, фиксирующие факты хозяйственной жизни и их содержание (первичные документы), у конкурсного управляющего отсутствует возможность проанализировать совершенные должником сделки на предмет оспаривания, взыскать задолженность (или определить ее наличие), реализовать имущество должника стоимостью около 8 млн. руб. для проведения расчетов с кредиторами.

Апелляционный суд отмечает, что конкурсный управляющий указал, какие документы/имущество не были переданы и указал на то, какое негативное влияние (невозможность установить сделки, реализовать имущество) бездействие ответчика оказало на проведение процедуры банкротства.

Ответчик так и не пояснил куда выбыли материальные и финансовые активы должника на сумму более 8 млн., которые отражены в последнем балансе предприятия, сослался на возможность получения документов из реестров, не указывая какие конкретно документы, фиксирующие факты хозяйственной жизни и где могли бы быть получены.

В апелляционной жалобе ответчик указывает, что у должника имелась задолженность перед ООО «ИНТЕРТРЕЙД» в размере 19 559 583 руб. за счет которой могли быть погашены требования кредиторов.

Вместе с тем еще до возбуждения производства по делу о банкротстве в отношении должника (25.10.2021) решением Арбитражного суда Смоленской области от 12.02.2020 по делу №А62-11062/2019 дебитор был признан банкротом, в отношении него открыто конкурсное производство. Таким образом, апелляционный суд критически относится к доводу о том, что данная дебиторская задолженность является ликвидным активом, учитывая непредставление доказательств поступления от дебитора денежных средств в пользу должника.

Довод ответчика о том, что судом было отказано в удовлетворении заявления об оспаривании сделки к ООО «ЛОМБАРД ГАРАНТ», ФИО5 о продаже двух транспортных средств не имеет значения для рассмотрения данного спора, поскольку тот факт, что денежные средства от продажи двух автомобилей на сумму 19 110 000,00 руб. были получены лично ФИО1 и израсходованы на неизвестные суду, конкурсному управляющему нужды не опровергнут.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 09.04.2024 отказано в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о признании недействительными сделок между должником и ФИО6 и последующие сделки по перепродаже автотранспортных средств в пользу ООО «ЛОМБАРД ГАРАНТ», ФИО5

Совокупная стоимость двух автомобилей составила 19 110 000,00 руб.

Сведения об оприходовании вышеуказанных денежных средств и перечисление их в указанном размере на счета должника у конкурсного управляющего отсутствует (денежные средства от реализации автотранспортных средств на расчетный счет не поступали).

Согласно Таблице №1 на дату получения денежных средств по расписке бывшим руководителем должника от ФИО6  общество прекратило исполнять обязательства перед кредиторами ООО «ТД БЕЛАГРОСЕЛЬХОЗСНАБ», ООО «СПЕЦТРАКТОР-СЕРВИС» на общую сумму 13 240 000,00 руб., которые впоследствии были включены в реестр требований кредиторов.

Сведения о расходовании денежных средств в размере 19 110 000,00 руб. у конкурсного управляющего на нужды должника отсутствуют.

Довод апеллянта о возможном взыскании денежных средств коллегии судей принят во внимание. Однако, данный вопрос подлежит рассмотрению при определении размера субсидиарной ответственности с учетом безусловного недопущения двойного взыскания, учитывая позиции ВС по указанному вопросу.

Иные доводы заявителя апелляционной жалобы не содержат ссылок на факты, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены определения суда первой инстанции.

При таких обстоятельствах, арбитражный суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права.

Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и оснований для его отмены, в соответствии со статьей 270 АПК РФ, апелляционная инстанция не усматривает.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 03.03.2025 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.

Председательствующий судья:                                                           Ю.Л. Головачева

Судьи:                                                                                         А.А. Комаров

                                                                                                     Ж.Ц. Бальжинимаева