Постановление от 14 сентября 2018 г. по делу № А11-11143/2016

ПЕРВЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Березина ул., 4, г. Владимир, 600017

http://1aas.arbitr.ru, тел/факс (4922) 44-76-65, 44-73-10


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

г. Владимир Дело № А11–11143/2016 14 сентября 2018 года

Резолютивная часть постановления объявлена 07.09.2018. В полном объеме постановление изготовлено 14.09.2018.

Первый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Кириловой Е.А., судей Протасова Ю.В., Смирновой И.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО2 и общества с ограниченной ответственностью «Штарк» (ИНН <***>, ОГРН <***>)

на определение Арбитражного суда Владимирской области от 22.03.2018 по делу № А11–11143/2016,

принятое судьей Гиндулиной В.Ю.,

по заявлению финансового управляющего ФИО2 ФИО6 о признании сделки должника недействительной и применении последствий недействительности сделки,

при участии представителей

от ФИО2: ФИО5, доверенность от 07.05.2018 № 33 АА 1476293,

от ООО «Штарк»: ФИО5, доверенность от 04.09.2018, от финансового управляющего ФИО2 ФИО6: ФИО7, доверенность от 04.09.2018 № 01,

у с т а н о в и л:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 (далее – должник) финансовый управляющий должника ФИО6 обратился в Арбитражный суд Владимирской области с заявлением о признании недействительным договора купли-продажи недвижимого имущества от 29.07.2015,

заключенного между Александровой К.В. и Авакян (в настоящее время Овеян) Ангелиной Артуровной (далее – Овеян А.А.), недействительным и применении последствий недействительности сделки в виде возврата в собственность должника недвижимого имущества – нежилого здания, площадью 769,6 кв.м, кадастровый номер 33:13:030214:210, расположенного по адресу: Владимирская обл., Петушинский р-н, г. Покров, ул. Герасимова, д. 20.

Определением от 27.04.2017 суд привлек к участию в рассмотрении данного обособленного спора в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, общество с ограниченной ответственностью «Союз Святого ФИО8» (далее – ООО «Союз Св. ФИО8»).

Определением от 22.03.2018 суд удовлетворил заявленные требования: признал недействительным договор купли-продажи недвижимого имущества от 29.07.2015, заключенный между ФИО2 и Овеян А.А. и применил последствия недействительности сделки в виде обязания Овеян А.А. передать должнику спорное имущество.

Выводы суда основаны на статьях 2, 19, 61.1, 61.2, 61.6, 213.32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статьях 10, 167 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), пунктах 5, 7, 9, 19, 29 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», пунктах 1, постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации».

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2 и общество с ограниченной ответственностью «Штарк» (далее – ООО «Штарк») обратились в Первый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами, в которых просят отменить определение от 22.03.2018 и принять по делу новый судебный акт.

В обоснование своих возражений ООО «Штарк» указало, что является лицом о правах и обязанностях которого принят судебный акт, однако к участию в деле не привлеченным. При этом заявитель жалобы ссылается на наличие заключенного между ним и ИП Овеян А.А. инвестиционного договора от 01.09.2015, в рамках которого выполнены работы по реконструкции спорного здания. Следовательно, ООО «Штарк» имеет право на получение в собственность площадей в данном реконструируемом помещении.

Подробно доводы ООО «Штарк» изложены в апелляционной жалобе, возражениях от 07.09.2018 и поддержаны его представителем в судебном заседании.

Представитель Александровой К.В. в судебном заседании поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе ООО «Штарк».

Финансовый управляющий должника ФИО6 в отзыве на апелляционную жалобу ООО «Штарк» от 03.08.2018 и его представитель в судебном заседании просили прекратить производство по жалобе ввиду того, что обжалуемым судебным актом не затрагиваются права и законные интересы данного заявителя жалобы.

В обоснование своих возражений ФИО2 указала, что являлась в период совершения оспариваемой сделки индивидуальным предпринимателем, следовательно, нормы ГК РФ, в частности статьи 10, к данной сделке неприменимы. Заявитель жалобы полагает, что расписка от 30.07.2015 является надлежащим доказательством исполнения сделки, обратного не представлено. При этом факт того, что Овеян А.А. является двоюродной племянницей должника не подтверждает наличие заинтересованности у сторон сделки, как и того, что она знала о наличии признаков банкротства у должника на момент ее совершения. ФИО2 обращает внимание, что в рамках рассмотрения спора экспертиза по установлению стоимости имущества не назначалась, в связи с чем вывод о неравноценности встречного предоставления не подтвержден, а справка оценщика не может являться допустимым доказательством, поскольку стоимость объекта указана в ней по состоянию на 06.03.2014.

Подробно доводы ФИО2 изложены в апелляционной жалобе и поддержаны ее представителем в судебном заседании.

Финансовый управляющий должника ФИО6 в отзыве на апелляционную жалобу ФИО2 от 14.06.2018 и его представитель в судебном заседании указали на законность и обоснованность обжалуемого судебного акта.

Иные лица, участвующие в деле, отзывы на апелляционные жалобы не представили; надлежащим образом извещенные о дате, времени и месте рассмотрения апелляционных жалоб, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили. Апелляционные жалобы рассмотрены в порядке статей 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) в отсутствие представителей иных лиц, участвующих в деле.

Информация о принятии апелляционных жалоб к производству, движении дела, о дате, времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Первого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.1aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным в статье 121 АПК РФ.

Проверив обоснованность доводов ООО «Штарк», изложенных в апелляционной жалобе относительно необходимости его привлечения к участию в деле в качестве третьего лица; того, каким образом обжалуемым судебным актом непосредственно затрагиваются его права и законные интересы, коллегия судей пришла к следующим выводам.

В соответствии с частью 1 статьи 257 АПК РФ лица, участвующие в деле, а также иные лица в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, вправе обжаловать в порядке апелляционного производства решение арбитражного суда первой инстанции, не вступившее в законную силу.

Обязательность судебных актов не лишает лиц, не участвовавших в деле, возможности обратиться в арбитражный суд за защитой нарушенных этими актами их прав и законных интересов путем обжалования указанных актов (часть 3 статьи 16 АПК РФ).

На основании статьи 42 АПК РФ лица, не участвовавшие в деле, о правах и об обязанностях которых арбитражный суд принял судебный акт, вправе обжаловать этот судебный акт, а также оспорить его в порядке надзора по правилам, установленным настоящим Кодексом. Такие лица пользуются правами и несут обязанности лиц, участвующих в деле.

В пунктах 1, 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28.05.2009 № 36 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» разъяснено, что при применении статей 257, 272 АПК РФ арбитражным судам апелляционной инстанции следует принимать во внимание, что право на обжалование судебных актов в порядке апелляционного производства имеют как лица, участвующие в деле, так и иные лица в случаях, предусмотренных АПК РФ. К иным лицам в силу части 3 статьи 16 и статьи 42 Кодекса относятся лица, о правах и об обязанностях которых принят судебный акт. В связи с этим лица, не участвующие в деле, как указанные, так и не указанные в мотивировочной и/или резолютивной части судебного акта, вправе его обжаловать в порядке апелляционного производства в случае, если он принят о их правах и обязанностях, то есть данным судебным актом непосредственно затрагиваются их права и обязанности, в том числе создаются препятствия для реализации их субъективного права или надлежащего исполнения обязанности по отношению к одной из сторон спора.

В случае, когда жалоба подается лицом, не участвовавшим в деле, суду надлежит проверить, содержится ли в жалобе обоснование того, каким образом оспариваемым судебным актом непосредственно затрагиваются права или обязанности заявителя. При отсутствии соответствующего обоснования апелляционная жалоба возвращается в силу пункта 1 части 1 статьи 264 АПК РФ.

После принятия апелляционной жалобы лица, не участвовавшего в деле, арбитражный суд апелляционной инстанции определяет, затрагивает ли принятый судебный акт непосредственно права или обязанности заявителя, и, установив это, решает вопросы об отмене судебного акта суда первой инстанции, руководствуясь пунктом 4 части 4 статьи 270 Кодекса, и о привлечении заявителя к участию в деле.

Если после принятия апелляционной жалобы будет установлено, что заявитель не имеет права на обжалование судебного акта, то применительно

к пункту 1 части 1 статьи 150 Кодекса производство по жалобе подлежит прекращению.

Согласно материалам дела ООО «Штарк» не является стороной по настоящему обособленному спору, по делу о несостоятельности (банкротстве) должника, а также не было привлечено к участию в споре в качестве третьего лица.

Вместе с тем обжалуемый судебный акт не содержит выводов относительно прав или обязанностей ООО «Штарк».

Обращаясь с жалобой в суд апелляционной инстанции, заявитель указал на то, что является стороной инвестиционного договора от 01.09.2015, заключенного с Овеян А.А. и имеет право на получение в собственность площадей реконструируемого объекта: нежилого здания, расположенного по адресу: <...>.

Однако из представленных в материалы дела документов безусловно не следует, что определением суда первой инстанции от 22.03.2018 затрагиваются права и законные интересы ООО «Штарк».

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что права и законные интересы ООО «Штарк» обжалуемым определением не затрагиваются, следовательно, в рассматриваемом случае оно не имеет процессуального права на обжалование рассматриваемого судебного акта и, применительно к пункту 1 части 1 статьи 150 АПК РФ производство по апелляционной жалобе подлежит прекращению.

Законность и обоснованность судебного акта, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии со статьями 257 – 262, 265, 266, 270, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов апелляционной жалобы ФИО2

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве, частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Повторно рассмотрев имеющиеся в материалах дела доказательства, оценив доводы апелляционной жалобы ФИО2, отзыва на нее, заслушав представителей, Первый арбитражный апелляционный суд пришел к следующим выводам.

На основании пункта 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I – III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI настоящего Федерального закона.

По заявлению акционерного общества Коммерческий Банк «Легион» в лице филиала АКБ «Легион» (АО) в г. Иваново определением от 06.12.2016

Арбитражный суд Владимирской области возбудил производство по делу о признании Александровой К.В. несостоятельной (банкротом).

Определением от 28.02.2017 Арбитражный суд Владимирской области признал ФИО2 несостоятельной (банкротом); ввел в отношении нее процедуру реструктуризации долгов; утвердил финансовым управляющим должника ФИО6

Согласно материалам дела ФИО2 (продавец) и Овеян А.А. (покупатель) заключили договор купли-продажи недвижимого имущества от 29.07.2015 (далее – договор), согласно пункту 1.1 которого предметом договора является продажа нежилого здания, площадью 769,6 кв.м, кадастровый номер 33:13:030214:210, расположенного по адресу: <...>.

Цена продаваемого имущества составляет 8 500 000 руб.; является окончательной и изменению не подлежит (пункт 2.1 договора).

Покупатель оплачивает стоимость здания в момент подписания договора (пункт 1.1 договора).

В выписке из Единого государственного реестра недвижимости об основных характеристиках и зарегистрированных правах на объект недвижимости от 17.03.2017 № 99/2017/12085980 отражено, что переход права собственности на спорное имущество от продавца к покупателю зарегистрирован 13.08.2015 за № 33-33-29/019/2014-667.

Полагая, что договор купли-продажи от 29.07.2015 подлежит признанию недействительным на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а также ничтожным в силу статей 10, 168 ГК РФ, финансовый управляющий должника ФИО6 обратился с соответствующим заявлением в арбитражный суд.

Сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе. Для целей настоящего Федерального закона сделка, совершаемая под условием, считается совершенной в момент наступления соответствующего условия (пункты 1, 2 статьи 61.1 Закона о банкротстве).

В силу пунктов 1, 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Право на подачу заявления об оспаривании сделки должника- гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 настоящего Федерального

закона основаниям возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина.

Согласно пункту 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» абзац 2 пункта 7 статьи 213.9 и пункты 1 и 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции от 29.06.2015) применяются к совершенным с 01.10.2015 сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 01.10.2015 с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 – 5 статьи 213.32 Закона о банкротстве.

На момент совершения спорной сделки ФИО2 была зарегистрирована в качестве индивидуального предпринимателя (с 15.04.2014 по 20.08.2015), следовательно, суд первой инстанции верно установил, что рассматриваемая сделка может быть оспорена и по специальным основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве. Доводы ФИО2 об обратном являются несостоятельными, поскольку основаны на неправильном толковании норм права.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная

сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации – десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В пунктах 5, 6, 7, 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно абзацам второму – пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым – пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым – пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми – они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором – пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми – они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Если подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего Постановления).

Суд первой инстанции верно установил, что спорная сделка совершена 29.07.2015 (переход права собственности зарегистрирован 13.08.2015), то есть более чем за один год до возбуждения производства по делу о банкротстве ФИО2 (06.12.2016), следовательно, вне пределов подозрительности, установленных пунктом 1 статьи 61.2 Закон о банкротстве. Таким образом, оспаривание данной сделки по специальным основаниям, возможно лишь по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Представленные в материалах дела доказательства подтверждают факт наличия на дату совершения оспариваемой сделки признаков неплатежеспособности должника, а именно: заявление АКБ «Легион» (АО) о признании гражданки ФИО2 несостоятельной (банкротом); определение Октябрьского районного суда г. Владимира от 16.04.2015 по делу № 2-761/2015 об утверждении между АКБ «Легион» (АО), ООО «Промспецстрой», ФИО9, ФИО10, ФИО2, ФИО11, ФИО12, ООО «НСТ-33» мирового соглашения о порядке погашения задолженности по договору кредитной линии от 26.04.2013 № 06/13-НКЛ, которая по состоянию на 01.04.2015 составила 13 769 688 руб. 83 коп.; определение Октябрьского районного суда г. Владимира от 13.04.2015 по делу № 2-851/2015 об утверждении между АКБ «Легион» (АО), ООО «НСТ-33», ФИО9, ФИО2, ФИО11, ФИО12, ИП ФИО9, ООО «Промспецстрой» мирового соглашения о порядке погашения задолженности по договору кредитной линии от 17.04.2014 № 02/14-НКЛ, которая по состоянию на 01.04.2015 составила 22 391 703 руб. 72 коп.; определение Октябрьского районного суда г. Владимира от 02.04.2015 по делу № 2-482/2015 об утверждении между АКБ «Легион» (АО), ООО «Промспецстрой», ООО «НСТ-33», ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО2 мирового соглашения о порядке погашения задолженности по договору кредитной линии от 27.02.2013 № 01/13-НКЛ, которая по состоянию на 01.04.2015 составила 19 854 273 руб. 63 коп.; расчеты задолженности.

При этом по состоянию на дату заключения оспариваемого договора условия мировых соглашений надлежащим образом солидарными должниками не исполнялись.

Финансовый управляющий и АКБ «Легион» (АО) обратили внимание на отсутствие у Овеян А.А. финансовой возможности произвести оплату по оспоренному договору и отсутствие доказательств, подтверждающих расходование должником указанных денежных средств; в качестве доказательств, подтверждающих неравноценность оспоренной сделки,

представили: сведения о кадастровой стоимости спорного имущества в размере 30 393 489 руб. по состоянию на 01.03.2015; объявление о продаже спорного имущества в сети интернет по цене 55 000 000 руб. (объявление о продаже на сайте domofond.ru); справку оценщика от 06.03.2014 № 14-03-01, где отражено, что ориентировочная стоимость объекта незавершенного строительством встроенно-пристроенного магазина, расположенного по адресу: Владимирская обл., Петушинский р-н, г. Покров, ул. Герасимова, д. 20, по состоянию на 06.03.2014 составляет 60 700 000 руб.

В обоснование факта оплаты по договору ФИО2 представила в материалы дела светокопию расписки о получении ею денежных средств от ФИО9 в размере 19 000 000 руб. При этом судом приняты во внимание пояснения заявителя жалобы о том, что при оформлении спорной сделки указание цены в размере 8 500 000 руб. являлось формальным и имело своей целью избежание дополнительного налогового обременения, а фактически стоимость реализуемого здания составила 19 000 000 руб.

В определениях от 22.06.2017, 15.08.2017, 25.09.2017, 13.11.2017, 16.01.2018, 08.02.2018 суд первой инстанции предлагал Овеян А.А. документально подтвердить финансовую возможность оплаты спорного имущества, приобретенного по договору купли-продажи от 29.07.2015 за 19 000 000 руб.; представить в материалы дела оригинал расписки от 30.07.2017; ФИО2 – представить документы, подтверждающие расходование денежных средств в размере 19 000 000 руб., полученных от Овеян А.А., однако запрошенные документы от Овеян А.А. и ФИО2 в материалы дела не поступили.

В силу части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Оценив имеющиеся в материалах дела доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ суд пришел к обоснованному выводу, что на момент совершения сделки ФИО2 обладала признаками неплатежеспособности; в результате ее совершения причинен вред имущественным интересам кредиторов должника, выразившийся в отсутствии оплаты по договору купли-продажи недвижимого имущества и прекращении права собственности должника на спорное ликвидное имущество.

При этом возможность удовлетворения требований кредиторов должника из денежных средств в сумме 19 000 000 руб., оплаченных в качестве цены по сделке, также утрачена, так как данные денежные средства в распоряжение финансового управляющего не поступали, в конкурсную массу должника не направлены. Доказательств обратного в материалах дела не имеется.

Суд первой инстанции верно указал, что представленная в материалы дела светокопия расписки от 30.07.2015 в силу положений статьи 68, частей 8

и 9 статьи 75 АПК РФ не может служить надлежащим доказательством, подтверждающим факт оплаты по оспоренному договору.

В суд апелляционной инстанции на обозрение предоставлялся оригинал данной расписки, однако в отсутствии иных доказательств сам по себе данный документ не может являться безусловным доказательством реальности сделки и передачи денежных средств.

В подтверждение факта осведомленности Овеян А.А. о цели должника причинить вред имущественным интересам кредиторов в результате совершения оспоренной сделки в материалы дела Управлением по вопросам миграции УМВД по Владимирской области представлены доказательства наличия родственных отношений между Овеян А.А. и должником, а именно копии заявлений о выдаче (замене) паспорта ФИО12, ФИО13, ФИО2, Овеян А.А., ФИО9, согласно которым Овеян А.А. является двоюродной племянницей ФИО2, и дочерью двух других (помимо ФИО2) солидарных должников АКБ «Легион» (АО) (заявителя по делу о банкротстве) – ФИО9 и ФИО11

Суд первой инстанции пришел к верному выводу о наличии заинтересованности между ФИО2 и Овеян А.А. применительно к статье 19 Закона о банкротстве.

При этом согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 308-ЭС16-20056, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической, но и фактической.

Являясь дочерью ФИО9 и ФИО11, а также двоюродной племянницей ФИО2, то есть солидарных должников по кредитным обязательствам перед АКБ «Легион» (АО), Овеян А.А., действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, должна была знать как о наличии признаков неплатежеспособности ФИО2, так и о намерении должника вывести ликвидное имущество от возможной его реализации в счет расчетов с кредиторами должника.

Таким образом, учитывая, что в рассматриваемом случае применению подлежит презумпция осведомленности другой стороны сделки должника о совершении этой сделки с целью причинить вред имущественным интересам кредиторов, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что сторона должна была знать об ущемлении интересов кредиторов и о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Кроме этого, суд первой инстанции установил в действиях должника и Овеян А.А. признаки злоупотребления правом.

В пункте 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что наличие в Законе о банкротстве специальных

оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Согласно пункту 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки; сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (статья 168 ГК РФ).

В пункте 1 статьи 10 ГК РФ отмечено, что не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

При установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно; никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (статья 1 ГК РФ).

Из содержания приведенных норм следует, что под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченных лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам, или на реализацию иного противоправного интереса, не совпадающего с обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода.

В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

О злоупотреблении сторонами правом при заключении договора дарения может свидетельствовать совершение спорной сделки не в

соответствии с ее обычным предназначением, а с целью избежания возможного обращения взыскания на отчужденное имущество должника.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (пункт 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

С учетом разъяснений, содержащихся в указанном постановлении, обязательным признаком сделки для целей квалификации ее как ничтожной в соответствии с частью 1 статьи 10 ГК РФ является направленность такой сделки на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

Для квалификации сделки как совершенной с целью причинения вреда кредиторам в дело должны быть представлены доказательства того, что обе стороны осознавали противоправность данной сделки.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 35 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

На основании пунктов 1, 3 статьи 19 Закона о банкротстве в целях настоящего Федерального закона заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.

Заинтересованными лицами по отношению к должнику – гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению

соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

Поскольку проверяемый договор оспаривается в рамках дела о банкротстве, то при установлении того, заключена ли сделка с намерением причинить вред другому лицу, следует выяснить, имелись ли у сторон сделки намерения причинить вред имущественным правам кредиторов, то есть была ли сделка направлена на уменьшение конкурсной массы (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 02.11.2010 № 6526/10).

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Под неплатежеспособностью должника понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное (статья 2 Закона о банкротстве).

Суд верно установил, что Овеян А.А. являясь двоюродной племянницей должника и дочерью солидарных должников по утвержденным судом мировым соглашениям, предусматривающим погашение задолженности перед АКБ «Легион» (АО) солидарно, является аффилированным по отношению к ФИО2 лицом, в соответствии со статьей 19 Закона о банкротстве.

Установленная по отношению к должнику аффилированность Овеян А.А. позволяет презюмировать ее осведомленность о цели совершения должником оспариваемой сделки и перенести на нее обязанность доказывания обратного. Между тем Овеян А.А. в материалы настоящего обособленного спора не представлено доказательств, исключающих ее осведомленность о заключении спорного договора с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов.

При таких обстоятельствах, оценив представленные в материалы дела доказательства и установленные фактические обстоятельства по правилам статьи 71 АПК РФ, установив, что при оформлении договора от 29.07.2015 воля сторон была направлена на утрату возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества, а также установив афиллированность сторон сделки и признаки злоупотребления правом, отсутствие доказательств оплаты по договору, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о доказанности совокупности всех необходимых условий для признания договора купли- продажи 29.07.2015 ничтожной сделкой по общегражданским основаниям.

В соответствии с пунктом 2 статьи 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по

сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

На основании пунктов 1, 2 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями ГК РФ об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Признав сделку недействительной, суд первой инстанции верно применил последствия ее недействительности в виде обязания Овеян А.А. передать ФИО2 нежилое здание, площадью 769,6 кв.м, кадастровый номер 33:13:030214:210, расположенное по адресу: <...>.

Довод заявителя жалобы о том, что в рамках рассмотрения спора экспертиза по установлению стоимости имущества не назначалась, в связи с чем вывод о неравноценности встречного предоставления не подтвержден, а справка оценщика не может являться допустимым доказательством, поскольку стоимость объекта указана в ней по состоянию на 06.03.2014, рассмотрен судом апелляционной инстанции и признается несостоятельным, поскольку согласно представленным в материалы дела доказательствам, в частности общедоступным сведениям из сети Интернет, спорное имущество после его отчуждения должником по оспариваемой сделке за 8 500 000 руб. выставлено на продажу по цене 55 000 000 руб. (объявление о продаже на сайте domofond.ru). Последняя указанная цена приближена к кадастровой стоимости спорного имущества, установленной в размере 30 393 489 руб. по состоянию на 01.03.2015. В свою очередь заявитель жалобы в нарушение статьи 65 АПК РФ доказательств, опровергающих данные фактические обстоятельства, не представил.

Все иные доводы и аргументы апелляционной жалобы ФИО2 повторно проверены судом апелляционной инстанции и признаются несостоятельными и не подлежащими удовлетворению, поскольку не опровергают законности принятого по делу судебного акта.

В ходе проверки законности и обоснованности принятого по делу решения коллегия судей не установила каких-либо нарушений со стороны суда первой инстанции и полностью согласилась с оценкой представленных в дело документов.

Судебный акт первой инстанции принят при полном выяснении обстоятельств, имеющих значение для дела, нормы процессуального и

материального права применены судом верно, с учетом конкретных обстоятельств дела, содержащиеся в нем выводы не противоречат установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся доказательствам, судом первой инстанции не нарушено единообразие в толковании и применении норм права.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно пункту 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

При таких обстоятельствах оснований для отмены судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

В силу статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы подлежат отнесению на заявителя.

Руководствуясь статьями 150, 268, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

производство по апелляционной жалобе общества с ограниченной ответственностью «Штарк» на определение Арбитражного суда Владимирской области от 22.03.2018 по делу № А11–11143/2016 прекратить.

Определение Арбитражного суда Владимирской области от 22.03.2018 по делу № А11–11143/2016 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

Возвратить обществу с ограниченной ответственностью «Штарк» (ул. Большая Нижегородская, д. 34Б, оф. 414, г. Владимир, ИНН <***>, ОГРН <***>) из федерального бюджета 3000 руб. государственной пошлины, уплаченной по чеку-ордеру от 21.06.2018 (чек-ордер от 21.06.2018 прилагается).

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в месячный срок со дня его принятия через Арбитражный суд Владимирской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1 – 291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.

Председательствующий судья Е.А. Кирилова

Судьи Ю.В. Протасов

И.А. Смирнова