Постановление от 25 февраля 2025 г. по делу № А23-4137/2021

ДВАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Староникитская ул., 1, г. Тула, 300041, тел.: (4872)70-24-24, факс (4872)36-20-09

e-mail: info@20aas.arbitr.ru, сайт: http://20aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тула                                                                                                      Дело № А23-4137/2021 20АП-6885/2024

Резолютивная часть постановления объявлена   13.02.2025

Постановление изготовлено в полном объеме    26.02.2025


Двадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего   судьи Девониной И.В.,  судей   Волковой Ю.А., Макосеева И.Н.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Ковалевой Д.А.,

при участии в судебном заседании: ФИО1 (лично, паспорт), финансового управляющего ФИО2 (лично, паспорт), от финансового управляющего ФИО2 –  представителя ФИО3 (паспорт, доверенность от 27.05.2024),  от ФИО4 – представителя ФИО5 (удостоверение адвоката, доверенность от 01.04.2023),

рассмотрев в открытом судебном заседании  апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО6 - ФИО2 на определение Арбитражного суда Калужской области от 18.09.2024 по делу № А23-4137/2021, вынесенное по заявлению финансового управляющего ФИО2 о признании сделки недействительной,

при участии в качестве заинтересованных лиц (ответчиков) ФИО1 и ФИО4,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО6.

УСТАНОВИЛ:

В производстве Арбитражного суда Калужской области находится дело о несостоятельности (банкротстве) ФИО6.

Решением Арбитражного суда Калужской области от 11.03.2022 (резолютивная часть объявлена 11.03.2022) ФИО6 признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества.

Финансовым управляющим утвержден  ФИО7.

Определением суда от 12.05.2022 ФИО7 освобожден от исполнения обязанностей финансового управляющего ФИО6.

Финансовым управляющим ФИО6 утвержден член ассоциации саморегулируемая организация арбитражных управляющих "Эгида"  ФИО2.

Финансовый управляющий обратился в Арбитражный суд Калужской области с заявлением о признании сделки недействительной, просил признать недействительными сделками:

- договор купли-продажи земельного участка с нежилыми зданиями и сооружением от 23.03.2018 года между ФИО6 и ФИО1,

- договор купли-продажи земельного участка с нежилыми зданиями и сооружением между ФИО1 и ФИО4.

Определением Арбитражного суда Калужской области от 18.09.2024 в удовлетворении заявления о признании недействительными договора купли-продажи земельного участка с нежилыми зданиями и сооружением от 23.03.2018 между ФИО6 и ФИО1, договора купли-продажи земельного участка с нежилыми зданиями и сооружением между ФИО1 и ФИО4, финансовому управляющему ФИО6 ФИО2 отказано.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, финансовый управляющий ФИО6 - ФИО2  обратился в Двадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить обжалуемое определение, принять новый судебный акт.

В обоснование своей позиции заявитель ссылается на то, что на дату заключения сделки по существенно заниженной стоимости размер не исполненных обязательств должника составлял не менее 6 000 000 руб., должником последовательно заключена 31 сделка по отчуждению всего принадлежащего ему недвижимого имущества, что после удовлетворения исковых требований ФИО8 к ФИО6 Преображенским районным судом города Москвы 23.04.2018 все ликвидное имущество распродавалось и выводилось из конкурсной массы должником.

Финансовый управляющий ФИО6 – ФИО2 считает, доказана необходимость выхода за диспозицию статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка является мнимой, совершенной с наличием пороков, выходящих за пределы подозрительной сделки.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

От ФИО1 и ФИО4 поступили отзывы на апелляционную жалобу, примощённые к материалам дела в порядке статьи 262 АПК РФ.

В судебном заседании финансовый управляющий ФИО2 и его представитель поддержали доводы апелляционной жалобы, представитель ФИО4 и ФИО1 возражали по доводам апелляционной жалобы.

Определением суда от 16.01.2025 судебное заседание отложено. Финансовому управляющему ФИО2  предложено представить в суд апелляционной инстанции письменную подробную позицию относительно сроков исковой давности по оспариваемым сделкам по основаниям статей 10, 168 ГК РФ и статьи 61.2 Закона о банкротстве. ФИО1 представить подробные сведения по оплате договора купли-продажи с указанием по какой период и где находились денежные средства и в каком количестве (67 897 660 руб.), кроме того раскрыть по каким основаниям была осуществлена продажа спустя 2 года после заключения спорного договора. ФИО4 подробную письменную позицию какие объекты были снесены  и возведены с указанием кадастровых номеров (при поставке на кадастровый учет, при отсутствии - основания по каким причинам данные объекты не зарегистрированы), кадастровая стоимость объектов (когда была изменена).

От ФИО1 поступили письменный отзыв на апелляционную жалобу, в котором возражает против удовлетворения апелляционной жалобы, от ФИО4 поступили письменные пояснения по делу, от финансового управляющего поступила письменная позиция на пояснения ФИО4, письменные пояснения относительно оплаты спорного договора и пояснения к апелляционной жалобе.

 В судебном заседании представитель ФИО4 ответила на вопросы суда, возражала против удовлетворения апелляционной жалобы, ФИО1 ответил на вопросы суда, возражал против удовлетворения апелляционной жалобы

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены апелляционной инстанцией в порядке статей 266, 268 АПК РФ в пределах доводов апелляционной жалобы.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в данном законе.

На основании пункта 17 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» в порядке главы III.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в силу пункта 1 статьи 61.1 данного закона) подлежат рассмотрению требования арбитражного управляющего о признании недействительными сделок должника как по специальным основаниям, предусмотренным указанным законом (ст. 61.2 и 61.3 и иные содержащиеся в этом законе помимо главы III.1 основания), так и по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации или законодательством о юридических лицах).

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, между должником и ФИО1 23.03.2018 заключен договор купли-недвижимого имущества: земельный участок с кадастровым номером 50:05:0030214:4, и находящихся на нем здание с кадастровым номером 50:05:0030338:197, здание с кадастровым номером 50:05:0030338:189, здание с кадастровым номером 50:05:0030338:193, здание с кадастровым номером 50:05:0030338:196, здание с кадастровым номером 50:05:0030338:185, здания с кадастровым номером 50:05:0030338:183, здания с кадастровым номером 50:05:0030338:184, здания с кадастровым номером 50:05:0030338:187, здания с кадастровым номером 50:05:0030338:188, здания с кадастровым номером 50:05:0030338:186, здания с кадастровым номером 50:05:0030338:201, и сооружения с кадастровым номером 50:05:0030338:198.

Цена продажи спорного недвижимого имущества в соответствии с пунктом 2.1 договора составляет 67 897 660 руб.

В соответствии с пунктом 4 указанного договора денежные средства в счет оплаты переданы до подписания договора.

06.05.2020 между ФИО1 и ФИО4 заключен договор купли-продажи в отношении вышеуказанного имущества, цена имущества в соответствии с пунктом 2.3 договора определена сторонами в размере 15 000 000 руб. при кадастровой стоимости имущества 96 243 087 руб. 07 коп.

Оплата по договору подтверждается распиской от 06.03.2020 на сумму 1 млн. руб. и ордером ПАО «Сбербанк» на перечисление аккредитива в сумме 14 000 000 руб.

Полагая, что договоры являются единой цепочкой сделок и заключены по заведомо заниженной стоимости в отсутствие доказательств действительной оплаты в целях причинения вреда кредиторам, финансовый управляющий имуществом должника обратился с заявлением об оспаривании сделок должника.

ФИО1 в своем отзыве ссылался на пропуск сроков исковой давности, заключение сделки за пределами трехлетнего периода до возбуждения дела о несостоятельности, на произведение полной оплаты за счет собственных денежных средств и на последующее отчуждение по более низкой стоимости исходя из выявленной неликвидности имущественного комплекса.

Также ФИО1 представил фотоматериалы, подтверждающие использование им имущества, в совокупности составляющего конно-спортивный комплекс, а также сведения о том, что комплекс выставлялся на продажу на торговой площадке Авито по цене 17 500 000 руб., объявление было просмотрено более 13 тыс. раз.

В обоснование наличия возможности уплаты договорной стоимости ФИО1 привел сведения о том, что он с 2002 года ведет деятельность в качестве адвоката, занимался деятельностью по купле-продаже недвижимого имущества и выкупу долгов, решением Никулинского районного суда г. Москвы по делу №11-34588/2015 в пользу ФИО1 взыскано в эквиваленте 750 000 долларов США, при этом судебным актом подтверждено, что ранее права требования приобретены ФИО1 по стоимости 650 000 долларов США.

ФИО4 представлен отчет об оценке №12-01 от 24.04.2023, в соответствии с которым рыночная стоимость объектов составляла 15 896 100 руб. с учетом их износа.

Финансовый управляющий имуществом должника представил заключение специалиста от 07.08.2023, в соответствии с которым вышеуказанный отчет об оценке является некорректным, вероятная стоимость имущества составляет 182 125 859 руб.

ФИО4 также представлен отчет №3039-07-24, в соответствии с которым рыночная стоимость конно-спортивного комплекса на 29.05.2020 составляла 35 343 180 руб.

Также ФИО4 представлены сведения о том, что на данный момент на реконструкцию конно-спортивного комплекса им затрачено 108 755 013,88 руб., о чем представлены первичные документы, однако, стоимость всего комплекса даже после несения соответствующих затрат не превышает 100 000 000 руб.

Ответчики представили дополнительные пояснения о том. что они не были знакомы с должником и между собой, отсутствует факт заключения цепочки сделок.

Принимая во внимание установленные по делу обстоятельства, суд первой инстанции пришел к выводу, что оспариваемая сделка не может быть признана недействительной на основании положений ст. ст. 10, 168, 170 ГК РФ, в связи с чем отказал в удовлетворении заявленного требования.

Арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

Как установлены судом первой инстанции, требования заявлены финансовым управляющим 03.10.2022. При этом процедура реструктуризации введена в отношении должника 13.09.2021.

В соответствии со статьей 213.2 Закона о несостоятельности заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц. Право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона основаниям возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина.

Пунктом 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Ответчиками в суде первой инстанции заявлено о пропуске соответствующих сроков исковой давности.

Согласно пункту 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнить либо требовать ее исполнения.

Как разъяснено в пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Равным образом, осуществление сторонами мнимой сделки для вида - государственная регистрация перехода права собственности на недвижимое имущество - не препятствует квалификации мнимой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

Правовой целью договора купли-продажи являются передача имущества от продавца к покупателю и уплата покупателем продавцу определенной цены (статья 454 ГК РФ).

Таким образом, мнимость сделки исключает намерение продавца передать имущество в пользу покупателя и получить определенную денежную сумму, с одной стороны, и намерение покупателя принять от продавца это имущество и уплатить за него цену - с другой.

Кроме того, в случае наличия признаков злоупотребления сторонами сделки правом, что не допускается согласно пункту 3 статьи 1 и пункту 1 статьи 10 ГК РФ, такая сделка ничтожна в соответствии со статьей 168 ГК РФ.

В рассматриваемом случае установлено и материалами дела не опровергнуто, что договор от 23.03.2018  являлся реальным; вторая сделка совершена спустя три года, что не может свидетельствовать о цели причинить вред имущественным правам кредиторов должника.

Законодательство о банкротстве не содержит норм, запрещающих рассмотрение в деле о банкротстве заявления конкурсного управляющего или кредитора о признании недействительной сделки, совершенной между должником и конечным приобретателем имущества путем заключения взаимосвязанных с ней договоров. При этом для квалификации цепочки договоров как единой сделки необходимо установить, что отчуждение имущества конечному приобретателю изначально являлось целью всех участников этих договоров (субъективный умысел участников сделки). Если оспариваемые сделки являются взаимосвязанными, имеют единую цель - вывод ликвидных активов, направлены на причинение вреда имущественным правам кредиторов, лишение их возможности погасить требования за счет спорного имущества, аффилированность и заинтересованность между должником и конечными покупателями имущества, являющегося предметом спора, установлена, недвижимое имущество находится под фактическим контролем бенефициара, такие сделки могут быть признаны цепочкой сделок (определения судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 31.07.2017 N 305-ЭС15-11230, от 01.11.2019 N 306-ЭС19-2986(3,4).

Действительно, при отчуждении имущества должника в преддверии его банкротства и последующем оформлении передачи права собственности на данное имущество от первого приобретателя к иным лицам по цепочке сделок возможна ситуация, когда создается лишь видимость вовлечения имущества должника в гражданский оборот, иллюзия последовательного перехода права собственности на него от одного собственника другому (оформляются притворные сделки), а в действительности совершается одна единственная (прикрываемая) сделка - сделка по выводу активов во избежание обращения взыскания со стороны кредиторов. Имущество после отчуждения его должником все время находится под контролем бенефициара данной сделки, он принимает решения относительно данного имущества.

Таким образом, цепочкой последовательных притворных сделок купли-продажи с разным субъектным составом может прикрываться одна сделка, направленная на прямое отчуждение должником своего имущества в пользу бенефициара или связанного с ним лица. Такая цепочка прикрываемых притворных сделок является недействительной на основании пункта 2 статьи 170 ГК РФ, а прикрываемая сделка может быть признана недействительной как подозрительная на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Между тем, суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции, что доказательств аффилированности сторон сделки, нахождения имущества после его отчуждения должником под контролем конкретного бенефициара, принятия бенефициаром решения о судьбе имущества не предъявлено, как и доказательств, подтверждающих факт владения и пользования сторонами сделок после отчуждения спорным помещением.

Напротив, ФИО1 представлены сведения о владении и несении бремени расходов в отношении имущества.

В пункте 87 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

Исполнение (полное или частичное) договора одной из сторон свидетельствует об отсутствии оснований для признания договора мнимой или притворной сделкой.

Как установлено судом первой инстанции, сделка от 23.03.2018 безусловно исполнена на стороне должника, при этом у финансового управляющего имелись сомнения в отношении финансовой возможности оплаты на стороне покупателя.

В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.05.2014 N 1446/14 по делу N А41-36402/2012 изложен подход о справедливом распределении судом бремени доказывания, которое должно быть реализуемым. Из данного подхода следует, что заинтересованное лицо может представить минимально достаточные доказательства (prima facie) для того, чтобы перевести бремя доказывания на противоположную сторону, обладающую реальной возможностью представления исчерпывающих доказательств, подтверждающих соответствующие юридически значимые обстоятельства при добросовестном осуществлении процессуальных прав.

ФИО1  представил разумные пояснения по обстоятельствам приобретения имущества, при этом предоставление значимого числа доказательств в опровержение доводов финансового управляющего, носящих предположительный характер, объективно невозможно по истечении значительного периода времени с момента заключения сделки.

Таким образом,  суд пришел к выводу о том, что также не является опровергнутым и исполнение сделки на стороне ФИО1

Судом первой инстанции верно установлено отсутствие нарушения прав кредиторов на 23.03.2018.

Так, в рамках иного обособленного спора по настоящему делу судами установлено, что единственная существующая на дату заключения сделки задолженность перед ФИО8 в сумме 5 234 000 руб. взыскана решением Преображенского районного суда г. Москвы по делу А2-2273/2018 после заключения спорной сделки. Иных кредиторов, включенных в реестр, перед которыми на 23.03.2018 у ФИО6 имелась задолженность, сведения о которой содержались в общедоступных источниках информации, не приведено.

Доводы о наличии признаков неплатёжеспособности не нашли своего подтверждения.

При этом в материалы обособленного спора по оспариванию сделки должника, заключенной с ФИО9, представлены сведения о наличии у ФИО6 права на наследство в сумме 25 922 164 руб. а именно: решение от 05.06.2018 Гагаринского районного суда о признании за ФИО6 права на 1/2 наследства в виде денежных средств, находящихся на счете в ПАО "Сбербанк России"; справка УВД по ЮВАО ГУ МВД России по г. Москве о наличии на указанном счете денежных средств в сумме 51 844 329 руб.

Кроме того, после совершения спорной сделки в собственности должника оставались еще 15 земельных участков и здания, что подтверждается сведениями из ЕГРН по состоянию на 16.03.2019.

Таким образом, в отсутствие фактической неплатежеспособности на стороне должника сделка по отчуждению имущества не может быть признана недействительной по основаниям причинения вреда кредиторам.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств (пункт 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)").

Согласно абзацу 2 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Как следует из материалов дела, заявление о признании должника банкротом принято судом к производству 31.05.2021, в то время как оспариваемая сделка непосредственно должника была совершена 23.03.2018, т.е. более чем за 3 года до возбуждения дела о несостоятельности должника.

На основании изложенного, суд первой инстанции обосновано пришел к выводу, что данная сделка была совершена за пределами периода подозрительности, в связи чем, оснований для ее оспаривания по правилам ст. 61.2 Закона о банкротстве не имеется.

Суд апелляционной инстанции предлагал финансовому управляющему представить в суд апелляционной инстанции письменную подробную позицию относительно сроков исковой давности по оспариваемым сделкам по основаниям статей 10, 168 ГК РФ и статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Из представленных пояснений следует, что финансовый управляющий считает, что в указанном случае присутствуют следующие обстоятельства злоупотребления: - совершение сделки при наличии непогашенной задолженности; совершение сделки при наличии признаков в отсутствие реального эквивалентного представления.

Указывает, что должник ФИО6 до начала процедуры банкротства произвел отчуждение всего своего имущества и в результате этого у него не осталось активов для формирования конкурсной массы, финансовый управляющий не может произвести погашение реестровых требований. Следовательно, по мнению финансового управляющего, такие действия должника безусловно являются недобросовестными, причиняющими ущерб кредиторам и их необходимо квалифицировать по ст.10 ГК РФ как действия, направленные на умышленное причинение вреда третьим лицам.

В то же время исходя из того, что совершение подозрительной сделки по сути является также злоупотреблением права, но со специальным юридическим составом признаков, указанных в статье 61.2 Закона о банкротстве, произвольная или двойная квалификация одного и того же правонарушения как по специальным, так и по общим нормам противоречит принципам правовой определенности и предсказуемости (определение Верховного Суда Российской Федерации от 31.01.2023 N 305-ЭС19-18803(10)).

Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки. Констатация факта наличия обстоятельств выхода за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве возможна в исключительных случаях, когда установленные судом обстоятельства ее совершения говорят о заведомой противоправной цели совершения сделки обеими сторонами, об их намерении реализовать какой-либо противоправный интерес, направленный исключительно на нарушение прав и законных интересов иных лиц (применительно к делу о банкротстве прав иных кредиторов должника). Исключительная направленность сделки на нарушение прав и законных интересов других лиц должна быть в достаточной степени очевидной исходя из презумпции добросовестности поведения участников гражданского оборота.

В силу изложенного, заявление финансового управляющего по данному обособленному спору могло быть удовлетворено только в том случае, если он доказал наличие в оспариваемой сделке пороков, выходящих за пределы подозрительной сделки. В отношении данного подхода сформирована устойчивая судебная практика (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 N 10044/11 по делу N А32-26991/2009, определения Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2016 N 306-ЭС15-20034, от 29.04.2016 N 304-ЭС15-20061, от 31.08.2017 N 305-ЭС17-4886).

В то же время правовая позиция конкурсного управляющего сводится к тому, что целью отчуждения имущества, которую осознавали и желали достичь обе стороны, являлся вывод активов должника в ущерб кредиторам.

Коллегией усматривается, что таких обстоятельств заявителем не приведено, соответствующих доказательств не представлено.

Более того, сделка от 06.05.2020 оспаривается исключительно по основаниям неравноценности встречного предоставления, однако, продавцом и выгодоприобретателем по сделке должник не являлся, за счет выручки от реализации имущества по договору от 06.05.2020 конкурсная масса должника в любом случае не была бы пополнена, а требования кредиторов – пропорционально удовлетворены.

Следовательно, даже при доказанности всех признаков, на которых настаивал конкурсный управляющий, у суда первой инстанции отсутствовали основания для выхода за пределы пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а для квалификации правонарушения по данной норме отсутствует как минимум один из обязательных признаков - трехлетний период подозрительности.

При этом в материалах делах отсутствуют сведения об аффилированности сторон, в связи с чем суд первой инстанции правомерно пришел к выводу об отсутствии у оспариваемой сделки основополагающих критериев недействительности – намерения должника скрыть от кредиторов имущество путем вывода на аффилированное лицо с сохранением возможности им распоряжаться и осведомленности ответчика о противоправных целях должника, а также о причинении вреда имущественным правам кредиторов, в связи с чем оснований для признания спорных договоров недействительными не имеется.

Ссылка подателя жалобы на иную судебную практику не принимается судом апелляционной инстанции во внимание при рассмотрении настоящего спора, так как какого-либо преюдициального значения для настоящего дела не имеет, принята судами по конкретным делам, фактические обстоятельства которых отличны от фактических обстоятельств настоящего спора.

По мнению судебной коллегии, спор разрешен в соответствии с требованиями действующего законодательства и фактическим обстоятельствами конкретного дела о несостоятельности (банкротстве).

Иных убедительных доводов, основанных на доказательствах и позволяющих отменить судебный акт в обжалуемой части, апелляционная жалоба не содержит.

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта (статья 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом апелляционной инстанции не установлено.

При таких обстоятельствах оснований для отмены судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Руководствуясь статьями 266, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Калужской области от 18.09.2024 по делу                           № А23-4137/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа в течение месяца со дня изготовления постановления в полном объеме. В соответствии с частью 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации кассационная жалоба подается через арбитражный суд первой инстанции.


Председательствующий судья

Судьи


И.В. Девонина

Ю.А. Волкова

И.Н. Макосеев