Постановление от 7 ноября 2023 г. по делу № А40-127256/2022

1126/2023-299391(2)


ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 127994, Москва, ГСП -4, проезд Соломенной Сторожки, 12 адрес веб-сайта: http://9aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ № 09АП-59529/2023

Дело № А40-127256/22
г. Москва
07 ноября 2023 года
Резолютивная часть постановления объявлена 19 октября 2023 года Постановление изготовлено в полном объеме 07 ноября 2023 года

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Шведко О.И., судей Башлаковой-Николаевой Е.Ю., Захарова С.Л. при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ПАО «Банк

Уралсиб»

на решение Арбитражного суда города Москвы от 14.07.2023 по делу № А40-127256/22 о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности

по обязательствам ООО «Платон», взыскании с ФИО2 в пользу

ПАО «Банк Уралсиб» 4.689.838 руб. 16 коп., об отказе в привлечении ФИО4

Ивановны, ФИО3 к субсидиарной ответственности должника, в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Платон» при участии в судебном заседании: согласно протоколу судебного заседания

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 03.12.2021 заявление ПАО «Банк Уралсиб» о признании ООО «Платон» несостоятельным (банкротом) принято к производству, возбуждено производство по делу.

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 29.04.2022 производство по делу А40255017/2021-184-624 о банкротстве ООО «ПЛАТОН» прекращено

В Арбитражный суд г. Москвы 17.06.2022 поступило заявление ПАО «БАНК УРАЛСИБ» к ФИО4, ФИО2, ФИО3 о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ПЛАТОН» в размере 4.689.838,16 руб.

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 17.03.2023 в порядке статьи 46 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к участию в деле в качестве соответчика привлечен ФИО3.

Решением Арбитражного суда города Москвы требования удовлетворены частично, ФИО2 привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ПЛАТОН»; с ФИО5 в пользу ПАО «БАНК «РАЛСИБ» взыскано 4 689 838,16 рцб.; в удовлетворении остальной части заявленных требований отказано.

Не согласившись с принятым по делу судебным актом в части отказа в привлечении к

субсидиарной ответственности Воробьевой Натальи Ивановны, Ксенофонтова Дмитрия Георгиевича, ПАО «Банк Уралсиб» обратился в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просил указанное решение суда первой инстанции отменить.

В обоснование апелляционной жалобы заявитель ссылался на несогласие с выводами суда.

В суд поступил отзыв от ФИО4 для приобщения в материалы дела.

Суд протокольным определением приобщил отзыв ФИО4 к материалам дела как поданный в соответствии с требованиями АПК РФ.

В судебном заседании Девятого арбитражного апелляционного суда представитель апеллянта поддержал доводы апелляционной жалобы, просил ее удовлетворить.

В судебном заседании Девятого арбитражного апелляционного суда представитель ФИО4 возражал против удовлетворения апелляционной жалобы.

В соответствии с частью 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.

Согласно разъяснениям пункта 25 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 N 12 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции" при непредставлении лицами, участвующими в деле, возражений по проверке только части судебного акта до начала судебного разбирательства, суд апелляционной инстанции начинает проверку судебного акта в оспариваемой части и по собственной инициативе не вправе выходить за пределы апелляционной жалобы, за исключением проверки соблюдения судом норм процессуального права, приведенных в части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Лица, участвующие в деле, не заявили возражений против проверки решения суда в обжалуемой части.

В связи с чем, законность и обоснованность решения по настоящему делу проверяется апелляционным судом только в оспариваемой части.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 N 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Рассмотрев дело в порядке статей 266, 267, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, изучив материалы дела, выслушав доводы представителя апеллянта, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены или изменения решения арбитражного суда в обжалуемой части, принятого в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации, в силу следующих обстоятельств.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Пунктом 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве определено, что пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: 1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; 2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества,

или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника; 3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Как следует из пункта 6 статьи 61.10 Закона о банкротстве к контролирующим должника лицам не могут быть отнесены лица, если такое отнесение связано исключительно с прямым владением менее чем десятью процентами уставного капитала юридического лица и получением обычного дохода, связанного с этим владением.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве возможность определять действия должника может достигаться: 1) в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения; 2) в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии; 3) в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 настоящей статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника); 4) иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом.

Как установлено судом первой инстанции, с 10.08.2020 до 18.05.2021 генеральным директором и единственным участником должника являлась ФИО4

С 18.05.2021 генеральным директором и единственным участником являлся ФИО2

Возражая против заявленных требований, ФИО4 ссылалась на то, что она являлась номинальным руководителем по просьбе ФИО3

Вместе с тем, каких-либо доказательств наличия у ФИО3 возможности давать обязательные для должника указания или иным способом влиять на деятельность должника не представила.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пунктом 2 статьи 61.11 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» предусмотрено, что пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из обстоятельств, в том числе:

- причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

Как разъяснено в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок

на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

В обоснование заявленных требований Банком указано на заключение должником 23 государственных/муниципальных контрактов с одновременным сроком исполнения без намерения их исполнять.

Между Банком и должником были заключены договоры банковской гарантии в обеспечение исполнение обязательств по государственных/муниципальных контрактам на обслуживание инженерных систем, которые были расторгнуты в связи с неисполнением обязательств пока ним, в связи с чем Банк был вынужден выплатить денежные средства по банковским гарантиям.

ФИО4 указано, что должником было заключено 8 контрактов с бюджетными образовательными учреждения, в обеспечение которых с Банком были заключены договоры банковской гарантии.

Как установлено судом первой инстанции, на момент заключения контрактов у должника имелось намерение их исполнять.

Само по себе заключение государственных/муниципальных контрактов без их исполнения не имело экономического смысла для должника и ответчиков, поскольку условия оплаты по контрактам не предусматривали авансирования работ.

Оплата по государственным контрактам зависела от объема выполненных работ. Сроки выполнения работ по контрактам были установлены с 01.05.2021 по 30.04.2023.

Копии контрактов представлены в материалы дела.

21.04.2021 между ФИО4 и ФИО2 был заключен договор купли-продажи бизнеса, по условиям которого ФИО4 продала ФИО2 долю в уставном капитале ООО «ПЛАТОН» в размере 100%.

При продаже бизнеса ФИО2 был уведомлен о заключении должником с бюджетными образовательными контрактов на обслуживание инженерных систем.

03.05.2021 между ФИО4 и ФИО2 был подписан договор купли-продажи доли в уставно капитале Общества.

Согласно пункту 4.7. договора, покупатель соглашается с тем, что он обладает полной информацией и не заблуждается относительно покупаемого бизнеса, что потенциально может причинить ущерб бизнесу и ему лично. Покупатель имеет полное представление относительно состояния имущественных прав, в том числе касаемо объемов прибыли и оборота денежных средств общества, заявленных Продавцом при подготовке к настоящей сделке.

Таким образом, с 03.05.2021 фактическим руководителем ООО «ПЛАТОН» и владельцем бизнеса стал ФИО2

В связи с неисполнением обязательств по контрактам в установленные сроки, указанные контакты были расторгнуты со стороны заказчиков.

Таким образом, с момента приобретения бизнеса, ФИО2 не приступил к исполнению обязательств по контрактам, допустил расторжение контрактов и взыскание денежных средств по банковским гарантиям.

В соответствии со ст. 61.12 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

Обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных

обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

Исполнение руководителем обязанности по обращению в суд с заявлением должника о собственном банкротстве, как следует из статьи 9 Закона о банкротстве, не ставится в зависимость от того, имеются ли у должника средства, достаточные для финансирования процедур банкротства. По смыслу пункта 5 статьи 61, пункта 2 статьи 62 ГК РФ при недостаточности имущества должника на эти цели необходимые расходы могут быть отнесены на его учредителей (участников).

В соответствии с п. 3.1 ст.9 Закона о банкротстве, если в течение предусмотренного пунктом 2 настоящей статьи срока руководитель должника не обратился в арбитражный суд с заявлением должника и не устранены обстоятельства, предусмотренные абзацами вторым, пятым - восьмым пункта 1 настоящей статьи, в течение десяти календарных дней со дня истечения этого срока: собственник имущества должника - унитарного предприятия обязан принять решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; лица, имеющие право инициировать созыв внеочередного общего собрания акционеров (участников) должника, либо иные контролирующие должника лица обязаны потребовать проведения досрочного заседания органа управления должника, уполномоченного на принятие решения о ликвидации должника, для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом, которое должно быть проведено не позднее десяти календарных дней со дня представления требования о его созыве. Указанный орган обязан принять решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника, если на дату его заседания не устранены обстоятельства, предусмотренные абзацами вторым, пятым - восьмым пункта 1 настоящей статьи.

При этом один лишь факт возникновения обязанности у должника уплатить задолженность само по себе не может являться обстоятельством, которое в дальнейшем повлекло несостоятельность (банкротство) должника, в целях установления субсидиарной ответственности необходимо точное и верное определение арбитражным управляющим момента возникновения обязанности по подаче заявления о признании должника банкротом.

Как следует из материалов, Банк обратился в Арбитражный суд города Москвы с заявлением о банкротстве должника 25.11.2021.

При этом, лишь в ноябре 2021 года у должника образовалась сумма требований в размере более 500 тыс. руб., которая состояла из обязанности по возврату банковской гарантии, подтвержденной судебными актами.

Таким образом, у ответчиков не имелось обязанности по подаче заявления о банкротстве должника до ноября 2021 года.

Учитывая установленные по делу обстоятельства, суд первой инстанции, исследовав и оценив все представленные сторонами доказательства, а также доводы и возражения участвующих в деле лиц, руководствуясь положениями действующего законодательства, правильно определил спорные правоотношения, с достаточной полнотой выяснил имеющие существенное значение для дела обстоятельства и пришел к обоснованному и правомерному выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения заявленных требований.

В отсутствие доказанного состава ст. 61.12 Закона несостоятельности

( банкротстве) судом первой инстанции обоснованно было отказано в привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ответчиков по указанным основаниям.

В пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" разъяснено, что по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, такое лицо подлежит признанию контролирующим должника.

Лицо не может быть признано контролирующим должника только на том основании, что оно состояло в отношениях родства или свойства с членами органов должника, либо ему были переданы полномочия на совершение от имени должника отдельных ординарных сделок, в том числе в рамках обычной хозяйственной деятельности, либо оно замещало должности главного бухгалтера, финансового директора должника (подпункты 1 - 3 пункта 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Названные лица могут быть признаны контролирующими должника на общих основаниях, в том числе с использованием предусмотренных законодательством о банкротстве презумпций, при этом учитываются преимущества, вытекающие из их положения.

Однако доказательств, подтверждающих степень вовлеченности ФИО3 в процесс принятия управленческих решений Обществом, в том числе, повлекших возникновение признаков объективного банкротства, банком в материалы дела представлено не.было.

Устные показания ФИО4 такими доказательства не являются.

Судебная коллегия также учитывает, что ухудшение финансового положения должника было обусловлено неисполнением муниципальных контрактов и их последующим расторжением, в связи с чем суд первой инстанции пришел к выводу, что с момента приобретения бизнеса, именно ФИО2 , приступил к исполнению обязательств по контрактам, допустил расторжение контрактов и взыскание денежных средств по банковским гарантиям.

Какое влияние на указанные обстоятельства оказал ФИО3 и в чем оно выразилось, Банк не указал и документально не подтвердил.

Из апелляционной жалобы Банка также не усматривается, в чем выразилось и чем подтверждена неразумность принятия ФИО4 управленческих решений по заключению муниципальных контрактов, и в связи с чем Банк пришел к выводу, что фактические возможности исполнения контрактов у должника отсутствовали.

Апелляционный суд также принимает во внимание, что признаки объективного банкротства возникли у должника в ноябре 2021 года, тогда как бизнес был продан ФИО4 ФИО5 в мае 2021 года.

Иные доводы, изложенные в апелляционной жалобе, были предметом исследования суда первой инстанции, им дана надлежащая правовая оценка, и фактически свидетельствуют о несогласии апеллянта с установленными судом обстоятельствами и оценкой доказательств, и, по существу, направлены на их переоценку, что не может явиться основанием для отмены оспариваемого судебного акта при отсутствии доказательств причинно-следственной связи между поведением руководителя должника и наступлением банкротства предприятия.

При таких обстоятельствах, оснований для отмены или изменения определения суда первой инстанции и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 176, 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный апелляционный суд,

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда г. Москвы от 14 июля 2023 года по делу № А40-127256/22 в обжалуемой части оставить без изменения, а апелляционную жалобу ПАО «Банк Уралсиб» - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.

Председательствующий судья: О.И. Шведко Судьи: Е.Ю. Башлакова-Николаева

С.Л. Захаров