Постановление от 17 сентября 2025 г. по делу № А45-27240/2022

СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, https://7aas.arbitr.ru



П О С Т А Н О В Л Е Н И Е


город Томск                                                                                       Дело № А45-27240/2022

Резолютивная часть постановления объявлена 15 сентября 2025 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 18 сентября 2025 года.


Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи                       Дубовика В.С.,

судей                                                                  Сбитнева А.Ю.

                                                                            Фаст Е.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Хохряковой Н.В., рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 (№07АП-10982/2023(7)) на определение Арбитражного суда Новосибирской области от 03.07.2025 по делу №А45-27240/2022 (судья Висковская К.Г.) о несостоятельности (банкротстве) ФИО1 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., место рождения: г. Белово Кемеровской области, адрес регистрации: г. Москва, вн.тер.г.пос. Новофедоровское, <...>, адрес места пребывания: <...>, ИНН <***>, СНИЛС 066-261- 169- 59), принятое по заявлению финансового управляющего ФИО2 о признании недействительной сделкой отчуждения в пользу ФИО3 автомобиля MERSEDES BENZ AMG G65,


при участии в судебном заседании:

от должника – ФИО4 по доверенности от 12.08.2024, удостоверение адвоката,

УСТАНОВИЛ:

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО1 (далее – ФИО1, должник, апеллянт) финансовый управляющий ФИО2 (далее - финансовый управляющий ФИО2) обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительной сделки по отчуждению должником транспортного средства, применении последствий недействительности сделки.

Определением Арбитражного суда Новосибирской области от 03.07.2025 заявление удовлетворено. Отчуждение транспортного средства – автомобиля марки Mersedes Benz FMG, 2016 года выпуска, VIN <***>, гос.рег.номер Т 819 ЕР 142 (далее – спорный автомобиль) в пользу ФИО3 (далее – ФИО3, ответчик) признано недействительной сделкой. Применены последствия недействительности сделки. За ФИО1 признано право собственности на спорный автомобиль. С ФИО3 в доход федерального бюджета взыскано 6 000 рублей госпошлины.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО1 обратился в Седьмой арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда Новосибирской области от 03.07.2025 отменить, обособленный спор отправить на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В обоснование доводов жалобы указано, что суд первой инстанции вышел за пределы заявленных требований и пришел к ошибочному выводу об отчуждении автомобиля ФИО5 (далее – ФИО5). Заявитель отмечает, что на момент заключения сделки с ФИО3, должник не отвечал признакам неплатежеспособности, обязательства перед Банком ВТБ (ПАО) возникли позже. Полагает, что расписка от 14.12.2019 исчерпывающим образом подтверждает возмездность сделки. Считает, что факт заключения ФИО3 договора аренды парковочного места, расположенного не по месту её жительства, подтверждает коммерческую цель приобретения автомобиля – для дальнейшей реализации. Подчеркивает, что судом не исследован факт размещения объявления о продаже автомобиля. Ссылается на преждевременность вывода о несовпадении воли с волеизъявлением сторон.

Представитель должника – ФИО4 в судебном заседании поддержал доводы апелляционной жалобы.

Иные участвующие в деле лица, не обеспечившие личное участие и явку своих представителей в судебное заседание, извещены надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в связи с чем, суд апелляционной инстанции на основании статей 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) рассмотрел апелляционную жалобу в их отсутствие.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, заслушав пояснения участника процесса, проверив законность и обоснованность определения суда первой инстанции в порядке статьи 268 АПК РФ, арбитражный суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены судебного акта исходя из следующего.

В соответствии с материалами дела, решением суда от 03.10.2023 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества.

02.02.2024 финансовый управляющий ФИО2 обратился в суд с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 АПК РФ, о признании недействительной сделки по отчуждению должником в пользу ФИО3 спорного автомобиля, применении последствий недействительности сделки в виде возврата имущества в конкурсную массу должника и обязания ФИО3 возвратить спорный автомобиль в конкурсную массу.

В качестве правовых оснований требований финансового управляющего указаны положения пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве).

Суд первой инстанции пришел к выводу о том, что оспариваемый договор является мнимой сделкой, направленной на уклонение от погашения требований кредиторов за счет данного имущества.

Выводы суда первой инстанции, соответствуют действующему законодательству и фактическим обстоятельствам дела.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I - VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI настоящего Федерального закона (пункт 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее – ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Статья 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания сделки должника недействительной, если она совершена при неравноценном встречном исполнении (пункт 1), с целью причинения вреда кредиторам (пункт 2).

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

В пункте 5 Постановления № 63 разъяснено, что в силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

 а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признакам неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена в отношении заинтересованного лица. Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки (пункт 7 Постановления № 63).

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

В соответствии со статей 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами являются лица, входящие в одну группу лиц с должником, а также аффилированные лица.

Вместе с тем, согласно позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 15.06.2016 №308-ЭС16-1475 по делу №А53-885/2014, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только путем подтверждения аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать шестом и тридцать седьмом статьи 2 Закона о банкротстве, в соответствии с которыми недостаточность имущества - это превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Из разъяснений, приведенных в абзаце седьмом пункта 5 Постановления № 63, следует, что при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Как следует из определения Верховного Суда РФ от 23.08.2019 №304-ЭС15- 2412(19) по делу №А27-472/2014, положения статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимы, в первую очередь, для того, чтобы посредством аннулирования подозрительных сделок ликвидировать последствия вреда, причиненного кредиторам должника после вывода активов последнего. Квалифицирующим признаком таких сделок является именно наличие вреда кредиторам, умаление конкурсной массы в той или иной форме.

Из диспозиции названных норм (как пункта 1, так и пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве) следует, что помимо установленных законом обстоятельств, требующих анализа, во внимание должны приниматься и все обстоятельства совершения сделки, то есть суд должен исследовать контекст отношений должника с контрагентом для того, чтобы вывод о подозрительности являлся вполне убедительным и обоснованным.

В целях определения того, повлекла ли сделка вред, поведение должника может быть соотнесено с предполагаемым поведением действующего в своем интересе и в своей выгоде добросовестного и разумного участника гражданского оборота.

Так, если сделка, скорее всего, не могла быть совершена таким участником оборота, в первую очередь, по причине ее невыгодности (расточительности для имущественной массы), то наиболее вероятно, что сделка является подозрительной. И напротив, если есть основания допустить, что разумным участником оборота могла быть совершена подобная сделка, то предполагается, что условий для ее аннулирования не имеется.

Согласно части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений, а в силу части 3 указанной статьи, лицо должно раскрыть доказательства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент ее совершения стороны не намеревались создавать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон.

Согласно разъяснениям, содержащихся в пункте 86 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

В определении Верховного суда РФ от 25.07.2016 по делу № 305-ЭС16-2411 указано на необходимость исследования обстоятельств мнимости сделки. Так, суд в названном определении указал, что при рассмотрении вопроса о мнимости сделки и документов, подтверждающих факт исполнения договора, суд не должен ограничиваться проверкой соответствия копий документов установленным законом формальным требованиям. Необходимо принимать во внимание и иные документы первичного учета, а также иные доказательства.

Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон.

Исходя из правовой позиции Президиума ВАС РФ, изложенной в Постановлении от 13.05.2014 № 1446/14, в случаях, подобных рассматриваемому, бремя доказывания смещается: указывающий на мнимость сделок, должен представлять соответствующие доказательства, но другая сторона, настаивающая на наличии долга или обязательства, должна представить доказательства наличия реального экономического содержания сделки, а также доказательства, опровергающие доводы о заключении сделки исключительно с целью злоупотребления правом.

При этом другой стороне, настаивающей на наличие реальности обязательства, не должно составлять затруднений опровергнуть указанные сомнения, поскольку именно она должна обладать всеми доказательствами своих правоотношений с несостоятельным должником.

Давая оценку доводам апелляционной жалобы об отсутствии оснований для признания сделки недействительной, судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции.

Как следует из материалов дела, 02.06.2017 на имя ФИО1 зарегистрирован спорный автомобиль. 21.02.2020 автомобиль снят с регистрационного учета. Иных регистрационных действий с автомобилем не проводилось (ответ ГУ МВД России по Новосибирской области № 38/1-1782 от 29.05.2024; том 1 л.д. 84-85).

В соответствии с представленными в материалы дела документами, 14.12.2019 между должником (продавец) и ФИО3 (покупатель) заключен договор купли-продажи спорного транспортного средства. Стоимость автомобиля определена в размере 6 700 000 рублей (пункт 4 договора). В качестве доказательств оплаты по договору представлена копия расписки от 14.12.2019 о передаче ФИО1 6 700 000 рублей наличными денежными средствами.

ФИО3 спорный автомобиль на регистрационный учет не ставился.

Дело о несостоятельности (банкротстве) должника возбуждено определением суда от 09.11.2022. Таким образом, оспариваемый договор купли-продажи спорного транспортного средства попадает под период подозрительности, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Вышеуказанные сделки совершены в период неплатежеспособности как ФИО1, так и подконтрольного ему ООО «УглеТранс».

На момент совершения сделок у должника имелись неисполненные обязательства перед кредиторами, требования которых были включены в реестр:

- перед Банком ВТБ (ПАО). Задолженность образовалась в связи с неисполнением ООО «УглеТранс» (подконтрольное должнику общество) обязательств по кредитным соглашениям от 22.11.2017, от 31.05.2018, в рамках которых ФИО1 выступал поручителем заемщика (договоры поручительства от 22.11.2017 и 31.05.2018). 06.04.2020 Банк обратился к поручителю с требованием о погашении задолженности ООО «УглеТранс». Требование в добровольном порядке не исполнено.

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 05.11.2020 по делу № А40-148524/20- 172-1113 с ООО «УглеТранс» в пользу Банка взыскана задолженность по кредитным соглашениям. Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 09.06.2021 решение Арбитражного суда г. Москвы от 05.11.2020 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 20.02.2021 отменены в части размера взысканных с ООО «УглеТранс» неустоек, в указанной части дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции. В остальной части судебные акты оставлены без изменения. Решением Арбитражного суда г. Москвы от 28.07.2021 с ООО «УглеТранс» взысканы неустойки по кредитным соглашениям. Впоследствии требование Банка включено в реестр требований кредиторов ООО «УглеТранс» (определение суда от 23.08.2021 по делу № А45-1962/2021).

Решением Мещанского районного суда г. Москвы от 22.10.2020 по делу № 2- 7384/2020 с ФИО1 в пользу Банка взыскана задолженность по кредитным соглашениям, а также расходы по уплате госпошлины. Апелляционным определением Московского городского суда от 26.04.2022 решение Мещанского районного суда г.Москвы от 22.10.2020 по делу № 2-7384/2020 изменено в части размера взысканных сумм. Требование кредитора включено в реестр требований кредиторов должника определением суда от 05.06.2023;

- перед АО «Сибирская углепромышленная компания» (правопреемник ПАО «Сбербанк России»). Указанная задолженность возникла из договоров об открытии возобновляемой кредитной линии от 24.04.2019 и 15.05.2019, заключенных между ПАО «Сбербанк России» и ООО «УглеТранс». В обеспечение исполнения обязательств по кредитным договорам ФИО1 и ПАО «Сбербанк России» заключили договоры поручительства. Определением суда от 30.09.2021 по делу №А45-1962/2021 требование АО «СУПК» включено в третью очередь реестра требований кредиторов ООО «УглеТранс». Требование кредитора включено в реестр требований кредиторов должника определением суда от 02.12.2023.

Таким образом, на дату совершения спорной сделки кредиторы, включенные в реестр требований кредиторов по настоящему делу, уже предъявили свои требования к подконтрольному ФИО1 обществу и к нему как к поручителю.

Сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной. В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Данный правовой подход отражен в определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.03.2019 № 305-ЭС17-11710(4).

Как верно указано судом первой инстанции, ФИО1, являвшийся участником и директором ООО «Углетранс», не мог не осознавать неудовлетворительное экономическое состояние подконтрольного ему лица и должен был предполагать о возможном возникновении у него обязательств перед третьими лицами в значительном размере.

Оценивая наличие факта причинения вреда имущественным правам кредиторов, встречного предоставления в пользу должника, суд апелляционной инстанции исходит из следующего.

В материалах дела отсутствуют убедительные доказательства получения должником встречного исполнения от ФИО3

Действующее законодательство не содержит запрета на осуществления расчетов между участниками гражданских правоотношений в наличной форме. Вместе с тем, ответчик в данном случае обязан представить суду безусловные доказательства, подтверждающие факт передачи должнику денежных средств в указанном размере с учетом повышенного стандарта доказывания.

Сама по себе расписка от 14.12.2019 о получении денежных средств от ФИО3 в размере 6 700 000 рублей, в отсутствие иных доказательств наличия финансовой возможности произвести оплату по сделке, не свидетельствует о реальной передаче денежных средств в указанном размере, в связи с этим суд апелляционной инстанции оценивает представленную расписку как недостоверное доказательство.

ФИО3 каких-либо пояснений по обособленному спору не представила, равно как и доказательств наличия финансовой возможности приобрести у должника спорный автомобиль, а также иной дорогостоящий автомобиль Porscye Panamera Turbo S E-Hybrid, 2017 года выпуска, VIN <***>, г.р.з. X575УЕ142.

Из поступивших в материалы дела сведений от налогового органа доход ФИО3 за 2016, 2017, 2018, 2019 гг. в совокупном размере не превышал 900 000 рублей (ответ Межрайонной ИФНС России № 15 по Кемеровской области-Кузбассу от 20.01.2025).

Кроме того, ФИО3 не представила пояснений относительно экономической целесообразности заключения договора аренды парковочного места с супругой должника вблизи места жительства должника и его бывшей супруги (решение Ленинского районного суда г. Кемерово от 14.12.2020 по делу № 2-1306/2020).

Также вызывают обоснованные сомнения доводы должника о том, что ФИО3 является профессиональным участником отношений в сфере купли-продажи автомобилей, поскольку спорный автомобиль более пяти лет находится у «профессионального продавца».

Сведения о том, что в период своего владения в статусе собственника ФИО3 предпринимала меры по открытой продаже указанного имущества (объявления на специализированных сайтах) в материалы дела не представлено, равно как не представлено доказательств успешной предпринимательской деятельности ФИО3 в сфере перепродажи новых либо подержанных автомобилей.

Отчет в отношении спорного автомобиля от 02.04.2024 не содержит сведений о размещении объявлений о продаже (страница 13 Отчета).

Помимо прочего, финансовым управляющим указано на обнаружение факта заключения 16.01.2023 между должником и ФИО6 договора уступки права требования №001 от 16.01.2023. По договору цессии переданы права требования к ФИО7 по договору займа №1 от 24.12.2020 и расписки от 24.12.2020 в сумме 41 446 121,65 рублей.

Данные обстоятельства свидетельствуют о наличии фактической аффилированности между сторонами, то есть при рассмотрении настоящего спора применяется повышенный стандарт доказывания.

Согласно ответу АО «Тинькофф Страхование» от 30.05.2024 № ОС-127897 ФИО1 в декабре 2022 года подано заявление о заключении договора обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств (далее - ОСАГО) в отношении спорного автомобиля.

Выдан страховой плис ОСАГО ХХХ0281999766. Срок страхования с 09.12.2022 по 08.03.2023. В качестве страхователя и собственника транспортного средства указан ФИО1 В числе лиц, допущенных к управлению транспортным средством, указан только должник.

В период 2020-2022 гг. страхователем спорного автомобиля являлась ФИО3 Всеми полисами ОСАГО предусмотрен неограниченный список лиц, допущенных к управлению автомобилем (полис XXX 0124575076; XXX 0124575076; XXX 0124575076).

Очевидно, что при обычной продаже автомобиля в пользу незаинтересованного (не аффилированного) покупателя, его прежний собственник утрачивает право владения и управления им, а получив соразмерное встречное исполнение, продавец утачивает и интерес к владению отчужденным имуществом. В рассматриваемом случае должник фактического владения в отношении спорного автомобиля не утратил.

Поведение сторон сделок свидетельствует о согласованных действиях заинтересованных лиц в ущерб имущественным интересам кредиторов.

Также апелляционный суд отмечает процессуальное безразличие ФИО3 к обжалованию судебного акта, которым в конкурсную массу возвращен спорный автомобиль, тогда как должник, интерес которого должен состоять в наиболее полном формировании конкурсной массы для расчетов с кредиторами, выражает несогласие с восстановлением своих имущественных прав на автомобиль.

Вышеуказанные обстоятельства позволяют сделать вывод о том, что спорный автомобиль из-под контроля должника фактически не выбывал.

Отчуждение принадлежащего должнику имущества в результате совершения спорной сделки привело к причинению ущерба кредиторам, которые лишились возможности удовлетворения своих требований за счет выбывшего имущества, сделка направлена на уменьшение активов должника и его конкурсной массы путем отчуждения имущества, в отсутствие встречного исполнения.

Последствия недействительности сделки применены судом первой инстанции в соответствии с положениями статьи 167 ГК РФ, статьи 61.6 Закона о банкротстве, разъяснений, приведенных в Постановлении № 63.

Довод ФИО1 о выходе судом первой инстанции за пределы заявленных требований не подтверждается материалами дела.

Как следует из материалов дела, 05.03.2025 финансовый управляющий уточнил заявленные требования, просил исключить ФИО5 из числа ответчиков.

Протокольным определением от 05.03.2025 суд принял уточненное заявление финансового управляющего (том 2 л.д. 67-68).

Из содержания обжалуемого определения, а также из материалов дела, очевидно, что в резолютивной части обжалуемого определения была допущена опечатка, которая может быть исправлена в соответствии с частью 3 статьи 179 АПК РФ.

Доводы заявителя апелляционной жалобы не опровергают выводы суда первой инстанции, а выражают несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

При таких обстоятельствах, арбитражный суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права. Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и оснований для его отмены, в соответствии со статьей 270 АПК РФ, апелляционная инстанция не усматривает.

Руководствуясь частью 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда Новосибирской области от 03.07.2025 по делу №А45-27240/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий месяца со дня вступления его в законную силу путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Новосибирской области.

Постановление, выполненное в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».


Председательствующий


В.С. Дубовик


Судьи


А.Ю. Сбитнев


Е.В. Фаст