Постановление от 30 ноября 2018 г. по делу № А51-6779/2018

Пятый арбитражный апелляционный суд

ул. Светланская, 115, г. Владивосток, 690001

тел.: (423) 221-09-01, факс (423) 221-09-98

http://5aas.arbitr.ru/

Именем Российской Федерации


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело

№ А51-6779/2018
г. Владивосток
30 ноября 2018 года
Резолютивная часть постановления объявлена 27 ноября 2018 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 30 ноября 2018 года.

Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего А.В. Гончаровой,

судей О.Ю. Еремеевой, Е.В. Зимина,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Октагон»,

апелляционное производство № 05АП-8255/2018

на решение от 19.09.2018

судьи Е.М. Попова

по делу № А51-6779/2018 Арбитражного суда Приморского края

по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Октагон» (ИНН <***>, ОГРН <***>)

к Владивостокской таможне (ИНН <***>, ОГРН <***>)

о признании незаконными решения о корректировке таможенной стоимости товаров от 06.01.2018 по ДТ №10702070/021117/0027214 и решения от 23.01.2018 о принятии скорректированной таможенной стоимости, оформленного путем проставления электронной отметки «таможенная стоимость принята» в декларации таможенной стоимости формы ДТС-2,

при участии:

от ООО «Октагон»: директор ФИО2, на основании решения №1 единственного учредителя ООО «Октагон» от 16.10.2016, паспорт; представитель ФИО3, по доверенности от 14.06.2017 сроком на 3 года, паспорт;

от Владивостокской таможни: представитель ФИО4, по доверенности от 22.10.2018 сроком действия до 22.10.2019, удостоверение;

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «Октагон» (далее - заявитель, общество, декларант, ООО «Октагон») обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании незаконными решения Владивостокской таможни (далее - таможенный орган, таможня) от 06.01.2018 о корректировке таможенной стоимости товаров, ввезенных по декларации на товары (далее - ДТ) №10702070/021117/0027214, и решения от 23.01.2018 о принятии таможенной стоимости этих же товаров, оформленного путем проставления электронной отметки «таможенная стоимость принята» в декларации таможенной стоимости формы ДТС-2. Одновременно заявитель ходатайствовал о взыскании судебных расходов по оплате услуг представителя в сумме 15000 рублей.

Решением Арбитражного суда Приморского края от 19.09.2018 в удовлетворении заявленных требований отказано.

Не согласившись с принятым решением, общество обратилось в Пятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой. Указывает, что при таможенном оформлении представило таможенному органу все документы, содержащие достоверные и достаточные сведения для определения заявленной таможенной стоимости по первому методу, в связи с чем у таможенного органа отсутствовали правовые основания для отказа в принятии заявленной стоимости. При этом выражает несогласие с выводом арбитражного суда об отсутствии соглашения сторон по условиям оплаты, в том числе на счета третьих лиц, поскольку такая возможность контрактом предусмотрена, а представленные письма инопартнера подтверждают обоснованность осуществление платежей на счета других лиц. Считает, что представленные декларантом платежные документы позволяют их соотнести с рассматриваемой поставкой. Отмечает, что невозможность представления экспортной декларации была объяснена декларантом путем представления переписки с инопартнером. Поясняет, что указание в графах 16 и 34 страны происхождения Корея вызвано допущенной технической опечаткой. Настаивает на ошибочности вывода суда первой инстанции о невключении в структуру таможенной стоимости вознаграждения экспедитору. Также общество приводит довод о том, что, корректируя таможенную стоимость спорных товаров, таможенный орган нарушил как требование о последовательности применения методов определения таможенной стоимости, поскольку корректировка таможенной стоимости осуществлена на основании шестого метода, так и порядок выбора источника ценовой информации, поскольку не учитывал уровень индекса таможенной стоимости однородных товаров, который, по мнению заявителя, при применении третьего метода определения таможенной стоимости должен был быть выбран самый низкий. На основании изложенных доводов общество просит решение суда отменить, принять по делу новый судебный акт.

В судебном заседании представители заявителя доводы апелляционной жалобы с учетом дополнительных пояснений поддержали в полном объеме, дали аналогичные пояснения.

Таможенный орган в представленном в материалы дела отзыве и дополнении к нему, поддержанном представителем в судебном заседании, с доводами апелляционной жалобы не согласился, считает, что судом первой инстанции выяснены все обстоятельства дела и им дана надлежащая оценка, в связи с чем решение отмене или изменению не подлежит.

Из материалов дела судебной коллегией установлено следующее.

В ноябре 2017 года во исполнение внешнеторгового контракта №ВТ/38 от 14.12.2016, заключенного между заявителем и компанией «BRING TRADING CO., LIMITED», на таможенную территорию Евразийского экономического союза в Россию на условиях FOB NINGBO были ввезены товары – радиаторы секционные биметаллические общей стоимостью 35837,29 долларов США.

В целях таможенного оформления ввезенного товара общество подало в таможню декларацию на товары №10702070/021117/0027214, определив таможенную стоимость по первому методу определения таможенной стоимости «по стоимости сделки с ввозимыми товарами».

По результатам проведенного контроля заявленной обществом таможенной стоимости таможенным органом 03.11.2017 было принято решение о проведении дополнительной проверки, которое содержало в себе уведомление об обнаружении признаков недостоверности заявленных сведений о таможенной стоимости товара, а также запрос о предоставлении дополнительных документов для подтверждения заявленной таможенной стоимости товаров.

В ответ на решение о проведении дополнительной проверки общество письмом от 08.12.2017 представило имеющиеся в его распоряжении документы, запрошенные таможенным органом, а также дало пояснения относительно формирования таможенной стоимости.

Посчитав, что сведения, использованные обществом при заявлении таможенной стоимости товара, не основаны на количественно определенной и документально подтвержденной информации, таможня 06.01.2018 приняла решение о корректировке таможенной стоимости товара.

Во исполнение указанного решения заявленная таможенная стоимость была скорректирована на основании шестого «резервного» метода определения таможенной стоимости и принята таможней 23.01.2018 путем проставления отметки в электронном документе «Служебные отметки ДТС».

В результате произведенной корректировки таможенной стоимости ввезенного товара увеличилась сумма начисленных таможенных платежей.

Не согласившись с указанными решениями таможенного органа, посчитав, что они не соответствуют закону и нарушают его права и законные интересы в сфере внешнеэкономической деятельности, декларант обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из того, что корректировка заявленной таможенной стоимости товаров по рассматриваемой ДТ была произведена таможней при наличии к тому правовых оснований, поскольку общество не исполнило обязательное требование о документальном подтверждении заявленной таможенной стоимости. В этой связи арбитражный суд посчитал обоснованным определение таможенной стоимости товара на основании шестого метода определения таможенной стоимости с применением выбранного таможней источника ценовой информации.

Исследовав материалы дела, проанализировав доводы, содержащиеся в апелляционной жалобе, отзыве на нее, заслушав в судебном заседании представителей лиц, участвующих в деле, проверив в порядке статей 268, 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права, судебная коллегия не усматривает оснований для отмены решения суда на основании следующего.

Согласно части 1 статьи 198, части 4 статьи 200, частям 2 и 3 статьи 201 АПК РФ для признания недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) государственных органов и их должностных лиц необходимо наличие в совокупности двух условий: несоответствия оспариваемого ненормативного правового акта, решений и действий (бездействия) закону или иному нормативному правовому акту и нарушение прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

С 01.01.2018 в ЕАЭС осуществляется единое таможенное регулирование в соответствии с Таможенным кодексом Евразийского экономического союза (далее - ТК ЕАЭС) и регулирующими таможенные правоотношения международными договорами и актами, составляющими право ЕАЭС, а также в соответствии с положениями Договора о Евразийском экономическом союзе от 29.05.2014.

В силу пункта 1 статьи 444 ТК ЕАЭС настоящий Кодекс применяется к отношениям, регулируемым международными договорами и актами в сфере таможенного регулирования и возникшим со дня его вступления в силу.

По отношениям, регулируемым международными договорами и актами в сфере таможенного регулирования, возникшим до вступления настоящего Кодекса в силу, настоящий Кодекс применяется к тем правам и обязанностям, которые возникнут со дня его вступления в силу, с учетом положений, предусмотренных статьями 448 – 465 настоящего Кодекса (пункт 2 статьи 444 ТК ЕАЭС).

Таким образом, принимая во внимание названные нормы права и дату регистрации ДТ №10702070/021117/0027214, судебная коллегия поддерживает вывод арбитражного суда о необходимости применения к отношениям, связанным с проверкой таможенной стоимости товаров по указанной декларации, норм Таможенного кодекса Таможенного союза (далее – ТК ТС) и Соглашения между Правительством Российской Федерации, Правительством Республики Беларусь и Правительством Республики Казахстан от 25.01.2008 «Об определении таможенной стоимости товаров, перемещаемых через таможенную границу таможенного союза» (далее - Соглашение об определении таможенной стоимости, Соглашение), действовавших до 01.01.2018.

Как предусмотрено пунктом 1 статьи 64 ТК ТС, таможенная стоимость товаров, ввозимых на таможенную территорию таможенного союза, определяется в соответствии с международным договором государств - членов таможенного союза, регулирующим вопросы определения таможенной стоимости товаров, перемещаемых через таможенную границу.

В соответствии с пунктом 1 статьи 2 Соглашения об определении таможенной стоимости, основой определения таможенной стоимости ввозимых товаров должна быть в максимально возможной степени стоимость сделки с этими товарами в значении, установленном в статье 4 Соглашения об определении таможенной стоимости.

Согласно пункту 1 статьи 2 названного Соглашения основой определения таможенной стоимости ввозимых товаров должна быть в максимально возможной степени стоимость сделки с этими товарами в значении, установленном в статье 4 настоящего Соглашения.

Из пункта 1 статьи 4 этого же Соглашения следует, что таможенной стоимостью товаров, ввозимых на единую таможенную территорию таможенного союза, является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на единую таможенную территорию таможенного союза и дополненная в соответствии с положениями статьи 5 названного Соглашения, при любом из условий, названных в пункте 1 статьи 4 Соглашения.

Ценой фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, является общая сумма всех платежей за эти товары, осуществленных или подлежащих осуществлению покупателем непосредственно продавцу или в пользу продавца. При этом платежи могут быть осуществлены прямо или косвенно в любой форме, не запрещенной законодательством государства соответствующей стороны (пункт 2 статьи 4 Соглашения).

В силу положений статьи 65 ТК ТС декларирование таможенной стоимости ввозимых товаров осуществляется путем заявления сведений о методе определения таможенной стоимости товаров, величине таможенной стоимости товаров, об обстоятельствах и условиях внешнеэкономической сделки, имеющих отношение к определению таможенной стоимости товаров, а также представления подтверждающих их документов (пункт 2); заявляемая таможенная стоимость товаров и представляемые сведения, относящиеся к ее определению, должны основываться на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации (пункт 4).

По правилам пункта 1 статьи 183 ТК ТС подача таможенной декларации должна сопровождаться представлением таможенному органу документов, на основании которых заполнена таможенная декларация, если иное не установлено настоящим Кодексом.

Перечень документов, подтверждающих заявленную таможенную стоимость товаров, установлен Приложением 1 к Порядку декларирования таможенной стоимости товаров, утвержденному Решением Комиссии Таможенного союза от 20.09.2010 №376.

В соответствии с пунктом 1 названного Перечня при определении таможенной стоимости по методу по стоимости сделки с ввозимыми товарами лицом, заполнившим ДТС, должен быть представлен внешнеторговый договор купли-продажи (возмездный договор поставки), действующие приложения, дополнения и изменения к нему; счет-фактура (инвойс); банковские документы (если счет-фактура оплачен в зависимости от условий внешнеторгового контракта), а также другие платежные документы, отражающие стоимость товара.

Из материалов дела усматривается, что по условиям пункта 1.1 контракта №ВТ/38 от 14.12.2016 продавец передал, а покупатель принял на условиях настоящего контракта обои, опалубку, электротехническую продукцию, автомобильные масла, товары народного потребления и другую продукцию, именуемую далее как - товар, в соответствии со спецификациями к настоящему контракту, которые с момента их подписания надлежаще уполномоченными представителями сторон являются неотъемлемой частью контракта.

Согласно пункту 1.2 контракта в спецификациях к контракту указывается наименование, количество товара, ассортимент, стоимость, а также условия поставки в соответствии с Инкотермс-2010.

Отгрузка товара может осуществляться на условиях CFR Владивосток или порт Восточный (Россия), если иное не оговорено в спецификации (пункт 1.3 контракта).

В силу пункта 2.1 этого же контракта общая сумма контракта составляет 5000000 долларов США. Цена товара устанавливается в долларах США в спецификации продавцом и включает в себя все расходы в соответствии с условием поставки, указанным в пункте 1 настоящего контракта.

По условиям пункта 4.1 контракта от 14.12.2016 №ВТ/38 платежи по настоящему контракту осуществляются за количество товара, зафиксированное сторонами в надлежаще оформленных спецификациях, а в случаях, указанных в пункте 6.4 контракта - с учетом актов приемки товара:

- на основании инвойса или проформы инвойса путем предоплаты в размере от 0 до 100 процентов от стоимости товара на счет продавца;

- на основании таможенной декларации путем перевода на счет продавца оставшейся суммы стоимости товара в течение 90 дней с даты получения товара. Датой получения товара считается дата выпуска ДТ, оформленной на территории России.

Как следует из пункта 4.3 контракта от 14.12.2016 №ВТ/38, поставка товара в случае предоплаты осуществляется в течение 150 дней с даты предоплаты. Возврат предоплаты должен быть произведен покупателю в срок не позднее 160 дней со дня проведения предоплаты в случае, если поставка не может быть произведена в оговоренные сроки.

Анализ представленных к таможенному оформлению контракта от 14.12.2016 №ВТ/38, спецификации №ВТ/38-ОС-126 от 14.10.2017 и инвойса №ВТ/38-ОС-126 от 14.10.2017 показывает, что стороны внешнеэкономической сделки достигли договоренности о поставке на условиях FOB Ningbo товара «радиаторы секционные биметаллические» на сумму 35837,29 долларов США.

В целях реализации указанных договоренностей обществу в рамках исполнения ранее заключенного агентского договора №52-АД от 10.01.2017 были оказаны услуги на сумму 38553 рубля 29 копеек, о чем был выставлен счет №1850 от 26.10.2017, оплаченный платежным поручением №1159 от 09.11.2017.

В этой связи при помещении ввезенного в рамках указанного контракта товара таможенному органу была представлена декларация на товары №10702070/021117/0027214 с представлением контракта, паспорта сделки, спецификации, инвойса, коносамента, агентского договора, счета на оплату и иных документов.

В свою очередь таможенная стоимость спорного товара была определена обществом как арифметическая сумма стоимости товара в размере 35837,29 долларов США, заявленной в графе 22 спорной декларации, и стоимости транспортных расходов в размере 38553 рубля 29 копеек, отраженных в графе 17 ДТС-1 в качестве понесенных расходов по доставке товара до таможенной территории Евразийского экономического союза.

При этом стороны контракта ни в спецификации №ВТ/38-ОС-126 от 14.10.2017, ни в инвойсе №ВТ/38-ОС-126 от 14.10.2017 не согласовали условие о сроках и порядке оплаты спорной партии товара, исходя из условий, предусмотренных пунктом 4.1 контракта, а установили новые условия оплаты - оплата в течение 150 дней со дня прибытия в порт назначения или предоплата согласно части 4 контракта.

Приведенные положения коммерческих документов свидетельствуют о том, что однозначно определенное условие оплаты за спорный товар стоимостью 35837,29 долларов США, в том числе конкретный размер предоплаты в процентном выражении, сторонами согласован не был.

В этой связи вывод таможенного органа о наличии в спецификации и инвойсе порядка оплаты, не предусмотренного контрактом, а равно об отсутствии в указанных коммерческих документах конкретного способа оплаты, предусмотренного контрактом, нашёл подтверждение материалами дела.

Оценивая представленные в ходе таможенного контроля платежные документы, проформу инвойса, письма продавца, приложение по зачету к внешнеторговому контракту и ведомость банковского контроля в качестве доказательств оплаты товара, согласованного спецификацией №ВТ/38-ОС-126 от 14.10.2017, судебная коллегия установила следующее.

Как следует из приложения от 08.12.2017 к контракту от 14.12.2016 №ВТ/38, сторонами внешнеэкономической сделки было достигнуто соглашение о зачете в счет оплаты по инвойсу №ВТ/38-ОС-126 от 14.10.2017, выставленному по спорной поставке, денежных средств в сумме 4178,42 долларов США по заявлению на перевод №140 от 27.07.2017, денежных средств в сумме 23541,53 доллар США по заявлению на перевод №232 от 17.11.2017, денежных средств в сумме 8117,34 долларов США по заявлению на перевод №248 от 07.12.2017.

Из буквального прочтения заявления на перевод №140 от 27.07.2017 на сумму 40000 долларов США усматривается, что им была произведена предварительная частичная оплата поставки товаров по проформе инвойса №ВТ/38-ОС-0041 от 26.06.2017 на основании письма инопартнера от 27.07.2017.

В свою очередь, анализ данного документа показывает его неотносимость к спорной поставке, поскольку проформа инвойса №ВТ/38-ОС-0041 от 26.06.2017 не идентифицируются с товаром, задекларированным по спорной ДТ.

Так, не принимая во внимание указанную проформу инвойса, судебная коллегия исходит из того, что данный предварительный счет выставлен на оплату иного товара (радиаторы с иным артикулом, иная стоимость за единицу товара, иной изготовитель, иные условия поставки), что не согласуется со сведениями о товаре, заявленном в спорной декларации.

Ссылка общества на то, что идентификацию платежа по заявлению на перевод №140 от 27.07.2017 следует производить согласно приложению от 08.12.2017 о зачете, не может быть принята коллегией во внимание, поскольку возможность проведения взаимозачета по уже частично оплаченной предварительной поставке иного товара условиями контракта не предусмотрена.

Кроме того, указанное приложение о зачете было подписано сторонами внешнеторговой сделки после подачи ДТ №10702070/021117/0027214 и после произведенной оплаты по заявлению на перевод №140 от 27.07.2017, в связи с чем фактически изменило назначение платежа по указанному заявлению на перевод в отсутствие доказательств объективной необходимости такого изменения.

Делая данный вывод, коллегия критически относится и к представленному декларантом в ходе проведения дополнительной проверки приложению №1 от 01.11.2017 к контракту, дополняющему пункт 4.8 контракта условием о возможности сторон осуществлять зачет ранее переведенных денежных средств в счет оплаты за фактически поставленный товар, поскольку в паспорт сделки не внесены соответствующие записи о внесении изменений (дополнений, приложений) в контракт, касающихся существенных условий контракта, что предусмотрено главой 6 Инструкция Банка России от 04.06.2012 №138-И «О порядке представления резидентами и нерезидентами уполномоченным банкам документов и информации, связанных с проведением валютных операций, порядке оформления паспортов сделок, а также порядке учета уполномоченными банками валютных операций и контроля за их проведением» (действовавшей на момент спорных правоотношений, далее – Инструкция №138-И).

Установленные обстоятельства позволяют сделать вывод о формальности представленных обществом приложений №1 от 01.11.2017 и от 08.12.2017 к контракту, не подтверждающих факт реального согласования сторонами зачета платежа на сумму 4178,42 долларов США по заявлению на перевод №140 от 27.07.2017 в счет оплаты спорной партии товара.

Принимая во внимание изложенное, судебная коллегия приходит к выводу о невозможности идентифицировать данный платежный документ со спорной поставкой ввиду наличия в его содержании указания на иной коммерческий документ, а равно наличие в приложении к контракту иного распределения произведенной оплаты в противоречие с ранее выставленной проформой инвойса №ВТ/38-ОС-0041 от 26.06.2017.

Кроме того, вопреки утверждению заявителя жалобы, заявление на перевод №140 от 27.07.2017, равно как и заявление на перевод №248 от 07.12.2017, не могут быть приняты в качестве документов, достоверно подтверждающих произведенную оплату по спорной поставке, в том числе и потому, что согласно спецификации №ВТ/38-ОС-126 от 14.10.2017 по декларируемой партии товаров бенефициаром является компания «BRING TRADING CO., LIMITED», однако по указанным заявлениям на перевод денежные средства были переведены иным бенефициарам («ZHEJIANG YONGKANG HAFES IMPORT AND EXPORT CO LTD» и «TAICANG ASIAN DECORATION MATERIAL CO., LTD») и в другие банки.

При этом, декларантом не предоставлено никаких банковских документов, подтверждающих, что деньги были списаны со счета иных бенефициаров и зачтены бенефициару по рассматриваемой поставке.

Из содержания внешнеторгового контракта №ВТ/38 от 14.12.2016 следует, что оплата по контракту осуществляется за количество товара, зафиксированное сторонами в надлежаще оформленных спецификациях.

Следовательно, сторонами контракта согласовано осуществление оплаты за товар, наименование, количество и ассортимент которого зафиксировано сторонами в конкретной спецификации, являющейся неотъемлемой частью контракта, а основанием платежа является выставление продавцом проформы инвойса либо инвойса, которые должны корреспондироваться с поставкой определенного товара.

Согласно пункту 4.4 внешнеторгового контракта, на который ссылается заявитель, возможно осуществление оплаты на реквизиты третьего лица по письменному требованию продавца. При оплате по пункту 4.4 покупатель должен уведомить продавца о производимом переводе за один банковский день до перевода и получить от продавца сумму перевода в письме.

Вместе с тем, документов, подтверждающих смену бенефициара в соответствии с требованиями пункта 4.4 контракта, обществом не предоставлено.

Фактически заявителем предоставлены документы, согласно которым денежные средства переводятся в различные организации, что не предусмотрено контрактом. Таким образом, предоставленными заявлениями на перевод №140 от 27.07.2017, №248 от 07.12.2017 невозможно в полной мере подтвердить частичную оплату именно рассматриваемой партии товара.

Более того, при оценке представленных обществом писем продавца от 27.07.2017, от 07.12.2017 в качестве подтверждения осуществления платежей в счет оплаты товара по инвойсу №ВТ/38-ОС-126 от 14.10.2017, коллегией установлено, что данные письма о переводе, а также заявления на перевод №140, №248 составлены от одной даты - 27.07.2017 и 07.12.2017 соответственно.

Установленные обстоятельства позволяют сделать вывод о формальности представленных обществом писем продавца, не подтверждающих факт реального согласования сторонами осуществления оплаты рассматриваемой партии на реквизиты третьих лиц.

Одновременно коллегия учитывает, что имеющаяся в материалах дела ведомость банковского контроля, сформированная по состоянию на 24.01.2018, содержит как сведения о платежах, произведенных в рамках исполнения обязательств по контракту №ВТ/38 от 14.12.2016, так и сведения о таможенных декларациях, оформленных на товар, ввезенный в рамках указанного контракта.

Сравнительный анализ данных сведений показывает, что в ведомости банковского контроля в разделе II «Сведения о платежах» отсутствует информация о платеже на сумму 35837,29 долларов США по спорной декларации, а сальдо расчетов по контракту не является нулевым (раздел V «Итоговые данные расчетов по контракту»), так как имеется переплата.

В этой связи отсутствуют основания считать, что все товары, заявленные в таможенных декларациях, отраженных в ВБК в качестве подтверждающих документов, оплачены покупателем в размере каждой товарной партии по спецификациям после таможенного оформления.

Напротив, из изложенного следует, что общество производило оплату ввезенного товара платежами, не связанными со стоимостью конкретной товарной партии, что позволяло оплачивать как уже ввезенный и оприходованный товар, так и товар, который еще не был ввезен.

Таким образом, с учетом представленных декларантом документов при таможенном оформлении и проведении дополнительной проверки у таможенного органа отсутствовала возможность убедиться в достоверности пояснений декларанта о том, что товар, ввезенный по спорной ДТ, является оплаченным полностью, поскольку из представленных платежных документов лишь только заявление на перевод от №232 от 17.11.2017 на сумму 23541,53 доллар США подтверждало частичную оплату спорного товара.

Также судебная коллегия соглашается с обоснованностью довода таможенного органа о неподтвержденности заявленных в декларации сведений о стране происхождения товара.

Так, по правилам пункта 1 статьи 183 ТК ТС подача таможенной декларации должна сопровождаться представлением таможенному органу документов, на основании которых заполнена таможенная декларация, если иное не установлено настоящим Кодексом.

В соответствии с подпунктом 5 пункта 2 статьи 181 ТК ТС в декларации на товары указываются, в том числе, наименование страны происхождения товара.

При этом в силу пункта 7 статьи 190 ТК ТС с момента регистрации таможенная декларация становится документом, свидетельствующим о фактах, имеющих юридическое значение.

Как следует из представленных в материалы дела спецификации №ВТ/38-ОС-126 от 14.10.2017 и инвойса №ВТ/38-ОС-126 от 14.10.2017, страной происхождения ввезенных радиаторов является Китай, что не сопоставляется со сведениями, указанными в графах 16 и 34 ДТ №10702070/021117/0027214, согласно которым страной происхождения товара является Республика Корея.

В связи с этим, осуществляя декларирование товара по ДТ №10702070/021117/0027214, и указывая в данной декларации сведений о стране происхождения спорных товаров Корея, а не Китай, декларант должен предполагать наступление неблагоприятных последствий, связанных с заявлением в декларации недостоверных декларации сведений о стране происхождения товара.

Утверждение общества о том, что неверное указание таких сведений вызвано допущенной технической опечаткой, что послужило основанием для направления в таможенный орган обращения от 28.03.2018 о внесении изменений (дополнений) в ДТ в части страны происхождения товара, нашло подтверждение материалами дела, однако таковое, в отсутствие результатов рассмотрения данного обращения, само по себе не отменяет допущение указанного нарушения.

Делая данный вывод, коллегия учитывает, что обращение о внесении изменений в декларацию было направлено в таможенный орган уже после принятия решения о корректировке таможенной стоимости и выпуска спорного товара в свободное обращение, тогда как каких-либо мер, направленных на реализацию такого права ранее, декларант не предпринял.При этом, несмотря на то, что таможенный орган в ходе таможенного контроля не уведомил декларанта о том, что заявленные в ДТ сведения о стране происхождения товаров не подтверждены документально, данное обстоятельство не лишало декларанта в целях минимизации возможных рисков осуществить проверку заявленных в ДТ №10702070/021117/0027214 сведений, при том, что осуществление таможенного декларирования товаров и представление в таможенный орган документов, на основании которых заполнена таможенная декларация, является не правом, а обязанностью декларанта, императивно возложенной на него статьей 188 ТК ТС, и он же в силу статьи 189 ТК ТС несет ответственность за неисполнение обязанностей, предусмотренных статьей 188 настоящего Кодекса, а также за заявление недостоверных сведений, указанных в таможенной декларации.

Оценивая утверждение общества о том, что оно воспользовалось правом доказать, что заявленная таможенная стоимость не зависит от каких-либо условий или обязательств, влияние которых не может быть количественно определено, а информация о цене сделки соотносится с количественными характеристиками ввезенного товара, с условиями его поставки и оплаты, коллегия установила следующее.

Пунктом 1 статьи 69 ТК ТС предусмотрено, что в случае обнаружения таможенным органом при проведении контроля таможенной стоимости товаров до их выпуска признаков, указывающих на то, что сведения о таможенной стоимости товаров могут являться недостоверными либо заявленные сведения должным образом не подтверждены, таможенный орган проводит дополнительную проверку в соответствии с настоящим Кодексом, срок и порядок проведения которой устанавливаются решением Комиссии таможенного союза.

Согласно пункту 3 этой же статьи для проведения дополнительной проверки заявленных сведений о таможенной стоимости товаров таможенный орган вправе запросить у декларанта дополнительные документы и сведения и установить срок для их представления. Декларант обязан либо представить запрашиваемые таможенным органом дополнительные документы и сведения, либо в письменной форме объяснить причины, по которым они не могут быть представлены.

По правилам пункта 14 Порядка контроля таможенной стоимости товаров, утвержденного Решением №376 (далее - Порядок контроля таможенной стоимости), при проведении дополнительной проверки должностное лицо запрашивает у декларанта дополнительные документы, сведения и пояснения, перечень которых указывается в решении о проведении дополнительной проверки.

В силу пункта 4 статьи 69 Кодекса непредставление запрошенных таможенным органом документов и сведений и (или) объяснений причин, по которым они не могут быть представлены, дает таможенному органу право принять решение о корректировке таможенной стоимости исходя из имеющейся у него информации.

Из материалов дела следует, что в ходе таможенного контроля с использованием системы управления рисками были выявлены риски недостоверного декларирования, выразившиеся в отклонении заявленной таможенной стоимости от ценовой информации, имеющейся в распоряжении таможенного органа.

При таких обстоятельствах апелляционная коллегия приходит к выводу о том, что у таможни имелись законные основания для проведения дополнительной проверки заявленной таможенной стоимости, в силу которого у декларанта были запрошены дополнительные пояснения и документы по факторам, влияющим на низкую цену декларируемого товара по сравнению с ценой на идентичные или однородные товары.

Как подтверждается материалами дела, во исполнение указанного решения декларант письмом от 08.12.2017 дал пояснения по поставленным вопросам и представил переписку с продавцом по поводу представления экспортной декларации; прайс-лист изготовителя товара, который не заверен печатью и подписью лица, его составившего, и отражающий только ценовую информацию о ввезенных по рассматриваемой поставке радиаторов, хотя, очевидно, номенклатура компании-изготовителя, значительно больше; копии товаросопроводительных документов; документы в подтверждение несения транспортных расходов; документы по оплате товара (оценка которым дана коллегией выше); ведомость банковского контроля; бухгалтерские документы об оприходовании товаров; документы о реализации товаров, пояснения о невозможности представить иные запрошенные документы.

Совокупный анализ представленных пояснений и дополнительных документов показывает, что данные объяснения фактически не были направлены на обоснование стоимостной характеристики заявленной таможенной стоимости.

Так, выявленное на этапе таможенного контроля отклонение заявленной таможенной стоимости не было объяснено декларантом в ходе дополнительной проверки, поскольку последний не представил экспортную декларацию, а также сведения о соответствии заявленной таможенной стоимости ввозимых товаров рыночной стоимости аналогичных товаров по информации страны отправления. Кроме того, письменные пояснения, обосновывающие низкий уровень заявленной цены товара при наличии данных о ввозе аналогичных товаров на территорию РФ по средней цене, превышающей указанную декларантом стоимость товаров, обществом подготовлены не были.

Между тем, предполагая добросовестность поставщика и разумность покупателя, намеренных продать/купить товары и совершающих все необходимые подготовительные действия и предварительные согласования, направленные на предстоящую поставку товаров, доведение поставщиком/продавцом до сведения покупателя и запрос покупателя от поставщика/продавца информации об изготовителе, предполагаемых к продаже товаров, является обычаем делового оборота и соответствует принципам разумности и добросовестности участников внешнеэкономической деятельности. Этим же принципам соответствует получение покупателем от продавца/поставщика на стадии согласования в отношении интересующего товара информации о цене, о физических характеристиках, качестве, составе материала.

Отсутствие у покупателя такой информации о товаре и названных согласований противоречит устоявшимся в международной торговле деловым обыкновениям и нарушает баланс интересов потенциальных сторон будущей поставки, является обременительным для покупателя, не имеющего от продавца полной информации о товаре до фактической его поставки и оплаты, так как покупатель, приобретая товар в целях его дальнейшего коммерческого использования (перепродажа оптом или в розницу потребителям) должен знать максимально возможную информацию о приобретаемом товаре, в том числе, о том, кто является производителем товара, какая цена на товар, какими физическими характеристиками обладает товар и иное (состав материалов, способ производства и т.п.).

Указание декларанта на отказ инопартнера представить экспортную декларацию, как не предусмотренную контрактом в качестве документа, сопровождающего товар, апелляционная коллегия, исходя из разъяснений Постановления Пленума Верховного Суда Российской от 12.05.2016 №18 «О некоторых вопросах применения судами таможенного законодательства» (далее - Постановление Пленума ВС РФ от 12.05.2016 №18), оценивает критически, тем более, что из буквального прочтения ответа инопартнера не следует, что у последнего отсутствует возможность по представлению данного документа.

При этом непредставление декларации страны отправления не позволило таможне проанализировать сведения о стоимости декларируемого товара в стране отправления и не позволило уточнить сведения, заявленные продавцом при вывозе товара в соответствии с законодательством страны происхождения и отправления товаров.

Тем самым декларантом не был доказан объективный характер отличия цен на декларируемые товары от ценовой информации, содержащейся в базах данных таможенных органов, в связи с чем не были устранены основания для проведения дополнительной проверки таможенной стоимости.

С учетом изложенного судебная коллегия считает, что непредставление обществом дополнительно запрошенных документов, включая экспортную декларацию и сведения о рыночной стоимости аналогичных товаров, в совокупности со сведениями о значительном отличии цен на декларируемые товары от ценовой информации, содержащейся в базах данных таможенных органов, и представлением неполного пакета документов, а также заявлением в декларации неподтвержденных сведений, в силу пункта 4 статьи 69 ТК ТС является достаточным основанием для принятия решения о корректировке таможенной стоимости.

Ссылки общества на то, что в сравниваемый период времени на таможенную территорию таможенного союза ввозились аналогичные товары, стоимость которых не превышала стоимость оцениваемого товара, в связи с чем таможенный орган сделал необоснованный вывод об отклонении заявленной таможенной стоимости от ценовой информации, имеющейся в распоряжении таможни, судебной коллегией не принимается.

Так, анализ представленной в материалы дела выписки из информационно-аналитической системы показывает, что в период с 02.08.2017 по 02.11.2017 в зоне деятельности ФТС России осуществлялся ввоз товара того же класса вида (ТН ВЭД 7322190000), индекс таможенной стоимости по которому варьировался от 1,96 долл./кг до 2,42 долл./кг, при индексе таможенной стоимости спорного товара 1,48 долл. США/кг.

При таких обстоятельствах у суда апелляционной инстанции отсутствуют основания считать, что при сравнении заявленной таможенной стоимости с ценовой информацией, имеющейся в распоряжении таможни, последней был сделан неверный вывод о выявлении отклонений в заявленной таможенной стоимости.

В свою очередь представленный декларантом в материалы дела анализ ценовой информации по спорным товарам - данные Глобус ВЭД, названных выводов суда апелляционной инстанции не отменяет, поскольку данный анализ сформирован по усмотрению и заказу декларанта и не основан на ценовой информации, содержащейся в базах данных таможенного органа и подлежащей использованию исключительно в служебных целях.

Кроме того, имеющиеся в материалах дела выборки ценовой информации, подготовленные обществом, содержат ограниченные характеристики оцениваемых товаров, что не позволяет считать сведения об этих товарах идентичными или однородными по отношению к спорному товару, равно как не позволяет производить сравнения между данной информацией и информацией о ввезенном товаре, в том числе исходя из страны происхождения товара, его производителе, условиях поставки, принятого метода определения таможенной стоимости и т.д.

Соответственно наличие оснований для проведения контрольных мероприятий нашло подтверждение материалами дела.

С учетом изложенного следует признать обоснованным вывод таможни о том, что декларант не в полной мере воспользовался правом доказать достоверность заявленной таможенной стоимости.

В связи с этим судебная коллегия считает, что сведения о заявленной декларантом таможенной стоимости в нарушение пункта 3 статьи 2 Соглашения и пункта 4 статьи 65 ТК ТС не являются количественно определяемыми и документально подтвержденными, что является ограничением для применения метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами.

При этом судебная коллегия признает необоснованным приведенный по тексту решения о корректировке таможенной стоимости довод таможенного органа о том, что представленная в ходе таможенного оформления заявка на приобретение товара не подтверждает согласованность спорной поставки товаров ввиду отсутствия в ней подписей сторон, так как в силу пунктов 1.1, 1.2 контракта документом, в котором определяются существенные условия сделки, является спецификация.

Соответственно условие контракта об осуществлении поставки по заявкам, одобренной инопартнером, не свидетельствует о необходимости оформления данного документа как неотъемлемой части контракта, содержащего подписи и печати обеих сторон.

Оценивая довод таможенного органа о том, что представленная ведомость банковского контроля не подписана и не заверена уполномоченным лицом банка, судебная коллегия учитывает положения пункта 10.1 Инструкция №138-И о том, что в отношении контракта (кредитного договора), исполнение обязательств по которому предусматривает оформление ПС, банк ПС формирует и ведет в электронном виде ведомость банковского контроля в порядке, установленном приложениями 6 и 7 к настоящей Инструкции.

В силу пунктов 2, 3 статьи 98, подпункта 4 пункта 1 статьи 134 ТК ТС таможенный орган вправе запрашивать документы и сведения, необходимые для проведения таможенного контроля, в письменной и (или) электронной формах, а также устанавливать срок их представления, который должен быть достаточным для представления запрашиваемых документов и сведений. Таможенный орган для проведения таможенного контроля вправе получать от банков документы и сведения о денежных операциях по осуществляемым внешнеэкономическим сделкам, информацию и документы, касающиеся движения денежных средств по счетам организаций, необходимые для проведения таможенной проверки.

Таким образом, в случае если представленная декларантом ведомость банковского контроля, по мнению таможни, была оформлена с недостатками, таможенный орган в ходе проведения проверочных мероприятий вправе был запросить у банка, в котором открыт паспорт сделки по внешнеэкономическому контракту №ВТ/38 от 14.12.2016, заверенную копию ведомости банковского контроля.

Довод таможенного органа о несоблюдении декларантом условий пункта 3 статьи 5 Соглашения вследствие нарушения сроков оплаты перевозки и не указания в поручении экспедитору всех сведений, предусмотренных агентским договором, суд апелляционной инстанции признает несостоятельным, исходя из следующего.

В силу подпункта 4 пункта 1 статьи 5 Соглашения при определении таможенной стоимости ввозимых товаров по стоимости сделки с ними к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате за эти товары, добавляются расходы по перевозке (транспортировке) товаров до аэропорта, морского порта или иного места прибытия товаров на таможенную территорию таможенного союза.

Из пункта 3 названной статьи следует, что добавления (дополнительные начисления) к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, предусмотренные пунктом 1 настоящей статьи, производятся на основании достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации.

Из материалов дела следует, что общество, исходя из условий поставки FOB Ningbo, при формировании таможенной стоимости включило в структуру таможенной стоимости расходы по перевозке (транспортировке) товаров до порта Владивосток в общем размере 38553 рубля 29 копеек, что нашло отражение в графе 17 декларации таможенной стоимости по форме ДТС-1.

Материалами дела подтверждается, в подтверждение понесенных транспортно-экспедиционных расходов декларантом при подаче декларации и в ходе таможенного контроля были представлены агентский договор от 10.01.2017 №52-АД, заключенный между обществом (принципал) и ООО «АТК» (агент), поручение экспедитору от 18.08.2017 №1808-3, счет на оплату от 26.10.2017 №1850 на сумму 38553 рубля 29 копеек, платежное поручение от 09.11.2017 №1159, отчет комитенту от 30.10.2017 №272, акт от 30.10.2017 №29667.

Совокупный анализ данных документов показал их количественную сопоставимость с величиной дополнительных начислений, включенных в структуру заявленной таможенной стоимости, что позволяет сделать вывод о подтверждении обществом величины транспортных расходов.

Указание таможенного органа на то, что в поручении экспедитору не указаны необходимые сведения о товаре, включая наименование и описании груза, весовые характеристики, количество грузовых мест, опровергается представленным в материалы дела поручением экспедитору от 18.08.2017 №1808-3, в котором в полном соответствии с пунктом 2.2.1 агентского договора содержатся сведения о наименовании груза, дате подачи контейнера под погрузку, пунктах отправления и назначения, отправителе и получателе, адресе склада выгрузки, типе и количестве контейнеров, весе и количестве мест, а также согласованной стоимости перевозки.

В свою очередь несоблюдение срока оплаты услуг транспортно-экспедиционного обслуживания, предусмотренного пунктом 3.4 агентского договора от 10.01.2017 №52-АД, не является основанием для вывода о недостоверности заявленной таможенной стоимости, поскольку касается обязательственных отношений сторон сделки, а не установленного законом порядка определения таможенной стоимости по методу «по стоимости сделки с ввозимыми товарами».

С учетом изложенного вывод таможни о несоблюдении декларантом условий пункта 3 статьи 5 Соглашения не нашел подтверждение материалами дела.

Что касается судебной оценки невключения в структуру задекларированных обществом транспортных расходов стоимости вознаграждения экспедитору в размере 1122 рубля 91 копейка, то судебная коллегия находит её излишней, поскольку названное обстоятельство не было положено в обоснование решения от 06.01.2018 о корректировке таможенной стоимости товаров, являющегося предметом настоящего спора.

Подводя итог изложенному, судебная коллегия отмечает, что ошибочность данных выводов таможни в целом не свидетельствует о незаконности принятого решения от 06.01.2018 о корректировке таможенной стоимости товаров, поскольку документами, представленными в таможню, заявленная таможенная стоимость не была документально подтверждена обществом, также как не был доказан объективный характер значительного отличия цен на декларируемые товары от ценовой информации, содержащейся в базах данных таможенных органов, в связи с чем не были устранены основания для проведения дополнительной проверки таможенной стоимости.

В этой связи таможня обоснованно в порядке пункта 4 статьи 69 ТК ТС и соответствующего ему пункта 17 статьи 325 ТК ЕАЭС приняла решение о корректировке таможенной стоимости товара, фактически отказав декларанту в принятии таможенной стоимости ввезенных товаров по первому методу определения таможенной стоимости.

Как установлено пунктом 15 статьи 38 ТК ЕАЭС (действующей на дату принятия оспариваемого решения от 06.01.2018), в случае если для определения таможенной стоимости ввозимых товаров невозможно применить статьи 39, 41 - 44 настоящего Кодекса, определение таможенной стоимости товаров осуществляется в соответствии со статьей 45 настоящего Кодекса.

По правилам пункта 2 статьи 45 ТК ЕАЭС методы определения таможенной стоимости товаров, используемые в соответствии с настоящей статьей, являются теми же, что и предусмотренные статьями 39 и 41 - 44 настоящего Кодекса, однако при определении таможенной стоимости в соответствии с настоящей статьей допускается гибкость при их применении. В частности, допускается следующее:

1) для определения таможенной стоимости оцениваемых товаров за основу может быть принята стоимость сделки с идентичными или однородными товарами, произведенными в иной стране, чем страна, в которой были произведены оцениваемые товары;

2) при определении таможенной стоимости оцениваемых товаров на основе стоимости сделки с идентичными или однородными товарами допускается разумное отклонение от установленных соответственно статьями 41 и 42 настоящего Кодекса требований о том, что идентичные оцениваемым или однородные с оцениваемыми товары должны быть проданы для вывоза на таможенную территорию Союза и ввезены на таможенную территорию Союза в тот же или в соответствующий ему период времени, что и оцениваемые товары, но не ранее чем за 90 календарных дней до ввоза на таможенную территорию Союза оцениваемых товаров;

3) для определения таможенной стоимости оцениваемых товаров за основу может быть принята таможенная стоимость идентичных оцениваемым или однородных с оцениваемыми товаров, определенная в соответствии со статьями 43 и 44 настоящего Кодекса;

4) при определении таможенной стоимости оцениваемых товаров в соответствии со статьей 43 настоящего Кодекса допускается отклонение от срока, установленного пунктом 3 статьи 43 настоящего Кодекса.

Проверка соблюдения принципа последовательного применения методов определения таможенной стоимости товара и источника, выбранного таможней для определения таможенной стоимости товара по результатам таможенного контроля, показала, что шестой «резервный» метод определения таможенной стоимости был выбран таможней последовательно, а выбранный источник ценовой информации – ДТ №10702030/131017/0088432 сопоставим по коммерческим, качественным и техническим характеристикам со сведениями о товаре, заявленном в спорной декларации.

Сравнительный анализ наименования товара №1 с источником ценовой информации не выявил различий в наименовании сравниваемых товаров. При этом данные товары классифицированы по одному коду Товарной номенклатуры, что позволяет их рассматривать в качестве товаров того же класса и вида.

Довод заявителя жалобы о нарушении таможенным органом требования о последовательности применения методов определения таможенной стоимости со ссылкой на то, что имеющиеся в распоряжении таможни источники позволяли применить третий метод таможенной оценки является необоснованным и подлежит отклонению.

Согласно пункту 1 статьи 42 ТК ЕАЭС в случае если таможенная стоимость ввозимых товаров не может быть определена в соответствии со статьями 39 и 41 настоящего Кодекса, таможенной стоимостью таких товаров является стоимость сделки с однородными товарами, проданными для вывоза на таможенную территорию Союза и ввезенными на таможенную территорию Союза в тот же или в соответствующий ему период времени, что и оцениваемые товары, но не ранее чем за 90 календарных дней до ввоза на таможенную территорию Союза оцениваемых товаров.

При этом под однородными товарами согласно статье 37 ТК ЕАЭС понимаются товары, не являющиеся идентичными во всех отношениях, но имеющие сходные характеристики и состоящие из схожих компонентов, произведенные из таких же материалов, что позволяет им выполнять те же функции, что и оцениваемые товары, и быть с ними коммерчески взаимозаменяемыми. Товары не считаются однородными, если они не произведены в той же стране, что и оцениваемые товары.

Как уже отмечалось ранее, в графах 16 и 34 ДТ №10702070/021117/0027214 общество заявило сведения о том, что страной происхождения спорного товара является Корея, тогда как согласно представленным в материалы дела сведениям из базы данных «Мониторинг-Анализ» об оформлении в период 90 дней товаров с классификационным кодом ТН ВЭД ЕАЭС 7322190000, на таможенную территорию Евразийского экономического союза не ввозились товары, произведенные в Корее.

Соответственно данное обстоятельство в рассматриваемом случае исключает возможность корректировки заявленной таможенной стоимости спорного товара по третьему методу.

Указания общества на наличие в информационно-справочных базах иных источников ценовой информации, имеющих меньший индекс таможенной стоимости, в том числе приведенных по тексту апелляционной жалобы, судебной коллегией не принимаются, поскольку приведенные декларантом источники, в сравнении с примененным таможней источником, не отвечают признакам сопоставимости товаров, так как отличаются по описанию, весовым характеристикам, условиям поставки, что не позволяет их рассматривать в качестве корректной ценовой информации.

В частности, ДТ №10702030/020617/0065116 (11785,25 кг) не могла быть применена в качестве источника для корректировки таможенной стоимости ввиду того, что у избранного таможенным органом источника ценовой информации – ДТ №10702030/131017/0088432 (29554,28 кг) более сопоставимы весовые характеристики со спорным товаром (24168 кг); ДТ №10702030/060917/0076296, №10702030/060917/0076335, №10702030/060917/0076405 не могли быть использованы таможенным органом ввиду того, что по указанным ДТ товары ввезены на условиях CFR Владивосток, тогда как поставка товара по спорной декларации и примененному источнику на условиях FOB Ningbo; ДТ №10702030/110817/0068344, №10702030/120917/0078310, №10702030/120917/0078311, №10702030/170817/0070335, №10702030/170817/0070339, №10702030/310817/0074585, №10702030/090817/0067263 не могли быть использованы в качестве источника по причине того, что у избранного таможенным органом источника ценовой информации более сопоставимо описание товара с оцениваемым товаром.

По изложенному суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что корректировка заявленной таможенной стоимости товара по ДТ №10702070/021117/0027214 и ее принятие на основании шестого «резервного» метода определения таможенной стоимости была произведена таможней при наличии к тому правовых оснований, с правильным применением таможенного законодательства.

В свою очередь оформление результатов таможенного контроля решением от 06.01.2018 о корректировке таможенной стоимости товаров, не предусмотренным действующим с 01.01.2018 таможенным законодательством, названных выводов суда апелляционной инстанции не отменяют, поскольку данное несоответствие обусловлено факторами технического характера, связанными некорректной работой автоматизированной системы - отсутствие обновления после вступления в силу ТК ЕАЭС, что в целом не свидетельствует об отсутствии у таможни правовых оснований для принятия оспариваемых решений с учетом установленных по делу обстоятельств.

При таких обстоятельствах оспариваемые решения таможенного органа не противоречат закону и не нарушают права и законные интересы общества, в связи с чем суд первой инстанции обоснованно в порядке части 3 статьи 201 АПК РФ отказал в удовлетворении заявленных требований с отнесением судебных расходов на заявителя.

Отдельные ошибочные выводы суда первой инстанции не привели к принятию неправильного судебного акта и не могут являться основанием для его отмены или изменения, исходя из положений пункта 35 Постановления Пленума ВАС РФ от 28.05.2009 №36 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции».

Нарушений норм процессуального права, в том числе являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанцией не установлено.

Соответственно, основания для отмены обжалуемого судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.

По результатам рассмотрения апелляционной жалобы судебные расходы по уплате государственной пошлины в сумме 1500 рублей на основании статьи 110 АПК РФ относятся коллегией на заявителя, а в оставшейся части подлежат возврату обществу в порядке подпункта 1 пункта 1 статьи 333.40 Налогового кодекса РФ как излишне уплаченные.

Руководствуясь статьями 258, 266-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Пятый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Приморского края от 19.09.2018 по делу №А51-6779/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Возвратить обществу с ограниченной ответственностью «Октагон» из федерального бюджета государственную пошлину в сумме 1500 рублей (одна тысяча пятьсот рублей), излишне уплаченную при подаче апелляционной жалобы по платежному поручению от 19.07.2018 №2038.

Выдать справку на возврат государственной пошлины.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного округа через Арбитражный суд Приморского края в течение двух месяцев.

Председательствующий

А.В. Гончарова

Судьи

О.Ю. Еремеева

Е.В. Зимин