Постановление от 15 сентября 2025 г. по делу № А61-2166/2021

ШЕСТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Вокзальная, 2, г. Ессентуки, Ставропольский край, 357601, http://www.16aas.arbitr.ru,

e-mail: info@16aas.arbitr.ru, тел. <***>, факс: <***>


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Ессентуки Дело № А61-2166/2021

16.09.2025

Резолютивная часть постановления объявлена 02.09.2025

Постановление изготовлено в полном объёме 16.09.2025

Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Годило Н.Н., судей: Белова Д.А., Мишина А.А., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Рыдной В.О., при участии в судебном заседании представителя Министерства государственного имущества и земельных отношений Республики Северная Осетия-Алания: ФИО1 (доверенность от 21.11.2024), в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу Министерства государственного имущества и земельных отношений Республики Северная Осетия-Алания на определение Арбитражного суда Республики Северная Осетия-Алания от 25.10.2024 по делу № А61-2166/2021, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) государственного унитарного Дигорского автотранспортного предприятия Министерства промышленности и транспорта Республики Северная Осетия-Алания (ИНН <***>, ОГРН <***>), принятое по заявлению конкурсного управляющего должником ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности собственника имущества, с участием в деле Министерства государственного имущества и земельных отношений Республики Северная Осетия-Алания и Комитета по транспорту и дорожной инфраструктуре Республики Северная Осетия-Алания,

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) государственного унитарного Дигорского автотранспортного предприятия Министерства промышленности и транспорта Республики Северная Осетия-Алания (далее по тексту – должник, ГУАТП «Дигорское») в Арбитражный суд Республики Северная Осетия-Алания поступило заявление конкурсного управляющего должником о привлечении публично-правовое образование Республика Северная Осетия-Алания (далее – образование), как собственника имущества должником, к субсидиарной ответственности по денежным обязательствам должника в размере 12 403 374,06 руб.

Определением от 26.06.2023, оставленным без изменения постановлением от 31.08.2023, заявленные требования удовлетворены.

Постановлением суда кассационной инстанции от 28.11.2023 судебные акты отменены. Обособленный спор направлен на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении обособленного спора, конкурсный управляющий уточнил требования в части размера требований по обязательствам должника перед Управлением Федеральной налоговой службы России по Республике Северная Осетия-Алания.

Определением от 25.10.20524 требования конкурсного управляющего удовлетворены частично, суд привлек к субсидиарной ответственности собственника имущества должником - публично-правовое образование Республика Северная Осетия-Алания по основанию, предусмотренному статьей 61.12 Закона о банкротстве, взыскав в конкурсную массу ГУАТП «Дигорское» денежные средства в размере 12 147 264,26 руб. В удовлетворении требований в части привлечения собственника имущества по основанию, предусмотренному статьей 61.11 Закона о банкротстве.

В апелляционной жалобе Министерство государственного имущества и земельных отношений Республики Северная Осетия-Алания просит отменить определение суда, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении требований конкурсного управляющего в полном объеме. Выражая несогласие с принятым судебным актом, апеллянт ссылается на ошибочные выводы суда о наличии оснований для привлечения собственника имущества должника к субсидиарной ответственности на основании статьи 61.12 Закона о банкротстве. Ссылается на то, что должником в адрес публичного образования не предоставлялась бухгалтерская отчетность за 2016-2019 годы, в связи с чем, отсутствовала информация о неудовлетворительном состоянии должника. Кроме того, полагает необоснованным отказ суда первой инстанции в удовлетворении ходатайства о привлечении к участию в деле Правительства Республики Северная Осетия-Алания в лице Администрации Главы Республики Северная Осетия-Алания и Правительства Республики Северная Осетия-Алания.

Министерство финансов Республики Северная Осетия-Алания в отзыве на апелляционную жалобу просило отказать в удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника.

Конкурсный управляющий должника в отзыве и дополнениях просил определение суда в обжалуемой части оставить без изменения. Также управляющим во исполнение определений апелляционного суда представлены письмо УФНС по РСО-Алания № 09-18/07842@ от 17.04.2023; письмо УФНС по РСО-Алания № 23-23/12904@ от 14.06.2024; запрос в УНС по РСО-Алания о расшифровке задолженности с приложением доказательствами направления; записки-расчеты по работникам; запрос конкурсного управляющего в УФНС по РСО-Алания №79 от 31.05.2024 о наращенной задолженности; письмо УФНС по РСО-Алания № 23-23/12904@ от 14.06.2024; запрос конкурсного управляющего в УФНС по РСО-Алания №96 от 10.01.2025 о расшифровке задолженности; ответ УФНС по РСО-Алания № 09-18/03234@ от 13.02.2025 расшифровке задолженности; ведомости начислений по заработной плате административно-управленческого персонала; расчетные ведомости; письмо Комитета по транспорту и дорожной инфраструктуре Республики Северная Осетия-Алания от 16.09.2022 г. № 2272.

Вышеуказанные документы приобщены к материалам дела в порядке статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Информация о времени и месте судебного заседания с соответствующим файлом размещена на сайте http://kad.arbitr.ru/ в соответствии положениями статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В судебном заседании представитель Министерство государственного имущества и земельных отношений Республики Северная Осетия-Алания поддержало доводы апелляционной жалобы и дополнений, просил определение суда отменить, отказав в удовлетворении заявленных требований.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, своих представителей для участия в судебном заседании не направили, в связи, с чем на основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебное заседание проведено в их отсутствие.

Изучив материалы дела, оценив доводы жалобы, отзывов, дополнений, заслушав представителя лиц, участвующих в деле, и проверив законность обжалуемого судебного акта в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд пришел к выводу, что определение Арбитражного суда Республики Северная Осетия-Алания от 25.10.2024 по делу № А61-2166/2021 в обжалуемой части подлежит оставлению без изменения, исходя из следующего.

Как усматривается из материалов дела и установлено судом первой инстанции, решением суда от 21.01.2022 ГУАТП «Дигорское» признано несостоятельным (банкротом) в порядке упрощенного производства, как отсутствующий должник, в отношении него введено конкурсное производство.

Ввиду недостаточности конкурсной массы должника для удовлетворения всех требований кредиторов, конкурсный управляющий обратился с заявлением о привлечении собственника имущества ГУАТП «Дигорское» - публично-правовое образование Республика Северная Осетия-Алания к субсидиарной ответственности по долгам предприятия на основании положений статей 9, 61.11, 61.12 Закона о банкротстве.

При первоначальном рассмотрении дела, определением суда от 26.06.2023, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 31.08.2023, заявленные требования удовлетворены.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 28.11.2023 судебные акты отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение в суд первой инстанции. Суд кассационной инстанции указал на то, что должник создан публично-правовым образованием в целях осуществления деятельности, направленной на решение социально значимых задач. Сама по себе убыточность деятельности должника с учетом конкретных обстоятельств специфики деятельности организаций подобного профиля и принимавшихся мер не может свидетельствовать о наличии вины собственника его имущества и руководителей в его несостоятельности. Судами не дана оценка представленным арбитражным управляющим документов, подтверждающих факт произведенных затрат в обоснование заявленных требований о взыскании убытков в результате невозмещения должнику в полном объеме выпадающих доходов. Первичные документы, подтверждающие размер понесенных затрат, судами не проверялись. Представленные реестры пассажирской выручки, сметы расходов и расчеты суммы субсидий в отсутствие первичных документов не могут подтверждать факт и размер произведенных затрат. При таких обстоятельствах, вывод судов о доказанности размера убытков не соответствует материалам дела. Судами не исследованы договоры субподряда на выполнение работ, связанных с осуществлением регулярных перевозок пассажиров, заключенные должником с АО «Автоколонна 1210» (генподрядчик), согласно которым АО «Автоколонна 1210» оплачивает должнику услуги по перевозке пассажиров. Судами не выяснялось, получал ли должник оплату от генподрядчик за выполненные работы полностью или частично, а также меры, принимаемые арбитражным управляющим к взысканию дебиторской задолженности с целью погашения реестра требований кредиторов должника; определяя сроки наступления обязанности образования, как учредителя, обратиться с заявлением о банкротстве должника, суды исходили из анализа чистых активов, но не исследовали наличие дебиторской задолженности в структуре активов должника, что может повлиять на определение момента возникновения признаков неплатежеспособности. В отсутствие исследования данных обстоятельств нельзя сделать вывод, что задолженность возникла в результате виновных действий учредителя, а не в рамках обычной хозяйственной деятельности должника. С учетом вышеизложенного выводы судов о наличии оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, исходя из доказанности наступления обстоятельств, влекущих обязанность контролировавших должника лиц подать заявление о банкротстве общества, а также вмененных образованию неправомерных действий, в результате которых наступило объективное или преднамеренное банкротство должника, являются преждевременными.

В силу части 2.1 статьи 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации указания арбитражного суда кассационной инстанции, в том числе на толкование закона, изложенные в его постановлении об отмене решения, судебного приказа, постановления арбитражных судов первой и апелляционной инстанций, обязательны для арбитражного суда, вновь рассматривающего данное дело.

При новом рассмотрении, в части требований за неподачу (несвоевременную подачу) заявления должника управляющим заявлено ходатайство об уточнении размера требований по обязательствам должника перед УФНС по РСО-Алания (за период с 31.08.2017 по 23.06.2021 основной долг - 6 983 905,96 руб.; текущие платежи: НДФЛ – 395 740 руб., страховые взносы за период с 01.01.23 - 123 209,70 руб., страховые взносы за периоды до 01.01.23 - 1 429 058,86 руб., УСН - 606 477 руб., транспортный налог - 35 477 руб., государственная пошлина - 6 000 руб.) в размере 9 579 868,82 руб. и бывшими работниками в размере 2 567 395,44 руб., а также расходы по уплате государственной пошлины в размере 346 473 руб.

В ходе выполнения указаний суда кассационной инстанции по эпизоду привлечения собственника имущества по основанию, предусмотренному статьей 61.11 Закона о банкротстве, суд первой инстанции установил, что деятельность должника по перевозке пассажиров и багажа автомобильным транспортом и городским наземным транспортом направлена на реализацию социально значимой задачи - организацию транспортного обслуживания, а также обеспечение перевозки пассажиров из льготных категорий населения. ГУАТП «Дигорское» осуществляло деятельность по обслуживанию населения на регулярных автобусных маршрутах в районах Республики Северная Осетия-Алания. Должник осуществлял свою деятельность исключительно в части обеспечения пассажирских перевозок по установленным маршрутам в режиме тарифного регулирования, при этом не мог как-либо влиять на величину объемов перевозок, либо на цену оказываемых услуг. Особенность и структура доходной части предприятия, а также влияние тарифного регулирования на финансовое положение ГУАТП «Дигорское» определяют его заинтересованность в получении субсидий в достаточном размере. При таких обстоятельствах, функционирование должника в отсутствие субсидирования носит заведомо убыточный характер, предприятие не могло надлежащим образом исполнять обязательства перед бюджетом независимо от личности своего руководителя. Неблагоприятное финансовое состояние предприятия было вызвано, прежде всего, спецификой его деятельности, а продолжение деятельности должника было обусловлено различными объективными факторами, о которых указано ранее, соответственно указанные обстоятельства не являются основанием для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по основанию предусмотренному статьей 61.11 Закона о банкротстве, поскольку в конечном счете, недополучение субсидий и финансирования вызвано факторами не зависящими от воли учредителя.

Определение суда в части отказа в привлечении публичного образования к субсидиарной ответственности на основании статьи 61.11 Закона о банкротстве апеллянтом не обжалуется, в связи с чем, суд апелляционной инстанции не вправе давать оценку судебному акту в указанной части, а также исследовать факт выполнения судом первой инстанции указаний суда кассационной инстанции.

Относительно требования о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.12 Закона о банкротстве, суд первой инстанции пришел к выводу о его обоснованности ввиду следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

Так, статьей 9 Закона о банкротстве предусмотрен перечень лиц, на которых распространяется правило пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, а именно: руководитель должника; ликвидационная комиссия должника; собственник имущества должника; лица, имеющие право инициировать созыв внеочередного общего собрания акционеров (участников) должника, либо иные контролирующие должника лица.

Под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством (пункт 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», далее - Постановление Пленума № 53).

Исходя из положений статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации руководитель хозяйственного общества обязан действовать добросовестно не только по отношению к возглавляемому им юридическому лицу, но и по отношению к такой группе лиц как кредиторы.

Применительно к гражданским договорным отношениям невыполнение руководителем требований Закона о банкротстве об обращении в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве свидетельствует, по сути, о недобросовестном сокрытии от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица.

Подобное поведение руководителя влечет за собой принятие несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения.

Одним из правовых механизмов, обеспечивающих защиту кредиторов, не осведомленных по вине руководителя должника о возникшей существенной диспропорции между объемом обязательств должника и размером его активов, является возложение на такого руководителя субсидиарной ответственности по гражданским обязательствам при недостаточности конкурсной массы.

Таким образом, не соответствующее принципу добросовестности бездействие руководителя, уклоняющегося от исполнения возложенной на него Законом о банкротстве обязанности по подаче заявления должника о собственном банкротстве (о переходе к осуществляемой под контролем суда ликвидационной процедуре), является противоправным, виновным, влечет за собой имущественные потери на стороне кредиторов и публично-правовых образований, нарушает как частные интересы субъектов гражданских правоотношений, так и публичные интересы государства.

Исходя из этого, законодатель в пункте 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве презюмировал наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника заявления о банкротстве и негативными последствиями для кредиторов и уполномоченного органа в виде невозможности удовлетворения возросшей задолженности.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 13 Постановлении N 53 при неисполнении руководителем должника, ликвидационной комиссией в установленный срок обязанности по подаче в суд заявления должника о собственном банкротстве решение об обращении в суд с таким заявлением должно быть принято органом управления, к компетенции которого отнесено разрешение вопроса о ликвидации должника.

При этом, обязанность потребовать проведения досрочного заседания органа управления должника, уполномоченного на принятие решения о ликвидации должника, для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом предусмотрена для лиц, имеющих право инициировать созыв внеочередного общего собрания акционеров (участников) должника, либо для иных контролирующих должника лиц (абзац 3 пункта 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве).

Таким образом, в случае неисполнения руководителем должника обязанности по подаче в суд заявления должника о собственном банкротстве действующим законодательством предусмотрена возможность принятия такого решения органом управления, потребовать проведения досрочного заседания, которого может строго определенный круг лиц.

В унитарных предприятиях роль собственника имущества, в целом, признается более значимой и ответственной с точки зрения реализации мероприятий по выходу из кризисной ситуации.

Абзацем 2 части 2 статьи 15 Закона об унитарных предприятиях установлено, что в случае, если по окончании финансового года стоимость чистых активов государственного или муниципального предприятия окажется меньше установленного настоящим Федеральным законом на дату государственной регистрации такого предприятия минимального размера уставного фонда и в течение трех месяцев стоимость чистых активов не будет восстановлена до минимального размера уставного фонда, собственник имущества государственного или муниципального предприятия должен принять решение о ликвидации или реорганизации такого предприятия.

Если в случаях, предусмотренных настоящей статьей, собственник имущества государственного или муниципального предприятия в течение шести календарных месяцев после окончания финансового года не принимает решение об уменьшении уставного фонда, о восстановлении размера чистых активов до минимального размера уставного фонда, о ликвидации или реорганизации государственного или муниципального предприятия, кредиторы вправе потребовать от государственного или муниципального предприятия прекращения или досрочного исполнения обязательств и возмещения причиненных им убытков (часть 3 статьи 15 Закона об унитарных предприятиях).

Таким образом, если чистые активы имеют отрицательное значение, то необходимо понимать, что финансовое состояние предприятия таково, что исполнить полностью все обязательства перед всеми кредиторами невозможно.

Следовательно, уменьшение размера чистых активов ниже минимального размера уставного фонда и тем более принятие ими отрицательных значений - это очевидный признак того, что часть долгов являются неоплатными.

Изложенное означает, что если стоимость чистых активов принимает отрицательное значение, это означает, что средств, полученных от продажи имущества предприятия, может не хватить для того, чтобы расплатиться со всеми кредиторами.

В законодательстве о несостоятельности (банкротстве) установлена обязанность должника обратиться в суд с заявлением, если удовлетворение требований одного или нескольких кредиторов приведет к невозможности исполнения денежных обязательств должника в полном объеме перед другими кредиторами. Исходя из этого, если стоимость чистых активов оказывается меньше величины минимального уставного капитала, то появляется обязанность обратиться в суд с соответствующим заявлением.

Таким образом, отрицательные значение чистых активов свидетельствуют о том, что со всеми кредиторами уже рассчитаться невозможно, а непринятие мер по восстановлению размеров чистых активов - деятельностью по введению в заблуждение кредиторов и увеличению их потенциальных убытков (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 18.07.2003 № 14-П).

Суд первой инстанции установил, что стоимость чистых активов предприятия в 2016, 2017 и 2018 годах имела отрицательные значения (-3 150 000 руб. в 2016 году, -2 830 000 руб. в 2017 году, -10 103 000 руб. в 2018 году), при установленном Законом об унитарных предприятиях на дату государственной регистрации такого предприятия минимального размера уставного фонда в 500 000 руб.

Факт того, что чистые активы предприятия приняли значение меньшее, чем минимальный размер уставного фонда (или даже приняли отрицательное значение), становится известен собственнику его имущества при утверждении финансовой отчетности, в которой содержатся все данные, необходимые для проведения соответствующего расчета (пункт 9 части 1 статьи 20 Закона об унитарных предприятиях).

Окончание финансового года - 31 марта года, следующего за отчетным годом.

Таким образом, собственнику имущества стало известно об отрицательной стоимости чистых активов предприятия за 2016 год - 31.03.2017, за 2017 год - 31.03.2018.

В течение трех месяцев стоимость чистых активов должна была быть восстановлена до минимального размера уставного фонда (до 30.06.2017 и 30.06.2018 соответственно).

Согласно бухгалтерской отчетности активы должника составляли в 2017 году – 6 944 000 руб., в 2018 году - 5 364 000 руб., в 2019 году - 3 671 000 руб., в 2020 году - 2 811 000 руб., в 2021 году - 570 000 руб., в т.ч. дебиторская задолженность. При этом, согласно акту инвентаризации расчетов с покупателями, поставщиками и прочими дебиторами от 27.10.2022 № 3 и пояснениям конкурсного управляющего, сумма дебиторской задолженности в размере 83 775 руб. не подтверждена первичной учетной документацией и дебиторами, в связи с чем, конкурсный управляющий квалифицировал ее как сомнительную или безнадежную.

Согласно отчету оценщика рыночная стоимость имущества должника, выявленная в результате инвентаризации, составила 740 600 руб. Имущество реализовано конкурсным управляющим на сумму 345 920 руб. Нереализованная часть имущества передана в орган местного самоуправления в соответствии со статей 148 Закона о банкротстве.

Изложенное означает, что дебиторская задолженность и рыночная стоимость имущества должника многократно меньше кредиторской задолженности, что не позволяет погасить требования кредиторов.

Пассивы компании составляли: непокрытый убыток - 5 158 000 руб. в 2017 году, - 12 431 000 руб. в 2018 году, - 15 942 000 руб. в 2019 году, - 28 113 000 руб. в 2020 году, - 26 031 000 руб. в 2021 году; кредиторская задолженность: 8 564 000 руб. в 2017 году, 14 257 000 руб. в 2018 году, 16 310 000 руб. в 2019 году, 18 753 000 руб. в 2020 году, 23 298 000 руб. в 2021 году. Следовательно, пассивы предприятия превышали активы.

Какого-либо недвижимого имущества у должника не выявлено.

Таким образом, размер обязательств должника превышал стоимость имущества должника.

Фактически предприятие доведено до банкротства путем создания ситуации существенной диспропорции между активами и пассивами должника, когда последним наращивалась кредиторская задолженность в столь значительном размере, не подкрепленная его имуществом, а предприятие, продолжая осуществлять деятельность в кризисной ситуации, получая финансирование, лишило тем самым независимых кредиторов возможности удовлетворить свои требования.

После того как в трехмесячный срок стоимость чистых активов не была восстановлена, руководитель предприятия должен был направить в арбитражный суд заявление о банкротстве, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств, т.е. не позднее 30.07.2017 и 30.07.2018 соответственно.

Так как, в установленные сроки руководитель предприятия не обратился в арбитражный суд с заявлением о банкротстве, собственник имущества должника - унитарного предприятия в силу пункта 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве в течение десяти календарных дней со дня истечения этого срока обязан был принять решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника, т.е. в 2017 году - с 01.08.2017 по 10.08.2017, и в 2018 году - с 01.08. по 10.08.2018.

Неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

При нарушении указанной обязанности несколькими лицами эти лица отвечают солидарно (пункт 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве).

Контролирующее лицо может быть привлечено к субсидиарной ответственности по обязательствам, возникшим после истечения совокупности предельных сроков, отведенных на созыв, подготовку и проведение заседания коллегиального органа, принятие решения об обращении в суд с заявлением о банкротстве, разумных сроков на подготовку и подачу соответствующего заявления. При этом названная совокупность сроков начинает течь через 10 дней со дня, когда привлекаемое лицо узнало или должно было узнать о неисполнении руководителем, ликвидационной комиссией должника обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве (абзац первый пункта 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве).

С учетом изложенного, согласно сведениям, представленным УФНС по РСО-Алания, размер обязательств ГУАТП «Дигорское», возникших после 31.08.2017 и до 23.06.2021, составил 9 544 706,83 руб., в т. ч. основной долг - 6 983 905,96 руб., пеня - 680 112,68 руб., штрафные санкции - 1 880 688,19 руб.; размер обязательств ГУАТП «Дигорское», возникших после 01.09.2018 и до 23.06.2021, составил 8 578 098,58 руб., в т. ч. основной долг - 6 741 287,52 руб., пеня- 124 994,44 руб., штрафные санкции - 1 711 816,62 руб.

Хотя предпринимательская деятельность не гарантирует получение результата от ее осуществления в виде прибыли, тем не менее она предполагает защиту от рисков, связанных с неправомерными действиями (бездействием), нарушающими нормальный (сложившийся) режим хозяйствования.

Учитывая специфику, масштабы и цели деятельности, а также то, что деятельность должника, учрежденного в целях пассажирских перевозок, имела социальную направленность, и в отсутствие собственных коммерческих источников дохода зависел только от регулярных поступлений от перевозок на социально значимых маршрутах и льготной категории граждан, т.е. обусловлены факторами, связанными с особенностью финансирования должника из республиканского бюджета, собственник имущества не прилагал достаточных усилий к восстановлению платежеспособности. В материалы дела не представлены доказательства, свидетельствующие о предпринятых учредителем действий, направленных на восстановление стоимости чистых активов.

Учредитель был осведомлен об отрицательных финансовых показателях должника и доводил должника до банкротства, наращивая кредиторскую задолженность. Документальных доказательств того, что в условиях нарастающей кредиторской задолженности ответчиком предпринимались все разумные меры по преодолению финансовых трудностей, снижения долговой нагрузки на должника, в материалы дела не представлено.

При этом, должник уже имел задолженность в размере 12 403 374,59 руб. Факт наличия долга подтвержден вступившим в законную силу судебным актом. Обязательства перед кредитором должником не исполнялись в течение длительного времени и не исполнены до сих пор, а в дальнейшем явились основанием для обращения уполномоченного органа (ФНС России) с заявлением о признании должника банкротом и включения их в реестр требований кредиторов.

Таким образом, неплатежеспособность должника не носила временного характера и не могла быть преодолена. При наличии признаков объективного банкротства, учредитель, не обращаясь в суд с заявлением о банкротстве предприятия, причинил убытки бюджету путем наращивания задолженности по обязательным платежам.

В случае возникновения признаков банкротства, установленных пунктом 2 статьи 3 настоящего Федерального закона, или обстоятельств, предусмотренных статьей 8 или 9 настоящего Федерального закона, руководитель должника обязан включить сведения о наличии таких обстоятельств в Единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц в течение десяти рабочих дней с даты, когда руководителю стало или должно было стать известно об их возникновении, а также в разумный срок предпринять все зависящие от него разумные необходимые меры, направленные на предупреждение банкротства должника.

Руководитель должника и иные его органы, а также учредители (участники) должника, собственник имущества должника - унитарного предприятия и иные контролирующие должника лица со дня, когда они узнали или должны были узнать о наличии указанных обстоятельств, обязаны действовать с учетом интересов кредиторов, в частности не допускать действия (бездействие), которые могут заведомо ухудшить финансовое положение должника (пункт 1 статьи 30 Закона о банкротстве).

Учредители (участники) должника, собственник имущества должника - унитарного предприятия, федеральные органы исполнительной власти, органы исполнительной власти субъектов Российской Федерации, органы местного самоуправления в случаях, предусмотренных федеральным законом, обязаны принимать своевременные меры по предупреждению банкротства организаций (пункт 2 статьи 30 Закона о банкротстве).

В целях предупреждения банкротства организаций учредители (участники) должника, собственник имущества должника - унитарного предприятия до момента подачи в арбитражный суд заявления о признании должника банкротом принимают меры, направленные на восстановление платежеспособности должника. Меры, направленные на восстановление платежеспособности должника, могут быть приняты кредиторами или иными лицами на основании соглашения с должником (пункт 3 статьи 30 Закона о банкротстве).

Пунктом 1 статьи 31 Закона о банкротстве предусмотрено, что учредителями (участниками) должника, собственником имущества должника - унитарного предприятия, кредиторами и иными лицами в рамках мер по предупреждению банкротства должнику может быть предоставлена финансовая помощь в размере, достаточном для погашения денежных обязательств, требований о выплате выходных пособий и (или) об оплате труда лиц, работающих или работавших по трудовому договору, и обязательных платежей и восстановления платежеспособности должника (санация).

С учетом конкретных обстоятельств дела, финансовая помощь (санация) в 2020 году в целях предупреждения банкротства в размере 2 634 400,74 руб. явно оказалась недостаточной (и не могла быть достаточной) для восстановления платежеспособности, и являлась лишь созданием внешней иллюзии принятия антикризисных мер и получения отсрочки с тем, чтобы выиграть время для совершения противоправных действий, причиняющих вред кредиторам.

Диспозиция пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве предусматривает ответственность лица за введение добросовестных кредиторов в заблуждение касательно действительного финансового положения предприятия.

Из сведений бухгалтерской отчетности, учредитель должен был осознавать критичность ситуации, располагая общедоступными сведениями об обязательствах по налогам и сборам перед бюджетом.

Видя признаки объективного банкротства ГУАТП «Дигорское», учредитель допустил увеличение задолженности перед бюджетом, без наличия предпосылок к исправлению финансовой ситуации. Учредитель унитарного предприятия не представил доказательств разумных ожиданий дополнительных финансовых вложений, равно как и не представал план предполагаемого им выхода из сложившейся неплатежеспособности предприятия, исходя из которого он мог бы предполагать, что увеличение задолженности перед бюджетом носит временный характер.

В ситуации финансовой нестабильности предприятия подобное поведение учредителя в отсутствие денежных средств на оплату обязательных платежей за ранние периоды, увеличили обязательства должника, усугубив итак неблагоприятное финансовое положение.

Таким образом, не соответствующее принципу добросовестности бездействие учредителя, уклоняющегося от исполнения возложенной на него Законом о банкротстве обязанности по принятию решения о подаче заявления о банкротстве (о переходе к осуществляемой под контролем суда ликвидационной процедуре), является противоправным, виновным, влечет за собой имущественные потери на стороне кредиторов и публично-правовых образований, нарушает как частные интересы субъектов гражданских правоотношений, так и публичные интересы государства. Исходя из этого, законодатель презюмировал наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника заявления о банкротстве и негативными последствиями для кредиторов и уполномоченного органа в виде невозможности удовлетворения возросшей задолженности.

Согласно общим положениям пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности руководителя равен совокупному размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших в период со дня истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, и до дня возбуждения дела о банкротстве.

По общему правилу, при определении размера субсидиарной ответственности руководителя не учитываются обязательства перед кредиторами, которые в момент возникновения обязательств знали или должны были знать о том, что на стороне руководителя должника уже возникла обязанность по подаче заявления о банкротстве. Это правило не применяется по отношению к обязательствам перед кредиторами, которые объективно вынуждены были вступить в отношения с должником либо продолжать существующие (недобровольные кредиторы), например, уполномоченный орган по требованиям об уплате обязательных платежей, кредиторы по договорам, заключение которых являлось для них обязательным, кредиторы по деликтным обязательствам (по смыслу статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункта 3 статьи 61.12 Закона о банкротстве).

Работники должника (недобровольные кредиторы), которые объективно вынуждены были вступить в отношения с должником либо продолжать существующие, не могли знать о том, что на стороне руководителя должника возникла обязанность по подаче заявления о банкротстве, поскольку не имеют доступа к соответствующей информации, в связи с чем, текущая задолженность по заработной плате подлежит учету при определении размера субсидиарной ответственности.

В Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации № 50-П от 30.10.2023 указано, что рамках субсидиарной ответственности нельзя взыскать суммы штрафов за налоговые правонарушения, наложенные на организацию-налогоплательщика.

Таким образом, размер ответственности по статье 61.12 Закона о банкротстве составляет 12 147 264,26 руб., из которых основной долг по обязательным платежам, возникший после 31.08.2017 и до 23.06.2021 - 6 983 905,96 руб.; текущая задолженность по обязательным платежам - 2 595 962,86 руб.; текущая задолженность по заработной плате - 2 567 395,44 руб., в т.ч. проценты (денежная компенсация) за нарушение работодателем установленного срока выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику.

Ссылка апеллянта на отсутствие у него информации о финансовом состоянии должника ввиду непредставления бухгалтерской отчетности в 2017 - 2019 годах отклоняется апелляционным судом ввиду следующего.

Согласно пункту 2 статьи 26 Закона об унитарных предприятиях контроль за деятельностью унитарного предприятия осуществляется органом, осуществляющим полномочия собственника, и другими уполномоченными органами.

Унитарное предприятие обязано публиковать отчетность о своей деятельности в случаях, предусмотренных федеральными законами или иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (статья 27 Закона об унитарных предприятиях).

Собственник имущества унитарного предприятия в отношении указанного предприятия утверждает бухгалтерскую (финансовую) отчетность и отчеты унитарного предприятия (подпункт 9 пункта 1 статьи Закона об унитарных предприятиях).

Пунктом 4.6 Устава предприятия предусмотрено, что предприятие по окончании отчетного периода представляет уполномоченным органам государственной власти Российской Федерации, государственным органам Республики Северная Осетия - Алания бухгалтерскую отчетность и иные документы в установленном порядке.

Таким образом, довод апеллянта о его неосведомленности о финансовом состоянии предприятия со ссылкой на непредставление должником бухгалтерской отчетности, так как обязанность представления отчетов, в том числе и бухгалтерских, всегда корреспондирует (соответствует) обязанности истребования непредставляемых документов лицом, которому они должны быть представлены. Министерством не представлены оказательства того, что им предпринимались меры для получения бухгалтерской отчетности предприятия.

Кроме того, в соответствии со статьей 27 Закона об унитарных предприятиях унитарное предприятие обязано публиковать отчетность о своей деятельности в случаях, предусмотренных федеральными законами или иными нормативными правовыми актами Российской Федерации. Так, к примеру на сайте сервиса проверки и анализа контрагентов «Rusprofile» можно получить бухгалтерскую отчетность предприятия за 2013 год, 2016-2021 годы. Следовательно, министерством также могло узнать о финансовом состоянии должника из открытых источников.

Напротив, данное утверждение апеллянта не соответствует фактическим обстоятельствам, поскольку уполномоченный орган в 2017 году извещал и учредителя, и руководителя должника о необходимости обращения в суд о признании предприятия банкротом (несостоятельным), что подтверждается извещением УФНС по РСО-Алания от 04.10.2017 №04-11/05399.

В Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 18.07.2023 № 14-П изложена правовая позиция, согласно которой отрицательные значение чистых активов свидетельствует о том, что со всеми кредиторами уже рассчитаться невозможно, а непринятие мер по восстановлению размеров чистых активов - деятельностью по введению в заблуждение кредиторов и увеличению их потенциальных убытков.

Конкурсным управляющим в процессе инвентаризации имущества было установлено, что превышение размера обязательств над активами не было формальным. По результатам инвентаризации имущества должника 27.10.2022 (акты инвентаризации и инвентаризационные описи приобщены к материалам дела) выявлено, что активов должника недостаточно для проведения расчетов со всеми кредиторами.

Согласно данным, представленным главным бухгалтером должника, остаточная стоимость имущества, выявленная в ходе инвентаризации и находящегося в ведении должника, составляет 0 руб.

Динамика изменения показателей бухгалтерской отчетности, рост кредиторской задолженности, показывают, что деятельность предприятия в спорный период была убыточной и приобрела устойчивый характер.

Таким образом, обязательства перед кредитовом должником не исполнялись в течение длительного времени и не были исполнены, а впоследствии явились основанием для обращения кредитора с заявлением о признании должника банкротом, а в дальнейшем учтено в реестре требований кредиторов.

На основании совокупности представленных доказательств установлено, что финансовые затруднения, которые испытывал должник, носили длительный, неустранимый и системный характер, следовательно, должник отвечал признакам неплатежеспособности, о чем было известно министерству.

Изложенное означает, что должник испытывал затруднения с платежами, отражающими неблагополучное имущественное состояние, влекущее признание должника несостоятельным или применение к нему процедур судебной санации, которое может быть преодолено вполне законными способами: получением кредита, взысканием дебиторской задолженности, продажей части имущества должника и т.п.

При этом, привлечение к субсидиарной ответственности не поставлено в зависимость от финансовой помощи. Финансовая помощь (санация) не охватывается диспозицией статьи 61.2 Закона о банкротстве. Объективной стороной правонарушения являются бездействия должника и (или) контролирующих должника лиц, выражающиеся в неисполнении обязанностей по подаче заявления должника о банкротстве в суд в случаях и в срок, которые предусмотрены статьей 9 Закона о банкротстве.

Довод апеллянта о том, что полномочия учредителя должника осуществляет Комитет по транспорту и дорожной инфраструктуре Республики Северная Осетия-Алания, который в настоящее время разделен на Комитет дорожного хозяйства РСО-Алания и Комитет РСО-Алания по транспорту, подлежит отклонению апелляционным судом, поскольку в соответствии с Уставом предприятия правомочия собственника осуществляет Министерство государственного имущества и земельных отношений Республики Северная Осетия-Алания. Данное обстоятельство также подтверждается письмом Комитета по транспорту и дорожной инфраструктуре Республики Северная Осетия-Алания от 16.09.2022 № 2272.

Относительно довода апеллянта о не привлечения к участию в деле Правительства Республики Северная Осетия-Алания со ссылкой на распоряжение Правительства Республики Северная Осетия- Алания от 15.03.2016 № 80-р «О мерах по повышению эффективности деятельности республиканских органов исполнительной власти по защите интересов Республики Северная Осетия-Алания в судах», апелляционный суд отмечает следующее.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 125 Гражданского кодекса Российской Федерации от имени Российской Федерации и субъектов Российской Федерации могут своими действиями приобретать и осуществлять имущественные и личные неимущественные права и обязанности, выступать в суде органы государственной власти в рамках их компетенции, установленной актами, определяющими статус этих органов.

В случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина (статья 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Исполнение судебных актов по искам к Российской Федерации о возмещении вреда, причиненного гражданину или юридическому лицу незаконными действиями (бездействием) государственных органов Российской Федерации или их должностных лиц (статьи 1069, 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе в результате издания государственными органами Российской Федерации актов, не соответствующих закону или иному нормативному правовому акту, возложено на Минфин России и осуществляется за счет казны Российской Федерации (пункт 1 статьи 242.2 Бюджетного кодекса Российской Федерации).

Исполнение судебных актов о возмещении вреда, причиненного в результате незаконных действий органов государственной власти субъектов Российской Федерации, органов местного самоуправления или их должностных лиц, а также по иным искам о взыскании денежных средств за счет средств казны субъекта Российской Федерации, казны муниципального образования осуществляется: финансовым органом субъекта Российской Федерации - за счет казны субъекта Российской Федерации, финансовым органом муниципального образования - за счет казны муниципального образования в порядке, аналогичном порядку, установленному для взыскания с казны Российской Федерации, и в соответствии с федеральным законодательством (пункты 3 и 4 статьи 242.2 Бюджетного кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 1.11.1 Устава предприятия учредителем предприятия является Республика Северная Осетия-Алания. Правомочия собственника имущества предприятия осуществляет Министерство государственного имущества и земельных отношений Республики Северная Осетия-Алания (пункт 1.11.2 Устава).

Ответчиком по настоящему обособленному спору выступает собственник имущества предприятия публично-правовое образование Республика Северная Осетия - Алания в лице Министерства финансов Республики Северная Осетия-Алания.

Арбитражный апелляционный суд считает, что доводы жалобы не содержат достаточных фактов, которые имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены определения суда в обжалуемой части.

Фактически доводы апелляционной жалобы были предметом исследования суда первой инстанции, им дана надлежащая правовая оценка, с которой суд апелляционной инстанции согласен.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены судебного акта в любом случае, апелляционным судом не установлено.

Руководствуясь статьями 266, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Северная Осетия-Алания от 25.10.2024 по делу № А61-2166/2021 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в месячный срок через суд первой инстанции.

Председательствующий Н.Н. Годило

Судьи Д.А. Белов

А.А. Мишин