Решение от 14 июля 2022 г. по делу № А56-1119/2021

Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области

191124, Санкт-Петербург, ул. Смольного, д.6

http://www.spb.arbitr.ru


Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А56-1119/2021
14 июля 2022 года
г.Санкт-Петербург


Резолютивная часть решения объявлена 06 июля 2022 года.

Решение в полном объеме изготовлено 14 июля 2022 года.


Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области в лице судьи Покровского С.С.,

при ведении протокола судебного заседания секретарём ФИО1,

с участием представителей сторон:

от заявителя – представителя ФИО2 по доверенности от 02.11.2020,

от таможенного органа – ФИО3 и ФИО4 по доверенностям от 21.06.2021 №04-34/18947 и от 23.03.2021 №04-34-08698,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по заявлению ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ (ООО) «ВТП ГАРАНТ» (ОГРН <***>, место нахождения и адрес юридического лица: <...>, лит. А, офис 802)

об оспаривании уведомлений САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКОЙ ТАМОЖНИ (ОГРН <***>, адрес места нахождения государственного органа: <...>, лит. А),

установил:

13 января 2021 года ООО «ВТП ГАРАНТ» (далее – заинтересованное лицо, заявитель, общество, таможенный представитель) обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании недействительным уведомлений САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКОЙ ТАМОЖНИ (далее – орган, осуществляющий публичные полномочия, таможенный орган, таможня) о неуплаченных в установленный срок суммах таможенных платежей, специальных, антидемпинговых, компенсационных пошлин, процентов и пеней от 21.12.2020 №10210000/У2020/0007300, от 22.12.2020 №№№10210000/У2020/0007318, 10210000/У2020/0007310, 10210000/У2020/0007312, 10210000/У2020/0007316, 10210000/У2020/0007308, 10210000/У2020/0007314, 10210000/У2020/0007306, 10210000/У2020/0007358, 10210000/У2020/0007338, 10210000/У2020/0007336, 10210000/У2020/0007356, 10210000/У2020/0007352, 10210000/У2020/0007340, 10210000/У2020/0007354, 10210000/У2020/0007348, 10210000/У2020/0007350, 10210000/У2020/0007342, 10210000/У2020/0007346, 10210000/У2020/0007344, от 25.12.2020 №№10210000/У2020/0007414, 10210000/У2020/0007412, 10210000/У2020/0007410, 10210000/У2020/0007416, которые были сформированы и направлены обществу по результатам таможенной проверки от 06.10.2020 №10210000/210/061020/А000077 как лицу, солидарно обязанному с декларантом ОБЩЕСТВОМ С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «ИНТЕРНЕШНЛ ТРЕЙДИНГ ЛИМИТЕД» (ООО «ИТЛ», ОГРН <***>, ИНН <***>, далее – общество «ИТЛ»).

Выражая несогласие с вменением платежей, заинтересованное лицо обратило внимание, что декларирование товаров в интересах общества «ИТЛ» осуществлялось регулярно на протяжении более двух лет и у таможенного органа не возникало сомнений в достоверности заявляемых сведений. Документы, представленные таможенному органу в отношении спорных деклараций содержали необходимую информацию, а таможенная стоимость определена по методу стоимости сделки с ввозимыми товарами, ввиду чего у таможенного органа отсутствовали основания для ее корректировки. В такой ситуации, по мнению заявителя, привлечение его к солидарной ответственности вступает в противоречие с нормой пункта 7 статьи 346 Федерального закона №289-ФЗ, вступившего в действие с 04 сентября 2018 года.

Решением арбитражного суда первой инстанции от 13.07.2021, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.10.2021, заявление таможенного представителя удовлетворено в полном объеме. При этом суды первой и второй инстанции пришли к выводу об отсутствии оснований для солидарной обязанности общества по уплате таможенных платежей ввиду недоказанности таможней его осведомленности о недостоверности сведений в представленных декларантом документах.

03 марта 2022 года Арбитражный суд Северо-Западного округа судебные акты отменил и направил дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции, отметив, что выводы судов сделаны при неполном выяснении обстоятельств, имеющих существенное значение для дела, в отсутствие надлежащей правовой оценки представленным доказательствам и всем доводам сторон.

В частности, по мнению вышестоящей инстанции, суды не учли, что деятельность таможенного представителя, как она определена в таможенном законодательстве, состоит в совершении таможенных операций от имени декларанта или других заинтересованных лиц по их поручению, причем осуществляется такая деятельность на постоянной, профессиональной основе (о чем свидетельствуют предъявляемые к таможенному представителю требования и необходимость их включения в соответствующий реестр), и на таможенного представителя возлагается ответственность за результат проведения таможенных операций, в том числе за уплату таможенных платежей.

Судами были оставлены без оценки доводы общества о неотносимости деклараций на товар, фигурирующих в ходе спорной таможенной проверки, к преступной деятельности по незаконному перемещению товаров через таможенную границу ЕАЭС, незаконности доначисления таможенных платежей по результатам проверки в отношении общества «ИТЛ» и недоказанности таможней оснований вменения неуплаты данных платежей. Суды не проверили “представило ли Общество как лицо, осуществляющее деятельность по таможенному декларированию на профессиональной основе, в материалы дела доказательства, подтверждающие, что оно приняло все необходимые меры для получения от декларанта и представления при таможенном декларировании товаров достоверных документов и сведений относительно заявленной стоимости товаров.” Cудами не установлено “По какой причине таможенным представителем было проигнорировано то обстоятельство, что декларируемые товары ввозились по цене существенно ниже стоимости аналогичного товара, ввезенного иными участниками внешнеэкономической деятельности”.

При новом рассмотрении дела судам указано “учесть изложенное, установить имеющие существенное значение для разрешения спора фактические обстоятельства дела на основании полного и всестороннего исследования представленных сторонами доказательств, приведенных доводов в их взаимной связи, дать этим доказательствам и доводам правовую оценку и при правильном применении норм материального и процессуального права вынести законное и обоснованное решение.”

В судебном заседании 06.07.2022 представитель заявителя предъявленные требования полностью поддержал.

Представители таможенного органа в письменном отзыве и при судебном разбирательстве спора доводы общества не признали и пояснили, что индекс таможенной стоимости ввозимого обществом «ИТЛ» товара был существенно занижен и в ходе таможенного контроля данным лицом не были представлены документы, подтверждающие заявленную таможенную стоимость. В результате взаимодействия с таможенными органами других государств была раскрыта преступная деятельность ООО «Ю-Микс Рус», организовавшего незаконное перемещение через таможенную границу ЕАЭС товаров «кондитерские изделия из сахара: мармелад желейный торговой марки «VIDAL» и «TROLLI», произведенных и экспортированных из Испании, в адрес ООО «Ю-Микс Рус» как фактического заказчика и получателя с использованием подконтрольных организаций – импортеров, в том числе общества «ИТЛ». По результатам таможенного контроля, методом «сделок с однородным товаром» была определена таможенная стоимость, из которой исчислена задолженность по таможенным платежам в размере 7 174 467,72 руб., а так же пени в размере 1 100 897,63 руб. Обращая внимание на статус общества как лица, профессионально осуществляющего деятельность таможенного представителя, таможенный орган полагал, что заявитель не мог не знать об использовании подложных документов и должен нести ответственность по недоимке таможенных платежей наравне с декларантом. В этой связи таможенный орган указал на отсутствие непосредственной отношений между обществом «ИТЛ» и таможенным представителем, получение последним документов непосредственно от ООО «Ю-Микс Рус», непринятие представителем мер по установлению реальной, достоверной стоимости перемещаемых товаров, а также действительной взаимосвязи между обществом «ИТЛ» и ООО «Ю-Микс Рус».

Заслушав объяснения представителей сторон и исследовав представленные материалы, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с положениями статьи 287, пункта 15 части 2 и части 2.1 статьи 289 АПК РФ арбитражный суд кассационной инстанции, отменяя решение арбитражного суда первой инстанции и (или) постановление арбитражного суда апелляционной инстанции полностью или в части и направляя дело на новое рассмотрение, указывает в постановлении на те действия, которые должны быть выполнены вновь рассматривающим дело арбитражным судом; такие указания арбитражного суда кассационной инстанции, изложенные в его постановлении, в том числе на толкование закона, обязательны для арбитражного суда, вновь рассматривающего данное дело.

Согласно статье 6 АПК РФ законность при рассмотрении дел арбитражным судом обеспечивается правильным применением законов и иных нормативных правовых актов, а также соблюдением всеми судьями арбитражных судов правил, установленных законодательством о судопроизводстве в арбитражных судах.

В силу части 4 статьи 15 АПК РФ критерии законности, обоснованности и мотивированности являются общими требованиями к актам, принимаемым арбитражным судом при осуществлении правосудия. Причем соблюдение соответствующих требований судом первой инстанции проверяется вышестоящими судебными инстанциями при пересмотре судебных актов в порядке апелляционного либо кассационного производства. Поэтому суд, постановивший судебный акт по результатам рассмотрения спора, лишен возможности дать объективную оценку собственному решению на предмет законности, обоснованности и мотивированности, поскольку соблюдение соответствующих требований относится к компетенции вышестоящих инстанций.

В определенном законом порядке не установлено, что при первом рассмотрении дела были приняты заведомо неправосудные акты и при новом рассмотрении дела суды заведомо нацелены на достижение соответствующего результата.

Подчинение судьи федеральному закону непосредственно следует из части 1 статьи 120 Конституции Российской Федерации и присяги судьи (пункт 1 статьи 8 Закона РФ от 26.06.1992 № 3132-1 «О статусе судей в Российской Федерации»). Таким образом, следование арбитражного суда требованиям законности естественно следует из конституционных положений и не нуждается в санкции других судебных инстанций.

Суду, образованному в соответствии с Конституцией РФ, нельзя вменить в обязанность принятие иного судебного акта нежели законного, обоснованного и мотивированного; иных правил оценки доказательств, кроме указанных в статье 71 АПК РФ, действующее законодательство, регулирующее арбитражный процесс, не содержит; требовать от судьи “дать доказательствам и доводам правовую оценку и при правильном применении норм материального и процессуального права” не вызывается необходимостью, тем более, что конкретные нормы материального права, которые следует применить, а равно нарушенные судами первой и апелляционной инстанции при первом рассмотрении дела, в постановлении суда кассационной инстанции отсутствуют.

Критерии законности и обоснованности нового решения, а равно “надлежащей правовой оценки представленным доказательствам и всем доводам сторон” в кассационном постановлении не указаны.

Вследствие изложенного не имеется оснований рассматривать приведенные выше рекомендации, в том числе “вынести законное и обоснованное решение”, как указания, предусмотренные частью 2.1 статьи 289 АПК РФ.

При отмене судебных актов “обстоятельства, относящиеся к предмету доказывания по настоящему спору” предметно не определены. Как представляется из содержания постановления от 03.03.2022, при новом рассмотрении дела суду первой инстанции следует:

истребовать в материалы дела решение таможни по результатам таможенной проверки, оформленной Актом от 06.10.2020 №10210000/210/061020/А000077;

проверить “представило ли Общество как лицо, осуществляющее деятельность по таможенному декларированию на профессиональной основе, в материалы дела доказательства, подтверждающие, что оно приняло все необходимые меры для получения от декларанта и представления при таможенном декларировании товаров достоверных документов и сведений относительно заявленной стоимости товаров.”;

дать оценку доводам общества о неотносимости деклараций на товар, указанных в Акте от 06.10.2020 №10210000/210/061020/А000077, “к преступной деятельности по незаконному перемещению товаров через таможенную границу ЕАЭС”; о незаконности доначисления таможенных платежей по результатам проверки в отношении общества «ИТЛ» и недоказанности таможней оснований вменения неуплаты данных платежей;

установить “По какой причине таможенным представителем было проигнорировано то обстоятельство, что декларируемые товары ввозились по цене существенно ниже стоимости аналогичного товара, ввезенного иными участниками внешнеэкономической деятельности”.

Повторно рассматривая дело арбитражный суд считает установленными следующие обстоятельства.

В период с 28.12.2017 по 04.02.2019, действуя в качестве таможенного представителя по договору от 17.02.2016 № 0751/00/16/542 с обществом «ИТЛ», ООО «ВТП ГАРАНТ» представило к таможенному оформлению по декларациям на товары №№ 10210100/281217/0043671, 10210100/150118/0000610, 10210100/150218/0004306, 10210100/260318/0008364,10210100/020418/0009104, 10210100/070518/0012812, 10210100/170518/0013861,10210100/310518/0015364, 10210100/060618/0015949, 10210100/020718/0018614,10210100/040718/0018997, 10210100/060818/0022261, 10210100/170918/0026048,10210100/270918/0027155, 10210100/081018/0028123, 10210100/221018/0029384,10210100/021118/0030602, 10210100/191118/0032158, 10210100/261118/0032867,10210100/141218/0034958, 10210100/211218/0035810, 10210100/170119/0000561,10210100/310119/0001756, 10210100/040219/0002052 в разном количестве товар - кондитерские изделия из сахара - желейный мармелад, не содержащий какао, генно-модифицированных объектов, торговых марок VIDAL, TROLLI.

Данный товар был ввезен на таможенную территорию ЕАЭС на основании внешнеэкономических контрактов от 28.04.2014 № ITLVD001 и от 15.07.2017 между обществом «ИТЛ» и компаниями, соответственно Vidal Golosinas, S. A. и Trolli Iberica, S. A. (Королевство Испания).

Заявленная таможенная стоимость товара, задекларированного по вышеперечисленным ДТ, определена декларантом по методу 1 - по стоимости сделки с ввозимыми товарами в соответствии со статьей 4 действовавшего до 01.01.2018 Соглашения между Правительством Российской Федерации, Правительством Республики Беларусь и Правительством Республики Казахстан от 25.01.2008 «Об определении таможенной стоимости товаров, перемещаемых через таможенную границу Таможенного союза» (далее - Соглашение), статьей 39 Таможенного кодекса (далее - ТК ЕАЭС).

По результатам выездной таможенной проверки, проведенной в соответствии со статьей 333 ТК ЕАЭС и оформленной Актом от 06.10.2020 № 10210000/210/061020/А000077, таможня пришла к выводу о том, что таможенная стоимость товара заявлена с использованием произвольной или фиктивной таможенной стоимости на основании недостоверной, количественно неопределяемой и документально неподтвержденной информации. Вследствие этого и на основании соответствующего решения таможня доначислила 9 168 482,19 руб. таможенных платежей и направила таможенному представителю, как лицу, несущему солидарную с декларантом обязанность по уплате таможенных платежей оспариваемые в настоящем деле уведомления о не уплаченных в установленный срок суммах таможенных платежей, специальных, антидемпинговых, компенсационных пошлин, процентов и пеней на общую сумму 8 275 365,35 руб.

Давая оценку приведенным обстоятельствам и выполняя указания суда кассационной инстанции, суд принимает во внимание, что деятельность таможенного представителя, как она определена в таможенном законодательстве, состоит в совершении таможенных операций от имени декларанта или других заинтересованных лиц по их поручению, причем осуществляется такая деятельность на постоянной, профессиональной основе (о чем свидетельствуют предъявляемые к таможенному представителю требования и необходимость их включения в соответствующий реестр), и на таможенного представителя возлагается ответственность за результат проведения таможенных операций, в том числе за уплату таможенных платежей.

Данный факт не встретил возражений со стороны участвующих в деле лиц и арбитражных судов первой и апелляционной инстанции; поводов иначе оценивать сформулированные при первом рассмотрении дела выводы из текста судебных актов не усматривается.

В соответствии со статьей 50 ТК ЕАЭС плательщиками таможенных пошлин, налогов являются декларант или иные лица, у которых возникла обязанность по уплате таможенных пошлин, налогов.

Обязанность по уплате таможенных пошлин, налогов исполняется, в том числе, лицами, которые несут с плательщиком таможенных пошлин, налогов солидарную обязанность по законодательству государств-членов (пункт 1 статьи 55 ТК ЕАЭС).

Согласно пункту 4 статьи 405 ТК ЕАЭС в случае совершения таможенных операций таможенным представителем от имени декларанта таможенный представитель несет с таким декларантом солидарную обязанность по уплате таможенных пошлин, налогов, специальных, антидемпинговых, компенсационных пошлин в полном размере подлежащей исполнению обязанности по уплате таможенных пошлин, налогов, специальных, антидемпинговых, компенсационных пошлин.

Перечисленные в пункте 5 статьи 405 ТК ЕАЭС условия, при которых допускается освобождение таможенного представителя от солидарной обязанности, на спорные отношения не распространяется. Вместе с тем законодательством государств-членов могут устанавливаться иные, чем, указанные в данной норме, случаи, когда обязанность по уплате таможенных пошлин, налогов, специальных, антидемпинговых, компенсационных пошлин, возникшая солидарно с декларантом, не подлежит исполнению таможенным представителем (пункт 6 статьи 405 ТК ЕАЭС).

В частности, согласно части 7 статьи 346 Федерального закона от 03.08.2018 № 289-ФЗ «О таможенном регулировании в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее – Закон о таможенном регулировании) таможенный представитель не несет солидарной ответственности в случае, если при подаче декларации на товары использовались поддельные документы, документы, полученные незаконным путем, документы, не имеющие юридической силы, и при условии, что таможенный представитель доказал, что он не знал и не должен был знать о незаконности перемещения товаров через таможенную границу ЕАЭС.

Данное законоположение распространяется на отношения, возникшие до вступления в силу Закона о таможенном регулировании (часть 4 статьи 392).

Под незаконным перемещением в соответствии с пунктом 25 статьи 2 ТК ЕАЭС понимается - перемещение товаров через таможенную границу Союза, в том числе, с недостоверным таможенным декларированием либо с использованием документов, содержащих недостоверные сведения о товарах, и (или) с использованием поддельных либо относящихся к другим товарам средств идентификации.

В соответствии с пунктом 2 статьи 56 ТК ЕАЭС обязанность по уплате таможенных пошлин, налогов при незаконном перемещении товаров через таможенную границу ЕАЭС возникает у лиц, незаконно перемещающих товары. Лица, участвующие в незаконном перемещении, несут солидарную обязанность по уплате таможенных пошлин, налогов с лицами, незаконно перемещающими товары в случае, если они знали или должны были знать о незаконности такого перемещения.

Вследствие изложенного, применительно к предмету судебного разбирательства юридически значимым обстоятельством, имеющим основополагающее значение для разрешения спора по существу, является осведомленность либо неосведомленность общества – таможенного представителя о незаконности перемещения товаров через таможенную границу. Иные факторы как-то: законность доначисления таможенных платежей декларанту, обоснованность заявленной таможенной стоимости, принятые представителем меры для получения от декларанта и представления при таможенном декларировании товаров достоверных документов и сведений относительно заявленной стоимости товаров носят факультативный характер.

Сами по себе незаконность перемещения товаров, необоснованность заявленной таможенной стоимости, непринятие таможенным представителем мер по получению от декларанта документов как каждое в отдельности, так и в совокупности не влияют на возникновение солидарной ответственности представителя в случае доказанности его неосведомленности о незаконности перемещения товара. Более того, последний фактор - это условие действия нормы об освобождении от солидарной ответственности.

В то же время обоснованность доводов о неотносимости деклараций на товар, указанных в Акте от 06.10.2020 №10210000/210/061020/А000077, к преступной деятельности по незаконному перемещению товаров через таможенную границу ЕАЭС, о незаконности доначисления обществу «ИТЛ» таможенных платежей и недоказанности таможней оснований вменения неуплаты данных платежей только укрепляет общую позицию общества об освобождении от солидарной ответственности. В такой ситуации отмена вступившего в законную силу решения суда, принятого в пользу общества, для проверки его же доводов, согласие с которыми только подтверждает правильность ранее принятого решения, не может не вызывать недоумения. Опровержение же этих доводов никак не влияет на возможность применения к спорным отношениям части 7 статьи 346 Закона о таможенном регулировании.

На дату повторного рассмотрения дела отсутствует вступивший в законную силу приговор, которым в установленном уголовно-процессуальном порядке была бы установлена причастность ООО «ВТП ГАРАНТ» к преступной деятельности ООО «Ю-Микс Рус», организовавшей, по версии следствия, деятельность по незаконному перемещению товара через таможенную границу ЕАЭС с использованием подконтрольных организаций-импортеров, в том числе общества «ИТЛ» (часть 4 статьи 69 АПК РФ).

Как следует из Акта выездной таможенной проверки от 06.10.2020 №10210000/210/061020/А000077 и решения таможни, на которых основаны оспариваемые уведомления, выводы о недостоверности сведений о таможенной стоимости товаров сделаны таможенным органом исключительно исходя из содержания материалов, полученных при проведении оперативно-розыскных мероприятий в рамках международного сотрудничества от таможенных служб Латвийской Республики и Королевства Испания.

При этом таможенным органом констатировано, что ООО «Ю-Микс Рус» и сообщники, включая общество «ИТЛ», для достижения противоправных целей использовали услуги неосведомленных об истинных преступных намерениях организаций, оказывающих услуги таможенного представителя, посредством предоставления им документов, содержащих недостоверные сведения о таможенной стоимости.

При проведении таможенной проверки установлено, что общество «ИТЛ» представляло сотрудникам ООО «ВТП ГАРАНТ» и других таможенных представителей заранее изготовленные инвойсы, содержащие недостоверные сведения о таможенной стоимости декларируемых товаров.

Доказательства прямой либо косвенной осведомленности таможенного представителя о незаконном перемещении спорных товаров через таможенную границу ЕАЭС, а равно о причастности общества «ИТЛ» к незаконной деятельности, таможенным органом ни при первом, ни при новом судебном разбирательстве спора не предоставлено.

В такой ситуации арбитражный суд соглашается с доводами заинтересованного лица о том, что организация преступной схемы поставки товаров на таможенную территорию ЕАЭС исключала осведомленность и делала невозможным получение сведений о реальной стоимости товара таможенными представителями или государственными органами и соответствующие сведения не могли стать доступными третьим лицам иначе как в результате проведения масштабных оперативно-розыскных мероприятий на международном уровне.

Объяснения общества в данной части косвенно подтверждается результатами таможенного оформления аналогичных партий товара в интересах общества «ИТЛ» по декларациям на товар №№10210100/310518/0015364, 10210100/040718/0018997, 10210100/180618/0017221, 10210100/260718/0021323. Осуществленная таможенным органом проверка заявленной таможенной стоимости на основании комплекта документов, тождественного спорным поставкам, не вызвала сомнений в достоверности соответствующих сведений.

Указанные таможенным представителем при таможенном декларировании сведения о таможенной стоимости товаров соответствовали находящимся в его распоряжении внешнеторговому контракту, инвойсам, упаковочным листам, ведомостям банковского контроля, транспортным документам – CMR, TIR, заказам и счетам на перевозку, поручениям экспедитору; технической документации (каталогам) и документам о безопасности и качестве продукции.

Соответствующие документы были представлены обществу декларантом и имели отметки таможенных органов иностранных государств. При ординарной проверке ни таможенный орган, ни органы валютного или налогового контроля не смогли установить недействительность содержания инвойсов и иных указанных выше документов.

Обстоятельств, свидетельствующих о том, что объем документов, представленных таможенному представителю для подтверждения таможенной стоимости, вызвал либо мог вызывать у общества сомнения в полноте и достоверности в ходе таможенной проверки не установлено и не указано при рассмотрении настоящего спора в суде.

Выполняя указания суда кассационной инстанции и выясняя по какой причине таможенным представителем “было проигнорировано то обстоятельство, что декларируемые товары ввозились по цене существенно ниже стоимости аналогичного товара, ввезенного иными участниками внешнеэкономической деятельности”, арбитражный суд вновь соглашается с доводами заявителя, которые не опровергнуты таможенным органом при новом рассмотрении дела, о том, что соответствующая информация не была и не могла быть ему известна.

Кроме того, отклонение таможенной стоимости задекларированного обществом товара отличалась от стоимости товаров, приведенных таможенным органом к сравнению, составило от 17 до 38%, что вряд ли можно признать существенным.

В соответствии с действующим законодательством таможенный представитель не наделен правом направлять запросы в иностранные таможенные органы в рамках международного сотрудничества. Таким образом, способ, который позволил таможенному органу установить намеренное искажение импортером сведений о таможенной стоимости товара, не был доступен для таможенного представителя и находился вне нормальной деловой практики.

В силу пункта 2 статьи 404 ТК ЕАЭС при осуществлении своей деятельности таможенный представитель вправе требовать от представляемого им лица документы и сведения, необходимые для совершения таможенных операций, в том числе содержащие информацию, составляющую коммерческую, банковскую и иную охраняемую законом тайну, либо другую конфиденциальную информацию, и получать такие документы и сведения в сроки, обеспечивающие соблюдение установленных названных ТК ЕАЭС требований.

Тождественные права общества предусмотрены пунктом 2.3.6 договора от 28.09.2016 № 0751/00/16/542, согласно которому представитель вправе требовать от клиента представления документов и сведений, необходимых для таможенных целей, в том числе содержащих информацию, составляющую коммерческую, банковскую или иную охраняемую тайну либо являющуюся конфиденциальной информацией.

Вместе с тем сомнительно рассматривать указанные законоположения и условия договора № 0751/00/16/542 как наделяющие таможенного представителя правами требовать предоставления документов и сведений, содержащих информацию о криминальной деятельности декларанта. Как минимум для этого необходимо обладать инсайдерской информацией, что сразу превращает таможенного представителя в соучастника преступной деятельности, либо иметь доступ к материалам оперативно-розыскной деятельности, что для общества объективно невозможно в силу правового регулирования соответствующей деятельности.

Выполняя указания суда кассационной инстанции, суд констатирует, что общество как лицо, осуществляющее деятельность по таможенному декларированию на профессиональной основе, не представило в материалы дела “доказательств, подтверждающих, что оно приняло все необходимые меры для получения от декларанта и представления при таможенном декларировании товаров достоверных документов и сведений относительно заявленной стоимости товаров.”

Соответствующие доказательства в полном объеме были представлены таможенным представителем в материалы выездной таможенной проверки, которые в свою очередь были представлены таможенным органом арбитражному суду и обозревались в ходе судебного разбирательства спора как при первом, так и при повторном рассмотрении дела.

Что касается истребования у декларанта документов, отвечающих критерию достоверности, то соответствующие доказательства общество объективно не может исполнить, поскольку, как было указано выше, на момент возникновения спорных отношений обстоятельства, вызывающие обоснованные сомнения в достоверности представленных представителю материалов, отсутствовали.

Вследствие изложенного и принимая во внимание, длительный опыт взаимодействия с обществом «ИТЛ» и многократного декларирования предшествующих аналогичных поставок без замечаний, соответствие валютных операций общества «ИТЛ» в рамках контракта импортным документам, арбитражный суд полагает возможным признать, что будучи таможенным представителем общество приняло разумные и адекватные меры к соблюдению требований публичного порядка и достоверного декларирования таможенной стоимости товара.

Находя доказанным, что таможенный представитель не знал и не должен был знать о незаконности перемещения товаров через таможенную границу Союза, арбитражный суд не усматривает оснований для привлечения заявителя к солидарной с обществом «ИТЛ» ответственности по уплате таможенных пошлин, налогов, сборов, пеней и признает незаконными оспоренные уведомления.

Исследовав материалы выездной таможенной проверки, в том числе и документы с грифом ДСП, арбитражный суд признает справедливыми доводы общества о неотносимости деклараций на товар, указанных в Акте от 06.10.2020 №10210000/210/061020/А000077, “к преступной деятельности по незаконному перемещению товаров через таможенную границу ЕАЭС”.

Принимая решение о корректировке таможенной стоимости по спорным декларациям, таможенный орган отступил от требований подпункта седьмого пункта 5 статьи 45 ТК РФ, ввиду чего суд соглашается с доводами заявителя о необоснованности доначисления таможенных платежей по результатам проверки в отношении общества «ИТЛ».

Судебные расходы заявителя, состоящие из затрат по уплате госпошлины при обращении в суд с заявлением, в размере 72 000 руб. в соответствии со статьей 110 АПК РФ подлежат взысканию в его пользу с органа, осуществляющего публичные полномочия.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 167-171, 176, 200-201 АПК РФ, арбитражный суд

решил:

Заявление ООО «ВТП ГАРАНТ» удовлетворить:

Признать недействительными уведомления САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКОЙ ТАМОЖНИ от 21.12.2020 №10210000/У2020/0007300, от 22.12.2020 №№№10210000/У2020/0007318, 10210000/У2020/0007310, 10210000/У2020/0007312, 10210000/У2020/0007316, 10210000/У2020/0007308, 10210000/У2020/0007314, 10210000/У2020/0007306, 10210000/У2020/0007358, 10210000/У2020/0007338, 10210000/У2020/0007336, 10210000/У2020/0007356, 10210000/У2020/0007352, 10210000/У2020/0007340, 10210000/У2020/0007354, 10210000/У2020/0007348, 10210000/У2020/0007350, 10210000/У2020/0007342, 10210000/У2020/0007346, 10210000/У2020/0007344, от 25.12.2020 №№10210000/У2020/0007414, 10210000/У2020/0007412, 10210000/У2020/0007410, 10210000/У2020/0007416.

Взыскать с САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКОЙ ТАМОЖНИ в пользу ООО «ВТП ГАРАНТ» судебные расходы в сумме 72 000 руб.

Решение подлежит немедленному исполнению и может быть обжаловано в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия.

Судья С.С. Покровский