Постановление от 21 марта 2019 г. по делу № А60-25576/2018

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД


ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru



П О С Т А Н О В Л Е Н И Е



№ 17АП-12729/2018-ГК
г. Пермь
21 марта 2019 года
Дело № А60-25576/2018


Резолютивная часть постановления объявлена 18 марта 2019 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 21 марта 2019 года.


Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Гребенкиной Н.А.,

судей Балдина Р.А., Сусловой О.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Киндергарт А.В.,

при участии:

от истца, ООО «Управляющая компания БЭМЗ – приводное оборудование и технологии»: Хадеева М.О. по доверенности;

от третьего лица, ООО «Баранчинский электромеханический завод имени Калинина»: Хадеева М.О. по доверенности,

в отсутствие представителей ответчика, извещенного о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу ответчика, индивидуального предпринимателя Зиновьева Дениса Юрьевича,

на решение Арбитражного суда Свердловской области

от 30 ноября 2018 года,

принятое судьей Ериным А.А.,

по делу № А60-25576/2018

по иску ООО «Управляющая компания БЭМЗ – приводное оборудование и технологии» (ОГРН 1077450000946, ИНН 7450047940)

к индивидуальному предпринимателю Зиновьеву Денису Юрьевичу (ОГРНИП 314667929300109, ИНН 666402474535)

третье лицо: ООО «Баранчинский электромеханический завод имени Калинина» (ОГРН 1096620000971, ИНН 6620015833)

о взыскании неосновательного обогащения,

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «Управляющая компания БЭМЗ – приводное оборудование и технологии» (далее – ООО «УК БЭМЗ») обратилось в Арбитражный суд Свердловской области с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю Зиновьеву Денису Юрьевичу (далее – ИП Зиновьев Д.Ю.) с иском о взыскании неосновательного обогащения в сумме 5 521 000 руб.

Определением суда от 26.09.2018 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, в порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации привлечено общество с ограниченной ответственностью «Баранчинский электромеханический завод имени Калинина» (далее – ООО «БЭМЗ»).

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 30.11.2018 иск удовлетворен.

Ответчик, не согласившись с принятым по делу решением, обратился с апелляционной жалобой. Ссылаясь на неправильное применение судом норм материального права, нарушение норм процессуального права, несоответствие выводов, изложенных в решении, обстоятельствам дела, просил решение суда отменить, принять по делу новый судебный акт, в удовлетворении требования истца о взыскании неосновательного обогащения отказать.

В обоснование апелляционной жалобы изложены доводы о неверной квалификации судом спорных правоотношении сторон. Ответчик полагает, что между сторонами заключен агентский договор, обязательства агента в силу пункта 2.1.9 договора считает выполненными, в подтверждение чего им представлен отчет о выполненных работах. Считает, что спорные денежные средства были получены им в счет оплаты услуг, оказанных обществом по агентскому договору № 02/ИП от 12.01.2015.

Кроме того, в апелляционной жалобе приведены доводы о нарушении судом норм процессуального права, выразившееся в необоснованном отклонении судом ходатайств ответчика об объявлении перерыва в судебном заседании, об отложении судебного разбирательства, заявленных с целью изучения вновь представленных истцом документов. Считает, что суд лишил ответчика возможности изучить доказательства, представленные истцом, и дать соответствующие пояснения, либо иным способом отреагировать на них в рамках действующего процессуального законодательства, нарушил принципы равноправия и состязательности сторон.

Заявителем апелляционной жалобы также указано, что сложившийся порядок и сроки подписания документов не опровергает факт исполнения агентом своих обязательств по договору. То обстоятельство, каким образом происходило определение лица, от имени которого будет происходить реализация продукции, от действий ответчика, по его мнению, не зависело и на исполнение им обязательств по агентскому договору не влияло.

Возражая на доводы апелляционной жалобы, истец в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации направил письменный отзыв, в котором сослался на то, аналогичные доводам апелляционной жалобы возражения ответчика были рассмотрены судом первой инстанции при принятии решения, им дана надлежащая правовая оценка.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель истца с доводами апелляционной жалобы не согласился по основаниям, изложенным в отзыве, считает решение суда законным и обоснованным, просил решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Представитель третьего лица в заседании суда апелляционной инстанции с доводами апелляционной жалобы также не согласился, считает решение суда законным и обоснованным, просил оставить его без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Протокольным определением суда апелляционной инстанции от 18.03.2019 заявленное ответчиком ходатайство об объявлении перерыва в судебном заседании с целью мирного урегулирования спора рассмотрено в прядке статьи 159 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и отклонено. Истец возражал против удовлетворения ходатайства ответчика, ссылаясь на то, что ответчиком реальных мер к урегулированию спора с истцом не предпринято. Представитель истца также обратил внимание суда апелляционной инстанции на то, что ответчик вправе обратиться к истцу с предложением урегулировать спор и заключить мировое соглашение на любой стадии арбитражного процесса, в том числе и на стадии исполнительного производства. Представитель третьего лица также возражал против удовлетворения заявленного ответчиком ходатайства. При таких обстоятельствах, с учетом мнения участников процесса, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для объявления перерыва в данном судебном заседании.

Апелляционным судом жалоба рассмотрена в соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие представителей ответчика, извещенного о времени и месте судебного заседания надлежащим образом.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, в связи со сменой в июне 2017 года состава участников и органов управления общества «Управляющая компания БЭМЗ – приводное оборудование и технологии», в августе 2017 года была проведена аудиторская проверка, в ходе которой был выявлен факт перечисления данным обществом в период с 18.05.2015 по 25.12.2015 платежными поручениями №№ 217-799 денежных средств в сумме 5 521 000 руб. в адрес предпринимателя Зиновьева Д.Ю. с указанием в платежных поручениях в качестве назначения платежа – оплата по агентскому договору № 02/ИП от 12.01.2015.

Ссылаясь на незаключенность и фактическое неисполнение данного договора ответчиком в качестве встречного предоставления, общество обратилось в арбитражный суд с настоящим иском о взыскании с ответчика неосновательного обогащения в сумме 5 521 000 руб. по основаниям, предусмотренным статьей 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Удовлетворяя иск, суд первой инстанции руководствовался статьей 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации, учитывая незаключенность договора, по которому ответчиком были получены от истца денежные средства, и отсутствие доказательств предоставления ответчиком встречного исполнения на сумму полученных денежных средств, пришел к выводу о возникновении на стороне ответчика неосновательного обогащения.

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционной жалобы, отзыва на нее, выслушав пояснения явившихся в судебное заседание суда апелляционной инстанции представителей истца и третьего лица, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства, суд апелляционной инстанции оснований для отмены (изменения) решения суда не установил.

Судом апелляционной инстанции отклоняется довод жалобы ответчика о том, что судом первой инстанции необоснованно отклонено ходатайство об объявлении перерыва либо об отложении судебного заседания на время, необходимое для ознакомления с вновь представленными истцом доказательствами, представления каких-либо пояснений, выражения своего отношения к представленным доказательствам.

Как следует из материалов дела, в судебном заседании 26.11.2018 был объявлен перерыв до 30.11.2018 в соответствии со статьей 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

После перерыва, истец представил в качестве дополнительного доказательства, опровергающего ранее представленные ответчиком копии писем контрагентов, а именно: процессуальное заявление ОАО Управляющая компания холдинга «Белкоммунмаш» о том, что деловые переговоры и переписка о заключении договоров поставки продукции производства общества «Баранчинский электромеханический завод имени Калинина» осуществлялись через сотрудников отдела продаж самого производителя, а впоследствии – с начала 2016 года – через сотрудников департамента продаж общества «УК БЭМЗ» как лицом, уполномоченным на ее реализацию производителем продукции. Указанное письменное заявление (в копии) приобщено судом к материалам дела.

Также в судебном заседании ответчик представил дополнительные письменные пояснения с дополнительными доказательствами (обращением бывшего директора общества в прокуратуру). Письменные пояснения судом приобщены к материалам дела, в приобщении обращения судом ответчику отказано в связи с тем, что данное обращение не соответствует критериям относимости и допустимости доказательств по настоящему делу, установленным статьями 67, 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии с частью 5 статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд может отложить судебное разбирательство, если признает, что оно не может быть рассмотрено в данном судебном заседании, в том числе вследствие неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле, других участников арбитражного процесса, в случае возникновения технических неполадок при использовании технических средств ведения судебного заседания, в том числе систем видеоконференц-связи, а также при удовлетворении ходатайства стороны об отложении судебного разбирательства в связи с необходимостью представления ею дополнительных доказательств, при совершении иных процессуальных действий.

В силу части 1 статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд по ходатайству лица, участвующего в деле, или по своей инициативе может объявить перерыв в судебном заседании.

Исследовав и оценив в порядке статей 71, 162 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства спора, пояснения сторон, установив достаточность представленных в материалы дела доказательств, учитывая, что арбитражно-процессуальным законодательством предусмотрено право, а не обязанность суда отложить судебное разбирательство, объявить перерыв в судебном заседании, ходатайство правомерно было отклонено судом первой инстанции. При этом арбитражный суд также исходил из положений части 5 статьи 159 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. В данной части апелляционная коллегия полагает, что оценка процессуального поведения сторон в судебном процессе осуществляется непосредственно судом, рассматривающим дело. Кроме того, принимая во внимание незначительный объем представленных в судебное заседание документов, по существу, отражающих правовую позицию истца, ранее изложенную в предшествующих судебных заседаниях, и представленных истцом в опровержение доводов и доказательств противоположной стороны, суд апелляционной инстанции полагает, что в целях соблюдения процессуальных сроков для рассмотрения искового заявления, учитывая, что указанная ответчиком причина затянула бы процесс рассмотрения дела, при отсутствии препятствий к его рассмотрению, обстоятельств, которые бы свидетельствовали о нарушении прав и интересов ответчика рассмотрением дела, нарушений норм процессуального права, вопреки доводам апелляционной жалобы ответчика, судом первой инстанции не допущено (статьи 163, 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 1 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение).

Для возникновения обязательства из неосновательного обогащения необходимо наличие совокупности следующих обстоятельств: приобретение или сбережение имущества на стороне приобретателя и уменьшение имущества (убытки) на стороне потерпевшего; убытки потерпевшего являются источником обогащения приобретателя; отсутствует надлежащее правовое основание для наступления вышеуказанных имущественных последствий.

Соответственно, в предмет доказывания по спору о взыскании неосновательного обогащения входит установление факта приобретения (получения) ответчиком денежных средств полученных от истца при отсутствии надлежащих правовых оснований для такого получения (удержания), т.е. без предоставления встречного исполнения и получения вследствие этого материальной выгоды (обогащения).

В части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации определено, что каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Следовательно, в рамках рассматриваемого спора, истец должен доказать факт приобретения (получения) ответчиком денежных средств в заявленной сумме, а также отсутствие для этого надлежащих правовых оснований, а ответчик – напротив, наличие таких правовых оснований вследствие исполнения своих обязательств по договору, заключенному с истцом в соответствии с требованиями действующего гражданского законодательства.

Доводы о неверной квалификации правоотношений сторон признаются апелляционной инстанцией несостоятельными.

Исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства по правилам, предусмотренным статьями 71, 162 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе платежные поручения за период с 18.05.2015 по 25.12.2015 №№ 217-799 денежных средств на сумму 5 521 000 руб., агентский договор от 12.01.2015 № 02/ИП с прилагаемым к нему отчетом агента, а также дополнительные доказательства (копии приказов о приеме на работу в должности руководителя отдела продаж, копии трудовых договоров с указанными лицами, а также копии приказов о прекращении трудовых договоров и справку о контрагентах общества представленные истцом; копии писем контрагентов по вопросам обсуждения и заключения договоров поставки с истцом представленные ответчиком), заслушав свидетельские показания (по ходатайству истца – руководителя отдела общества продаж Худякова Н.А. с 2016-го года), проанализировав приведенные в обоснование своих требований и возражений доводы лиц, участвующих в деле, заслушав соответствующие пояснения представителей сторон, суд первой инстанции верно установил следующие фактические обстоятельства.

Факт перечисления истцом ответчику денежных средств в сумме 5 521 000 руб. подтвержден материалами дела и сторонами не оспаривается, в связи с чем, как обоснованно отмечено судом первой инстанции, не требует дальнейшего доказывания в соответствии с частью 2 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, между истцом (принципал) и ответчиком (агент) подписан агентский договор от 12.01.2015 № 02/ИП (далее – договор), согласно пункту 1.1 которого его предметом является осуществление агентом от имени принципала поиска потенциальных клиентов для принципала на территории Российской Федерации и за рубежом, а также содействие в заключении необходимых договоров между потенциальными клиентами принципала и принципалом.

В соответствии с пунктом 1.2 договора, права и обязанности по сделкам с привлеченными агентом клиентами, возникают непосредственно у принципала. Агент не вправе заключать договоры купли-продажи или поставки с покупателями продукции принципала.

В пункте 2.1 определены обязанности агента, в том числе проведение поиска потенциальных клиентов для принципала; распространение рекламных материалов потенциальным клиентам принципала; предоставление принципалу данных о клиентах, полученных в результате их поиска; проведение предварительных переговоров с клиентами по вопросам заключения договора с принципалом, в том числе по вопросам объемов поставки, цены, условий и порядка оплаты товара, предполагаемых сроков поставки; изучение территории (рынка продукции) с целью выявления потенциальных заказчиков продукции принципала; информирование принципала о необходимости проведения переговоров; при необходимости – содействие организации встреч и технико- коммерческих переговоров между представителями принципала и клиентами; сохранение в тайне ставших ему известных сведений о торговых сделках; предоставление по окончании срока действия договора письменного отчета о выполненных работах.

Статьей 431 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1005 Гражданского кодекса Российской Федерации по агентскому договору одна сторона (агент) обязуется за вознаграждение совершать по поручению другой стороны (принципала) юридические и иные действия от своего имени, но за счет принципала либо от имени и за счет принципала.

По сделке, совершенной агентом с третьим лицом от своего имени и за счет принципала, приобретает права и становится обязанным агент, хотя бы принципал и был назван в сделке или вступил с третьим лицом в непосредственные отношения по исполнению сделки. По сделке, совершенной агентом с третьим лицом от имени и за счет принципала, права и обязанности возникают непосредственно у принципала.

Исходя из определения договора агентирования, изложенного в положениях статьи 1005 Гражданского кодекса Российской Федерации, предметом данного договора являются юридические и иные действия, которые правомочен совершать агент от своего имени или от имени принципала (и всегда за счет принципала).

Существенным условием агентского договора является определение юридических и иных фактических действий, которые обязуется совершить агент, в результате которых у агента или принципала возникают соответствующие права и обязанности.

Соответственно, главной обязанностью агента является совершение агентом в интересах и за счет принципала сделок и иных юридических и фактических действий.

Указанное правило отличает агентский договор от иных видов договоров, которыми не предусматривается обязанности у исполнителя совершать в интересах заказчика какие-либо сделки и иные юридические и фактические действия, в частности от договора возмездного оказания услуг.

Содержание прав и обязанностей сторон, определенных рассматриваемым договором, не позволяет квалифицировать его в качестве агентского договора, поскольку из совокупного анализа его условий, в частности пунктов 1.1, 1.2, 2.1 и иных следует, что агент был уполномочен только на поиск клиентов для общества, но не заключение от своего имени, либо от имени принципала сделок купли-продажи.

Такие действия предпринимателя, как поиск клиентов, распространение рекламных материалов, организация переговоров и встреч, без заключения договоров и совершения иных юридических и фактических действий от своего имени и за счет общества, либо от имени общества и за его счет, об условиях агентирования в данном случае не свидетельствуют.

Данный вывод также прямо следует из пункта 1.2 договора, в котором определено, что агент не вправе заключать договоры купли-продажи или поставки продукции принципала.

При таких обстоятельствах, рассматриваемый договор не был квалифицирован судом первой инстанции как агентский и, соответственно, не признан заключенным в соответствии с требованиями статьи 1005 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Вместе с тем, оценив условия указанного договора и сложившиеся между сторонами правоотношения, суд первой инстанции посчитал, что в данном случае не может быть сделан и самостоятельный вывод о том, что между сторонами сложились фактические отношения возмездного оказания услуг, регулируемые положениями главы 39 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку ответчиком не представлено доказательств, подтверждающих факт оказания истцу услуг по поиску и привлечению потенциальных клиентов для целей последующего заключения обществом с ними соответствующих договоров купли-продажи (поставки).

Представленный ответчиком отчет агента, не содержит данных о конкретных действиях ответчика, в результате которых истцом были заключены договора на поставку того оборудования, которое указано в данном отчете, что по существу ответчиком и не оспаривается.

В связи с чем представленный ответчиком в материалы дела отчет агента, вопреки доводам апелляционной жалобы, не является надлежащим доказательством, подтверждающим факт оказания услуг ответчиком и принятие их истцом по договору. Ответчиком не представлено доказательств реальности сделки, совершения им каких-либо конкретных фактических и юридических действий по исполнению агентского договора, результатом которых явилось бы заключение договоров с контрагентами общества, указанными в отчете агента. Факт заключения таких договоров обществом в результате соответствующих действий, как и собственно совершение отдельных действий (поиск, реклама, переговоры и т.д.), и несения в связи с этим каких- либо расходов, ответчиком в соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не доказан.

Кроме того, отсутствуют в материалах дела и доказательства реальности правоотношений сторон, основанных на поименованном агентском договоре, надлежащего фактического принятия обществом услуг, стоимость которых соотносима с полученными ответчиком денежными средствами в заявленной сумме 5 521 000 руб.

Судом первой инстанции также приняты во внимание, не опровергнутые ответчиком пояснения третьего лица о том, что фактически все указанные в данном отчете договоры поставки были, во-первых, заключены в иной период, во-вторых, заключены иным лицом – непосредственным производителем продукции – обществом «Баранчинский электромеханический завод имени Калинина», а не истцом, а, в третьих, поиск покупателей и обеспечение заключения договоров осуществлялось также сотрудниками департамента продаж общества «Баранчинский электромеханический завод имени Калинина».

В подтверждение указанных обстоятельств третье лицо представило копию генерального соглашения об обеспечении качества при изготовлении и реализации продукции, подписанное с истцом 11.01.2016, а также соответствующие акты к агентским договорам, заключенным в период с 31.01.2015 по 29.12.2015, подписанные между истцом и третьим лицом.

Кроме того, по данному факту судом первой инстанции было принято во внимание процессуальное заявление ОАО Управляющая компания холдинга «Белкоммунмаш» о том, что деловые переговоры и переписка о заключении договоров поставки продукции производства общества «Баранчинский электромеханический завод имени Калинина» осуществлялись через сотрудников отдела продаж самого производителя, а впоследствии – с начала 2016 года – через сотрудников департамента продаж общества «УК БЭМЗ» как лицом, уполномоченным на ее реализацию производителем продукции.

Указанные обстоятельства ответчиком не оспорены, доказательств, опровергающих данные доводы и обстоятельства, суду не представлены. Иного суду не доказано. Письма отдельных контрагентов, которые представил ответчик, данные факты также не опровергают, а, напротив, с учетом представленной истцом справки о контрагентах, указывают на то, что соответствующие договоры были заключены еще в 2014 году, т.е. до рассматриваемого периода.

Судом первой инстанции также приняты во внимание пояснения и доводы истца о том, что спорный договор был заключен на невыгодных для общества условиях, поскольку в этом не имелось необходимости с учетом наличия в рассматриваемом периоде в штате общества специальных сотрудников (руководителя отдела продаж и его заместителя), а также того обстоятельства, что ответчик также являлся сотрудником общества в должности коммерческого директора, в трудовые обязанности которого также входил поиск и привлечение клиентов, заключение с ними сделок от имени общества.

Ответчик, в свою очередь, не представил каких-либо доказательств обоснования экономической целесообразности заключения обществом спорного агентского договора с его коммерческим директором Зиновьевым Д.Ю. на поиск потенциальных клиентов общества при наличии у общества департамента продаж, на которого возложены соответствующие функции.

Перечисленные в представленном ответчиком в материалы дела отчете контрагенты общества по договорам поставки никак не соотносимы и тем самым не доказывают, что их наличие обусловлено выполнением Зиновьевым Д.Ю. обязательств по агентскому договору №02/ИП от 12.01.2015, и, как следствие, возникновение у общества обязанности по их оплате.

Доказательств соразмерного встречного исполнения в рамках агентского договора №02/ИП от 12.01.2015, соответствующего перечисленной обществом Зиновьеву Д.Ю. сумме 5 521 000 руб. стороной ответчика в материалы дела не было представлено.

По мнению истца, указанными действиями ответчика, состоявшего в должности коммерческого директора общества, обществу таким образом был причинен имущественный ущерб, в связи с чем правила, предусмотренные статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации, также подлежат применению к требованию о возмещении вреда, в причиненного недобросовестным поведением обогатившегося лица в соответствии с пунктом 4 статьи 1103 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Доказательств и пояснений необходимости и разумности действий по оказанию услуг поиска клиентов для юридического лица, ответчиком, который являлся при этом сотрудником этой организации и должностные обязанности которого предполагали совершение таких действий в рамках отдельного договора, на значительную сумму денежных средств, заранее рассчитанную при заключении договора, ответчик суду также не представил.

Приводимые ответчиком в апелляционной жалобе возражения прямо противоречат разъяснениям, приведенным в пункте 1 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.01.2000 № 49 «Обзор практики рассмотрения споров, связанных с применением норм о неосновательном обогащении», положениям пункта 4 статьи 453 Гражданского кодекса Российской Федерации, не исключают возможность истребования в качестве неосновательного обогащения полученные до расторжения договора денежные средства, если встречное удовлетворение получившей их стороной не было предоставлено, и обязанность его предоставить отпала.

При таких обстоятельствах, а также учитывая отсутствие доказательств предоставления ответчиком встречного исполнения на сумму полученных денежных средств, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о возникновении на стороне ответчика в соответствии со статьей 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации неосновательного обогащения и правомерно признал требование истца подлежащим удовлетворению.

Доводы жалобы фактически направлены на переоценку правомерно установленных судом первой инстанции обстоятельств по делу. Выводы суда первой инстанции надлежащим образом мотивированы, сделаны на основе верной оценки имеющихся в материалах дела доказательств, оснований для их иной оценки апелляционным судом, в зависимости от доводов апелляционной жалобы, не имеется. Иных доводов, свидетельствующих о незаконности обжалуемого решения, апеллянтом не приведено.

Правовые основания для удовлетворения апелляционной жалобы с учетом рассмотрения дела арбитражным судом апелляционной инстанции в пределах доводов, содержащихся в апелляционной жалобе, отсутствуют.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации являются основаниями к отмене или изменению судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Расходы по уплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы относятся на заявителя апелляционной жалобы в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 258, 266, 268, 269, 270, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л :

Решение Арбитражного суда Свердловской области от 30 ноября 2018 года по делу № А60-25576/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия через Арбитражный суд Свердловской области.



Председательствующий


Н.А. Гребенкина



Судьи


Р.А. Балдин



О.В. Суслова