Постановление от 15 июня 2022 г. по делу № А25-2529/2018

ШЕСТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Вокзальная, 2, г. Ессентуки, Ставропольский край, 357601, http://www.16aas.arbitr.ru,

e-mail: info@16aas.arbitr.ru, тел. 8 (87934) 6-09-16, факс: 8 (87934) 6-09-14



ПОСТАНОВЛЕНИЕ


г. Ессентуки Дело № А25-2529/2018

15.06.2022


Резолютивная часть постановления объявлена 07.06.2022

Полный текст постановления изготовлен 15.06.2022



Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Годило Н.Н., судей: Бейтуганова З.А., Макаровой Н.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, при участии в судебном заседании представителя ФИО2: ФИО3 по доверенности от 20.01.2022, в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Межрегиональная строительная компания «Содружество» ФИО4 на определение Арбитражного суда Карачаево-Черкесской Республики от 05.04.2022 по делу № А25-2529/2018,



УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Межрегиональная строительная компания «Содружество» (далее по тексту – ООО «МСК «Содружество», должник), конкурсный управляющий ФИО4 обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении бывшего руководителя должника ФИО2 к субсидиарной ответственности и взыскании в конкурсную массу денежных средств в размере 9 045 321,12 руб.

Определением суда от 05.04.2022 в удовлетворении заявления отказано.

В апелляционной жалобе конкурсный управляющий ФИО4 просит определение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт, которым удовлетворить заявленные требования в полном объеме.

Определением суда от 27.04.2022 апелляционная жалоба принята к производству, судебное разбирательство по рассмотрению апелляционной жалобы назначено на 07.06.2022.

Информация о времени и месте судебного заседания вместе с соответствующим файлом размещена на сайте http://kad.arbitr.ru/ в соответствии положениями статьи 121 АПК РФ.

В отзыве на апелляционную жалобу ФИО2 с доводами жалобы не согласился, просил определение суда оставить без изменения, жалобу без удовлетворения.

В судебном заседании представитель ФИО2 озвучил свою позицию по рассматриваемой апелляционной жалобе, просил определение суда оставить без изменения.

Иные лица, явку представителей в судебное заседание не обеспечили. От конкурсного управляющего ФИО4 в суд поступило ходатайство о рассмотрении апелляционной жалобы в его отсутствие.

Суд апелляционной инстанции, удовлетворив ходатайство, руководствуясь положениями части 3 статьи 156 АПК РФ счел возможным рассмотреть апелляционную жалобу без участия не явившихся представителей лиц, участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, отзыва на нее, и проверив законность обжалуемого судебного акта в порядке, установленном главой 34 АПК РФ, арбитражный апелляционный суд пришел к выводу, апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению, по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела и установлено судом, определением суда от 26.10.2018 принято к производству заявление акционерного общества проектный институт «Карачайчеркесагропромпроект» о признании должника несостоятельным (банкротом) и возбуждено производство по делу.

Решением суда от 16.10.2020 должник был признан несостоятельным (банкротом), открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО4

В ходе исполнения обязанностей конкурсный управляющий установил, что контролирующим должника лицом согласно сведениям из ЕГРЮЛ являлся: ФИО2, являясь как генеральным директором, так и учредителем ООО «МСК «Содружество» с размером доли 60% в уставном капитале (6 000 рублей).

Полагая, что имеются основания для привлечения ФИО2 по статьям 61.11, 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее по тексту – Закон о банкротстве) к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением.

Заявление мотивировано неисполнением лицом, контролирующими должника, обязанности по своевременному обращению в суд с заявлением о банкротстве должника при наличии у него признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества, а также в связи с тем, что действия руководителя привели к невозможности погашения требований кредиторов, в связи с чем имеются основания для взыскания с ФИО2 убытков в размере 9 045 321,12 руб.

Оценив представленные доказательства в совокупности, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что суд первой инстанции обоснованно отказал в удовлетворении заявления, исходя из следующего.

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее по тексту - Закон №266-ФЗ) в Закон о банкротстве были внесены изменения, вступающие в силу со дня его официального опубликования (текст Закона № 266-ФЗ опубликован на «Официальном интернет-портале правовой информации» (www.pravo.gov.ru) 30.07.2017, в «Российской газете» от 04.08.2017 №172, в Собрании законодательства Российской Федерации от 31.07.2017 № 31 (часть I) статья 4815).

Однако для установления состава правонарушения в отношении действий, совершенных привлекаемыми к ответственности лицами до вступления в силу указанного Закона, применяются материально-правовые нормы Закона о банкротстве, действовавшие до вступления в силу Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ.

Учитывая, что заявление о привлечении к субсидиарной ответственности подано в суд после 01.07.2017, заявление подлежит рассмотрению по правилам Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ, спор подлежит рассмотрению с применением норм материального права, предусмотренных статьей 10 Закона о банкротстве, действовавших на момент спорных правоотношений.

В пункте 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве указано, под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

В пункте 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве также указывается, что пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника;

3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством;

Законом о банкротстве предусмотрены иные случаи.

Согласно пункту 2 статьи 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 этой статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве установлено, что нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 названного Закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 названного Закона.

Согласно пункту 9 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее по тексту – Постановление №53) гласит, что обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

В соответствии с правовой позицией, выраженной в пункте 2 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016, в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств:

- возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве;

- момент возникновения данного условия;

- факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия;

- объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Как следует из материалов дела, одно из оснований для привлечения бывшего руководителя к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, основано на неисполнении бывшим руководителем должника обязанности по своевременной подаче заявления о признании должника банкротом.

Судом первой инстанции установлено, что ФИО2 являлся генеральным директором, а также учредителем ООО «МСК «Содружество» с размером доли 60% в уставном капитале (6 000 рублей).

Конкурсным управляющим указано на то, что обязанность у руководителя должника по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом возникла у ФИО2 01.01.2017, поскольку в 2016 году общество прекратило производственную деятельность.

Данный довод обоснованно отклонен судом первой инстанции, поскольку в материалы дела не представлены доказательства прекращения хозяйственной деятельности обществом в указанный период.

В то же время, как обоснованно отмечено судом первой инстанции, конкурсным управляющим не учтено, что руководителем должника предпринимались попытки по стабилизации финансового состояния и восстановлению нормальной хозяйственной деятельности предприятия. Для этих целей ФИО2 предпринимались действия, направленные на заключение договоров, платежами по которым можно было бы погасить просроченную задолженность и исполнить текущие обязательства. В материалы обособленного спора представлены договор подряда от 08.10.2016 на выполнение работ по устройству наружного электроосвещения на сумму 8 978 331 руб., протокол окончания приема оферт на право заключения договора на выполнение работ по строительству очистных сооружений ООО «ШГТЭС» от 17.02.2017, договор подряда №ВГ-3-1-16-19 от 15.08.2019 на выполнение работ по устройству внутриплощадочных сетей на сумму 25 104 755 руб. и другие документы.

Существенным фактором, свидетельствующим о платежеспособности общества, служит и то, что работникам, задействованным при выполнении подрядных работ, в полном объеме выплачивалась заработная плата. Так, согласно ведомостям, размер выплаченной заработной платы за выполнение работ по устройству наружного электрического освещения дороги к водопроводным станциям очистным объекта «Здания и сооружения объектов военного городка, г. Валуйки, Белгородской области» по состоянию на 17.02.2017 составил 970 979 руб., на 26.07.2017 – 431 625 руб. и на 15.03.2018 – 1 356 910 руб.

Таким образом, материалами обособленного спора опровергаются доводы конкурсного управляющего о прекращении должником осуществления хозяйственной деятельности в 2016 году.

Кроме того, судом установлено, что ФИО2, в период предшествующий подачи заявления о признании должника несостоятельным (банкротом), не заключалось договоров/сделок, ухудшающих материальное положение должника, либо способствующих возникновению у ООО «МСК «Содружество» новых, заведомо неисполнимых обязательств. Опровергающих выводов в материалы дела не представлено.

Применительно к гражданским договорным отношениям невыполнение руководителем требований Закона о банкротстве об обращении в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве свидетельствует, по сути, о недобросовестном сокрытии от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица. Подобное поведение руководителя влечет за собой принятие несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения.

Одним из правовых механизмов, обеспечивающих защиту кредиторов, не осведомленных по вине руководителя должника о возникшей существенной диспропорции между объемом обязательств должника и размером его активов, является возложение на такого руководителя субсидиарной ответственности по новым гражданским обязательствам при недостаточности конкурсной массы.

Момент подачи заявления о банкротстве должника имеет существенное значение и для разрешения вопроса об очередности удовлетворения публичных обязательств. Так, при должном поведении руководителя, своевременно обратившегося с заявлением о банкротстве возглавляемой им организации, вновь возникшие обязательства погашаются приоритетно в режиме текущих платежей, а при неправомерном бездействии руководителя те же самые обязательства погашаются в общем режиме удовлетворения реестровых требований (пункт 1 статьи 5 статья 134 Закона о банкротстве).

Таким образом, не соответствующее принципу добросовестности бездействие руководителя, уклоняющегося от исполнения возложенной на него Законом о банкротстве обязанности по подаче заявления должника о собственном банкротстве (о переходе к осуществляемой под контролем суда ликвидационной процедуре), является противоправным, виновным, влечет за собой имущественные потери на стороне кредиторов и публично-правовых образований, нарушает как частные интересы субъектов гражданских правоотношений, так и публичные интересы государства.

Исходя из этого законодатель в пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве презюмировал наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника заявления о банкротстве и негативными последствиями для кредиторов и уполномоченного органа в виде невозможности удовлетворения возросшей задолженности.

В данном случае в нарушение положений статьи 65 АПК РФ заявителями не представлены в материалы дела доказательства возникновения какой-либо задолженности, которая могла быть взыскана с ответчика в связи с неисполнением обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом.

Для квалификации соответствующих требований в качестве возникших после истечения месяца с даты возникновения у руководителя обязанности по подаче заявления о признании организации банкротом необходимо учитывать только новые обязательства, возникшие после указанной даты, в связи с чем, проценты по ранее заключенным кредитным договорам в качестве обязательств должника, возникших в период после неподачи заявления о банкротстве, квалифицированы быть не могут.

Аналогичная правовая позиция, изложена в определении Верховного Суда РФ от 31.03.2016№ 309-ЭС15-16713 по делу № А50-4524/2013.

Из содержания заявления конкурсного управляющего невозможно установить, какой размер неисполненных просроченных обязательств был у должника по состоянию на 01.01.2017 и соотношение размера неисполненных обязательств и активов должника на эту дату.

Судом первой инстанции установлено, что заявителем не доказана причинно-следственная связь между возникновением задолженности перед конкурсными кредиторами и фактом неподачи контролирующими должника лицами заявления в арбитражный суд о признании должника банкротом.

Учитывая изложенные обстоятельства, судебная коллегия соглашается с выводом суд первой инстанции об отсутствии оснований для привлечения ФИО2, к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о банкротстве.

Суд также не находит оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, поскольку конкурсным управляющим не представлено доказательств того, что погашение требований кредитора невозможно вследствие действий ответчика, которые явились причиной объективного банкротства, то есть без них объективное банкротство не наступило бы.

В силу пунктов 1, 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

1) причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

2) документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;

3) требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов;

4) документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены;

5) на дату возбуждения дела о банкротстве не внесены подлежащие обязательному внесению в соответствии с федеральным законом сведения либо внесены недостоверные сведения о юридическом лице:

в единый государственный реестр юридических лиц на основании представленных таким юридическим лицом документов;

в Единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц в части сведений, обязанность по внесению которых возложена на юридическое лицо.

Как следует из электронной карточки материалов дела о несостоятельности (банкротстве) должника, в реестр требований кредиторов включены требования уполномоченного органа, в виде штрафов за несвоевременное представление сведений, необходимых для осуществления индивидуального (персонифицированного) учета в системе обязательного страхования за апрель, май и декабрь 2016 года, январь и февраль 2017 года, задолженность по страховым взносам на обязательное социальное страхование от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, по уплате страховых взносов на обязательное пенсионное страхование.

Суд апелляционной инстанции принимает во внимание то обстоятельство, что требования уполномоченного органа включенные в реестр требований кредиторов составляет менее 50 процентов совокупного размера основной задолженности перед реестровыми кредиторами третьей очереди удовлетворения.

Вместе с тем, наличие у ООО «МСК «Содружество данных непогашенных задолженностей, не является бесспорным доказательством вины ответчика как руководителя в усугублении финансового положения организации и не свидетельствует о безусловном основании для привлечения его к субсидиарной ответственности.

Соответствующие конкретные обстоятельства, указывающие, например, на сокрытие или вывод активов должника в преддверии судебного спора о взыскании долга, свидетельствующие о том, что неспособность удовлетворить требования кредитора наступила в результате выполнения указаний (реализации воли) контролирующего лица, действовавшего недобросовестно и неразумно, должны быть обоснованы и доказаны в порядке статьи 65 АПК РФ, чего конкурсным управляющим должника сделано не было.

Таким образом, суд первой инстанции, проанализировав представленные в материалы обособленного спора доказательства, пришел к выводу о недоказанности совершения руководителем должника сделок, в результате которых причинен существенный вред имущественным правам кредиторов, выразившийся в утрате возможности полного погашения их требований.

Более того, конкурсным управляющим при проведении анализа финансового состояния должника и подготовке заключения о наличии (отсутствии) признаков фиктивного или преднамеренного банкротства не были выявлены сделки, заключение которых повлекло убытки для должника, и которые стали причиной банкротства должника.

Поскольку материалы дела не указывают на действия ФИО2 направленные на доведение должника до банкротства, а также на причинную связь между такими действиями и последствиями в виде наступления банкротства должника, то следует сделать вывод о недоказанности наличия совокупности предусмотренных Законом о банкротстве условий, необходимых для привлечения его к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Доводы апелляционной жалобы о том, что судом первой инстанции не дана оценка бухгалтерскому балансу должника, не являются основанием для отмены судебного акта.

Из представленных в материалы обособленного спора документов бухгалтерского баланса за 2016 год (т. 1 л.д. 66-90) следует, что действительно, величина чистых активов ООО «МСК «Содружество» на протяжении с 2015 года по 2016 год являлась отрицательной.

Однако судом принимается во внимание, что согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, текущая просрочка платежа, как и текущий отрицательный баланс сами по себе не требуют подачи заявления должника. Такое заявление должно быть направлено в суд, когда активы должника не имеют потенциальных тенденций к росту, а пассивы, напротив, увеличиваются и такой разрыв не может быть восстановлен за счет реабилитационных мероприятий или внешних источников. При этом осознание руководителем этой диспропорции и ее фатального (для должника) характера носит субъективный характер - определяется в каждом конкретном случае, исходя из информированности руководителя о состоянии собственных активов, конъюнктуры рынка, возможности привлечения внешнего финансирования (определения Верховного Суда Российской Федерации № 309-ЭС17-1801 от 20.06.2017; № 306-ЭС17-13670 от 29.03.2018).

Однако отрицательная величина чистых активов не тождественна терминам неплатежеспособность и не свидетельствует о признаках несостоятельности (банкротства).

Так, из представленных в материалы дела доказательств, следует, что в 2016 году и в последующем, им предпринимались действия, направленные на заключение договоров, платежами по которым можно было бы погасить просроченную задолженность и исполнить текущие обязательства. В материалы обособленного спора представлены договор подряда от 08.10.2016 на выполнение работ по устройству наружного электроосвещения на сумму 8 978 331 руб., протокол окончания приема оферт на право заключения договора на выполнение работ по строительству очистных сооружений ООО «ШГТЭС» от 17.02.2017, договор подряда №ВГ-3-1-16-19 от 15.08.2019 на выполнение работ по устройству внутриплощадочных сетей на сумму 25 104 755 руб. и другие документы.

По мнению бывшего руководителя ФИО2, существенным фактором, свидетельствующим о платежеспособности общества, служит и то, что работникам, задействованным при выполнении подрядных работ, в полном объеме выплачивалась заработная плата.

Так, согласно ведомостям, размер выплаченной заработной платы за выполнение работ по устройству наружного электрического освещения дороги к водопроводным станциям очистным объекта «Здания и сооружения объектов военного городка, г. Валуйки, Белгородской области» по состоянию на 17.02.2017 составил 970 979 руб., на 26.07.2017 – 431 625 руб. и на 15.03.2018 – 1 356 910 руб.

Показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче заявления должника в арбитражный суд, должны объективно отражать наступление критического для общества финансового состояния, создающего угрозу нарушений прав и законных интересов других лиц.

Закон о банкротстве требует установления конкретных временных периодов, в которые возникли признаки неплатежеспособности должника, и возникла обязанность руководителя по подаче заявления о признании банкротом. Доказывание данных обстоятельств лежит на заявителе по заявлению о привлечении руководителя к субсидиарной ответственности. Сама по себе убыточность деятельности должника, даже если она и имела место, не может являться основанием для применения ответственности по пункту 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, так как не является основанием, обязывающим руководителя должника обратиться с заявлением о признании должника несостоятельным, предусмотренным пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве (Постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.12.2021 по делу № А53-29605/2019).

Доводы апелляционной жалобы о том, что представленные в суд первой инстанции договора подряда, не были переданы в адрес конкурсного управляющего, что свидетельствует о намерении руководителя скрыть указанные документы, не являются предметом рассмотрения заявленных требований.

В силу статьи 9 АПК РФ судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности. Каждому лицу, участвующему в деле, гарантируется право представлять доказательства арбитражному суду и другой стороне по делу, обеспечивается право заявлять ходатайства, высказывать свои доводы и соображения, давать объяснения по всем возникающим в ходе рассмотрения дела вопросам, связанным с представлением доказательств.

ФИО2 воспользовался своим правом на предоставление в суд первой инстанции доказательств, на которые он ссылается.

Несогласие апеллянта с произведенной судом первой инстанции оценкой имеющихся в деле доказательств, а также иное толкование заявителем положений законодательства не свидетельствуют о неправильном применении судом первой инстанции норм материального и процессуального права и не является в рассматриваемом случае основанием для отмены или изменения обжалуемого судебного акта.

Каких-либо доводов, основанных на доказательствах, которые имели бы правовое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли бы на оценку законности и обоснованности обжалуемого судебного акта, либо опровергали выводы арбитражного суда, апелляционная жалоба не содержит.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции не находит предусмотренных статьей 270 АПК РФ оснований для отмены либо изменения обжалуемого определения.

Руководствуясь статьями 266, 268, 269, 271, 272, 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд,

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Карачаево-Черкесской Республики от 05.04.2022 по делу № А25-2529/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в месячный срок через суд первой инстанции.


Председательствующий Н.Н. Годило


Судьи З.А. Бейтуганов


Н.В. Макарова