Постановление от 16 мая 2019 г. по делу № А60-34432/2018

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075

http://fasuo.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-1694/19

Екатеринбург

16 мая 2019 г.


Дело № А60-34432/2018


Резолютивная часть постановления объявлена 15 мая 2019 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 16 мая 2019 г.



Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Купреенкова В. А.,

судей Полуяктова А.С., Краснобаевой И. А.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «АРКАДА» (далее – общество «Аркада», истец) на решение Арбитражного суда Свердловской области от 29.10.2018 по делу № А60-34432/2018 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.01.2019 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании приняли участие представители:

общества с ограниченной ответственностью «УГМК-Телеком» (далее – общество «УГМК-Телеком», ответчик)– Колясникова М.Ю. (доверенность от 26.11.2018 № 969);

акционерного общества «Инженерно-строительный центр УГМК» (далее – общество «ИСЦ УГМК», ответчик) – Ишгилов Е.Г. (доверенность от 12.03.2019 № 18/ИСЦ/2019);

общества «Аркада» - Сергеев А.Н. (доверенность от 01.09.2018);

общества с ограниченной ответственностью «Екатеринбург- Сити» (далее – общество «Екатеринбург-Сити», ответчик) – Комм М.И. (доверенность от 11.04.2019 № 11/19).

Общество «Аркада» обратилось в Арбитражный суд Свердловской области с иском к обществу «Екатеринбург-Сити» о взыскании ущерба в сумме 2 827 773 руб. 78 коп.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены общество «ИСЦ УГМК», общество «УГМК-Телеком».

Определением суда от 06.09.2018 на основании ст. 46 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации общество «ИСЦ УГМК», общество «УГМК-Телеком» привлечены к участию в деле в качестве соответчиков.

Решением суда от 29.10.2018 (судья Ванин П.Б.) в удовлетворении иска отказано.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.01.2019 (судьи Гребенкина Н.А., Балдин Р.А., Дружинина Л.В.) решение суда оставлено без изменения.

В кассационной жалобе общество «Аркада» просит решение суда первой инстанции и постановление суда апелляционного суда отменить, принять новый судебный акт, взыскать солидарно с ответчиков сумму ущерба, ссылаясь на нарушение судами норм материального и процессуального права. Заявитель не согласен с выводами судов о том, что соглашение о взаимодействии сторон от 01.02.2016 необходимо квалифицировать как договор, связанный с передачей имущества; о возникновении спора вследствие расторжения договора. Общество «Аркада» указывает, что соглашение не являлось договором подряда или иным договором, связанным с передачей имущества, именно истец является единоличным собственником АФС и осуществляет эксплуатацию и обслуживание построенной АФС, что, по его мнению, исключает применение положений п. 3, 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного суда РФ от 6 июня 2014 г. № 35 «О последствиях расторжения договора». Заявитель считает, что в результате незаконных действий соответчиков (утрата части спорного имущества) истцу причинен ущерб (ст. 1064, 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации). Истец полагает доказанной совокупность условий, необходимую для взыскания с ответчиков убытков. По мнениию заявителя, судами необоснованно отказано в назначении технической экспертизы и истребовании у ответчиков документации. Общество «Аркада» не согласно с выводами судов: о том, что по актам от 05.04.2018, 13.04.2018 имущество возвращено истцу, в связи с чем обязательства прекращены исполнением, отмечает, что возвращенное имущество исключено из суммы иска; о невозможности индивидуализировать имущество; о ненадлежащем исполнении истцом обязательств по сдаче генеральному подрядчику скрытых работ.

В отзывах на кассационную жалобу и в судебном заседании общество «ИСЦ УГМК, общество «УГМК-Телеком»» и общество «Екатеринбург – Сити» просят оставить судебные акты без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Как установлено судами, согласно условиям заключенного между сторонами соглашения о взаимодействии сторон от 01.02.2016 № 171/16 предметом этого соглашения является установление прав и обязанностей сторон – общества «Аркада» (заинтересованное лицо), общества «Екатеринбург-Сити» (застройщик), общества «Инженерно-строительный центр УГМК» (генеральный подрядчик), определение порядка взаимодействия, направленного на создание и эксплуатацию внутренней АФС – инфраструктуры связи на возводимом застройщиком объекте с целью обеспечения возможности предоставления в его помещениях (в апартаментах, в местах общего пользования и на подземной автостоянке) услуг подвижной радиотелефонной связи определенного стандарта и передачи данных по технологиям 3-го и 4-го поколения и т.д.

Срок ввода в эксплуатацию АФС 20.08.2016 (п. 1.5 указанного соглашения).

Строительство объекта осуществляется застройщиком на основании разрешительных, правоустанавливающих документов, перечисленных в приложении № 1 к соглашению .

Обязанности истца как заинтересованного лица указаны в пункте 1.2 соглашения, а именно, истец обязан выполнить проектирование и строительство АФС, создать необходимые условия для размещения оборудования операторов связи, взаимодействовать с операторами связи для обеспечения качественной работы созданной АФС.

Все указанные работы выполняются истцом за свой счет и собственными силами (либо привлеченными) (пункт 1.3).

Заинтересованное лицо обязано производить работы в полном соответствии с проектом, требованиями Соглашения, СНиП (пункт 2.2.3).

Согласно п. 5.1 соглашения заинтересованное лицо является единоличным собственником АФС, построенной им на возводимом застройщиком объекте в соответствии с настоящим соглашением, проектными решениями и актами выполненных работ, по завершении работ стороны подписывают акт разграничения принадлежности имущества и о границах эксплуатационной ответственности.

Соглашение может быть расторгнуто только по взаимному согласию сторон (пункт 6.2.). С момента расторжения настоящего соглашения стороны должны оформить необходимые документы в течение 30 календарных дней либо в иной срок, если он предусмотрен заключенным соглашением (пункт 6.3).

Согласно пункту 7.2.1 соглашения при расторжении застройщиком соглашения в одностороннем порядке (в том числе, через суд), одностороннем отказе от исполнения соглашения по основаниям, не связанным с виновным ненадлежащим неисполнением заинтересованным лицом обязательств по соглашению и/или признанием соглашения в целом и/или его отдельных условий недействительными, застройщик обязуется возместить заинтересованному лицу все понесенные расходы, упущенная выгода возмещению не подлежит.

В совместном заявлении № 1960-ИСЦ от 05.10.2017 о прекращении действия соглашения о взаимодействии сторон от 01.02.2016 № 171/16 общество «Екатеринбург-Сити» и общество «ИСЦ УГМК» указали, что в установленные сроки общество «Аркада» не выполнило свои обязательства, претензией-уведомлением № 1592-ИСЦ генеральный подрядчик и застройщик потребовали от заинтересованного лица завершить работы и ввести АФС в эксплуатацию в срок до 04.09.2017, а в противном случае уведомили о возможности прекратить действие соглашения (отказаться от исполнения) и взыскать убытки.

Письмом № 44 от 04.09.2017 общество «Аркада» подтвердило, что работы в объеме, предусмотренном соглашением, не выполнены, сеть не функционирует надлежащим образом. Кроме того, в письме указано на отсутствие экономических предпосылок для доработки и эксплуатации сети, что свидетельствует об отказе заинтересованного лица от завершения работ.

Ссылаясь на причинение ущерба виновными действиями ответчиков, заключавшихся в демонтаже спорного оборудования, установленного истцом во исполнение указанного соглашения и принадлежащего ему на праве собственности, в результате повреждения, утраты его части, истец обратился с настоящим иском в арбитражный суд. Истец просил взыскать убытки в виде стоимости поврежденного и утраченного оборудования.

Отказывая в удовлетворении иска, суды исходили из следующего.

Поскольку в письме № 44 от 04.09.2017 общество «Аркада» не возражало против прекращения указанного соглашения, соглашение о взаимодействии сторон от 01.02.2016 № 171/16 с 04.09.2017 является расторгнутым по соглашению его участников на основании пункта 1 статьи 450 Гражданского кодекса Российской Федерации.

С учетом этого, суды правомерно применили положения п. 3, 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного суда РФ от 06.06.2014 № 35 «О последствиях расторжения договора», согласно которым, разрешая споры, связанные с расторжением договоров, суды должны иметь в виду, что по смыслу пункта 2 статьи 453 ГК РФ при расторжении договора прекращается обязанность должника совершать в будущем действия, которые являются предметом договора (например, отгружать товары по договору поставки, выполнять работы по договору подряда, выдавать денежные средства по договору кредита и т.п.). Вместе с тем условия договора, которые в силу своей природы предполагают их применение и после расторжения договора либо имеют целью регулирование отношений сторон в период после расторжения (например, об условиях возврата предмета аренды после расторжения договора, о порядке возврата уплаченного аванса и т.п.), сохраняют свое действие и после расторжения договора; иное может быть установлено соглашением сторон.

В случае расторжения договора, предусматривавшего передачу имущества во владение или пользование (например, аренда, ссуда), лицо, получившее имущество по договору, обязано в разумный срок возвратить его стороне, передавшей это имущество. Порядок исполнения этого обязательства определяется положениями общей части обязательственного права, включая правила главы 22 ГК РФ, и специальными нормами об отдельных видах договоров (например, статьи 622, 655, 664 Кодекса) либо договором, в том числе если договор регулирует порядок возврата имущества по окончании срока его действия. В таком случае положения главы 60 ГК РФ применению не подлежат.

Судами установлено, что, несмотря на то, что соглашение о взаимодействии сторон от 01.02.2016 № 171/16 расторгнуто по взаимному согласию сторон, причиной такого расторжения стали виновные действия самого истца, который допустил существенное нарушение данного соглашения, то есть, не выполнил свои обязанности по соглашению в срок 20.08.2016. На момент расторжения соглашения – 04.09.2017 – работы не выполнены.

Как верно указано, судами, последствия расторжения договора – это обязательства сторон, которые не могут быть одновременно квалифицированы судом как меры гражданско-правовой ответственности, то есть, в настоящем случае, убытки (статьи 13, 393 Гражданского кодекса Российской Федерации). Поскольку между сторонами имелись договорные отношения, которые регулируются нормами обязательственного права, то ссылка истца на статью 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации является ошибочной.

В рамках такого обязательства, истец, передавший свое имущество в пользование другому лицу вправе либо потребовать возврата этого имущества, либо уплаты его стоимости в случае невозможности его возврата.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства в соответствии с положениями ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суды установили, что в рамках исполнения установленной законом обязанности был произведен демонтаж поставленного и смонтированного оборудования/материалов АФС и возвращен по актам от 05.04.2018 и от 13.04.2018 истцу, которые не содержат отметок истца о том, что оборудование возвращено ему не в полном объеме, либо в поврежденном состоянии, и пришли к выводу о фактическом исполнении вышеуказанного соглашения.

Согласно пояснениям ответчиков, не опровергнутых истцом, выполнение демонтажных работ оборудования/материалов АФС силами общества «Аркада» не представлялось возможным, поскольку здание объекта находилось в эксплуатации, оборудование АФС было закрыто последующими работами путем установки потолков и прочих конструкций. В местах установки оборудования АФС также было установлено оборудование систем пожарной и охранной сигнализаций. Вскрытие работ для демонтажа оборудования АФС потребовало бы демонтаж датчиков и прочих элементов пожарной сигнализации, их отключение, повторный монтаж, подключение. Для проведения данных работ общество «Аркада» не обладало соответствующим статусом и разрешительной документацией.

Согласно пункту 15 части 1 статьи 12 Федерального закона от 04.05.2011 № 99-ФЗ «О лицензировании отдельных видов деятельности» деятельность по монтажу средств обеспечения пожарной безопасности зданий и сооружений подлежит лицензированию. Доказательств наличия у истца соответствующей лицензии в материалах дела не содержится.

В то же время, согласно пояснениям ответчиков, такой лицензией обладало общество «УГМК-Телеком», которое и произвело работы по демонтажу в наиболее короткие сроки, соответствующие интересам собственника здания – общества «Екатеринбург-СИТИ», решение которого являлось определяющим при выборе монтажной организации в соответствии со статьей 209 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Принимая во внимание изложенное, суды пришли к обоснованному выводу о том, что сам по себе факт демонтажа оборудования силами общества «УГМК-Телеком» права истца не нарушил.

Отклоняя доводы истца о доказанности вины ответчиков в причинении убытков в результате демонтажа принадлежащего ему на праве собственности оборудования, причинно-следственной связи между действиями ответчиков и наступлением ущерба, а также размера убытков, подлежащих возмещению, суды исходили из следующего.

Согласно статье 393 Гражданского кодекса Российской Федерации должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

В силу ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества, а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Для взыскания понесенных убытков истец должен представить доказательства, подтверждающие неправомерность действий ответчика, причинно-следственную связь между поведением ответчика и возникшими убытками, размер убытков.

При недоказанности любого из этих элементов в возмещении убытков должно быть отказано.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», по смыслу статьей 15 и 393 Гражданского кодекса Российской Федерации, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение.

Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается.

Должник, опровергающий доводы кредитора относительно причинной связи между своим поведением и убытками кредитора, не лишен возможности представить доказательства существования иной причины возникновения этих убытков.

Вина должника в нарушении обязательства предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в неисполнении или ненадлежащем исполнении обязательства доказывается должником. Если должник несет ответственность за нарушение обязательства или за причинение вреда независимо от вины, то на него возлагается бремя доказывания обстоятельств, являющихся основанием для освобождения от такой ответственности, например обстоятельств непреодолимой силы (пункты 2 и 3 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 5 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности.

Соответственно, данное правило распространяется лишь на случаи, когда доказан факт неправомерного поведения (причинения убытков), и касается только определения их размера.

Доказательств причинения вреда (убытков) именно ответчиками материалы дела не содержат.

Судами принято во внимание, что при приемке имущества истец был заинтересован в сохранении его в пригодном состоянии для дальнейшей эксплуатации, а потому, проявляя надлежащую заботливость и осмотрительность, должен был осмотреть его и при наличии претензий их заявить.

Однако о наличии недостатков возращенного ответчиками имущества при подписании спорных актов приема-передачи имущества от 05.04.2018, от 13.04.2018 какие-либо претензии истца и имущественные требования, связанные с повреждением либо утратой возвращенного ему имущества, не заявлялись, соответствующие отметки на данных актах отсутствуют.

Совместный осмотр принятого оборудования на наличие недостатков сторонами не проводился. Отдельный акт, фиксирующий в двустороннем порядке выявление каких-либо недостатков переданного истцу оборудования, либо его утраты, сторонами не составлялся. Соответствующие претензии были заявлены истцом спустя значительный промежуток времени после получения имущества.

Поскольку указанные акты истцом подписаны без замечаний, вывод судов о том, что обязательства общества «Екатеринбург-Сити» и общества «УГМК- Телеком» после передачи истцу имущества прекращены исполнением, является правильным.

При этом в целях установления факта причинения ущерба необходимо установление полного перечня имущества, принадлежащего истцу, входящего в АФС и при этом смонтированного на объекте.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства в соответствии с положениями ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе перечень имущества, представленный Истцом; договор поставки от 01.03.2016 № 03/16-01; товарные накладные, суды пришли к выводу о не возможности индивидуализировать переданное на объект оборудование и оборудование, которое, по мнению истца, утрачено.

Согласно п. 2.2.2 соглашения о взаимодействии сторон от 01.02.2016 № 171/16 до начала выполнения работ заинтересованное лицо (истец) обязано разработать и предоставить на согласование генеральному подрядчику (АО «ИСЦ УГМК») проект производства работ (далее – ППР), где определяются отвечающие требованиям промышленной безопасности порядок и способы производства строительно-монтажных работ, предусмотренных настоящим соглашением. До согласования и утверждения ППР и графика производства работ проведение работ на объекте запрещено.

Проект производства работ (ППР) заинтересованным лицом (истец) генеральному подрядчику (АО «ИСЦ УГМК») не предъявлялся, генеральным подрядчиком не согласовывался и не подписывался.

Вместе с тем п. 2.2.6 соглашения о взаимодействии сторон от 01.02.2016 № 171/16 установлено, что генеральный подрядчик и застройщик (общество «Екатеринбург-Сити») производят освидетельствования работ, выполненных заинтересованным лицом по соглашению.

Однако работы истцом как заинтересованным лицом генеральному подрядчику, застройщику к освидетельствованию не предъявлялись.

Соответственно, объем размещенного на объекте оборудования истца в предусмотренном соглашением сторон порядке не фиксировался. В материалах дела отсутствуют подписанные соответчиками по делу документы, подтверждающие перечень оборудования истца, размещенного на объекте, количество оборудования, его стоимость.

Кроме того, согласно п. 2.2.10 соглашения о взаимодействии сторон от 01.02.2016 № 171/16 с момента начала работ и до их завершения заинтересованное лицо должно вести Журнал производства работ, а в случае требований СНиП, технических регламентов или по требованию генерального подрядчика вести Журналы операционного и входного контроля, специальных работ. Каждая запись в Журналах должна быть рассмотрена представителями сторон в течение двух рабочих дней с момента ее внесения.

Сведения о ведении журнала производства работ, предусмотренного пунктом 2.2.10 поименованного соглашения, истцом не представлены.

Согласно п. 2.2.12 соглашения о взаимодействии сторон от 01.02.2016 № 171/16, в процессе выполнения работ по соглашению, заинтересованное лицо по готовности производит сдачу генеральному подрядчику скрытых работ.

Доказательства того, что скрытые работы сдавались истцом, в материалах

дела отсутствуют.

В силу п. 2.2.13 соглашения о взаимодействии сторон от 01.02.2016 № 171/16 результаты освидетельствования скрытых работ подлежат оформлению соответствующим актом на скрытые работы на объекте, оформляемом и подписываемом уполномоченными представителями сторон, в необходимом и согласованном сторонами количестве экземпляров.

Судами установлено, что поскольку в нарушение пункта 2.2.12 указанного соглашения скрытые работы истцом генеральному подрядчику, а также застройщику не сдавались, акты на скрытые работы на объекте оформлены не были.

Согласно п. 2.2.14 соглашения о взаимодействии сторон от 01.02.2016 № 171/16 уполномоченный представитель генерального подрядчика должен быть уведомлен о необходимости приемки скрытых работ в письменном виде, с указанием места и времени, заблаговременно, но не позднее, чем за 48 (сорок восемь) часов до осуществления такой приемки.

Однако уполномоченный представитель генерального подрядчика (общество «ИСЦ УГМК») о необходимости приемки скрытых работ не уведомлялся.

Поскольку доказательства направления актов освидетельствования скрытых работ в адрес общества «ИСЦ УГМК» для подписания истцом в материалы дела не представлены, соответствующие доказательства критически оценены судами, как не имеющие доказательственной силы.

Вместе с тем никакие скрытые работы не должны закрываться без письменного разрешения уполномоченного представителя генерального подрядчика (пункт 2.2.17 соглашения о взаимодействии сторон от 01.02.2016 № 171/16).

При этом уполномоченный представитель генерального подрядчика письменное разрешение на закрытие скрытых работ не выдавал, и заинтересованное лицо к нему по этому поводу не обращалось.

Исполнительная документация (исполнительные схемы прокладки сетей с привязочными размерами, акты и т.д.) в нарушение п. 2.2.18 соглашения о взаимодействии сторон от 01.02.2016 № 171/16 истцом также не предоставлялась.

Таким образом, верным является вывод судов о том, что в нарушение вышеназванных условий соглашения о взаимодействии сторон от 01.02.2016 № 171/16 истец своими действиями создал ситуацию, при которой невозможно установить точный объем доставленного и размещенного оборудования антенно-фидерной станции на объекте и как следствие размер причиненного ущерба.

Кроме того, проанализировав представленные в материалы дела односторонние документы истца, судом отмечено, что содержащие в них сведения о количестве оборудования и материалов АФС, противоречат друг другу, содержат несоответствия по количеству, наименованиям, стоимости и прочим характеристикам.

Так, перечень оборудования и материалов АФС в актах, составленных между обществом «Аркада» и обществом«Монтаж Телеком», не соответствует количеству оборудования из списка, представленного в настоящее дело.

Учитывая, что на основании п. 3.1 договора поставки от 01.03.2016 № 03/16-01, заключенного между истцом (покупателем) и обществом «Монтаж Телеком» (поставщиком), местом поставки товара является склад поставщика, судом указано, что не представляется возможным установить, что имущество истца по указанному договору было доставлено на объект.

При указанных обстоятельствах достоверно установить, какое конкретно имущество было смонтировано истцом на объекте и что именно указанное оборудование было повреждено, либо утрачено по вине ответчиков, не представляется возможным.

Установив, что истцом не доказана совокупность условий, необходимая для взыскания убытков, в удовлетворении иска отказано правомерно.

Доводы истца о неправомерном отказе в проведении экспертизы и истребовании документации отклоняются судом кассационной инстанции, поскольку названные ходатайства рассмотрены судом, правомерно отклонены ввиду отсутствия оснований, предусмотренных ст. 82, ст. 66, ч. 2 ст. 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как указано судами предметом иска, рассматриваемого в рамках настоящего дела, является взыскание с ответчиков суммы ущерба в результате уничтожения, как полагает истец, ответчиками АФС в сборе, находившейся по адресу: г. Екатеринбург, ул. Б. Ельцина, 6, следовательно, на истца возлагается процессуальная обязанность по доказыванию того, что определенное имущество – АФС, принадлежащее истцу, было смонтировано на объекте, однако, по вине ответчиков было уничтожено.

Разъясняя в судебном заседании 26.09.2018 истцу его право на проведение судебной экспертизы суд первой инстанции обоснованно указал, что проведение экспертизы будет возможным в том случае, если истцом будет определен перечень имущества, принадлежащего истцу, входящего в АФС и при этом смонтированного на объекте. В судебном заседании истец представил такой перечень.

Вместе с тем, судом установлено, что все зафиксированное в перечне имущество невозможно идентифицировать по отношению к имуществу, собственником которого истец является и по отношению к имуществу, которое действительно монтировалось на объекте.

Таким образом, в случае назначения судебной экспертизы с целью установления конкретного имущества, входящего в АФС, невозможно будет определить принадлежность конкретного имущества, а также сделать вывод об утрате имущества, принадлежащего истцу.

При этом сам истец просил назначить судебную экспертизу только после того как ответчики по требованию суда представят перечень демонтированного ими имущества истца, то есть, фактически, признают обоснованность требований истца и за самого истца определят перечень утраченного имущества.

Иные доводы заявителя не опровергают выводов судов о недоказанности совокупности обстоятельств, являющейся основанием для удовлетворения требования о взыскании убытков, по существу направлены на переоценку собранных по делу доказательств и сделанных на их основании выводов судов, что не относится к полномочиям суда кассационной инстанции (ч. 1, 3 ст. 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации)

В соответствии с положениями ст. 286, ч. 2 ст. 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суду кассационной инстанции не предоставлены полномочия пересматривать фактические обстоятельства дела, установленные судами при их рассмотрении, давать иную оценку собранным по делу доказательствам, устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены в решении или постановлении либо были отвергнуты судом первой или апелляционной инстанции.

Нормы материального права применены судами по отношению к установленным ими обстоятельствам правильно, выводы судов соответствуют имеющимся в деле доказательствам, исследованным в соответствии с требованиями, определенными ст. 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу ч. 4 ст. 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием к отмене обжалуемых судебных актов, судом кассационной инстанции не выявлено.

С учетом изложенного оснований для отмены обжалуемых судебных актов и удовлетворения кассационной жалобы у суда кассационной инстанции не имеется.

Руководствуясь ст. 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда Свердловской области от 29.10.2018 по делу № А60-34432/2018 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.01.2019 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «АРКАДА» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий В.А. Купреенков


Судьи А.С. Полуяктов


И.А. Краснобаева