Постановление от 4 октября 2022 г. по делу № А41-51944/2020

ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-16496/2022, 10АП-16498/2022

Дело № А41-51944/20
04 октября 2022 года
г. Москва




Резолютивная часть постановления объявлена 27 сентября 2022 года

Постановление изготовлено в полном объеме 04 октября 2022 года


Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Епифанцевой С.Ю.,

судей Муриной В.А., Терешина А.В.,

при ведении протокола судебного заседания: ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании апелляционные жалобы ФИО2 и ФИО3 на определение Арбитражного суда Московской области от 25 июля 2022 года по делу № А41-51944/20,

при участии в заседании:

от АО «ОМК Маркет» - ФИО4, доверенность от 25.04.2022,

от ООО «Пактрейдмаш» - ФИО5, доверенность от 19.09.2022;

иные лица, участвующие в деле, не явились, извещены надлежащим образом;

УСТАНОВИЛ:

06.08.2020 ООО «МХК» обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании отсутствующего должника ООО «Пактрейдмаш» (далее – должник) несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Московской области от 16.09.2020 заявление ООО «МХК» принято к рассмотрению арбитражного суда, возбуждено производство по делу № А41-51944/2020 о банкротстве ООО «Пактрейдмаш».

Решением Арбитражного суда Московской области от 11.12.2020 заявление ООО «МХК» было признано обоснованным, в отношении отсутствующего должника ООО «Пактрейдмаш» было открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре отсутствующего должника, конкурсным управляющим утвержден ФИО6.

В рамках указанного дела конкурсный управляющий 17.09.2021 обратился в Арбитражный суд Московской области с заявлением, в котором просил:

1) признать недействительной цепочку сделок, повлекших отчуждение имущества (экструзионных линий для производства термоусадочной пленки ПВХ RPVC90-1800-S 2011 г. инвентарный номер 081, RPVC90-1800-S 2011 г. инвентарный номер 012 и RPVC90-1800- S 2011 г. инвентарный номер 085), а именно:

- договора купли-продажи от 07.06.2019№ 19ДКП0607-1, заключенного между должником и ФИО2;

- договора купли-продажи оборудования № 1 от 29.08;2019, соглашения о новации долга по договору купли-продажи оборудования в заемное обязательство № 1 от 01.10.2019, соглашения об отступном № 1 от 01.04.2020, заключенных между ФИО2 и ООО «Пандеко»;

- договора уступки права требования № 21Ц0430-1 от 30.04.2021, заключенного между ФИО3 и ФИО7,

2) применить последствия их недействительности в виде возврата отчужденного имущества в конкурсную массу должника.

Определением Арбитражного суда Московской области от 22.02.2022 ФИО6 был освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «Пактрейдмаш».

Определением Арбитражного суда Московской области от 05.05.2022 конкурсным управляющим ООО «Пактрейдмаш» утвержден ФИО8.

Определением Арбитражного суда Московской области от 25.07.2022 заявление конкурсного управляющего было удовлетворено.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО2 обратился в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение суда первой инстанции и направить обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В обоснование апелляционной жалобы заявитель ссылается на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела и представленным в дело доказательствам.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО3 обратился в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит изменить определение суда первой инстанции, исключив из мотивировочной части определения указание на выводы о мнимости сделок, подтверждающих долг ООО «ПакТрейдМаш» перед ФИО3

В обоснование апелляционной жалобы заявитель ссылается на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела и представленным в дело доказательствам.

В заседании суда апелляционной инстанции представители лиц, участвующих в деле, возражали против удовлетворения апелляционных жалоб по доводам отзыва на них, просили оставить обжалуемое определение без изменения.

Апелляционные жалобы рассмотрены в соответствии с нормами статей 121 - 123, 153, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в том числе публично, путем размещения информации на официальном сайте «Электронное правосудие» www.kad.arbitr.ru.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со статьями 223, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, изучив доводы апелляционных жалоб, арбитражный апелляционный суд приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены судебного акта по следующим основаниям.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

07.06.2019 между должником и ФИО2 был заключен договор купли-продажи № 19ДКП0607-1, согласно условиям которого ООО «Пактрейдмаш» продало ФИО2 за 5 300 971 руб. экструзионные линии для производства термоусадочной пленки ПВХ RPVC90-1800-S 2011 г. инвентарный номер 081, RPVC90- 1800-S 2011 г. инвентарный номер 012 и RPVC90-1800-S 2011 г. инвентарный номер 085 (далее – Экструзионные линии).

Впоследствии Экструзионные линии были отчуждены ФИО2 в пользу ООО «Пандеко» на основании договора купли-продажи оборудования № 1 от 29.08.2019 за 5 500 000 руб. Обязательства ООО «Пандеко» по оплате ФИО2 стоимости отчужденного имущества были новированы сторонами в заемное обязательство на основании соглашения о новации долга по договору купли-продажи оборудования в заемное обязательство от 01.10.2019.

Впоследствии между ФИО2 и ООО «Пандеко» было заключено соглашение об отступном № 1 от 01.04.2020, согласно условиям которого в счет исполнения обязательств по возврату займа, в соответствии с соглашением о новации от 01.10.2019, ООО «Пандеко» передало ФИО2 Экструзионные линии.

Далее право требования передачи Экструзионных линий к ФИО2 было уступлено ФИО7 ФИО3 на основании договора уступки права требования № 21Ц0430-1 от 30.04.2021.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1. Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Исходя из пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В соответствии с пунктом 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 63 от 23.12.2010, если подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств. Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2. Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно, либо если после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 63 от 23.12.2010 разъяснено, что для признания сделки недействительной по вышеуказанным основаниям необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

- сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

- в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

- другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В соответствии с абзаце 2 пункта 2 статьи 61.2. Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно.

На момент заключения договора от 07.06.2019 № 19ДКП0607-1 у ООО «Пактрейдмаш» уже имелась кредиторская задолженность перед ООО «МХК», возникшая 12.02.2019 (решение Арбитражного суда города Москвы от 11.07.2019 по делу № А40-35058/19), и перед ООО «Органик Нева», возникшая с 22.06.2021 в связи с неоплатой поставок за период с 08.05.2019 по 31.07.2019 при отсрочке в 45 календарных дней (решение Арбитражного суда города Москвы от 25.02.2020 по делу № А40-307278/19.

Впоследствии кредиторская задолженность продолжала расти.

ФИО2 являлся руководителем и учредителем должника, фактически реализованное должником имущество осталось в помещении, арендованном ООО «Пактрейдмаш», то есть у ФИО2 отсутствовало намерение владеть и пользоваться имуществом.

В материалах дела отсутствуют доказательства фактической оплаты Экструзионных линий ФИО2, денежные средства от него в пользу ООО «Пактрейдмаш» не поступали.

27.08.2019 было создано ООО «Пандеко», единственным участником и руководителем которого стал сотрудник должника ФИО9. Спустя два дня после создания указанное юридическое лицо стало собственником практически всей производственной базы должника (не только Экструзионных линий, но и 66 единиц оборудования, перешедших по иной оспариваемой конкурсным управляющим сделке).

ФИО2 являлся руководителем должника с момента создания общества 12.11.2014 вплоть до признания его банкротом и является участником ООО «Пактрейдмаш» с долей участия в размере 91 %.

На долю ФИО9 в ООО «Пандеко» зарегистрировано обременение в виде залога доли по соглашению о новации долга по договору купли-продажи оборудования № 1 от 29.08.2019, по которому были приобретены Экструзионные линии от ФИО2, в заемное обязательство № 1 от 01.10.2019.

Доля участия ФИО9 в ООО «Пандеко» – Экструзионные линии, представляет собой имущество должника, выбывшее от него в пользу его руководителя, по мнению арбитражного суда, с целью перевести актив должника на новую организацию, которая будет заниматься производством и реализацией поливинилхлоридной пленки.

В соответствии с договором залога доли в уставном капитале общества от 20.12.2019 (далее – Договор залога доли) залогодержателем выступает ФИО2, который согласно пункту 1.2 договора осуществляет права участника общества.

В соответствии с ответом ФНС России ФИО9 являлся работником ООО «Пактрейдмаш» в период с 2017 года по 2019 год.

Указанный факт свидетельствует о том, что ФИО9 в течение длительного времени, в т.ч. и после создания ООО «Пандеко», находился в служебной зависимости от ФИО2 ФИО9 не имел собственных средств для покупки оборудования и создания компании (согласно данным его годового дохода), не имел управленческого опыта.

В соответствии со сведениями Федеральной службы по интеллектуальной собственности товарный знак «PanDeko» принадлежит ЗАО «ПакТрейдМаш», которое было реорганизовано 12.11.2014 в форме преобразования в ООО «Пактрейдмаш». Основным направлением деятельности ООО «Пактрейдмаш» являлось производство полиэтиленовой пленки под наименованием «PanDeko».

Фирменное наименование «Пандеко» аналогично наименованию продукции, исключительным правом на производство которой обладает ООО «Пактрейдмаш».

Таким образом, фактически ООО «Пандеко» и должник являются заинтересованными лицами, так как:

- генеральный директор и участник ООО «Пандеко» ФИО9 является бывшим сотрудником должника, что наряду с отсутствием активов для создания бизнеса и соответствующего управленческого опыта обуславливает подконтрольность компании ФИО2;

- фирменное наименование совпадает с товарным знаком производимой и реализуемой должником продукции;

- ФИО2 осуществлял полномочия участника ввиду положений договора залога доли.

По мнению арбитражного суда, договор купли-продажи оборудования, соглашение о новации долга в заемное обязательство, соглашение об отступном, сторонами которых являлись ФИО2 и ООО «Пандеко» являются недействительными, так как:

- имущество было безвозмездно отчуждено от ФИО2 в пользу ООО «Пандеко» в августе 2019 года.

- предоставление отсрочки оплаты по договору купли-продажи от 29.08.2019 в 180 календарных дней, при новации обязательства в заем срок исполнения ООО «Пандеко» обязательств составил уже 5 лет;

- отступным ООО «Пандеко» передало имущество обратно в собственность ФИО2, то есть на протяжении семи месяцев ООО «Пандеко» безвозмездно пользовалось и владело оборудованием, а затем вернуло Экструзионные линии обратно ФИО2

Такое поведение не свойственно независимым участникам рынка и свидетельствует о мнимости всей цепочки сделок.

По договору уступки требования № 21Ц0430-1 от 30.04.2021 ФИО3 уступил ФИО7 право требования передачи Экструзионных линий в размере 71 000 евро к ФИО2

ФИО7 является учредителем и генеральным директором ООО «ИПК «Пандеко» – компании, зарегистрированной по тому же юридическому адресу, что и должник, и ООО «Пандеко».

Исходя из объяснений ФИО2, представленных в материалы дела, ФИО7 выступил в качестве инвестора для продолжения деятельности по производству поливинилхлоридной пленки.

ООО «ИПК Пандеко» должно было продолжить деятельность на производственной базе должника, т. к. ООО «Пандеко» не исполняло обязательства, в частности, по оплате арендных платежей перед АО «ОМК «Маркет» с начала своей деятельности (дела № А41- 68643/20 и № А41-27783/21).

Право требования к ФИО2 возникло у ФИО3 из предварительного договора купли-продажи, заключенного между ними 04.08.2020, и соглашения о порядке и сроках погашения задолженности от 04.08.2020 между ФИО2, ФИО3 и ООО «Пактрейдмаш».

Соглашением о порядке и сроках погашения задолженности от 04.08.2020, заключенным между ООО «Пактрейдмаш», ФИО2 и ФИО3, установлено следующее:

- задолженность ООО «Пактрейдмаш» перед ФИО3, возникшая из договора поручительства № 18ДП1030-1 от 30.10.2018 признается в размере 72282,89евро.;

- ООО «Пактрейдмаш» должно перечислить 1 282,89 евро до 18.08.2020 С.М.ВБ.;

- ФИО2 обязуется в счет исполнения обязательства ООО «Пактрейдмаш» в размере 71 000 евро передать в собственность ФИО3 экструзионные линии.

По предварительному договору купли-продажи от 04.08.2020ФИО2 передает имущество, полученное им ранее от должника безвозмездно по договору купли-продажи от 07.06.2019№ 19ДКП0607-1, в счет погашения задолженности должника перед ФИО3

Указанная сделка совершена за полтора месяца до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом, в условиях наличия публикации сообщения № 05051960 от 16.07.2020 о намерении обратиться с заявлением о признании ООО «Пактрейдмаш» банкротом, с лицом, которое являлось юристом должника.

Так, ФИО3 являлся представителем ООО «Пактрейдмаш» в судебных заседаниях по делам: № А40-35058/19 по иску ООО «МХК» о взыскании задолженности и № А40-307278/19 по иску ООО «Органик Нева» о взыскании задолженности.

Таким образом, на момент совершения сделок ФИО2, ООО «Пактрейдмаш» и ФИО3 не могли не знать о наличии неисполненных должником обязательств перед иными кредиторами, о том, что сделка приведет к изменению очередности удовлетворения требований кредиторов, возникших до совершения оспариваемых сделок.

Исследовав материалы дела, суд пришел к выводу о том, что цепочка сделок, подтверждающих долг ООО «Пактрейдмаш» перед ФИО3, является мнимой.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункта 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015№ 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Квалификация судом общей юрисдикции не исключает возможности иной правовой оценки тех же отношений арбитражным судом, поскольку, согласно части 3 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вступившее в законную силу решение суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному гражданскому делу обязательно только в части установленных им фактических обстоятельств, на что указывалось президиумом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации (постановление от 03.09.2007№ 13988/06, постановление от 17.07.2007№ 11974/06).

Как следует из правовой позиции высшей судебной инстанции, приведенной в определении Верховного суда Российской Федерации от 20.09.2018№ 305-ЭС18- 6622 по делу № А40-177314/16, даже при наличии подтверждающего обоснованность заявленного требования судебного акта, не исключается возможность более углубленной проверки судом по сравнению с обычным общеисковым гражданским процессом.

Договор поставки № 0428-М/15 от 28.04.2015 между ООО «Вентресурс» (и ООО «Пактрейдмаш» является мнимым.

Доказательствами поставки товара по данному договору послужили три товарные накладные: № 1600008 от 02.10.2015, № 1600009 от 02.11.2015, № 16000010 от 25.11.2015. Указанное следует из текста решения Измайловского районного суда города Москвы от 26.09.2019 по делу № 02-5224/19.

Согласно спецификации № 1 от 28.04.2015 ООО «Вентресурс» обязалось поставить ООО «Пактрейдмаш» 32 000 тонн товара в мешках 25 кг (+/- 0,3 кг) в паллетах общей стоимостью 15 826 000 руб. Это составляет 31 % от поставки по 3 спецификациям: всего ООО «Вентресурс» поставило в пользу ООО «Пактредймаш» товара на сумму 51204431,25 руб. (стр. 1 решения по делу № 02-5224/19).

Согласно кодам ОКВЭД ООО «Вентресурс» производством каких-либо товаров не занималось, поэтому должно было предварительно закупить указанный товар у третьих лиц и хранить его: либо арендовать склад вместимостью 32000 тонн, либо иметь его в собственности.

В пункте 3 спецификации № 1 от 28.04.2015 указано, что цена включает расходы на доставку, соответственно, поставщик должен был уже знать стоимость доставки при подписании спецификации. Однако сведения о транспортной компании, которая произвела доставку в таком объеме, о цене за транспортные услуги отсутствуют. Поставка подтверждается только товарными накладными, транспортные накладные, подтверждающие транспортировку товара, стороны не представили.

Причины согласия должника на неустойку 0,3 % за каждый день просрочки, что составляет 0,3%*365=109,5 % годовых при ключевой ставке ЦБ РФ в размере 14 %, не ясны, указанные условия не являются выгодными для должника, а скорее увеличивают долговую нагрузку.

В отношении ООО «Вентресурс» 11.05.2017 было возбуждено производство по делу о банкротстве №А40-82224/17, завершенное 22.08.2018.

Таким образом, даже частичное перечисление денежных средств ООО «Пактрейдмаш» в пользу ООО «Вентресурс», составление товарных накладных не является доказательством поставки ввиду обоснованных сомнений в реальности ее осуществления.

Договор уступки права требования № 0302УПТ-1/17 от 03.02.2017 (далее – договор уступки 1) между ООО «Вентресурс» и ООО «АМИР-компания», исключенным из ЕГРЮЛ из-за недостоверности сведений01.07.2021, также является мнимым.

Платежные поручения о частичной оплате поставки ООО «Пактрейдмаш» не переданы от ООО «Вентресурс» ООО «АМИР-компания», что является существенным для определения размера задолженности и цены дебиторской задолженности. Этот вывод подтверждается отсутствием данных платежных поручений в документах, переданных впоследствии ООО «Амир-компания» ИП ФИО10

Неизвестно, как третье независимое лицо – ООО «АМИР-компания», узнало о наличии долга ООО «Пактрейдмаш», если долг не был «просужен» в рамках арбитражного спора, не ясны мотивы заключения сделки, какие отношения связывали цессионария с ООО «Вентресурс».

По состоянию на октябрь 2018 года у ООО «АМИР-компания» имелись неисполненные исполнительные производства на пять миллионов рублей по обязательным платежам. Возникают обоснованные сомнения относительно имущественной возможности ООО «АМИР-Компания» приобрести долг в 2017 году (сумма только основного долга свыше 17 миллионов рублей, а также штрафных санкций).

Руководителем цессионария являлась ФИО11. Она одновременно являлась участником и руководителем ООО «Ремонтов» с 24.04.2018 генеральным директором которого до этого был ФИО10.

Помимо этого, ФИО11, вероятно, осуществляла полномочия номинального руководителя, поскольку все компании, в которых она становилась руководителем и учредителем были исключены из ЕГРЮЛ в связи наличием в ЕГРЮЛ сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности.

Договор уступки права требования № 18Ц0319-1 от 19.03.2018 (далее – договор уступки 2) между ООО «АМИР-компания» и ФИО10 также является мнимым.

Экономический смысл совершения данной сделки для ИП ФИО10 отсутствует на основании следующего:

- долг в размере свыше 47 миллионов ООО «Паткрейдмаш» не обслуживался с 2015 года;

- долг не подтвержден судебным решением;

- ИП ФИО10 покупает долг за 39 миллионов рублей у компании, генеральным директором которой является на момент совершения сделки;

- доказательства оплаты по договору цессии ИП ФИО10 в адрес ООО «Амир компания» отсутствуют;

- отсутствуют доказательства, свидетельствующие о финансовой возможности ФИО10 оплатить такую сумму цеденту.

Право требования переходит не с момента получения оплаты, а в момент заключения договора, то есть цедент никак не обезопасил себя от возможного не поступления на расчетный счет денежных средств от ИП ФИО10

В материалах дела отсутствует квитанция о направлении уведомления о состоявшейся цессии в адрес ООО «Пактрейдмаш».

Договор уступки 2 от имени ООО «Амир-Компания» подписывает по доверенности ФИО12, хотя на момент совершения сделки генеральным директором ООО «Амир- Компания» являлся сам ФИО10 (цессионарий).

По мнению конкурсного управляющего, ООО «Амир-Компания» была включена в эту цепочку с целью создания видимости ликвидности долга и усложнения оспаривания ввиду наличия множества лиц, покупавших долг.

Соглашение о порядке и сроках погашения задолженности от 17.10.2018 между должником и ИП ФИО10, договор поручительства ФИО3 №18ДП1030-1 от 30.10.2018 являются мнимыми сделками.

За три года с момента поставки ни ООО «Вентресурс», ни ООО «Амир компания», ни ИП ФИО10 не обращались в суд за защитой нарушенного права, что тоже не характерно в случаях столь значительной просрочки.

В последние две недели до истечения срока исковой давности ООО «Пактрейдмаш» заключает соглашение о порядке и сроках погашения задолженности от 17.10.2018, по которому обязано поставлять пленку в адрес ФИО10

ООО «Пактрейдмаш» не возражало против размера неустойки, превышающей в 2 раза размер основного долга, что не свойственно независимым участникам рынка (должник не возражал против размера санкций и в момент заключения договора с ООО «Вентресурс», и при нескольких цессиях).

ИП ФИО10 является фактически аффилированным лицом с ФИО3 через участие и управление в следующих компаниях: ООО «Центр содействия бизнесу «Лс менеджмент», ООО «ИНТЕРПРОДУКТ», ООО «АйТи Инструменте».

Это подтверждает их взаимозависимость и вовлечение ИП ФИО10 в цепочку мнимых сделок. Кроме того, ФИО10 и ФИО3 являлись представителями одних и тех же юридических лиц в заседаниях в арбитражных судах с 2015 года по 2017 год (дела № А40-164649/15, № А40-203926/14 и № А40-4847/15).

Экономический смысл выдачи поручительства за должника ФИО3 отсутствует.

Формально ФИО3 не имеет никакого отношения к ООО «Пактрейдмаш», не являлся его генеральным директором, участником, размер долга, за который выдано поручительство составляет свыше 45 миллионов рублей, долг не обслуживался в течение трех лет, нет доказательства наличия у ФИО3 достаточных средств для погашения задолженности за должника на октябрь 2018 года.

По мнению арбитражного суда, действительный смысл цепочки мнимых сделок между взаимосвязанными лицами состоял в том, чтобы создать у ООО «Пактрейдмаш» искусственную задолженность перед якобы не связанным с должником лицом – ФИО3 в достаточно большом размере.

ИП ФИО10 обращается с иском к ФИО3 как поручителю в Измайловский районный суд города Москвы (решение по делу № 02-5224/19).

Факт представления интересов по данному делу ФИО3 себя как ответчика, но и третьего лица (ООО «Пактрейдмаш») подтверждает взаимосвязь ФИО3 с должником и его руководителем ФИО2, осведомленность ФИО3 в действительной цели всех сделок и необходимости наличия судебного акта для создания реальности всех этих фактов в действительности являющимися мнимыми сделками.

Дополнительно это подтверждается поведением ФИО3 в судебном заседании: представляя ООО «Пактрейдмаш», он не возражал против размера неустойки в два раза, превышающего размер основного долга.

ФИО3 как поручитель рассчитывается с ИП ФИО10 правом требования к NETER MANAGEMENT LTD (peг. номер 6803147) на один миллион евро (договор цессии № 19Ц0828-1 от 28.09.2019 и соглашение о зачете от 18.08.2019 № 18С30828-1 на 959 240,47 евро).

Право требования к NETER MANAGEMENT LTD (peг. номер 6803147) возникло из следующих обстоятельств:

По решению Арбитражного суда города Москвы от 25.10.2017 по делу № А40-164649/15 удовлетворено исковое заявление ООО «ЭквиИмпортТрейд» (исключено из ЕГРЮЛ как недействующее юридическое лицо 29.01.2018) к NETER MANAGEMENT LTD.

NETER MANAGEMENT LTD прекратило свое существование 28.01.2014.

Ввиду того, что организация была зарегистрирована в другом государстве арбитражный суд не смог установить прекращение его деятельности в деле №А40- 164649/15, поскольку какие-либо не аффилированные лица в указанном споре не участвовали.

Участниками истца ООО «ЭквиИмпортТрейд» являлись ФИО3 с 29.04.2010 90 % доли, NETER MANAGEMENT LTD с 07.10.2013 10 % доли.

Генеральным директором ООО «ЭквиИмпортТрейд» являлся ФИО3, который не мог не знать о том, что соучредитель и ответчик уже ликвидирован на момент обращения с исковым заявлением (2015 год) и в течение двух лет судебного разбирательства не сообщил об этом суду.

Представителем ООО «ЭквиИмпортТрейд» в деле № А40-164649/15 были: ФИО10 (судебное заседание 27.10.2015), ФИО3 (судебное заседание 21.04.2016.), ФИО10 и ФИО3 (судебное заседание 18.04.2017).

Этот факт наряду с взаимозависимостью в управлении одними и теми же юридическими лицами свидетельствует о реализации ФИО3 и ФИО10 общих интересов, в частности, придания задолженности ООО «Пактрейдмаш» реальности ввиду совершения цепочки запутанных сделок между якобы не связанными лицами.

Соответственно, решение арбитражного суда города Москвы 25.1072017 по делу №А40-164649/15 было вынесено в отношении уже ликвидированной иностранной организации, аффилированной с компанией-истцом. Руководителем и мажоритарным участником истца являлся ФИО3, который не мог не знать на момент обращения с иском о ликвидации ответчика-соучредителя, представителями в судебных заседаниях были ФИО10 и ФИО3

ФИО3 получил право требования по договору цессии от ООО «ЭквиИмпортТрейд» к NETER MANAGEMENT LTD, что установлено определением Арбитражного суда города Москвы по делу № А40-164649/15.

28.09.2019 ИП ФИО10 получил от ФИО3 право требования к ликвидированной уже более пяти лет назад иностранной компании, фактически реальных денежных средств ФИО10 не получил, никаких мер по получению исполнения, кроме как обращения с заявлением о процессуальном правопреемстве, не предпринимал.

К зачету ФИО10 и ФИО3 по соглашению № 18С30828-1 от 18.08.2019 были предъявлены обязательства:

- обязательство ФИО10 по оплате цессии ФИО3 для получения права требования к NETER MANAGEMENT LTD;

- обязательство ФИО3 по оплате задолженности по договору поставки № 0428-М/15 от 28.04.2015 как поручителя ООО «Пактрейдмаш».

Право требования к ООО «Пактрейдмаш» ФИО10 получил по цепочке не оплаченных цессий как им, так и ООО «Амир-Компания». Долг ООО «Пактрейдмаш» возник по неосуществленной реально поставке: фактически товар от ООО «Вентресурс» на сумму 51 миллион рублей должник не получил ввиду объективной невозможности отгрузить поставщиком такой объем продукции, хранить такое количество товара ни поставщиком, ни покупателем.

Поскольку независимых лиц при совершении указанной цепочки мнимых сделок не было, никто из лиц, участвующих в делах №02-5224/2019, № 40-164649/15, №02-5108/2020, не возражал относительно условий сделок, их реальности, не просил применить повышенный стандарт доказывания к связанным между собой участникам сделок.

Указанная схема последовательных сделок, по мнению арбитражного суда, имеет своей целью реализацию имущественных интересов ФИО2 по выводу оборудования должника из-под возможного обращения взыскания со стороны кредиторов ООО «Пактрейдмаш», чьи права нарушены при совершении указанной цепочки сделок.

Согласно пункту 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Данная норма применяется в том случае, если стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать исполнения, при заключении сделки подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при ее совершении.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как мнимой и ничтожной.

В определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2016 по делу № 305-ЭС16-2411 содержится следующая правовая позиция. Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В определении Верховного Суда Российской Федерации от 10.09.2019№ 46-КГ19-17 содержится следующая правовая позиция. Наличие или отсутствиефактических отношений по сделке является юридически значимым обстоятельством, подлежащим установлению по делу, и не может рассматриваться как повышенный стандарт доказывания, применимый только в делах о банкротстве. При этом отсутствие оспаривания мнимой сделки сторонами само по себе не свидетельствует о том, что указанная сделка не нарушает ничьих прав и обязанностей.

Учитывая установленные обстоятельства, оценив представленные в материалы дела доказательства и применив нормы Закона о банкротстве в их истолковании высшей судебной инстанции, суд пришел к выводу, что оспариваемая цепочка сделок фактически является мнимой, направленной на изъятие ликвидного имущества из собственности должника, в результате совершения оспариваемых сделок должник безвозмездно лишился ликвидного имущества оспариваемой сделкой причинен вред имущественным правам кредиторов должника, т. к. произошло уменьшение как стоимости, так и размера имущества должника. Кроме того, поскольку оспариваемая сделка совершена безвозмездно наличие вреда, причиненного имущественными правам кредиторов, предполагается.

В соответствии с пунктом 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Из смысла пункта 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что при применении последствий недействительности сделки стороны должны возвратиться в то имущественное положение, которое имело место до исполнения этой сделки, и только применительно к отдельным видам недействительности сделок в изъятие из общих правил настоящей нормы гражданское законодательство предусматривает правило о возврате полученного только одной стороной.

Признание договора недействительным влечет двустороннюю реституцию, при которой каждой стороне должно быть возвращено все, что было передано в счет исполнения обязательств по оспоримой сделке, за исключением обязательств, фактически исполненных добросовестными контрагентами должника.

Таким образом, в силу пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1 «Оспаривание сделок должника», подлежит возврату в конкурсную массу.

Учитывая установленные обстоятельства, оценив представленные в материалы дела доказательства и применив нормы Закона о банкротстве в их истолковании высшей судебной инстанции, суд пришел к выводу о доказанности наличия оснований для признания оспариваемой цепочки сделок недействительной и применении последствий недействительности сделок, с которым суд апелляционной инстанции соглашается

Доказательств, опровергающих установленные судом обстоятельства, заявителями апелляционных жалоб в материалы дела не представлено (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Каких-либо новых обстоятельств, которые могли бы повлиять на законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, в апелляционных жалобах не приведено.

Доводы апелляционных жалоб не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении настоящего обособленного спора и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются апелляционным судом несостоятельными и не могут служить основанием для отмены или изменения оспариваемого определения суда.

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием к отмене судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

Учитывая изложенное, оснований для отмены обжалуемого судебного акта не имеется.

Руководствуясь статьями 223, 266, 268, пунктом 1 части 4 статьи 272, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 25 июля 2022 года по делу №А41-51944/20 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области.



Председательствующий


С.Ю. Епифанцева


Судьи


В.А. Мурина

А.В. Терешин