Постановление от 9 января 2024 г. по делу № А40-293074/2022

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, дом 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru



П О С Т А Н О В Л Е Н И Е


№ 09АП-67697/2023

город Москва

09.01.2024

дело № А40-293074/22


резолютивная часть постановления оглашена 18.12.2023

полный текст постановления изготовлен 09.01.2024


Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующий судья Маркова Т.Т., судьи Сумина О.С., Кочешкова М.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ООО Управляющая компания «ФИО20»

на решение Арбитражного суда г. Москвы от 07.08.2023 по делу № А40-293074/22

по заявлению ООО Управляющая компания «ФИО20»

к ИФНС России № 2 по г. Москве

третье лицо: УФНС России по г. Москве

о признании недействительным решения;


при участии:

от заявителя – ФИО2 по доверенности от 10.11.2023, ФИО3 по доверенности от 10.11.2023, ФИО4 по доверенности от 21.12.2022;

от заинтересованного лица – ФИО5 по доверенности от 15.11.2023, ФИО6 по доверенности от 19.05.2023, ФИО7 по доверенности от 21.08.2023

от третьего лица – ФИО8 по доверенности от 09.01.2023;



установил:

решением Арбитражного суда г. Москвы от 07.08.2023 в удовлетворении заявленных ООО «Управляющая компания «ФИО20» требований о признании недействительным решения ИФНС России № 2 по г. Москве от 11.05.2022 № 15 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, отказано.

Общество не согласилось с выводами суда, обратилось с апелляционной жалобой, просит решение суда отменить, по мотивам, изложенным в жалобе.

В качестве третьего лица в деле участвует УФНС России по г. Москве.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции ООО «Управляющая компания «ФИО20» заявлено ходатайство о привлечении к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора – ООО «Метро Кэш энд Керри», по результатам рассмотрения которого, судом апелляционной инстанции ходатайство отклонено, поскольку судом первой инстанции не сделаны какие-либо выводы о правах и обязанностях данного лица, что исключает необходимость привлечения его к участию в настоящем споре (ч. 1 ст. 51 АПК РФ).

Обществом повторно заявлено о фальсификации договора поставки от 11.12.2018 (указано 2028), копий универсальных передаточных документов, копий платежных поручений, копий доверенностей, для проверки которого заявлено ходатайство о назначении судебной почерковедческой экспертизы.

Согласно ч. 1 ст. 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, если лицо, участвующее в деле, обратится в арбитражный суд с заявлением в письменной форме о фальсификации доказательства, представленного другим лицом, участвующим в деле, суд исключает оспариваемое доказательство с согласия лица, его представившего, из числа доказательств по делу, либо проверяет обоснованность заявления о фальсификации доказательства, если лицо, представившее это доказательство, заявило возражения относительно его исключения из числа доказательств по делу. В этом случае суд принимает предусмотренные федеральным законом меры для проверки достоверности заявления о фальсификации доказательства, в том числе назначает экспертизу, истребует другие доказательства или принимает иные меры.

Способы проверки заявления о фальсификации законом детально не регламентированы, их определение относится к полномочиям суда, рассматривающего заявление в порядке ст. 161 Кодекса.

В настоящем деле проверка заявления о фальсификации произведена судом путем сопоставления в ходе исследования других доказательств по делу по правилам ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в результате чего признано необоснованным заявление о фальсификации доказательств, следовательно, ходатайство ответчика о назначении судебной почерковедческой экспертизы, отклонено. Кроме того, заявленное ходатайство не соответствует требованиям, установленным ст. 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в частности заявителем не обеспечено внесение денежных средств на депозитный счет суда.

В суде апелляционной инстанции обществом заявлено ходатайство о приобщении к материалам дела заключения специалиста № АТЭ-01/11/23-1 от 07.11.2023, указывая на то, что судом первой инстанции отказано в удовлетворении заявления о фальсификации доказательств.

Между тем, заключение специалиста имеет статус письменного доказательства, а не заключения эксперта в соответствии с ч. 2 ст. 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Данное обстоятельство связано с тем, что Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации предусматривает конкретный порядок и основания назначения соответствующей экспертизы. При проведении судебной экспертизы эксперт предупреждается об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, что не делается при подготовке заключения специалиста, соответственно, последнее может вызвать определенные сомнения в объективности проведенного исследования. Кроме того, заключение специалиста составлено 07.11.2023, то есть после вынесения судом первой инстанции обжалуемого судебного акта. Доказательств невозможности своевременного получения и передачи данного заключения в арбитражный суд первой инстанции не представлено.

На основании изложенного судом апелляционной инстанции отказано ООО «Управляющая компания «ФИО20» в удовлетворении ходатайства о приобщении заключения специалиста № АТЭ-01/11/23-1 от 07.11.2023 к материалам дела.

По существу спора представители общества и органов налогового контроля в судебном заседании поддержали свои доводы и возражения.

Законность и обоснованность принятого решения проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном ст. ст. 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Из материалов дела следует, что налоговым органом проведена выездная налоговая проверка деятельности ООО Управляющая компания «ФИО20» за с 01.01.2016 по 31.12.2018, о чем составлен акт № 6/18 от 16.02.2021.

В силу п. 4 ст. 30 Налогового кодекса Российской Федерации налоговые органы осуществляют свои функции и взаимодействуют с федеральными органами исполнительной власти, органами исполнительной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления посредством реализации полномочий, предусмотренных настоящим Кодексом и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

В соответствии с абз. 3 ст. 11 Федерального закона от 12.08.1995 № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» результаты оперативно-розыскной деятельности могут направляться в налоговые органы для использования при реализации полномочий по контролю и надзору за соблюдением законодательства о налогах и сборах.

Согласно п. 45 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 57 «О некоторых вопросах, возникающих при применении арбитражными судами ч. 1 Налогового кодекса Российской Федерации» при исследовании и оценке представленной налоговым органом доказательственной базы по налоговым делам судам надлежит исходить из того, что материалы, полученные в результате осуществления оперативно-розыскных мероприятий, могут использоваться налоговыми органами в числе других доказательств при рассмотрении материалов налоговой проверки (п. 4 ст. 101 НК РФ), если соответствующие мероприятия проведены и материалы оформлены согласно требованиям, установленным Федеральным законом от 12.08.1995 № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности».

Решением № 10 от 20.02.2020 в решение № 58 от 30.09.2019 о проведении выездной налоговой проверки внесены изменения в части введения в состав проверяющей группы лиц сотрудников ОЭБиПК УВД по ЦАО ГУ МВД России по г. Москве (решение № 10 от 20.02.2020 получено представителем общества нарочно 05.03.2020; подписи указанных лиц содержатся в акте налоговой проверки № 6/18 от 16.02.2021 и дополнении к акту налоговой проверки № 6/18доп от 02.12.2021).

Таким образом, общество осведомлено об изменении состава лиц, проводивших проверку.

11.05.2022 по результатам налоговой проверки налоговым органом вынесено обжалуемое решение № 15, которым обществу доначислены НДС в размере 192.405.788 руб., налог на прибыль в сумме 219.113.539 руб., соответствующие пени в сумме 223.585.708, 39 руб., общество привлечено к ответственности, предусмотренной п. 3 ст. 122 Налогового кодекса Российской Федерации в размере 15.020.131 руб.

С учетом решения УФНС России по г. Москве от 23.09.2022 № 21-10/114202@, размер штрафных санкций снижен в 2 раза.

Общество, не согласившись с выводами налогового органа, обратилось в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции, руководствуясь положениями ст. ст. 3, 54.1, 146, 154, 166, 169, 171, 172, 247, 252 Налогового кодекса Российской Федерации, Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете», учитывая правовую позицию Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенную в постановлении от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды», во взаимосвязи с представленными в материалы дела доказательствами, пришел к выводам о доказанности налоговым органом наличия недостоверной информации, содержащейся в представленных на проверку первичных документах, нереальности хозяйственных операций (услуг и поставки товаров) с заявленными контрагентами, и как следствие, о получении обществом необоснованной налоговой выгоды в виде завышения расходов в целях исчисления налога на прибыль и налоговых вычетов по НДС.

Рассмотрев повторно материалы дела, проверив доводы жалобы, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены судебного акта, исходя из следующего.

Положениями Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» установлена обязанность организаций непрерывно, в порядке, предусмотренном законодательством Российской Федерации, вести документальный учет всех хозяйственных операций.

Подпунктом 6 п. 1 ст. 23 Налогового кодекса Российской Федерации предусмотрена обязанность налогоплательщиков представлять в налоговые органы и их должностным лицам в случаях и в порядке, которые предусмотрены Налоговым кодексом Российской Федерации, документы, необходимые для исчисления и уплаты налогов.

В соответствии с пп. 1 п. 1 ст. 31 Налогового кодекса Российской Федерации налоговые органы вправе требовать в соответствии с законодательством о налогах и сборах от налогоплательщика документы по формам, установленным государственными органами и органами местного самоуправления, служащие основаниями для исчисления и уплаты (удержания и перечисления) налогов, а также пояснения и документы, подтверждающие правильность исчисления и своевременность уплаты (удержания и перечисления) налогов.

Согласно п. 1 ст. 52 Налогового кодекса Российской Федерации налогоплательщик самостоятельно исчисляет сумму налога, подлежащую уплате за налоговый период, исходя из налоговой базы, налоговой ставки и налоговых льгот, если иное не предусмотрено Налоговым кодексом Российской Федерации.

В соответствии с п. 1 ст. 54 Налогового кодекса Российской Федерации налогоплательщики-организации исчисляют налоговую базу по итогам каждого налогового периода на основе данных регистров бухгалтерского учета и (или) на основе иных документально подтвержденных данных об объектах, подлежащих налогообложению либо связанных с налогообложением.

Положениями ст. ст. 313, 314 Налогового кодекса Российской Федерации предусмотрено исчисление налоговой базы по налогу на прибыль организаций на основе данных налогового учета, которые в свою очередь учитываются в разработочных таблицах, справках бухгалтера и иных документах налогоплательщика, группирующих информацию об объектах налогообложения.

По смыслу ст. 54 Налогового кодекса Российской Федерации налоговые последствия влекут не сами гражданско-правовые сделки, а совершаемые в их исполнение финансово-хозяйственные операции, отражаемые в бухгалтерском учете. При этом налогообложению подвергается финансовый результат, формируемый по итогам налогового (отчетного) периода на основе данных регистров бухгалтерского учета, в том числе совокупности совершенных в этом периоде названных операций.

В ходе проведения налоговой проверки должностными лицами налогового органа проверяются, анализируются, сопоставляются и оцениваются документы и информация, имеющие значение для формирования выводов о правильности исчисления, удержания и уплаты (перечисления) налогов и сборов, а также для принятия обоснованного решения по результатам проверки. Формы регистров бухгалтерского учета утверждает руководитель экономического субъекта по представлению должностного лица, на которое возложено ведение бухгалтерского учета (ч. 5 ст. 10 Закона № 402-ФЗ).

Положения ст. ст. 169, 171, 172 Налогового кодекса Российской Федерации, Закона N 402-ФЗ в их взаимосвязи указывают на то, что основанием для вычета по НДС является совокупность наступивших обстоятельств: приобретение налогоплательщиком товара (работ, услуг) для использования в облагаемых операциях, отражение их в документах учета у налогоплательщика-покупателя и наличие надлежащим образом оформленного счета-фактуры.

В соответствии с п. 1 ст. 252 названного Кодекса в целях налогообложения прибыли организации расходами признаются обоснованные и документально подтвержденные затраты, понесенные налогоплательщиком при осуществлении деятельности, направленной на получение дохода (а в случаях, предусмотренных в ст. 265 Кодекса, убытки, осуществленные (понесенные) налогоплательщиком).

Под документально подтвержденными расходами понимаются затраты, подтвержденные документами, оформленными в соответствии с законодательством Российской Федерации, и (или) документами, косвенно подтверждающими произведенные расходы.

В соответствии с п. п. 1 и 2 ст. 171 Налогового кодекса Российской Федерации налогоплательщик имеет право уменьшить общую сумму налога, исчисленную в соответствии со ст. 166 Кодекса, на установленные ст. 171 Кодекса налоговые вычеты.

Вычетам подлежат суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг), а также имущественных прав на территории Российской Федерации в отношении товаров (работ, услуг), приобретаемых для осуществления операций, признаваемых объектами налогообложения в соответствии с главой 21 Налогового кодекса Российской Федерации (за исключением товаров, предусмотренных п. 2 ст. 170 НК РФ), а также в отношении товаров (работ, услуг), приобретаемых для перепродажи.

В силу п. 1 ст. 172 Налогового кодекса Российской Федерации вычеты, предусмотренные ст. 171 Кодекса, производятся на основании счетов-фактур, выставленных продавцами при приобретении налогоплательщиком товаров (работ, услуг).

Вычетам подлежат, если иное не установлено ст. 172 Налогового кодекса Российской Федерации, только суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг), имущественных прав на территории Российской Федерации, после принятия на учет указанных товаров (работ, услуг), имущественных прав с учетом особенностей, предусмотренных ст. 172 Кодекса, и при наличии соответствующих первичных документов.

Согласно п. п. 1 и 2 ст. 169 Кодекса счет-фактура является документом, служащим основанием для принятия покупателем предъявленных продавцом товаров (работ, услуг) сумм налога к вычету в порядке, предусмотренном главой 21 Налогового кодекса Российской Федерации, при выполнении требований, установленных п. п. 5, 5.1 и 6 ст. 169 Кодекса.

Согласно п. 1 ст. 54.1 Кодекса не допускается уменьшение налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика.

В силу п. 2 ст. 54.1 Кодекса при отсутствии обстоятельств, предусмотренных п. 1 настоящей статьи, по имевшим место сделкам (операциям) налогоплательщик вправе уменьшить налоговую базу и (или) сумму подлежащего уплате налога в соответствии с правилами соответствующей главы ч. 2 Налогового кодекса Российской Федерации при соблюдении одновременно следующих условий: основной целью совершения сделки (операции) не являются неуплата (неполная уплата) и (или) зачет (возврат) суммы налога; обязательство по сделке (операции) исполнено лицом, являющимся стороной договора, заключенного с налогоплательщиком, и (или) лицом, которому обязательство по исполнению сделки (операции) передано по договору или закону.

В целях п. п. 1 и 2 ст. 54.1 Кодекса подписание первичных учетных документов неустановленным или неуполномоченным лицом, нарушение контрагентом налогоплательщика законодательства о налогах и сборах, наличие возможности получения налогоплательщиком того же результата экономической деятельности при совершении иных не запрещенных законодательством сделок (операций) не могут рассматриваться в качестве самостоятельного основания для признания уменьшения налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога неправомерным (п. 3 ст. 54.1 НК РФ).

Судебная практика разрешения налоговых споров исходит из презумпции добросовестности налогоплательщиков и иных участников правоотношений в сфере экономики. В связи с этим предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, экономически оправданы, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности, - достоверны.

Под налоговой выгодой понимается уменьшение размера налоговой обязанности вследствие, в частности, уменьшения налоговой базы, получения налогового вычета, налоговой льготы, применения более низкой налоговой ставки, а также получение права на возврат (зачет) или возмещение налога из бюджета.

Налоговая выгода может быть признана необоснованной, в частности, в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера).

Установление судом наличия разумных экономических или иных причин (деловой цели) в действиях налогоплательщика осуществляется с учетом оценки обстоятельств, свидетельствующих о его намерениях получить экономический эффект в результате реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

Налоговая выгода не может рассматриваться в качестве самостоятельной деловой цели. Поэтому если судом установлено, что главной целью, преследуемой налогоплательщиком, являлось получение дохода исключительно или преимущественно за счет налоговой выгоды в отсутствие намерения осуществлять реальную экономическую деятельность, в признании обоснованности ее получения может быть отказано.

Признание судом налоговой выгоды необоснованной влечет отказ в удовлетворении требований налогоплательщиков, связанных с ее получением.

Из материалов дела следует, что обществу вменяется нарушение п. 2 ст. 54.1 Налогового кодекса Российской Федерации ввиду нереальности поставок моющих средств и сопутствующих расходных материалов от контрагентов, учтенных в составе расходов по налогу на прибыль и вычетов по НДС.

Общество в апелляционной жалобе приводит доводы о недостоверности представленных налоговым органом документов от имени ООО «Метро кэш энд Керри», противоречиях в свидетельских показаниях ФИО9, которому доверенность на получение товара в ООО «Метро кэш энд Керри» фактически обществом не выдавалась.

В ходе проверки установлено, что ООО «Метро кэш энд Керри» является поставщиком товара для общества.

Согласно изъятым в ходе выемки в обществе счетов-фактур «Метро кэш энд Керри» отгружены в адрес заявителя чистящие и моющие средства.

Согласно счетам-фактурам, представленным ООО «Метро кэш энд Керри» в адрес общества отгружены табачные изделия.

В обоснование своей позиции налоговым органом в материалы дела представлены копии первичной документации, как исходящей непосредственно от ООО «Метро ФИО10», так и изъятой у общества: счета-фактуры, изъятые с рабочего компьютера главного бухгалтера общества (указаны моющие и химические средства), якобы выставленные ООО «Метро ФИО10» (том 24 л.д. 1-52.).

По результатам обследования помещений общества на основании постановления № 8/К/1/2916 от 79.10,201е) (том 11 л.д. 41-46) уполномоченными Федеральной службы безопасности и налогового органа произведено изъятие, в том числе документации по взаимоотношениям общества с ООО «Метро Кэш энд Кэри».

Документы, представленные ООО «Метро Кэш энд Кэри» налоговому органу в электронном виде (указаны табачные изделия и продовольственные товары) (исх. № 1775/1220 от 24.12.2020 в ответ на требование о представлении документов № 2.18-13/14511а от 09.12.2020) (том 23 л.д. 1-85).

Документы, представленные ООО «Метро Кэш энд Кэри» в ответ на запрос правоохранительных органов (указаны табачные изделия и продовольственные товары) (исх. № 317/2/1-СБ от 12.11.2020, № 01/4/75770 от 15.09.2020) (том 22 л.д. 1-82).

Доводы общества опровергаются показаниями ФИО9, согласно которых закупка табачных изделий и продовольственной продукции осуществлялась им в гипермаркетах Метро на основании доверенности; полученный товар доставлялся в г. Москву грузовыми транспортными средствами (объяснения от 01.03.2020, направленные письмом ГУ МВД по Ростовской области № 14/159-2417 от 02.03.2021 (том 13 л.д. 118-120).

Между ООО «Метро ФИО10» (поставщик) и ООО «Трансэкоальянс» заключен договор поставки № HVS № F1082041225Ff 11122018 от 11.12.2018. При этом данный договор заключен обществом в лице представителя по доверенности ФИО9

Вместе с тем, претензии к подлинности подписей должностных и иных доверенных лиц сторон договора у общества отсутствуют.

Соответственно, указание на недостоверность выданных на имя ФИО9 доверенностей не оказало влияния на возможность заключения указанным лицом иных договоров от имени общества в качестве лица, уполномоченного на подписание договоров на основании доверенности.

Изъятый у общества договор поставки с ООО «Метро Кэш энд Керри»от 25.05.2018 представлен в материалы дела (том 13 л.д. 125).

По условиям п. 4 указанного договора выборка товаров осуществляется исключительно уполномоченными представителями покупателя, имеющими карту Метро.

Соответственно, выборка товаров посторонними и иными неуполномоченнымитретьими лицами исключалась условиями договора.

Приложение к договору поставки от 25.05.2018 «Форма регистрации клиента Метро» в качестве информации о клиенте ООО «Трансэкоальянс» в качестве типа деятельности содержит указание на оптовую закупку продуктов питания, напитков.

Данной формой регламентируются общие условия покупок в торговых центрах оптовой торговли ООО «Метро ФИО10».

Иные сведения об осуществлении деятельности по продаже химических и моющих средств форма регистрации клиента Метро, являющаяся неотъемлемой частью договора, не содержит.

Подпись представителя ООО Управляющая компания «ФИО20» в лице ФИО11 содержится в форме общие условия покупок в торговых центрах оптовой торговли ООО «Метро Кэш энд Керри» к договору от 25.05.2018.

Форма регистрации клиента содержит в себе сведения о представителе, действующем от имени ООО Управляющая компания «ФИО20» - генерального директора ФИО11 Наличие подписей представителей клиента ООО «Метро Кэш энд Керри» указанной формы не предусмотрено.

Оттиски печатей, содержащихся в договоре поставки между ООО «Трансэкоальянс» и ООО «Метро Кэш энд Керри» от 25.05.2018 и приложениям к договору, визуально соответствуют оттискам печатей, используемым ООО «Трансэкоальянс», выполненным на договорах с иными контрагентами: договор с ООО «Аккорд» от 18.06.2018, договор купли-продажи № ДКЛ-388/170706 от 07.06.2017, заключенный с ООО «Дельта», договор купли-продажи № ИМП-2017/04-03 от 03.04.2017, заключенный с ООО «Импульс» (том 7 л.д. 1-4, 72-76, 84-88).

В договоре купли-продажи № АСП2016/08-1 от 29.08.2016, заключенный между ООО «АльфаСтройПроект» и ООО «ФИО20» содержится печать ООО «Трансэкоальянс» (том 7 л.д. 9-13).

В договоре купли-продажи № 59/18 от 12.02.2018, заключенного между ООО «Ариэлла» и ООО «Трансэкоальянс» в качестве контактных данных покупателя указано ООО «Управляющая компания «ФИО20», но содержится печать ООО «Трансэкоальянс» (том 7 л.д. 20-25).

Претензий в отношении достоверности сведений и легитимности подписей должностных лиц ООО Управляющая компания «ФИО20», содержащихся в перечисленных договорах, у общества отсутствуют.

Из этого следует, что обществом при заключении договоров использовались как печати ООО Управляющая компания «ФИО20» так и ООО «Трансэкоальянс».

При таких обстоятельствах, претензии общества к форме оттиска печати на документах, а равно и к адресу местонахождения организации, необоснованные.

Из пояснений ФИО9 следует, что объявление о работе в ООО «Управляющая компания «ФИО20» найдено им на сайте объявлении «Авито» примерно в декабре 2018.

Счета-фактуры, представленные инспекцией в материалы дела и содержащие в себе подписи ФИО9 о приеме товара, датированы периодом конец июля 2018 (17 июля) - ноябрь 2018, что согласуется с содержанием показаний свидетеля; Романченко Н.Н. сообщены адреса, по которым он получал товар в магазинах ООО «Метро ФИО10», в том числе <...> - данный адрес указан в качестве адреса грузоотправителя в представленных ООО «Метро ФИО10» в адрес правоохранительных органах счетах-фактурах. К обязанностям ФИО9 относилась приемка товара, проверка целостности упаковок и контроль за своевременностью осуществления отгрузки. Свидетель прямо указал на закупку напитков и табачных изделий и сообщено о том, что погрузка товара выполнена силами сотрудников конкретного гипермаркета, подписанные накладные передавались водителям, транспортные средства опечатывались пломбой, о чем свидетелем доводилось до сведения представителя работодателя; наличие товара сопоставлялось со сведениями, отраженными в накладных при загрузке товарно-материальных ценностей.

Из этого следует четкая осведомленность ФИО9 о характере приобретаемых товарно-материальных ценностях.

Из пояснений инспекции следует, что нарушений законодательства о налогах и сборах, в связи с наличием договорных отношений с сетью гипермаркетов «Лента» обществу не вменяется, следовательно, указанные заявителем обстоятельства к предмету настоящего спора не имеют.

Отсутствие у ФИО9 переписки с представителями общества объясняется истечением значительного периода времени с момента завершения отношений с заявителем. При этом факт оказания услуг обществу не находится в зависимости от оформления трудовых либо гражданско-правовых отношений с исполнителем таких услуг. О принадлежности грузовых транспортных средств, посредством которых осуществлялась доставка товара, свидетелю неизвестно, указания на принадлежность большегрузных транспортных средств обществу в показаниях ФИО9 не содержится и указания на осуществление закупки товарно-материальных ценностях непосредственно ФИО9 в объяснениях свидетеля отсутствует. ФИО9 указаны конкретные последовательные действия при приобретении напитков и табачных изделий в гипермаркетах «Метро», указания на осуществление взаиморасчетов за приобретаемые товары показания ФИО9 не содержат.

Подвергая сомнению наличие взаимоотношений ФИО9 с обществом и достоверность документов, представленных налоговым органом, ввиду смены наименования на ООО «Управляющая компания «ФИО20» лишь в 25.06.2019, заявителем не учтено, что множество договоров с контрагентами в проверяемом периоде заключались именно от имени ООО «Управляющая компания «ФИО20» (в частности, налоговым органом проанализированы договор оказания услуг № ТВ-2015/9 от 01.07.2015, заключенный с заказчиком ООО «Развитие Стиля» (том 18 л.д. 33-35), договор купли-продажи № АСП 2016/08-1 от 29.08.2016, заключенный с ООО «АльфаСтройПроект» (том 7 л.д. 9-13), договор купли-продажи № ККЛ-10-25/16 от 25.08.2016, заключенный с ООО «Артдиз» (том 7 л.д. 26-32), договор купли-продажи № ACT-17/09/11 от 11.09.2017 (том 7 л.д. 36-43), договор купли-продажи № АТ-12-09/16 от 12.09.2016, заключенный с ООО «Атлант» (том 7 л.д. 44-45), договор купли-продажи № БР-04/01 от 01.04.2017, заключенный с ООО «Бронт» (том 7 л.д. 46-53), договор купли-продажи № 1Т-15/01 от 15.01.2018, заключенный с ООО «Вектор» (том 7 л.д. 54-59) от имени ООО «ФИО20» (ИНН <***>).

Таким образом, обществом до смены наименования наряду с ООО «ТрансЭкоАльянс» использовалось и наименование «ФИО20».

Доводы заявителя о визуальных различиях подписей генерального директора ФИО11 в доверенностях, выданных на имя ФИО9, и в объяснениях сотруднику правоохранительных органов 28.01.2021 получение товара от имени общества ФИО9 не опровергает.

ООО «Метро кэш энд Керри» не подтверждена поставка обществу моющих средств.

Из пояснений сотрудника ООО «Метро кэш энд Керри» ФИО12 следует, что моющие средства ООО «Метро кэш энд Керри» не поставлялись (том 13 л.д. 75-79). Кроме того, ФИО12 пояснила, что форма счетов-фактур ООО «Метро ФИО10», изъятых у общества в ходе выемки, отличается от формы универсального передаточного документа, принятого в деловом документообороте ООО «Метро ФИО10» и не содержит ряд реквизитов, обязательных к использованию при издании исходящих документов. Кроме того, не ясно от чьего имени подписаны счета-фактуры, изъятые у общества, поскольку подпись на предъявленных ей счетах-фактурах не является ее личной подписью, штамп, содержащий ее имя и номер доверенности, проставленный на счетах-фактурах не соответствует оттиску реального штампа, используемого ею при работе в ООО «Метро Кэш энд Керри».

Из пояснений свидетеля ФИО13 (том 17 л.д. 134-136) следует, что в адрес общества поставлялись продукты питания, товар отгружался самовывозом (приезжала грузовая машина с водителем, на которого выписана доверенность от ООО «Управляющая компания «ФИО20»); оформление счетов-фактур, изъятых у общества, носит выраженные отличия от аналогичных счетов-фактур, представленных ООО «Метро Кэш энд Кэри» (документация, представленная ООО «Метро Кэш энд Кэри» содержит в себе указание на номер клиента и номер универсального передаточного документа на нижней части страницы документа).

Из этого следует, что счета-фактуры ООО «Метро Кэш энд Кэри» в отличие от аналогичных документов, изъятых у общества, одновременно являются и первичными документами; выявленные отличия касаются и подписантов счетов фактур.

Товар, указанный в документах общества (моющие и химические средства), отличается по наименованию от документов ООО «Метро Кэш энд Кэри» (табачная продукция), при этом даты, номера, стоимость товара и сумма НДС идентичны, что не могло быть в действительности при поставке абсолютно разных товаров и различной стоимостью.

Документы, представленные ООО «Метро Кэш энд Кэри» в ответ на требование правоохранительных органов, и документы, представленные ООО «Метро Кэш энд Кэри» в электронном виде по требованию налогового органа, сопоставимы между собой в части наименования товара, количества, стоимости, суммы НДС к вычету. В то же время аналогичные документы, изъятые у общества, содержат в себе указанные различия, касающиеся наименования поставленного товара при сохранении суммовых характеристик товара и сумм заявленных вычетов по НДС, идентичных табачным изделиям и продовольственным товарам, поставленным ООО «Метро Кэш энд Кэри», что не могло иметь места в действительности при поставке разных категорий товаров, обладающих различной стоимостью, складывающейся из различных факторов, сферой использования и применения продукции.

Таким образом, учитывая изъятые в ходе выемки у общества документы в электронном виде, заявителем внесены заведомо недостоверные сведения о номенклатуре товара в документы от ООО «Метро Кэш энд Кэри».

Вместе с тем, обществом не ставится под сомнение достоверность непосредственно первичной документации по взаимоотношениям с ООО «Метро ФИО10».

Претензии общества относятся к содержанию некоторых из платежныхдокументов, универсальных передаточных документах и конкретным доверенностям, выданным от имени руководителя общества на ФИО9, получавшим товар от имени общества.

Расходы на приобретение продовольственных товаров и табачнойпродукции в числе расходов, уменьшающих доходы от реализации, обществом не отражены и в дальнейшей деятельности не использовались.

Иной информации о наличии разногласий, претензий возврате товара, выставлении корректировочных счетов-фактур между сторонами договора обществом не представлено.

Факт исполнения договора и приемки табачных изделий и продовольственных товаров от ООО «Метро ФИО10» обществом не оспаривается.

В рамках производства по делу о несостоятельности (банкротстве) ООО «Управляющая компания «ФИО20» по делу № А40-277319/2022 требований о признании сделки, заключенной с ООО «Метро ФИО10» недействительной и применений последствий недействительной сделки обществом не заявлено, равно кАк и требований о включении задолженности по обязательствам с ООО «Метро Кэш энд Керри» в реестр требований кредиторов контрагентом заявителя.

Претензии к достоверности документов, исходящих от ООО «Метро ФИО10», предъявлены обществом непосредственно на стадии судебногоразбирательства по делу - спустя более чем 5 лет после завершения договорныйотношений между сторонами договора, и отсутствовали на момент проведенияналоговой проверки и обжалования решения инспекции в вышестоящийналоговый орган в досудебном порядке.

Таким образом, свидетельские показания сотрудников ООО «Метро Кэш энд Керри», представителя общества ФИО9, результаты анализа представленной контрагентом первичной документации свидетельствуют об отсутствии реальности поставки химических и моющих средств ООО «Метро Кэш энд Керри» в адрес общества.

Из материалов дела следует, что в проверяемом периоде между заявителем и заказчиками (ООО «КАПЭКС», ООО «ФИО15 ЛаСаль Управление недвижимостью», ООО «ГШФ Страхование жизни», ФГБУ «МАИ», АО «Московский ЛРЗ», ГБУК «Культурный центр Москвич», ООО «КАПЭКС», ПАО «Сбербанк») заключены договоры на оказание клининговых услуг на обслуживаемых объектах и заключены типовые договоры поставки чистящих средств и сопутствующих расходных материалов.

В ходе проверки налоговым органом установлен технический характер деятельности указанных контрагентов: отсутствие персонала и основных средств; транзитный характер движения денежных средств, поступающие денежные средства в течение нескольких дней направляются в адрес большого количества организаций «однодневок» с изменением назначения платежа, которые в свою очередь перечисляли денежные средства на счета индивидуальных предпринимателей и физических лиц с их последующим снятием неустановленными лицами, а также спорные контрагенты финансово подконтрольны заявителю (по ряду поставщиков перечисления от общества составляют до 90 %).

В ходе выездной налоговой проверки на основании постановленияот 29.10.2019 № 8/К/1/2916 Управлением «К» Федеральной службы безопасности изъяты документы и предметы общества, которые переданы в адрес налогового органа.

02.12.2019 уполномоченными налогового органа в присутствии генерального директора общества ФИО16 и понятых проведен осмотр изъятых документов и предметов, о чем составлен протокол от 02.12.2019 № 58/В (том 13 л.д. 47-55).

При процедуре вскрытия коробов и осмотра изъятых документов и предметов замечания от присутствующих лиц не поступили.

В силу п. п. 1, 2, 3, 4 ст. 98 Налогового кодекса Российской Федерации при проведении действий по осуществлению налогового контроля в случаях, предусмотренных Кодексом, вызываются понятые в количестве не менее 2-х человек; в качестве понятых могут быть вызваны любые не заинтересованные в исходе дела физические лица, при этом не допускается участие в качестве понятых должностных лиц налоговых органов.

Согласно п. 5 ст. 98 Кодекса, понятые обязаны удостоверить в протоколе факт, содержание и результаты действий, производившихся в их присутствии; они вправе делать по поводу произведенных действий замечания, которые подлежат внесению в протокол. В необходимых случаях понятие могут быть опрошены по указанным обстоятельствам.

Требования указанных положений законодательства органом налогового контроля соблюдены.

По результатам анализа информации, скопированной с компьютера главного бухгалтера организации на жесткий диск, обнаружены: файлы, содержащие данные о сумме экономии по видам налогов с использованием в период 2009-2012 ряда компаний для оптимизации; оформление операций по приобретению материалов (оприходование в бухгалтерском учете, без фактического поступления на склады), списание на расходы, уменьшающие налогооблагаемую базу; переписка между главным бухгалтером и сотрудниками общества за проверяемый период по использованию сомнительных контрагентов, которые обозначены как «спутники», в хозяйственной деятельности; таблицы с наименованием поставщиков, по каждому из которых есть отметки - «реальный» или «спутник». Причем «спутники» разделены на группы; файл с компьютера главного бухгалтера ФИО17 «распределение обязанностей сотрудников бух», в котором поименованы сотрудники бухгалтерии общества и их обязанности, которые подписями подтверждают возложенные на них ежемесячные обязанности; одной из обязанностей у ФИО18 (бухгалтер) является «ведение документооборота по спутникам»; рабочие файлы со сформированными в электронном виде договорами, счетами-фактурами, первичными документами от имени сомнительных поставщиков (что указывает на создание данных документов именно в обществе); переписка между сотрудниками общества: генеральный директор ФИО11, главный бухгалтер ФИО17, бухгалтер В.Т.РБ. и экономист Кюбарсеп P.P. об использовании в работе, в том числе новых «спутников», 0 % - ставке за их использование; отсканированные образцы подписей и оттиски печатей сомнительныхпоставщиков; «технические задания» на формирование фиктивных договоровпереуступки права требования, с целью замены ряда организаций(ООО «Авантис», ООО «Ариэлла», ООО «Артего», ООО «Вектор»,ООО «Верстель», ООО «Делорм», ООО «Добрый Дом», ООО «Енторео»,ООО «Инжавто», ООО «Манкомс», ООО «Монарх», ООО «Нордстил»,ООО «Оптима», ООО «Продтехмаркет», ООО «Стейсмеханик», ООО «Таедем-М», ООО «Экселемеитс», ООО «Этенмаи») в книге покупок общества за 2 квартал 2018 на техническую организацию ООО «Ресурс»; рабочие файлы со сформированными счетами-фактурами от имени ООО «Метро ФИО10» со скорректированной номенклатурой товаров, поставляемых в адрес общества; отчет ООО «Аудиторская фирма «АВУАР» от 30.12.2016 руководству ООО «Трансэкоальянс» (04.07.2019 ООО «Трансэкоальянс» изменено название на ООО «Управляющая кмпания «ФИО20»), содержащий, в том числе анализ контрагентов на наличие признаков недобросовестности.

По результатам проведения выемки предметов и документов на рабочем компьютере главного бухгалтера обнаружено наличие образцов подписей и оттисков печатей спорных контрагентов в отсканированном виде, переписки между главным бухгалтером и сотрудниками ООО «Управляющая компания ФИО20» относительно взаимодействия со спорными контрагентами, разделенными на несколько групп, в зависимости от роли в созданной схеме уклонения от уплаты налогов. В числе обнаруженных сведений также зафиксировано наличие договоров, первичных документов и счетов-фактур, сформированных от имени спорных контрагентов.

По результатам выемки документов налоговый орган пришел к выводам о том, что участие указанных контрагентов в спорных хозяйственных операциях носило фиктивный характер с целью создания видимости реальности существования взаимоотношений с привлеченными поставщиками.

В соответствии со свидетельскими показаниями управляющихобъектами (том 12 л.д. 93-96, 97-100, 97-100, 101-103, 104-107, 108-111, 112-1,116-119, 120-123, 124-127, 128-131, 132-135, 136-139, 140-143, 144-147; том 13 л.д. 1-4, 5-8, 9-12, 13-16, 17-20, 21-24, 25-28, 29-32, 33-36, 37-40) поставка товарно-материальных ценностей не нормировалась, а осуществлялась на основании заявок управляющих о необходимом количестве и наименованиях моющих и расходных средств на каждом объекте; нормы списания химических моющих средств, гигиенических и расходных материалов, текстильных материалов в обществе не установлены.

Инспекцией установлено, что Положение «Об организации услуги ФМ. Нормы расхода химических моющих средств, гигиенических и расходных материалов, текстильных материалов» носит формальный характер и не применяется на практике.

Согласно товарным балансам ООО «Управляющая компания «ФИО20» за 2016-2017 объемы моющих средств, списываемых на уборку объектов, являлись идентичными по наименованию и номенклатуре товаров вне зависимости от площади помещений.

Пояснения главного бухгалтера общества ФИО17 от 08.10.2020 (том 12 л.д. 87-92) и бухгалтера ФИО18 от 08.10.2020 (том 12 л.д. 68-74) противоречивы относительно установленной методики списания товарно-материальных ценностей в производство.

Таким образом, выводы налогового органа об отсутствии реальности выполнения клининговых услуг силами привлеченных контрагентов и умышленном правонарушении основываются на совокупности доказательств, в том числе, свидетельских показаний должностных лиц общества, результатах проведенной выемки, сведениях внутреннего учета общества, наличием у привлеченных контрагентов признаков недействующих организаций, расчете средних показателей налоговой нагрузки добросовестных фасилити-операторов.

Сведений о проявлении коммерческой осмотрительности и проверки технической оснащенности потенциальных контрагентов заблаговременно до момента заключения договоров обществом не представлено.

Следует отметить, что регистрационные и учредительные документы не могут характеризовать потенциального контрагента в качестве действительного участника рыночных отношений.

Нормативные документы, определяющие расход моющих и расходных средств, фактически у общества отсутствуют либо не применены на практике.

Относительно довода общества о незаконности выемки и изъятия документов следует отметить, что выбор способа защиты права не должен быть реализован с злоупотреблением своего права, а оценка соразмерности заявленного способа защиты последствиям его применения при условии предполагаемого существования альтернативного варианта может быть применена заявителем, то есть несогласие с действиями (бездействием) налогового органа в рассматриваемом случае может быть положено в основу самостоятельного заявления о признании конкретных действий (бездействия) налогового органа незаконными в порядке главы 24 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в том числе связанных с производством выемки, изъятием документов и предметов и т.п.).

Довод общества о нарушении сроков проведения налоговой проверки, что привело к необоснованному начислению пени, отклоняется, исходя из следующего.

Согласно п. 14 ст. 101 Налогового кодекса Российской Федерации нарушение существенных условий процедуры рассмотрения материалов налоговой проверки является основанием для отмены вышестоящим налоговым органом или судом решения налогового органа о привлечении либо об отказе в привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения.

К таким существенным условиям относится обеспечение возможности лица, в отношении которого проводилась проверка, участвовать в процессе рассмотрения материалов налоговой проверки лично и (или) через своего представителя и обеспечение возможности налогоплательщика представлять объяснения.

Основанием для отмены указанного решения налогового органа вышестоящим налоговым органом или судом могут являться иные нарушения процедуры рассмотрения материалов налоговой проверки, если только такие нарушения привели или могли привести к принятию руководителем (заместителем руководителя) налогового органа неправомерного решения.

Нарушение сроков проведения проверки само по себе не является существенным нарушением процедуры рассмотрения материалов проверки и безусловным основанием для признания решения налогового органа недействительным (п. 14 ст. 101 НК РФ).

Согласно абз. 2 п. 14 ст. 101 Кодекса безусловным основанием для отмены решения является только нарушение существенных условий процедуры рассмотрения материалов налоговой проверки.

К существенным относятся следующие условия: обеспечение права проверяемого налогоплательщика участвовать в процессе рассмотрения материалов налоговой проверки лично и (или) через своего представителя; обеспечение права налогоплательщика представлять объяснения.

По смыслу положений, установленных ст. 101 Кодекса, соблюдение проверяющими норм, закрепленных Налоговым кодексом Российской Федерации, направлено на обеспечение прав и законных интересов налогоплательщика, гарантированных ему при проведении в отношении него мероприятий налогового контроля и оформлении их результатов, возможный неоднократный перенос рассмотрения материалов проверки связан с обеспечением налогоплательщику возможности ознакомиться со всеми материалами проверки и участвовать при их рассмотрении в налоговом органе.

В соответствии с абз. 3 п. 2 ст. 101 Налогового кодекса Российской Федерации, если общество надлежащим образом извещено и воспользовалось своим правом присутствовать при рассмотрении материалов налоговой проверки.

Таким образом, в соответствии с п. 14 ст. 101 Кодекса нарушение указанных сроков само по себе не является существенным нарушением процедуры рассмотрения материалов проверки и безусловным основанием для признания решения налогового органа недействительным.

В данном случае из материалов дела следует и установлено судом, что совокупность всех предусмотренных Налоговым кодексом Российской Федерации сроков налоговым органом не нарушена.

Доводы апелляционной жалобы о значительном превышении налоговой нагрузки общества при принятии оспариваемого решения, несоответствии расчетов налогового органа и о недопустимости произвольного налогообложения, судом апелляционной инстанции отклоняются, поскольку такие доводы заявителя сами по себе не могут являться основанием для отмены (изменения) обжалуемого решения налогового органа, исходя из того, что налоговым органом представлен расчет суммы затрат, по взаимоотношениям общества со спорными контрагентами, включенных в состав расходов для целей исчисления налога на прибыль организаций, который произведен на основании данных отраженных в регистрах бухгалтерского и налогового учета, представленных обществом в ходе проведения выездной налоговой проверки и при расчете в обязательном порядке учтены периоды отражения затрат в составе расходов, в связи с чем налогообложение в рассматриваемом случае не может быть признано произвольным и не имеющим экономического обоснования.

По общему правилу не допускается извлечение налоговой выгоды из потерь казны налогоплательщиками, использующими формальный документооборот с участием организаций, не ведущих реальной экономической деятельности и не исполняющих налоговые обязательства в связи со сделками, оформляемыми от их имени («технические» организации), при том, что лицом, осуществляющим исполнение, является иной субъект.

Согласно позиции Конституционного Суда Российской Федерации (постановления от 28.03.2000 N 5-П, от 17.03.2009 N 5-П, от 22.06.2009 N 10-П, определение от 27.02.2018 № 526-О и др.), налоговые органы не освобождаются от обязанности в рамках контрольных процедур принимать исчерпывающие меры, направленные на установление действительного размера налогового обязательства налогоплательщика, что исключало бы возможность вменения ему налога в размере большем, чем это установлено законом.

Контроль за полнотой и своевременностью уплаты налогов и сборов, включающий мероприятия по пресечению злоупотреблений налогоплательщиков, направленных на получение необоснованной налоговой выгоды, осуществляется налоговыми органами в рамках полномочий, предоставленных им федеральным законодателем.

Признание налоговой выгоды необоснованной в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера), предполагает доначисление суммы налогов и сборов, подлежащих уплате в бюджет так, как если бы налогоплательщик не злоупотреблял правом, на основании соответствующих положений Налогового кодекса Российской Федерации, регулирующих порядок исчисления и уплаты конкретного налога и сбора (определения от 26.03.2020 N 544-О, от 04.07.2017 N 1440-О).

Из материалов дела следует, что при определении налоговых обязательств по налогу на прибыль и НДС инспекцией учтен действительный экономический смысл хозяйственных операций, его экономического обоснования, содержательного аспекта сделок, что соответствует принципу экономической обоснованности налога (п. 3 ст. 3 НК РФ).

Такой способ определения налоговых обязательств предопределен компетенцией налоговых органов и обязанностью по проведению мероприятий налогового контроля, определению фактических налоговых обязательств.

В соответствии с п. 39 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2021), утв. Президиумом 10.11.2021, налогоплательщик, использующий формальный документооборот с участием компаний, заведомо не ведущих реальной экономической деятельности («технических» компаний), вправе учесть фактически понесенные расходы при исчислении налога на прибыль в случае предоставления им (наличия у налогового органа) сведений и документов, позволяющих вывести фактически совершенные хозяйственные операции из не облагаемого налогами оборота. Расчетный способ определения суммы налога в указанных случаях не применяется.

В рассматриваемом случае отсутствуют операции, совершенные на рыночных условиях с установленным контрагентом, сравнимая с операциями, совершаемыми аналогичными налогоплательщиками при соблюдении требований, предусмотренных ст. 54.1 Налогового кодекса Российской Федерации.

Получение ценовых конкурентных преимуществ за счет неуплаты налогов является недопустимым.

Вместе с тем, общество не принимало активного участия в раскрытии параметров реальных сделок в отношении приобретения товаров у спорных контрагентов.

Следует отметить, что расчетный метод должен использоваться при определении не только доходов, но и расходов.

При этом бремя доказывания того, что размер расходов не соответствует фактическим условиям экономической деятельности налогоплательщика, возложено на налогоплательщика.

Из материалов проверки следует, что выездная налоговая проверка заявителя проведена на основании документов, истребованных у налогоплательщика, и результатов иных мероприятий налогового контроля.

Отсутствие учета доходов и расходов, учета объектов налогообложения или ведения учета с нарушением установленного действующим законодательством порядка, которое привело бы к невозможности исчислить налоги, в ходе проверки не установлено.

Таким образом, у инспекции отсутствовали основания и первичные документы, позволяющие применить «принцип налоговой реконструкции».

Поскольку документы, оформленные по спорным сделкам, содержат недостоверные сведения, допущенное обществом нарушение обоснованно квалифицировано инспекцией по п. 1 ст. 54.1 Налогового кодекса Российской Федерации, повлекшее налоговую ответственность, предусмотренную ч. 3 ст. 122 Кодекса (с учетом решения УФНС России по г. Москве от 23.09.2022 № 21-10/114202@, размер штрафных санкций снижен в 2 раза).

Согласно абз. 3 п. 1 ст. 45 Налогового кодекса Российской Федерации неисполнение или ненадлежащее исполнение обязанности по уплате налога является основанием для направления требования об уплате налога и начисления пени в соответствии с положениями ст. 75 Кодекса за каждый календарный день просрочки исполнения обязанности по уплате налога (сбора).

В соответствии с п. 1 ст. 75 Налогового кодекса Российской Федерации пеней признается установленная указанной статьей денежная сумма, которую налогоплательщик должен выплатить в случае уплаты причитающихся сумм налогов в более поздние по сравнению с установленными законодательством о налогах и сборах сроки.

Предусмотренные ст. 75 Кодекса пени являются правовосстановительной мерой государственного принуждения, носящей компенсационный характер, за несвоевременную уплату налога в бюджет и взыскиваются с лица, на которое возложена такая обязанность.

Следовательно, пеня является компенсацией потерь бюджета в результате недополучения налоговых сумм в срок в случае задержки налогоплательщиком уплаты налога и уплачивается помимо причитающихся к уплате сумм налога и независимо от применения других мер, обеспечивающих исполнение обязанности по уплате налога, а также мер ответственности за нарушение законодательства о налогах и сборах.

Основанием для прекращения начисления пени является уплата недоимки по налогу, иных оснований для прекращения начисления пени, либо их уменьшения не предусмотрено.

Таким образом, размер и период начисления пени зависит от срока исполнения налогоплательщиком предусмотренной законодательством о налогах и сборах обязанности по уплате причитающихся сумм налога в установленные законодательством сроки, а не от даты принятия решения.

Расчет пени произведен инспекцией с учетом состояния расчетов на дату вынесения обжалуемого решения в автоматическом режиме посредством программного комплекса налогового органа.

С учетом указанных положений процессуального законодательства и норм материального права, на основании имеющихся в деле доказательств, оценив имеющиеся доказательства по делу в их совокупности и взаимосвязи согласно требованиям ст. ст. 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что решение суда первой инстанции является законным и обоснованным, указанные в оспариваемом решении обстоятельства органом налогового контроля в рассматриваемой ситуации доказаны, правомерность его вынесения по тем основаниям, которые в нем изложены, подтверждена.


Руководствуясь ст. ст. 266, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

П О С Т А Н О В И Л:

Решение Арбитражного суда г. Москвы от 07.08.2023 по делу № А40-293074/22 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.


Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.


Председательствующий судья Т.Т. Маркова


Судьи О.С. Сумина


М.В. Кочешкова