Постановление от 11 мая 2022 г. по делу № А60-8459/2020

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-7585/2020(9)-АК

Дело № А60-8459/2020
11 мая 2022 года
г. Пермь



Резолютивная часть постановления объявлена 11 мая 2022 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 11 мая 2022 года.


Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующегоГерасименко Т.С.,

судейМартемьянов В.И., ФИО1,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО2,

при участии:

от ФИО3: ФИО4, паспорт, доверенность от 24.02.2022,

финансовый управляющий ФИО5;

в отсутствие представителей иных лиц, участвующих в деле,

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу должника ФИО3

на определение Арбитражного суда Свердловской области

от 24 декабря 2021 года

о признании недействительными сделки: - договор купли-продажи от 12.02.2018г. недвижимого имущества – жилого помещения (квартира), кадастровый номер 66:56:0402007:369, расположенного по адресу <...> между ФИО3 и ФИО6; - договор купли-продажи от 13.03.2018г. недвижимого имущества – жилого помещения (квартира), кадастровый номер 66:56:0402007:369, расположенного по адресу <...> между ФИО3 и ФИО7, применение последствий недействительности сделок,

вынесенное в рамках дела № А60-8459/2020

о признании ФИО3 (ИНН <***>) несостоятельной (банкротом),

заинтересованные лица с правами ответчика: ФИО6, ФИО7,

установил:

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 26.02.2020 заявление ООО «Самурай», в лице конкурсного управляющего, о признании ФИО3 (ИНН <***>) несостоятельным (банкротом) принято к производству, возбуждено дело о банкротстве.

Решением арбитражного суда от 25.06.2020 ФИО3 (должник) признана несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества гражданина-должника сроком на шесть месяцев; финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО5.

В материалы дела 07.06.2021 поступило заявление финансового управляющего ФИО5 о признании недействительными сделок по купли-продажи недвижимого имущества – жилого помещения (квартира), кадастровый номер 66:56:0402007:369, расположенного по адресу <...>, а именно: договора купли-продажи от 12.02.2018, заключенного между ФИО3 и ФИО6 и договора купли-продажи от 13.03.2018, заключенного между ФИО3 и ФИО7. Просит применить последствия недействительности сделок в виде признания за ФИО3 права собственности на спорное жилое помещение (с учетом принятого судом уточнения в порядке ст. 49 АПК РФ).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 24.12.2021 (резолютивная часть от 21.12.2021) признаны недействительными сделки:- договор купли-продажи от 12.02.2018г. недвижимого имущества – жилого помещения (квартира), кадастровый номер 66:56:0402007:369, расположенного по адресу <...> между ФИО3 и ФИО6; - договор купли-продажи от 13.03.2018г. недвижимого имущества – жилого помещения (квартира), кадастровый номер 66:56:0402007:369, расположенного по адресу <...> между ФИО3 и ФИО7. Применены последствия недействительности сделки, на ФИО7 возложена обязанность возвратить в конкурсную массу должника ФИО3 жилое помещение (квартира), кадастровый номер 66:56:0402007:369, расположенного по адресу <...>.

Не согласившись с указанным определением суда, должник обжаловал его в апелляционном порядке, просит определение отменить, в удовлетворении заявления отказать, ссылаясь на нарушение судом норм материального и процессуального права.

Должник указывает, что оспариваемые сделки не являются мнимыми. По сделке с ФИО6 денежные средства были переданы наличными, у покупателя имелись средства для оплаты по договору от продажи квартиры по договору от 05.09.2014. Сделка с ФИО7 также была исполнена и повлекла те правовые последствия, которые стороны намеревались создать – переход права собственности. Сделки прошли государственную регистрацию. Отмечает, что управлявшим не доказано, что сделки совершены безвозмездно, со злоупотреблением правом, вопрос о платежеспособности участников сделки в судебном заседании не выяснялся.

До судебного заседания от финансового управляющего поступил письменный отзыв на апелляционную жалобу об отказе в ее удовлетворении.

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.03.2022 судебное разбирательство отложено до 13.04.2022.

От ФИО3 поступили дополнительные пояснения, от ФИО6 письменный отзыв.

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.04.2022 судебное разбирательство отложено до 11.05.2022.

От финансового управляющего поступил письменный отзыв на дополнение к апелляционной жалобе.

От ФИО3 поступили возражения на отзыв финансового управляющего.

От ФИО7 поступил письменный отзыв на жалобу, в котором она указывает на наличие у нее финансовой возможности приобрести спорный объект, подтверждающие документы просит приобщить к материалам дела, также указывает на то, что судом первой инстанции не извещалась о месте и времени рассмотрения спора.

В судебном заседании представитель должника доводы апелляционной жалобы поддержал. Финансовый управляющий просил в удовлетворении жалобы отказать по мотивам, изложенным в отзыве.

Дополнительные документы приобщены к материалам дела.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, представителей в судебное заседание не направили, что в силу статей 156, 266 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения апелляционной жалобы в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 12.02.2018 зарегистрирован переход права собственности по договору купли-продажи жилого помещения (квартиры) от 08.02.2017, заключенному между ФИО3 (продавец) и ФИО6 (покупатель) на недвижимое имущество - жилое помещение (квартира), кадастровый номер 66:56:0402007:369, площадью 43 кв.м., назначение - жилое, расположенное по адресу: Свердловская область, г. Нижний Тагил, пр-кт. Ленинградский, д. 77, кв. 121.

В пункте 2.1 договора цена квартиры определена в размере 1 600 000 руб.

Между сторонами подписан передаточный акт от 08.02.2017.

Также подписан акт приема – передачи денежных средств от 08.02.2017, согласно которому покупатель передал, а продавец принял наличные денежные средства в размере 100 000 руб. Оставшиеся денежные средства в размере 1 500 000 руб. покупатель обязуется оплатить до 01.03.2018.

В дальнейшем, 13.03.2018 зарегистрирован переход права собственности этой же квартиры по договору купли-продажи квартиры от 07.03.2018, заключенному между ФИО6 (продавец) и ФИО7 (покупатель).

Стоимость квартиры определена также в размере 1 600 000 руб.

В пункте 2.2 договора определено, что денежные средства переданы на момент подписания договора без составления акта приема-передачи.

Между сторонами подписан передаточный акт от 07.03.2018.

Ссылаясь на то, что названные выше сделки являются недействительными, совершены с целью вывода ликвидного имущества должника, в отсутствие встречного предоставления, финансовый управляющий обратился с рассматриваемыми требованиями в арбитражный суд.

В качестве правовых оснований заявленного требования указаны положения пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, ст. 170 ГК РФ.

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции исходил из доказанности финансовым управляющим совокупности обстоятельств свидетельствующих о совершении оспариваемой цепочки сделок лишь для вида без создания соответствующих правовых последствий (мнимая сделка) с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционной жалобы, отзывов на нее, исследовав имеющиеся в деле доказательства в порядке ст. 71 АПК РФ, арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены (изменения) судебного акта.

Согласно статье 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее - ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Как было указано выше, в качестве правовых оснований заявленного требования указаны положения пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, ст. 170 ГК РФ.

В соответствии с п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В силу п. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Статьей 168 ГК РФ установлено, что сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Согласно п. 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 N 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)" исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Исходя из содержания п. 1 ст. 10 ГК РФ под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (п. 9 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 25.11.2008 N 127 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации").

Как разъяснено в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

В силу п. 1 ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Согласно п. 86 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 25 от 23.06.2015 "О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или иные учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в пункте 5 Постановления от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (Постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63) разъяснил, что пункте 2 статье 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

При этом при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В пункте 6 названного Постановления Высший Арбитражный Суд Российской Федерации указал, что согласно абзацам 2-5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзаца 2-5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 7 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 в силу абзаца 1 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статьи 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Таким образом, в предмет доказывания по делам об оспаривании подозрительных сделок должника по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве входят обстоятельства причинения вреда имущественным правам кредиторов, с установлением цели (направленности) сделки, и факт осведомленности другой стороны сделки об указанной цели должника на момент ее совершения.

Заявление о признании должника банкротом принято к производству арбитражного суда определением от 26.02.2020, регистрация перехода права собственности на спорную квартиру в пользу ФИО6 осуществлена 12.02.2018. в пользу ФИО7 – 13.03.2018, то есть в период подозрительности, предусмотренный п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

В силу п. 3 ст. 213.6 Закона о банкротстве, под неплатежеспособностью гражданина понимается его неспособность удовлетворить в полном объеме требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей. Если не доказано иное, гражданин предполагается неплатежеспособным при условии, что прекратил расчеты с кредиторами, то есть перестал исполнять денежные обязательства и (или) обязанность по уплате обязательных платежей, срок исполнения которых наступил.

По смыслу абзацев 2-5 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, в частности, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Из сведений, содержащихся в картотеке арбитражных дел, апелляционным судом не установлено и из заявления о признании оспариваемых сделок недействительными не усматривается, что на момент их совершения у должника имелись признаки неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Вместе с тем, из совокупности установленных по делу обстоятельств усматривается, что в преддверии и в период возбуждения дела о банкротстве ООО «Самурай», в котором ФИО3 была единоличным исполнительным органом и участником, с целью избежания обращения взыскания на принадлежащее ей имущество в случае привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Самурай», должником предпринимались активные меры по отчуждению принадлежащего ей имущества, в частности:

- земельный участок, кадастровый номер 66:56:0401006:188, площадью 865,00 кв.м. и здание, кадастровый номер 66:56:0401006:443, площадью 13,50 кв.м., назначение нежилое расположенный по адресу Свердловская область, г. Нижний Тагил, СК «Дзержинец», ул. Свердлова, уч. 190 и помещение, кадастровый номер 66:56:0000000:21410, площадью 166,90 кв.м., назначение нежилое, расположенное по адресу: <...> ГК «Высокогорец», гаражный бокс № 128А были отчуждены 10.01.2016 и 12.01.2017 в пользу ФИО8 по договорам купли-продажи, а затем 08.02.2018 ФИО8 в пользу ФИО9 по цене приобретения – 370 000 руб. и 125 000 руб.;

- квартиры, по адресу: <...> была отчуждена 14.02.2018 в пользу ФИО10 (ДД.ММ.ГГГГ г.р.) по договору дарения;

- дома и земельного участка, по адресу: <...> были отчуждена 14.02.2018 в пользу ФИО10 (ДД.ММ.ГГГГ г.р.) по договору дарения;

- здания гаражного бокса № 128А, по адресу: <...> ГК «Высокогорец» было реализовано 06.02.2018 в пользу ФИО8 (ДД.ММ.ГГГГ г.р.), с последующей скорой перепродажей 09.02.2018 в пользу ФИО9 (ДД.ММ.ГГГГ г.р.);

- садового дома и земельного участка № 162, ул. Лесная, н.с.т. «Ёлочка-2» ст. Сан-Донато, о.п. 353 км. были реализованы 06.02.2018 в пользу ФИО8 (ДД.ММ.ГГГГ г.р.), с последующей скорой перепродажей 09.02.2018 в пользу ФИО9 (ДД.ММ.ГГГГ г.р.);

- садового дома и земельного участка № 190, ул. Свердлова с.к. «Дзержинец» были реализованы 06.02.2018 в пользу ФИО8 (ДД.ММ.ГГГГ г.р.), с последующей скорой перепродажей 09.02.2018 в пользу ФИО9 (ДД.ММ.ГГГГ г.р.);

В феврале 2018 года (28.02.2018) ФИО3 также перерегистрировала дорогостоящий автотранспорт на отца ФИО11 – ФИО12:

- автомобиль Тойта РАВ4, 2014 года выпуска (данным автотранспортным средством пользуется и пользовалась ФИО13);

- автомобиль Тойота Ланд Крузер 200, 2008 года выпуска (данным автотранспортным средством пользовался ФИО12, в настоящее время (07.08.2018) автотранспорт продан ФИО14, проживает в <...>).

Согласно сведениям, предоставленным по запросу временного управляющего ООО «Самурай» из Отдела ЗАГС Дзержинского района г.Н.Тагила, между дочерью ФИО3, - ФИО15 и ФИО11, 05.07.2003 года зарегистрирован брак (актовая запись № 353). Согласно записи акта о рождении № 1 от 05.01.2004, ДД.ММ.ГГГГ в браке родилась дочь – ФИО10.

Определениями суда, вынесенными в рамках настоящего дела о банкротстве сделки по реализации автомобилей, а также недвижимого имущества в пользу ФИО10 (несовершеннолетней внучки должника) признаны судом недействительными. Судом сделан вывод о совершении должником указанных сделок с целью вывода активов и недопущения обращения взыскания на имущество должника.

Определениями арбитражного суда от 20.03.2019 и 16.12.2019, вынесенными в рамках дела № А60-9321/2018 о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Самурай» ФИО3 привлечена к субсидиарной ответственности по обязательствам указанного общества, размер ответственности установлен в сумме 7 296 868,80 руб., что и явилось основанием для возбуждения в отношении должника настоящего дела о банкротстве.

Указанные обстоятельства свидетельствуют о совершении должником в преддверии банкротства сделок, в результате которых ФИО3 стала отвечать признакам неплатежеспособности и недостаточности имущества, что подтверждает факт преследования должником при совершении, в том числе оспариваемых сделок, цели причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Доказательств наличия признаков аффилированности между ФИО6, ФИО7 и должником не представлено.

Однако отсутствие признаков аффилированности между участниками спорных сделок самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований не является.

Суд апелляционной инстанции принимает во внимание названные выше обстоятельства, совершение должником в спорный период множества сделок по отчуждению недвижимого имущества.

Также в материалы дела не представлено достаточных и достоверных доказательств, подтверждающих оплату по спорным договорам.

Как было указано выше, условиями договора с ФИО6 предусмотрено, что 100 000 руб. оплачивается в день подписания договора. А оставшиеся 1 500 000 руб. в срок до 01.03.2018.

Доказательств передачи как 100 000 руб., так и оставшихся 1 500 000 руб. в материалы дела не представлено.

Также в деле отсутствуют доказательства, подтверждающие наличие у ФИО6 финансовой возможности для оплаты 1 600 000 руб. по спорному договору.

Ссылка ФИО6 о том, что деньги у нее имелись, так как 05.09.2014 она продала принадлежащую ей квартиру по адресу: <...> за 2 150 000 руб. судом апелляционной инстанции отклоняется, поскольку с момента продажи одной квартиры и приобретению спорной прошло более двух лет. При этом в случае наличия денежных средств на дату заключения договора – 08.02.2017 не понятно, зачем тогда договором предусмотрена отсрочка платежа - 1 500 000 руб. на срок до 01.03.2018.

Также ответчиком ФИО6 не представлено доказательств того, имела ли она какой-либо иной доход, либо иное жилье. Доказательств того, что денежные средства от продажи квартиры 05.09.2014 не были потрачены ей на личные нужды либо на приобретение иного жилья не представлено.

Кроме того, представляются сомнительными доводы ФИО6 о том, что спорная квартира приобретена ею для своих близких, так как они хотели заняться предпринимательством, а спорная квартира использовалась под магазин.

Также непонятно, почему тогда ФИО6 не регистрировала переход права собственности почти год, а затем после регистрации перехода права собственности менее чем через месяц продала квартиру Якиной.

При покупке недвижимости покупатели в обычном гражданском обороте стремятся незамедлительно перерегистрировать право собственности на себя. В данном же случае, переход права собственности от должника в пользу ФИО6 зарегистрирован почти через год, что может свидетельствовать о совершении сделки лишь для вида.

Также в дело не представлено доказательств несения СеменинойР.А. как добросовестным приобретателем бремени содержания спорного имущества, его использования в личных целях или своими близкими.

Более того, должником не представлено доказательств того, куда ею были израсходованы полученные денежные средства.

Как было указано выше, в дальнейшем спорная квартира была зарегистрирована за ФИО7 Цена в договоре определена также в размере 1 600 000 руб., в договоре указано, что денежные средства переданы на момент заключения договора.

Между тем, суд апелляционной инстанции также не может признать ФИО7 добросовестным приобретателем спорного имущества.

ФИО7 также не представлено достаточных и достоверных доказательств, подтверждающих наличие встречного предоставления по сделке и наличие у нее финансовой возможности оплатить цену договора по состоянию на 07.03.2018.

В материалы дела не представлена справка о доходах ФИО7 информация о том работает ли она где-то вообще, какой получает доход, поэтому довод ФИО7 о том, что часть денежных средств она собрала самостоятельно, подлежит отклонению как документально не подтвержденный материалами дела.

Ссылка на то, что другая часть денежных средств передана ей её матерью ФИО16, также документально не подтверждена.

Представленные в материалы дела договоры купли-продажи от 02.11.2017 на сумму 440 000 руб. и от 02.02.2018 на сумму 454 000 руб. не свидетельствуют о том, что ФИО16 передала ФИО7 данные суммы.

Доводы о приобретении имущества с целью последующей сдачи его в аренду не подтверждены.

Не доказано и то, что с момента приобретения спорного имущества именно ФИО7 несла бремя его содержания, сдавала его в аренду, получала прибыль (ст. 65 АПК РФ).

Доводы ФИО7 об отсутствии надлежащего уведомления о месте и времени судебного заседания своего подтверждения не нашли.

Так согласно представленной в материалы дела адресной справки ФИО7 зарегистрирована по адресу: <...> (л.д. 54).

Корреспонденция направлялась судом первой инстанции по данному адресу (л.д. 60 оборот).

Однако каких-либо возражений от ответчика в суд первой инстанции не поступало.

Суд апелляционной инстанции также неоднократно направлял корреспонденцию по указанному адресу, при этом вручена была только телеграмма, заказные письма ФИО7 не получает.

Таким образом, в силу ст. 121, 123 АПК РФ ФИО7 считается надлежащим образом уведомленной о времени и месте судебного разбирательства судом первой инстанции.

При указанных обстоятельствах, в отсутствие доказательств получения должником равноценного встречного предоставления за отчужденное имущество, учитывая вышеизложенные обстоятельства, указывающие на наличие согласованности в действиях участников договоров купли-продажи от 15.07.2019, направленных на достижение одной цели – вывод ликвидного имущества должника в преддверии его банкротства, путем создания при этом видимости его оплаты, следует признать, что оспариваемые сделки купли-продажи совершены с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, о чем с учетом вышеуказанных обстоятельств не могли не знать ответчики ФИО6 и ФИО7 В результате совершения спорной сделки должник лишился ликвидного имущества, за счет реализации которого могли быть удовлетворения требования кредиторов.

Доводы жалобы о том, что сделки по продаже недвижимого имущества были исполнены и повлекли именно те последствия, которые стороны намеривались создать, со ссылкой на перерегистрацию прав собственности в Росреестре, апелляционным судом отклоняются, поскольку государственная регистрация перехода права собственности на недвижимое имущество влечет смену титульного владельца, при этом установленных выше обстоятельств преследуемой участниками оспариваемых сделок противоправной цели – вывода активов должника без предоставления встречного обеспечения, не опровергает.

Обстоятельства того, что после совершения сделки по передаче имущества владение данным имуществом осуществлялось непосредственно покупателями документально не подтверждено.

В соответствии со ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Согласно п. 1 ст. 61.6 Закона о банкротстве в случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 20.02.2002 № 48-О, при реституции права должны восстанавливаться на основе принципа равенства, обеспечения равноценности и эквивалентности возмещения стоимости имущества участниками гражданских правоотношений.

Как разъяснено в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Применительно к данным положениям, учитывая признание оспариваемых сделок недействительными, как повлекшими вывод активов должника без предоставления последнему встречного обеспечения, суд первой инстанции правильно применил последствия недействительности сделки в виде восстановления за должником права собственности на спорные объекты недвижимости.

Доводы, приведенные заявителем апелляционной жалобы, являлись предметом исследования суда первой инстанции и установленные по делу обстоятельства не опровергают, в связи с чем, основанием для отмены обжалуемого определения являться не могут.

Все иные доводы апеллянта и дополнительно представленные апелляционному суду документы выводы суда первой инстанции не опровергают ,в связи с чем подлежат отклонению.

С учетом изложенного, оснований для отмены определения суда, предусмотренных статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса РФ не имеется. Нарушений судом первой инстанции норм материального и процессуального права судом апелляционной инстанции также не установлено. В удовлетворении апелляционной жалобы следует отказать.

Государственная пошлина за рассмотрение апелляционной жалобы в порядке ст. 110 АПК РФ подлежит отнесения на заявителя жалобы.

Руководствуясь статьями 110, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 24 декабря 2021 года по делу № А60-8459/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.



Председательствующий


ФИО17



Судьи


ФИО18



ФИО1