Постановление от 7 ноября 2024 г. по делу № А17-4661/2023

ВТОРОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД


ул. Хлыновская, д. 3, г. Киров, Кировская область, 610998

http://2aas.arbitr.ru, тел. 8 (8332) 519-109



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело № А17-4661/2023
г. Киров
08 ноября 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена 05 ноября 2024 года.   

Полный текст постановления изготовлен 08 ноября 2024 года.


Второй арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Барьяхтар И.Ю.,

судей Чернигиной Т.В., Щелокаевой Т.А.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Бердниковой О.В.,

при участии в судебном заседании представителей истца и третьего лица ФИО1, действующей на основании доверенностей от 04.12.2023 и от 01.08.2024, представителя ответчика ФИО2, действующей на основании доверенности от 02.05.2024,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Миленарис Диагностика»

на решение Арбитражного суда Ивановской области от 02.09.2024 по делу № А17-4661/2023

по иску общества с ограниченной ответственностью «Лечебно-диагностический центр «Миленарис» (ОГРН <***>, ИНН <***>)

к акционерному обществу «Страховое общество газовой промышленности» (ОГРН <***>, ИНН <***>)

третье лицо, заявляющее самостоятельные требования относительно предмета спора: общество с ограниченной ответственностью «Миленарис Диагностика» (ОГРН <***>, ИНН <***>)

о взыскании страхового возмещения, процентов за пользование чужими денежными средствами по дату фактического исполнения решения суда,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Лечебно-диагностический центр «Миленарис» (далее – истец, Центр) обратилось в Арбитражный суд Ивановской области с иском к акционерному обществу «Страховое общество газовой промышленности» (далее – ответчик, Компания) о взыскании страхового возмещения, процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 09.03.2023 по дату фактического исполнения решения суда.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью «Миленарис Диагностика» (далее – третье лицо, Общество, заявитель).

Определением арбитражного суда от 18.10.2023 в порядке статьи 50 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  удовлетворено ходатайство третьего лица - общества с ограниченной ответственностью «Миленарис Диагностика» - о вступлении в дело в качестве третьего лица, заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора; Общество с учетом заявленных в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации уточнений исковых требований просило взыскать с ответчика 1 433 500 рублей страхового возмещения, 266 708 рублей 90 копеек процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 08.03.2023 по 14.08.2024 с продолжением начисления процентов, исчисленных на основании статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, на сумму задолженности за период с 15.08.2024 по дату фактического исполнения решения суда.

В ходе рассмотрения дела истец заявил об отказе от исковых требований к ответчику.

Решением Арбитражного суда Ивановской области от 02.09.2024 принят отказ Центра от иска, в удовлетворении требований Общества отказано.

Общество с принятым решением суда не согласно, обратилось во Второй арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит решение Арбитражного суда Ивановской области от 02.09.2024 по делу №А17-4661/2023 отменить, принять по делу новый судебный акт, которым заявленные  Обществом требования удовлетворить.

Заявитель указывает, что при заключении договора страхования имел намерение застраховать имущество на случай наступления любых событий как внутреннего, так и внешнего характера, приводящих к выводу из строя дорогостоящего медицинского оборудования, так как потребность в его использовании является постоянной и обусловлена оказанием гражданам медицинской помощи, в том числе в рамках реализации Территориальной программы обязательного медицинского страхования. Третье лицо отмечает, что из буквального содержания условий пункта 3.1.6 договора следует, что медицинское оборудование, являющееся объектом страхования, застраховано на случай наступления событий, предусмотренных пунктами 3.1, 3.3, 3.5 и 3.6 дополнительных условий №2. Общество пояснило, что обращаясь к страховщику с заявлением о выплате страхового возмещения, ссылался на наступление события, предусмотренного пунктом 3.5 Дополнительных условий № 2; при этом ответчик, возражая относительно заявленных исковых требований, ссылался на иную редакцию Дополнительных условий № 2, которая Страхователю не вручалась. Общество считает, что суд первой инстанции неправомерно истолковал условия заключенного договора в пользу Страховщика; установив, что стороны ссылаются на разные условия страхования, предусмотренные Дополнительными условиями № 2, он должен был толковать условия заключенного Договора во взаимосвязи с той редакцией Дополнительных условий №2, которая была вручена Страхователю; Страхователь не несет ответственности за ошибку менеджера Страховщика, подготовившего проект договора, соответственно, отказ в выплате страхового возмещения не может быть основан на допущенной менеджером Страховщика ошибке.

Определение Второго арбитражного апелляционного суда о принятии апелляционной жалобы к производству вынесено 17.09.2024 и размещено в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» 18.09.2024 в соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 122 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. На основании указанной нормы стороны надлежащим образом уведомлены о рассмотрении апелляционной жалобы.

Ответчик в отзыве на апелляционную жалобу просит решение Арбитражного суда Ивановской области от 21.08.2024 по делу А17-4661/2023 оставить без изменения, а апелляционную жалобу третьего лица - без удовлетворения; указывает, что при заполнении заявления на страхование страхователь самостоятельно определил страховые риски; исходя из выбранных страховых рисков сформирована страховая премия. Компания полагает, что ссылка в апелляционной жалобе третьего лица на пункт 3.5 Дополнительных условий №2 не допустима, поскольку предусмотренное данным пунктом дополнительных условий событие – повреждение застрахованного имущества в результате энергетической перегрузки - не было согласовано сторонами в качестве страхового случая, перечень которых указан в пункте 3.1.6 договора страхования и в соответствии с пунктом 3.2 условий договора не подлежит расширительному толкованию.

Ответчик обратился во Второй арбитражный апелляционный суд с ходатайством об участии в судебном заседании путем использования системы видеоконференц-связи. Данное ходатайство апелляционным судом рассмотрено и удовлетворено.

В силу статьи 153.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебное заседание апелляционного суда организовано и проведено посредством видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Ивановской области.

В порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в судебном заседании 21.10.2024 объявлялся перерыв до 05.11.2024.

В судебном заседании представители третьего лица и ответчика поддержали позицию, изложенную в процессуальных документах; представитель истца, выступающий одновременно как представитель третьего лица, поддержала процессуальную позицию последнего.

Законность решения Арбитражного суда Ивановской области проверена Вторым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, между Компанией (страховщик) и Центром (страхователь) в соответствии с Правилами страхования имущества юридических и физических лиц от огня и других опасностей в редакции 11.11.2014 и Дополнительными условиями № 2 по страхованию оборудования от аварии к Правилам, а также письменным Заявлением страхователя на страхование от 25.11.2022 (далее - Заявление на страхование) заключен договор NSGZPG-78220000020215 страхования имущества юридических и физических лиц от огня и других опасностей от 06.12.2022 сроком действия с 00 часов 00 минут 07.12.2022 по 23 часа 59 минут 06.12.2023 (п. 4.1) (т. 1 л.д. 1518).

Согласно пунктам 1.1, 2.1 договора его предметом является страхование в числе прочего оборудование (томограф магнитно-резонансный, модульный источник бесперебойного питания, шкаф для аккумуляторных батарей, комплект аккумуляторных батарей с соединительными перемычками, РЧ-кабина, Система климатики и охлаждения для МРТ) в стадии эксплуатации, расположенное по адресу: 153504, <...>, страховая сумма - 13865912 руб. 02 коп.

Выгодоприобретателем в части указанного застрахованного имущества является Общество (п. 1.2.2).

В обоснование заявленных исковых требований истец, а затем и третье лицо сослались на то, что в период действия договора вышеуказанное застрахованное имущество вышло из строя, в связи с чем 21.12.2022 Центр направил в адрес Компании соответствующее уведомление о страховом событии (письмо от 21.12.2022 № 677, т. 2 л.д. 6-7).

10.01.2023 Компания направила в адрес страхователя запрос о предоставлении дополнительных документов (письмо от 10.01.2023 № СГ-2431, т. 1 л.д. 30-37).

20.01.2023 запрошенные документы поступили Компании (т. 1 л.д. 33).

30.01.2023 страховщик письменно отказал в выплате страхового возмещения со ссылкой на то, что заявленное страхователем событием не является страховым случаем (письмо от 30.01.2023 № СГи-00000049, т. 1 л.д. 65).

16.02.2023 страхователь повторно обратился к страховщику с заявлением о пересмотре ранее принятого решения (письмо от 14.02.2023 № 77,т. 1 л.д. 67-68).

07.03.2023 страховщик повторно известил страхователя об отказе в признании случая страховым и выплате страхового возмещения (письмо от 07.03.2023 № СГи-00000479, т. 1 л.д. 70-71).

Полагая уклонение ответчика от надлежащего исполнения своих обязательств по выплате страхового возмещения по договору страхования необоснованным, истец обратился в суд с настоящим исковым заявлением; в ходе рассмотрения дела Обществом, являющимся выгодоприобретателем по заключенному договору, заявлены самостоятельные требования о взыскании страхового возмещения и процентов.

В силу части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом разъяснений, данных в пункте 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений. При непредставлении лицами, участвующими в деле, указанных возражений до начала судебного разбирательства суд апелляционной инстанции начинает проверку судебного акта в оспариваемой части и по собственной инициативе не вправе выходить за пределы апелляционной жалобы, за исключением проверки соблюдения судом норм процессуального права, приведенных в части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

С учетом того, что от истца и ответчика не поступило возражений относительно проверки решения только в оспариваемой заявителем части, суд апелляционной инстанции осуществляет проверку законности и обоснованности решения только в части, в которой в удовлетворении требований третьего лица было отказано.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, заслушав представителей сторон и третьего лица, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

В соответствии со статьей 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему.

В соответствии с пунктом 1 статьи 929 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

Исходя из части 2 статьи 9 Закона Российской Федерации от 27.11.1992 № 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации» (далее - Закон об организации страхового дела) страховым случаем является совершившееся событие, предусмотренное договором страхования или законом, с наступлением которого возникает обязанность страховщика произвести страховую выплату страхователю, застрахованному лицу, выгодоприобретателю или иным третьим лицам.

Согласно пункту 33 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.06.2024 № 19 «О применении судами законодательства о добровольном страховании имущества» (далее – Постановление Пленума № 19) под страховым случаем понимается свершившееся событие, предусмотренное договором добровольного страхования имущества, с наступлением которого возникает обязанность страховщика выплатить страховое возмещение лицу, в пользу которого заключен договор страхования (страхователю, выгодоприобретателю или иным третьим лицам) (пункт 2 статьи 9 Закона об организации страхового дела). Предполагаемое событие, на случай наступления которого производится страхование (страховой риск), должно обладать признаками вероятности и случайности. При разрешении спора в суде страхователь (выгодоприобретатель) должен доказать факт наступления вреда (утрату, гибель, недостачу или повреждение застрахованного имущества) в результате предусмотренного договором события, на случай наступления которого производилось страхование.

В статье 421 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что стороны свободны в определении условий заключаемого ими договора. Описание страхового случая также отнесено к усмотрению сторон (статьи 929 и 942 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 2 статьи 942 Гражданского кодекса Российской Федерации к существенным условиям договора имущественного страхования относится условие о характере события, на случай наступления которого осуществляется страхование (условие о страховом случае).

Из названных норм права следует, что обязанность страховщика выплатить страховое возмещение возникает при наступлении предусмотренного в договоре и согласованного сторонами события - страхового случая.

В силу пункта 1 статьи 943 Гражданского кодекса Российской Федерации условия, на которых заключается договор страхования, могут быть определены в стандартных правилах страхования соответствующего вида, принятых, одобренных или утвержденных страховщиком либо объединением страховщиков (правилах страхования).

Условия, содержащиеся в правилах страхования и не включенные в текст договора страхования (страхового полиса), обязательны для страхователя (выгодоприобретателя), если в договоре (страховом полисе) прямо указывается на применение таких правил и сами правила изложены в одном документе с договором (страховым полисом) или на его оборотной стороне либо приложены к нему. В последнем случае вручение страхователю при заключении договора правил страхования должно быть удостоверено записью в договоре (пункт 2 статьи 943 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Спорное имущество застраховано по договору NSGZPG-78220000020215 страхования имущества юридических и физических лиц от огня и других опасностей от 06.12.2022 в соответствии с Правилами страхования имущества юридических и физических лиц от огня и других опасностей в редакции 11.11.2014 (далее – Правила страхования) и Дополнительными условиями № 2 по страхованию оборудования от аварии к Правилам (далее - Дополнительные условия № 2).

Разногласия сторон сводятся к тому, является ли заявленное повреждение магнитного томографа страховым случаем согласно заключенному договору страхования.

Из пункта 2 Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с добровольным страхованием имущества граждан, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 27.12.2017, следует, что если иное не предусмотрено законом или иными правовыми актами, стороны договора добровольного страхования вправе по своему усмотрению определить перечень случаев, признаваемых страховыми, а также случаев, которые не могут быть признаны страховыми.

Как следует из условий договора NSGZPG-78220000020215 страхования имущества юридических и физических лиц от огня и других опасностей от 06.12.2022 (пункт 3.1.6) страховым случаем является гибель (утрата) или повреждение оборудования, произошедшие в течение срока действия договора страхования в результате следующих причин, возникших в течение срока действия договора страхования:

- короткого замыкания, перепада напряжения и других аварий в электросети (пункт 3.1 дополнительных условий № 2);

- попадания внутрь оборудования посторонних предметов (пункт 3.3 дополнительных условий № 2);

- сбоев в запорно-регулирующих устройствах (терморегуляторы, релерегуляторы, клапаны, задвижки и т.п. устройства) (пункт 3.5 дополнительных условий № 2);

- падения застрахованного оборудования, удара застрахованного оборудования о другие предметы (пункт 3.6 дополнительных условий № 2).

При этом истец и ответчик ссылаются на разные редакции дополнительных условий № 2: истец – на редакцию, полученную им в прошитом и пронумерованном виде вместе с Правилами страхования и договором страхования при его заключении (т. 1 л.д. 73-75), в которой пункт 3.5 пункта 3 изложен следующим образом: страховым случая является гибель или повреждение застрахованного оборудования, произошедшее в течение строка страхования в результате поломки (неисправности) или аварии, вызванной внезапным и непредвиденным воздействием на него внутренних или внешних факторов, возникших в течение срока страхования, вследствие следующих причин: энергетической перегрузки, помпажа, перегрева, вибрации, разладки, заклинивания, засора посторонними предметами (попадания внутрь оборудования инородных предметов), воздействия центробежных сил, «усталости» материала.

Ответчик в свою очередь ссылается положения пункта 3.5 пункта 3 в представленной им редакции дополнительных условий № 2 (т. 2 л.д. 1-5), согласно которым страховым случаем является гибель (утрата) или повреждение оборудования, произошедшее в течение срока действия договора страхования в результате следующих причин, возникших в течение срока действия договора страхования: сбоев в запорно-регулирующих устройствах (терморегуляторы, релерегуляторы, клапаны, задвижки и т.п. устройства).

Суд первой инстанции, оценив представленные в материалы дела доказательства, пояснения сторон, а также условия заключенного сторонами договора, пришел к выводу, что предусмотренное пунктом 3.5 дополнительных условий событие, а именно повреждение застрахованного имущества в результате энергетической перегрузки, не было согласовано сторонами в качестве страхового случая.

Суд признал обоснованными пояснения ответчика относительно того, что имеющиеся по тексту договора ссылки на пункт 3.5 Дополнительных условий № 2 обусловлены ошибкой менеджера, выразившейся во вручении страхователю неверной редакции Дополнительных условий; несоответствие в нумерации страховых рисков по тексту договора и по тексту Дополнительных условий было очевидно при заключении договора, ввиду чего не может служить основанием для расширительного толкования определения страховых случаев по договору, закрытый перечень которых согласован сторонами в п. 3.1.6 договора.

Повторно исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимной связи, суд апелляционной не может согласиться с указанными выводами суда первой инстанции в силу следующего.

Из пояснений ответчика следует, что истцом договор страхования заключен в соответствии с Правилами страхования в редакции от 11.11.2024 и Дополнительными условиями № 2; данные Правила страхования введены в действие приказом Председателя Правления от 11.11.2014 № 808 (т. 2 л.д. 86) и действовали до 31.12.2022 включительно.

При этом, как пояснил представитель Компании, приказом Председателя Правления от 28.06.2022 № 412 с 01.01.2023 утверждена новая редакция Правил страхования (т. 2 л.д. 87), которая и была вручена Обществу при заключении договора страхования в декабре 2022 года.

Согласно абзацу 1 статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Согласно пункту 3 статьи 943 Гражданского кодекса Российской Федерации при заключении договора страхования страхователь и страховщик могут договориться об изменении или исключении отдельных положений правил страхования и о дополнении правил.

При этом в пункте 11  Постановления Пленума № 19 указано, что приоритет отдается тем условиям, которые индивидуально согласованы сторонами договора (пункт 3 статьи 943 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 16 Постановления Пленума № 19 по общему правилу, при неясности условий договора страхования, изложенных в полисе и правилах страхования, и невозможности установить действительную общую волю сторон иным образом толкование условий договора осуществляется в пользу контрагента стороны, которая подготовила проект договора либо предложила формулировку соответствующего условия (часть вторая статьи 431 ГК РФ).

Пока не доказано иное, предполагается, что такой стороной является страховщик как лицо, профессионально осуществляющее деятельность в страховой сфере.

В составленной страховщиком форме заявления на страхования (приложение № 2, т. 2 л.д. 99) в перечне страховых рисков Центром выбраны следующие риски: 1.5.1 Короткое замыкание, перепад напряжения и другие аварии в электросети (п. 3.1 Дополнительных условий); 1.5.3 Попадание внутрь оборудования инородных предметов (п. 3.3 Дополнительных условий № 2); 1.5.5. Сбои в запорно-регулирующих устройствах (терморегуляторы, релерегуляторы, клапаны, задвижки и т.п. устройства) (пункт 3.5 Дополнительных условий № 2); падения застрахованного оборудования, удара застрахованного оборудования о другие предметы (пункт 3.6 Дополнительных условий № 2).

Исходя из этого ссылки на пункты 3.1, 3.3, 3.5, 3.6 Дополнительных условий № 2 в заявлении на страхование также имелись; идентичная формулировка страховых рисков со ссылкой на конкретные пункты Дополнительных условий была включена в пункт 3.1.6 договора страхования.

Таким образом, ссылка ответчика на то, что страхователь самостоятельно определил страховые риски при заполнении Заявления на страхование, не может быть рассмотрена как подтверждающая правомерность позиции ответчика; Центром в заявлении был отмечен пункт 1.5.5, отсылающий к пункту 3.5 Дополнительных условий № 2, определяющих страховые риски, вызванные в том числе, внутренними поломками, возникшими в течение срока страхования.

Судебная коллегия не может согласиться с выводом суда первой инстанции о том, что применение в качестве договорных условий пункта 3.5 Дополнительных условий № 2 в редакции, врученной страхователю, является расширительным толкованием условий договора, поскольку ссылка на указанных пункт Дополнительных условий № 2 имеется в Заявлении на страховании и тексте договора страхования;  указание на ошибку менеджера страховщика при вручении страхователю редакции Дополнительных условий № 2 как обстоятельство, исключающее необходимость применения указанной редакции при исполнении договора, также не может быть признано соответствующим пункту 2 статьи 943 Гражданского кодекса Российской Федерации.

То обстоятельство, что ссылки на пункты 3.1, 3.3, 3.5, 3.6 Дополнительных условий № 2 содержатся в скобках и текстуально не соответствуют рискам, указанным перед скобкой, в рассматриваемом случае не может быть истолковано как исключающее необходимость рассматривать данные пункты Дополнительных условий № 2 как часть договорных условий, принимая во внимание непредставление ответчиком доказательств того, что при выборе страховых рисков и заполнении Заявления на страхование страхователь был ознакомлен с иной редакцией Дополнительных условий № 2 нежели та, которая была вручена ему вместе с подписанным договором, либо с очевидностью должен был знать о наличии такой редакции.

Как указывалось выше, риск формирования противоречивых договорных условий лежит на страховщике как сильной стороне правоотношений и лице, составлявшем проект договора, в силу чего указываемая судом первой инстанции очевидность несоответствия в нумерации страховых рисков по тексту договора и по тексту Дополнительных условий № 2 не может быть истолкована в пользу ответчика.

Данное толкование также соответствует пункту 4 Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с добровольным страхованием имущества, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.12.2017, где разъяснено, что в случае сомнений относительно толкования условий договора добровольного страхования, изложенных в полисе и правилах страхования, и невозможности установить действительную общую волю сторон с учетом цели договора должно применяться толкование, наиболее благоприятное для потребителя.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции полагает, что в данном случае все неясности и сомнения в условиях договора должны быть истолкованы в пользу страхователя; Центр и Общество вправе ссылаться на соответствующие пункты Дополнительных условий № 2, которые были вручены страхователю при заключении договора.

Согласно письмам ООО «Рустомограф», осуществляющего техническое обслуживание медицинской техники и проводившего непосредственную диагностику спорного оборудования, от 12.01.2023, 09.02.2024, 12.03.2024 (т. 1 л.д. 63, 66, т. 2 л.д. 136), непосредственной причиной выхода из строя (повреждения) блока оси градиента 281+ (AXIS ASSEMBLY 281+) s/n 4806ev854 магнитного резонансного томографа Philips Achieva 1,5 (серийный номер 21488) явилась энергетическая перегрузка градиентного поля, то есть превышение параметров напряженности свыше 30 мТл/м, повлекшее возникновение которого замыкания на внутренних электрических цепях томографа.

Ответчиком представлен отзыв (письменная рецензия) от 07.05.2024 на указанную позицию (т. 2 л.д. 150-157), согласно которой:

- внутреннее перенапряжение из-за магнитной интерференции и последующее короткое замыкание во внутренних цепях томографа невозможно в силу конструктивных особенностей томографа при условии отсутствия внешних воздействий. Следовательно, выводы, сделанные в п. 3 и 4 письма от 12.03.2023, и в письме от 12.01.2023 года являются ошибочными;

- повреждение блока оси градиентного усилителя s/n 4806 EV 854 магнитного резонансного томографа Philips Achieva 1.5 (серийный номер 21488) не было вызвано внешним воздействием, в том числе указанным, как страховой случай, в 3.1.6. Договора страхования;

- отказ в работе и остановка Томографа, повреждение блока оси градиентного усилителя s/n 4806 EV 854 не было вызвано внезапным и непредвиденным воздействием извне, покрываемым страхованием, а наиболее вероятно, являлось следствием несвоевременного обслуживания и/или нарушением регламентов эксплуатации устройства;

- согласно п. 4.1.7. Правил Страхования, указанное повреждение томографа не попадает под определение страхового случая

При этом экспертом ФИО3 осмотр спорного оборудования не проводился, причины выхода из строя томографа надлежащим образом не устанавливались, указанные в качестве реальной причины повреждения блока факторы (запыление системы теплоотвода, выход из строя ламп  MKS) являются лишь предположениями, не основанными на всестороннем исследовании поврежденного томографа.

В разъяснениях специалиста  ООО «Эксперт Томограф» ФИО4, привлеченного судом первой инстанции в соответствии со статьей 55.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, указано, что типовым дефектом подобных моделей томографов является использование при их проектировании и сборке транзисторов с деградирующими со временем кристаллами, что обусловлено технологией их производства, что в конечном итоге приводит к деградации самого транзистора и энергетической перегрузке, как следствие, короткому замыканию во внутренних сетях прибора. При этом специалист подтвердил, что спорное оборудование не осматривал, для дачи однозначного ответа относительно причины выхода оборудования из строя необходимы осмотр и дефектовка спорного оборудования (протокол судебного заседания – т. 3 л.д. 15-16).

Ответчик с причинами поломки оборудования, изложенными в письмах ООО «Рустомограф»,  разъяснениях специалиста  ООО «Эксперт Томограф» ФИО4 согласился; указал на нецелесообразность назначения и проведения судебной экспертизы в связи с тем, что специалистами указано на внутреннюю поломку оборудования, что, по мнению ответчика, не является застрахованным риском (дополнение к отзыву от 11.06.2024, т. 3 л.д. 7-8).

При изложенных обстоятельствах, а также принимая во внимание изложенное ранее толкование судом условий заключенного сторонами договора страхования о включении в перечень страховых рисков поломки (неисправности) оборудования вследствие причин, указанных в пункте 3.5 Дополнительных условий № 2, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что материалами дела подтверждено и ответчиком не опровергнуто возникновение неисправности томографа вследствие энергетической перегрузки градиентного поля, что подпадает под положения пункта 3.5 Дополнительных условий № 2 и свидетельствует о правомерности заявленных третьим лицом требований о выплате страхового возмещения.

Сумма рассчитанного Обществом страхового возмещения ответчиком не оспорена, подтверждена коммерческим предложением ООО «Рустомограф» от 17.06.2024 (т. 3 л.д. 14).

При изложенных обстоятельствах требования Общества о взыскании с Компании страхового возмещения в сумме 1 433 500 рублей подлежат удовлетворению.

Третье лицо также просило взыскать с ответчика проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 08.03.2023 по 14.08.2024 в сумме 266 708 рублей 90 копеек с продолжением начисления процентов по дату фактического исполнения решения суда.

В пункте 24 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28.11.2003 № 75 «Обзор практики рассмотрения споров, связанных с исполнением договора страхования» указано, что обязательство страховщика по выплате страхового возмещения является денежным и за его неисполнение (ненадлежащее исполнение) страховщик несет ответственность на основании статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 1 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

Требование о продолжении начисления процентов до даты фактической уплаты долга соответствуют пункту 48 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации».

Таким образом, требования третьего лица о взыскании с ответчика процентов за пользование чужими денежными средствами в связи с нарушением срока выплаты страхового возмещения заявлены правомерно и также подлежит удовлетворению.

Исходя из изложенного, апелляционная жалоба заявителя признается апелляционным судом подлежащей удовлетворению, а решение суда - отмене в обжалуемой части с принятием судебного акта об удовлетворении требований третьего лица.

Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

В связи с удовлетворением заявленных требований и апелляционной жалобы Общества расходы, связанные с рассмотрением дела, относятся на ответчика (статья 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Руководствуясь статьями 258, 268–271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Второй арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Миленарис Диагностика» удовлетворить.

Решение Арбитражного суда Ивановской области от 02.09.2024 по делу № А17-4661/2023 отменить в части отказа в удовлетворении исковых требований общества с ограниченной ответственностью «Миленарис Диагностика», принять по делу в данной части новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований.

Абзац третий резолютивной части решения Арбитражного суда Ивановской области от 02.09.2024 по делу № А17-4661/2023 изложить в следующей редакции.

Взыскать с акционерного общества «Страховое общество газовой промышленности» (ОГРН <***>, ИНН <***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Миленарис Диагностика» (ОГРН <***>, ИНН <***>) 1 433 500 рублей страхового возмещения, 266 708 рублей 90 копеек процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 08.03.2023 по 14.08.2024 с продолжением начисления процентов за пользование чужими денежными средствами на сумму задолженности 1 433 500 рублей на основании статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации с 15.08.2024 по дату фактической уплаты долга, а также 33 002 рубля судебных расходов по оплате государственной пошлины по иску и по апелляционной жалобе.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в течение двух месяцев со дня его принятия через Арбитражный суд Ивановской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1–291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.


Председательствующий                               


Судьи


И.Ю. Барьяхтар


Т.В. Чернигина


Т.А. Щелокаева