Постановление от 23 июня 2024 г. по делу № А40-81940/2021

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ № 09АП-28561/2024

Дело № А40-81940/21
г. Москва
24 июня 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена 11 июня 2024 года Постановление изготовлено в полном объеме 24 июня 2024 года

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи О.В. Гажур, судей А.Н. Григорьева, Р.Г. Нагаева при ведении протокола секретарем судебного заседания П.С. Бурцевым,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ООО «Техстройпроект»

на определение Арбитражного суда г. Москвы от 28.03.2024 по делу № А40-81940/21 (106216) о признании обоснованными требования ООО «Техстройпроект» в размере 7 628 500,00 руб. и подлежащими удовлетворению за счёт имущества должника, оставшегося после погашения требований, указанных в п. 4 ст. 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам п. 1 ст. 148 Закона о банкротстве и п. 8 ст. 63 ГК РФ (очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты), в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Глобалстрой Девелопмент» (ОГРН <***> ИНН <***>),

при участии в судебном заседании:

от к/у ООО «Глобалстрой Девелопмент»: ФИО1 по дов. от 11.09.2023 от ООО «Техстройпроект»: ФИО2 по дов. от 20.05.2024

иные лица не явились, извещены

У С Т А Н О В И Л:

Определением Арбитражного суда города Москвы 13.01.2022 в отношении ООО «Глобалстрой Девелопмент» (ОГРН <***> ИНН <***>) введена процедура наблюдения, временным управляющим должника утвержден ФИО3. Сообщение о введении в отношении должника процедуры наблюдения опубликовано в газете «Коммерсантъ» объявление № 30010045012 № 11(7212) от 22.01.2022.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 06.06.2022 дело № А40-81940/21-106-216 Б, рассматриваемое судьей Петрушиной А.А., передано на рассмотрение судье Олимовой Р.М.

Решением Арбитражного суда города Москвы 30.03.2023 в отношении ООО «Глобалстрой Девелопмент» (ОГРН <***> ИНН <***>) введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО4 (члена Ассоциации СРО «Эгида», регистрационный номер в сводном госреестре арбитражных управляющих 17385, ИНН <***>, адрес для

направления корреспонденции: 140100, г. Раменское, а/я 1304). Сообщение о введении в отношении должника соответствующей процедуры опубликовано в газете «Коммерсантъ» объявлением № 66(7511) от 15.04.2023.

Сообщение о введении в отношении должника соответствующей процедуры опубликовано в газете «Коммерсантъ» объявлением № 66 (7511) от 15.04.2023.

В Арбитражный суд города Москвы 04.02.2022 поступило заявление ООО «Техстройпроект» о включении задолженности в размере 7 628 500 руб. в реестр требований кредиторов должника.

Определением от 28.03.2024 Арбитражный суд города Москвы признал обоснованными требования ООО «Техстройпроект» в размере 7 628 500 руб. и подлежащими удовлетворению за счёт имущества должника, оставшегося после погашения требований, указанных в п. 4 ст. 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам п. 1 ст. 148 Закона о банкротстве и п. 8 ст. 63 ГК РФ (очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты).

Не согласившись с указанным судебным актом, ООО «Техстройпроект» обратилось в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить обжалуемое определение в части установления очередности погашения требования, принять новый судебный акт, включив требование в третью очередь реестра требований кредитора должника.

В обоснование доводов жалобы ссылается на неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела, нарушение судом норм материального и процессуального права.

Через канцелярию суда от конкурсного управляющего должника поступил отзыв на апелляционную жалобу, который приобщен судом к материалам дела в порядке ст. 262 АПК РФ.

В судебном заседании апелляционного суда представитель ООО «Техстройпроект» доводы жалобы поддержал в полном объеме.

Представитель конкурсного управляющего должника по доводам жалобы возражал, просил оставить оспариваемое определение суда первой инстанции без изменений.

В соответствии с п.5 ст.268 Арбитражного процессуального кодекса РФ в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.

Согласно п.27 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» при непредставлении лицами, участвующими в деле, возражений по проверке только части судебного акта до начала судебного разбирательства, суд апелляционной инстанции начинает проверку судебного акта в оспариваемой части и по собственной инициативе не вправе выходить за пределы апелляционной жалобы.

Поскольку от лиц, участвующих в деле, до начала судебного разбирательства возражения по проверке только части судебного акта не заявлены, законность и обоснованность решения проверяется апелляционным судом только в обжалуемой части.

Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в том числе публично, посредством размещения информации на официальном сайте в сети Интернет, в судебное заседание не явились, в связи с чем, апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие, исходя из норм статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Законность и обоснованность обжалуемого определения проверена апелляционным судом в соответствии со ст. ст. 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Девятый арбитражный апелляционный суд, повторно рассмотрев дело в порядке ст. ст. 268, 269 АПК РФ, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства, проверив доводы апелляционной жалобы, оценив объяснения лиц, участвующих в деле, не находит оснований для отмены обжалуемого определения, исходя из следующего.

В силу положений абзаца восьмого ст. 2 Закона о банкротстве к числу конкурсных кредиторов не могут быть отнесены участники, предъявляющие к должнику требования из обязательств, вытекающих из факта участия.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 06.07.2017 № 308-ЭС17-1556(1), к обязательствам, вытекающим из факта участия, относятся не только такие, существование которых прямо предусмотрено корпоративным законодательством (выплата дивидендов, действительной стоимости доли и т.д.), но также и обязательства, которые, хотя формально и имеют гражданско-правовую природу, в действительности таковыми не являются (в том числе по причине того что их возникновение и существование было бы невозможно, если бы заимодавец не участвовал в капитале должника).

При функционировании должника в отсутствие кризисных факторов его участник как член высшего органа управления (ст. 32 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», ст. 47 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах») объективно влияет на хозяйственную деятельность должника (в том числе посредством заключения с последним сделок, условия которых недоступны обычному субъекту гражданского оборота, принятия стратегических управленческих решений и т.д.).

Поэтому в случае последующей неплатежеспособности (либо недостаточности имущества) должника исходя из требований добросовестности, разумности и справедливости (п. 2 ст. 6 Гражданского кодекса Российской Федерации) на такого участника подлежит распределению риск банкротства контролируемого им лица, вызванного косвенным влиянием на неэффективное управление последним, посредством запрета в деле о несостоятельности противопоставлять свои требования требованиям иных (независимых) кредиторов.

В этой связи при оценке допустимости включения основанных на договорах требований участников следует детально исследовать природу соответствующих отношений, сложившихся между должником и кредитором, а также поведение потенциального кредитора в период, предшествующий банкротству. В частности, предоставление должнику денежных средств в форме займа (в том числе на льготных условиях) может при определенных обстоятельствах свидетельствовать о намерении заимодавца временно компенсировать негативные результаты своего воздействия на хозяйственную деятельность должника. В такой ситуации заем может использоваться вместо механизма увеличения уставного капитала, позволяя на случай банкротства формально нарастить подконтрольную кредиторскую задолженность с противоправной целью последующего уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов, чем нарушается обязанность действовать в интересах кредиторов и должника.

При предоставлении заинтересованным лицом доказательств, указывающих на корпоративный характер заявленного участником требования, на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего довода путем доказывания гражданско-правовой природы обязательства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы выбора конструкции договора, привлечения именно аффилированного лица, предоставления финансирования на

нерыночных условиях и т.д. (Определение Верховного Суда РФ от 06.07.2017 № 308-ЭС17- 1556 (2) по делу № А32-19056/2014).

В силу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве, к заинтересованным лицам должника относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц, либо являются по отношению к нему аффилированными.

В соответствии со статьей 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» под аффилированными лицами понимаются физические и юридические лица, способные оказывать влияние на деятельность юридических и (или) физических лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность.

При этом согласно указанному Закону аффилированными лицами юридического лица являются: член его Совета директоров (наблюдательного совета) или иного коллегиального органа управления, член его коллегиального исполнительного органа, а также лицо, осуществляющее полномочия его единоличного исполнительного органа (абзац 4 статьи 4 Закона), лица, принадлежащие к той группе лиц, к которой принадлежит данное юридическое лицо (абзац 5 статьи 4 Закона), лица, которые имеют право распоряжаться более чем 20 процентами общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции либо составляющие уставный или складочный капитал вклады, доли данного юридического лица (абзац 6 статьи 4 Закона), юридическое лицо, в котором данное юридическое лицо имеет право распоряжаться более чем 20 процентами общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции либо составляющие уставный или складочный капитал вклады, доли данного юридического лица (абзац 7 статьи 4 Закона).

Согласно части 1 статьи 9 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» группой лиц признается совокупность физических лиц и (или) юридических лиц, соответствующих одному или нескольким признакам из следующих признаков: хозяйственное общество (товарищество, хозяйственное партнерство) и физическое лицо или юридическое лицо, если такое физическое лицо или такое юридическое лицо имеет в силу своего участия в этом хозяйственном обществе (товариществе, хозяйственном партнерстве) либо в соответствии с полномочиями, полученными, в том числе на основании письменного соглашения, от других лиц, более чем пятьдесят процентов общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции (доли) в уставном (складочном) капитале этого хозяйственного общества (товарищества, хозяйственного партнерства); юридическое лицо и осуществляющие функции единоличного исполнительного органа этого юридического лица физическое лицо или юридическое лицо.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

Субординация требования является вопросом очередности удовлетворения требований кредиторов, которую суд должен определять самостоятельно. В связи с этим наличие вступившего в законную силу судебного акта не препятствует субординации требований контролирующих лиц. Подтверждение в судебном порядке наличия долга

предоставляет кредитору право на принудительное исполнение, но само по себе не меняет правовую природу (существо и основания возникновения) задолженности.

Таким образом, наличие вступившего в законную силу судебного акта, подтверждающего сумму долга, не освобождает арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве, от обязанности определить очередность удовлетворения данного требования.

В определениях Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16- 1475, от 26.05.2017 № 306-ЭС 16-20056(6) по делу № А12-45751/2015 приведена правовая позиция, согласно которой доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.

Второй из названных механизмов по смыслу абз. 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

Необычность сделки может выражаться в условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка, при которых она была совершена либо исполнена. При фактической аффилированности заявителю требования должно было быть известно о финансовом состоянии должника и его способности обеспечивать исполнение имеющихся обязательств.

Суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что ООО «Техстройпроект» является аффилированной по отношению к ООО «ГлобалСтрой Девелопмент» компанией, контролируемой едиными бенефициарами.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 24.04.2023 по делу № А40-81940/21-106-216 Б, оставленным без изменений постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда 22.08.2023, постановлением Арбитражного суда Московского округа от 30.11.2023 установлено, что ООО «Стройиннгрупп» является лицом, фактически аффилированным с Должником. Обе компании контролирует ООО «ДекИс».

В соответствии с выпиской из ЕГРЮЛ в отношении ООО «Техстройпроект», единственным участником и руководителем Заявителя с даты учреждения (04.08.2020) по настоящее время является ФИО5.

В соответствии с представленными Уполномоченным органом в материалы дела справками 2 НДФЛ, 3-НДФЛ, ФИО5 в 2018-2019 годах работал в ООО «Стройиннгрупп».

Также суд учитывает условия договора, на основании которого у заявителя возникли права требования к должнику.

В соответствии с выпиской из ЕГРЮЛ, ООО «Техстройпроект» зарегистрировано в качестве юридического лица 04.08.2020. В свою очередь договор, на основании которого у Должника возникла задолженность перед Заявителем заключен также 04.08.2020.

То есть ООО «Техстройпроект» в один день зарегистрировано в качестве юридического лица и заключило договор с Ответчиком.

Суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что заключение договора № 0408/20 на выполнение части функций технического заказчика от 04.08.2020 с организацией в день ее учреждения вызывает разумные сомнения относительно независимости заявителя.

Также судом первой инстанции учтено, что на дату заключения договора № 0408/20 на выполнение части функций технического заказчика от 04.08.2020 заявитель не мог выполнить работы по договору.

В соответствии с п. 22 ст. 1 ГК РФ, вопрос 1 Письма Минстроя России от 05.04.2018 № 13789-ТБ/02 функции технического заказчика могут выполняться только членом саморегулируемой организации в области инженерных изысканий, архитектурно- строительного проектирования, строительства, реконструкции, капитального ремонта, сноса объектов капитального строительства, за исключением случаев, предусмотренных градостроительным законодательством.

Как установлено судом первой инстанции, на дату заключения договора Заявитель не состоял в саморегулируемой организации в области инженерных изысканий, архитектурно-строительного проектирования, строительства, реконструкции, капитального ремонта, сноса объектов капитального строительства. Ответчик стал членом СРО ассоциация содействия реставрации и возрождению национального архитектурного наследия «Архитектурное наследие» только 08.09.2020.

Более того, так как Должник на момент заключения договора также являлся членом СРО ассоциация содействия реставрации и возрождению национального архитектурного наследия «Архитектурное наследие» он мог выполнить работы по договору самостоятельно.

Также сомнения относительно независимости должника и заявителя подтверждается тождественностью представителей.

В определением Арбитражного суда города Москвы от 24.04.2023 по делу № А40-81940/21-106-216 Б вступившим в законную силу, установлено, что ООО «ДекИс» ИНН <***> в целях оптимизации финансово - хозяйственной деятельности создана группа компаний: ООО «ДекИс» ИНН <***>, ООО «Стройторг» ИНН <***>, ООО «Глобалстрой Девелопмент» (ООО «Профит групп») ИНН <***>, ООО «Строительные инновационные технологии» ИНН <***>, ООО «Строительные инновации – групп» ИНН <***>, ИИ ФИО6 ИНН <***>, ИП ФИО7 ИНН <***>, ООО «ТФЛогистик» ИНН <***>.

В дальнейшем перераспределение денежных средств и имущества внутри данной группы способствовало появлению центра прибыли - ООО «Строительные инновации – групп» ИНН <***> и центра убытков, которым является ООО «Глобалстрой Девелопмент» - Должник.

В соответствии с представленным конкурсным управляющим решением Арбитражного суда города Москвы от 20.09.2021 по делу № А40-87507/21-52-591 интересы ООО «Техстройпроект» представляла ФИО8

В то же время ФИО8 представляла интересы ИП ФИО7 (дело № А40-87521/21-171-672, № А40-87222/21-69-645), ООО «Строительные инновационные технологии» (дело № А40-95818/2022-83-493).

Также ФИО8 представляла ООО «Инж-Строймастер» (дело № А40-130665/17). В представленном в материалы дела решении 1660/14 от отказе в привлечении за совершение налогового правонарушения от 29.07.2022 указано, что ООО «Инж-Строймастер» финансово подконтрольно ООО «ДекИс». Более того, Конкурсный управляющий указал, что в соответствии с вышеуказанным решением Уполномоченного органа ФИО8 является руководителем ООО «Мир товаров» ИНН <***>. В соответствии протоколом допроса ФИО9- ФИО10 ФИО8 приезжала на объект строительства ООО «ДекИс» лично. Указанных лиц познакомил лично генеральный директор ООО «ДекИс» ФИО11 (стр. 119).

Согласно правовой позиции, изложенный в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 28.09.2020 № 310-ЭС20- 7837 по делу № А23- 6235/2015, значительное количество совпадений не может быть объяснено обычной случайностью и стечением обстоятельств. Совокупность доводов и отсутствие иных рациональных объяснений позволяют прийти к выводу о том, что наиболее

вероятный вариант развития событий заключается в наличии между названными лицами, как минимум, фактической аффилированности, что обусловливает как существование у них общих экономических интересов.

Учитывая объективную сложность получения конкурсным управляющим отсутствующих у него прямых доказательств неформальной аффилированности, судами должна приниматься во внимание совокупность согласующихся между собой косвенных доказательств. Позиция отражена в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 24.08.2020 № 305-ЭС20-5422(1,2) по делу № А40 232805/2017, Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 28.03.2019 № 305-ЭС18-17629(2) по делу № А40-122605/2017, Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 14.02.2019 № 305- ЭС18-17629 по делу № А40-122605/2017.

Суд первой инстанции также принял во внимание, что на момент заключения договора с заявителем, должник находился в состоянии имущественного кризиса. Определением Арбитражного суда города Москвы от 24.04.2023 оставленным без изменений, установлено, что имущественный кризис ООО «Глобалстрой Девелопмент» наступил в связи с заключением договора № PG-CESS-16519 от 28.05.2019, возникновением обязанности по выплате цены данного договора, а также права на взыскание дебиторской задолженности с ООО «ДекИс» ИНН <***>, которое не было реализовано.

Согласно пункту 1 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц (утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29 января 2020 г.) в ситуации, когда не связанный с должником кредитор представил косвенные доказательства, поставившие под сомнение факт существования долга, аффилированный кредитор не может ограничиться представлением минимального комплекта документов (например, текста договора займа и платежных поручений к нему, отдельных документов, со ссылкой на которые денежные средства перечислялись внутри группы) в подтверждение реальности заемных отношений. Он должен исчерпывающе раскрыть все существенные обстоятельства, касающиеся заключения и исполнения самой заемной сделки, оснований дальнейшего внутригруппового перераспределения денежных средств, подтвердив, что оно соотносится с реальными хозяйственными отношениями, выдача займа и последующие операции обусловлены разумными экономическими причинами".

В соответствии с п. 3 Обзора требование контролирующего должника лица подлежит удовлетворению после удовлетворения требований других кредиторов, если оно основано на договоре, исполнение по которому предоставлено должнику в ситуации имущественного кризиса.

В п. 3.3. вышеуказанного Обзора судебной практики указано, что оказание услуг по договору подряда также может быть признано компенсационным финансированием.

При этом в силу п. 4 Обзора по субординации, субординация требований возможна не только по отношению к контролирующим Должника лицам, но и по отношению к аффилированным лицам, предоставившим компенсационное финансирование, которое не имели прямого контроля над должником, но действовало под влиянием общего для него и должника контролирующего лица.

Кроме того, в соответствии с правовой позицией, изложенной в Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц (утвержден Президиумом Верховного Суда РФ 29.01.2020, далее - Обзор ВС РФ от 29.01.2020), (п. 3.2) невостребование контролирующим лицом займа в разумный срок после истечения срока, на который он предоставлялся, равно как отказ от реализации права на досрочное истребование займа, предусмотренного договором или законом (например, п. 2 ст. 811, ст. 813 ГК РФ), или

подписание дополнительного соглашения о продлении срока возврата займа по существу являются формами финансирования должника.

Согласно абзацу 8 подпункта 3.1 пункта 3 Обзора при банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования не может быть противопоставлено их требованиям - оно подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты).

При указанных обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что требования кредитора, связанного с должником отношениями аффилированности, не могут удовлетворяться в той же очередности, что и требования независимых кредиторов.

Поскольку фактическое истребование задолженности (предъявление исполнительных листов к исполнению) происходило в условиях имущественного кризиса последнего, к этой ситуации должны применяться последствия финансирования должника контролирующим его лицом в условиях имущественного кризиса, выражающиеся, согласно пункту 3.2 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020, в связи с чем, суд квалифицирует требование ООО «Техстройпроект» в качестве требования о возврате компенсационного финансирования, которое в силу разъяснений, изложенных в п. 3.1 Обзора не может конкурировать с требованиями иных независимых кредиторов, чьи требования учитываются в третьей очереди реестра требований кредиторов, и признает обоснованными, как подлежащими удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации (очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты).

Материалами дела подтверждается, что договор уступки права требования между ООО «Спецмеханика» и Апеллянтом заключен 21.06.2023, то есть в период рассмотрения заявления общества о включении требований в реестр требований кредиторов Должника. 27.06.2023 ООО «Спецмеханика» ликвидировано.

То есть до окончания рассмотрения заявления о включении требований юридического лица в реестр кредиторов, или поступления в суд первой инстанции заявления о процессуальном правопреемстве (07.08.2023) ООО «Спецмеханика» ликвидировалось.

При принятии обжалуемого определения суд первой инстанции обоснованно исходил из невозможности процессуального правопреемства, основанного на договоре цессии по требованию, которое еще рассматривается судом, в случае если сторона договора ликвидирована. (абз. 8 стр. 4 определения).

Указанный вывод совпадает с правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, Арбитражного суда Московского округа.

В соответствии с определением Арбитражного суда Московского округа от 07.02.2022 № Ф05-36227/2021 по делу № А40-966/2020, оставленным без изменений

Определением Верховного Суда РФ от 08.06.2022 № 305-ЭС22-7733 по делу № А40-966/2020 при уступке права требования, которое является спорным в уже начавшемся арбитражном процессе, происходит уступка не самого спорного субъективного материального права, т.к. стороны являются лишь предполагаемыми участниками спорного правоотношения, а уступается процессуальный интерес, цессионарий в такой уступке может в статусе стороны по делу (в данном случае истца) совершать процессуальные действия и вступать в процессуальные отношения с судом исключительно после вынесения судом определения о процессуальном правопреемстве в порядке, предусмотренном статьей 48 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В уже начавшемся судебном процессе заявление о процессуальном правопреемстве истца на основании заключенного договора цессии может быть удовлетворено только в случае, когда обе стороны договора цессии (цедент и цессионарий) перед лицом суда совместно заявляют о таком правопреемстве, при этом невозможность участия цедента в судебном заседании в связи с его ликвидацией вообще исключает возможность процессуального правопреемства по названному основанию, поскольку в указанном случае распорядительный эффект договора цессии, связанный с переменой лиц в спорном правоотношении, может иметь место только перед лицом суда.

Аналогичная позиция отражена в Постановлении Арбитражного суда Московского округа от 25.09.2020 № Ф05-19121/2016 по делу № А40-203248/2015, Постановлении Арбитражного суда Московского округа от 29.07.2021 № Ф05-19363/2021 по делу № А40-142948/2020, Постановлении Арбитражного суда Московского округа от 07.02.2022 № Ф05-36227/2021 по делу № А40-966/2020, Постановлении Арбитражного суда Московского округа от 21.05.2018 № Ф05-5420/2018 по делу № А40-4946/2017, Постановлении Арбитражного суда Московского округа от 21.05.2018 № Ф05-5426/2018 по делу № А402687/17, Постановлении Арбитражного суда Московского округа от 27.03.2018 № Ф05- 21933/2017 по делу № А40-89322/16, Постановлении Арбитражного суда Московского округа от 08.02.2018 № Ф05-21605/2017 по делу № А40-242109/2016, Постановление Арбитражного суда Московского округа от 30.05.2017 № Ф05-7014/2017 по делу № А40-166378/16.

Позиция поддержана Определением Верховного Суда РФ от 07.06.2023 № 310-ЭС23-8551 по делу № А14-11809/2021.

Соблюдая принцип единообразия судебной практики, суд первой инстанции обоснованно посчитал невозможным удовлетворение заявления о процессуальном правопреемстве.

ИП ФИО12 заявляет, что так как контролирующим цедента лицом являлся цессионарий, имеет место согласие обеих сторон сделки на ее заключение.

В силу ст. 48 ГК РФ юридическим лицом признается организация, которая имеет обособленное имущество и отвечает им по своим обязательствам, может от своего имени приобретать и осуществлять гражданские права и нести гражданские обязанности, быть истцом и ответчиком в суде.

То есть юридическое лицо это обособленное от контролирующих его лиц лицо, связанное с ними, но обособленное.

В то же время, действующее законодательство, предусматривает ограничения в управлении юридическим лицом.

В силу п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В соответствии с п. 2 ст. 174 ГК РФ сделка, совершенная представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица, может быть признана судом недействительной по иску представляемого или по иску юридического лица, а в случаях, предусмотренных законом, по иску, предъявленному в их интересах иным лицом или иным органом, если другая сторона сделки знала или должна была знать о явном ущербе для представляемого или для юридического лица либо имели место обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя или органа юридического лица и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица.

То есть, вне зависимости от воли контролирующих Должника лиц, юридическое лицо не вправе заключать незаконные сделки со злоупотреблением правом или во вред интересам юридического лица.

При этом вред от таких сделок могут понести не только бенефициары юридического лица, но и его кредиторы, которые также вправе оспорить такие сделки.

В силу ст. 166 ГК РФ в случаях, когда в соответствии с законом сделка оспаривается в интересах третьих лиц, она может быть признана недействительной, если нарушает права или охраняемые законом интересы таких третьих лиц.

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Учитывая изложенное, отождествление воли ООО «Спецмеханика» и ИП ФИО12 является необоснованным, а для процессуального правопреемства необходимо согласие ООО «Спецмеханика», которое не может быть получено в силу ликвидации общества.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения определения суда первой инстанции по доводам, изложенным в апелляционной жалобе.

Иных доводов, основанных на доказательственной базе, которые бы влияли или опровергали выводы суда первой инстанции, апелляционная жалоба не содержит.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу ч. 4 ст. 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 28.03.2024 по делу № А40-81940/21 в обжалуемой части оставить без изменения, а апелляционную жалобу ООО «Техстройпроект» - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.

Председательствующий судья: О.В. Гажур

Судьи: А.Н. Григорьев

Р.Г. Нагаев

Телефон справочной службы суда – 8 (495) 987-28-00.