Постановление от 6 августа 2024 г. по делу № А73-1865/2022

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ДАЛЬНЕВОСТОЧНОГО ОКРУГА


Пушкина ул., д. 45, г. Хабаровск, 680000, официальный сайт: www.fasdvo.arbitr.ru




ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ Ф03-1358/2024
06 августа 2024 года
г. Хабаровск


Резолютивная часть постановления объявлена 23 июля 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 06 августа 2024 года.

Арбитражный суд Дальневосточного округа в составе:

председательствующего судьи Лесненко С.Ю.

судей Дроздовой В.Г., Захаренко Е.Н.

при участии:

от ИП ФИО1: ФИО1 – лично; ФИО2 – представитель по доверенности от 17.11.2023 б/н;

от ООО «Управдомус-ДВ»: ФИО3 – представитель по доверенности от 23.01.2024 б/н;

от ФИО4: ФИО4 – лично; ФИО2 – представитель по доверенности от 17.11.2023 б/н,

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО1

на решение от 17.11.2023, постановление Шестого арбитражного апелляционного суда от 26.02.2024

по делу № А73-1865/2022 Арбитражного суда Хабаровского края

по иску индивидуального предпринимателя ФИО1

к обществу с ограниченной ответственностью «Управдомус-ДВ»

третьи лица: ФИО5; Краевое государственное унитарное предприятие «Региональные коммунальные системы», общество с ограниченной ответственностью «Советско-Гаванский водоканал» (дата прекращения деятельности: 19.09.2023)

о взыскании 2 885 500 руб. убытков

УСТАНОВИЛ:

Индивидуальный предприниматель ФИО1 (ОГРНИП <***>, ИНН <***>), далее - предприниматель, ИП ФИО1) обратился в Арбитражный суд Хабаровского края с иском, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, к обществу с ограниченной ответственностью «Управдомус-ДВ» (ОГРН <***>, ИНН <***>, далее - ООО «Управдомус-ДВ», общество) о взыскании 2 341 858 руб. убытков, причиненных в результате неправомерного отключения нежилого здания от холодного водоснабжения.

Решением Арбитражного суда Хабаровского края от 07.09.2022, оставленным без изменения постановлением Шестого арбитражного апелляционного суда от 26.12.2022, иск удовлетворен частично, с ответчика взыскано 2 166 638 руб., в остальной части требований отказано

Постановлением Арбитражного суда Дальневосточного округа от 15.03.2023 судебные акты отменены, дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении в качестве третьих лиц, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, к участию в деле привлечены ФИО5, казенное государственное учреждение «Региональные коммунальные системы» (ОГРН <***>, ИНН <***>), общество с ограниченной ответственностью «Советско-Гаванский водоканал» (ОГРН <***>, ИНН <***>; дата прекращения деятельности: 19.09.2023).

Решением Арбитражного суда Хабаровского края от 17.11.2023, оставленным без изменения постановлением Шестого арбитражного апелляционного суда от 26.02.2024, в удовлетворении исковых требований отказано в полном объеме.

В кассационной жалобе, с учетом дополнений, предприниматель выражает несогласие с принятыми судебными актами, просит их отменить и направить дело на новое рассмотрением в Арбитражный суд Хабаровского края в ином судебном составе.

В жалобе ИП ФИО1 не согласен с выводами судов, поскольку незаконность действий ответчика по отключению холодного водоснабжения подтверждены вступившими в законную силу судебным актом арбитражного суда, приговором мирового судьи судебного участка №40 судебного района города Советская Гавань, проверкой и ответом прокуратуры. Считает, что представленный третьим лицом - КГУ «Региональные коммунальные системы» в материалы дела акт осмотра от 03.07.2021 не является допустимым доказательством отключения истцом здания от водоснабжения в результате перехода на автономную систему водоснабжения. Полагает, что размер упущенной выгоды и расходов подтвержден документально, в связи с чем оснований для отказа в удовлетворении исковых требований не имелось.

В отзыве на кассационную жалобу общество возражало против её удовлетворения, считая обжалуемые судебные акты законными и обоснованными.

ФИО5 в отзыве на кассационную жалобу, соглашаясь с приведенными в ней доводами, дала дополнительные пояснения.

В порядке статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебное разбирательство в суде округа дважды откладывалось. В процессе рассмотрения дела судом кассационной инстанции в составе суда произведена замена судей в порядке статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, после чего судебное разбирательство произведено с самого начала.

До начала судебного разбирательства истец заявил ходатайство о приобщении к материалам дела дополнительных доказательств, рассмотрев которое, судебная коллегия отказала в его удовлетворении по причине отсутствия у суда кассационной инстанции полномочий по исследованию и оценке доказательств, которые не представлялись судам первой или апелляционной инстанций. Указанные документы представлены в электронном виде посредством системы «Мой Арбитр», в связи с чем фактический их возврат на бумажном носителе не производится.

В судебном заседании представители сторон и ФИО5 поддержали позиции, приведенные в кассационной жалобе и отзывах на нее, дав соответствующие пояснения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом уведомленные о времени и месте судебного заседания, явку представителей в суд округа не обеспечили; отзывы на кассационную жалобу не представили.

Проверив в порядке и пределах статей 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность обжалуемых судебных актов, Арбитражный суд Дальневосточного округа приходит к следующему.

Как установлено судами и следует из материалов дела, ИП ФИО1 осуществляет деятельность по производству хлебобулочных и мучных кондитерских изделий, по оказанию услуг автомойки и в своей деятельности применяет упрощенную систему налогообложения, учета и отчетности, что подтверждается патентом на право применения патентной системы налогообложения (форма 26.5-II) от 22.03.2021 № 2709210000389.

Предпринимателю на праве собственности принадлежат нежилые помещения, расположенные по адресу: <...>., которые в 2008 году в установленном порядке были технологически присоединены к централизованной сети холодного водоснабжения (от существующей водопроводной сети здания Пенсионного фонда (на тот момент ООО «Комета») и от водопроводной линии, проложенной от многоквартирного дома №63А по ул. 15 Погибших Партизан к зданию Пенсионного фонда).

ООО «Управдомус-ДВ», являясь управляющей организацией указанного МКД №63А, отключило объекты истца и здания Пенсионного фонда от водоснабжения.

Вступившим в законную силу судебными актами по делу №А73-9265/2021, имеющими преюдициальное значение для настоящего дела, действия ООО «Управдомус-ДВ» по отключению здания, расположенного по адресу: <...>, от водоснабжения признаны незаконными. Судами установлено, что подключение абонентов к системе водоснабжения по существующей схеме согласовано с держателями сетей, а общество в силу действующего законодательства не относится к числу лиц, имеющих право на временное прекращение или ограничение водоснабжения.

Ссылаясь на то, что в результате незаконных действий ответчика по ограничению водоснабжения принадлежащих истцу и используемых в хозяйственной деятельности помещений, ему причинен реальный ущерб в виде затрат на обеспечение доставки воды, приобретение емкостей, монтаж скважины, а также не получены доходы (упущенная выгода), которые он мог бы получить при функционировании автомойки и цеха по производству хлебобулочных и мучных кондитерских изделий, предприниматель обратился арбитражный суд с настоящим иском

Отказывая в иске, суд первой инстанции руководствовался положениями статей 15, 393 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - Гражданский кодекс), разъяснениями, изложенными в постановлениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - постановление Пленума № 25) и от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее - постановление Пленума № 7), и исходил из того, что для привлечения ответчика к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков необходимо установить полный состав элементов деликтного обязательства, включая причинно-следственную связь между причинением вреда и возникновением убытков в соответствующем размере.

В данном случае, с точки зрения суда первой инстанции, истец не доказал наличия возникновение у него убытков, поскольку действия ответчика по отключению водоснабжения 07.06.2021 не могли повлиять на ведение ИП ФИО1 предпринимательской деятельности в спорных помещениях.

Суд апелляционной инстанции, поддержал выводы суда первой инстанции, со ссылкой на комиссионный акт от 03.07.2021, подписанный представителями ООО «Советско-Гаванский Водоканал» и ФИО5 согласно которому водоснабжение здания было прекращено 06.06.2021 в связи с переходом на автономную систему водоснабжения с указанной даты, в связи с чем, как заключила апелляционная коллегия, отключение ответчиком помещений от водоснабжения не могло привести к убыткам и приостановлению предпринимательской деятельности истца.

Между тем судами не учтено следующее.

На основании пункта 1 статьи 1064 Гражданского кодекса вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В силу части 1 статьи 1068 Гражданского кодекса юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Исходя из статьи 1082 Гражданского кодекса, удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т.п.) или возместить причиненные убытки в соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса.

Согласно статье 15 Гражданского кодекса в состав убытков входят реальный ущерб и упущенная выгода.

Под реальным ущербом понимаются расходы, которые кредитор произвел или должен будет произвести для восстановления нарушенного права, а также утрата или повреждение его имущества. Упущенной выгодой являются не полученные кредитором доходы, которые он получил бы с учетом разумных расходов на их получение при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (пункт 2 постановления Пленума № 7).

По делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий которого возник ущерб, а также факты причинения вреда и наличия убытков.

Таким образом, истец обязан доказать не только возникновение у него убытков и противоправность действий ответчика, но и причинную связь между действиями ответчика и возникшими убытками.

Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности (пункт 12 постановления Пленума № 25).

Из взаимосвязи приведенных норм следует, что в рамках внедоговорной (деликтной) ответственности по общему правилу защите подлежит любой законный интерес граждан и юридических лиц, связанный как с личностью потерпевшего, так и с его имущественным положением.

Вред, подлежащий возмещению, может состоять, в том числе, в тех негативных имущественных последствиях, которые вследствие поведения делинквента наступят для потерпевшего в его договорных правоотношениях с третьими лицами (например, необходимость уплаты неустойки или иных штрафных санкций, убытки, понесенные вследствие реализации третьим лицом права на расторжение договора).

При этом основной целью норм о возмещении причиненного вреда является приведение потерпевшего в такое положение, в котором он находился бы, если бы его право и охраняемые законом интересы не были нарушены.

То есть в результате возмещения вреда потерпевший должен быть поставлен в то имущественное положение, в каком он должен был оказаться, по крайней мере, при нормальном (обычном) развитии событий в гражданском обороте, но не вправе требовать такого возмещения, которое поставит его в лучшее положение, в том числе возмещения издержек, которые потерпевший в любом случае должен был понести в отношениях с третьими лицами, вне зависимости от причинения вреда.

По настоящему делу истец в суде первой инстанции представил расчет, согласно которому его убытки состоят из суммы затрат на организацию подвоза воды, приобретению ёмкостей для ее хранения и установку скважины, а также недополученной выручки за период отсутствия водоснабжения.

Давая оценку имеющимся в деле доказательствам, суд первой инстанции установил, что водоснабжение спорных объектов осуществлялось в соответствии с договором от 10.10.2014 № 289/489, заключенного между ООО «Советско-Гаванский Водоканал» (организация ВКХ) и ИП ФИО5 (абонент). В 2023 году между КГУП «Региональные коммунальные системы» и ИП ФИО1 в отношении спорных объектов заключен договор холодного водоснабжения и водоотведения №СГ-174. Как пояснял истец, в спорных помещениях он занимался деятельностью по оказанию услуг автомойки и производству хлебобулочных и мучных кондитерских изделий, а его супруга ФИО5 – вела предпринимательскую деятельность по розничной продаже продуктов питания и автозапчастей.

Проанализировав договор холодного водоснабжения и водоотведения от 10.10.2014 №289/489 и договор безвозмездного пользования от 01.01.2018, заключенного между ИП ФИО5 и ИП ФИО5, суд признал ФИО5 потребителем коммунального ресурса (ХВС) и владельцем спорных помещений в исковой период, в связи с чем счел не подтвержденным то обстоятельство, что невозможность их использования (частичного использования) обусловлена именно неправомерными действиями ответчика.

Согласно части 1 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном данным кодексом и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.

В качестве доказательств допускаются письменные и вещественные доказательства, объяснения лиц, участвующих в деле, заключения экспертов, консультации специалистов, показания свидетелей, аудио- и видеозаписи, иные документы и материалы (часть 2 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Частями 4, 5 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации определено, что каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами. Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы.

Суд оценивает доказательства исходя из требований частей 1, 2 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при этом по результатам оценки доказательств суду необходимо привести мотивы, по которым он принимает или отвергает имеющиеся в деле доказательства (часть 7 статьи 71, пункт 2 части 4 статьи 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Вместе с тем в нарушение положений главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд первой инстанции не проверил и не дал надлежащей оценки доводам истца о том, что между ним и третьим лицом имелся субабонентский договор, текст которого представлен в материалы дела (т.2 л.д.175), а также не учтено, что наличие у истца статусов собственника имущества и супруга третьего лица, не исключает правовую и фактическую возможность использования спорных помещений, в том числе для совместной экономической деятельности, тем более, что оказание услуг автомойки и производство хлебобулочных и мучных кондитерских изделий включены в виды деятельности обоих предпринимателей в соответствии со сведениями ЕГРП.

Учитывая изложенное судебная коллегия полагает вывод суда первой инстанции о том, что ИП ФИО1 не мог вести в спорных помещения предпринимательской деятельности, так как не являлся потребителем коммунального ресурса по договору холодного водоснабжения в исковой период, не соответствующим фактическим обстоятельствам имеющимся в деле доказательствам.

Вторым обстоятельством, исключающим наличие состава убытков, суд признал отсутствие причинно-следственной связи между отключением ответчиком водоснабжения 07.06.2021 и убытками истца, поскольку ранее (06.06.2021) водоснабжение спорного здания было прекращено по воле абонента в связи с переходом на автономную систему водоснабжения.

Так, суд первой инстанции принял во внимание представленный в материалы дела КГУ «Региональные коммунальные системы» (гарантирующая организация) комиссионный акт от 03.07.2021, подписанный представителями ООО «Советско-Гаванский Водоканал» (прежняя гарантирующая организация) и ФИО5, в котором зафиксировано, что водоснабжение здания прекращено 06.06.2021 в связи с переходом на автономную систему водоснабжения с указанной даты. Поскольку использование ФИО5 иного помещения в предпринимательской деятельности, которое отключено от централизованного водоснабжения в связи с переходом на автономную систему водоснабжения материалы дела не содержат, суд счел, что не указание в акте объекта, на котором установлена автономная система водоснабжения, не опровергает факт относимости документа к спорному объекту.

Представленный в материалы дела акт от 24.09.2021 №18 по монтажу и установке водяной скважины, как указал суд, мог быть составлен позднее.

Установив факт самостоятельного отключения абонентом помещений от водоснабжения в результате перехода на автономную систему водоснабжения (стоимость которого истец просит взыскать) суд счел, что действия ответчика по отключению водоснабжения 07.06.2021 не могли повлиять на приостановление производственной деятельность истца и, соответственно, привести к возникновению у него убытков.

Однако судом оставлен без внимания имеющийся в деле Приговор мирового судьи судебного участка №40 судебного района города Советская Гавань от 12.04.2022 по делу № 1-7/2022-40, которым установлен факт самовольного противоправного отключения 07.06.2021 не позднее 08 часов 00 минут слесарем по поручению ФИО6 (генеральный директор ответчика) ХВС к нежилым зданиям 20, 20А по ул.Киевская в Советская Гавань, которыми владеет ИП ФИО1 (свидетельство о собственности) и ИП ФИО5 (договор безвозмездного пользования). В результате неправомерных действий ФИО6 ИП ФИО1, ИП ФИО5 и отделению ПФР был причинен существенный вред, выразившийся в прекращении предоставления услуги холодного водоснабжения, и, как следствие, ухудшение санитарных и гигиенических норм деятельности, так как сотрудники указанных предприятий не имели возможности вести нормальное соответствующее социальным, бытовым и санитарным нормам пребывание, указанные лица вынуждены были нести затраты на доставку и приобретение холодной воды.

Также судом не исследованы имеющиеся в деле доказательства (заявления истца от 07.06.2021 в адрес администрации, прокуратуры (т.2, л.д. 168, 174), письмо Собрания народных депутатов от 18.04.2023 (т.2, л.д. 171), рапорта от 25.06.2021 (т.22, л.д. 116), обращения истца к гарантирующему поставщику по поводу восстановления водоснабжения), с точки зрения противоречивости информации, отраженной в акте от 03.07.2021 о событии, произошедшем ранее (06.06.2021). Более того, при наличии действующего публичного договора водоснабжение объектов абонента может быть прекращено только в установленных законом случаях, либо при расторжении сторонами сделки путем прямого выражения абонентом соответствующей воли, чего судами не выяснялось.

При рассмотрении требования о взыскании реального ущерба, суд указал на отсутствие доказательств превышения расходов при использовании автономного источника водоснабжения над расходами при пользовании централизованной системы водоснабжения. В частности доказательств стоимости, объема привозной воды, в связи с чем, определить стоимость превышения тарифа на подачу ресурса централизованным способом не представляется возможным.

Между тем при повторном рассмотрении дела, обосновывая требование о взыскании затрат на подвоз холодной воды, предприниматель самостоятельно произвел приблизительный расчет объема воды, доставленной ему ИП ФИО7 по договору на оказание услуг по доставке холодной воды от 07.06.2021, исходя из емкости автомобиля и времени, затраченного на доставку; стоимость доставленной воды указана в договоре, не оспаривается сторонами и заявлена предпринимателем как убытки. Несмотря на то, что возможность соотнести указанную стоимость доставленной воды и тариф на ХВС, утверждаемый регулирующим органом нормативно, у суда имелась, оценка данным обстоятельствам не дана вопреки требованиям процессуального законодательства и указаниям суда кассационной инстанции в постановлении от 15.03.2023.

Суд апелляционной инстанции указанные нарушения не устранил, ограничившись ссылкой на то, что спорный объект был отключен от централизованной системы водоснабжения 06.06.2021 согласно акту от 03.07.2021.

Также судебная коллегия также не может согласиться с данной судом первой инстанции оценкой правомерности и обоснованности представленных истцом расчетов упущенной выгоды.

При оценке размера недополученного дохода, суд первой инстанции указал на отсутствие достоверных доказательств его получения истцом за предшествующий период. В частности суд посчитал, что неуказание в патентах на применение патентной системы налогообложения такого вида деятельности как мойка автомобилей в период с 01.01.2021 по 01.04.2021, исключают легальность оказания данного вида услуг, поэтому даже при наличии в материалах дела договоров на обслуживание автомобилей размер упущенной выгоды предпринимателя от приостановления деятельности автомойки в период с 07.06.2021 по 30.09.2021 является не доказанным.

Данные выводы сделаны судом без учета положений подп. 17 п. 3 ст. 346.43 Налогового кодекса Российской Федерации и имеющегося на тот момент у предпринимателя патента на техническое обслуживание и ремонт автотранспортных средств, а также договоров с хозяйствующими субъектами, в том числе администрацией г.Советская Гавань, на оказание услуг на техническое обслуживание, в том числе мойку автомобилей.

В соответствии с «ОК 029-2014 (КДЕС Ред. 2) Общероссийский классификатор видов экономической деятельности» (утв. приказом Росстандарта от 31.01.2014 № 14-ст) к техническому обслуживанию и ремонту автотранспортных средств (код 45.20) относятся в том числе мойка и полировка автотранспортных средств.

Также истец заявлял об упущенной выгоде в связи с приостановлением деятельности по производству хлебобулочных и мучных кондитерских изделий, представив, соответствующие патенты на ее ведение и расчет прибыли, который является средним (типичным) для данного лица, а также первичная документация за предшествующий период.

Данные доказательства суд не признал достоверно свидетельствующими о реальном получения выручки от продажи хлебобулочных и мучных кондитерских изделий в период с 01.01.2021 по 31.05.2021. Кроме того, отчисление истцом взносов в ФСС, ПФР и НДФЛ за работников в период с января 2021 по сентябрь 2021 года по выводу суда опровергает доводы о приостановлении производственной деятельности. Между тем указное обстоятельство лишь свидетельствует о сохранении работодателем работникам заработной платы, что возможно даже в случае простоя (статья 216.1 Трудового кодекса Российской Федерации) и не равнозначно приостановлению конкретных производственных процессов (выпуска хлебобулочных и кондитерских мучных изделий; мойки автомобилей) при оказании иных услуг.

Также судом отклонен расчет истца, основанный на учете среднего дохода потерпевшего, как не подтвержденный достоверными доказательствами. Вместе с тем сам факт производства и реализации хлебобулочных и мучных кондитерских изделий предпринимателем в период, предшествующий приостановлению ответчиком водоснабжения зданий № 20, 20А по улице Киевская, не являлся спорным; имеющиеся в материалах дела товарные накладные содержат сведения о реализации истцом третьем лицу оптовых партий товара.

В соответствии с пунктом 2 статьи 15 Гражданского кодекса под упущенной выгодой понимаются неполученные доходы, которые лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено.

В обоснование размера упущенной выгоды кредитор вправе представлять не только доказательства принятия мер и приготовлений для ее получения, но и любые другие доказательства возможности ее извлечения. Размер подлежащих возмещению убытков, включая упущенную выгоду, определяется судом с учетом всех обстоятельств дела исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению обязательства (пункты 4 - 5 статьи 393 Гражданского кодекса, пункты 3 - 5 постановления Пленума № 7).

Поскольку упущенная выгода представляет собой неполученный доход, то, как указано в пункте 14 постановления Пленума № 25, при разрешении споров, связанных с ее возмещением, следует принимать во внимание, что ее расчет, представленный истцом, как правило, является приблизительным и носит вероятностный характер. Это обстоятельство само по себе не может служить основанием для отказа в иске.

Как следует из приведенных положений, объективная сложность доказывания убытков, в том числе в форме упущенной выгоды, их размера, равно как и причинно-следственной связи, не должна снижать уровень правовой защищенности участников экономического оборота при необоснованном посягательстве на их права.

Отказ в иске о возмещении упущенной выгоды не может быть основан на том, что истец (потерпевший) не представил доказательства, которые бы подтверждали получение дохода в будущем не с вероятностью, а с безусловностью.

Кредитору (потерпевшему), заявляющему о возникновении упущенной выгоды в связи с осуществлением им той или иной экономической деятельности необходимо доказать, что в рамках указанной деятельности у него имелась как таковая возможность получения дохода в определенном размере, а поведение ответчика явилось адекватной причиной, в связи с наступлением которой указанная возможность не могла быть реализована (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 02.10.2023 № 305-ЭС23-10752, от 15.06.2023 № 305-ЭС23-157, от 06.02.2023 № 305-ЭС22-15150 и др.).

Так, если предназначенное для коммерческого использования имущество принадлежит лицу (находится в его законном владении и пользовании), осуществляющему предпринимательскую или иную экономическую деятельность, то предполагается, что при обычном развитии событий такое лицо, действуя разумно и предусмотрительно, сделало бы необходимые приготовления к началу использования имущества в своей деятельности и, следовательно, доход от ее ведения мог быть получен, по крайней мере, в размере, который является средним (типичным) для данного лица.

Исходя из изложенного, допустимым является не только расчет упущенной выгоды, учитывающий сделанные истцом приготовления к использованию имущества для исполнения конкретных договорных обязательств перед третьими лицами, но и расчет, основанный на учете среднего дохода потерпевшего, извлекаемого им при обычных условиях гражданского оборота, поскольку в последнем случае сумма упущенной выгоды является установленной с разумной степенью достоверности.

При этом причинитель вреда не лишен права представить доказательства того, что в действительности упущенная выгода не была бы получена потерпевшим, либо получена в меньшем размере.

Поскольку суд первой инстанции формально отклонил приведенный истцом расчет, в том числе по мотиву отсутствия причинно-следственной связи между неправомерными действиями ответчика и несением предпринимателем затрат на восстановление нарушенного права и не в полной мере исследовал все фактические обстоятельства и доказательства, обжалуемые судебные акты нельзя признать законными и обоснованными.

Допущенные судами нарушения норм материального права, правил оценки доказательств, предусмотренных статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, по существу спора повлекли неполное исследование всех значимых для дела обстоятельств, которые, исходя предмета и оснований иска, входят в предмет доказывания (статьи 6, 8, 9, 168, 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) и не могут быть устранены судом кассационной инстанции, поскольку для этого требуется установление фактических обстоятельств дела посредством исследования и оценки доказательств.

Такими полномочиями суд кассационной инстанции в силу статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не наделен, в связи с чем решение и постановление судов первой и апелляционной инстанций подлежат отмене согласно пункту 3 части 1 статьи 287, частей 1 и 2 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с направлением дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции в ином судебном составе.

При новом рассмотрении дела суду первой инстанции следует учесть изложенное в настоящем постановлении и постановлении суда округа от 15.03.2023 в соответствии с частью 2.1 статьи 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации; всесторонне исследовать все заявленные доводы и возражения участвующих в деле лиц и представленные ими доказательства; разрешить спор при должном применении норм материального и процессуального права и распределить судебные расходы по уплате государственной пошлины (в том числе за рассмотрение кассационной жалобы).

В связи с окончанием кассационного производства меры по приостановлению исполнения обжалуемых судебных актов, принятые на основании определения Арбитражного суда Дальневосточного округа от 19.07.2024, подлежат отмене (часть 4 статьи 283 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 126 Регламента арбитражных судов, утвержденного постановлением Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 05.06.1996 № 7, при принятии постановления по существу спора суд кассационной инстанции отменяет приостановление исполнения судебных актов и производит возврат заявителю денежных средств, зачисленных на депозитный счет суда в качестве встречного обеспечения в порядке статьи 283 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (пункт 5 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2014), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 24.12.2014).

Поскольку обеспечение возмещения ООО «Управдомус-ДВ» возможных убытков (встречное обеспечение) в размере 2 198 750 руб. было внесено на депозитный счет Арбитражного суда Дальневосточного округа индивидуальным предпринимателем ФИО5 (жена ФИО1) по поручению ФИО1, суд считает возможным возвратить указанные денежные средства индивидуальному предпринимателю ФИО5 на счет, с которого произведено списание средств.

Руководствуясь статьями 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Дальневосточного округа

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Хабаровского края от 17.11.2023, постановление Шестого арбитражного апелляционного суда от 26.02.2024 по делу № А73-1865/2022 отменить, дело направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Хабаровского края в ином судебном составе.

Приостановление исполнения обжалуемых по делу судебных актов, принятое определением Арбитражного суда Дальневосточного округа от 19.07.2024 № Ф03-1358/2024, отменить.

Возвратить индивидуальному предпринимателю ФИО5 (ОГРНИП <***>, ИНН <***>) денежные средства в размере 2 198 750 руб., перечисленные по поручению ФИО1 на депозитный счет Арбитражного суда Дальневосточного округа платежным поручением от 12.07.2024 № 600.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий судья С.Ю. Лесненко


Судьи В.Г. Дроздова

Е.Н. Захаренко