Постановление от 23 января 2024 г. по делу № А50-24107/2021

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-6201/2023(2,3)-АК

Дело № А50-24107/2021
23 января 2024 года
г. Пермь


Резолютивная часть постановления объявлена 17 января 2024 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 23 января 2024 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Шаркевич М.С.,

судей Плаховой Т.Ю., Чухманцева М.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии:

ФИО2, паспорт,

от конкурсного управляющего: ФИО3, паспорт, доверенность от 09.10.2023,

от ООО «НОВАТЭК-Пермь»: ФИО4, паспорт, доверенность от 01.01.2023,

в отсутствие иных лиц, участвующих в споре,

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в заседании суда апелляционную жалобу кредитора общества с ограниченной ответственностью «НОВАТЭК-Пермь», конкурсного управляющего Шелеманова Михаила Александровича

на определение Арбитражного суда Пермского края от 12 октября 2023 года

об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2, ФИО6, общества с ограниченной ответственностью «Дом»,

вынесенное в рамках дела № А50-24107/2021

о признании общества с ограниченной ответственностью «Мой дом» (ОГРН <***>, ИНН <***>) несостоятельным (банкротом),

установил:

Решением Арбитражного суда Пермского края от 21.03.2022 ООО «Мой дом» (далее – должник) признано несостоятельным (банкротом) и в отношении него открыто конкурсное производство, исполняющим обязанности конкурсного управляющего должника назначен ФИО7.

Определением от 05.04.2022 конкурсным управляющим должника утвержден ФИО5.

05.04.2023 от конкурсного управляющего в Арбитражный суд Пермского края поступило заявление о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности.

08.08.2023 в суд поступило ходатайство об уточнении требований, в котором конкурсный управляющий просил:

- привлечь к участию в деле в качестве соответчиков ФИО6, ООО «Дом» (ИНН <***>);

- признать доказанным наличие оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по ст. ст. 61.11, 61.12 Закона о банкротстве;

- установить размер субсидиарной ответственности ФИО2, ФИО6 по основанию за несвоевременную подачу заявления о признании должника банкротом в размере 8 621 858 руб.;

- приостановить производство по рассмотрению заявления конкурсного управляющего о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по основаниям за непередачу конкурсному управляющему бухгалтерской и иной документации должника, невозможность полного погашения требований кредиторов до окончания взыскания конкурсным управляющим дебиторской задолженности и расчетов с кредиторами.

Ходатайство об уточнении требований удовлетворено судом в порядке ст. 49 АПК РФ.

Определением суда от 12.10.2023 (резолютивная часть от 10.10.2023) в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с вынесенным определением, кредитор ООО «НОВАТЭК-Пермь» и конкурсный управляющий ФИО5 обратились с апелляционными жалобами, в которых просят указанный судебный акт отменить.

ООО «НОВАТЭК-Пермь» просит направить дело на новое рассмотрение. Ссылается на то, что признаки неплатежеспособности у должника возникли в 2019 году, между тем, должник с мая 2019 по май 2021 года продолжал убыточную деятельность и наращивал задолженность перед кредиторами (с 1,5 млн.руб. до 8,2 млн.руб.). По мнению апеллянта, своевременное обращение в арбитражный суд с заявлением должника не позднее 01.06.2019 позволило бы предотвратить принятие новых обязательств обществом на сумму более 9 млн.руб., составляющих в настоящее время объем реестра. Отмечает, что судом не дана оценка ни одному из доказательств и доводов, представленных конкурсным управляющим и кредитором о том, что в данном случае ФИО2, являясь руководителем общества, и ФИО6, будучи участником и главным бухгалтером, не могли проигнорировать отрицательные показатели отчетности, в связи с чем, действуя разумно и добросовестно, должны были принять меры по обращению в суд с заявлением должника либо представить документально обоснованный план выхода общества из состояния финансового кризиса. Выводы суда основаны исключительно на устных доводах ответчиков без представления достоверных и относящихся к делу доказательств, в том числе письменных документов, подтверждающих их добросовестное поведение. Указывает, что судом также не дана оценка факту создания 10.06.2019 года ФИО2 и ФИО6 ООО «Дом», именно в тот момент, когда у должника ООО «Мой дом» появилась обязанность по обращению в суд с заявлением о собственном банкротстве. Полагает, что конкурсный управляющий привел убедительные доводы о том, что ООО «Дом» фактически является «переводом бизнеса» от ООО «Мой Дом», и на основании этого подлежит привлечению к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. Оспаривает выводы суда относительно факта объективного банкротства. Также считает, что нарушение со стороны ФИО2 обязанности по передаче конкурсному управляющему бухгалтерской и иной документации должника лишило последнего возможности исполнить обязанности по выявлению дебиторской задолженности, что в свою очередь повлекло невозможность формирования конкурсной массы должника и удовлетворения требований кредиторов. Более того, полагает, что в результате бездействия единоличного исполнительного органа должника, выразившегося в не предъявлении требований о взыскании дебиторской задолженности (по которой в большей части пропущен срок исковой давности), должник лишился единственного актива.

Конкурсный управляющий просит удовлетворить требования о привлечении к субсидиарной ответственности. Указывает аналогичные основания для отмены определения суда.

От ФИО2 и ФИО6 поступили письменные отзывы на апелляционные жалобы об отказе в их удовлетворении.

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.12.2023 судебное разбирательство отложено на 17.01.2024, конкурсному управляющему и ФИО2 предложено представить дополнительные документы и пояснения.

До судебного заседания во исполнение определения суда от ФИО2 поступили письменные пояснения с приложением дополнительных документов: экспертного заключения Министерства тарифного регулирования на водоснабжение и теплоснабжение за 2016-2018 гг, начисление на лицевые счета по предприятию ООО «Дом», справки Главного Управления Федеральной службы судебных приставов по Кунгурскому, Кишертскому и Березовскому районам о поступлении для исполнения судебных приказов и взысканных суммах за 2016-2021 гг, реестр поданных заявлений по ООО «Мой Дом» с 01.05.2021.

Конкурсный управляющий направил ходатайство о приобщении к материалам дела справки о дебиторской задолженности, срок для взыскания которой истек на дату введения конкурсного производства; бухгалтерские балансы за 2017-2019 гг, 2018-2020 гг, 2021 г.

Дополнительные документы приобщены к материалам дела.

В судебном заседании представители конкурсного управляющего и ООО «НОВАТЭК-Пермь» доводы апелляционных жалоб поддержали; ФИО2 против доводов апелляционных жалоб возражал по мотивам, изложенным в отзыве.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные о месте и времени судебного заседания надлежащим образом, явку своих представителей в суд апелляционной инстанции не обеспечили. В соответствии с частью 3 статьи 156, статьей 266 АПК РФ неявка лиц, участвующих в деле, не является препятствием для рассмотрения апелляционной жалобы в их отсутствие.

Законность и обоснованность судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ в пределах доводов апелляционных жалоб.

Как следует из материалов дела, решением суда от 21.03.2022 ООО «Мой дом» признано несостоятельным (банкротом) и в отношении него открыто конкурсное производство, исполняющим обязанности конкурсного управляющего должника назначен ФИО7

Определением от 05.04.2022 конкурсным управляющим должника утвержден ФИО5

Согласно представленной в материалы дела выписке из Единого государственного реестра юридических лиц ООО «Мой дом» зарегистрировано в качестве юридического лица Межрайонная инспекция Федеральной налоговой службы № 17 по Пермскому краю 21.02.2014, присвоен ОГРН <***>.

Основным видом деятельности должника является - управление недвижимым имуществом за вознаграждение или на договорной основе.

Учредителями (участниками) ООО «Мой дом» являются: ФИО8, ФИО6, ФИО9, ФИО2 с размером доли 25% у каждого.

Директором общества являлся ФИО2

Конкурсный управляющий указывает, что по состоянию на апрель 2023 года в реестр требований кредиторов должника включены требования на сумму 9 407 073,53 руб., задолженность по текущим обязательствам составляет 95 120 руб.

По мнению конкурсного управляющего, директор должника ФИО2 подлежит привлечению к субсидиарной ответственности за не исполнение обязанности по обращению с заявлением о признании должника банкротом, не передачу конкурсному управляющему бухгалтерской и иной документации должника, не возможность взыскания дебиторской задолженности, непринятие мер по её взысканию, перевод бизнеса.

Также конкурсный управляющий просит привлечь к субсидиарной ответственности ФИО6, которая являлась бухгалтером должника, и ей известно было о наступлении признаков неплатежеспособности, являясь также учредителем должника не инициировала вопрос о созыве общего собрания для решения вопроса об обращении с заявлением о признании должника банкротом. Кроме того, указывает, что ФИО6 совместно с ФИО2 10.06.2019 создали ООО «Дом», что свидетельствует о переводе бизнеса.

Конкурсный управляющий считает, что ООО «Дом» также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, поскольку на данное лицо был переведен бизнес должника, данное общество получало за должника задолженность, является действующим юридическим лицом.

Суд первой инстанции, проанализировав представленные в материалы дела доказательства, пришел к выводу об отсутствии оснований для привлечения названных выше лиц к субсидиарной ответственности по заявленным основаниям.

Исследовав имеющиеся в деле доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, проанализировав нормы материального и процессуального права, оценив доводы апелляционных жалоб, отзывов, заслушав лиц, участвующих в деле, суд апелляционной инстанции оснований для отмены определения суда не усматривает.

Согласно пункту 1 статьи 223 АПК РФ, статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Как было указано выше, конкурсный управляющий просит привлечь ФИО2 (директор) и ФИО6 (бухгалтер, учредитель с долей участия 25%) за неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения).

Согласно пункту 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона о банкротстве, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых данным Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

В пункте 8 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 13.04.2016, разъяснено, что существенная и явная диспропорция между обязательствами и активами по сути несостоятельного должника и неосведомленностью об этом кредиторов нарушают права последних. В связи с этим для защиты имущественных интересов кредиторов должника введено правовое регулирование своевременного информирования руководителем юридического лица его кредиторов о неплатежеспособности (недостаточности имущества) должника. Невыполнение руководителем требований закона об обращении в арбитражный суд с заявлением должника при наступлении обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве, влечет неразумное и недобросовестное принятие дополнительных долговых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов и, как следствие, убытки для них. В этом случае одним из правовых механизмов, обеспечивающих удовлетворение требований таких кредиторов при недостаточности конкурсной массы, является возможность привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в соответствии с пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве.

Исходя из изложенного, целью правового регулирования, содержащегося в пункте 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, является предотвращение вступления в правоотношения с неплатежеспособной (несостоятельной) организацией (должником) контрагентов в условиях сокрытия от них такого состояния должника.

Пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве определено, что руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством;

в иных случаях, предусмотренных Законом о банкротстве.

Пунктом 9 Постановления № 53 предусмотрено, что обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

В силу указанных норм права и разъяснений их применения, при установлении оснований для привлечения руководителя к субсидиарной ответственности в связи с нарушением обязанности по подаче заявления о признании должника банкротом значимыми являются следующие обстоятельства:

- возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве:

- момент возникновения данного условия;

- факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия;

- объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Неплатежеспособность по смыслу статьи 2 Закона о банкротстве определяется ситуацией, когда прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызвано недостаточностью денежных средств. При этом признаки неплатежеспособности или недостаточности имущества должны носить объективный характер.

Заявитель должен доказать не просто существование у должника задолженности перед кредиторами, а наличие оснований, обязывающих руководителя обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом.

Конкурсный управляющий полагает, что признаки неплатежеспособности возникли у должника не позднее 30.04.2019, ввиду того, что в соответствии с судебными актами по делам №№А50-13820/2019, А50-17296/2019 у должника возникла задолженность перед кредитором ООО «НОВАТЭК-Пермь» за март-апрель 2019 года в размере 1 162 368,10 руб. В связи с чем, обязанность по обращению с заявлением о признании должника банкротом наступила не позднее 01.06.2019.

Кредитор ООО «НОВАТЭК-Пермь» обратился с заявлением о признании должника банкротом 28.09.2021.

За период с 01.06.2019 по 28.09.2021 общество приняло на себя новые обязательства на сумму более 9 млн.руб.

Между тем, из правовой позиции, изложенной в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.04.2013 № 18245/12, Определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.01.2016 № 310-ЭС15-12396, следует, что отождествление неплатежеспособности с неоплатой конкретного долга отдельному кредитору является недопустимым.

Само по себе наличие неисполненных обязательств перед кредиторами не влечет безусловной обязанности руководителя должника обратиться в суд с заявлением о банкротстве должника, а показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче в суд заявления о собственном банкротстве, должны объективно отображать наступление критического для должника финансового состояния, создающего угрозу нарушений прав и законных интересов других лиц, подобными ситуациями могут быть лишение лицензии на право осуществления занимаемой деятельностью, выбытие многоквартирных домов из управления должника и другие аналогичные ситуации, в обязательном порядке отражающие экстраординарность события, после которого продолжение прежней деятельности объективно невозможно.

Именно с возникновением подобных ситуаций закон и связывает необходимость обращения руководителя с заявлением о банкротстве должника.

Согласно разъяснениям Конституционного Суда Российской Федерации в постановлении от 18.07.2003 № 14-П, формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности должника исполнить свои обязательства. Такое превышение не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение отрицательных значений не является основанием для его немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением о банкротстве. Действующее законодательство не предполагает, что руководитель общества обязан обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании общества банкротом, как только активы общества стали уменьшаться, наоборот, данные обстоятельства позволяют принять необходимые меры по улучшению его финансового состояния.

В связи с этим в процессе рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, помимо прочего, необходимо учитывать то, что финансовые трудности в определенный период могут быть вызваны преодолимыми временными обстоятельствами, а также что субсидиарная ответственность является экстраординарным механизмом защиты нарушенных прав кредиторов.

Ухудшение финансового состояния юридического лица не отнесено статьей 9 Закона о банкротстве к обстоятельствам, обязывающим руководителя должника обратиться в арбитражный суд с заявлением должника.

Показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче в суд заявления о собственном банкротстве, должны объективно отображать наступление критического для должника финансового состояния, создающего угрозу нарушения прав и законных интересов других лиц.

ФИО2 и ФИО6 в своих отзывах ссылались на то, что общество «Мой дом» осуществляло деятельность по теплоснабжению, горячему водоснабжению, водоснабжению, водоотведению и содержанию жилья на территории Плехановского и Филипповского сельских поселений, водоснабжению на территории Неволинского и Голдыревского сельских поселений Кунгурского района. Основные потребители – население в поселке, где фактически нет заработка, люди живут на пособия. Именно из-за неплатежеспособности населения возникли неисполненные обязательства. Чтобы не увеличивать задолженность за энергоресурсы (электроснабжение) были расторгнуты договоры на обслуживание сетей водоснабжения и водоотведения, эти услуги стало оказывать ООО «Дом» (участник ФИО2). В 2018 году был расторгнут договор на аренду котельной Филипповского сельского поселения, услугу теплоснабжения стала оказывать другая ресурсоснабжающая организация. В настоящее время общество «Дом» также уже услуги не оказывает. На постоянной основе велась работа с дебиторской задолженностью, направлялись заявления о взыскании задолженности с населения, но из-за отсутствия у населения денежных средств, задолженность перед кредиторами фактически не погашалась. Таким образом, сложилась ситуация, что общество не могло расторгнуть договоры с ресурсоснабжающими организациями, и должно было поставлять ресурсы населению, но при этом фактически не получало от них плату за потребленные ресурсы.

Судом первой инстанции был проанализирован отчет временного управляющего и установлено следующее.

С 01.01.2019 по 31.12.2021 основным видом деятельности ООО «Мой дом» являлось производство, передача и распределение пара и горячей воды (теплоснабжение).

В процедуре наблюдения временным управляющим получены ответы от государственных органов и от должника, на основании представленных документов проведен анализ финансово-хозяйственной деятельности с анализом сделок и заключением о наличии (отсутствии) признаков фиктивного или преднамеренного банкротства.

В части результатов анализа коэффициентов финансово-хозяйственной деятельности сделаны следующие выводы:

– ООО «Мой дом» неплатёжеспособно, у предприятия отсутствует достаточное количество ликвидных активов, позволяющих рассчитаться в приемлемые сроки по своим краткосрочным обязательствам, даже за счет реализации всех имеющихся активов должнику невозможно полностью погасить задолженность перед кредиторами. Платежеспособность предприятия невозможно восстановить в ближайшие шесть месяцев.

– ООО «Мой дом»» финансово зависимо и неустойчиво, предприятие полностью зависит от внешних источников финансирования.

– ООО «Мой дом» нерентабельно, при этом причиной убытков являлась невозможность прибыльной деятельности при существующих тарифах.

По результатам анализа хозяйственной, инвестиционной и финансовой деятельности должника, его положения на товарных рынках сделаны следующие выводы:

1. Доля продукции должника на местном рынке составляла 100%, конкурентов у предприятия не было, и, соответственно, отсутствовало влияние деятельности конкурентов на организацию.

2. Замена поставщиков и потребителей была невозможна.

3. Увеличение цен на продукцию ООО «Мой дом» для повышения прибыли предприятия было невозможно.

4. В связи с отсутствием средств производства и полной остановкой деятельности должника его положение на товарных рынках не влияет на финансовое состояние предприятия.

По результатам анализа активов и пассивов выявлено:

Балансовая стоимость всех активов ООО «Мой дом» на 31.12.2021 по данным бухгалтерского баланса составляет 5858 тыс. руб. Имущество предприятия на 100% состоит из оборотных активов.

Внеоборотные активы использовались в деятельности должника по договорам аренды муниципального имущества с собственником имущества, Администрацией Плехановского сельского поселения. В июне 2021 года по инициативе Администрации Плехановского сельского поселения договоры аренды расторгнуты, деятельность предприятия прекращена.

Предприятие имеет в своем активе незарегистрированный объект недвижимости – административно-производственное здание, расположенное по адресу: <...> на земельном участке с кадастровым номером 59:24:3600101:1009. Примерная стоимость здания может составить 1 500 тыс. руб.

Оборотные активы по состоянию на 31.12.2021 в бухгалтерской отчетности отражены в размере 5 858 тыс. руб. и представлены: – запасами (19 тыс. руб.), – краткосрочной дебиторской задолженностью (5 636 тыс. руб.), – денежными средствами (203 тыс. руб.)

Достоверно установлено наличие дебиторской задолженности в сумме 4 544 тыс. руб. и денежных средств в размере 203 тыс. руб. Таким образом, стоимость оборотных активов ООО «Мой дом» на дату проведения анализа финансово-хозяйственной деятельности следует отразить в сумме 4 747 тыс. руб.

Показатели, используемые для определения возможности восстановления платежеспособности должника, имеют следующие значения.

Балансовая стоимость активов, принимающих участие в производственном процессе, при выбытии которых невозможна основная деятельность должника (основные средства, сырье и материалы) - 0 тыс. руб.

Активы, реализация которых затруднительна или невозможна (сырье и материалы, НДС, дебиторская задолженность, затруднительная к взысканию, прочие оборотные активы) - 19 тыс. руб.

Балансовая стоимость имущества, которое может быть реализовано для расчетов с кредиторами без существенного осложнения или прекращения хозяйственной деятельности – 4 544 тыс. руб.

Имущество, которое может быть реализовано для расчетов с кредиторами, судебных расходов и расходов на выплату арбитражному управляющему (основные средства, наиболее ликвидные и быстрореализуемые активы, готовая продукция) – 6 247 тыс. руб.

Балансовая стоимость всех пассивов ООО «Мой дом» на 31.12.2021 по данным бухгалтерского баланса составляет 5 858 тыс. руб.

Пассивы предприятия представлены собственными средствами и краткосрочными обязательствами.

На 31.12.2021 сумма собственных средств предприятия приняла отрицательное значение – 2 988 тыс. руб., собственные средства представлены: – уставным капиталом в сумме 10 тыс. руб., – непокрытым убытком в сумме 2 998 тыс. руб.

Обязательства должника по данным бухгалтерского баланса на 31.12.2021, составляют 5 636 тыс. руб. Достоверно установлена кредиторская задолженность ООО «Мой дом» в размере 9 407,07 тыс. руб.

В структуре кредиторской задолженности должника по состоянию на 31.12.2021 задолженность перед поставщиками и подрядчиками составляет 100% (7681 тыс. руб.).

На основании анализа можно сделать вывод, что денежных средств от реализации имеющихся у предприятия активов без существенного осложнения или прекращения хозяйственной деятельности будет недостаточно для погашения в полном объёме кредиторской задолженности.

Основные причины неплатёжеспособности ООО «Мой дом»:

1. Превышение расходов должника над выручкой от реализации продукции, связанное с низким размером тарифов, износом основных фондов, большими потерями во время транспортировки воды.

2. Невозможность установления собственной ценовой политики, отсутствие влияния как на цены поставщиков, так и на отпускные цены.

3. Существенное отвлечение оборотных средств на погашение кредиторской задолженности.

4. Неэффективная работа с дебиторами.

Из сводной таблицы по работе с дебиторской задолженностью, представленной конкурсным управляющим в судебном заседании 10.10.2023, следует, что конкурсным управляющим проводятся мероприятия по взысканию дебиторской задолженности, общий размер которой составляет 2 631 416 руб. 37 коп., за период процедуры банкротства в конкурсную массу поступило денежных средств – 376 749 руб. 69 коп. или 14,32%.,что подтверждает доводы ответчиков о низкой платежеспособности населения за поставленные ресурсы.

Принимая во внимание изложенное, суд первой инстанции пришел к верному выводу, что ситуация, при которой общество имеет непогашенную как кредиторскую задолженность перед ресурсоснабжающими организациями, так и дебиторскую задолженностью граждан, является обычной для функционирования данных организаций. В силу сложившихся обстоятельств и сроков оплаты за потребленные ресурсы граждане постоянно имеют просроченную задолженность перед обществом. Указанные обстоятельства не свидетельствуют о наступлении объективного банкротства должника, поскольку характер возникшей задолженности является следствием обычной хозяйственной деятельности общества.

Суд апелляционной инстанции также отмечает, что спецификой деятельности должника по обеспечению жилых домов коммунальными ресурсами является обязательное наличие временного промежутка между возникновением обязательств должника перед ресурсоснабжающими организациями и получением им оплаты коммунальных услуг от конечных потребителей энергоресурсов (собственников жилых помещений), на возникновение подобного дисбаланса влияет и наличие долгов граждан по оплате коммунальных услуг, иными средствами для погашения долга перед кредиторами, за исключением средств собственников жилых помещений, должник не обладает.

Фактически должник является посредником между собственниками жилых помещений и юридическими лицами, оказывающими услуги по предоставлению коммунальных услуг.

Деятельность предприятий, предоставляющих жилищно-коммунальные услуги, к которым относится должник, носит убыточный характер. Поэтому сам по себе признак недостаточности имущества у должника не может свидетельствовать о наступлении обязанности у ответчиков подать заявление о признании общества несостоятельным (банкротом).

Единственные источники финансирования деятельности должника - это платежи за коммунальные услуги от населения и юридических лиц.

Финансовые показатели общества, занимающегося управлением жилым фондом, в обязательном порядке характеризуются наличием дебиторской задолженности населения и кредиторской задолженности поставщиков коммунальных ресурсов. При этом для стабильно действующей и эффективно управляемой управляющей компании такие показатели будут являться сопоставимыми, а ситуация, при которой размер дебиторской задолженности населения перед управляющей компанией соотносим с кредиторской задолженностью компании, не будет свидетельствовать об убыточности общества, а является типичной для данного вида деятельности.

За финансовые периоды 2018, 2019, 2020, 2021 годы значение размера дебиторской задолженности существенных изменений не претерпевает, так, в 2018 году размер дебиторской задолженности составляет 6 831 тыс. руб., в 2019 году – 6 112 тыс. руб., в 2020 году – 6 260 тыс. руб., в 2021году – 5 635 тыс. руб. Размер кредиторской задолженности в 2018 году равен 4 892 тыс. руб., в 2019 году – 8 210 тыс. руб., в 2020 году – 8 815 тыс. руб., в 2021 году – 8 747 тыс. руб.

Данные бухгалтерской отчетности в настоящем случае указывают на то, что должником осуществлялась планомерная работа по взысканию дебиторской задолженности, о чем свидетельствует отсутствие существенных изменений в размере дебиторской задолженности по итогам каждого финансового года.

С учетом изложенного выше, специфики деятельности должника, приведенных конкурсным управляющим обстоятельств, положенных в основание требований о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в связи с неисполнением обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) либо по созыву общего собрания участников должника, при наличии у должника актива в виде дебиторской задолженности, недостаточно для безусловного и достоверного вывода о наличии подобной обязанности у руководителя должника либо его участника.

Каких-либо экстраординарных событий, влекущих безусловную обязанность руководителя должника по обращению с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом), в заявлении и апелляционных жалобах не приведено.

Учитывая изложенное, оснований для удовлетворения заявленных требований в данной части не имеется.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в том числе в ситуации, когда документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы

В соответствии со статьей 129 Закона о банкротстве с даты утверждения конкурсного управляющего он осуществляет полномочия руководителя должника и иных органов управления должника, принимает в ведение имущества должника, распоряжается его имуществом.

Согласно пункту 1 статьи 13 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» (далее - Закон № 402-ФЗ) бухгалтерская (финансовая) отчетность должна давать достоверное представление о финансовом положении экономического субъекта на отчетную дату, финансовом результате его деятельности и движении денежных средств за отчетный период, необходимое пользователям этой отчетности для принятия экономических решений.

Первичные учетные документы, регистры бухгалтерского учета, бухгалтерская (финансовая) отчетность, аудиторские заключения о ней подлежат хранению экономическим субъектом в течение сроков, устанавливаемых в соответствии с правилами организации государственного архивного дела, но не менее пяти лет после отчетного года (пункт 1 статьи 29 Закона № 402-ФЗ).

Ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта (пункт 1 статьи 7 Закона № 402-ФЗ).

В соответствии с правовой позицией, изложенной в абзаце десятом пункта 24 Постановления № 53 к руководителю должника не могут быть применены презумпции, установленные подпунктами 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если необходимая документация (информация) передана им арбитражному управляющему в ходе рассмотрения судом заявления о привлечении к субсидиарной ответственности. Такая передача документации (информации) не исключает возможность привлечения руководителя к ответственности в виде возмещения убытков, вызванных просрочкой исполнения обязанности, или к субсидиарной ответственности по иным основаниям.

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основании своих требований и возражений.

Как было указано выше, руководителем должника являлся ФИО2

09.01.2023 от конкурсного управляющего в Арбитражный суд Пермского края поступило ходатайство о возложении на бывшего руководителя должника ФИО2 обязанности по передаче конкурсному управляющему имущества и документов согласно перечню.

Определением суда от 11.04.2023 в удовлетворении соответствующих требований конкурсного управляющего отказано.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд принял во внимания пояснения ФИО2 о том, что все имеющиеся у него документы и сведения были преданы конкурсному управляющему по акту. Данные для обслуживания (адреса и ФИО жильцов) были переданы администрациями Неволинского, Голдыревского сельских поселений. Договоры, которые ООО «Мой Дом» заключил с потребителями, были представлены, с недобросовестными потребителями договор заключить не удалось. Судебные приказы в отношении неплательщиков были вынесены, но взыскать с них задолженность через службу судебных приставов не удалось.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 24 Постановления № 53, лицо, обратившееся в суд с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности, должно представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. В свою очередь, привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Таким образом, для привлечения лица к субсидиарной ответственности необходимо установить факт неисполнения обязательства по передаче документации либо отсутствия в ней соответствующей информации, вину субъекта ответственности и причинно-следственную связь между отсутствием документации (несвоевременным предоставлением) и невозможностью формирования конкурсной массы (формирования не в полном объеме) и, как следствие, неудовлетворение требований кредиторов.

При этом приведенные в нормах Закона о банкротстве обстоятельства отсутствия документов бухгалтерского учета и (или) отчетности и прочих обязательных документов должника-банкрота, по сути, представляют собой лишь презумпцию, облегчающую процесс доказывания состава правонарушения с целью выравнивания процессуальных возможностей сторон спора.

Смысл этой презумпции в том, что если лицо, контролирующее должника, привело его в состояние невозможности полного погашения требований кредиторов, то во избежание собственной ответственности оно заинтересовано в сокрытии следов содеянного. Установить обстоятельства содеянного и виновность контролирующего лица возможно по документам должника-банкрота. В связи с этим, если контролирующее лицо, обязанное хранить документы должника-банкрота, скрывает их и не представляет арбитражному управляющему, то подразумевается, что его деяния привели к невозможности полного погашения требований кредиторов.

Таким образом, правонарушение контролирующего должника лица выражается не в самом факте непередачи документации должника конкурсному управляющему, а в его противоправных деяниях, повлекших банкротство подконтрольного им лица и, как следствие, невозможность погашения требований кредиторов.

Само по себе абстрактное указание на затруднения конкурсного управляющего при формировании конкурсной массы должника не может служить достаточным основанием для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по заявленному основанию.

Конкурсный управляющий, действуя разумно, обязан при проведении процедуры воспользоваться возможностью самостоятельно установить экономические показатели деятельности должника, направив соответствующие запросы в налоговый орган, регистрирующие органы, банки и так далее. Данные мероприятия не ставятся в зависимость от передачи либо не передачи документов должником.

Ссылка конкурсного управляющего на не передачу договоров, заключенных с физическими лицами, не свидетельствует о невозможности взыскания дебиторской задолженности. При этом ответчик указывал, что такие договоры фактически не заключались. Обратного не доказано.

Кроме того, суд апелляционной инстанции принимает во внимание и специфику деятельности должника.

Из изложенного следует, что, с учетом структуры бухгалтерского баланса должника, сведения, необходимые конкурсному управляющему для своевременного взыскания дебиторской задолженности, могли быть получены им самостоятельно, непередача соответствующих документов ответчиками влияния на возможность формирования конкурсной массы не оказала, возможность взыскания дебиторской задолженности у конкурсного управляющего имелась.

При этом как уже указывалось выше, из сводной таблицы по работе с дебиторской задолженностью, представленной конкурсным управляющим в судебном заседании 10.10.2023, следует, что конкурсным управляющим проводятся мероприятия по взысканию дебиторской задолженности, общий размер которой составляет 2 631 416 руб. 37 коп., за период процедуры банкротства в конкурсную массу поступило денежных средств – 376 749 руб. 69 коп. или 14,32%.

Таким образом, мероприятия по взысканию дебиторской задолженности конкурсным управляющим проводятся.

При таких обстоятельствах, конкурсным управляющим не доказано, что непередача ФИО2 конкурсному управляющему документов должника нанесла вред имущественным правам кредиторов, поскольку не удалось установить наличие дебиторской задолженности, а также иных ценностей должника, что воспрепятствовало формированию конкурсной массы.

В данном случае, в отсутствие доказательств наличия причинно-следственной связи между непередачей ответчиком документации должника конкурсному управляющему, и невозможностью удовлетворения требований кредиторов должника, оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности за неисполнение обязанности по передаче конкурсному управляющему документации должника не имелось, суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении требований в данной части.

Также в обоснование заявленных исковых требований конкурсный управляющий указывает на совершение ответчиками действий, повлекших невозможность удовлетворения требований кредиторов: непринятие мер по взысканию дебиторской задолженности, создание ООО «Дом» (ИНН <***>) с аналогичным видом деятельности.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, выразившихся в причинении существенного вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В соответствии с пунктом 16 Постановления № 53 под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 23 Постановления № 53, согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.).

Оценив представленные в материалы дела доказательства, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о необоснованности доводов о том, что руководителем должника велась ненадлежащая работа по взысканию дебиторской задолженности.

Так, согласно представленной в материалы дела информации от отдела судебных приставов по Кунгурскому, Кишертскому и Березовскому районам ГУ ФССП по Пермскому краю в период с 2016 по 2021 год на исполнении находилось 319 исполнительных производств на сумму 5 971 945,57 руб., 142 исполнительных производства на сумму 1 670 676,59 руб. окончены фактическим исполнением.

С учетом предоставленных сведений, данных бухгалтерской отчетности, которые указывает на проведение руководителем должника планомерных мероприятий по работе с дебиторской задолженностью, а также с учетом пояснений руководителя должника о неудовлетворительном финансовом состоянии потребителей энергоресурсов, предоставленных конкурсным управляющим сведений о наличии дебиторской задолженности, срок исковой давности которой истек на дату введения конкурсного производства, недостаточно для вывода о том, что именно бездействие руководителя должника явилось причиной истечения соответствующего срока и, соответственно, привело к невозможности удовлетворения требований кредиторов в соответствующей части.

В отношении доводов конкурсного управляющего о том, что ФИО2 и ФИО6 в момент наступления признаков неплатежеспособности должника 10.06.2019 создали ООО «Дом» с аналогичным видом деятельности, то есть осуществили «перевод» бизнеса, апелляционный суд пришел к следующему.

Как поясняет ФИО2 решение о создании другого предприятия принято после того, как в 2018 году после смены главы Филипповского сельского поселения с предприятием ООО «Мой Дом» был расторгнут договор на аренду котельной Филипповского сельского поселения, услугу теплоснабжения стала оказывать другая ресурсоснабжающая организация и тариф им был увеличен второй раз за год. На основании того, что при смене компании тариф может быть увеличен, было принято решение создать другую компанию (так как предприятию ООО «Мой Дом» тариф утверждали методом индексации, а не экономически обоснованным методом, из-за этого предприятие несло большие убытки и увеличивалась задолженность перед поставщиками энергоресурсов). Между тем при разработке тарифа и обращении в Министерство тарифного регулирования и энергетики Пермского края тариф остался прежним. Руководство ОАО «Новатэк-Пермь» было извещено о том, что услуги водоснабжение и водоотведение будут переведены в другое предприятие (ездили в ОАО «Новатэк-Пермь»). На тех должников, которые были должны предприятию ООО «Мой Дом» за услуги водоотведение и водоснабжение были поданы документы для вынесения судебного приказа для принудительного взыскания задолженности. Предприятие ООО «Дом» также прекратило свою деятельность в 2021 году, так как также стали расти убытки в связи с неплатежеспособностью населения. В данный момент ведется претензионная работа по взысканию задолженности.

Данные пояснения лицами, участвующими в деле, не опровергнуты.

Конкурсным управляющим не доказано, передавалось ли какое-либо имущество, принадлежащее должнику, новому юридическому лицу, без которого деятельность должника стала невозможной, либо передавались обязательства по сделкам с контрагентами, от которых должник получал стабильный доход, также не установлено и то, что полученные от населения денежные средства были направлены на развитие нового бизнеса в ущерб должнику, а создание нового общества было обусловлено целью уклонения от оплаты кредиторской задолженности.

Из имеющихся в материалах дела доказательств не усматривается, что невозможность погашения требований перед кредиторами обусловлена созданием нового общества.

Доводы о том, что задолженность перед должником включалась в выставляемые ООО «Дом» квитанции и выплачивалась населением, вновь созданному юридическому лицу документально не подтверждены.

При изложенных обстоятельствах, оснований для привлечения ФИО2, ФИО6, ООО «Дом» к субсидиарной ответственности по данному основанию у суда первой инстанции также не имелось.

Ссылка апеллянта на то, что новым концессионером не допускается возникновение просроченной задолженности перед кредитором, правового значения для рассматриваемого спора не имеет; в отсутствие в поведении ответчиков признака противоправности основанием для привлечения их к субсидиарной ответственности по обязательствам должника не является. Кроме того, данный довод в суде первой инстанции не заявлялся и предметом его оценки не являлся, в связи с чем не подлежит рассмотрению судом апелляционной инстанции.

В целом доводы апеллянтов, не содержат фактов, которые не были бы проверены и учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта либо опровергали выводы суда первой инстанции. В связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными, не влекущими отмену оспариваемого определения.

Иных доводов, основанных на доказательственной базе, апелляционные жалобы не содержит, доводы жалоб выражают несогласие с ними и в целом направлены на переоценку доказательств при отсутствии к тому правовых оснований, в связи с чем, отклоняются судом апелляционной инстанции.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьи 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

При изложенных обстоятельствах, определение суда отмене (изменению) не подлежит, в удовлетворении апелляционных жалоб следует отказать.

При обжаловании определений, не предусмотренных в подпункте 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, уплата государственной пошлины не предусмотрена, государственная пошлина при подаче апелляционной жалобы заявителем не уплачивалась.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Пермского края от 12 октября 2023 года по делу № А50-24107/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия через Арбитражный суд Пермского края.

Председательствующий

М.С. Шаркевич

Судьи

Т.Ю. Плахова

М.А. Чухманцев