Постановление от 12 марта 2025 г. по делу № А40-264129/2022

ПОСТАНОВЛЕНИЕ


г. Москва

13.03.2025

Дело № А40-264129/2022


Резолютивная часть постановления объявлена 06.03.2025

Полный текст постановления изготовлен 13.03.2025


Арбитражный суд Московского округа

в составе: председательствующего-судьи Калининой Н.С.,

судей: Каменецкого Д.В., Трошиной Ю.В.

при участии в заседании:

от ФИО1: ФИО2, дов. от 31.07.2021,

от ФИО3: ФИО4, дов. от 05.12.2023,

рассмотрев 06 марта 2025 года в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1

на определение Арбитражного суда города Москвы

от 11 сентября 2024 года

постановление Девятого арбитражного апелляционного суда

от 07 ноября 2024 года

о признании недействительными договоров займа и залога от 18.04.2019, дополнения к договору займа от 03.07.2020, отказе во включении требования ФИО1 в реестр требований кредиторов должника,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО5,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от 02.08.2023 в отношении ФИО5 введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим должника утвержден ФИО6.

В Арбитражный суд города Москвы 03.04.2023 поступило заявление ФИО1 о включении требования в размере 71 072 000 руб. в реестр требований кредиторов должника.

В арбитражный суд 24.04.2023 поступило заявление финансового управляющего о признании недействительной сделкой дополнение от 03.07.2020 к договору займа от 18.04.2019, заключенное между ФИО5 и ФИО1, применении последствий недействительности сделки.

В арбитражный суд 17.07.2023 поступило заявление финансового управляющего о признании недействительными сделками договор займа от 18.04.2019 и договор залога от 18.04.2019, заключенные между ФИО5 и ФИО1.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 20.10.2023 вышеперечисленные заявления объединены в одно производство для совместного рассмотрения в рамках дела о банкротстве ФИО5

Определением Арбитражного суда города Москвы от 11.09.2024, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 07.11.2024, заявление финансового управляющего удовлетворено в части признании недействительными сделок - договор займа от 18.04.2019 и договор залога от 18.04.2019, заключенные между ФИО5 и ФИО1, дополнение от 03.07.2020 к договору займа от 18.04.2019, заключенное между ФИО5 и ФИО1. Отказано в части признания недействительной сделкой - платеж наличными денежными средствами, совершенный ФИО5 в пользу ФИО1 26.06.2020 в размере 600 000 руб., и применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ФИО1 в конкурсную массу должника ФИО5 денежных средств в размере 600 000 руб., процентов за пользование чужими денежными средствами в порядке статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации за период с 26.06.2020 по 25.01.2024 в размере 177 701, 71 руб., убытки в размере 201 056 руб. В удовлетворении заявления ФИО1 о включении в реестр требований кредиторов должника суд отказал.

Не согласившись с определением суда первой инстанции и постановлением суда апелляционной инстанции, ФИО1 обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просил обжалуемые судебные акты отменить, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении требований финансового управляющего, а требования о включении в реестр требований кредиторов должника удовлетворить.

В кассационной жалобе заявитель указывает на неправильное применение судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, на несоответствие выводов судов, изложенных в обжалуемых судебных актах фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам.

Заявитель ссылается, что ФИО1 располагал денежными средствами и передал в заем совместно нажитое с супругой имущество. Кроме того, он не является аффилированным или заинтересованным лицом, суды ошибочно применили положения статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, вместо статьи 61.2 Закона о банкротстве. Спор о признании сделок недействительными уже был рассмотрен Хорошевским районным судом города Москвы и в удовлетворении иска отказано.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

До рассмотрения кассационной жалобы по существу в Арбитражный суд Московского округа от ФИО3 поступил отзыв на кассационную жалобу, который приобщен к материалам дела.

В судебном заседании суда кассационной инстанции представитель ФИО1 поддержал доводы кассационной жалобы, представитель ФИО3 по доводам кассационной жалобы возражал.

Иные лица, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует рассмотрению кассационной жалобы в их отсутствие.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, проверив в порядке статей 286, 287, 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам, судебная коллегия кассационной инстанции пришла к следующим выводам.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Как установлено судами и следует из материалов дела, 18.04.2019 должник и ФИО1 заключили договор займа, по которому ФИО1 передал ФИО5 денежный заем в сумме 8 000 000 руб. на срок до 18.08.2019 без установления условия об уплате процентов.

Согласно положениям договора займа от 18.04.2019 заимодавец передает заемщику сумму займа наличными; подтверждением исполнения обязательств заимодавца по передаче денежных средств является расписка, выдаваемая заемщиком в момент получения денежных средств.

Средством обеспечения исполнения заемщиком обязательства по возврату займа являлся залог в пользу заимодавца следующего имущества: подвал, нежилое помещение площадью 262,4 кв. м, кадастровый номер 77:08:0009005:1944, расположенный по адресу: <...>.

Стороны заключили договор залога нежилого помещения от 18.04.2019, по которому ФИО5 передала ФИО1 в залог нежилое помещение площадью 262,4 кв. м, подвал, кадастровый номер 77:08:0009005:1944, расположенное по адресу: <...>. На основании указанного договора 30.04.2019 в Росреестре была зарегистрирована ипотека.

В материалах дела имеется расписка от 18.04.2019, согласно которой ФИО5 получила от ФИО1 Денежные средства в размере 8 000 000 руб.

В счет исполнения обязательства по возврату займа по договору, 26.06.2020 должник уплатила ФИО1 по расписке 600 000 руб.

Впоследствии, 03.07.2020 стороны заключили к договору займа дополнение, по условиям которого должник обязалась уплатить за уже истекший период пользования займом проценты в размере 2 400 000 руб., что составляет 30% от общей суммы займа (8 000 000 руб.).

В связи с тем, что ФИО5 не возвратила сумму займа ФИО1 последний направил в адрес должника претензию с требованием вернуть сумму долга и уплатить проценты за пользование займом, проценты за просрочку исполнения обязательств в соответствии с пунктом 4.2 договора займа (1% за каждый день просрочки).

ФИО1 12.11.2021 обратился в Хорошевский районный суд с исковым заявлением к ФИО5 об обращении взыскания на предмет залога, которое было оставлено без рассмотрения ввиду банкротства должника.

В связи с тем, что заем ФИО5 так и не был возвращен ФИО1 обратился в арбитражный суд с требованием о включении задолженности в реестр требований кредиторов должника.

Финансовый управляющий должника, полагая, что договор займа от 18.04.2019, дополнение от 03.07.2020 к названному договору, договор залога от 18.04.2019, а также платеж ФИО5 в пользу ФИО1 на сумму 600 000 руб. отвечают признакам недействительных сделок. обратился в арбитражный суд с соответствующими заявлениями.

В качестве правового основания требовании? финансовый управляющий указал пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статью 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Финансовый управляющий ссылался на то, что договор займа, дополнения к нему, а также договор залога являются мнимыми сделками, поскольку фактически денежные средства ФИО1 должнику не передавались, а целью совершения данных сделок было искусственное формирования требования «дружественного» кредитора в объеме, превышающем все прочие совокупные обязательства Ембулаевои? М.В.

Частично удовлетворяя требования финансового управляющего и отказывая в удовлетворении требований ФИО1 о включении требований в реестр требований кредиторов должника, суды исходили из следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

По смыслу приведенных норм и разъяснений фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

В то же время для данной категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств.

Судами установлено, что по состоянию на 18.04.2019 у должника имелись неисполненные обязательства перед кредиторами ФИО3 и ФИО7, возникшие из получения авансовых платежей ранее за то же самое нежилое помещение, которое ни одному из них так и не было отчуждено и осталось в собственности должника вместе с полученными за него от обоих кредиторов денежными средствами.

В подтверждение реальности передачи денежных средств по договору займа ФИО1 представил в материалы дела расписку о получении ФИО5 денежных средств в размере 8 000 000 руб.

Проверяя требования ФИО1 в порядке пункта 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 №35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», суды пришли к выводу, что доход ответчика, имевшии?ся к апрелю 2019 года, реально не позволял ему предоставить заем должнику в размере 8 млн.руб.

Отклоняя доводы ФИО1 о том, что выданный заем являлся не его личными накоплениями, а совместно нажитым имуществом с супругой ФИО8, суды учитывали, что из представленных самим же ФИО1 сведений его совокупный доход вместе с совокупным доходом его супруги за период с 2015 по апрель 2019 года составил после вычета НДФЛ сумму порядка 7,8 млн. руб., в то время как расписка составлена на 8 млн. руб.

Таким образом, суды пришли к выводу об отсутствии финансовой возможности ФИО1 предоставить должнику спорный заем, поскольку совокупный доход семьи Б-вых за 4 года составляет сумму меньшую, чем якобы была предоставлена. Учитывая же необходимость осуществления затрат как минимум на базовые потребности, оставшаяся сумма является явно не сопоставимой с размером якобы предоставленного займа.

Суды также принимали во внимание, что условия оспариваемых сделок не являлись рыночными, что свидетельствует о фактической аффилированности сторон.

Как отметили суды, изначально договор займа не содержал условия о размере процентов, подлежащих уплате за пользование займом, однако впоследствии дополнением от 03.07.2020 стороны предусмотрели обязанность ФИО5 уплатить за уже истекший период пользования займом проценты в размере 2 400 000 руб., что составляет 30% от общей суммы займа.

В рассматриваемом случае условия о получении денежных средств за пользование займом за уже истекший период, когда такое условие изначально сторонами не согласовывалось, не являются рыночными, поскольку недоступны обычному участнику рынка.

У должника отсутствовал экономический смысл в заключении договора займа и договора залога, поскольку условия займа и залога являлись заведомо кабальными, а наличие помещения в качестве актива позволяло должнику получить под его залог кредит в банке на существенно более выгодных и разумных условиях.

Относительно платежа должника в пользу ФИО1 на сумму 600 000 руб. суды указали на отсутствие в материалах дела каких-либо доказательств того, что ФИО5 действительно передавала данные денежные средства, как и доказательства, что должник располагал указанной суммой по состоянию на дату получения денежных средств.

Таким образом, исследовав и оценив доводы сторон и собранные по делу доказательства в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь положениями действующего законодательства, установив, что реального движения денежных средств по оспариваемым сделкам от ФИО1 к должнику и от должника к ФИО1 не имелось, а их действия являлись совместными, скоординированными и направленными на искусственное обременение единственного ликвидного актива должника с целью воспрепятствования обращения на него взыскания в период неплатежеспособности должника и его последующего вывода, суды пришли к обоснованному выводу о том, что договор займа, дополнение к нему, а также договор залога подлежат признанию недействительными (ничтожными) по пункту 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, как совершенные лишь для вида, без намерения создать соответствующие им правовые последствия, платеж же наличными денежными средствами, совершенный ФИО5 в пользу ФИО1 26.06.2020 в размере 600 000 руб. не подлежал признанию недействительной сделкой, в связи с отсутствием допустимых доказательств самого факта совершения такой сделки.

Признавая доказанным недействительность договора залога и дополнений к нему, а также договора займа в силу их ничтожности (пункт 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации), у судов не имелось необходимости проверять рассматриваемые сделки на предмет их оспоримости (пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве).

Отказывая в части удовлетворения требований ФИО1 о включении задолженности на сумму 71 072 000 руб. в реестр требовании? кредиторов должника, как обеспеченные залогом, суды принимали во внимание, что данные требования основаны на договорах займа и залога от 18.04.2019 и дополнениях к ним, а с учетом недействительности перечисленных сделок, в связи с их мнимостью, суды пришли к обоснованному выводу о необоснованности требовании? ФИО1, следовательно, они не подлежат включению в реестр требовании? кредиторов должника.

Судебная коллегия суда кассационной инстанции соглашается с выводами судов, не усматривая оснований для их переоценки, поскольку названные выводы в достаточной степени мотивированы, соответствуют нормам права.

Относительно доводов ФИО1 о том, что решением Хорошевского районного суда от 12.10.2022 было отказано в удовлетворении иска ФИО3 и ФИО7 о признании договора займа и договора залога недействительными сделками суд округа отмечает следующее.

В абзаце 2 пункта 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 57 «О некоторых процессуальных вопросах практики рассмотрения дел, связанных с неисполнением либо ненадлежащим исполнением договорных обязательств» разъяснено, что в ходе рассмотрения дела суд исследует указанные обстоятельства, которые, будучи установленными вступившим в законную силу судебным актом, не подлежат доказыванию вновь при рассмотрении иска об оспаривании договора с участием тех же лиц (часть 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Судам также следует иметь в виду, что независимо от состава лиц, участвующих в деле о взыскании по договору и в деле по иску об оспаривании договора, оценка, данная судом обстоятельствам, которые установлены в деле, рассмотренном ранее, учитывается судом, рассматривающим второе дело. В том случае, если суд, рассматривающий второе дело, придет к иным выводам, он должен указать соответствующие мотивы.

В силу положений части 3 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вступившее в законную силу решение суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному гражданскому делу обязательно для арбитражного суда, рассматривающего дело, по вопросам об обстоятельствах, установленных решением суда общей юрисдикции и имеющих отношение к лицам, участвующим в деле.

В то же время, правовая оценка (квалификация) отношений, данная судом общей юрисдикции, не исключает возможности иной правовой оценки тех же отношений арбитражными судами (определение Верховного Суда Российской Федерации от 14.06.2016 № 309-ЭС16-1553). Кроме того, в силу специфики и особенностей дел о банкротстве (часть 1 статьи 223 Кодекса) арбитражный суд обязан вне зависимости от доводов лиц, участвующих в деле о банкротстве, оценить действительность заявленного кредитором требования. Формальный подход при разрешении данного вопроса может повлечь включение в реестр несуществующих требований, и как следствие, нарушение прав и законных интересов независимых конкурсных кредиторов должника.

Наличие вступившего в законную силу решения суда общей юрисдикции не исключает рассмотрение в рамках дела о банкротстве вопроса о соответствии договора займа специальным нормам Закона о банкротстве и нормам Гражданского кодекса. При наличии сомнений в реальности договора займа (статья 170 Гражданского кодекса) арбитражный суд может потребовать от заемщика представления документов, подтверждающих реальность получения денежных средств, в том числе в части операций с этими денежными средствами и их расходованию.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.12.2024 № 40 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие Федерального закона от 29.05.2024 № 107-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)» и статью 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации», арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве, оценивает по существу доводы возражающих лиц об отсутствии долга, если суд по другому спору не устанавливал и не исследовал обстоятельства, на которые ссылаются возражающие лица (например, в связи с признанием иска должником) и которые имеют существенное значение для формирования реестра требований кредиторов в деле о банкротстве (части 2 и 3 статьи 69 Кодекса).

При рассмотрении настоящего спора суды обоснованно отметили, наличие решения Хорошевского районного суда от 12.10.2022 не препятствовало признанию данных сделок недействительными в рамках дела о банкротстве ФИО5, поскольку решение Хорошевского районного суда города Москвы не содержало выводов относительно фактических обстоятельств настоящего обособленного спора, а в качестве мотивировки отказа в удовлетворении исковых требований суд указал на не доказанность реальности правоотношений между ФИО1 и должником, и на неверное, по мнению суда, распределение бремени доказывания, поскольку, по мнению суда, на ответчика ФИО1 не могут быть возложены обязанности по доказыванию наличия возможности предоставить заем в размере 8 000 000 руб., поскольку это нарушит принцип распределения бремени доказывания.

Суд общей юрисдикции не делал вывода о наличии у ФИО1 финансовой возможности предоставить спорный заем, вопроса о реальности правоотношений сторон спорных сделок не разрешал и соответствующих доказательств не оценивал.

В рассматриваемом случае суды обоснованно указали, что представленный ответчиком судебный акт преюдициальным значением обладать не может, поскольку суд общей юрисдикции по существу реальности взаимоотношений между должником и ФИО1 не исследовал и соответствующих доказательств не оценивал.

Доводы кассационной жалобы изучены судом, однако они подлежат отклонению, поскольку данные доводы основаны на неверном толковании норм права, с учетом установленных судом фактических обстоятельств дела.

Оснований, предусмотренных статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, для изменения или отмены обжалуемых в кассационном порядке судебных актов, по делу не имеется.

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 11 сентября 2024 года и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 07 ноября 2024 года по делу № А40-264129/2022 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий-судья                                        Н.С. Калинина


Судьи:                                                                                    Д.В. Каменецкий


                                                                            Ю.В. Трошина