Постановление от 22 июля 2022 г. по делу № А60-64487/2020

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-10976/2021(3)-АК

Дело № А60-64487/2020
22 июля 2022 года
г. Пермь



Резолютивная часть постановления объявлена 19 июля 2022 года.


Постановление в полном объеме изготовлено 22 июля 2022 года.


Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Плаховой Т. Ю.,

судей Чепурченко О.Н., Чухманцева М.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарём судебного заседания ФИО1,

при участии:

от финансового управляющего ФИО2 – ФИО3, доверенность от 11.01.2022, паспорт,

от иных лиц, участвующих в деле – не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу ООО «Терминал»

на определение Арбитражного суда Свердловской области

от 05 мая 2022 года

об отказе в удовлетворении заявления ООО «Терминал» о включении требования в реестр требований кредиторов;

о признании недействительной сделкой договор аренды от 20.12.2016 № 12-2016, заключенный между должником и ООО «Терминал»,

вынесенное в рамках дела № А60-64487/2020

о признании индивидуального предпринимателя ФИО4 (ОГРНИП 316723200105229, ИНН <***>) несостоятельным (банкротом),

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора: ФИО5,

установил:

21.12.2020 в Арбитражный суд Свердловской области поступило заявление ФИО6 о признании индивидуального предпринимателя ФИО4 банкротом в связи с наличием задолженности в размере 1 089 528 руб.

Определением суда от 06.03.2021 заявление ФИО6 признано обоснованным, в отношении ИП ФИО4 введена процедура реструктуризации долгов, финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО2.

20.04.2021 в арбитражный суд поступило заявление ООО «Терминал» о включении требования в размере 1 646 450 руб. в реестр требований кредиторов должника.

Определением суда от 27.04.2021 заявление ООО «Терминал» принято к производству суда, назначено судебное заседание.

01.06.2021 в арбитражный суд поступило заявление финансового управляющего ФИО2 о признании недействительной сделкой договора аренды № 12-2016 от 20.12.2016, заключенного между должником и ООО «Терминал», применении последствий недействительности сделки в виде возврата денежных средств в конкурсную массу должника.

В судебном заседании 02.06.2021 при рассмотрении заявления ООО «Терминал» о включении требования в реестр представитель финансового управляющего ходатайствовал об отложении судебного заседания и объединении обособленных споров в одно производство, ссылаясь на подачу в арбитражный суд заявления об оспаривании сделки должника с ООО «Терминал».

В удовлетворении ходатайства об объединении в одно производство судом отказано, поскольку заявление об оспаривании сделки должника с ООО «Терминал» не принято к производству арбитражного суда.

Определением суда от 08.06.2021 заявление финансового управляющего об оспаривании сделки должника с ООО «Терминал» принято к производству суда, судебное заседание для рассмотрения заявления финансового управляющего назначено к совместному рассмотрению с заявлениемя ООО «Терминал» о включении требования в реестр требований кредиторов должника.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 16.06.2021 ИП ФИО4 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, исполняющим обязанности финансового управляющего имуществом должника утвержден ФИО2

17.09.2021 от должника поступили пояснения по требованию ООО «Терминал», просит признать акты об аренде № 17 от 31.03.2019, № 22 от 30.04.2019, № 33 от 31.05.2019, № 43 от 30.06.2019, № 59 от 31.07.2019, № 72 от 31.08.2019, а также акт сверки по договору аренды № 12-2016 от 20.12.2016 за период 2018 года и акт сверки по договору аренды № 12-2016 от 20.12.2016 за период 9 месяцев 2019 года сфальсифицированными и исключить их из числа доказательств по делу.

20.09.2021 от финансового управляющего в арбитражный суд поступило ходатайство об уточнении требований, просит применить последствия недействительности сделки в виде признания отсутствующей задолженности ФИО4 перед обществом «Терминал» и возврата от обществом «Терминал» в конкурсную массу денежных средств в размере 2 203 710 руб.

Ходатайство принято судом к рассмотрению.

14.01.2022 от финансового управляющего поступило уточнение заявленных требований в части последствий недействительности сделки (просит обязать ответчика возвратить 2 403 710 руб.).

Протокольным определением от 20.01.2022 уточнение принято судом в порядке ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

В судебном заседании 20.01.2022 в целях проверки заявления должника о фальсификации доказательств от 17.09.2021 по ходатайству представителя ООО «Терминал» судом к материалам дела приобщены оригиналы акта сверки за 2018 год и шести актов об аренде.

Определением суда от 27.01.2022 к участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена ФИО5.

Определением суда от 17.02.2022 в удовлетворении заявления должника о фальсификации доказательств отказано, судебное разбирательство отложено.

От финансового управляющего в арбитражный суд 02.03.2022 поступило уточнение требований. Просит применить последствия недействительности сделки в виде признания отсутствующей задолженности ФИО4 перед ООО «Терминал» и возврата денежных средств в размере 3 463 710 руб. от ООО «Терминал» в конкурсную массу ФИО4

Уточнение принято судом в порядке ст. 49 АПК РФ.

В судебном заседании 12.04.2022 представитель финансового управляющего уточнил требование в части последствий признания договора аренды № 12-2016 от 20.12.2016 недействительным - просит в качестве последствий признания сделки недействительной признать отсутствующей задолженность ФИО4 перед ООО «Терминал» и обязании ООО «Терминал» возвратить денежные средства в размере 2 443 710 руб. в конкурсную массу должника.

Уточнение принято судом в порядке ст. 49 АПК РФ.

27.04.2022 от ООО «Терминал» поступил письменный отзыв на уточнение размера заявленного финансовым управляющим требования, в котором просит в удовлетворении заявления финансового управляющего отказать, удовлетворить заявления о включении требований ООО «Терминал» в третью очередь реестра требований кредиторов в размере 1 393 150,00 руб.

Указанные доводы расценены судом как уточнение размера требования, которое принято судом.

В судебном заседании 28.04.2022 кредитор ФИО6 ходатайствовал о приостановлении производства по обособленному спору в части включения требования ООО «Терминал» в реестр требований кредиторов должника.

Рассмотрев заявленное ФИО6 ходатайство, суд отказал в его удовлетворении ввиду отсутствия оснований для выделения требования в отдельное производство, а также приостановления производства по настоящему обособленному спору, предусмотренных ч. 3 ст. 130 и ст. 143 АПК РФ.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 05.05.2022 (резолютивная часть от 28.04.2022) заявление финансового управляющего удовлетворено, признан недействительной сделкой договор аренды от 20.12.2016 № 12-2016, заключенный между должником и ООО «Терминал». В удовлетворении заявления ООО «Терминал» о включении требования в реестр требований кредиторов отказано.

Не согласившись с вынесенным определением, ООО «Терминал» обратилось с апелляционной жалобой, просит определение отменить полностью, разрешить спор по существу, удовлетворить заявление ООО «Терминал» о включении требования в реестр требований кредиторов в размере 1 393 150 руб., ссылаясь на несоответствие выводов суда обстоятельствам спора.

В обоснование жалобы указывает, что судом приняты во внимание только доводы должника, изложенные в письменных объяснениях, о том, что договор аренды кафе «Русская застава» подписывался для того, чтобы создать формальные основания для перечисления денежных средств между ним как индивидуальным предпринимателем и ООО «Терминал»; надлежащим образом пояснения не были проверены судом, тогда как они противоречат не только фактическим обстоятельствам, но и нормам законодательства Российской Федерации. Отмечает, что факт потребности в наличии денежных средств на счете ООО «Терминал» в судебном заседании установлен не был и в обжалуемом решении не мотивирован, письменными доказательствами из материалов дела не подтвержден. По утверждению апеллянта, в составлении договора аренды для упрощения снятия денежных средств со счета ИП ФИО4, предоставления письменного договора аренды в налоговые органы и в банки необходимости не было, при этом судом надлежащей оценки указанных обстоятельств не дано. Полагает сомнительным довод о фактическом управлении деятельностью кафе ООО «Терминал», с учетом того факта, что ФИО4 являлся индивидуальным предпринимателем и одновременно бенефициаром общества. Судом не принято во внимание, что с 04.10.2018 вторым участником ООО «Терминал» с долей в уставном капитале в размере 50% становится ФИО7, и в результате принятия (исполнения) данного определения нарушаются его права и законные интересы.

До начала судебного разбирательства от финансового управляющего поступил письменный отзыв на апелляционную жалобу, согласно которому в удовлетворении жалобы просит отказать, обжалуемое определение оставить без изменения.

Представитель финансового управляющего против доводов апелляционной жалобы возражал по доводам, изложенным в письменном отзыве.

Иные лица, участвующие в деле, извещённые о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы надлежащим образом, в заседание суда апелляционной инстанции не явились, в силу ст.ст.156, 266 АПК РФ жалоба рассмотрена в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным апелляционным судом в порядке, предусмотренном ст.ст. 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела и установлено судом, 20.12.2016 между ООО «Терминал» (арендодатель) в лице директора ФИО8, и индивидуальным предпринимателем ФИО4, (арендатор) подписан договор аренды нежилого помещения № 12-2016 (далее - договор, договор аренды), по условиям которого арендодатель передает, а арендатор принимает во временное пользование, за плату следующее нежилое помещение – кафе «Русская застава», общей площадью 253,3 кв.м. (в том числе обеденный зал - 77,8 кв.м.), расположенное по адресу: 628335, ХМАО-Югра, Нефтеюганский район, 723-й км автодороги федерального значения Тюмень - Ханты-Мансийск, строение № 2 (п. 1.1 договора).

Согласно п. 1.3 договора помещение будет использоваться арендатором для осуществления деятельности общественного питания.

В соответствии с п. 3.1 договора арендная плата устанавливается в размере 300 руб. за 1 кв.м., и может меняться в зависимости от изменения базового уровня арендной платы. Ежемесячно, не позднее 15 числа текущего месяца арендная плата вносится перечислением на расчетный счет предприятия (п. 3.2 договора).

Кредитор ООО «Терминал» обратился с заявлением о включении требования по арендной плате в реестр требований кредиторов должника, ссылаясь на наличие за период с декабря 2019 по декабрь 2020 года задолженности в размере 1 393 150 руб. (с учетом уточнения от 27.04.2022).

Финансовый управляющий, ссылаясь на то, что сделка – договор аренды нежилого помещения № 12-2016 от 20.12.2016 - является недействительной в силу статьи 10, 168 и 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением.

Рассмотрев заявленные требования, суд первой инстанции пришел к выводу о наличии оснований для удовлетворения заявления финансового управляющего, и отказе в удовлетворении заявления ООО «Терминал».

Исследовав имеющиеся в деле доказательства в порядке ст.71 АПК РФ в их совокупности, проанализировав нормы материального и процессуального права, обсудив доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, апелляционный суд не усматривает оснований для отмены обжалуемого определения по следующим мотивам.

В соответствии со ст. 214.1 Закона о банкротстве к отношениям, связанным с банкротством граждан, применяются правила, установленные параграфами 1.1, 4 главы X Закона о банкротстве, с учетом особенностей, установленных параграфом 2 главы Х Закона о банкротстве.

Исходя из доводов лица, оспаривающего сделку, и имеющихся в деле доказательств суд на основании ч. 1 ст. 133 и ч. 1 ст. 168 АПК РФ самостоятельно определяет характер спорного правоотношения, возникшего между сторонами, а также нормы права, подлежащие применению (дает правовую квалификацию).

В соответствии с п. 1 ст. 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Пунктом 1 ст. 10 ГК РФ установлен запрет на осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки (п. 10 постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)»).

Для установления недействительности договоров на основании ст.ст. 10, 168 ГК РФ необходимо установить факт недобросовестного поведения (злоупотребления правом) обеих сторон оспариваемой сделки.

В п. 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой ГК РФ» указано, что если совершение сделки нарушает запрет, установленный п. 1 ст.10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (п. 1 или 2 ст.168 ГК РФ).

При этом к сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений ст. 10 и п.п. 1 или 2 ст. 168 ГК РФ.

При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (п. 8 указанного постановления Пленума № 25).

Если исходя из доводов оспаривающего сделку лица и имеющихся в деле доказательств суд придет к выводу о наличии иного правового основания недействительности сделки, чем то, на которое ссылается истец (например, п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве вместо ст. 61.3, или наоборот), то на основании ч. 1 ст. 133 и ч. 1 ст. 168 АПК РФ суд должен самостоятельно определить характер спорного правоотношения, возникшего между сторонами, а также нормы права, подлежащие применению (дать правовую квалификацию), и признать сделку недействительной в соответствии с надлежащей нормой права (абзаце четвертый п. 9.1 постановление Пленума ВАС от 23.12.2010 № 63).

В соответствии с п. 2 ст. 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа сделки, применяются относящиеся к ней правила.

В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно. К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (п. 2 ст. 170 ГК РФ). Прикрываемая сделка может быть также признана недействительной по основаниям, установленным ГК РФ или специальными законами (п. 87, 88 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Таким образом, последствием недействительности притворной сделки является применение к отношениям сторон не правил о реституции, а правил той сделки, которую они имели в виду. Реституция в соответствии со ст. 167 ГК РФ может быть применена в этом случае только тогда, когда сделка, которую прикрывает притворная, также недействительна. При оценке сделки выясняется действительная воля ее сторон, цель договора. При этом во внимание принимаются не только содержание договора, но и иные обстоятельства, включая соответствующее поведение сторон. По смыслу ст. 170 ГК РФ, притворные сделки направлены на то, чтобы скрыть действительную волю сторон.

При рассмотрении настоящего спора судом первой инстанции установлено, что ФИО4 на момент совершения оспариваемой сделки (20.12.2016) являлся единственным участником ООО «Терминал».

Должник в своих письменных объяснениях от 02.08.2021 указывает, что договор аренды кафе «Русская застава» подписан для создания формальных оснований для перечисления денежных средств между ним, как индивидуальным предпринимателем, и ООО «Терминал»; учитывая потребность ООО «Терминал» в наличии денег на счете, был составлен договор для формирования оснований получения денег, т.к. при отсутствии договора в письменном виде банки отказывались осуществлять перечисление денег между ИП и юридическим лицом.

Указанное согласуется с объяснениями третьего лица ФИО5 от 24.03.2022, работавшей бухгалтером у ИП ФИО4 и в ООО «Терминал». ФИО5 пояснила, что, несмотря на наличие договора аренды, фактически управление кафе «Русская застава» осуществлялось ООО «Терминал», а договоры аренды заключались формально, для представления, в случае необходимости, в банк или ФНС, для реализации возможности беспрепятственно и просто снимать наличные денежные средства с расчетного счета ИП ФИО4, получаемых им в счет оплаты услуг кафе и автостоянки; часть денежных средств, полученных от клиентов, перечислялись по необходимости обратно в ООО «Терминал» под видом арендной платы.

Вопреки позиции апеллянта, при рассмотрении настоящего спора судом первой инстанции учтено, что с 04.10.2018 вторым участником общества с долей в уставном капитале в размере 50% становится ФИО7.

Фактически ООО «Терминал» в своей жалобе возражает против установленной судом схемы организации деятельности общества, указывая на злоупотребление одним из участников общества ФИО4 своими правами в виде использования помещения без оплаты аренды помещения, при наличии действующего договора аренды.

Вместе с тем из представленных доказательств, а также материалов иного обособленного спора (определение суда от 09.12.2021 об отказе в признании недействительной сделки должника с ФИО9, в котором 15.10.2021 был представлен протокол нотариального осмотра от 06.09.2021 переписки между должником и ФИО8 по вопросу о расходовании вырученных от продажи автомобиля денег) суд установил, что практика ведения бизнеса сохранялась и после вхождения в состав участников общества ФИО7, при ФИО7, после вступления в участники общества, не оспаривал порядок ведения бизнеса, какие-либо действия с его стороны, направленные на изменение данной организации бизнеса, предъявление соучастнику претензий, не предпринимались, что свидетельствует об его согласии с установленным порядком.

Президиум Верховного Суда Российской Федерации в п. 5 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного 29.01.2020, рассматривает частный случай необоснованных требований, связанных со свободным перемещением денежных средств внутри группы.

В настоящем споре судом первой инстанции установлены факты, свидетельствующие о внутригрупповом сальдировании взаимных обязательств (наличие общего для всей группы конечного бенефициара, перемещение активов внутри этой группы, уменьшившее имущественную сферу должника, последующее исполнение обязательства должника членом группы) и обычной природы взаимодействия аффилированных лиц (предполагающей, как правило, скоординированность поведения, максимальный учет интересов друг друга, оптимизацию внутренних долговых обязательств, конфиденциальность информации о внутригрупповых соглашениях).

ООО «Терминал» возражает против указанных выводов, настаивая на наличии именно договорных арендных правоотношений, не оспаривая при этом практику свободного движения денежных средств внутри группы, возникновение у него встречных обязательств перед должником, которые погашались в результате внутригруппового сальдирования взаимных обязательств.

В данном случае ФИО4 не скрывает, что договор аренды заключен формально, фактически арендных правоотношений между ним и принадлежащим ему обществом не было.

Суд первой инстанции исходил из того, что ФИО4 предоставлял обществу займы, которые в последующем возвращались ему, он, как единственный учредитель общества, предпринимал действия по сохранению финансового положения своего общества, в том числе путем финансирования его деятельности (предоставление денежных средств в заем, оплата за общество коммунальных услуг и пр.), при этом сам осуществлял предпринимательскую деятельность.

ФИО4 как единственному участнику общества фактически принадлежали как имущество, так и в целом бизнес данного общества, именно он выступал конечным бенефициаром деятельности общества, с учетом чего и была им организована указанная схема взаимодействия между ним как ИП и обществом, свидетельствующая о ведении совместного бизнеса.

Такого рода отношения характерны для простого товарищества, где каждый из товарищей вносит свой вклад в организацию общего бизнеса.

С учетом представленных в материалы дела доказательств и пояснений, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что оспариваемый договор аренды является притворной сделкой, прикрывающей договор простого товарищества (ст. 1041 ГК РФ), который, по сути, не подразумевал императивной обязанности ИП ФИО4 вносить плату за пользование помещениями кафе «Русская застава».

Оснований для признания прикрываемой сделки недействительной арбитражным судом первой инстанции не усмотрено, поскольку в результате ее совершения не был причинен вред имущественным правам кредиторов. Произведенные должником платежи в пользу ООО «Терминал», подконтрольного ФИО4, не уменьшили его конкурсную массу в связи с одновременным увеличением рыночной стоимости актива должника - доли в уставном капитале ООО «Терминал», которая подлежит реализации в рамках настоящего дела о банкротстве.

Вопреки позиции апеллянта, при рассмотрении настоящего спора судом первой инстанции были исследованы все представленные в материалы дела документы, в том числе представленные ООО «Терминал».

Указывая на нарушение обжалуемым определением прав и законных интересов ФИО7 (второго участника общества), ООО «Терминал» в качестве обоснования нарушений ссылается на непринятие судом во внимание вступление ФИО7 с 04.10.2018 вторым участником общества.

Вместе с тем, при рассмотрении спора судом первой инстанции данное обстоятельство было учтено, ему дана оценка, что отражено в обжалуемом судебном акте и указано ранее в настоящем постановлении.

Иного обоснования нарушения прав ФИО7 как участника ООО «Терминал» в апелляционной жалобе не приведено; из жалобы не усматривается, что в ней выражена позиция ФИО7, который, как установлено ранее, фактически согласился с организацией бизнеса группой лиц, в связи с чем, доводы апелляционной жалобы подлежат отклонению как несостоятельные.

Ввиду изложенных обстоятельств арбитражный суд первой инстанции, с учетом исследования значимых обстоятельств и представленных документов, пришел к обоснованному выводу о наличии оснований для удовлетворения требований финансового управляющего.

Применяя последствия недействительности сделки, суд преследует цель приведения сторон данной сделки в первоначальное положение, которое существовало до ее совершения.

Таким образом, в порядке применения последствий недействительности сделки суд признал отсутствующей задолженность должника перед ООО «Терминал» по указанному выше договору аренды. Следовательно, заявленное кредитором требование является несуществующим, в связи с чем, оснований для удовлетворения заявления ООО «Терминал» о включении требования в реестр требований кредиторов должника у суда не имелось.

С учетом действительности прикрываемой сделки, суд пришел к правомерному выводу об отсутствии оснований для применения последствий недействительности сделки в виде взыскания с ООО «Терминал» ранее уплаченных ИП ФИО4 денежных средств.

Выводы суда соответствуют фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам.

Доводы заявителя апелляционной жалобы фактически сводятся к повторению утверждений, исследованных и правомерно отклоненных арбитражным судом первой инстанции, и не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены обжалуемого судебного акта, поскольку не свидетельствуют о нарушении судом первой инстанции норм материального и процессуального права, а лишь указывают на несогласие заявителя апелляционной жалобы с оценкой судом доказательств.

Таким образом, суд первой инстанции правильно определил юридически значимые обстоятельства, дал правовую оценку установленным обстоятельствам, постановил законное и обоснованное решение. Выводы суда первой инстанции соответствуют обстоятельствам дела. Нарушений норм материального и процессуального права, влекущих отмену решения, судом первой инстанции допущено не было.

Доводы апелляционной жалобы не опровергают выводов решения суда первой инстанции и не содержат указаний на новые имеющие значение для дела обстоятельства, не исследованные судом первой инстанции, в связи с чем, оснований для отмены решения суда первой инстанции по доводам апелляционной жалобы не имеется.

Расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе относятся на её заявителя в соответствии со ст. 110 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 05 мая 2022 года по делу № А60-64487/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.



Председательствующий


Т.Ю. Плахова



Судьи


О.Н. Чепурченко



М.А. Чухманцев