Постановление от 11 октября 2021 г. по делу № А27-2432/2018

СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

улица Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, http://7aas.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

г. ТомскДело № А27-2432/2018

Резолютивная часть постановления объявлена 05 октября 2021 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 11 октября 2021 г.

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующегоСбитнева А.Ю.,

судей:Зайцевой О.О.,

ФИО1

при ведении протокола судебного заседания до перерыва секретарем судебного заседания ФИО2, после перерыва секретарем судебного заседания ФИО3 с использованием аудиозаписи, рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу акционерного общества «Газпромбанк» (07АП-6155/2021(1)) на определение от 25.05.2021 Арбитражного суда Кемеровской области (судья – Васильева Ж.А.) по делу № А27-2432/2018 о несостоятельности (банкротстве) ФИО4 (ИНН <***>, адрес регистрации по месту жительства: улица Орджоникидзе, 48-28, город Новокузнецк),

принятое по заявлению финансового управляющего ФИО5 об оспаривании сделок по приобретению ФИО6 гызы имущества у ООО «Новокузнецкобувьторг» (договор купли-продажи от 16.07.2020), ООО «ПМ и К»(договор купли-продажи от 24.11.2010), а также по его последующему отчуждению ФИО7 (договоры купли-продажи от 01.07.2014 и 03.06.2014) и ФИО8 (договор купли-продажи от 20.10.2017), применении последствий недействительности сделок,

при участии в судебном заседании:

от ФИО4 - ФИО9, доверенность от 28.08.2020;

от ФИО7 - ФИО10, доверенность от 07.04.2020;

ФИО8, лично, паспорт;

от АО «Газпромбанк»» - ФИО11, доверенность от 10.02.2021;

от иных лиц – не явились;

У С Т А Н О В И Л:

в деле о несостоятельности (банкротстве) должника – ФИО4 в Арбитражный суд Кемеровской области обратился финансовый управляющий имуществом должника ФИО5 с заявлением, в котором он с учетом уточнений, просил признать недействительными:

1) договор купли-продажи от 16.07.2010, заключенный между обществом с ограниченной ответственностью (ООО) «Новокузнецкобувьторг» и ФИО6 гызы об отчуждении земельного участка и распложённого на нем здания по адресу: <...>,

2) договор купли-продажи от 24.11.2010, заключенный между ООО «ПМ и К» и ФИО6 гызы, об отчуждении здания, расположенного по адресу: <...>,

3) договор купли-продажи от 01.07.2014, заключенный между ФИО6 гызы и ФИО7, об отчуждении здания, расположенного по адресу: <...>,

4) договор купли-продажи от 03.06.2014, заключенный между ФИО6 гызы и ФИО7, об отчуждении земельного участка и зданий по адресу: <...>/1, 25/2, 25/3, 25/4, 25/5,

5) договор купли-продажи от 20.10.2017, заключенный между ФИО7 и ФИО8, об отчуждении земельного участка и зданий по адресу: <...>/1, 25/2, 25/3, 25/4, 25/5.

Финансовый управляющий просит суд применить последствия недействительности сделок, в виде:

- взыскания с ФИО7 в конкурсную массу должника кадастровую стоимость отчужденного имущества в сумме 18 208 759 руб. 39 коп.;

- взыскания с ФИО7 в конкурсную массу должника кадастровую стоимость отчужденного имущества в сумме 13 786 720 руб. 26 коп.;

- обязания ФИО8 возвратить в конкурсную массу должника: земельный участок, кадастровый номер: 42:29:0101013:597, адрес: установлено относительно ориентира, расположенного в границах участка. Почтовый адрес ориентира: <...>, площадь: 3172 +/- 18 кв. м, здание, кадастровый номер: 42:29:0101013:1348, адрес: <...>, площадь, 456,3 кв. м, здание, кадастровый номер: 42:29:0101013:1284, адрес: <...>, площадь, 64,5 кв. м, здание, кадастровый номер: 42:29:0101013:1279, адрес: <...>, площадь, 64,5 кв. м, здание, кадастровый номер: 42:29:0101013:1280, адрес: <...>, площадь 278 кв. м, здание, кадастровый номер: 42:29:0101013:1283, адрес: <...>, площадь 134 кв. м, здание, кадастровый номер: 42:29:0101013:1298, адрес: <...>, площадь 708,2 кв. м.

Определением от 25.05.2021 Арбитражного суда Кемеровской области заявление финансового управляющего имуществом должника ФИО5 удовлетворил частично:

- признал ничтожными (притворными по субъектному составу) договоры купли-продажи, заключенные 16.07.2010 между ООО «Новокузнецкобувьторг», 24.11.2010 между ООО «ПМ и К» и ФИО6 г., указав, что данные договоры следует считать заключенными 16.07.2010 между ООО «Новокузнецкобувьторг» и ФИО4, 24.11.2010 между ООО «ПМ и К» и ФИО4

- признал недействительным по правилам оспаривания сделок в деле о банкротстве договоры купли-продажи нежилого помещения от 01.07.2014 и от 03.06.2014, заключенные между ФИО6 г. и ФИО7, применить последствия недействительности сделки в виде:

- взыскания с ФИО7 в конкурсную массу должника – ФИО4 18 208 759 руб. 26 коп. действительной стоимости недвижимого имущества по улице Новаторов, 3А в городе Новокузнецке Кемеровской области – Кузбасса, 13 786 720 руб. 26 коп. действительной стоимости недвижимого имущества по улице Лесхозной 25 - 25/5 в городе Новокузнецке Кемеровской области – Кузбасса, всего в размере 31 995 479 руб. 65 коп.

С состоявшимся судебным актом не согласился конкурсный кредитор – акционерное общество (АО) «Газпромбанк» (Банк), обратившийся в Седьмой арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить судебный акт в части отказа в удовлетворении требований.

Апеллянт указывает, что суд первой инстанции необоснованно отклонил доводы о подконтрольности ФИО8 и ФИО7 должнику ФИО4, и о совершении ими сделки в его интересах. Апеллянт полагает, что недобросовестность ФИО8 подтверждается представленными в материалы дела доказательствами и не была опровергнута ответчиками. При этом, выводы суда первой инстанции о том, что факт передачи наличных денег от ФИО8 ФИО7 в оплату спорных объектов нашел свое подтверждение, не соответствуют обстоятельствам дела и доказательствам. В деле отсутствуют доказательства наличия в период совершения сделки у ФИО8 необходимых наличных денег. Источник денежных средств ФИО8 не раскрыт. Также являются ошибочными выводы суда о соответствии цены сделки рыночной стоимости имущества. Согласно отчету оценщика рыночная стоимость спорных объектов составила 6 200 000 руб., тогда как кадастровая стоимость тех же объектов составила 13 786 720,26 руб. При этом, суд не привел мотивов, по которым он принял отчет оценщика в качестве доказательства рыночности сделки при наличии расхождений более чем в два раза. При этом, судом не было принято во внимание, что обе сделки со спорными объектами по ул. Лесхозная 25 - 25/5 совершались в условиях возникновения угрозы обращения на них взыскания по требованиям кредиторов, что в отсутствии иных экономических причин свидетельствует о совершении их с целью избежать их утраты. Это свидетельствует о согласованности действий продавца и покупателя (ФИО7 и ФИО8) и о подчиненности их одному и тому же лицу – должнику.

В отзыве на апелляционную жалобу должник также возражал против определения суда, указав на отсутствие оснований для удовлетворения заявления конкурного управляющего. Должник указывает, что не являлся собственником спорных объектов, об оспариваемых сделках ему не известно. Наличие заинтересованности между ООО «Новокузнецкобувьторг» и должником, миноритарная доля которого составляет 1,8 %, не свидетельствует о подконтрольности организации должнику. ФИО4 полагает, что имущество подлежит возврату в конкурсную массу ООО «Новокузнецкобувьторг».

В отзыве на апелляционную жалобу ФИО7 также указал на несогласие с состоявшимся определением суда, полагает, что у суда отсутствовали основания для выводов о подконтрольности должнику, поскольку ответчик ведет самостоятельную предпринимательскую деятельность. Указывает, что между ним и должником существуют заемные отношения, у должника имеется задолженность в размере 30 000 000 руб. Заключение сделок по заниженной стоимости фактически является формой возврата денежных средств. Здание используется ФИО7 по назначению, здания реконструированы, помещения сданы в аренду, заключены договоры коммунального обслуживания. Ответчику не было известно о неплатежеспособности должника. ФИО7 просит отказать в удовлетворении заявления финансового управляющего имуществом должника.

Рассмотрение дела в порядке статьи 158 АПК РФ откладывалось.

Судом апелляционной инстанции поставлен на обсуждение вопрос о наличии у ФИО8 в период совершения сделки необходимых наличных денежных средств, их источник; ФИО8 предлагалось представить документы, подтверждающие финансовую возможность представить оплату по сделке, в том числе аккумулирования наличных денежных средств в заявленной сумме, а также представить экономическое обоснование приобретения имущества, в том числе источника осведомленности о намерении его продажи.

С отзывом от 07.09.2021 ФИО8 представлены дополнительные доказательства, даны соответствующие пояснения.

От Банка поступили возражения на отзыв ФИО8, в которых апеллянт также указывает на отсутствие надлежащих доказательств, наличия у ответчика денежных средств в сумме 6 200 000 руб., не раскрыт источник их возникновения.

Также в судебном заседании ФИО7 заявлено ходатайство о вызове и допросе в качестве свидетелей ФИО12 и ФИО13, которые могут подтвердить наличие заемных отношений между должником и ФИО7, передачу денежных средств.

Согласно части 3 статьи 268 АПК РФ при рассмотрении дела в арбитражном суде апелляционной инстанции лица, участвующие в деле, вправе заявлять ходатайства о вызове новых свидетелей, проведении экспертизы, приобщении к делу или об истребовании письменных и вещественных доказательств, в исследовании или истребовании которых им было отказано судом первой инстанции. Суд апелляционной инстанции не вправе отказать в удовлетворении указанных ходатайств на том основании, что они не были удовлетворены судом первой инстанции.

Свидетелем является лицо, располагающее сведениями о фактических обстоятельствах, имеющих значение для рассмотрения дела (часть 1 статьи 56 АПК РФ).

В соответствии с частью 1 статьи 88 АПК РФ по ходатайству лица, участвующего в деле, арбитражный суд вызывает свидетеля для участия в арбитражном процессе.

По смыслу части 1 статьи 88 АПК РФ удовлетворение ходатайства о вызове и допросе в качестве свидетелей определенных лиц представляет собой право, а не обязанность суда. Наличие у суда такого права предполагает оценку необходимости вызова лица для дачи показаний. Лицо, ходатайствующее о вызове свидетеля, обязано указать, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, может подтвердить свидетель, и сообщить суду его фамилию, имя, отчество и место жительства.

С учетом приведенных норм права, апелляционный суд приходит к выводу, что вызов свидетелей не является необходимым в рассматриваемом случае, поскольку в соответствии с положениями статьи 68 АПК РФ, согласно которой обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами, свидетельские показания не могут заменить письменные документальные доказательства, необходимые для подтверждения доводов заинтересованного лица.

С учетом изложенного, в удовлетворении ходатайства о вызове свидетелей отказано.

Принявшие участие в судебном заседании представители участников обособленного спора настаивали на занятых позициях, изложенных в указанных выше процессуальных документах.

Иные лица, участвующие в деле и в процессе о банкротстве, не обеспечившие личное участие и явку своих представителей в судебное заседание, извещены надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, в связи с чем, суд апелляционной инстанции на основании статей 123, 156, 266 АПК РФ считает возможным рассмотреть апелляционную жалобу при существующей явке.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционных жалоб, отзывов, заслушав участников процесса, проверив в соответствии со статьей 268 АПК РФ законность и обоснованность определения Арбитражного суда Кемеровской области, суд апелляционной инстанции приходит следующему.

Решением от 10.09.2018 Арбитражного суда Кемеровской области должник – ФИО4 признан банкротом, в отношении него введена процедура реализации имущества сроком на шесть месяцев, финансовым управляющим утвержден ФИО5

Указанные сведения опубликованы в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве № 3282178 от 6 декабря 2018 года, в газете «Коммерсантъ №232(6470) от 15 декабря 2018 года.

При проведении процедуры реструктуризации долгов ФИО5 были направлены запросы в регистрирующие органы с целью поиска имущества должника, поскольку должник уклонялся от участия в проведении процедуры, на контакт с управляющим не шел, информацию добровольно о своем имуществе не представлял. Из полученных ответов (том 12 л.д. 15-26) следовало, что транспортные средства, денежные средства, недвижимое имущество у ФИО4 отсутствовало, что ему принадлежали только доли в уставных капиталах ООО «Новокузнецкобувьторг» (1,8%), ООО «Кия-1» (100%), ООО «Алко-Сервис» (1%).

В связи с отсутствием имущества и доходов план реструктуризации долгов утвержден не был и 10.09.2018 ФИО4 был признан банкротом, в отношении него введена процедура реализации имущества.

По требованию конкурсного кредитора АО «Газпромбанк» финансовый управляющий истребовал информацию из Росреестра о том, были ли зарегистрированы объекты недвижимого имущества на дочерей ФИО4 – ФИО6 и ФИО14.

Из представленных Росреестром документов установлено, что 16.07.2010 (том 26 л.д. 15) между ООО «Новокузнецкобувьторг» в лице должника ФИО4 и его дочерью ФИО6 был подписан договор купли-продажи недвижимого имущества: нежилого здания площадью 456,3 кв. м (кадастровый номер 42:29:0101013:0597:3774\0:1000\А), расположенного на земельном участке (кадастровый номер 42:29:0101013:0597) площадью 3172,25 кв. м по адресу: <...>, по условиям которого ФИО4 купила данные объекты за 350 000 руб. и оплатила их стоимость до подписания договора.

24 ноября 2010 г. (том 26 л.д. 16) между ООО «ПМ и К» и ФИО6 был подписан договор купли-продажи недвижимого имущества нежилого здания площадью 739,3 кв.м. (кадастровый номер 42:2:30:04:23:3А:0:Б:0), расположенного по адресу: <...>.

ООО «ПМ и К» 24 марта 2011 г. было реорганизовано путем присоединения к ООО «Автолайф» (ОГРН <***>), которое было исключено 19.07.2016 из Единого государственного реестра юридических лиц как недействующее лицо (том 26 л.д. 24-27), однако, данное обстоятельство не является препятствием для рассмотрения требований о признании недействительными сделок, совершенных с данным юридическим лицом.

17 января 2011 г. Мысковский городской суд удовлетворил иск ФИО6 к Администрации города Мыски о признании права собственности на объекты недвижимого имущества по улице Лесхозная 25/1 - 25/5, построенные на земельном участке с кадастровым номером 42:29:0101013:0597, приобретенном ей 16 июля 2010 г. у ООО «Новокузнецкобувьторга» (том 24 л.д. 75-77).

03 июня 2014 года и 1 июля 2014 года ФИО6 (том 26 л.д. 17-19) по договорам купли-продажи продает все вышеперечисленные объекты недвижимого имущества ФИО15. Объекты на улице Лесхозной в городе Новокузнецке за 100 000 руб., объект на Новаторов 3А – за 150 000 руб.

20 октября 2017 года (том 26 л.д. 20-21) по договору купли-продажи ФИО7 отчуждает земельный участок с расположенными на нем шестью зданиями по улице Лесхозной в городе Новокузнецке ФИО8 за 6 210 000 руб.

Выяснив, что у ФИО6 доход в виде самостоятельного заработка появился только с 16 августа 2011 г. в небольшом размере, финансовый управляющий, позиция которого была поддержана конкурсным кредитором Газпромбанком, обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением о признании сделок недействительными (ничтожными) и применении последствий их недействительности.

Обращаясь с рассматриваемым требованием, финансовый управляющий ФИО5 и конкурсный кредитор Газпромбанк предположили, что должник ФИО4, являясь руководителем и участником таких крупных предприятий как ООО «Новокузнецкобувьторг» и ООО «Кия-1», в действительности в 2010 году сам за свой счет приобрел объекты недвижимого имущества в <...> и Новаторов 3А, однако, оформил данные объекты на свою дочь ФИО6, а в преддверии собственного банкротства и банкротства ООО «Новокузнецкобувьторг» и ООО «Кия-1» через свою дочь приобретенные и возведенные на его деньги объекты продал без оплаты ФИО7, который в свою очередь их продал ФИО8, то есть вывел принадлежащее ему имущество из конкурсной массы с целью обеспечения невозможности обращения на него взыскания для погашения требований кредиторов ФИО4

Притворной сделкой признается сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа сделки применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ без учета положений Федерального закона № 100-ФЗ от 7 мая 2013 года).

В ходе рассмотрения спора дочь должника ФИО6 и ответчик ФИО7, которые извещались судом первой инстанции по адресам их регистрации по месту жительства, в судебные заседания не являлись, никаких возражений на предъявленные требования не заявляли, цели совершения сделок суду не раскрывали, доказательств наличия и передачи денежных средств по оспариваемым сделкам суду не представили, равно как не представили доказательств расходования денежных средств.

Должник ФИО4, действуя через своего представителя, на требования возражал, мотивируя возражения тем, что ему ничего не было известно о приобретении его родной дочерью ФИО6 объектов недвижимого имущества, о строительстве на земельной участке по улице Лесхозная 25 новых объектов и об их последующем отчуждении, что он их не приобретал, не строил, не отчуждал и не содержал.

При этом, суд первой инстанции неоднократно предлагал участвующим в деле лицам раскрыть фактические обстоятельства и цели приобретения, строительства и отчуждения объектов недвижимого имущества на улицах Лесхозной и Новаторов в городе Новокузнецке, раскрыть источники денежных средств, за счет которых данные объекты были приобретены в 2010 году и в последующем отчуждены в 2014 году ФИО7, представить доказательства оплаты данных объектов, доказательства расходования денежных средств, которые якобы были получены от ФИО6 и от ФИО7, доказательства содержания и финансирования возведения данных объектов, однако, никаких доказательств суду представлено не было.

Самостоятельный и явно незначительный доход ФИО6 стала получать только в августе 2011 года, то есть до этого времени не имела денежных средств, которые бы позволили ей оплатить совершенные в 2010 году сделки по покупке объектов недвижимого имущества у ООО «Новокузнецкобувьторг» и ООО «ПМ и К», равно как не имела возможности за свой счет построить какие-либо объекты на оформленном на нее земельном участке с кадастровым номером 42:29:0101013:0597 по улице Лесхозная 25.

ФИО6 является родной дочерью должника ФИО4, то есть является заинтересованным по отношению к должнику лицом в силу статьи 19 Закона о банкротстве. Должник не заявлял о том, что не общается с дочерью. ФИО6 и сам должник зарегистрированы по одному адресу регистрации в <...> (том 2 л.д. 115, том 26 л.д. 46). Договор купли-продажи от 16 июля 2010 года был заключен с ФИО6 и ООО «Новокузнецкобувьторг» в лице должника ФИО4

Таким образом, суд первой инстанции обоснованно указал, что возражения должника о том, что ему ничего не было известно о совершении оспариваемых сделок, опровергаются материалами дела.

Судом первой инстанции обоснованно отклонены возражения о том, что доходы должника не позволяли ему приобрести спорные объекты в 2010 году, поскольку он и его дочь должны были раскрыть суду источник денежных средств, которые были оплачены ООО «Новокузнецкобувьторгу» и ООО «ПМ и К» за их приобретение, однако, не сделали этого. Поэтому суд первой инстанции правомерно признал, что имущество в 2010 году было приобретено самим должником и за его счет.

С четом данных выводов суд первой инстанции пришел к выводу, что договоры купли-продажи от 16 июля 2010 года и 24 ноября 2010 года являются притворными сделками по субъектному составу, прикрывающими сделки купли-продажи объектов недвижимого имущества по улицам Лесхозной и Новаторов в городе Новокузнецке должником ФИО4

Данные прикрываемые сделки купли-продажи объектов недвижимого имущества в <...> и Новаторов 3А фактически совершены между ООО «Новокузнецкобувьторгом» и ООО «ПМ и К» с одной стороны и ФИО4 с другой стороны, в связи с чем собственником данных объектов на момент их отчуждения ФИО7 был должник, а не ФИО6

Далее, финансовый управляющий оспаривает договоры купли-продажи объектов недвижимого имущества от 3 июня и 1 июля 2014 года, которые были совершены между ФИО6 и ФИО7 как мнимые сделки, совершенные без намерения породить соответствующие им правовые последствия.

Мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 ГК РФ). Стороны мнимой сделки могут даже совершать действия для создания видимости фактического наличия правоотношений, но, в действительности, не преследующие цель такие последствия породить.

В соответствии с пунктом 8 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» к сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 ГК РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам статьи 170 ГК РФ). Мнимые сделки являются сделками ничтожными.

В соответствии со статьей 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Как разъяснил Верховный Суд Российской Федерации в постановлении Пленума от 23.06.2015 № 25 положения ГК РФ, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статья 3 ГК РФ), подлежат истолкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 ГК РФ. Согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Отчуждение в пользу ФИО7 принадлежащих ФИО4, но зарегистрированных на ФИО6, объектов недвижимого имущества на улицах Лесхозной 25 - 25/5 и улице Новаторов 3А в городе Новокузнецке оформлено договорами купли-продажи от 3 июня и 1 июля 2014 года.

На тот момент ФИО4 уже выступил поручителем (договоры поручительства 2012 года) за ООО «Кия-1» и ООО «Новокузнецкобувьторг» перед Газпромбанком и прекрасно знал, что данные юридические лица перестали исполнять обязательства по возврату кредитных средств, поскольку уже решениями суда от 2 октября и 5 декабря 2014 года с него как с поручителя в судебном порядке была взыскана задолженность (тома 5-8 – требования Газпромбанка).

Аналогичная ситуация имела место и в отношении кредитора ПАО «Сбербанк России», в которой должник ФИО4 в 2013 году выдал поручительство за ООО «Кия-1», которое прекратило исполнять обязательства в 2014 году и решением третейского суда от 30 сентября 2014 года задолженность была взыскана как с основного заемщика, так и в поручителя ФИО4 (тома 1-2 – требования Сбербанка), и в отношении кредитора АО «ЮниКредитБанк» (тома 15-16), ООО «КИТ Финанс Капитал» (том 4).

При этом заявление о признании банкротом ООО «Кия-1» (дело №А27-1735/2014) подано 19 августа 2014 года, а о признании банкротом ООО «Новокузнецкобувьторг» (дело № А27-15315/2014) 14 августа 2014 года.

Доказательств того, что ФИО7 произвел оплату за объекты недвижимого имущества, расположенные по улицам Лесхозной и Новаторов в городе Новокузнецке, в материалы дела не представлено, источники, свидетельствующие о наличии у него денежных средств не раскрыты.

Таким образом, суд первой инстанции обоснованно указал, что доводы финансового управляющего и Газпромбанка, что, отчуждая через свою дочь ФИО6 имущество в пользу ФИО7, должник ФИО4 принимал меры по выводу имущества из конкурсной массы именно ФИО4 с учетом вывода суда о приобретении в 2010 году данного имущества именно должником, а не его дочерью, и за его счет.

Данные выводы подтверждаются материалами дела, ответчиками не опровергнуты.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции соглашается с необоснованностью утверждения должника о том, что имущество подлежит возврату в конкурсную массу ООО «Новокузнецкобувьторг».

Далее, ФИО7, который по изложенным ранее мотивам является фактически аффилированным с должником лицом, прибрел через дочь должника ФИО6 объекты недвижимого имущества в <...> и Новаторов 3А, при этом, как верно отмечено судом в деле о банкротстве ООО «Новокузнецкобувьторг» (№ А27-15315/2014) при оспаривании сделок данного должника судом в определении от 17 октября 2016 года такой вывод уже был сделан.

Кроме этого, имущество отчуждено по цене, которая в десятки раз ниже кадастровой стоимости отчуждаемых объектов.

Так, объект на улице Новаторов 3А был отчужден ФИО7 за 150 000 руб., тогда как кадастровая стоимость данного объекта составляет 18 208 759 руб. 26 коп., земельный участок по улице Лесхозная 25 со зданием был реализован за 100 000 руб., тогда как его кадастровая стоимость более 7 млн. (том 26 л.д. 61), а здания более 1,5 млн. руб.. (том 26 л.д. 68), без учета построенных на данном земельном участке объектов.

ФИО7 не был раскрыт смысл и цель приобретения им почти одномоментно совершенно разных объектов, не были представлены доказательства оплаты за имущество денежных средств.

В отношении ФИО6 возбуждалось дело о банкротстве (№ А27-857/2015), которое было прекращено по причине невозможности на тот момент банкротства гражданина. Затем было возбуждено еще одно дело (№ А27-16778/2016), в ходе которого ФИО6 была признана банкротом, процедура реализации была завершена 20 декабря 2018 года.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции правомерно указал на доказанность факта мнимости договоров купли-продажи от 3 июня и 1 июля 2014 года, заключенных между должником через его дочь ФИО6 и ФИО7, которые совершали действия по созданию видимости заключенных договоров (в том числе действия по переоформлению прав на земельный участок, на котором находилось здание по улице Новаторов 3А), а фактически преследовали противоправную цель – выведение имущества из конкурсной массы должника для обеспечения невозможности погашения требований его кредиторов.

В силу статьи 10 ГК РФ поведение самого должника, его дочери ФИО6 и ФИО7 существенно отклоняются от обычного поведения обычных субъектов гражданского оборота, что прямо свидетельствует о злоупотреблении ими своими правами.

В данной части требования финансового управляющего суд признает обоснованными и подлежащими удовлетворению, поэтому договоры купли-продажи от 3 июня и 1 июля 2014 года должны быть признаны судом недействительными на основании статьей 10 и 168, а также статьи 170 ГК РФ.

Далее, финансовый управляющий ФИО5 и Газпромбанк утверждали, что последующая продажа 20 октября 2017 года ФИО7 Симиренко С.Ю, объектов недвижимого имущества по улице Лесхозная 25-25/5 представляет из себя цепочку сделок между ФИО4 через его дочь ФИО6 ФИО8, в подтверждение чего была представлена доверенность от 18 июня 2013 года, в которой еще одна дочь должника ФИО14 уполномочила ФИО8 действовать от её имени по вопросу на приобретение нежилого здания и автомойки.

Однако, суд первой инстанции не усмотрел никакой связи между отчуждением объектов недвижимого имущества по улице Лесхозная 25 - 25/5 как в пользу конечного получателя ФИО8 через отчуждение объектов сначала ФИО7, не смог прийти к выводу, что это цепочка сделок по отчуждению объектов на улице Лесхозная от должника ФИО8

При этом, судом первой инстанции приняты во внимание представленные доверенности от разных физических лиц по вопросам приобретения в их пользу объектов недвижимого имущества (том 30 л.д. 113-118), с учетом пояснений о том, что ФИО8 занимается оказанием услуг по приобретению (отчуждению) объектов недвижимого имущества, что не может свидетельствовать, что она была юристом у семьи Ш-вых.

Также судом приняты во внимание пояснения ФИО8 о том, что объекты по улице Лесхозной в городе Новокузнецке ей были приобретены с целью организации гостиничного бизнеса, сдача имущества по договору аренды от 19 апреля 2019 года (том 26 л.д. 106-108), выписки по картам Сбербанка (том 30 л.д. 18-44).

Кроме этого, суд первой инстанции указал, что ФИО8 объекты по улице Лесхозая 25 – 25/5 были приобретены у ФИО7 за 6 210 000 руб. В доказательство приобретения объектов по рыночной стоимости ФИО8 был представлен отчет № 01-04-21/кн ООО «Губернские оценщики» (том 32 л.д. 108- 180, том 35 л.д. 1-18) , где стоимость объектов по улице Лесхозная 25 – 25/5 на октябрь 2017 года была определена в размере 6 200 000 руб.

В доказательство наличия у нее денежных средств на даты приобретения данных объектов ей были представлены справки о движении средств по счетам с 2013 по 2015 годы (том 30 л.д. 43-69, том 32 л.д. 43), в доказательство наличия иного имущества, которое ФИО8 использует в своей деятельности, выписки из ЕГРН (том 30 л.д. 98-102, том 32 л.д. 56), в доказательство того, что она брала кредитные средства справки банков об исполнении ей обязательств по возврату денежных средств (том 32 л.д. 44-47).

В доказательство оплаты денежных средств в размере 6 210 000 руб. ФИО8 была представлена копия расписки ФИО7 от 20 октября 2017 года (том 30 л.д. 146), сообщено об утрате оригинала. При этом, ФИО8 19 апреля 2018 года, то есть задолго до подачи настоящего заявления в деле о банкротстве ФИО4, при проведении проверки налоговым органом использования имущества по улице Лесхозная 25 - 25/5 давала письменные пояснения по вопросу его приобретения у ФИО7, где ссылалась на факт его покупки и оплаты распиской (том 30 л.д. 104).

Указанные обстоятельства позволили суду первой инстанции прийти к выводу, что что ФИО8 полностью рассчиталась с ФИО7, что отсутствие у неё оригинала расписки не свидетельствует об отсутствии факта оплаты приобретенного у него имущества.

В подтверждение действительности совершения сделок именно в 2017 году ФИО8 представлены погашенные квитанции об уплате государственной пошлины для регистрации перехода права собственности (том 30 л.д. 70-71), использования данных объектов в деятельности.

С учетом изложенного, суд первой инстанции не установил того факта, что ФИО4 преследовал цель отчуждения имущества через свою дочь ФИО6, ФИО7 в пользу ФИО8, в связи с чем пришел к выоду об отсутствии оснований для удовлетворения требования в части признания недействительным договора купли-продажи от 20 октября 2017 года как сделки, представляющей собой часть цепочки сделок по отчуждению объектов недвижимого имущества на улице Лесхозная 25, в связи с чем отказал в удовлетворении заявления в данной части.

Суд апелляционной инстанции полагает, что выводы суда первой инстанции в указанной части являются ошибочными.

При этом, суд апелляционной инстанции находит недоказанным факт оплаты ФИО8 по договору купли-продажи от 20.10.2017.

В материалы дела представлена ксерокопия расписки ФИО7 о получении им от ФИО8 6 210 000 руб. Непредставление оригинала документа объяснено его отсутствием.

Принимая копию расписки в качестве доказательства, суд первой инстанции указал, что в отношении расписки не было заявлено о фальсификации доказательства.

Между тем, представленная в материалы дела ксерокопия расписки никем не заверена. Она была представлена представителем ФИО8 с пояснениями, что данный документ был получен по электронной почте. Каких-либо пояснений относительно оригинала расписки и представленной ксерокопии суду не было дано.

В силу части 8 статьи 75 АПК РФ письменные доказательства представляются в арбитражный суд в подлиннике или в форме надлежащим образом заверенной копии.

В соответствии с правовой позицией, высказанной Президиумом Высшего Арбитражного Суда РФ в постановлениях от 22.02.2011 № 14501/10, от 19.07.2011 № 1930/11, от 28.07.2011 № 1719/11, от 06.03.2012 № 14548/11, при оспаривании лицом, участвующим в деле, подлинности определенного документа, надлежащим доказательством, подтверждающим соответствие сведений, содержащихся в таком документе, действительности, в соответствии со статьей 75 АПК РФ может являться только его оригинал.

Заверенная лицом, участвующим в деле, копия документа в такой ситуации не является допустимым доказательством применительно к статье 68 АПК РФ, поскольку заверяющее документ лицо заинтересовано в исходе дела, а исследование копии документа на предмет фальсификации заведомо затруднено. При разумном и добросовестном осуществлении процессуальных прав участвующему в деле лицу, которое основывает свои доводы или возражения на соответствующем документе и по обстоятельствам дела должно обладать его оригиналом, не составляет труда представить его суду. В противном случае оно не вправе рассчитывать на применение судом при оценке его действий общей презумпции добросовестности (пункты 3, 4 статьи 1, статья 10 ГК РФ).

Утверждение о том, что копия документа в отсутствие заявления о фальсификации является достаточным и допустимым доказательством, ошибочно (постановление от 22.06.2017 Арбитражного суда Западно-Сибирского округа по делу № А45-17012/2016).

Таким образом, при наличии возражений против принятия в качестве доказательства ксерокопии расписки именно на том основании, что не представлен подлинник, у суда не имелось оснований для признания ксерокопии надлежащим доказательством. При этом, отсутствие заявления о фальсификации при изложенных обстоятельствах не делает ксерокопию надлежащим доказательством, при том, что проверка давности изготовления оригинал документа по его копии заведомо невозможна.

Также в материалы дела не представлены доказательства наличия в период совершения сделки у ФИО8 наличных денег в соответствующем размере для оплаты спорных объектов. Источник наличных денежных средств с указанной сумме не установлен. Выписки по счетам за 2013-2015 гг. наличие такого источника не подтверждают, поскольку не содержат сведений ни о наличии у нее на счете суммы в размере 6 210 000 руб., снятии указанной суммы со счета накануне совершения сделки, и к спорному периоду отношения не имеют.

Кроме этого, в суде апелляционной инстанции ФИО8 заняла противоречивую позицию, отличающуюся от занимаемой в суде первой инстанции, представив разрозненные доказательства наличия у нее денежных средств, которые в суде первой инстанции в качестве таковых не указывались.

Таким образом, выводы суда первой инстанции о наличии у заинтересованного лица указанной суммы на момент совершения сделки не основаны на соответствующих доказательствах и обстоятельствам дела не соответствуют.

Также суд не соглашается с выводами суда первой инстанции о соответствии цены сделки рыночной стоимости имущества, сделанными со ссылкой на отчет об оценке рыночной стоимости № 01-04-21/кн ООО «Губернские оценщики», где стоимость объектов по улице Лесхозная 25 - 25/5 на октябрь 2017 года была определена в размере 6 200 000 руб., с указанием, что о недостоверности данного отчета не участниками процесса не заявлено.

Между тем, названный отчет не сопоставлен судом со сведениями о кадастровой стоимости в выписках из ЕГРН на спорные объекты, которая по данным ЕГРН составила 13 786 720,26 руб.

Именно данная сумма принята судом в качестве действительной стоимости и взыскана с ФИО7

По смыслу правовой позиции, содержащейся в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 25.06.2013 № 10761/11, определении Верховного Суда РФ от 05.12.2016 № 305-ЭС16-11170, кадастровая стоимость, по сути, представляет собой публично достоверную рыночную стоимость недвижимости, пока не доказано иное.

Следовательно, вопреки утверждению суда сделка была совершена по заниженной цене, что является признаком недобросовестности поведения ФИО8

Также судом первой инстанции не учтено, что оспариваемые сделки со спорными объектами по ул. Лесхозная 25 - 25/5 совершались в условиях возникновения угрозы обращения на них взыскания по требованиям кредиторов, что в отсутствии иных экономических причин свидетельствует о совершении их с целью избежать их утраты.

Действия сторон обеих сделок по последовательному отчуждению объектов по ул. Лесхозная, 25-25/5 в г. Мыски (договор купли-продажи от 03.06.2014 между ФИО6 г. и ФИО7, договор купли-продажи от 20.10.2017 между ФИО7 и ФИО8) являются скоординированными в отсутствие к тому объективных экономических причин, поскольку отчуждение происходило каждый раз, когда возникал риск обращения взыскания на спорные объекты. То есть, продажа объектов по ул. Лесхозная 25-25/5 в г. Мыски ответчику ФИО7, а затем ответчику ФИО8, была произведена с целью избежать их утраты. Объекты на ул. Лесхозной 25 - 25/5 были переданы в собственность ответчику ФИО8, чтобы избежать их реституции в конкурсную массу ФИО6 г. Иных мотивов совершения сделки судом не установлено.

Также судом первой инстанции не учтено, что продажа спорного имущества производилась без размещения объявлений о продаже, что также свидетельствует о наличии заинтересованности сторон оспариваемых сделок.

Отчуждение спорных объектов без публикации объявлений о продаже в средствах массовой информации не соответствует экономическим интересам самого ФИО7, а также противоречит обычной практике продажи недвижимости между независимыми лицами.

Указанное в совокупности с другими обстоятельствами свидетельствует о ее заинтересованности, скоординированности поведения и, как следствие, подозрительности ее участия в сделке.

Общность экономических интересов и фактическая аффилированность ФИО8 с должником ФИО4, а также согласованность ее поведения с иными участниками сделки подтверждается совершением оспариваемых сделок на условиях, недоступных независимым участникам рынка: по заниженной цене, с составлением документов о передаче крупной суммы наличными в отсутствие доказательств ее наличия, без поиска независимых покупателей, в условиях риска обращения взыскания на спорные объекты по требованиям кредиторов, приобретение данных объектов не является для ФИО8 обычным.

До совершения оспариваемой сделки ФИО8 имела взаимоотношения с должником ФИО4 в лице его другой дочери ФИО14 гызы, в частности, ФИО8 являлась ее представителем по сделкам с объектами (<...>), которые также оспариваются в рамках бела о банкротстве в другом обособленном споре.

ФИО8 является участником с долей 50 % уставного капитала и единоличным исполнительным органом общества с ограниченной ответственностью «Гарант Эксперт» (ОГРН <***>) с 13.05.2014 и по настоящее время адресом, по которому осуществляется связь с данным Обществом, в ЕГРЮЛ указано: <...>. Сделка по отчуждению нежилого здания по указанному адресу также оспаривается в другом обособленном споре в настоящем деле.

При таких обстоятельствах выбор ФИО7 покупателя из числа доверенных лиц должника ФИО16 (одной из его дочерей) без поиска иных покупателей, свидетельствует о подозрительности поведения сторон сделки, а также о том, что в действительности ФИО7 имел намерение продать спорные объекты определенному лицу в ущерб собственным разумно понимаемы экономическим интересам, для ФИО7 имела значение личность покупателя ФИО8, а не собственная выгода, что не могло иметь место ни при каких иных обстоятельствах, кроме как при наличии подчиненности их обоих должнику ФИО4

Изложенные обстоятельства в совокупности свидетельствуют о заключении ФИО7 и ФИО8. сделки и о последующем ее исполнении на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка, что в свою очередь свидетельствует о согласованности действий продавца и покупателя (ФИО7 и ФИО8.) и о подчиненности их одному и тому же лицу - должнику ФИО4

По изложенным обстоятельствам договор купли-продажи от 03.06.2014, заключенный между ФИО6 г. и ФИО7 и договор купли-продажи от 20.10.2017, заключенный между ФИО7 и ФИО8 являются притворными сделками, что влечет их ничтожность на основании пункта 2 статьи 170 ГК РФ.

Перекрываемая сделка, направленная на сокрытие имущества должника ФИО4 от кредиторов, как совершенная в целях причинения им вреда, является ничтожной на основании статьи 10, 168, пункта 1 статьи 170 ГК РФ, последствием чего является возврат спорного имущества от конечного приобретателя ФИО8 в конкурсную массу должника.

В силу положений статьи 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, в случае невозможности возвратить полученное в натуре, возместить его стоимость в деньгах – если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В качестве последствий недействительности сделки от 1 июля 2014 года суд первой инстанции правомерно взыскал с ФИО7 в конкурсную массу должника действительную (кадастровую) стоимость объектов недвижимого имущества по улице Новаторов 3А на дату совершения сделки в размере 18 208 759 руб. 26 коп., поскольку объект площадью 739,3 кв. м. с кадастровым номером 42:2:30:04:23:3А:0:Б:0:0 на сегодняшний день не существует, он был реконструирован ответчиком (том 26 л.д. 52-60).

При этом, суд обоснованно указал на отсутствие оснований для применения правил о двусторонней реституции, поскольку в ходе рассмотрения дела факт оплаты денежных средств не был установлен ни по одной совершенной сделке.

Таким образом, несоответствие выводов суда обстоятельствам дела, неправильное применение судом первой инстанции норм материального права привело к принятию судебного акта, подлежащего отмене по правилам подпунктов 3 и 4 части 1 статьи 270 АПК РФ в части отказа в удовлетворении заявления финансового управляющего имуществом должника и признании недействительной сделкой - договора купли-продажи от 20.10.2017, заключенный между ФИО7 и ФИО8

В указанной части определение суда подлежит отмене с принятием в порядке пункта 2 статьи 269 и пункта 3 части 4 статьи 272 АПК РФ нового судебного акта об удовлетворении заявленного требования и применении последствий недействительности в виде обязания ФИО8 возвратить в конкурсную массу должника ФИО4 полученное по сделке имущество.

Согласно части 1 статьи 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Из расчета оспаривания сделок по двум договорам суд относит расходы по уплате государственной пошлины в размере 12 000 руб. по первой инстанции на ФИО7 и ФИО8 в равных долях, а также с ФИО8 по апелляционной инстанции.

Обеспечительные меры, принятые определением от 01.09.2020 Арбитражного суда Кемеровской области сохраняются до исполнения настоящего постановления.

Руководствуясь статьей 110, пунктом 2 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции

П О С Т А Н О В И Л:

определение от 25.05.2021 Арбитражного суда Кемеровской области по делу № А27-2432/2018 в обжалуемой части отменить, изложив резолютивную часть в следующей редакции:

Заявление финансового управляющего имуществом должника - ФИО4, - ФИО5 удовлетворить.

Признать ничтожными (притворными по субъектному составу) договоры купли-продажи, заключенные 16.07.2010 между обществом с ограниченной ответственностью «Новокузнецкобувьторг», 24.11.2010 между обществом с ограниченной ответственностью «ПМ и К» и ФИО6 гызы. Считать договор от 16.07.2010 заключенным между обществом с ограниченной ответственностью «Новокузнецкобувьторг» и ФИО4, договор от 24.11.2010, заключенным между обществом с ограниченной ответственностью «ПМ и К» и ФИО4.

Признать недействительным по правилам оспаривания сделок в деле о банкротстве договор купли-продажи от 03.06.2014, заключенный между ФИО6 гызы и ФИО7, применить последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО7 в конкурсную массу ФИО4 18 208 759 руб. 26 коп. действительной стоимости недвижимого имущества по улице Новаторов 3А в городе Новокузнецке Кемеровской области – Кузбасса.

Признать недействительной сделкой договор купли-продажи от 03.06.2014, заключенный между ФИО6 гызы и ФИО7, и договор купли-продажи от 20.10.2017, заключенный между ФИО7 и ФИО8.

Обязать ФИО8 возвратить в конкурсную массу должника ФИО4:

- земельный участок, кадастровый номер: 42:29:0101013:597, адрес: <...>,

- здание, кадастровый номер: 42:29:0101013:1348, адрес: <...>,

- здание, кадастровый номер: 42:29:0101013:1284, адрес: <...>,

- здание, кадастровый номер: 42:29:0101013:1279, адрес: <...>,

- здание, кадастровый номер: 42:29:0101013:1280, адрес: <...>,

- здание, кадастровый номер: 42:29:0101013:1283, адрес: <...>,

- здание, кадастровый номер: 42:29:0101013:1298, адрес: <...>.

Настоящее постановление является основанием для внесения в Единый государственный реестр прав на недвижимое имущество записи о возникновении права собственности должника - ФИО4 на указанные выше объекты.

Взыскать с ФИО7 в доход федерального бюджета 6 000 руб. государственной пошлины по первой инстанции.

Взыскать с ФИО8 в доход федерального бюджета 9 000 руб. государственной пошлины, в том числе 6 000 руб. по первой и 3 000 руб. по апелляционной инстанциям.

Обеспечительные меры, принятые на основании определения от 01.09.2020 Арбитражного суда Кемеровской области сохранить до исполнения настоящего проставления суда.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления его в законную силу путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Кемеровской области.

ПредседательствующийА.Ю. ФИО17

СудьиО.О. ФИО18

ФИО1