Постановление от 11 апреля 2018 г. по делу № А79-1183/2014

ПЕРВЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД


Березина ул., 4, г. Владимир, 600017,

http://1aas.arbitr.ru, тел/факс (4922) 44-76-65, 44-73-10




П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А79-1183/2014
г. Владимир
11 апреля 2018 года
Резолютивная часть постановления объявлена 06.04.2018.

В полном объеме постановление изготовлено 11.04.2018.


Первый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Кириловой Е.А.,

судей Захаровой Т.А., Рубис Е.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего главы крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО2 ФИО4

на определение Арбитражного суда Чувашской Республики – Чувашии

от 23.11.2017 делу № А79–1183/2014,

принятое судьей Ортиковой А.Н.,

по заявлению конкурсного управляющего главы крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО2 ФИО4 к ФИО5 о признании недействительными договоров купли-продажи от 23.01.2015, 07.04.2015 и применении последствий их недействительности,


в отсутствие представителей,



у с т а н о в и л:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) главы крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО2 (далее – глава КФХ ФИО2, должник) конкурсный управляющий должника ФИО4 обратилась в Арбитражный суд Чувашской Республики – Чувашии с заявлением, утоненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о признании недействительными договоров купли-продажи от 23.01.2015 07.04.2015 и применении последствий их недействительности в виде взыскания действительной стоимости имущества на момент его приобретения в общем размере 3 930 500 руб.

Определением от 27.10.2015 Арбитражный суд Чувашской Республики – Чувашии привлек к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, собственников спорных объектов недвижимого имущества ФИО6 и ФИО7.

Определением от 23.11.2018 суд отказал в удовлетворении заявленного требования.

При этом, руководствуясь статьями 61.1, 61.2, 61.8 Федерального закона от 26.10.2002 № 127?ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статьями 166, 168 Гражданского кодекса российской Федерации, статьями 65, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса российской Федерации (далее – АПК РФ), пунктами 4, 5, 6, 7, 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», пунктами 1, 2, 3 Информационного письма от 30.05.2005 № 92 «О рассмотрении арбитражными судами дел об оспаривании оценки имущества, произведенной независимым оценщиком» Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, суд пришел к выводу об отсутствии причинения имущественного вреда должнику и его кредиторам, то есть совокупности оснований, предусмотренных пунктами 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и, как следствие, об отсутствие оснований для признания оспариваемых сделок недействительными и применения последствий их недействительности.

Не согласившись с принятым судебным актом, конкурсный управляющий должника ФИО4 обратилась в Первый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение суда первой инстанции от 23.11.2017 и принять по делу новый судебный акт.

По мнению заявителя жалобы, выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам, имеющимся в материалах дела доказательствам и сделаны при неправильном применении норм материального и процессуального права. Конкурсный управляющий должника ФИО4 полагает, что оспариваемые сделки являются недействительными, поскольку взаимосвязанные между собой сделки заключены в пользу одного лица, в процедуре наблюдения, без согласия временного управляющего и их совокупная стоимость не должна превышать 55 500 руб., вместе с тем общая стоимость проданного должником имущества в процедуре наблюдения составила 810 000 руб., что значительно превышает допустимый предел. Кроме того, в материалах дела отсутствуют доказательства того, что полученные денежные средства направлены на погашение задолженности перед кредиторами. Заявитель жалобы обращает внимание, что именно имеющийся в материалах дела отчет об оценке наиболее полно и достоверно отражает действительную стоимость проданных объектов. При этом оценка объектов незавершенного строительства площадью 763,8 кв.м и 1368 кв.м с определением стоимости в 64 000 руб. и 86 000 руб. соответственно, выглядит подозрительно.

Подробно доводы конкурсного управляющего должника ФИО4 изложены в апелляционной жалобе от 14.12.2017.

Лица, участвующие в деле, отзывы на апелляционную жалобу не представили; надлежащим образом извещенные о дате, времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили. Апелляционная жалоба рассмотрена в порядке статей 123, 156 АПК РФ в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о дате, времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Первого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.1aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным в статье 121 АПК РФ.

Законность и обоснованность судебного акта, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии со статьями 257 – 262, 265, 266, 270, 272 АПК РФ в пределах доводов апелляционной жалобы.

Рассмотрев имеющиеся в материалах дела доказательства, оценив доводы апелляционной жалобы, Первый арбитражный апелляционный суд пришел к следующим выводам.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве, частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

На основании пунктов 1, 6 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

По результатам рассмотрения заявления об оспаривании сделки должника суд выносит одно из следующих определений:

о признании сделки должника недействительной и (или) применении последствий недействительности ничтожной сделки;

об отказе в удовлетворении заявления о признании сделки должника недействительной.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Согласно пункту 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

За исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 1 статьи 168 ГК РФ).

Согласно пунктам 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации – десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В пунктах 4, – 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.I Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что судам следует иметь в виду, что предусмотренные статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве основания недействительности сделок влекут оспоримость, а не ничтожность соответствующих сделок.

В связи с этим в силу статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) такие сделки по указанным основаниям могут быть признаны недействительными только в порядке, определенном главой III.I Закона о банкротстве.

В то же время наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно абзацам второму – пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым – пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым – пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми – они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором – пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми – они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Согласно абзацу второму пункта 3 статьи 28 Закона о банкротстве сведения о введении наблюдения, финансового оздоровления, внешнего управления, о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства подлежат обязательному опубликованию в порядке, предусмотренном названной статьей.

В связи с этим при наличии таких публикаций в случае оспаривания на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделок, совершенных после этих публикаций, надлежит исходить из следующего: если не доказано иное, любое лицо должно было знать о том, что введена соответствующая процедура банкротства, а значит и о том, что должник имеет признаки неплатежеспособности.

Пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки.

Для признания сделки недействительной на основании указанной нормы не требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки, поэтому неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться исходя из условий сделки.

В соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

На основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве может быть оспорена также сделка, условия которой формально предусматривают равноценное встречное исполнение, однако должнику на момент ее заключения было известно, что у контрагента по сделке нет и не будет имущества, достаточного для осуществления им встречного исполнения.

Судам необходимо учитывать, что по правилам упомянутой нормы могут оспариваться только сделки, в принципе или обычно предусматривающие встречное исполнение; сделки же, в предмет которых в принципе не входит встречное исполнение (например, договор дарения) или обычно его не предусматривающие (например, договор поручительства или залога), не могут оспариваться на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, но могут оспариваться на основании пункта 2 этой статьи.

При определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего Постановления).

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В пунктах 1 – 3 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.05.2005 № 92 «О рассмотрении арбитражными судами дел об оспаривании оценки имущества, произведенной независимым оценщиком» указано, что в случае предъявления в арбитражный суд иска об оспаривании достоверности величины стоимости объекта оценки, указанной в отчете независимого оценщика, или о признании недействительным отчета независимого оценщика судам следует учитывать, что в соответствии с частью 1 статьи 3 и статьей 4 Закона об оценочной деятельности под оценочной деятельностью понимается деятельность оценщиков – юридических лиц и физических лиц (индивидуальных предпринимателей), – направленная на установление в отношении объектов оценки их рыночной или иной стоимости и выполняемая для потребителей этих услуг (заказчиков).

В силу статьи 12 Закона об оценочной деятельности отчет независимого оценщика, составленный по основаниям и в порядке, которые предусмотрены названным Законом признается документом, содержащим сведения доказательственного значения, а итоговая величина рыночной или иной стоимости объекта оценки, указанная в таком отчете, – достоверной и рекомендуемой для целей совершения сделки с объектом оценки, если законодательством Российской Федерации не определено или в судебном порядке не установлено иное.

В случае оспаривания величины стоимости объекта оценки в рамках рассмотрения конкретного спора по поводу сделки, акта государственного органа, решения должностного лица или органа управления юридического лица (в том числе спора о признании сделки недействительной, об оспаривании ненормативного акта, о признании недействительным решения органа управления юридического лица и др.) судам следует учитывать, что согласно статье 12 Закона об оценочной деятельности отчет независимого оценщика является одним из доказательств по делу (статья 75 АПК РФ).

Оценка данного доказательства осуществляется судом в соответствии с правилами главы 7 АПК РФ. Для проверки достоверности и подлинности отчета оценщика судом по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия участвующих в деле лиц может быть назначена экспертиза, в том числе в виде иной независимой оценки (статьи 82 – 87 АПК РФ). При этом оценщик, осуществивший оценку, привлекается к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора (статья 51 АПК РФ).

Если в соответствии с законом или иным нормативным актом для сторон сделки, государственного органа, должностного лица, органов управления юридического лица предусмотрена обязательность величины стоимости объекта оценки, указанной независимым оценщиком (в том числе когда законом или иным нормативным актом установлено, что объект не может быть оценен ниже или выше стоимости, названной в отчете независимого оценщика), то в случае совершения сделки (издания государственным органом акта, принятия должностным лицом или органом управления юридического лица решения) по цене, не соответствующей стоимости, приведенной в отчете независимого оценщика, такие сделка и акт государственного органа должны признаваться судом недействительными, решение должностного лица – незаконным, решение органа юридического лица – не имеющим юридической силы. Если законом или иным нормативным актом установлено лишь обязательное привлечение независимого оценщика (обязательное проведение независимым оценщиком оценки объекта оценки), непривлечение независимого оценщика само по себе не является основанием для признания судом по мотивам нарушения требований закона сделки и акта государственного органа недействительными, решения должностного лица – незаконным, решения органа юридического лица – не имеющим юридической силы.

Согласно пунктам 1, 5 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

По смыслу статьи 10 ГК РФ злоупотребление гражданским правом заключается в превышении пределов дозволенного гражданским правом осуществления своих правомочий путем осуществления их с незаконной целью или незаконными средствами, с нарушением при этом прав и законных интересов других лиц. Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение уполномоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда.

Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений (часть 1 статьи 65 АПК РФ).

Обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами (статья 168 АПК РФ).

Арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

В соответствии с пунктами 1, 2, 4 статьи 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами.

Как следует из материалов дела и установил суд первой инстанции, Определением от 29.09.2014 Арбитражный суд Чувашской Республики – Чувашии ввел в отношении имущества главы КФХ ФИО2 процедуру наблюдения; утвердил временным управляющим должника ФИО8

Решением от 19.06.2015 Арбитражный суд Чувашской Республики – Чувашии признал главу КФХ ФИО2 несостоятельным (банкротом); ввел в отношении его имущества процедуру конкурсного производства; утвердил конкурсным управляющим должника ФИО4

Сообщение о введении процедуры конкурсного производства в отношении должника и утверждении конкурсного управляющего должника опубликовано в газете «Коммерсантъ» от 04.07.2015 № 117, на странице 63.

Вместе с тем суд первой инстанции установил, что ФИО2 (продавец) и ФИО5 (покупатель) заключили договор купли-продажи от 23.01.2015, согласно которому должник продал ФИО5 производственное помещение – картофелехранилище № 1, кадастровый номер 21:17:000000:1767, площадью 563,2 кв.м, расположенное по адресу: Чувашская Республика, Моргаушский р-н, Ярабайкассинское сельское поселение, участок расположен в северо-западной части кадастрового квартала 21:17:121301.

В пункте 3 договора отчуждаемое производственное помещение – картофелехранилище оценено сторонами и продано за 541 000 руб., уплаченных покупателем продавцу полностью до подписания настоящего договора.

Кроме того, ФИО2 (продавец) и ФИО5 (покупатель) заключили договор купли-продажи от 23.01.2015, на основании которого должник продал ФИО5 линию электропередач ВЛ-0,4 кВ, 617,92 м, кадастровый номер 21:17:000000:2376, расположенную по адресу: Моргаушский р-н, Ярабайкассинское сельское поселение, участок расположен в северо-западной части кадастрового квартала 21:17:121301.

В пункте 3 договора отчуждаемая линия электропередачи оценена сторонами и продана за 119 000 руб., уплаченных покупателем продавцу полностью до подписания настоящего договора.

Также ФИО2 (продавец) и ФИО5 (покупатель) заключили договор купли-продажи от 07.04.2015, в силу которого должник продал ФИО5 объект незавершенного строительства, готовностью 90%, общей площадью 1368 кв.м, кадастровый номер 21:17:120302:112, расположенный по адресу: Чувашская Республика, Моргаушский р-н, Ярабайкассинское сельское поселение, в северной части кадастрового квартала 21:17:121301.

В пункте 3 договора отчуждаемый объект незавершенного строительства оценен сторонами и продан за 86 000 руб., уплаченных покупателем продавцу полностью до подписания настоящего договора.

ФИО2 (продавец) и ФИО5 (покупатель) заключили договор купли-продажи от 07.04.2015, в соответствии с которым должник продал ФИО5 объект незавершенного строительства, площадью 763,8 кв.м, степень готовности 90%, кадастровый номер 21:17:120302:111, расположенный по адресу: Чувашская Республика, Моргаушский р-н, Ярабайкассинское сельское поселение, в северной части кадастрового квартала 21:17:121301.

В пункте 3 договора отчуждаемый объект незавершенного строительства оценен сторонами и продан за 64 000 руб., уплаченных покупателем продавцу полностью до подписания настоящего договора.

Впоследствии ФИО5 продал поименованные объекты ФИО6 и ФИО7, что подтверждается выпиской из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним.

Кроме того, суд первой инстанции установил, что в соответствии с заключением эксперта от 30.08.2017 № Э/17-014, рыночная стоимость производственного помещения – картофелехранилища № 1, площадью 563,2 кв.м, по состоянию 23.01.2015 составила 542 000 руб.; линии электропередач ВЛ-0,4 кВ, 617,92 м, по состоянию на 23.01.2015 – 119 000 руб.; объекта незавершенного строительства, площадью 763,8 кв.м по состоянию на 07.04.2015 – 64 000 руб., объекта незавершенного строительства, площадью 1368 кв.м по состоянию на 07.04.2015 – 86 000 руб.

В подтверждение неравноценности оспариваемых сделок конкурсный управляющий должника ФИО4 представила отчеты об оценке рыночной стоимости недвижимого имущества от 23.11.2015, 19.01.2016 подготовленные ИП ФИО9.

Согласно отчету об оценке рыночной стоимости от 23.11.2015 № 61р1 04/15 по состоянию на 17.04.2015 рыночная стоимость объекта незавершенного строительства, готовностью 90%, общей площадью 763,8 кв.м, составляет 1 061 000 руб.; рыночная стоимость объекта незавершенного строительства, готовностью 90%, общей площадью 1 368 кв.м, составляет 1 726 000 руб.

Согласно отчету об оценке рыночной стоимости от 23.11.2015 № 61р2 04/15 по состоянию на 04.02.2015 рыночная стоимость картофелехранилища № 1, общей площадью 1368 кв.м, составляет 915 000 руб.; рыночная стоимость линии электропередачи ВЛ-0,4 кВ, составляет 228 500 руб.

В судебном заседании 17.12.2015 оценщик ФИО9, составивший отчеты об оценке от 23.11.2015 № 61р1 04/15 и 61р2 04/15 пояснил, что осмотр объектов не производился. В июне 2015 года он выезжал по месту нахождения оцениваемых объектов, произвел фотосъемку, однако фотографии к отчетам об оценке не приложены, так как не было уверенности, что осмотренные объекты являются объектами оценки. Сообщил, что оценка изготовлена на основании сведений об идентификации объектов, размещенных на сайте Управления Росреестра по Чувашской Республике. Объекты незавершенного строительства предположительно выполнены из железобетонных конструкций, картофелехранилище – из профилированного листа или сэндвич-панелей. Пояснил, что указание в отчете об оценке на выполнение объектов незавершенного строительства из сэндвич-панелей ошибочно. Указал, что 15.12.2015 совместно с конкурсным управляющим и сотрудниками правоохранительных органов совершен выезд по месту нахождения объектов и произведен их осмотр. При этом пояснил, что площадь объектов он не измерял, до 15.12.2015 объекты оценки не осматривались.

Проанализировав представленные конкурсным управляющим должника ФИО4 отчеты об оценке рыночной стоимости от 19.01.2016 № 61р1 04/15 и 61р2 04/15, подготовленные ИП ФИО9, суд первой инстанции пришел к выводу, что указанные отчеты имеют существенные недостатки. В частности, при определении рыночной стоимости объектов недвижимости оценщиком ИП ФИО9 использовались сведения об объектах-аналогах, не отвечавших критериям идентичности (однородности) и сопоставимости условий реализации.

Данные недостатки отчетов от 19.01.2016 № 61р1 04/15 и 61р2 04/15 являются существенными и не позволяют принять их в качестве достоверного доказательства в отношении цены реализации спорных объектов недвижимого имущества.

С целью проверки доводов о неравноценном характере оспариваемой сделки и установления рыночной стоимости отчужденного недвижимого имущества должника, суд первой инстанции назначил судебную оценочную экспертизу, проведение которой поручено эксперту ООО «Институт оценки и консалтинга» ФИО10.

Согласно представленному в дело заключению эксперта от 30.08.2017 № Э/17-014, рыночная стоимость производственного помещения – картофелехранилища № 1, площадью 563,2 кв.м, по состоянию 23.01.2015 составляла 542 000 руб.; линии электропередач ВЛ-0,4 кВ, 617,92 м, по состоянию на 23.01.2015 – 119 000 руб.; объекта незавершенного строительства, площадью 763,8 кв.м по состоянию на 07.04.2015 – 64 000 руб., объекта незавершенного строительства, площадью 1368 кв.м по состоянию на 07.04.2015 – 86 000 руб.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к выводу, что рыночная стоимость объектов недвижимого имущества не отличается от стоимости реализации по спорным договорам купли-продажи.

Результаты судебной экспертизы, отраженные в заключении эксперта от 30.08.2017 № Э/17-014, участвующими в деле лицами не оспорены, доводов о неполноте либо недостоверности результатов судебной экспертизы не приведено.

Изучив заключение эксперта от 30.08.2017 № Э/17-014, суд первой инстанции пришел к выводу, что он соответствует Федеральному закону от 29.07.1998 № 135–ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации» и требованиям федеральных стандартов оценки и является допустимым доказательством стоимости спорного имущества.

С учетом изложенных обстоятельств, суд первой инстанции установил, что именно результат судебной оценочной экспертизы спорных объектов недвижимости близок к действительной стоимости объектов недвижимости на момент совершения сделки, является правильным и обоснованным.

Сопоставив цену оспариваемых договоров с определенной экспертом рыночной стоимостью объектов, суд первой инстанции пришел к выводу, что цена оспариваемых сделок не отличается от рыночной стоимости имущества, установленной экспертизой, в связи с чем отсутствуют соответствующие квалифицирующие признаки для признания договоров купли-продажи от 23.01.2015 и 07.04.2015 недействительными сделками.

При таких обстоятельствах, полно и всесторонне исследовав и оценив в совокупности и взаимосвязи все представленные в материалы дела доказательства с установленными по делу фактическими обстоятельствами по правилам статьи 71 АПК РФ, учитывая, что отчуждение спорного имущества произведено по цене, не отличающейся от его рыночной стоимости, в отсутствие доказательств совершения оспариваемых сделок на условиях очевидно неравноценного встречного исполнения, суд первой инстанции пришел к правильному выводам об отсутствии причинения имущественного вреда должнику и его кредиторам, то есть совокупности оснований, предусмотренных пунктами 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и, как следствие, об отсутствии оснований для признания оспариваемых сделок недействительными.

Вместе с тем суд первой инстанции обоснованно отметил, что наличие обстоятельств, указывающих на злоупотребление правом со стороны должника и ответчика, намерения реализовать какой-либо противоправный интерес, являющихся основанием для признания сделки недействительной, не установлено.

Все доводы заявителя жалобы судом апелляционной инстанции повторно проверены и подлежат отклонению, как противоречащие материалам дела, установленным по делу фактическим обстоятельствам, имеющимся в материалах дела доказательствам, основанные на неправильном толковании норм процессуального и материального права и не опровергающие выводов суда первой инстанции.

Таким образом, судебный акт первой инстанции принят при полном выяснении обстоятельств, имеющих значение для дела, нормы процессуального и материального права применены судом верно, с учетом конкретных обстоятельств дела, содержащиеся в нем выводы не противоречат установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся доказательствам, судом первой инстанции не нарушено единообразие в толковании и применении норм права.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно пункту 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

При таких обстоятельствах оснований для отмены судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Согласно статье 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы относятся на должника и подлежат взысканию с него в доход федерального бюджета, поскольку определением Первого арбитражного апелляционного суда от 27.02.2018 ему была предоставлена отсрочка по ее уплате.

Руководствуясь статьями 268, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд



ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Чувашской Республики – Чувашии от 23.11.2017 делу № А79–1183/2014 оставить без изменения, апелляционную жалобу конкурсного управляющего главы крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО2 ФИО4 – без удовлетворения.

Взыскать с главы крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО2 в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 3000 руб.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго?Вятского округа в месячный срок со дня его принятия через Арбитражный суд Чувашской Республики – Чувашии.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1 – 291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго?Вятского округа.



Председательствующий судья

Е.А. Кирилова

Судьи

Т.А. Захарова


Е.А. Рубис