Постановление от 22 апреля 2021 г. по делу № А07-4363/2020

ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 18АП-4413/2021, 18АП-4414/2021

Дело № А07-4363/2020
22 апреля 2021 года
г. Челябинск


Резолютивная часть постановления объявлена 20 апреля 2021 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 22 апреля 2021 года.

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Жернакова А.С.,

судей Карпачевой М.И., Соколовой И.Ю.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционные жалобы государственного бюджетного учреждения здравоохранения Республики Башкортостан Белебеевская центральная районная больница и федерального государственного унитарного предприятия «Управление строительства № 3 Федеральной службы исполнения наказаний» на решение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 11.02.2021 по делу № А07-4363/2020.

В судебном заседании приняли участие представители:

прокуратуры Республики Башкортостан – ФИО2 (поручение от 15.04.2021 № 8-158-2020, служебное удостоверение);

государственного бюджетного учреждения здравоохранения Республики Башкортостан Белебеевская центральная районная больница – ФИО3 (доверенность от 12.04.2021 № 1404, срок действия до 31.12.2021, паспорт), ФИО4 (доверенность от 12.04.2021 № 1405, срок действия до 31.12.2021, паспорт).

Прокуратура Республики Башкортостан (далее – истец, Прокуратура) обратилась в Арбитражный суд Республики Башкортостан с исковым заявлением к государственному бюджетному учреждению здравоохранения Республики Башкортостан Белебеевская центральная районная больница (далее – ответчик 1, ГБУЗ РБ Белебеевская ЦРБ), к федеральному государственному унитарному предприятию «Управление строительства № 3 Федеральной службы исполнения наказаний» (далее – ответчик 2, ФГУП УС-3 ФСИН России) о признании недействительным (ничтожным) гражданско-правового договора № 0301200009219000118 от 10.04.2019 на выполнение работ по капитальному ремонту здания родильного дома, расположенного по адресу: <...>, заключенного между ответчиками.

На основании статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены общество с ограниченной ответственностью «Строительная фирма – 15 БНЗС» (далее – ООО «СФ – 15 БНЗС»), общество с ограниченной ответственностью «ЮГАЗ Сервис» (далее – ООО «Югаз Сервис»), казенное предприятие Республики Башкортостан «Республиканское управление капитального строительства» (далее – КП РБ РУКС).

Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 11.02.2021 (резолютивная часть от 04.02.2021) исковые требования удовлетворены, признан недействительным (ничтожным) гражданско-правовой договор от 10.04.2019 № 0301200009219000118, заключенный между ГБУЗ РБ Белебеевская ЦРБ и ФГУП УС-3 ФСИН России.

С указанным решением суда не согласились ГБУЗ РБ Белебеевская ЦРБ, ФГУП УС-3 ФСИН России (далее также – податели апелляционной жалобы, апеллянты), подали апелляционные жалобы, в которых просили решение суда первой инстанции отменить, принять новый судебный акт об отказе Прокуратуре в удовлетворении исковых требований.

В апелляционной жалобе ГБУЗ РБ Белебеевская ЦРБ указало, что действовало добросовестно, заключая в порядке пункта 11 части 1 статьи 93 Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее – Закон о контрактной системе, Закон № 44-ФЗ) договор № 0301200009219000118 от 10.04.2019, так как не могло знать об отсутствии у ФГУП УС-3 ФСИН России возможности самостоятельно исполнить условия гражданско-правового договора. Требование о непосредственном выполнении работ ФГУП УС-3 ФСИН России норма пункта 11 части 1 статьи 93 Закона № 44-ФЗ не содержит, при выполнении специальных видов работ на объекте (газоснабжение, слаботочные сети, вентиляция и др.) необходимо привлекать субподрядные организации, имеющие специальные допуски и лицензии, аттестованных сотрудников, специальную технику и оборудование. Указание суда на разъяснения, изложенные в письме Федеральной антимонопольной службы России от 14.11.2019 № ИА/100040/19 неправомерно, так как данное письмо опубликовано после заключения спорного договора.

ГБУЗ РБ Белебеевская ЦРБ также указало, что работы по гражданско-правовому договору уже выполнены, отметило социальную значимость отремонтированного объекта.

В апелляционной жалобе ФГУП УС-3 ФСИН России также указало, что норма пункта 11 части 1 статьи 93 Закона № 44-ФЗ не является императивной, не содержит условия о непосредственном (личном) выполнении работ учреждением и предприятием уголовно-исполнительной системы, не запрещает привлечение субподрядных организаций. Апеллянт отметил, что редакция пункта 11 части 1 статьи 93 Закона № 44-ФЗ претерпела изменение, положения статьи 31 Закона о контрактной системе не предусматривают возможности установления условия о том, что участник должен выполнять работы лично, а также установления запрета на привлечение к их выполнению субподрядчика или принципала, а положения статьи 110.2 указанного Федерального закона допускают выполнение определенного процента подрядных работ привлеченными субподрядчиками.

ФГУП УС-3 ФСИН России указало, что судом не дана оценка тому, что в гражданско-правовом договоре от 10.04.2019 № 0301200009219000118 имеется прямое разрешение на привлечение субподрядных организаций; не дана оценка фактическому исполнению договора; не дана оценка отсутствию жалоб третьих лиц по вопросу заключения гражданско-правового договора с ФГУП УС-3 ФСИН России; не дана оценка социальной значимости отремонтированного объекта.

ФГУП УС-3 ФСИН России полагало, что суд первой инстанции применил закон, не подлежащий применению, так как заключением гражданско-правового договора от 10.04.2019 № 0301200009219000118 требования Закона № 44-ФЗ нарушены не были. Судом первой инстанции было допущено нарушение норм процессуального права, поскольку суд принял во внимание только правовую позицию истца и проигнорировал правовые позиции ответчиков, суд рассмотрел спор в судебном заседании, в котором представитель ФГУП УС-3 ФСИН России не смог принять участия.

К дате судебного заседания в суд апелляционной инстанции от Прокуратуры поступил отзыв на апелляционные жалобы ответчиков, в котором истец просил апелляционные жалобы оставить без удовлетворения, решение суда первой инстанции – без изменения.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом, в судебное заседание представители ответчика 2 и третьих лиц не явились.

От ФГУП УС-3 ФСИН России поступило ходатайство о рассмотрении дела в отсутствие его представителя, которое в силу части 2 статьи 156 АПК РФ удовлетворено апелляционным судом.

В отсутствие возражений представителей истца и ответчика 1 и в соответствии со статьями 123, 156, 159 АПК РФ дело рассмотрено судом апелляционной инстанции в отсутствие неявившихся представителей иных лиц, участвующих в деле.

В судебном заседании представители ГБУЗ РБ Белебеевская ЦРБ поддержали доводы апелляционной жалобы, представитель Прокуратуры просил в удовлетворении апелляционных жалоб ответчиков отказать.

Законность и обоснованность судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Как следует из письменных материалов дела и установлено судом первой инстанции, между ГБУЗ РБ Белебеевская ЦРБ (заказчик) и ФГУП УС-3 ФСИН России (подрядчик) на основании пункта 11 части 1 статьи 93 Закона № 44-ФЗ был подписан гражданско-правовой договор № 0301200009219000118 от 10.04.2019 (далее также – договор № 0301200009219000118 от 10.04.2019; т. 1 л.д. 11-19), согласно п. 1.1 которого подрядчик обязуется выполнить работы по капитальному ремонту здания родильного дома, расположенного по адресу: <...> (далее – объект), в объеме и соответствии с проектно-сметной документацией и передать выполненные работы заказчику, а заказчик обязуется принять выполненные работы и оплатить установленную настоящим договором цену.

В силу п. 1.3 договора № 0301200009219000118 от 10.04.2019 место выполнения работ: <...>.

На основании п. 2.1 договора № 0301200009219000118 от 10.04.2019 цена договора составляет 173 100 000 руб., в том числе НДС в размере 20 %, что составляет – 28 850 000 руб. (в соответствии с приложением № 1 к договору).

В соответствии с п. 2.2 договора № 0301200009219000118 от 10.04.2019 цена договора является твердой, определена на весь срок исполнения договора и не может изменяться в ходе его исполнения, за исключением случаев, предусмотренных п. 2.5 договора согласно ч. 1 ст. 95 Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд».

Согласно п. 3.1 договора № 0301200009219000118 от 10.04.2019 срок (период) выполнения работ по договору: с даты заключения договора до 30.11.2019.

На основании п. 11.1 договора № 0301200009219000118 от 10.04.2019 подрядчик вправе привлечь к исполнению своих обязательств по договору других лиц – соисполнителей.

Между сторонами подписано дополнительное соглашение № 1 от 26.04.2019 к договору № 0301200009219000118 от 10.04.2019 (т. 1 л.д. 26), в котором стороны дополнили п. 5.2.3 договора, указав, что подрядчик обязан заключить за счет собственных средств договора по строительному / техническому надзору на объекте «Капитальный ремонт здания родильного дома, расположенного по адресу: <...>».

Стороны также подписали дополнительное соглашение № 2 от 22.05.2019 к договору № 0301200009219000118 от 10.04.2019, в котором изменили содержание сводного сметного расчета стоимости строительства (т. 1 л.д. 27-34).

Работы по капитальному ремонту здания родильного дома были выполнены, что подтверждается подписанными ответчиками актами о приемке выполненных работ и справками о стоимости выполненных работ и затрат. ГБУЗ РБ Белебеевская ЦРБ произвело оплату выполненных по договору № 0301200009219000118 от 10.04.2019 работ (т. 1 л.д. 43-159, т. 2 л.д. 1-154).

Между ФГУП УС-3 ФСИН России (подрядчик) и ООО «СФ – 15 БНЗС» (субподрядчик) был заключен договор подряда № 8-40-19 от 11.04.2019 на капитальный ремонт здания родильного дома, расположенного по адресу: <...> (далее также – договор № 8-40-19 от 11.04.2019; т. 1 л.д. 35-39), согласно п. 1.1 которого субподрядчик обязуется выполнить работы по капитальному ремонту здания родильного дома, расположенного по адресу: <...> (далее – объект), в объеме и соответствии с проектно-сметной документацией и передать выполненные работы заказчику, а подрядчик обязуется принять выполненные работы и оплатить установленную настоящим договором цену.

В силу п. 1.2 договора № 8-40-19 от 11.04.2019 место выполнения работ: <...>.

Согласно п. 1.3 договора работы по настоящему договору выполняются в рамках реализации мероприятий по укреплению материально-технической базы учреждений (проведение капитального ремонта).

На основании п. 2.1 договора № 8-40-19 от 11.04.2019 цена договора составляет 159 252 000 руб., в том числе НДС в размере 20 %, что составляет – 26 542 000 руб. (в соответствии с приложением № 1 к договору).

Согласно п. 3.1 договора № 8-40-19 от 11.04.2019 срок (период) выполнения работ по договору: с даты заключения договора до 28.11.2019.

ООО «СФ – 15 БНЗС» работы по капитальному ремонту здания родильного дома ГБУЗ РБ Белебеевская ЦРБ были выполнены, что подтверждается подписанными в двустороннем порядке, без замечаний и возражений актами о приемке выполненных работ и справками о стоимости выполненных работ и затрат (т. 3 л.д. 99-155, т. 4 л.д. 1-132).

Согласно общему журналу работ № 1 (т. 3 л.д. 1-56) работы по капитальному ремонту здания родильного дома ГБУЗ РБ Белебеевская ЦРБ выполнялись силами ООО «СФ – 15 БНЗС».

Между ФГУП УС-3 ФСИН России (заказчик) и ООО «Югаз сервис» (исполнитель) был заключен договор оказания услуг по выполнению строительного контроля № СН-8-104-19 от 16.05.2019 (далее также – договор № СН-8-104-19 от 16.05.2019, т. 3 л.д. 92-95), согласно п. 2.1 которого заказчик поручает, а исполнитель принимает на себя обязательства по ведению строительного контроля заказчика на объекте капитального строительства: «Капитальный ремонт здания родильного дома, расположенного по адресу: <...>».

В силу п. 2.2 договора № СН-8-104-19 от 16.05.2019 исполнитель осуществляет строительный контроль согласно СДОС-03-2009 «Положение по проведению строительного контроля при строительстве, реконструкции, капитальном ремонте объектов капитального строительства». Объем выполняемых работ изложен в приложении № 1.

На основании п. 3.1 договора № СН-8-104-19 от 16.05.2019 стоимость услуг исполнителя по проведению строительного контроля на весь период действия договора составляет 1 731 000 руб., в том числе НДС 20 % - 288 500 руб.

По итогам выполнения работ по капитальному ремонту здания родильного дома, расположенного по адресу: <...>, подписан акт приемки законченного строительством объекта от 31.12.2019 (т. 5 л.д. 25-28).

Прокуратурой Республики Башкортостан проведена проверка соблюдения законодательства о контрактной системе при заключении гражданско-правового договора № 0301200009219000118 от 10.04.2019 на капитальный ремонт здания родильного дома, расположенного по адресу: <...>, по результатам которой были выявлены нарушения требований Закона о контрактной системе.

Согласно объяснениям от 26.09.2019, данным ИП ФИО5 – лицом, осуществлявшим по договору с ООО «СФ – 15 БНЗС» строительный контроль на объекте, ФГУП УС-3 ФСИН России самостоятельно своими силами работы по капитальному ремонту здания родильного дома, расположенного по адресу: <...> не осуществляло, все строительно-ремонтные работы произведены ООО «СФ – 15 БНЗС» (т. 3 л.д. 59-60).

Согласно объяснениям от 06.12.2019, данным главврачом ГБУЗ РБ Белебеевская ЦРБ ФИО6, работники ФГУП УС-3 ФСИН России непосредственного участия в процессе строительства не принимали (т. 3 л.д. 63).

В письме от 18.11.2019 № 3/ТО/135-884 ФГУП УС-3 ФСИН России указало, что функции генерального подрядчика по выполнению строительного контроля были переданы ООО «Югаз сервис», выполнение всех строительно-монтажных работ передано подрядной организации – ООО «СФ – 15 БНЗС» (т. 3 л.д. 65).

Ссылаясь на то обстоятельство, что ФГУП УС-3 ФСИН России самостоятельно не выполняло работы по договору № 0301200009219000118 от 10.04.2019, передало выполнение работ иным субподрядным организациям, чем нарушило требования Закона № 44-ФЗ, Прокуратура в защиту публичных интересов обратилась в арбитражный суд с рассматриваемым иском.

Удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции исходил из того, что оспариваемый договор заключен с нарушением требований Закона о контрактной системе, поскольку уклонение ФГУП УС-3 ФСИН России от выполнения работ по договору и перепоручение их выполнения субподрядным организациям привело фактически к обходу обязательных конкурентных процедур по определению подрядчика для выполнения работ по договору.

Проверив законность и обоснованность решения суда, оценив доводы апелляционных жалоб ответчиков, арбитражный апелляционный суд приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

В силу части 1 статьи 8 Закона о контрактной системе контрактная система в сфере закупок направлена на создание равных условий для обеспечения конкуренции между участниками закупок.

Любое заинтересованное лицо имеет возможность в соответствии с законодательством Российской Федерации и иными нормативными правовыми актами о контрактной системе в сфере закупок стать поставщиком (подрядчиком, исполнителем).

Конкуренция при осуществлении закупок должна быть основана на соблюдении принципа добросовестной ценовой и неценовой конкуренции между участниками закупок в целях выявления лучших условий поставок товаров, выполнения работ, оказания услуг.

Запрещается совершение заказчиками, специализированными организациями, их должностными лицами, комиссиями по осуществлению закупок, членами таких комиссий, участниками закупок любых действий, которые противоречат требованиям Закона о контрактной системе, в том числе приводят к ограничению конкуренции, в частности к необоснованному ограничению числа участников закупок (часть 2 статьи 8 Закона о контрактной системе).

В соответствии с частью 5 статьи 24 Закона о контрактной системе заказчик выбирает способ определения поставщика (подрядчика, исполнителя) в соответствии с положениями настоящей главы.

При этом заказчик не вправе совершать действия, влекущие за собой необоснованное сокращение числа участников закупки.

В соответствии с пунктом 1 статьи 422 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения.

В силу статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

Согласно части 1 статьи 52 АПК РФ прокурор вправе обратиться в арбитражный суд с иском о признании недействительными сделок, совершенных органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, государственными и муниципальными унитарными предприятиями, государственными учреждениями, а также юридическими лицами, в уставном капитале (фонде) которых есть доля участия Российской Федерации, доля участия субъектов Российской Федерации, доля участия муниципальных образований (часть 1 статьи 52 АПК РФ).

Поскольку оспариваемый договор № 0301200009219000118 от 10.04.2019 заключен в том числе ГБУЗ РБ Белебеевская ЦРБ, то есть государственным учреждением, Прокуратура наделена полномочием по оспариванию данной сделки в порядке арбитражного судопроизводства.

В силу статьи 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 данной статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 73 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», в силу прямого указания закона к ничтожным сделкам, в частности, относятся: соглашение об устранении или ограничении ответственности лица, указанного в пункте 3 статьи 53.1 ГК РФ (пункт 5 статьи 53.1 ГК РФ); соглашение участников товарищества об ограничении или устранении ответственности, предусмотренной в статье 75 ГК РФ (пункт 3 статьи 75 ГК РФ); сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности (статья 169 ГК РФ); мнимая или притворная сделка (статья 170 ГК РФ); сделка, совершенная гражданином, признанным недееспособным вследствие психического расстройства (пункт 1 статьи 171 ГК РФ); соглашение о переводе должником своего долга на другое лицо при отсутствии согласия кредитора (пункт 2 статьи 391 ГК РФ); заключенное заранее соглашение об устранении или ограничении ответственности за умышленное нарушение обязательства (пункт 4 статьи 401 ГК РФ); договор, предусматривающий передачу дара одаряемому после смерти дарителя (пункт 3 статьи 572 ГК РФ); договор, устанавливающий пожизненную ренту в пользу гражданина, который умер к моменту его заключения (пункт 3 статьи 596 ГК РФ); кредитный договор или договор банковского вклада, заключенный с нарушением требования о его письменной форме (статья 820 ГК РФ, пункт 2 статьи 836 ГК РФ). В силу пункта 5 статьи 426 ГК РФ условия публичного договора, не соответствующие требованиям, установленным пунктами 2 и 4 этой статьи, являются ничтожными.

Согласно пункту 74 указанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации также ничтожной является сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц. Вне зависимости от указанных обстоятельств законом может быть установлено, что такая сделка оспорима, а не ничтожна, или к ней должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 2 статьи 168 ГК РФ). Договор, условия которого противоречат существу законодательного регулирования соответствующего вида обязательства, может быть квалифицирован как ничтожный полностью или в соответствующей части, даже если в законе не содержится прямого указания на его ничтожность.

Применительно к статьям 166 и 168 ГК РФ под публичными интересами, в частности, следует понимать интересы неопределенного круга лиц, обеспечение безопасности жизни и здоровья граждан, а также обороны и безопасности государства, охраны окружающей природной среды. Сделка, при совершении которой был нарушен явно выраженный запрет, установленный законом, является ничтожной как посягающая на публичные интересы (пункт 75 указанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации).

Государственные и муниципальные контракты преследуют публичный интерес и направлены на удовлетворение публичных нужд за счет использования бюджетных средств.

Частью 1 статьи 72 Бюджетного кодекса Российской Федерации (далее – БК РФ) установлено, что закупки товаров, работ, услуг для обеспечения государственных (муниципальных) нужд осуществляются в соответствии с законодательством Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд с учетом положений БК РФ.

Государственные (муниципальные) контракты заключаются в соответствии с планом - графиком закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных (муниципальных) нужд, сформированным и утвержденным в установленном законодательством Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд порядке, и оплачиваются в пределах лимитов бюджетных обязательств (часть 2 статьи 72 БК РФ).

Закон о контрактной системе регулирует отношения, направленные на обеспечение государственных и муниципальных нужд в целях повышения эффективности, результативности осуществления закупок товаров, работ, услуг, обеспечения гласности и прозрачности осуществления таких закупок, предотвращения коррупции и других злоупотреблений в сфере таких закупок. Заказчики при осуществлении закупок используют конкурентные способы определения поставщиков (подрядчиков, исполнителей) или осуществляют закупки у единственного поставщика (подрядчика, исполнителя) (часть 1 статьи 24 Закона о контрактной системе).

Конкурентными способами определения поставщиков (подрядчиков, исполнителей) являются конкурсы (открытый конкурс, конкурс с ограниченным участием, двухэтапный конкурс, закрытый конкурс, закрытый конкурс с ограниченным участием, закрытый двухэтапный конкурс), аукционы (аукцион в электронной, закрытый аукцион), запрос котировок, запрос предложений (часть 2 статьи 24 Закона о контрактной системе).

В силу части 5 статьи 24 Закона о контрактной системе заказчик выбирает способ определения поставщика (подрядчика, исполнителя) в соответствии с положениями главы 3 данного закона. При этом он не вправе совершать действия, влекущие за собой необоснованное сокращение числа участников закупки.

Закупка у единственного поставщика не относится к конкурентным способам закупки, а, следовательно, применение такого метода закупок должно осуществляться исключительно в случаях, установленных законом. Такие случаи предусмотрены статьей 93 Закона о контрактной системе.

Частью 2 статьи 8 Закона о контрактной системе предусмотрено, что запрещается совершение заказчиками любых действий, которые противоречат требованиям Закона о контрактной системе, в том числе приводят к ограничению конкуренции, в частности к необоснованному ограничению числа участников закупок.

Как следует из материалов дела, гражданско-правовой договор № 0301200009219000118 от 10.04.2019 был заключен между ГБУЗ РБ Белебеевская ЦРБ и ФГУП УС-3 ФСИН России не по результатам конкурентных процедур, а на основании пункта 11 части 1 статьи 93 Закона о контрактной системе, которая допускает закупку у единственного поставщика (подрядчика, исполнителя) в случае производства товара, выполнения работы, оказания услуги учреждением и (или) предприятием уголовно-исполнительной системы, в том числе для нужд исключительно организаций, предприятий, учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, в соответствии с перечнем товаров, работ, услуг, утвержденным Правительством Российской Федерации.

Осуществление закупки у единственного поставщика (подрядчика, исполнителя) на основании статьи 93 Закона о контрактной системе носит исключительный характер. Данная норма применяется в случаях отсутствия конкурентного рынка, невозможности либо нецелесообразности применения конкурентных способов определения поставщика (подрядчика, исполнителя) для удовлетворения нужд заказчика.

Таким образом, из системного толкования положений Закона о контрактной системе следует, что заказчики могут заключить государственный контракт без проведения конкурентных процедур на поставку товара, выполнение работы, оказание услуг в случае если производство товара, выполнение работы, оказание услуги осуществляются непосредственно организациями, указанными в части 1 данной статьи.

В силу данного исключения из правил Закон о контрактной системе не предусматривает возможность дальнейшего определения организациями (единственными поставщиками, подрядчиками, исполнителями) посредников, соисполнителей или субподрядчиков, поскольку это приведет к нарушению основных принципов законодательства о контрактной системе, «обходу» конкурентных процедур.

Согласно письму Федеральной антимонопольной службы от 14.11.2019 № ИА/100040/19 «По вопросу о заключении контракта с учреждением уголовно-исполнительной системы как с единственным поставщиком» закупаемые на основании пункта 11 части 1 статьи 93 Закона № 44-ФЗ у учреждения или предприятия уголовно-исполнительной системы товары (работы, услуги) должны быть выполнены (оказаны) и произведены исключительно соответствующими учреждениями и предприятиями уголовно-исполнительной системы, а указанные обстоятельства должны подтверждаться документами, из которых следует, кто является производителем товара, например, сертификатами соответствия, декларациями о соответствии, документами, оформляемыми в соответствии с санитарными нормами и правилами и т.д.

На основании вышеизложенного суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что норма пункта 11 части 1 статьи 93 Закона о контрактной системе императивно устанавливает положение, при котором закупка определенных товаров, работ, услуг у единственного поставщика (подрядчика, исполнителя) – учреждения и (или) предприятия уголовно-исполнительной системы может осуществляться заказчиком в случае, если производство такого товара, выполнение работы, оказание услуги осуществляются данными учреждением и (или) предприятием уголовно-исполнительной системы.

Вместе с тем, как следует из материалов дела, на следующий день после заключения договора № 0301200009219000118 от 10.04.2019 ФГУП УС-3 ФСИН России заключило с ООО «СФ – 15 БНЗС» (субподрядчик) договор подряда № 8-40-19 от 11.04.2019 на капитальный ремонт здания родильного дома, расположенного по адресу: <...> (т. 1 л.д. 35-39).

ФГУП УС-3 ФСИН России также заключило с ООО «Югаз сервис» договор оказания услуг по выполнению строительного контроля № СН-8-104-19 от 16.05.2019 (т. 3 л.д. 92-95) на выполнение работ по ведению строительного контроля заказчика на объекте капитального строительства: «Капитальный ремонт здания родильного дома, расположенного по адресу: <...>».

Доказательства того, что какая-либо часть работ, предусмотренных договором № 0301200009219000118 от 10.04.2019, была выполнена ФГУП УС-3 ФСИН России, материалы дела не содержат.

Согласно общему журналу работ № 1 (т. 3 л.д. 1-56) работы по капитальному ремонту здания родильного дома ГБУЗ РБ Белебеевская ЦРБ выполнялись силами ООО «СФ – 15 БНЗС».

В письме от 18.11.2019 № 3/ТО/135-884 ФГУП УС-3 ФСИН России подтвердило, что функции генерального подрядчика по выполнению строительного контроля были переданы ООО «Югаз сервис», выполнение всех строительно-монтажных работ передано подрядной организации – ООО «СФ – 15 БНЗС» (т. 3 л.д. 65).

С учетом изложенного, апелляционная коллегия поддерживает вывод суда первой инстанции о том, что поскольку фактически работы по капитальному ремонту здания родильного дома были выполнены ООО «СФ – 15 БНЗС», а не ФГУП УС-3 ФСИН России, заключившим гражданско-правовой договор № 0301200009219000118 от 10.04.2019 в качестве единственного подрядчика, заключение указанного гражданско-правового договора является незаконным, направленным на обход обязательной процедуры торгов и нарушает положения статей 24 и 93 Закона о контрактной системе.

Доводы подателей апелляционных жалоб о том, что норма пункта 11 части 1 статьи 93 Закона о контрактной системе не содержит категорического предписания и условия о непосредственном (личном) выполнении работ учреждением и предприятием уголовно-исполнительной системы, являются необоснованными и с учетом вышеприведённых мотивов признаются апелляционным судом основанными на неправильном применении норм Закона о контрактной системе.

Ссылки апеллянтов на то, что при выполнении специальных видов работ на объекте (газоснабжение, слаботочные сети, вентиляция и др.) необходимо привлекать субподрядные организации, имеющие специальные допуски и лицензии, аттестованных сотрудников, специальную технику и оборудование, несостоятельны, поскольку, если для выполнения указанных работ очевидно требуются организации, имеющие специальные допуски и лицензии, аттестованных сотрудников, специальную технику и оборудование, а учреждения (или) предприятия уголовно-исполнительной системы указанным требованиям не отвечают, то применительно к указанным видам работ применение пункта 11 части 1 статьи 93 Закона о контрактной системе исключается, и для определения подрядчика, способного самостоятельно выполнить данные работы, необходимо проводить торги.

Ссылка ГБУЗ РБ Белебеевская ЦРБ в апелляционной жалобе на то, что письмо Федеральной антимонопольной службы России от 14.11.2019 № ИА/100040/19 было опубликовано после заключения спорного договора, также несостоятельна, поскольку дата появления указанного письма, не имеющего нормативно-правового характера, а разъясняющего порядок применения пункта 11 части 1 статьи 93 Закона о контрактной системе, не имеет правового значения. Правовое регулирование, введенное пунктом 11 части 1 статьи 93 Закона о контрактной системе, на дату появления письма Федеральной антимонопольной службы России от 14.11.2019 № ИА/100040/19 осталось прежним, в силу чего ответчики при заключении оспариваемого договора были обязаны руководствоваться указанной нормой Закона о контрактной системе.

Ссылка ФГУП УС-3 ФСИН России на изменение редакции пункта 11 части 1 статьи 93 Закона № 44-ФЗ отклоняется апелляционным судом, поскольку и прежняя, и актуальная редакция данного пункта не допускали возможности учреждению уголовно-исполнительной системы передать свои полномочия и обязанности единственного подрядчика третьим лицам.

Довод апелляционной жалобы ФГУП УС-3 ФСИН России о том, что положения статьи 110.2 Закона № 44-ФЗ допускают выполнение определенного процента подрядных работ привлеченными субподрядчиками, судебная коллегия с учетом вышеприведенных мотивов находит основанным на неправильном толковании и применении норм Закона № 44-ФЗ. Апелляционный суд также отмечает, что ФГУП УС-3 ФСИН России не было представлено доказательств, что оно являлось основным подрядчиком по договору, выполняло подрядные работы, и только часть работ в процентом отношении, установленном в постановлении Правительства Российской Федерации от 15.05.2017 № 570 «Об установлении видов и объемов работ по строительству, реконструкции объектов капитального строительства на территории Российской Федерации, которые подрядчик обязан выполнить самостоятельно без привлечения других лиц к исполнению своих обязательств по государственному и (или) муниципальному контрактам, и о внесении изменений в Правила определения размера штрафа, начисляемого в случае ненадлежащего исполнения заказчиком, поставщиком (подрядчиком, исполнителем) обязательств, предусмотренных контрактом (за исключением просрочки исполнения обязательств заказчиком, поставщиком (подрядчиком, исполнителем), и размера пени, начисляемой за каждый день просрочки исполнения поставщиком (подрядчиком, исполнителем) обязательства, предусмотренного контрактом», была выполнена третьими лицами.

Доводы апеллянтов о социальной значимости выполненных работ, о фактическом выполнении работ по договору № 0301200009219000118 от 10.04.2019 отклоняются судом апелляционной инстанции как не имеющие правового значения при оценке нарушения оспариваемой сделкой публичных интересов.

Договор, условия которого противоречат существу законодательного регулирования соответствующего вида обязательства, может быть квалифицирован как ничтожный полностью или в соответствующей части, даже если в законе не содержится прямого указания на его ничтожность (пункт 74 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

В данном случае, несмотря на фактическое исполнение договора на момент рассмотрения дела, признание такого договора недействительным приведет к восстановлению публичных интересов, в защиту которых предъявлен настоящий иск, направленных на недопустимость удовлетворения государственных и муниципальных нужд в обход конкурентных способов определения поставщиков (подрядчиков, исполнителей).

Доводы апелляционной жалобы ФГУП УС-3 ФСИН России о нарушении судом первой инстанции норм процессуального права не нашли своего подтверждения, нарушение принципов равенства и состязательности сторон судебной коллегией не установлено.

В силу части 3 статьи 156 АПК РФ при неявке в судебное заседание арбитражного суда истца и (или) ответчика, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства, суд вправе рассмотреть дело в их отсутствие.

Поскольку ФГУП УС-3 ФСИН России было надлежащим образом извещено о времени и месте судебного разбирательства, ходатайство об отложении судебного заседания не заявило, суд правомерно рассмотрел спор в судебном заседании 04.02.2021 в отсутствие представителя ФГУП УС-3 ФСИН России.

С учетом вышеизложенного апелляционная коллегия приходит к выводу, что решение суда первой инстанции является законным и обоснованным, отмене не подлежит. Оснований для удовлетворения апелляционных жалоб ответчиков не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта на основании части 4 статьи 270 АПК РФ, судом апелляционной инстанции не установлено.

Судебные расходы по оплате государственной пошлины по апелляционной жалобе подлежат распределению в соответствии с частью 1 статьи 110 АПК РФ.

В силу оставления апелляционной жалобы ГБУЗ РБ Белебеевская ЦРБ без удовлетворения уплаченная им государственная пошлина по апелляционной жалобе относится на указанного апеллянта.

В соответствии с подпунктом 1.1 пункта 1 статьи 333.37 Налогового кодекса Российской Федерации от уплаты государственной пошлины освобождаются прокуроры и иные органы, обращающиеся в арбитражные суды в случаях, предусмотренных законом, в защиту государственных и (или) общественных интересов; государственные органы, органы местного самоуправления, выступающие по делам, рассматриваемым в арбитражных судах, в качестве истцов или ответчиков.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 32 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.07.2014 № 46 «О применении законодательства о государственной пошлине при рассмотрении дел в арбитражных судах», в подпункте 1.1 пункта 1 статьи 333.37 Налогового кодекса к органам, обращающимся в арбитражные суды в случаях, предусмотренных законом, в защиту государственных и (или) общественных интересов, относятся такие органы, которым право на обращение в арбитражный суд в защиту публичных интересов предоставлено федеральным законом (часть 1 статьи 53 АПК РФ).

Под иными органами в смысле подпункта 1 пункта 1 статьи 333.37 Налогового кодекса Российской Федерации понимаются субъекты, не входящие в структуру и систему органов государственной власти или местного самоуправления, но выполняющие публично-правовые функции. Таковыми являются, в частности, Пенсионный фонд Российской Федерации, Фонд социального страхования Российской Федерации, Федеральный фонд обязательного медицинского страхования, Центральный банк Российской Федерации. Названные органы освобождаются от уплаты государственной пошлины по делам, рассматриваемым в арбитражных судах, в случае, когда они выступают в судебном процессе в защиту государственных и (или) общественных интересов.

Необходимо также учитывать, что если государственное или муниципальное учреждение выполняет отдельные функции государственного органа (органа местного самоуправления) и при этом его участие в арбитражном процессе обусловлено осуществлением указанных функций и, соответственно, защитой государственных, общественных интересов, оно освобождается от уплаты государственной пошлины по делу.

Согласно Указу Президента Российской Федерации от 15.05.2018 № 215 «О структуре федеральных органов исполнительной власти», пунктам 4, 13 Указа Президента Российской Федерации от 09.03.2004 № 314 «О системе и структуре федеральных органов исполнительной власти» Федеральная служба исполнения наказаний (далее – ФСИН России) входит в систему федеральных органов исполнительной власти и осуществляет публичные функции по обеспечению исполнения уголовных наказаний, содержанию подозреваемых, обвиняемых, подсудимых и осужденных, находящихся под стражей, этапированию, конвоированию, а также контролю за поведением условно осужденных и осужденных, которым судом предоставлена отсрочка отбывания наказания.

Эти государственные полномочия в силу пункта 5 Положения о Федеральной службе исполнения наказаний, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 13.10.2004 № 1314, ФСИН России осуществляет как непосредственно, так и через учреждения, исполняющие наказания, следственные изоляторы, а также предприятия, учреждения и организации, специально созданные для обеспечения деятельности уголовно-исполнительной системы.

С учетом изложенного, поскольку ФГУП УС-3 ФСИН России является тем самым предприятием, специально созданным для обеспечения деятельности уголовно-исполнительной системы, то есть освобождено от уплаты государственной пошлины, излишне уплаченная ФГУП УС-3 ФСИН России по платежному поручению № 173 от 04.03.2021 государственная пошлина по апелляционной жалобе в размере 3 000 руб. подлежит возврату данному апеллянту из федерального бюджета.

Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 11.02.2021 по делу № А07-4363/2020 оставить без изменения, апелляционные жалобы государственного бюджетного учреждения здравоохранения Республики Башкортостан Белебеевская центральная районная больница и федерального государственного унитарного предприятия «Управление строительства № 3 Федеральной службы исполнения наказаний» – без удовлетворения.

Возвратить федеральному государственному унитарному предприятию «Управление строительства № 3 Федеральной службы исполнения наказаний» из федерального бюджета 3 000 руб. государственной пошлины по апелляционной жалобе, излишне уплаченной по платежному поручению № 173 от 04.03.2021.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение двух месяцев со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий судья А.С. Жернаков

Судьи: М.И. Карпачева

И.Ю. Соколова