Постановление от 1 декабря 2020 г. по делу № А45-3779/2020

СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

улица Набережная реки Ушайки, дом 24, г. Томск, 634050, http://7aas.arbir.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Томск Дело № А45-3779/2020

Резолютивная часть постановления объявлена 24 ноября 2020 года.

Полный текст постановления изготовлен 01 декабря 2020 года.

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего

Фроловой Н.Н.

судей

Зайцевой О.О.

ФИО1

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО2, с использованием средств аудиозаписи в режиме веб-конференции, рассмотрел в судебном заседании, апелляционную жалобу ФИО3 (№ 07АП-9603/2020)) на определение от 14.09.2020 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-3779/2020 (судья Мельниковой А.О.) о несостоятельности (банкротстве) ФИО4 (ИНН <***>, ОГРНИП 312547618000272, адрес регистрации – 630040, <...>) по заявлению ФИО3 о включении требования в размере 1164157 рублей 53 копеек в реестр требований кредиторов должника,

В судебном заседании участвовали (в режиме веб-конференции):

от финансового управляющего ФИО5: ФИО6 по доверенности от 20.11.2020, паспорт;

от ООО «Рост»: ФИО7 по доверенности от 05.03.2020, паспорт.

от иных лиц: не явились (извещены),

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Новосибирской области от 14.05.2020 ФИО4 (далее – ФИО4, должник) признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим должника утвержден ФИО5 (далее – финансовый управляющий ФИО5).

В арбитражный суд поступило заявление ФИО3 (далее – ФИО3) о включении требования в размере 1 164 157, 53 рублей в реестр требований кредиторов должника.

Определением от 14.09.2020 (резолютивная часть была объявлена 10.09.2020) Арбитражный суд Новосибирской области отказал в удовлетворении заявления.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО3 обратилась с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить и принять по делу новый судебный акт, ссылаясь на неполное выяснение обстоятельств имеющих значение для дела, несоответствие выводов суда обстоятельствам дела, нарушение применения норм материального права.

Указав, что суд первой инстанции необоснованно пришел к выводу о фактической аффилированности ФИО3 по отношению к должнику. Считает, что подтвердила свою финансовую состоятельность и возможность оплаты должнику денежной суммы.

Указывает на неосновательное обогащение должника, так как денежные средства были переданы должнику, а транспортное средство – нет.

В судебном заседании представители финансового управляющего и ООО «Рост» просили оставить апелляционную жалобу без удовлетворения, судебный акт – без изменения.

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание апелляционной инстанции не явились.

Арбитражный апелляционный суд считает возможным на основании статей 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие неявившихся участников арбитражного процесса.

Заслушав участников процесса, исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность определения суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции не находит оснований для его отмены.

Как установил суд первой инстанции, в обоснование заявленных требований ФИО3 указала на то, что 18.10.2017 между заявителем и должником заключен договор купли-продажи автомобиля Тойота Камри 2016 года выпуска, VIN <***> номер двигателя 2AR H729883, цвет серый металлик за 1 000 000 рублей.

Денежные средства были переданы ФИО4 по расписке от 18.10.2017. Как указывала ФИО3 в заявлении, в последующем ей стало известно, что должник на момент заключения договора не являлся собственником спорного транспортного средства, поскольку 03.06.2016 между АО ВТБ Лизинг и ООО «Рост» в лице директора ФИО4 был заключен договор лизинга. Данное обстоятельство стало известно ФИО3 в момент изъятия автомобиля сотрудниками безопасности ВТБ Лизинг вместе с ПТС.

Поскольку ФИО4 не возвратил ей денежные средства, уплаченные по договору, у должника, по мнению ФИО3 возникло неосновательное обогащение в размере 1 000 000 рублей, а также задолженность по процентам за пользование чужими денежными средствами в размере 164 157, 53 рублей.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявления о включении требования в реестр, исходил из того, что ФИО3 и должник, подписывая 18.10.2017 договор купли-продажи автомобиля, не имели намерения создать соответствующие последствия в виде передачи должником ФИО3 автомобиля, что в силу пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации свидетельствует о мнимости договора.

Выводы суда первой инстанции, соответствуют действующему законодательству и фактическим обстоятельствам дела.

Согласно положениям статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьи 32 Федерального закона № 127-ФЗ от 26.10.2002 «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закона о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

На основании статьи 71 Закона о банкротстве, суд проверяет обоснованность требований и наличие оснований для включения указанных требований в реестр требований кредиторов.

В соответствии со статьей 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для дела, на основе представленных доказательств.

Для предотвращения необоснованных требований к должнику и, как следствие, нарушений прав его кредиторов, к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника-банкрота, предъявляются повышенные требования (пункт 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», пункт 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства (утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016)).

Как указывал Конституционный Суд Российской Федерации в своих решениях, процедуры банкротства носят публично-правовой характер (постановления от 22.07.2002 № 14-П, от 19.12.2005 № 12-П и др.). Публично-правовой целью института банкротства является обеспечение баланса прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, имеющих различные, зачастую диаметрально противоположные интересы. Эта цель достигается посредством соблюдения закрепленного в части 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации принципа, в соответствии с которым осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Включение необоснованной задолженности в реестр требований кредиторов должника в целях влияния на ход дела о банкротстве затрагивает не только частные интересы должника и его кредитора, но и всех иных кредиторов, вовлеченных в процесс банкротства, препятствуя справедливому рассмотрению дела о несостоятельности и окончательному его разрешению (как в части определения судьбы должника и его имущества, так и в части распределения конкурсной массы между добросовестными кредиторами).

По смыслу норм Закона о банкротстве, единственной надлежащей целью обращения кредитора в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) должно являться получение от должника удовлетворения своих требований в результате производства по делу о банкротстве. Для кредитора реальное получение денежных средств в счет уплаты соответствующей задолженности должно являться достаточным, при условии, что кредитор полагает себя добросовестным.

Давая оценку доводу апелляционной жалобы об отсутствии фактической аффилированности с должником, суд апелляционной инстанции исходит из следующего.

Доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Доказывание фактической аффилированности, при этом, не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности (определение Верховного Суда РФ от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056 (6)).

Суд первой инстанции правомерно пришел к выводу наличии признаков фактической заинтересованности сторон, исходя из представленных в материалы дела документов, а именно копия договора купли-продажи от 23.09.2016, заключенного между ФИО3 и ФИО8 (являющейся матерью ФИО9, также заявившего денежные требования к должнику в рамках настоящего дела),а также доверенность от 30.06.2016, выданная ФИО3 ФИО10 (заявившему денежные требования к должнику в рамках настоящего дела).

Довод ФИО3 о наличии финансовой возможности для уплаты денежных средств и необходимости включения её требования судом апелляционной инстанции отклоняется, как противоречащий материалам дела и фактическим обстоятельствам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Мнимые сделки совершаются для того, чтобы произвести ложное представление на третьих лиц. Мнимые сделки характеризуются несоответствием волеизъявления подлинной воле сторон: в момент ее совершения воля обеих сторон не направлена на достижение правовых последствий в виде возникновения, изменения, прекращения соответствующих гражданских прав и обязанностей, а волеизъявление свидетельствует о таковых.

В обоснование мнимости сделки стороне необходимо доказать, что при ее совершении подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при совершении данной сделки.

Из анализа представленного договора купли-продажи следует, что транспортное средство принадлежит продавцу на праве собственности, никому не продано, не заложено, под арестом не состоит, не имеет регистрационных ограничений.

Осуществляя свои права разумно, ФИО3 должна была и могла убедиться в наличии у ФИО4 соответствующего права на распоряжение спорным автомобилем, в том числе путем ознакомления с ПТС. Вместе с тем, из представленной в материалы дела копии ПТС спорного автомобиля усматривается наличие отметки о собственнике – АО ВТБ Лизинг. Согласно подписи ФИО3 транспортное средство она получила.

В качестве подтверждения наличия финансовой возможности передать должнику денежные средства в размере 1 000 000 рублей ФИО3 в дело были представлены справки по форме 2-НДФЛ за 2015, 2016, 2017, выписки из ЕГРН за 2016-2017, договор купли продажи от 23.09.2016, из анализа которых следует, что доход заявителя за указанный период составил более 13 млн.рублей.

Из анализа представленных документов следует, что в период с 2015 год по 2017 год включительно ФИО3 были приобретены объекты недвижимости с кадастровой стоимостью около 60 млн. рублей, из них не реализовано либо реализовано после заключения спорного договора недвижимое имущество с кадастровой стоимостью 26 млн. рублей.

Поэтому судом первой инстанции был сделан обоснованный вывод, что вся совокупность представленных документов не свидетельствует с достоверностью о наличии у ФИО3 финансовой возможности передать должнику 1 млн.рублей. Доказательства расходования должником денежных средств, переданных по расписке, материалы дела не содержат, несмотря на то, что определением от 17.08.2020 суд первой инстанции предлагал должнику представить пояснения о судьбе денежных средств.

Таким образом, ФИО3 не раскрыла разумных экономических причин и целей заключения договора купли-продажи с ФИО4 Также суд апелляционной инстанции указывает на бездействие ФИО3, выразившееся в не обращении на протяжении длительного времени в суд за взысканием задолженности (требование было заявлено спустя два с половиной года после подписания договора).

Учитывая изложенное, суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении заявлеения.

Доводы заявителя апелляционной жалобы не опровергают выводы суда первой инстанции, а выражают несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

При таких обстоятельствах, арбитражный суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права. Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и оснований для его отмены, в соответствии со статьёй 270 АПК РФ, апелляционная инстанция не усматривает.

Руководствуясь статьями 258, 268, пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

ПОСТАНОВИЛ:

определение от 14.09.2020 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-3779/2020 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО3 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления его в законную силу, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Новосибирской области.

Председательствующий Н.Н. Фролова

Судьи О.О. Зайцева

ФИО1