Постановление от 31 октября 2023 г. по делу № А54-9109/2021

ДВАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Староникитская ул., 1, г. Тула, 300041, тел.: (4872)70-24-24, факс (4872)36-20-09

e-mail: info@20aas.arbitr.ru, сайт: http://20aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А54-9109/2021
г. Тула
31 октября 2023 года
20АП-5443/2023


Резолютивная часть постановления объявлена 30 октября 2023 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 31 октября 2023 года.


Двадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Холодковой Ю.Е., судей Волошиной Н.А., Тучковой О.Г., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, при участии в судебном заседании: от ФИО2 – ФИО3 (паспорт, доверенность от 03.09.2021), финансовый управляющий ФИО4 - ФИО5 (лично, паспорт), от ФИО6 – ФИО7 (паспорт, доверенность от 26.08.2022), в отсутствии других лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о месте и времени судебного заседания, рассмотрев посредством систем видеоконференц-связи между Двадцатым арбитражным апелляционным судом и Арбитражным судом Рязанской области апелляционные жалобы ФИО2 и ФИО4, на определение Арбитражного суда Рязанской области Арбитражного от 28.06.2023 по делу № А54-9109/2021 (судья Е.А. Ветлужских), вынесенное по заявлению финансового управляющего к ответчику - ФИО8 в лице законного представителя ФИО2 о признании сделки (договор дарения доли в праве на квартиру от 31.05.2021) недействительной и применении последствий ее недействительности, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО4 (ИНН <***>),



УСТАНОВИЛ:

ФИО6 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании несостоятельной (банкротом) ФИО4 в связи с наличием непогашенной задолженности на сумму 5 279 300 руб.

Определением Арбитражного суда Рязанской области от 31.05.2022 (резолютивная часть объявлена 25.05.2022) в отношении ФИО4 введена процедура банкротства - реструктуризация долгов. Финансовым управляющим должника утвержден ФИО5. Сообщение о введении в отношении должника процедуры банкротства - реструктуризации долгов должника опубликовано в газете "Коммерсантъ" 04.06.2022.

Решением Арбитражного суда Рязанской области от 02.11.2022 (резолютивная часть объявлена 26.10.2022) ФИО4 признана несостоятельной (банкротом); в отношении должника открыта процедура банкротства - реализация имущества гражданина. Финансовым управляющим утвержден ФИО5. Сообщение о признании должника несостоятельным (банкротом) и открытии в отношении должника процедуры банкротства - реализации имущества гражданина опубликовано в газете "Коммерсантъ" 12.11.2022.

15.06.2022 финансовый управляющий обратился в Арбитражный суд Рязанской области с заявлением, в котором просил (с учетом принятых судом в порядке ст.49 АПК РФ уточнений заявленных требований): - признать договор дарения доли в праве общей собственности на квартиру от 31.05.2021 г. на 1/2 доли в праве на квартиру, расположенную по адресу: 390029, <...>; кадастровый номер: 62:29:0070039:671, заключенный между ФИО4 и ФИО8 недействительным; - применить последствия недействительности сделки в виде, возврата в конкурсную массу должника 1/2 доли в праве на квартиру, расположенную по адресу: 390029, <...>; кадастровый номер: 62:29:0070039:671.

Определением Арбитражного суда Рязанской области от 20.07.2022 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен орган опеки и попечительства в лице Администрации муниципального образования - Михайловский муниципальный район Рязанской области.

Определением Арбитражного суда Рязанской области от 23.09.2022 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО9, финансовый управляющий имуществом ФИО9

Определением Арбитражного суда Рязанской области от 24.10.2022 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены органы опеки и попечительства в лице Администрации г. Рязани.

Определением Арбитражного суда Рязанской области Арбитражного от 28.06.2023 суд признал недействительным договор дарения доли в праве общей собственности на квартиру от 31.05.2021, заключенный между ФИО4 и ФИО2 действующей как законный представитель своего несовершеннолетнего сына ФИО8, применил последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу ФИО4 1/2 доли в праве на квартиру, расположенную по адресу: 390029, <...>; с кадастровым номером: 62:29:0070039:671.

Не согласившись с принятым судебным актом ФИО2 и ФИО4 обратились с апелляционными жалобами в Двадцатый арбитражный апелляционный суд, в которых просят отменить определение суда, отказать в удовлетворении заявленных требований.

В обоснование доводов жалобы ФИО2 указывает, на необоснованное отклонение доводов о достаточности имущества у Должника для удовлетворения требований кредиторов и преждевременности оспаривания настоящей сделки по причине недоказанности названных доводов. Также указывает на неоднозначность выводов суда относительно аффилированности сторон сделки, с учетом недееспособности (в силу несовершеннолетия) стороны по сделке.

Также указывает, что фактическим пользователями и владельцами квартиры по адресу: <...> являлись несовершеннолетние дети и их законный представитель ФИО2, которая несла расходы за указанное жилое помещение, при этом никто другой никаких расходов за данную квартиру с 2016 года не нес. Сам факт дарения квартиры обусловлен тем, что сторонами исполнялось ранее достигнутое соглашение, по которому ФИО9 передал в дар ФИО10 свою доли в праве на квартиру 23.09.2020 года, а ФИО4 передала свою долю в праве 31.05.2021 года ФИО8

Ссылается на то, что оспоренная доля в квартире являлась единственным пригодным для постоянного проживания несовершеннолетних детей ФИО8 и ФИО10, дети ходят в школу по месту района расположения спорной квартиры.

Апеллянт указывает, что ФИО4 не знала о неисполнении ФИО9 своих обязательств по договору займа перед кредитором, а сами сделки направлены на обеспечение несовершеннолетних детей и не связаны с целью причинения вреда кредиторам, поскольку первая сделка была совершена ранее, чем был заключен договор займа.

В обоснование доводов жалобы ФИО4 указывает, что вывод суда о том, что договор дарения был заключен с целью причинения вреда кредиторам является преждевременным и необоснованным. Кроме того ссылается на то обстоятельство, что оспариваемый судебный акт затрагивает права несовершеннолетнего ФИО8 и фактически лишает его возможности проживать в квартире по адресу: 390029, <...>, где он проживает и зарегистрирован с момента рождения.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

От финансового управляющего должником и кредитора ФИО6 поступили отзывы, приобщенные к материалам дела в соответствии со ст. 262 АПК РФ.

В судебном заседании, организованном при содействии АС Рязанской области в форме видеоконференц связи представитель ФИО2 поддержал свою апелляционную жалобу и жалобу должника. Настаивал, что имущества достаточно, сделка носила семейный характер, иное имущество ФИО2 не пригодно для проживания. Пояснил, что ФИО8 не проживал с бабушкой в спорной квартире, в ней проживала ФИО2 и несовершеннолетние дети.

Финансовый управляющий должником и представитель кредитора возражали против удовлетворения апелляционных жалоб.

Пояснили позиции в отношении наличия имущества в конкурсной массе как должника, так и ФИО9 (учитывая, что ФИО6 и ФИО5 также являются кредитором и финансовым управляющим соответственно), пояснили о наличии спора о разделе совместно нажитого имущества между супругами в настоящем деле, что уменьшает размер имущества, подлежащего передаче кредитору.

В отношении исполнительского иммунитета пояснили, что должник проживает и проживала по иному адресу, нежели оспариваемая сделка: <...>, где и были зарегистрированы несовершеннолетние внуки должника до подачи настоящего заявления об оспаривания сделки, что, по мнению управляющего и кредитора, направлено на искусственное придание спорной квартире исполнительского иммунитета.

Иные участвующие в деле лица своих представителей в арбитражный суд апелляционной инстанции не направили, что согласно статей, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены апелляционной инстанцией в порядке статей 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов апелляционных жалоб.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований, предусмотренных статьей 270 АПК РФ, для отмены или изменения судебного акта в силу следующего.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, 31.05.2021 между ФИО4 (даритель) и ФИО2, действующей от имени своего несовершеннолетнего сына ФИО8 (одаряемые) заключен договор дарения доли в праве общей собственности на квартиру.

Согласно условиям договора ФИО4 подарила своему внуку 1/2 долю в праве на квартиру, расположенную по адресу: 390029, <...>; с кадастровым номером: 62:29:0070039:671.

Согласно выписки из ЕГРН переход права собственности на квартиру от дарителя к одаряемым зарегистрирован сторонами 01.06.2021.

Полагая, что оспариваемая сделка совершена в нарушение статьи 61.2 Закона о банкротстве с причинением вреда кредиторам, со злоупотреблением правом, финансовый управляющий обратился в суд с заявлением об оспаривании сделки.

Судом установлено, что поскольку переход права собственности зарегистрирован 01.06.2021, тогда как заявление о признании должника банкротом было принято судом 29.11.2021, то есть в период подозрительности, установленный статьей 61.2 Закона о банкротстве.

Удовлетворяя заявление, судом установлено, что документальных доказательств возмездности отчуждения имущества, экономической обоснованности отчуждения имущества должником, ответчиком, в материалы дела не представлено.

Стороны сделки являются близкими родственниками, ФИО8 является внуком должника - ФИО4, что не оспаривается участниками процесса.

Довод ответчика, что стороны не являются заинтересованными лицами, так как ФИО2 (ответчик) с 22.11.2016 не состоит в браке с ФИО9 (сын должника), и не поддерживает с ним отношений, а только является матерью общего несовершеннолетнего ребенка ФИО8 судом отклонен со ссылкой на пункт 7 части 1 статьи 9 Федерального закона от 26.07.2006 N 135-ФЗ "О защите конкуренции". Судом установлено, что ФИО4, ФИО8, являются заинтересованными лицами по правилам статьи 19 Закона о банкротстве и статьи 9 Закона о конкуренции.

Судом указано, что факт заключения спорной сделки в виде безвозмедного отчуждения актива при условии аффилированности приобретателя в своей совокупности являются обстоятельствами, достаточными для определения того, что у должника имелась цель причинения вреда своим кредиторам в результате совершения сделки, в связи с чем, суд пришел к выводу о наличии у оспариваемой сделки состава подозрительности, предусмотренного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Судом указано, что с точки зрения принципа добросовестности в ситуации существования долговых обязательств перед кредиторами, стремление должника одарить родственника или свойственника не может иметь приоритет над необходимостью удовлетворения интересов кредиторов за счет имущества должника.

Данные выводы согласуются с позицией Верховного суда Российской Федерации, указанной в определении от 12.03.2019 N 305-ЭС17-11710(4) по делу N А40-177466/2013.

Суд пришел к выводу, что оспариваемая сделка по самой конструкции являются безвозмездными, в связи с заключением данной сделки намеренно ухудшено имущественное положение должника и уменьшен объем его активов, следовательно, сделка совершена в ущерб имущественным интересам кредиторов должника.

Вместе с тем суд оценил оспоренную сделку на предмет наличия признаков их недействительности (ничтожности) по основаниям, предусмотренным в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации. Суд пришел к выводу о совершении сделки при согласованных действиях сторон с целью безвозмездного вывода ликвидного имущества из собственности должника во избежание обращения на него взыскания. В результате заключения договора дарения имущества был причинен вред имущественным правам кредиторов, выразившийся в соответствующем уменьшении активов должника, за счет которых могли быть удовлетворены их требования.

Судом отклонены доводы ФИО4 о том, что спорные сделки были совершены ввиду неблагоприятного состояния здоровья.

Судом указано, что довод ответчика о том, что доля в праве на квартиру была подарена в счет достигнутых соглашений по спору о разделе совместно нажитого имущества, не подтвержден документально, а довод ответчика о том, что спорная квартира является единственным местом жительства несовершеннолетних детей ответчика, судом отклоняется, поскольку в рамках рассматриваемого спора квартира (1/2 доли) получила бы статус единственного жилья не для должника и членов его семьи, а для стороны недействительной сделки (приобретателя квартиры).

В случае возврата в конкурсную массу жилого помещения, отчужденного в рамках недействительной сделки, оно не будет является единственным пригодным для проживания жилым помещением, так как должник обладает жилым помещением, расположенным по адресу: <...>.

Кроме того судом установлено, что за ФИО2, действующей в интересах несовершеннолетнего ребенка ФИО8, зарегистрировано на праве собственности иное имущество: жилой дом и земельный участок (доля в праве 1/2) расположенный по адресу: Рязанская обл., г. ФИО11, ул. Московская д.83, здание, назначение - жилое, площадь 85,1 кв.м., расположенное по адресу: <...>, с/т "Водоканал", уч. 40 (Железнодорожный район), кадастровый номер: 62:29:0060031:5022; земельный участок, для ведения садоводства, площадь 606 кв.м, адрес: <...>, с/т "Водоканал", уч. 40 (Железнодорожный район), кадастровый номер: 62:29:0060031:1711.

Судом проверены доводы ответчика относительно того, что стоимость имущества, имеющегося в собственности должника, превышает размер кредиторской задолженности, и отклонены, поскольку документально не подтверждены. Юридически значимым обстоятельством является то, что на момент разрешения спора по существу требования кредиторов не погашены.

Судом отклонен также довод о том, что собственником спорного имущества является несовершеннолетний ребенок - ФИО8, что подтверждается выпиской из ЕГРН, в связи с этим основания для истребования имущества отсутствуют, поскольку указанное обстоятельство для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве значения не имеет.

Судом принято во внимание, что в рассматриваемом случае ФИО2 как законный представитель несовершеннолетних детей, была осведомлена о цели совершения спорной сделки - причинение вреда имущественным интересам кредиторов.

Иные доводы оценены судом и признаны не влияющими на существо вынесенного судебного акта.

При изложенных обстоятельствах, суд признал сделку недействительной и применил последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу должника отчужденного имущества. Поскольку встречного удовлетворения контрагентами не осуществлялось, применение встречных последствий недействительности сделки судом не производится.

Апелляционный суд признает выводы суда первой инстанции обоснованными.

В соответствии со статьей 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В соответствии с п. 7 ст. 213.9 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" финансовый управляющий вправе подавать в арбитражный суд заявления о признании недействительными сделок, по основаниям, предусмотренным ст. ст. 61.2, 61.3 Закона о банкротстве.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что по оспариваемому договору отчуждено недвижимое имущество, право собственности на которое подлежит государственной регистрации. Следовательно, необходимо принимать во внимание не дату подписания сторонами соглашения, по которому они обязались осуществить передачу имущества, а саму дату фактического вывода активов, то есть исполнения сделки путем отчуждения имущества (статья 61.1 Закона о банкротстве). Конструкция купли-продажи недвижимости по российскому праву предполагает, что перенос титула собственника производится в момент государственной регистрации. Поэтому для соотнесения даты совершения сделки, переход права на основании которой (или которая) подлежит государственной регистрации, с периодом подозрительности учету подлежит дата такой регистрации, то есть дата сделки – 01.06.2021 года.

Соответствующая позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 17.10.2016 N 307-ЭС15-17721(4), Определение Верховного суда РФ от 09 июля 2018 года N 307-ЭС18-1843.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 23.08.2018 N 301-ЭС17-7613(3) по делу N А79-8396/2015 системный анализ действующих положений об оспаривании сделок по специальным основаниям (например, сравнение пунктов 1 и 2 статьи 61.2 или пунктов 2 и 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве) позволяет прийти к выводу, что по мере приближения даты совершения сделки к моменту, от которого отсчитывается период подозрительности, законодателем снижается стандарт доказывания недобросовестности контрагента как условия для признания сделки недействительной, и в данном случае приведенные выше сомнения в добросовестности ответчика, как стороны сделки должны истолковываться в пользу истца и перелагать бремя процессуальной активности на другую сторону, которая становится обязанной раскрыть добросовестный характер мотивов своего поведения и наличие у сделки разумных экономических оснований.

В силу части 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Как указано в п. 8 Постановления N 63 сделки, в предмет которых в принципе не входит встречное исполнение (например, договор дарения) или обычно его не предусматривающие (например, договор поручительства или залога), не могут оспариваться на основании п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве, но могут оспариваться на основании п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В пункте 5 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" разъяснено, что для признания сделки недействительной по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.03.2019 N 305-ЭС17-11710 (4) сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной. В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (ст. ст. 9 и 65 АПК РФ).

По смыслу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве к заинтересованным лицам должника относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц, либо являются по отношению к нему аффилированными. Таким образом, критерии выявления заинтересованности в делах о несостоятельности через включение в текст закона соответствующей отсылки сходны с соответствующими критериями, установленными антимонопольным законодательством.

Разумность стороны гражданско-правового договора при его заключении и исполнении означает проявление этой стороной заботливости о собственных интересах, рациональность ее поведения исходя из личного опыта данной стороны, той ситуации, в которой она находится, существа правового регулирования заключенной ею сделки, сложившейся практики взаимодействия таких же участников гражданского оборота при сходных обстоятельствах (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.07.2020 N 310-ЭС18-12776 (2)).

В данном случае суд обоснованно пришел к выводу, о доказанности осведомленности законного представителя стороны по сделке ФИО2 (бывшей снохи должника), как законного представителя одаряемого о неплатежеспособности должника, и как следствие, о цели причинения вреда соответствующим представленным в материалы дела доказательствам и фактическим обстоятельствам спора.

Стороной по сделке является внук должника, вторым законным представителем ответчика является сын должника, соответственно в силу ст. 14 Семейного кодекса РФ, ст. 19 Закона о банкротстве и пункта 7 Постановления Пленума ВАС РФ № 63 осведомленность заинтересованного лица о цели причинения вреда - предполагается.

В связи с чем, доводы жалоб о неопределенности в отношении ответчика по сделке отклоняются, как основанные на неверном толковании норм права.

Проверяя доводы жалоб о неправильном применении судом положений ст. 446 ГПК РФ, суд апелляционной инстанции исходит из следующего.

Согласно пункту 1 статьи 446 ГПК РФ взыскание по исполнительным документам не может быть обращено на следующее имущество, принадлежащее гражданину-должнику на праве собственности: жилое помещение (его части), если для гражданина-должника и членов его семьи, совместно проживающих в принадлежащем помещении, оно является единственным пригодным для постоянного проживания помещением, за исключением указанного в настоящем абзаце имущества, если оно является предметом ипотеки и на него в соответствии с законодательством об ипотеке может быть обращено взыскание.

Согласно пункту 4 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 25.12.2018 N 48 "О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан" целью оспаривания сделок в рамках дел о банкротстве является возврат в конкурсную массу того имущества, которое может быть реализовано для удовлетворения требований кредиторов. Поэтому не подлежит признанию недействительной сделка, направленная на отчуждение должником жилого помещения, если на момент рассмотрения спора в данном помещении продолжают совместно проживать должник и члены его семьи и при возврате помещения в конкурсную массу оно будет защищено исполнительским иммунитетом (статья 446 ГПК РФ).

Согласно пункту 3 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 25.12.2018 N 48 "О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан" при наличии у должника нескольких жилых помещений, принадлежащих ему на праве собственности, помещение, в отношении которого предоставляется исполнительский иммунитет, определяется судом, рассматривающим дело о банкротстве, исходя из необходимости как удовлетворения требований кредиторов, так и защиты конституционного права на жилище самого гражданина-должника и членов его семьи, в том числе находящихся на его иждивении несовершеннолетних, престарелых, инвалидов, обеспечения указанным лицам нормальных условий существования и гарантий их социально-экономических прав.

Конституционный Суд Российской Федерации, давая в постановлении от 14.05.2012 N 11-П (далее - постановление № 11-П) оценку конституционности положениям абзаца второго части 1 статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, указал - исполнительский иммунитет в отношении жилых помещений предназначен не для того, чтобы в любом случае сохранить за гражданином-должником принадлежащее ему на праве собственности жилое помещение, а для того, чтобы, не допуская нарушения самого существа конституционного права на жилище и умаления человеческого достоинства, гарантировать гражданину-должнику и членам его семьи уровень обеспеченности жильем, необходимый для нормального существования (абзац первый пункта 4 мотивировочной части постановления).

Гарантии жилищных прав членов семьи собственника жилого помещения закреплены в статье 31 Жилищного кодекса Российской Федерации.

По общему правилу члены семьи собственника жилого помещения имеют право пользования данным жилым помещением наравне с самим собственником (часть 4 статьи 31 Жилищного кодекса Российской Федерации).

Как разъяснено в пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 02.07.2009 N 14 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации", членами семьи собственника жилого помещения являются проживающие совместно с ним в принадлежащем ему жилом помещении его супруг, а также дети и родители данного собственника. Для признания названных лиц, вселенных собственником в жилое помещение, членами его семьи достаточно установления только факта их совместного проживания с собственником в этом жилом помещении.

В том случае, если гражданин на основании части 2 статьи 31 Жилищного кодекса Российской Федерации имеет право пользования (пользуется) жилым помещением, принадлежащим его родителю, наравне с собственником, обращение взыскания на жилые помещения такого гражданина, принадлежащие ему на праве собственности, возможно (Определение ВС РФ от 26.07.2021 года № 303-ЭС20-18761).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в Определении ВС РФ от 13.04.2023 года № 305-ЭС19-13899 отказ в применении исполнительского иммунитета не должен оставить без жилища приобретших право пользования жилым помещением членов семьи должника, в том числе несовершеннолетних детей.

При этом дети, супруг, родители признаются членами семьи собственника жилого помещения, вселенными в жилое помещение, при установлении факта их совместного проживания с собственником в этом жилом помещении. Необходимо иметь в виду, что регистрация лица по месту жительства по заявлению собственника жилого помещения или ее отсутствие не является определяющим обстоятельством для решения вопроса о признании его членом семьи собственника жилого помещения (пункт 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 02.07.2009 N 14 "О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации").

В данном случае судом исследован вопрос фактического проживания ответчика и должника. Сторонами и материалами дела подтверждено, что спорная квартира (ул. Строителей 13»б») не являлась местом жительства должника – ФИО4, ответчик не проживал в указанной квартире совместно с должником, в связи с чем, основания для признания внука членом семьи должника применительно к оценке довода о наличии у квартиры исполнительского иммунитета отсутствуют.

Кроме того, в настоящем деле о банкротстве в ином обособленном споре в качестве единственного пригодного для проживания жилья должника признана иная квартира – <...>, в которой и был зарегистрирован несовершеннолетний ответчик до подачи управляющим заявления об оспаривании сделки (определение Арбитражного суда Рязанской области от 17.01.2023 по делу N А54-9109/2021, оставленное без изменения Постановлением Двадцатого Арбитражного апелляционного суда от 16.06.2023 года).

Кроме того, судом первой инстанции обоснованно принято во внимание, что должник обладает квартирой, мать ответчика также имеет в собственности иные жилые помещения. Апеллянтами, вопреки ст. 65 АПК РФ, доказательств непригодности указанных помещений для проживания не представлено.

Также апелляционный суд признает обоснованными выводы суда первой инстанции о том, что должник не проживает совместно с внуком, соответственно являющаяся предметов рассмотрения в рамках рассматриваемого спора квартира (1/2 доли) получила бы статус единственного жилья не для должника и членов его семьи, а для стороны недействительной сделки (выгодоприобретателя квартиры).

Доводы заявителей апелляционных жалоб о достаточности у должника иного имущества для погашения требований кредитора были предметом оценки суда первой инстанции и отклонены как необоснованные.

Суд апелляционной инстанции повторно проверил данные доводы, однако с учетом пояснений финансового управляющего, в конкурсной массе должника имеется имущество, стоимость которого недостаточна для погашения реестра, превышающего 10 миллионов рублей. Финансовый управляющий пояснил, что на ? имущества, включенного в конкурсную массу, претендует супруг должника (ввиду спора о разделе совместно нажитого имущества). Кроме того, настаивает, что итоговая стоимость имущества может быть определена только на торгах.

В отношении автомобилей, переданных в залог кредитору основным заемщиком – ФИО9 представитель кредитора и финансовый управляющий ФИО9 пояснили, что актуальный размер требований кредитора уменьшен на сумму требования, вырученную от продажи одного из автомобилей, что учтено в реестре требований кредиторов, обращение же на второй автомобиль в деле о банкротстве ФИО9 невозможно ввиду отчуждения предмета залога должником третьему лицу (в материалы дела № А54-9108/2021 в электронном виде представлены сведения УГИБДД по Московской области).

Заявителями апелляционных жалоб не опровергнуты доводы кредитора и управляющего о недостаточности имущества в конкурсной массе.

Доводы ФИО2 о том, что спорная сделка не нарушала права кредиторов, являлась оформлением ранее возникших устных договоренностей внутри семьи, что в данной квартире постоянно проживали члены семьи сына должника (а после развода: сноха и внуки должника) не подтверждают наличие оснований для придания спорной квартире статуса единственного для проживания жилья для ответчика.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что согласно сведений ЕГРН, представленных в материалы дела, по состоянию на 30.06.2022 года регистрация по месту жительства ФИО8 значился иной адрес: <...> до 21, корпус 2 квартира 5 (том 3 л.д. – 43), то есть регистрация изменена ответчиком после обращения финансового управляющего с настоящим заявлением.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что оспариваемая сделка по самой конструкции является безвозмездной, в связи с заключением данной сделки намеренно ухудшено имущественное положение должника и уменьшен объем его активов, следовательно, сделка совершена в ущерб имущественным интересам кредиторов должника, при осведомленности ответчика о неплатежеспособности должника.

По мнению судебной коллегии, обстоятельства дела исследованы судом полно и всесторонне, спор разрешен в соответствии с требованиями действующего законодательства.

Обжалуя определение суда первой инстанции, каких-либо доводов, которые не были бы проверены и не учтены судом при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли бы на оценку его законности и обоснованности, либо опровергали выводы арбитражного суда области, заявители не привели.

Убедительных доводов, основанных на доказательствах и позволяющих отменить обжалуемый судебный акт, апелляционные жалобы не содержит.

Оснований для отмены определения суда первой инстанции, предусмотренных частью 4 статьи 270 Кодекса, судом апелляционной инстанции не установлено.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для удовлетворения апелляционных жалоб и отмены вынесенного определения.

Руководствуясь статьями 266, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Рязанской области от 28.06.2023 по делу № А54-9109/2021 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме. В соответствии с частью 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации кассационная жалоба подается через арбитражный суд первой инстанции.


Председательствующий судья

Судьи


Ю.Е. Холодкова

Н.А. Волошина

О.Г. Тучкова