Постановление от 20 февраля 2018 г. по делу № А40-86553/2016

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru




ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-51730/2017

Дело № А40-86553/16
г. Москва
21 февраля 2018 года
Резолютивная часть постановления объявлена 06 февраля 2018 года

Постановление изготовлено в полном объеме 21 февраля 2018 года


Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи С.А. Назаровой,

судей О.Г. Мишакова, И.М. Клеандрова,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном  заседании апелляционные жалобы ФИО2, ФИО3, ФИО4 и ФИО11

на определение Арбитражного суда города Москвы от 04.09.2017

по делу № А40-86553/16, вынесенное судьей П.А. Марковым,

о признании недействительным договора купли-продажи автомобиля Ferrari California (2009 г.в.), VIN <***>, заключенного 21.07.2014 между ФИО2 и ФИО5; о признании недействительным договора купли-продажи автомобиля Rolls-Royce Ghost, (2010 г.в.), VIN <***>, заключенного 21.07.2014 между ФИО2 и ФИО5; о признании недействительным договора купли-продажи автомобиля Ауди A8L (2013 г.в.), VIN <***>, заключенного 21.07.2014 между ФИО2 и ФИО5 и о применении последствий недействительности сделки

по делу о признании несостоятельным (банкротом) ФИО2,

при участии в судебном заседании:

от ООО «ТД «НКМЗ» - ФИО6, дов. от 01.03.2017, ФИО7, по дов. от 07.11.2017

от ФИО2 - ФИО8, дов. от 03.07.2017

от ФИО3 - ФИО9, дов. от 20.04.2017

от финансового управляющего - ФИО10, дов. от 27.07.2017

от ФИО11 – ФИО12, по  дов. от 29.09.2017  



У С Т А Н О В И Л:

Определением Арбитражного суда города Москвы от 25.05.2016 принято к производству заявление ФИО2 о признании его банкротом. Решением суда от 23.01.2017 гражданин признан банкротом, введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО13

Сообщение о признании гражданина банкротом опубликовано финансовым управляющим в газете «Коммерсантъ» № 21 от 04.02.2017, стр. 125.

Финансовый управляющий должника и ООО «ТД «НКМЗ» обратились  в суд  с заявлением о признании недействительными сделками договоров купли-продажи от 21.07.2014 заключенных между ФИО2 и ФИО14 автомобилей FerrariCalifornia (2009 г.в., VIN<***>); Rolls-Royce Ghost, (2010 г.в., VIN<***>); Ауди А8L (2013 г.в., VIN<***>), и           применении последствий недействительности сделки.

Определением от 05.04.2017 Арбитражный суд города Москвы к участию в рассмотрении дела в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора привлечены ФИО15, ФИО16, ООО "Престиж".

ООО «ТД «НКМЗ» в  порядке статьи  49  АПК РФ представлено заявление, в котором поставлены требования  о признании недействительными договоров и применении последствий недействительности, в виде взыскания с ФИО5 в пользу ФИО2 действительной стоимости автомобиля     Ferrari     California     (2009     г.в.) – 6 000 000 рублей,     VIN     <***>     на     момент приобретения – 6 000 000 рублей, действительной стоимости автомобиля Rolls-Royce Ghost, (2010 г.в.) VIN<***> на момент приобретения – 7 000 000 рублей; действительной  стоимости автомобиля Ауди A8L (2013 г.в.), VIN <***> на момент приобретения – 7 000000 рублей.

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 04.09.2017 признан недействительным договор купли-продажи автомобиля Ferrari California (2009 г.в.), VIN <***>, заключенный 21.07.2014 между ФИО2 и ФИО5, применены  последствия недействительности сделки, с ФИО5 в пользу ФИО2 взыскана действительная  стоимость автомобиля Ferrari California (2009 г.в.), VIN <***> на момент приобретения – 6.000.000 рублей; признан недействительным договор купли-продажи автомобиля Rolls-Royce Ghost, (2010 г.в.), VIN <***>, заключенный 21.07.2014 между ФИО2 и ФИО5 и применены последствия недействительности сделки, взыскана с ФИО5 в пользу ФИО2 действительную стоимость автомобиля Rolls-Royce Ghost, (2010 г.в.) VIN <***> на момент приобретения – 7.000.000 рублей;  признан недействительным договор купли-продажи автомобиля Ауди A8L (2013 г.в.), VIN <***>, заключенный 21.07.2014 между ФИО2 и ФИО5 и применены последствия недействительности сделки, взыскана с ФИО5 в пользу ФИО2 действительна стоимость         автомобиля    Ауди   A8L    (2013   г.в.), VIN <***> на момент приобретения – 7 000 000 рублей.

Не согласившись с вынесенным определением, ФИО4 обратился в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение и принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления, в обоснование указывая на то, что суд первой инстанции не учел всех фактических обстоятельств дела, выводы суда не соответствуют обстоятельствам дела, неправильно применены нормы материального права. Судом  первой инстанции  не учтено  указание в отзыве  на отсутствие  средств для полной оплаты стоимости автомобилей, осуществление  деятельности по  перепродаже транспортных  средств с целью получения  небольшой  прибыли, и реализации в последующем договоров  по договорам  комиссии с  ООО «Авторентлюкс». При этом, цели причинить вред кредиторам должника не  имелось, и о финансовом  состоянии должника  ему не было известно, и в сговор с должником он не вступал. Также апеллянт указывает на то, что в перечисленных судом юридических лицах на момент заключения сделок он не работал, а исполнение им трудовых  обязанностей  впоследствии не связано с  заключением  оспариваемых  договоров. Не согласен заявитель с выводом суда о мнимости  договоров, поскольку они были исполнены  реально, средства перерегистрированы  в органах  ГИБДД, и заключены договоры  страхования. Оспариваемое определение  содержит ошибки относительно отсутствия сведений  по отчуждению автомобилей   Rolls-Royce Ghost и Ferrari California и необходимости возложения на  ФИО17 обязанности возвратить автомобили должнику в натуре.

Не согласившись с вынесенным определением ФИО2 обратился в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления, в обоснование  указывая на недоказанность имеющих  значение  для дела обстоятельств, которые  суд  посчитал  установленными,  несоответствие  выводов обстоятельствам дела, не установление  точной даты возникновения  просрочки исполнения  обязательств по кредитному договору, что привело к неверному выводу  о наличии признаков  неплатежеспособности на  дату  заключения  оспариваемых  сделок, с учетом того, что изменения, внесенные  в  Закон о банкротстве,  вступили в  силу  с  01.10.2015.  заявитель считает несостоятельным вывод суда  о безвозмездности сделки, поскольку  условиями договора стороны  подтвердили  расчеты по ней. Не учтено судом  первой инстанции и то обстоятельство, что он не был осведомлен о неисполнении  ООО «УК Терра» обязательств  по кредитному договору,  так как  выступал поручителем и не  являлся  лицом, контролирующим  заемщика. Отсутствуют в  материалах дела  и доказательства  того, что  ФИО4 являлся лицом, подконтрольным должнику, и доверенным  лицом при заключении сделок. По мнению апеллянта  у суда не имелось  оснований  для применения  положений  п. 2 ст. 61.2 Закона  о банкротстве, поскольку  сделка  совершена до 01.10.2015, а также  одновременной квалификации сделок  по п. 1  ст. 170 и ст. 10  ГК РФ, к тому же  отсутствуют доказательства мнимости сделок.  В качестве оснований  нарушений  норм процессуального права, ФИО2 указал на то, что в  нарушение  требований статьи  130  АПК РФ суд  рассмотрел заявления, которые  приняты к производству  разными судебными актами, и не были объединены в  одно производство для совместного рассмотрения. Производство  по требованию о признании сделки недействительной на  основании п. 1 ст. 170  ГК РФ подлежало прекращению, поскольку данный спор подведомственен суду  общей  юрисдикции.   Также, суд  первой  инстанции незаконно сослался  на материалы  иного обособленного спора, который  не был  рассмотрен  по существу  на дату  вынесения  обжалуемого судебного акта при выводах  относительной  действий  ФИО11 и должника по отчуждению объектов недвижимости и транспортных  средств. Резолютивная  часть  обжалуемого определения  не соответствует  его мотивировочной части  относительно применения  последствий  недействительности.   Также в мотивировочной  части определения имеются  ссылки  на  мотивировочную часть  судебного акта, вынесенного по иному обособленному спору, который  не имеет  никакого отношения   к рассматриваемому спору.  

Не согласившись с вынесенным определением, ФИО3 обратилась в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение и перейти к рассмотрению спора по правилам первой инстанции, в обоснование  указывая на то, что является бывшей супругой  должника и не была привлечена к  участию в деле, в  качестве третьего лица, не заявляющего  самостоятельные требования, поскольку  выводы суда о ее недобросовестности  затрагивают как ее  имущественные  права, так и ее  обязанности по отношению к  сторонам  спора – кредитору  ООО «ТД НКМЗ» и финансовому управляющему.  

Не согласившись с вынесенным определением ФИО11 обратилась в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение и направить вопрос  на новое рассмотрение, в обоснование  указывая на то, что в судебном акте содержится  указание  на отчуждение  недвижимого имущества должником  в  пользу ФИО11, тогда как автомобили ею не приобретались, и оценка  судом действий как недобросовестных  и направленных на уменьшение конкурсной массы, затрагивает  ее  права  и обязанности, как лица, не привлеченного к участию в деле.   

В судебном заседании представители апеллянтов настаивали  на удовлетворении жалоб.

ФИО11 в судебном  заседании заявила  ходатайство о приобщении к материалам  дела  сообщение  Екатеринбургской  таможни от 08.11.2017 № 24-24/15963 о том, что  не установлено таможенных  операции в  отношении спорных  автомобилей  с  целью их вывоза  с таможенной территории  Евразийского экономического  союза.    

ФИО11  апелляционным судом  отказано в приобщении к материалам дела указанного сообщения  в качестве доказательства, ввиду отсутствия  оснований, предусмотренных  ст. 268  АПК РФ.

Представители финансового управляющего должника, ООО «ТД «НКМЗ» в судебном заседании возражали на доводы апелляционных жалоб, в материалы дела представлены отзывы, которые  приобщены  к  материалам дела.

Иные лица, участвующие в  деле в судебное заседание не  явились, о времени  и месте судебного разбирательства  извещены надлежаще.

Рассмотрев дело в порядке статей 156, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, выслушав объяснения явившихся в судебное заседание лиц, изучив материалы дела, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены оспариваемого определения суда первой инстанции.

Судом  первой  инстанции установлено, что 21.07.2014 ФИО2 на основании трех договоров купли-продажи осуществил в пользу ФИО18 отчуждение транспортных  средств: Ferrari California (2009 г.в., VIN <***>); Rolls-Royce Ghost (2010 г.в.,VIN <***>); Audi A8L (2013 г.в., VIN <***>).

Финансовый управляющий  и конкурсный кредитор,  считая  совершение сделок безвозмездно в преддверии банкротства должника в пользу заинтересованного лица, заявили о признании ее недействительной по основаниям, предусмотренным статьями 10, 168 ГК РФ  и п. 1 ст. 170 ГК РФ.

  Суд первой инстанции, удовлетворяя требование, исходил из наличия достаточных доказательств заявленных оснований для признания оспариваемых  договоров недействительными  сделками.

Согласно п. 1 ст. 61.1 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» сделки,совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признанынедействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, атакже      по      основаниям      и      в      порядке,      которые      указаны      в      ФЗ «О

Несостоятельности (банкротстве)».

В соответствии с п. 1 ст. 213.32 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»,заявление      об      оспаривании     сделки      должника-гражданина     по      основаниям,

предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов      или      комитета      кредиторов,      а      также      конкурсным      кредитором      или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Согласно пункту 13 Федерального закона от 29 июня 2015 № 154-ФЗ «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» абзац второй пункта 7 статьи 213.9 и пункты 1 и 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона) применяются к совершенным с 1 октября 2015 года сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 1 октября 2015 года с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона).

В связи с тем, что оспариваемые сделки заключены  до 01.10.2015, следовательно, они могут быть признаны недействительными только на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа), с  соблюдением порядка, предусмотренного пунктами 3 - 5 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона).

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Статьей 168 ГК РФ установлено, что сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Согласно п. 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (п. 1 ст. 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что совершая сделку, стороны намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес; установить факт заключения сделки с намерением причинить вред другому лицу; установить имелись у сторон сделки намерения причинить вред имущественным правам кредиторов, то есть была ли сделка направлена на уменьшение конкурсной массы.

Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Согласно позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 02.11.2010 № 6526/10 по делу № А46-4670/2009, заключение должником сделки, направленной на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности имеющей целью уменьшение активов должника и его конкурсной массы, является злоупотреблением правом.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части 1 Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное. Если будет установлено - недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона соответственно наступившим или не наступившим (пункт 3 статьи 157 Гражданского кодекса Российской Федерации); указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (пункт 5 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Судом  первой инстанции установлено, что по сообщению  УГИБДД ГУ МВД России по Московской области (исх. № 21/1159 от 16.02.2017) ФИО2 приобрел спорные  автомобили и поставил их на регистрационный учет: Ferrari California - 07.08.2013; Rolls-Royce Ghost - 28.05.2013; Ауди A8L- 09.08.2013.

21.07.2014 ФИО2 заключил с ФИО18 три договора купли-продажи автомобилей, по которым ФИО2 отчуждены: автомобиль Ferrari California по цене 6 000 000 рублей; Автомобиль Rolls-Royce Ghost -  7000000 рублей; Автомобиль Ауди A8L – 7 000 000 рублей, т.е. за 1 год 9 месяцев до принятия Арбитражным судом города Москвы заявления ФИО2 о признании его банкротом.

В отзыве на иск, ФИО5 указывает, что 26.06.2014 передал на реализацию в ООО «Авторентлюкс» автомобиль Rolls-Royce Ghost, а 16.07.2014 – Ferrari California, т.е. на момент  заключения  договоров, автомобили находились на реализации в ООО «Авторентлюкс».

При этом, доказательств полномочий  на совершение  подобного действия по передаче  транспортных  средств на  реализацию, в  материалах  дела  не имеется.

Из отзыва ФИО5  следует, что автомобиль Rolls-Royce Ghost, купленный у ФИО2 за 7 000 000 рублей им перепродан за 7 379 200 рублей, a автомобиль Ferrari California, приобретенный за 6 000 000 рублей продан за 6456800 рублей. А автомобиль Ауди A8L приобретенный у должника за  7 000 000 рублей, ФИО5 продал ФИО15 на основании договора купли-продажи транспортного средства от 09.10.2014 за 4 000 000 рублей, который в один период со ФИО2 являлся участником нескольких юридических лиц (ООО «Кухня», ООО «Бункер 3», ООО «Бункер 2», ООО «Бункер 1», ООО «Бункер Менеджмент»).

Удовлетворяя требования о признании оспариваемых сделок по отчуждению ФИО2 автомобилей недействительными на основании статей 10, 168 ГК РФ, суд первой инстанции исходил осведомленности ФИО2 на момент совершения сделок о финансовых сложностях подконтрольного ему основного заемщика (ООО «Управляющая компания «Терра»), об отсутствии у ООО «Управляющая компания «Терра» возможности самостоятельно и в полном объеме исполнять обязательства по кредитному договору и предвидении ФИО2 действий Банка по предъявлению ему, как поручителю требований; направленности действий ФИО2 по отчуждению основного принадлежащего ему имущества на причинение вреда кредиторам посредством лишения их возможности обращения взыскания на данное имущество.

Из материалов дела  следует, что согласно анализу финансового состояния ООО «Управляющая компания Терра», подготовленного временным управляющим ФИО19, Общество являлось неплатежеспособной организацией и не могло исполнять обязательства по кредитному договору перед ООО «КБ «Кольцо Урала» уже с 01.01.2013.

Таким образом, ФИО2 (на дату совершения оспариваемых сделок являлся собственником 50% доли в уставном капитале ООО «Екб-Профит», которое владеет 100% долей в уставном капитале ООО «УК «Терра»),  являясь контролирующим лицом ООО «УК «Терра» (факт осуществления хозяйственной деятельности ООО «УК «Терра» под контролем ФИО2 установлен Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда № 17АП- 9995/2015-ГК от 20.03.2017 по делу №А60-21733/2015) и солидарным поручителем (договор  поручительства № <***> прч-2-13) по кредитному договору ООО «УК «Терра», знал о невозможности исполнения обязательств по кредитному договору № <***> клв-13 от 20.02.2013 и осознавал неизбежность предъявления к нему, как к солидарному должнику, требования об оплате задолженности в размере, превышающем 500 000 000 рублей.

Отклоняя доводы ФИО2 об отсутствии у него сведений о невозможности исполнения ООО «УК «Терра» обязательств по кредитному договору, по которому он является поручителем, суд  первой  инстанции обоснованно исходил из того, должник как добросовестный участник гражданского оборота, являющийся поручителем по кредитному договору и участником корпоративных отношений с  основным заемщиком, должен был и мог получать сведения о финансовом состоянии последнего, и ходе исполнении им своих  обязательств, перечисляя Банку  средства  в счет погашения  кредита.

Обстоятельство обращения ООО «Коммерческий банк «Кольцо Урала» с  заявлением в Арбитражный суд Свердловской области к ООО «УК «Терра» о взыскании задолженности по кредитному договору (дело А60-34782/2014) 12.08.2014 в и в Кировский районный суд города Екатеринбурга к ФИО2 14.08.2014, т.е. после заключения оспариваемых договоров (21.07.2014) обоснованно отнесено к  осведомленности должника  о невозможности исполнения ООО «УК «Терра» своих обязательств, поскольку  обращению Банка  в суд  предшествовала  как досудебная процедура, так как и направлялись  требования в  адрес ООО «УК «Терра», ООО «ФОРЭС-Химия», ФИО2 о возвращении кредита в сумме 584 821 421,90 рублей. И результатом  неисполнения своих  обязательств, явилось принятие Решения Кировским районным судом г. Екатеринбурга от 16.06.2015 по делу № 2-32/8(15) о взыскании с ФИО2 в пользу ООО «Коммерческий банк «Кольцо Урала» денежных средств в размере 271 488 088,54 рублей, расходов по уплате государственной пошлины в размере 60 000 рублей.

Вывод суда  первой  инстанции о том, что ФИО2 в преддверии своего банкротства осуществил безвозмездное отчуждение автомобилей Ferrari California, Rolls-Royce Ghost, Audi A8L, с  целью уменьшения конкурсной массы,   и осознавал  неотвратимость предъявления к нему требований ООО «Коммерческий банк «Кольцо Урала», апелляционный  суд  находит подтвержденный  материалами дела, поскольку в материалах дела отсутствуют доказательства оплаты ФИО5 в пользу ФИО2 денежных  средств.  К тому же, по сообщению ИФНС по Ленинскому району г. Екатеринбурга (исх. № 06-19/07426 от 02.03.2017) в базе данных Инспекции отсутствуют декларации ФИО2 по форме 3-НДФЛ за 2012-2015 годы.

Положениями пунктов 4 оспариваемых договоров от 21.07.2014 определено, что  ФИО2 получил от ФИО5 денежные средства в размере 6000000 рублей за Ferrari California, 7 000 000 рублей за Rolls-Royce Ghost и 7 000 000 рублей за Ауди A8L.

Доводы  ответчиков  о том, что содержание пунктов 4 договоров подтверждают  передачу денежных средств, апелляционным судом отклоняются, поскольку достоверных  доказательств по  совершению действий по передаче  денежной массы ФИО5 в  указанном  размере должнику, в  материалы дела  не представлено.

Однако отсутствуют и в материалах дела доказательства наличия у ФИО5 денежных средств для расчета с должником за приобретенные автомобили. Данное  обстоятельство  подтверждается сообщением Управления ФНС по Свердловской области  о суммах  дохода ФИО5 за 2011- 2014 годы. Кроме того, ФИО5 в отзыве, представленном в материалы дела, указывает на то, что не обладал не момент заключения оспариваемых сделок денежными средствами, необходимыми для оплаты автомобилей.

Суд  первой инстанции, делая  вывод о том, что ФИО2 и ФИО5 являются взаимосвязанными лицами, и действовали совместно и с единой целью, преследуемой ФИО2 о сокрытии его имущества от взыскания, исходил  из того, что в период с 01.04.2013 по 31.03.2015 ФИО5 работал в организациях, учредителями которых являлся ФИО2, а именно ООО «Технология рекламы» (70% в уставном капитале принадлежит ФИО2) в период с 01.04.2013 по 30.06.2013 и в ООО «Винотека» (100% в уставном капитале принадлежит ФИО2) в период с 01.01.2015 по 31.03.2015. Кроме того, ФИО2 в преддверии банкротства осуществил в пользу ФИО5 отчуждение долей в уставном капитале ряда юридических лиц, а затем приобрел их обратно: ООО «Аутлет» (ИНН <***>) в размере 50 %; ООО «Бункер 1» (ИНН <***>) в размере 22,5 %; ООО «Бункер 2» (ИНН <***>) в размере 22,5 %; ООО «Бункер 3» (ИНН <***>) в размере 22,5 %; ООО «Бункер Менеджмент» (ИНН <***>) в размере 22,5 %; ООО «Винотека» (ИНН <***>) в размере 100 %; ООО «Кухня» (ИНН <***>) в размере 35 %; ООО «Счастье» (ИНН <***>) в размере 70 %; ООО «Технология рекламы» (ИНН <***>) в размере 70 %.

Из материалов дела следует, что Арбитражным судом Свердловской области принято к производству (дело № А60-50874/2014) поступившее 21.11.2014 заявление Банка (правопредшественник ООО «Торговый Дом «НКМЗ» по кредитному договору)  к ФИО2 и ФИО5 о признании сделок по отчуждению в июле-августе 2014 года, долей в указанных выше юридических лицах недействительными и применении последствий недействительности сделок, в рамках  которого  судом приняты обеспечительные меры в виде запрета ФИО5 совершать любые сделки и иные действия (продажа, залог и т.п.) в отношении долей в соответствующих юридических лицах.

В связи с указанными действиями Банка по защите своих прав, ФИО5 возвратил (осуществил отчуждение) доли в юридических лицах, переданные ему должником в июле-августе 2014 года по оспариваемым Банком сделкам.

Также,  по сообщениям отделения Пенсионного Фонда РФ по Свердловской области № 11-12761 и Управления Федеральной налоговой службы по Свердловской области № 04-30/05210дсп, ФИО5 на момент совершения оспариваемых сделок являлся работником ООО «Технология рекламы», учредителями которого являются ФИО2 (70%) и ФИО20 (30%), подконтрольность последнего  ФИО2 установлена в постановлении Семнадцатого арбитражного апелляционного суда по делу А60-21733/2015 от 20.03.2017.

С данным выводом суда  первой  инстанции суд апелляционной  инстанции соглашается, и для иной оценки изложенным обстоятельствам оснований не усматривает.

Вывод о недобросовестности действий ФИО2 и аффилированных с ним лиц по уклонению от исполнения обязательств перед банком, сделан и в постановлении Семнадцатого арбитражного апелляционного суда № 17АП-9995/2015-ГК от 20.03.2017 г. по делу №А60-21733/2015, в котором суд указал, что при этом, суд апелляционной инстанции считает необходимым отметить, что с момента прекращения исполнения должником обязательств по кредитному договору ООО «Форэс-Химия» (поручитель) совместно с аффилированными лицами начало предпринимать действия по незаконному уклонению от исполнения обязательств перед Банком по договору поручительства, посредством обращения в арбитражный суд с исковыми заявлениями об оспаривании договора поручительства от 20.02.2013 № <***> прч-1-13 с обществом «Форэс-Химия», как заключенного с нарушением положений ст. 46 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью», ст. 173 ГК РФ и заключении при злоупотреблении правом со стороны банка, а также о мнимости кредитного договора № <***> клв-13 от 20.02.2013, заключенного должником и в обеспечение которого было дано поручительство обществом «Форэс-Химия».

Принимая  во внимание  установленные  по делу  обстоятельства, наличие  в действиях должника и  ФИО5 признаков недобросовестности и направленности на причинение вреда имущественным интересам кредиторов должника  путем уменьшения конкурсной массы, суд первой инстанции обоснованно признал недействительными оспариваемые  сделки на основании статей 10, 168  Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с п. 1 ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

  Вывод суда  первой инстанции о том, что сделки по отчуждению автомобилей являются мнимыми из-за отсутствия встречного предоставления по ней, и сделка совершена для вида, без намерения осуществлять фактическое отчуждение,  апелляционный суд  находит ошибочным, поскольку с  момента заключения  договоров автомобили переданы ответчику, которым были совершены регистрационные действия, заключены  договоры  страхования и в последующем отчуждены третьим лицам. Доказательств того, что после заключения оспариваемых договоров должник продолжал пользоваться автомобилями, материалы дела не содержат. Не представлено таких доказательств и суду апелляционной  инстанции.

Не усматривает апелляционный суд нарушений  в  применении судом  первой  инстанции положений ст. 61.6 Закона о банкротстве при определении последствий недействительности сделки, поскольку 09.10.2014 ФИО21 осуществил отчуждение автомобиля Audi A8L в пользу ФИО15 на основании договора купли-продажи, который 18.11.2014 в свою очередь произвел отчуждение  автомобиля в пользу ФИО16 на основании договора купли-продажи №20141118-0001, а последний 27.09.2016  продал транспортное средство ООО «Престиж» на основании договора купли-продажи № ФАС/ПК-0000827. Размер средств, подлежащих  взысканию с ФИО21  в размере 7 000 000 рублей обоснованно судом  первой  инстанции определен с  учетом  положений п. 3 договора купли-продажи от 21.07.2014.

Довод апеллянтов о том, что вывод суда о применении последствий недействительности сделок по отчуждению автомобилей Ferrari California и Rolls-Royce Ghost  в виде возложения  на ФИО21 обязанности возвратить транспортные средства ФИО2 в натуре, противоречит резолютивной части судебного акта, апелляционным судом не может быть отнесено к  безусловному основанию к  отмене правильного по существу судебного акта, поскольку в материалах дела отсутствуют доказательства фактического наличия спорного имущества у  ФИО21

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции обоснованно в  качестве последствий  недействительности сделок  по продаже указанных  автомобилей на основании статьи 61.6 Закона о банкротстве и статьи 167 ГК РФ, с учетом  разъяснений Постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63, при отсутствии доказательства фактического наличия спорного имущества у ФИО21, взыскал  с  последнего стоимость транспортных  средств.

  Довод апеллянтов о недопустимости применения судом первой инстанции ст. 61.2 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» является несостоятельным, поскольку положения данной статьи не являются основанием для признания оспариваемой сделки недействительной. Судом первой инстанции оспариваемые сделки признан недействительными на основании статей 10, 168, 170 ГК РФ.

Довод ФИО2 о необходимости прекращения производства по спору в части требований о признании сделок недействительными на основании ст. 170 ГК РФ, апелляционным судом отклоняется, как основанным на неправильном толковании положений АПК РФ и ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

Доводы ФИО11 о наличии  в  оспариваемом судебном акте   указания на отчуждение  недвижимого имущества должником  в  пользу ФИО11, и оценка  судом ее действий как недобросовестных  и направленных на уменьшение конкурсной массы, затрагивает ее  права  и обязанности, как лица, не привлеченного к участию в деле, апелляционным судом отклоняются, поскольку в данном случае в  оспариваемом  судебном акте имеет место констатация факта наличия в рамках дела о банкротстве спора по отчуждению имущества, стороной в котором  является ФИО11, и отсутствуют выводы суда о правах и обязанностях апеллянта, которые влекли бы  для нее правовые последствия.  

Также, апелляционный суд  находит несостоятельными доводы ФИО3 и ФИО11 относительно нарушения оспариваемым судебным актом их прав, и не привлечении к участию в деле, поскольку в данном случае  судебный акт по  обособленному спору принят о правах и обязанностях сторон сделки, и выводы суда не влекут правовых  последствий именно для  данных  апеллянтов.

Обстоятельство отсутствия отдельного определения об объединении споров в одно производство в установленном АПК РФ порядке, не привело к принятию неправильного судебного акта, не ограничило процессуальные права ФИО2, не нарушило чьих-либо прав и законных интересов, в связи с чем, не является основанием для изменения или отмены решения суда по п. 3 ст. 270 АПК РФ.

Допущенные судом в определении описки не являются основанием для его отмены или изменения, так как не привели к принятию незаконного судебного акта, и такие  описки могут быть исправлены в порядке статьи 179 АПК РФ.

Доводы апеллянтов о нарушении и неправильном применении судом первой инстанции норм материального и процессуального права являются несостоятельными, поскольку основаны на неверном толковании закона.

Иные доводы апелляционных жалоб сводятся к переоценке имеющихся в деле доказательств.

Оснований для переоценки выводов суда первой инстанции, сделанных при рассмотрении настоящего спора по существу, апелляционным судом не установлено.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно пункту 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.


Руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 04.09.2017 по делу № А40-86553/16 оставить без изменения, а апелляционные жалобы ФИО2, ФИО3, ФИО4 и ФИО11  – без удовлетворения.


Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.


Председательствующий судья:                                                                 С.А. Назарова

Судьи:                                                                                                                      О.Г. Мишаков

И.М. Клеандров