Постановление от 1 октября 2025 г. по делу № А56-13028/2017

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-13028/2017
02 октября 2025 года
г. Санкт-Петербург


Резолютивная часть постановления объявлена 17 сентября 2025 года

Постановление изготовлено в полном объеме  02 октября 2025 года


Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Тарасовой М.В.,

судей Морозовой Н.А., Радченко А.В., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем Беляевой Д.С.,  

при участии:

от ФИО1 – представителя ФИО2 (доверенность от 22.07.2024),

от финансового управляющего – представителя ФИО3 (доверенность от 06.08.2024, посредством использования системы веб-конференции),


рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 (регистрационный номер 13АП-14555/2025) на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 30.04.2025 по обособленному спору №А56-13028/2017 (судья Терешенков А.Г.), принятое по заявлению финансового управляющего ФИО4 об изменении порядка реализации имущества в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО5,

ответчик: ФИО1,

установил:

определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области (далее – арбитражный суд) от 31.03.2017 возбуждено производство по заявлению ООО «Ромакс» о признании ФИО5 (далее - должник) несостоятельным (банкротом).

Определением арбитражного суда от 31.05.2017 заявление ООО «Ромакс» признано обоснованным, в отношении ФИО5 введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО6.

 Решением арбитражного суда от 17.11.2017 ФИО5 признан несостоятельным (банкротом), в его отношении введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО6

Определением суда от 07.07.2020 ФИО6 отстранена от исполнения обязанностей финансового управляющего должника, финансовым управляющим утверждена ФИО4.

Финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным договора дарения от 06.08.2023, заключенного между ФИО1 и ФИО7, и о применении последствий недействительности сделки в виде возврата в собственность ФИО1 1/2 доли в праве на жилое помещение по адресу: <...>, лит. А, кв. 9, кадастровый номер 78:14:0007643:3046, площадь 245,9 кв.м.

Определением суда первой инстанции от 12.12.2023, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.03.2024 по обособленному спору №А56-13028/2017/сд.1, в удовлетворении заявления отказано.

Постановлением от 30.05.2024 Арбитражный суд Северо-Западного округа отменил определение от 12.12.2023 и постановление от 06.03.2024, направив дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении дела финансовый управляющий в порядке, предусмотренном статьей 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), уточнил заявленные требования: просил признать недействительными сделками договор дарения от 06.08.2023, заключенный между ФИО1 и ФИО7, а также заключенные между ФИО7 и ФИО2 договор дарения от 23.03.2024 и договор мены от 01.04.2024, применить последствия недействительности сделок в виде возврата в собственность ФИО1 1/2 доли в праве на квартиру №9 по адресу: <...>, лит. А, а в собственность ФИО2 – квартиры №526 по адресу: Санкт-Петербург, пр. Обуховской Обороны, д. 138, корп.2, лит. А.

Определением арбитражного суда от 05.08.2024 ФИО2 привлечен к участию в деле в качестве соответчика.

 Определением суда первой инстанции от 03.12.2024 по обособленному спору №А56-13028/2017/сд.1/н.р., оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.03.2025, заявленные требования удовлетворены.

ФИО2 и члены его семьи (супруга и несовершеннолетние дети) обратились в суд первой инстанции с заявлением о пересмотре по вновь открывшимся обстоятельствам судебного акта о признании сделки недействительной – определения от 03.12.2024 по спору №А56-13028/2017/сд.1/н.р.

Одновременно те же лица обратились с кассационной жалобой на определение от 03.12.2024 и постановление от 05.03.2025 по спору №А56-13028/2017/сд.1/н.р.

Определением от 03.06.2025 Арбитражный суд Северо-Западного округа приостановил производство по кассационной жалобе ФИО2, ФИО8 (супруга ФИО2), ФИО9, ФИО10 и ФИО11 (несовершеннолетние дети ФИО2 и ФИО8) на определение арбитражного суда от 03.12.2024 и постановление апелляционного суда от 05.03.2025 по делу №А56-13028/2017/сд.1/н.р. до вступления в законную силу судебного акта, принятого по результатам рассмотрения заявления ФИО2 о пересмотре определения от 03.12.2024 по вновь открывшимся обстоятельствам.

Определением от 22.07.2025 суд первой инстанции отказал в удовлетворении заявления о пересмотре судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам (в настоящее время судебный акт обжалован в суд апелляционной инстанции, судебный акт по итогам апелляционной жалобы не принят).

В то же время финансовый управляющий обратилась в суд первой инстанции с ходатайством об изменении порядка реализации имущества (спор №А56-13028/2017/изм.порядок реализации, производство по которому приостанавливалось в связи с оспариванием сделки.

После возобновления производства по спору, финансовый управляющий 31.03.2025 уточнил требования в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ):

1. Внести следующие изменения в раздел 3 Положения о порядке, условиях и сроках продажи имущества ФИО5, утвержденного определением суда от 23.01.2023 (с учетом изменений, внесенных постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.03.2023):

1) Продаже на первых, повторных торгах и торгах посредством публичного предложения подлежит лот №1: жилое помещение по адресу: <...>, лит. А, кв. 9, кадастровый №78:14:0007643:3046, площадь - 245,9 кв.м;

2) Начальная цена продажи лота №1 на первых торгах составляет              63 468 020 (шестьдесят три миллиона четыреста шестьдесят восемь тысяч двадцать) рублей;  

3) ФИО1 обладает преимущественным правом приобретения ? доли в лоте №1 до проведения торгов по продаже лота №1 по цене 31 734 010 рублей, что составляет половину начальной цены лота №1».

2. Исключить из указанного Положения о торгах пункты 5.1 и 5.2 следующего содержания:

«5.1. В течение 2 (двух) рабочих дней с даты подписания протокола о результатах проведения торгов организатор торгов направляет сособственнику имущества предложение заключить договор купли-продажи с приложением проекта данного договора по цене, предложенной победителем торгов, либо по цене предложенной единственным участником торгов, но не ниже установленной начальной цены имущества должника (в случае если к участию в торгах был допущен только один участник).

5.2. Сособственник имущества может воспользоваться правом преимущественной покупки в течение тридцати дней с момента получения указанного в пункте 5.1. Положения предложения, подписав договор купли-продажи и направив его организатору торгов. Договор купли-продажи должен поступить организатору торгов в течение тридцати дней с даты получения сособственником имущества предложения о его заключении.».

 3. Остальные условия Положения о торгах оставить в силе.

Определением от 30.04.2025 арбитражный суд удовлетворил уточненные требования финансового управляющего в полном объеме.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО1 обратилась с апелляционной жалобой, в которой просит определение от 30.04.2025 отменить, привлечь к участию в деле ФИО2, проживающего по адресу: <...>, лит. А, кв. 9, в целях представления оригинала договора долевого участия №18-49;50/29/03/05 и приложений к нему.

ФИО1 утверждает, что ? доля в спорной квартире ей не принадлежит, поскольку ее собственником является ФИО2, который до настоящего времени обжалует результаты признания сделки недействительной. До тех пор, пока право собственности не перерегистрировано на ФИО1 обратно, суд первой инстанции не мог принять решение об изменении условий порядка продажи спорной квартиры.

ФИО1 указывает и на то, что ФИО2 обнаружил договор долевого участия от 29.03.2005 №18-49;50/29/03/05, который подтверждает факт внесудебного раздела имущества П-вых и возникновения права личной собственности ФИО1 на ? долю в праве собственности на объект недвижимости (квартиры №49 и №50). Сама ФИО1 такой документ утратила за давностью лет, но просила привлечь ФИО2 и его супругу ФИО8 к участию в деле в целях представления подлинника договора долевого участия с приложениями к нему для подтверждения внесудебного раздела имущества. Отказ суда в привлечении третьего лица, как полагает апеллянт, лишил ее возможности представления доказательств – ФИО2 и ФИО8 договор долевого участия ей не передают, а он сохранился в единственном экземпляре.

Апеллянт полагает, что договор долевого участия подтверждает факт раздела супругами имущества еще в 2005 году, когда они определили факт передачи каждому из них по одной квартире.

Ссылаясь на порядок регистрации права собственности на квартиру в ЕГРН, ФИО1 полагает, что регистрирующий орган учел, что личную собственность каждого из супругов перешло по ? доли в праве собственности на квартиру. Таким образом, спорная квартира не обладает статусом общего имущества супругов. Законных оснований к продаже имущества целиком (внесения соответствующих изменений в Положение) у суда первой инстанции не имелось.

К апелляционной жалобе приложены копии договора долевого участия от 29.03.2005 №18-49;50/29/03/05 и свидетельства о государственной регистрации права собственности от 22.01.2010.  

В отзыве финансовый управляющий возражает против отмены судебного акта, полагая его законным и обоснованным, а также обращает внимание на то, что приложенные к апелляционной жалобе ФИО1 документы (договор долевого участия от 29.03.2005 №18-49;50/29/03/05 и свидетельство о праве собственности от 22.01.2010) в суд первой инстанции не представлялись и не могли быть им  исследованы при принятии судебного акта.

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы опубликована на официальном сайте Тринадцатого арбитражного апелляционного суда.

В судебном заседании представитель ФИО1 – ФИО2 (он же лицо, которого апеллянт просит привлечь в порядке статьи 51 АПК РФ) поддержал доводы апелляционной жалобы, настаивал на том, что его права и законные интересы затрагиваются принятым судебным актом.

Представитель финансового управляющего возражал по основаниям, изложенным в отзыве.

Надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства иные лица, участвующие в деле, своих представителей в судебное заседание не направили, в связи с чем в порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) дело рассмотрено в их отсутствие.

Протокольным определением апелляционная коллегия отказала в привлечении ФИО2 в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора.

Данное ходатайство устно заявлялось представителем ФИО1 в судебном заседании суда первой инстанции согласно протоколу от 28.04.2025 и было обоснованно отклонено судом первой инстанции.

Согласно части 3.1 статьи 51 АПК РФ определение об отказе во вступлении в дело третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, может быть обжаловано только тем лицом, которое заявило о вступлении в дело. При этом ФИО2 с самостоятельной апелляционной жалобой на судебный акт не обращался.

Суд апелляционной инстанции не усматривает нарушений прав и законных интересов ФИО2 при вынесении настоящего судебного акта. Ходатайство ФИО1 о привлечении третьего лица отклонено обоснованно ввиду следующего.

В соответствии с частью 1 статьи 51 АПК РФ третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, могут вступить в дело на стороне истца или ответчика до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела в первой инстанции арбитражного суда, если этот судебный акт может повлиять на их права или обязанности по отношению к одной из сторон. Они могут быть привлечены к участию в деле также по ходатайству стороны или по инициативе суда.

О вступлении в дело третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, либо о привлечении третьего лица к участию в деле или об отказе в этом арбитражным судом выносится определение (часть 3 статьи 51 АПК РФ).

Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, пользуются процессуальными правами и несут процессуальные обязанности стороны, за исключением права на изменение основания или предмета иска, увеличение или уменьшение размера исковых требований, отказ от иска, признание иска или заключение мирового соглашения, предъявление встречного иска, требование принудительного исполнения судебного акта (часть 2 статьи 51 АПК РФ).

По смыслу указанных процессуальных норм и разъяснений обязательное участие третьего лица в судебном разбирательстве требуется, если судебный акт, которым заканчивается рассмотрение дела в арбитражном суде первой инстанции, может повлиять на его права или обязанности, то есть приведет к возникновению, изменению или прекращению соответствующих правоотношений между третьим лицом и стороной судебного спора. Предусмотренный процессуальным законодательством институт третьих лиц, как заявляющих, так и не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, призван обеспечить судебную защиту всех заинтересованных в исходе спора лиц и не допустить принятия судебных актов о правах и обязанностях этих лиц без их участия.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, - это предполагаемый участник материально-правового отношения, связанного по объекту и составу с тем, какое является предметом разбирательства в арбитражном суде. Основанием для вступления (привлечения) в дело третьего лица является возможность предъявления иска к третьему лицу или возникновения права на иск у третьего лица, обусловленная взаимосвязанностью основного спорного правоотношения между стороной и третьим лицом. Согласно системному толкованию изложенных норм суд удовлетворяет либо не удовлетворяет ходатайство исходя из представленных в материалы дела доказательств и фактических обстоятельств, основываясь на внутреннем убеждении.

Целью участия третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, является предотвращение неблагоприятных для него последствий. Лицо, чтобы быть привлеченным в процесс в качестве третьего лица, должно иметь объективно выраженный материальный интерес на будущее. То есть после разрешения дела судом у таких лиц возникают, изменяются или прекращаются материально-правовые отношения с одной из сторон.

По общему правилу, привлечение или непривлечение к участию в деле третьего лица является правом суда, суд при рассмотрении данного вопроса исходит из конкретных обстоятельств дела.

Как отмечается в пункте 6 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 26.05.2011 №10-П, неотъемлемым элементом нормативного содержания права на судебную защиту, имеющего универсальный характер, является право заинтересованных лиц, в том числе не привлеченных к участию в деле, на обращение в суд за защитой своих прав, нарушенных неправосудным судебным решением.

С целью учета таких ценностей, как правовая определенность и стабильность судебного акта, также являющихся проявлением права на судебную защиту (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 17.11.2005 №11-П), и обеспечения справедливого баланса между интересами всех затрагиваемых лиц суд при принятии жалобы соответствующего лица или постановке вывода о ее рассмотрении по существу оценивает не только наличие обоснованных оснований полагать, что обжалуемый акт существенным образом влияет на его права и законные интересы, но и наличие у него обоснованных и убедительных доводов о принятии такого акта с нарушением закона и потому необходимости его отмены (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.04.2014 №12278/13).

Судебный акт может быть признан вынесенным о правах и обязанностях лица, не участвующего в деле, лишь в том случае, если им устанавливаются права этого лица относительно предмета спора либо на это лицо возлагаются обязанности.

К моменту принятия обжалуемого судебного акта о внесении изменений в положение о порядке реализации имущества должника (далее – Положение) судебный акт о признании сделки с долей в праве собственности на спорную квартиру недействительной (определение суда первой инстанции от 03.12.2024 по спору №А56-13028/2017/сд.1/н.р.) вступил в законную силу.

То обстоятельство, что обратный переход права собственности на долю не зарегистрирован (с ФИО2 на ФИО1) объясняется исключительно принятыми по спору обеспечительными мерами (определение арбитражного суда от 04.06.2024) в виде запрета Управлению Росреестра по Санкт-Петербургу осуществлять действия по регистрации перехода права собственности на принадлежащие ФИО2 1/12 и 5/12 долей на квартиру в пользу иных лиц до момента вступления в законную силу судебного акта по спору о внесении изменений в Положение.

Принятые обеспечительные меры имели своей целью воспрепятствовать ФИО2 распоряжаться спорными долями, полученными от ФИО1, и сделать невозможным (затруднительным) возврат имущества в конкурсную массу.

Поскольку судебный акт о признании сделки недействительной вступил в законную силу в связи с принятием постановления Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.03.2025 по спору №А56-13028/2017/сд.1/н.р., доводы ФИО2 (и аналогичные доводы апеллянта) о том, что он является законным собственником квартиры несостоятельны.

В соответствии с частью 2 статьи 1 Федерального закона от 13.07.2015 №218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» (далее - Закон о регистрации) ЕГРН является сводом достоверных систематизированных сведений об учтенном в соответствии с настоящим Федеральным законом недвижимом имуществе, о зарегистрированных правах на такое недвижимое имущество, основаниях их возникновения, правообладателях, а также иных установленных в соответствии с настоящим Федеральным законом сведений.

В соответствии с положениями частей 3, 5 статьи 1 названного Закона государственная регистрация прав на недвижимое имущество и сделок с ним - это юридический акт признания и подтверждения государством возникновения, ограничения (обременения), перехода или прекращения прав на недвижимое имущество в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации. Государственная регистрация права в ЕГРН является единственным доказательством существования зарегистрированного права. Зарегистрированное в Едином государственном реестре недвижимости право на недвижимое имущество может быть оспорено только в судебном порядке.

В данном случае сделка, лежащая в основе регистрации в ЕГРН перехода права собственности к ФИО2, оспорена в судебном порядке.

Изменение такой записи при наличии вступившего в законную силу судебного акта носит технический характер (вторично по отношению к состоявшемуся решению суда) и не создает оснований для привлечения ФИО2 к участию в настоящем споре, в частности, принимая во внимание и то, что все участники данного дела (супруги П-вы и семья Мессерле) осведомлены о результатах рассмотрения вопросов, связанных со спорной квартирой. Какой-либо неопределенности для данных лиц сохранение записи о праве собственности на спорную долю за ФИО2 в ЕГРН не создает, а запрет на регистрацию перехода права собственности (принятые обеспечительные меры), напротив, исключает угрозу нарушения прав и законных интересов иных лиц, не вовлеченных в настоящее дело о банкротстве.

Законность и обоснованность определения проверены в апелляционном порядке.

Исследовав доводы подателя апелляционной жалобы, правовую позицию конкурсного управляющего должником в совокупности и взаимосвязи с собранными по обособленному спору доказательствами, учитывая размещенную в картотеке арбитражных дел в телекоммуникационной сети Интернет информацию по делу о банкротстве, апелляционный суд не усматривает оснований для переоценки выводов суда по фактическим обстоятельствам и иного применения норм материального и процессуального права.

Как видно из материалов дела, изменения в Положение обусловлены тем, что суд первой инстанции вернул в конкурсную массу должника ? долю в праве собственности на квартиру, расположенную по адресу: <...>, лит. А, кв. 9, признав ее общим имуществом супругов П-вых, которое подлежит реализации в порядке, предусмотренным пунктом 7 статьи 213.26 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

В соответствии с разъяснением, приведенным в пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 №48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан» (далее – постановление №48), в деле о банкротстве гражданина-должника, по общему правилу, подлежит реализации его личное имущество, а также имущество, принадлежащее ему и супругу (бывшему супругу) на праве общей собственности (пункт 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве, пункты 1 и 2 статьи 34, статья 36 Семейного кодекса Российской Федерации; далее – СК РФ).

Имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью. Общим имуществом супругов являются также приобретенные за счет общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи, ценные бумаги, паи, вклады, доли в капитале, внесенные в кредитные учреждения или в иные коммерческие организации, и любое другое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства (пункты 1, 2 статьи 34 СК РФ).

Разъяснения, содержащиеся в абзаце втором пункта 7 постановления №48, исключают возможность реализации в рамках процедур банкротства общего имущества супругов, подлежащего разделу, до разрешения судом общей юрисдикции спора о разделе такого имущества.

В рамках настоящего дела такой раздел имущества супругов осуществлен до разрешения вопроса об утверждении Положения в новой редакции, предложенной финансовым управляющим (каждому из супругов в результате заключения мирового соглашения принадлежит по ? доле в праве собственности на квартиру).

Долевая собственность является частным случаем общей собственности, что следует из буквального толкования пункта 2 статьи 244 ГК РФ.

Факт отсутствия выдела имущества в натуре свидетельствует о том, что раздел не завершен супругами до конца (личная собственность каждого на ? долю не возникла). Состоявшийся судебный акт о разделе имущества супругов лишь с достоверностью определил долю каждого из супругов в нем (по 1/2), учтя интересы каждого из них, но фактически названное имущество по-прежнему подчинено режиму общей собственности. До выдела доли в натуре объект де-факто сохраняет свою целостность, и лишь де-юре закрепляется право пользования, распоряжения и владения им в равной степени (с учетом присуждения по 1/2) каждым из сособственников. В случае, если бы супруги имели намерение прекратить режим общей собственности окончательно, последние должны были и могли осуществить выдел доли в натуре на основании статьи 252 ГК РФ (как по обоюдному согласию, так и в судебном порядке).

Следовательно, суд первой инстанции верно утвердил изменения в Положении в новой редакции, предусматривающей продажу квартиры целиком одним лотом. Права и законные интересы ФИО1 защищены тем, что ? стоимости реализованного объекта будет в любом случае передана ей до расчетов с кредиторами ФИО5

Доводы апеллянта о том, что имущество является ее личной собственностью, направлены на пересмотр судебного акта о признании сделки недействительной. Договору участия в долевом строительстве, который  ФИО1 полагает доказательством ее единоличных прав на спорную долю, дана соответствующая правая оценка в судебном акте по вопросу о возможности пересмотра определения от 03.12.2024 по вновь открывшимся обстоятельствам – в определении арбитражного суда от 22.07.2025. Несмотря на то, что на дату принятия обжалуемого определения судебный акт по вопросу о пересмотре определения от 03.12.2024 по вновь открывшимся обстоятельствами не был принят, апелляционная коллегия учитывает, что договор участия в долевом строительстве от 2005 года не был предъявлен супругами П-выми, которые являются непосредственными участниками такого договора, при рассмотрении спора о признании сделки недействительной. Даже в отсутствие у них подлинного экземпляра такого договора представляется неубедительным довод о том, что супруги «забыли» про внесудебный раздел имущества, о котором, тем не менее, случайным образом «узнал» их юрист - ФИО2, ставший также собственником спорной квартиры по цепочке недействительных сделок.

Кроме того, изменения в Положение полностью соответствуют правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в постановлении от 16.05.2023 №23-П, согласно которой преимущественное право покупки доли должно быть обеспечено участнику долевой собственности до выставления имущества на торги.

Апелляционный суд, соглашаясь с выводами суда, полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судом установлены верно, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ.

Нарушений судом норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта (статья 270 АПК РФ), судом апелляционной инстанции не установлено.

Апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 176, 223, 268, пунктом 1 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 30.04.2025 по обособленному спору №А56-13028/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление  может быть  обжаловано  в  Арбитражный  суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.


Председательствующий

М.В. Тарасова

Судьи

Н.А. Морозова

 А.В. Радченко