Постановление от 15 сентября 2025 г. по делу № А51-1848/2025

Пятый арбитражный апелляционный суд ул. Светланская, 115, <...>

http://5aas.arbitr.ru/


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А51-1848/2025
г. Владивосток
16 сентября 2025 года
Резолютивная часть постановления объявлена 09 сентября 2025 года. Постановление в полном объеме изготовлено 16 сентября 2025 года.

Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Н.Н. Анисимовой, судей С.В. Понуровской, Д.А. Самофала,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Е.Д. Спинка,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Агросервис-ДВ»,

апелляционное производство № 05АП-3943/2025 на решение от 21.07.2025 судьи Н.А. Тихомировой по делу № А51-1848/2025 Арбитражного суда Приморского края

по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Агросервис-ДВ» (ИНН <***>, ОГРН <***>)

к Владивостокской таможне (ИНН <***>, ОГРН <***>) о признании незаконным решения, при участии:

от Владивостокской таможни: представитель ФИО1 по доверенности от 20.05.2025, сроком действия до 21.05.2026;

от ООО «Агросервис-ДВ»: представитель ФИО2 по доверенности от 30.03.2023, сроком действия 3 года;

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «Агросервис-ДВ» (далее – заявитель, общество, декларант) обратилось в Арбитражный суд Приморского края с заявлением о признании незаконным решения Владивостокской таможни (далее – таможня, таможенный орган) от 14.12.2024 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары, после выпуска товаров по ДТ № 10702070/121124/5122127.

Решением Арбитражного суда Приморского края от 21.07.2025 в удовлетворении заявленных требований отказано.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, общество обратилось с апелляционной жалобой в Пятый арбитражный апелляционный суд, согласно которой просит отменить обжалуемое решение и принять новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований. В обоснование доводов жалобы указывает, что заявленная декларантом таможенная стоимость товаров и сведения, относящиеся к ее определению,

были основаны на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации. При этом полагает, что суд первой инстанции необоснованно дал неудовлетворительную оценку действиям декларанта по оплате товара в пользу третьего лица, фактически являющегося производителем ввозимого товара, тем более, что данное обстоятельство не было квалифицировано таможней в качестве признака недостоверности заявленной таможенной стоимости. Также поясняет, что в ходе таможенного контроля обществом был представлен перевод экспортной декларации, совокупный анализ которого с копией декларации позволяет установить сопоставимость сведений о товаре и о его стоимости, а допущенные в переводе неточности не влияют на достоверность перевода. Приводит доводы о наличии в материалах дела документов, подтверждающих оплату спорной партии товара в полном объёме, что необоснованно не было учтено судом первой инстанции, и выражает несогласие с выбранным источником ценовой информации, отмечая, что суд первой инстанции надлежащую оценку данным доводам общества не дал.

В судебном заседании представитель общества доводы апелляционной жалобы поддержал в полном объеме.

Таможенный орган с доводами апелляционной жалобы не согласился, обжалуемое решение считает законным и обоснованным, принятым при полном исследовании всех обстоятельств дела, с правильным применением норм материального и процессуального права и не подлежащим отмене.

Из материалов дела судебной коллегией установлено следующее.

В ноябре 2024 года во исполнение внешнеторгового контракта от 16.03.2022 № AS- DV, заключенного с компанией «Hong Kong Trade House Limited» (продавец), на таможенную территорию Евразийского экономического союза на условиях поставки CFR Владивосток был ввезен товар «монокальций фосфат, не обогащенный фосфором (кормовой), высококонцентрированная минеральная добавка» на сумму 11750 долл. США. В целях таможенного оформления указанного товара общество подало в таможню декларацию на товары № 10702070/121124/5122127, определив таможенную стоимость по первому методу определения таможенной стоимости «по стоимости сделки с ввозимыми товарами», выпуск которой произведен в соответствии с заявленной таможенной процедурой.

В ходе проведения контроля заявленной таможенной стоимости декларируемого товара таможенным органом на основании пункта 4 статьи 325 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза (далее - ТК ЕАЭС, Кодекс) в адрес декларанта был направлены запросы от 12.11.2024, 07.12.2024 о предоставлении документов и сведений, необходимых для подтверждения правильности определения таможенной стоимости, в ответ на которые общество представило имеющиеся в его распоряжении документы, запрошенные таможней, а также дало пояснения относительно формирования таможенной стоимости.

Посчитав, что сведения, использованные обществом при заявлении таможенной стоимости товара, не основаны на количественно определенной и документально подтвержденной информации, таможня приняла решение от 14.12.2024 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ № 10702070/121124/5122127.

Не согласившись с указанным решением, посчитав, что оно не соответствует закону и нарушает его права и законные интересы в сфере внешнеэкономической деятельности, декларант обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением, который обжалуемым решением отказал в удовлетворении заявленных требований.

Исследовав материалы дела, проанализировав доводы, содержащиеся в апелляционной жалобе, отзыве на нее, проверив в порядке статей 268, 270 АПК РФ правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права, судебная коллегия не усматривает оснований для отмены решения суда в силу следующего.

По правилам пункта 2 статьи 38 ТК ЕАЭС таможенная стоимость товаров, ввозимых на таможенную территорию Союза, определяется в соответствии с настоящей главой, если при ввозе на таможенную территорию Союза товары пересекли таможенную границу Союза.

Таможенная стоимость товаров и сведения, относящиеся к ее определению, должны основываться на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации (пункт 10 статьи 38 Кодекса)

Пунктом 15 этой же статьи предусмотрено, что основой таможенной стоимости ввозимых товаров должна быть в максимально возможной степени стоимость сделки с этими товарами в значении, определенном статьей 39 настоящего Кодекса.

В соответствии с пунктом 1 статьи 39 ТК ЕАЭС таможенной стоимостью ввозимых товаров является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на таможенную территорию Союза и дополненная в соответствии со статьей 40 настоящего Кодекса, при выполнении следующих условий:

1) отсутствуют ограничения в отношении прав покупателя на пользование и распоряжение товарами, за исключением ограничений, которые: ограничивают географический регион, в котором товары могут быть перепроданы; существенно не влияют на стоимость товаров; установлены актами органов Союза или законодательством государств-членов;

2) продажа товаров или их цена не зависит от каких-либо условий или обязательств, влияние которых на цену товаров не может быть количественно определено;

3) никакая часть дохода или выручки от последующей продажи, распоряжения иным способом или использования товаров покупателем не причитается прямо или косвенно продавцу;

4) покупатель и продавец не являются взаимосвязанными лицами, или покупатель и продавец являются взаимосвязанными лицами таким образом, что стоимость сделки с ввозимыми товарами приемлема для таможенных целей в соответствии с пунктом 4 настоящей статьи.

Согласно пункту 3 статьи 39 ТК ЕАЭС ценой, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, является общая сумма всех платежей за эти товары, осуществленных или подлежащих осуществлению покупателем непосредственно продавцу или иному лицу в пользу продавца. При этом платежи могут быть осуществлены прямо или косвенно в любой форме, не запрещенной законодательством государств-членов.

Как установлено пунктом 1 статьи 104 Кодекса, товары подлежат таможенному декларированию при их помещении под таможенную процедуру.

В декларации на товары подлежат указанию сведения о заявляемой таможенной процедуре, о таможенной стоимости товаров (величина, метод определения таможенной стоимости товаров) и о документах, подтверждающих сведения, заявленные в декларации на товары, указанных в статье 108 настоящего Кодекса (подпункты 1, 4, 9 пункта 1 статьи 106 ТК ЕАЭС).

В силу пункта 1 статьи 313 ТК ЕАЭС при проведении таможенного контроля таможенной стоимости товаров, заявленной при таможенном декларировании, таможенным органом осуществляется проверка правильности определения и заявления таможенной стоимости товаров (выбора и применения метода определения таможенной стоимости товаров, структуры и величины таможенной стоимости товаров, документального подтверждения сведений о таможенной стоимости товаров).

Пунктом 2 этой же статьи предусмотрено, что при проведении контроля таможенной стоимости товаров таможенный орган вправе запросить у декларанта пояснения в письменной форме о факторах, влияющих на формирование цены товаров, а

также об иных обстоятельствах, имеющих отношение к товарам, перемещаемым через таможенную границу Союза.

На основании пункта 17 статьи 325 ТК ЕАЭС при завершении проверки таможенных, иных документов и (или) сведений в случае, если представленные в соответствии с настоящей статьей документы и (или) сведения либо объяснения причин, по которым такие документы и (или) сведения не могут быть представлены и (или) отсутствуют, либо результаты таможенного контроля в иных формах и (или) таможенной экспертизы товаров и (или) документов, проведенных в рамках такой проверки, не подтверждают соблюдение положений настоящего Кодекса, иных международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и законодательства государств- членов, в том числе достоверность и (или) полноту проверяемых сведений, и (или) не устраняют оснований для проведения проверки таможенных, иных документов и (или) сведений, таможенным органом на основании информации, имеющейся в его распоряжении, принимается решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в таможенной декларации, в соответствии со статьей 112 настоящего Кодекса. Из материалов дела усматривается, что при таможенном оформлении ввезенного товара обществом в качестве подтверждающих документов были представлены контракт от 16.03.2022 № AS-DV, дополнительное соглашение к контракту от 21.10.2024, приложение к контракту № 113 от 21.10.2024, коммерческий инвойс № QZEK20241021 от 21.10.2024, коносамент и прочие документы согласно графе 44 ДТ.

В рамках таможенного контроля таможенной стоимости товаров, начатого до выпуска, обществом были представлены контракт с дополнительными соглашениями, коммерческие и платежные документы по спорной и предыдущим поставкам, экспортная декларация, прайс-лист, ведомость банковского контроля, выписки по счетам, документы о внутренней реализации, пояснения о факторах, влияющих на цену товара, и иные документы.

Анализ указанных документов показывает, что по условиям пункта 1.1 контракта продавец соглашается продать кормовые добавки для птиц и животных в ассортименте покупателю на условиях поставки CIF порты Дальнего Востока РФ, CFR порты Дальнего Востока РФ или DAF железнодорожные станции Дальнего Востока РФ согласно «Инкотермс 2000» (конкретные условия поставки оговариваются в приложениях к настоящему договору), а покупатель соглашается купить их у продавца на общую сумму контракта 10000000 (десять миллионов) долларов США.

В силу пункта 1.2 контракта ассортимент, количество, цена по каждой конкретной партии поставляемых товаров указывается в последующих приложениях к настоящему договору, которые являются неотъемлемой его частью.

Полное наименование, сведения о товарном знаке, марке, производителе товара, а также иные сведения о товаре могут быть также указаны в инвойсах, официальных каталогах производителя товара, упаковочных листах, а также в ветеринарных сертификатах на экспортируемый товар в Российскую Федерацию (пункт 1.3 контракта).

Цена на товар согласовывается обеими сторонами до момента отгрузки каждой партии и указывается в приложениях к настоящему договору, которые являются неотъемлемыми частями настоящего договора (пункт 2.2 контракта).

Согласно пункту 7.1 контракта платежи за поставленные товары производятся на условиях – банковский перевод; валюта контракта - доллары США; условия оплаты – предоплата: 30% - до момента отгрузки товара из порта отправления, 70% - с момента отгрузки до прихода в порт назначения.

В рамках исполнения указанного контракта заявлениями на перевод № 16 от 18.03.2024, № 12 от 11.06.2024, № 17 от 16.10.2024 обществом произведено перечисление денежных средств в сумме 176000 юаней, 167900 юаней, 79875 юаней, соответственно.

По состоянию на 21.10.2024 между сторонами контракта подписано приложение № 113, в соответствии с которым согласована поставка товара «монокальций фосфат, не

обогащенный фосфором (кормовой)», количество – 25000 кг, цена за единицу товара - 0,470 долл. США/кг, общая стоимость - 11750 долл. США.

Одновременно в адрес общества выставлен коммерческий инвойс № QZEK20241021 от 21.10.2024 на сумму 11750 долл. США.

Кроме того, дополнительным соглашением к контракту от 21.10.2024 стороны определили, что оплата партии товара, поставляемой компанией «Qingzhou Ekato Commercial Co., Ltd», согласно инвойсу № QZEK20241021 от 21.10.2024 будет производиться в сумме 11750 долл. США в срок до 31.12.2024.

В этой связи при помещении спорной товарной партии под таможенную процедуру «выпуск для внутреннего потребления» таможенному органу была представлена ДТ № 10702070/121124/5122127, в графах 22, 42, 46 которой была заявлена указанная стоимость ввозимых товаров.

Между тем, как подтверждается материалами дела, достоверность и количественная определенность заявленной таможенной стоимости товаров не были подтверждены в ходе таможенного контроля, исходя из содержания и характера представленных коммерческих документов и документов, сопутствующих спорной поставке, что в рассматриваемой ситуации не устранило сомнения таможни в обоснованности применения первого метода таможенной стоимости.

Поддерживая данные выводы таможни, суд апелляционной инстанции отмечает следующее.

В силу пункта 9 статьи 38 ТК ЕАЭС определение таможенной стоимости товаров не должно быть основано на использовании произвольной или фиктивной таможенной стоимости товаров.

Как разъяснено в пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.11.2019 № 49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза» (далее - Постановление Пленума ВС РФ № 49), таможенные органы вправе убеждаться в достоверности декларирования таможенной стоимости ввозимых товаров в соответствии с их действительной стоимостью.

При оценке выполнения декларантом требований пункта 10 статьи 38 Таможенного кодекса судам следует принимать во внимание, что таможенная стоимость, определяемая исходя из установленной договором цены товаров, не может считаться количественно определяемой и документально подтвержденной, если декларант не представил доказательства совершения сделки, на основании которой приобретен товар, в любой не противоречащей закону форме, или содержащаяся в представленных им документах ценовая информация не соотносится с количественными характеристиками товара, или отсутствует информация об условиях поставки и оплаты товара (пункт 9 Постановления Пленума ВС РФ № 49).

Анализ имеющихся в материалах дела коммерческих документов показывает, что по условиям контракта сторонами внешнеэкономической сделки было достигнуто соглашение о предварительной оплате поставляемых товаров.

При этом дополнительным соглашением от 21.10.2024 срок оплаты партии товара по инвойсу № QZEK20241021 от 21.10.2024 и, соответственно, по приложению № 113 от 21.10.2024 установлен до 31.12.2024.

Со своей стороны в подтверждение оплаты задекларированных товаров обществом первоначально представлено заявление на перевод № 17 от 16.10.2024 на сумму 79875 юаней с назначением платежа «контракт AS-DV dd 16.03.2018», что соответствует 11171,47 долл. США (строка 293 раздела II

ведомости банковского контроля).

Сравнительный анализ данного платежа со стоимостью товарной партии в размере 11750 долл. США по приложению № 113 от 21.10.2024 и инвойсу № QZEK20241021 от 21.10.2024 показывает их несопоставимость.

К аналогичному выводу суд апелляционной инстанции приходит и при оценке дополнительно представленных обществом заявлений на перевод № 16 от 18.03.2024 на сумму 176000 юаней, № 12 от 11.06.2024 на сумму 167900 юаней, имеющих в качестве назначения платежа только ссылки на контракт.

Соответственно вывод таможенного органа о невозможности идентифицировать представленные платежные документы со спорной поставкой товаров нашел подтверждение материалами дела.

Позиция заявителя жалобы о том, что платеж на сумму 79875 юаней в полном объеме относится к спорной поставке и фактически является частичной предварительной оплатой товаров, согласованных приложением № 113 от 21.10.2024, судебной коллегией оценивается критически, поскольку соответствующие пояснения не были даны обществом на стадии таможенного контроля и отсутствовали в тексте приложения № 113 от 21.10.2024 и инвойсе № QZEK20241021 от 21.10.2024.

Указание заявителя жалобы на обозначение данного платежа в ведомости банковского контроля кодом 11100 названных выводов суда не отменяет, учитывая, что дополнительным запросом от 07.12.2024 таможенный орган предложил обществу предоставить коммерческие документы, относящиеся к предоставленному заявлению на перевод, в ответ на который был предоставлен только контракт без пояснений о частичной оплате спорной поставки.

Что касается имеющейся в материалах выписки по счету, то апелляционная коллегия отмечает, что списание денежных средств на сумму 79875 юаней в счет исполнения обязательств общества по контракту не означает, что представленные в ходе таможенного контроля платежные и банковские документы являются предварительной оплатой именно спорной поставки.

В этой связи вывод таможни о наличии обоснованных сомнений в достоверности заявленной таможенной стоимости по мотиву невозможности осуществления идентификации платежных документов со спорной поставкой признается коллегией обоснованным.

Принимая во внимание изложенное, а также отсутствие в приложении и инвойсе ссылок на данный платежный документ, суд апелляционной инстанции находит обоснованным вывод таможни о невозможности идентификации спорных платежей с конкретной поставкой.

То обстоятельство, что в ходе таможенного контроля общество представило ведомость банковского контроля, в соответствии с которой оно производит платежи в счет исполнения своих обязательств по контракту способами, не предусматривающими идентификацию платежей с конкретными товарными партиями, не свидетельствует о наличии бесспорных доказательств оплаты соответствующей поставки товаров, поскольку итоговое сальдо по контракту указывает на наличие задолженности.

При этом, как справедливо отмечено таможенным органом, сведения, содержащиеся в ведомости банковского контроля, невозможно идентифицировать с конкретной поставкой товаров, так как ведомость банковского контроля содержит сведения об общей стоимости товаров, фактически уплаченной или подлежащей уплате, а, значит, не свидетельствует об однозначной оплате товаров и не позволяет считать данный документ доказательством, подтверждающим оплату товаров по спорной ДТ.

При таких обстоятельствах следует признать, что представленные пояснения, заявления на перевод, выписки по счету и ведомость банковского контроля не отражали реальное состояние расчетов общества со своим контрагентом по спорной поставке, в связи с чем сведения о заявленной декларантом таможенной стоимости исходя из смысла пункта 10 статьи 38 ТК ЕАЭС нельзя признать документально подтвержденными и количественно определяемыми.

Довод апелляционной жалобы о том, что спорная поставка товара в настоящее время является оплаченной в полном объеме со ссылками на представленные в суд первой

инстанции дополнительное соглашение от 07.03.2025 к контракту и заявление на перевод № 9 от 07.03.2025, не свидетельствует о незаконности решения таможни в указанной части.

Согласно разъяснениям пункта 14 Постановления Пленума ВС РФ № 49, исходя из взаимосвязанных положений статей 313, 325 Таможенного кодекса вывод о неподтвержденности заявленной таможенной стоимости формулируется таможенным органом в соответствии с тем объемом документов, сведений и пояснений, которые были им собраны и даны (раскрыты) декларантом на данной стадии таможенного контроля.

С учетом того, что судебное разбирательство не должно подменять осуществление таможенного контроля в соответствующей административной процедуре, новые доказательства могут быть приняты судом, если со стороны таможенного органа декларанту не была обеспечена возможность устранения сомнений в достоверности заявленной таможенной стоимости.

Как установлено судебной коллегией, по условиям дополнительного соглашения от 07.03.2025 к контракту стороны внешнеэкономической сделки продлили срок оплаты товара в размере 578,59 долл. США по инвойсу № QZEK20241021 от 21.10.2024 до 31.03.2025, на основании чего общество осуществило перевод денежных средств в пользу инопартнера по заявлению на перевод № 9 от 07.03.2025.

При этом указанные документы составлены после завершения таможенного контроля, после принятия оспариваемого решения от 14.12.2024 и после обращения общества в арбитражный суд с заявлением об оспаривании указанного решения, тогда как на стадии проверки заявленной таможенной стоимости общество ограничилось предоставлением заявления на перевод № 17 от 16.10.2024 в отсутствие каких-либо пояснений о частичной оплате спорной поставки.

В этой связи суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что общество не в полной мере воспользовалось правом доказать достоверность заявленной таможенной стоимости, в связи с чем указанные дополнительные документы не опровергают законность и обоснованность решения таможни, принятого по имеющимся в его распоряжении документам и сведениям.

Давая оценку несогласию заявителя с выводом суда об отсутствии документального подтверждения оплаты спорной поставки по мотиву осуществления платежа по заявлению на перевод № 17 от 16.10.2024 в пользу третьего лица, судебная коллегия отмечает, что данные действия декларанта были основаны на дополнительном соглашении от 03.06.2024 к контракту, которое в совокупности с приложением № 113 от 21.10.2024 указывает на договоренность сторон по оплате товара непосредственно производителю.

Принимая во внимание изложенное и отсутствие соответствующих выводов таможни в оспариваемом решении по данному обстоятельству, коллегия суда считает, что иной правовой подход, изложенный в обжалуемом решении суда, не влияет на правильность рассмотрения настоящего спора и не свидетельствует о принятии неправильного судебного акта, исходя из иных признаков недостоверности заявленной таможенной стоимости.

Делая указанный вывод, апелляционная коллегия учитывает, что представленные обществом коммерческие документы относительно спорной поставки содержали сведения о стоимости ввозимых товаров, равной величине заявленной таможенной стоимости по спорной ДТ, в отсутствие объективных причин ее значительного отклонения от ценовой информации, имеющейся в распоряжении таможни.

Как разъяснено в пункте 11 Постановления Пленума ВС РФ № 49, в порядке реализации положений пункта 2 статьи 313, пункта 15 статьи 325 Таможенного кодекса декларант вправе предоставить пояснения об экономических и иных разумных причинах значительного отличия стоимости сделки с ввозимыми товарами от ценовой информации,

имеющейся у таможенного органа, которые должны быть приняты во внимание при вынесении окончательного решения.

Лицо, ввозящее на таможенную территорию товар по цене, значительно отличающейся от сопоставимых цен идентичных (однородных) товаров, должно обладать документами, подтверждающими действительное приобретение товара по такой цене и доступными для получения в условиях внешнеторгового оборота (пункт 12 Постановления Пленума ВС РФ № 49).

Между тем, как подтверждается материалами дела, исходя из представленных декларантом документов, у таможни в ходе таможенного контроля отсутствовала возможность убедиться в том, что стоимость товара № 1, ввезенного по спорной ДТ, является количественно определенной, поскольку заявленные ценовые характеристики указанного товара не представилось возможным сопоставить с актуальной ценовой информацией по аналогичным товарам и с результатами декларирования в стране вывоза. При этом какой-либо информации, позволяющей определить стоимостные характеристики товаров по спорной ДТ, исходя из их качества, внешнего вида и коммерческой привлекательности, представленные обществом пояснения от 18.11.2024, от 09.12.2024 на запросы таможни, а равно коммерческие документы по спорной поставке не содержали.

Так, по тексту представленных пояснений о влияющих на цену физических характеристиках, качестве и репутации на рынке ввозимых товаров декларант указал, что основной сырьевой составляющей товаров является высококонцентрированная минеральная добавка монокальций фосфат, и что сведений о качестве и репутации на рынке ввозимых товаров он не имеет.

При этом ценовые характеристики товара по данным прайс-листа продавца, сформированного по состоянию на октябрь 2024 года, соответствовали его стоимости по приложению № 113 от 21.10.2024 в отсутствие каких-либо сведений о стоимости товара от производителя.

С учетом изложенного следует признать, что материалами дела не подтверждается формирование отпускной стоимости ввозимых товаров в отсутствие условий и обязательств, влияние которых на цену товаров не может быть количественно определено. В свою очередь представлением экспортной декларации № 4258220240001229370 выявленные таможней отклонения в заявленной таможенной стоимости также объяснены не были, поскольку фактически данный документ был представлен обществом в ходе таможенного контроля на иностранном языке с предоставлением перевода другой декларации страны-отправления.

Как уже было указано выше, неотъемлемой частью контракта является приложение к контракту, в котором согласуются ассортимент товара, его количество, цена и условия поставки.

Буквальное содержание приложения № 113 от 21.10.2024 показывает, что предметом спорной поставки является монокальций фосфат, не обогащенный фосфором (кормовой), в количестве 25000 кг по цене 0,470 долл. США/кг.

В то же время в экспортной декларации в качестве товара указано «монокальций фосфат 97% min Фтор: 0,18% min, Влага: 2,82% max/ 7758-23-8», стоимость за единицу – 470, общая стоимость – 11750, а в представленном переводе данного документа «монокальций фосфат 97% min Фтор: 0,18% min, Влага: 2,82% max/ 7789-77-7», стоимость за единицу – 470 долл. США, общая стоимость – 11750 долл. США. При этом графа «Номер контракта/соглашения» в обоих вариантах не заполнена.

Сравнительный анализ данных сведений показывает их несопоставимость друг с другом, в том числе по описанию товаров и заявленному классификационному коду, что обоснованно было воспринято таможней, как нарушение Порядка заполнения таможенной декларации КНР на экспорт/импорт товаров, доведенного письмом ФТС России от 15.04.2019 № 16-31/22462.

Данное обстоятельство наряду с неполным и недостоверным представлением документов по оплате ввозимых товаров исключает основание считать, что продажа товаров или их цена не зависит от каких-либо условий или обязательств, влияние которых на цену товаров не может быть количественно определено.

Доводы апелляционной жалобы об обратном со ссылкой на указание в экспортной декларации аналогичной таможенной стоимости спорных товаров, их весовых характеристик и количества, а также сведений о транспортных средствах, названных выводов суда не отменяют, учитывая выявленные отличия в заявленных сведениях.

Указание общества на то, что экспортная декларация является документом, оформляемым иностранным юридическим лицом, за действия которого декларант не может нести ответственность, судебной коллегией не принимается, поскольку по смыслу статей 38, 325 ТК ЕАЭС обязанность по представлению документов и сведений, подтверждающих заявленную таможенную стоимость, возлагается на декларанта.

Между тем, как подтверждается материалами дела, исходя из представленных декларантом документов, у таможни отсутствовала возможность убедиться в том, что стоимость товаров, ввезенных по спорным ДТ, является количественно определенной, поскольку заявленные ценовые характеристики указанных товаров не представилось возможным сопоставить с результатами декларирования в стране вывоза.

Одновременно суд апелляционной инстанции отмечает, что необходимость предоставления достоверного перевода экспортной декларации, исполненной на иностранном языке, по смыслу пункта 7 статьи 80, пункту 5 статьи 340 ТК ЕАЭС является обязанностью декларанта, в связи с чем отдельные недостатки перевода экспортной декларации в совокупности с отсутствием сведений о номере контракта не могут расцениваться в качестве незначительных ошибок, не отменяющих информационную составляющую данного документа.

С учетом изложенного судебная коллегия считает, что сведения о заявленной декларантом таможенной стоимости в нарушение пункта 10 статьи 38 ТК ЕАЭС не являются количественно определяемыми и документально подтвержденными, что является ограничением для применения метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами.

В этой связи таможня обоснованно в порядке пункта 17 статьи 325 ТК ЕАЭС приняла решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в декларации на товары, фактически отказав декларанту в принятии таможенной стоимости ввезенного товаров по первому методу определения таможенной стоимости.

По правилам пункта 15 статьи 38 Кодекса в случае невозможности определения таможенной стоимости ввозимых товаров по стоимости сделки с ними таможенная стоимость товаров определяется в соответствии со статьями 41 и 42 настоящего Кодекса, применяемыми последовательно.

Как установлено судебной коллегией, таможенная стоимость задекларированного в спорной ДТ товара скорректирована с применением метода по стоимости сделки с однородными товарами по правилам, предусмотренным статьей 42 ТК ЕАЭС.

Согласно статье 37 ТК ЕАЭС «однородные товары» - товары, не являющиеся идентичными во всех отношениях, но имеющие сходные характеристики и состоящие из схожих компонентов, произведенные из таких же материалов, что позволяет им выполнять те же функции, что и оцениваемые товары, и быть с ними коммерчески взаимозаменяемыми.

Проверка соблюдения принципа последовательного применения методов определения таможенной стоимости товара и источника ценовой информации, выбранного таможней для изменения сведений о таможенной стоимости товара № 1 по спорной ДТ, показала, что метод определения таможенной стоимости «по стоимости сделки с однородными товарами» (третий метод) был выбран таможней последовательно, а выбранный источник ценовой информации (товар № 3 по ДТ

№ 10702070/270924/3315733) сопоставим по коммерческим, качественным и техническим характеристикам со сведениями о товаре, заявленном в спорной декларации. При этом данные товары классифицированы по одному коду Товарной номенклатуры, выполняют те же функции, могут быть коммерчески заменяемыми, имеют одну страну происхождения (КНР) и страну отправления (КНР).

Довод заявителя жалобы об отсутствии у источника ценовой информации признаков однородности со сравниваемым товаром ввиду различного наименования, предназначения, количества и условий поставки, судом апелляционной инстанции не принимается, поскольку однородность сравниваемых товаров предполагает наличие у таких товаров сходных характеристик, что позволяет быть им коммерчески взаимозаменяемыми.

Указание общества на различную классификацию сравниваемых товаров не нашло подтверждение материалами дела, поскольку товар № 1 по спорной декларации и товар № 3 по ДТ № 10702070/270924/3315733 (а не товар № 1, как посчитал декларант) классифицированы одним кодом ТН ВЭД – 2835 26 000 0.

При этом сравнительный анализ описания ввезенного товара с источником ценовой информации по ДТ № 10702070/270924/3315733 (товар № 3) не выявил существенной разницы в описании ввезенных товаров, что исключает основания считать спорный источник ценовой информации некорректным.

В свою очередь приведенные обществом в апелляционной жалобе отличительные признаки сравниваемых товаров свидетельствуют только о том, что данные товары не являются идентичными, в связи с чем наличие у источника ценовой информации иных технических характеристик и условий поставки не отменяет его однородность по отношению к товару № 1 по спорной ДТ.

Суждение заявителя жалобы о том, что выбранный таможней источник ценовой информации содержит сведения об отгрузке товаров в меньшем количестве, чем в сравниваемой ДТ, также не свидетельствует о несопоставимости примененного источника ценовой информации, поскольку таможенная стоимость корректируется с применением индекса таможенной стоимости, учитывающего количественные показатели каждого товара. При этом положения статьи 42 Кодекса допускают возможность использовать в качестве источника ценовой информации стоимость сделки с однородными товарами, проданными на ином коммерческом уровне и (или) в иных количествах.

Делая указанный вывод, апелляционная коллегия отмечает, что выбор источников ценовой информации по указанным товарам в силу буквального указания пункта 1 статьи 42 ТК ЕАЭС осуществлялся посредством последовательного отбора сначала источников, содержащих сопоставимые наименования, далее источников со сведениями о продажах на том же коммерческом уровне или в ином количестве, и уже затем источников с наименьшим индексом таможенной стоимости.

При этом изучение представленной таможенным органом выборки ценовой информации по товару № 1 отражает последовательный подбор сопоставимых источников ценовой информации, индекс таможенной стоимости которых является наиболее меньшим по сравнению с иными источниками, проданными в ином количестве, в связи с чем доводы заявителя жалобы не свидетельствуют о произвольном подходе таможенного органа при вынесении оспариваемого решения.

Довод апелляционной жалобы об уклонении суда первой инстанции от оценки его возражений по выбору источника ценовой информации не может быть принято коллегией во внимание, учитывая, что соответствующие выводы были приведены судом в обжалуемом решении.

С учетом изложенного доводы заявителя о нарушении таможней принципов определения таможенной стоимости и, как следствие, о выборе некорректного источника ценовой информации не нашли подтверждения материалами дела.

Таким образом, оспариваемое решение от 14.12.2024 о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в декларации на товары № 10702070/121124/5122127, является законным и обоснованным и не привело к нарушению прав и законных интересов общества в сфере предпринимательской деятельности, в связи с чем суд первой инстанции обоснованно в порядке части 3 статьи 201 АПК РФ отказал в удовлетворении заявленных требований.

В целом доводы заявителя апелляционной жалобы не могут быть приняты во внимание, поскольку не опровергают выводов суда первой инстанции, а лишь выражают несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены судебного акта.

Иное изложение судом первой инстанции отдельных обстоятельств и выводов не повлияло на правильность рассмотрения настоящего спора и не повлекло принятие неправильного судебного акта, исходя из разъяснений пункта 39 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции».

Нарушений норм процессуального права, в том числе являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта, апелляционной инстанцией не установлено.

Соответственно основания для отмены обжалуемого судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.

На основании статьи 110 АПК РФ судебные расходы по уплате государственной пошлины при подаче апелляционной жалобы относятся судом апелляционной инстанции на заявителя.

Руководствуясь статьями 258, 266-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Пятый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Приморского края от 21.07.2025 по делу № А51-1848/2025 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного округа через Арбитражный суд Приморского края в течение двух месяцев.

Председательствующий Н.Н. Анисимова

Судьи С.В. Понуровская

Д.А. Самофал