Постановление от 13 августа 2025 г. по делу № А70-16488/2024

ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, <...> Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №   А70-16488/2024
14 августа 2025 года
город Омск



Резолютивная часть постановления объявлена  06 августа 2025 года.

Постановление изготовлено в полном объеме  14 августа 2025 года.


Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего  Тетериной Н.В.,

судей  Рожкова Д.Г., Солодкевич Ю.М.,

при ведении протокола судебного заседания:  секретарем Летучевой В.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-4158/2025) акционерного общества «Тюменнефтегаз» на решение Арбитражного суда Тюменской области от 16.04.2025 по делу № А70-16488/2024 (судья Маркова Н.Л.), принятое по иску акционерного общества «Тюменнефтегаз» к обществу с ограниченной ответственностью «ЭКО-Технологии плюс» о взыскании 1 600 000 руб., по встречному иску общества с ограниченной ответственностью «ЭКО-Технологии плюс» к акционерному обществу «Тюменнефтегаз» о взыскании 338 376 руб. 76 коп.,

при участии в судебном заседании представителей:

общества с ограниченной ответственностью «ЭКО-Технологии плюс» – ФИО1 (по доверенности от 20.08.2023 сроком действия три года);

акционерного общества «Тюменнефтегаз» – ФИО2 (по доверенности от 25.02.2025 № 52 сроком действия по 01.03.2026);

установил:

акционерного общества «Тюменнефтегаз» (далее – истец, АО «Тюменнефтегаз») обратилось в суд с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «ЭКО-Технологии плюс» (далее – ответчик, ООО «ЭКО-Технологии плюс») о взыскании 1 600 000 руб. штрафа по договору от 17.03.2021 № 7450021/0155Д.

ООО «Эко-Технологии плюс» обратилось с встречным исковым заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), о взыскании неустойки в размере 4 882 645 руб. 80 коп.

Решением Арбитражного суда Тюменской области от 16.04.2025 по делу № А70-16488/2024 первоначальный иск удовлетворен частично. С ООО «ЭКО-Технологии плюс» в пользу АО «Тюменнефтегаз» взыскано 214 841 руб. 99 коп. штрафа, 7 297 руб. расходов на уплату государственной пошлины. В остальной части иска отказано.

Встречный иск удовлетворен частично. С АО «Тюменнефтегаз» в пользу ООО «ЭКО-Технологии плюс» взыскано 214 841 руб. 99 коп. неустойки, 7 297 руб. расходов на уплату государственной пошлины. В остальной части встречного иска отказано.

По итогам зачета встречные обязательства сторон сведены к нолю.

Не согласившись с принятым судебным актом, АО «Тюменнефтегаз» обратился в Восьмой арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит решение Арбитражного суда Тюменской области от 16.04.2025 по делу № А70-16488/2024, изменить, первоначальный иск удовлетворить полностью, а встречный иск удовлетворить частично, взыскав неустойку в размере 16 072 руб. 46 коп.

В обоснование апелляционной жалобы АО «Тюменнефтегаз» приводит следующие доводы: суд первой инстанции не дал оценку доводам истца о неправомерности применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ); судом первой инстанции неверно рассчитан размер начисленной неустойки по встречному иску.

ООО «ЭКО-Технологии плюс» представило отзыв (письменные пояснения на апелляционную жалобу), в котором высказалось против доводов истца.

В заседании суда апелляционной инстанции представитель заявителя поддержал требования, изложенные в апелляционной жалобе, просил отменить решение суда первой инстанции и принять по делу новый судебный акт.

Представитель ответчика поддержал доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу, просил оставить решение без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения, считая решение суда первой инстанции законным и обоснованным.

Рассмотрев материалы дела, доводы апелляционной жалобы, отзыва на нее, заслушав позиции представителей сторон, суд апелляционной инстанции установил, что 17.03.2021 ООО «Эко-Технологии плюс» (исполнитель) и АО «Тюменнефтегаз» (заказчик) заключен договор на оказание услуг по дегазации, очистке от механических примесей и закачке рабочего агента на кустовой площадке № 7 месторождения «Русское» АО «Тюменьнефтегаз» №7450021/0155Д (далее - договор), в соответствии с которым ООО «Эко-Технологии плюс» обязалось оказывать АО «Тюменнефтегаз» согласованные сторонами услуги по цене 65 520 808 руб. 63 коп., а АО «Тюменнефтегаз» обязалось принимать и оплачивать, оказанные услуги.

К приложению № 4 «Требования ПБОТОС» сторонами согласованы штрафы за нарушение в области ПБОТОС.

20.06.2023 стороны заключали дополнительное соглашение № 450021/0155Д001 к договору, в том числе, согласовав приложение №4 к договору и приложение №2 к этому приложению в новой редакции.

29.03.2023 заказчиком совместно с исполнителем проводилась проверка состояния ПБОТОС, в ходе, которой выявлено 8 нарушений с высоким уровнем риска, о чем 29.03.2023 составлен акт №114/23.

На указанном акте представитель ООО «ЭкоТехнологии плюс» указал, что с актом не согласен, пояснения будут даны в письменном виде в течении 14 рабочих дней, однако такие пояснения не представлены.

В связи с допущенными нарушениями АО «Тюменнефтегаз» начислило штрафы в размере 1 600 000 руб. по 200 000 руб. за каждое нарушение, согласно представленным расчетам, которые ООО «Эко-Технологии плюс» в претензионном порядке не оплачены.

По результатам рассмотрения претензионных требований исполнитель направил письмо от 25.03.2024 №25.03/3, в котором отказал в удовлетворении требований заказчика об оплате штрафа, указыв на невозможность наложения штрафных санкций, так как выявленные в рамках проверок нарушения не соответствуют составам норм и санкций фактическим обстоятельствам, несоответствие размера штрафа последствиям нарушенного обязательства.

Обстоятельства неисполнения требований об оплате штрафа послужили основанием для обращения в суд с настоящим исковым заявлением.

Обращаясь с встречным требованием, ООО «ЭКО-Технологии плюс» указало на несвоевременную оплату истцом оказанных услуг по следующим актам: от 25.12.2021 № 192, от 25.01.2022 №4, от 25.02.2022 №16, от 25.03.2022 № 27, от 25.04.2022 № 44, от 25.05.2022 №55, от 25.06.2022 № 72, от 25.07.2022 № 88, от 25.08.2022 № 93, от 25.09.2022 №124, от 25.10.2022 № 142, от 25.01.2023 № 7, от 25.03.2023 № 45, от 25.07.2023 №157, от 25.08.2023 № 189, от 25.12.2023 № 267, от 25.01.2024 № 3, от 25.02.2024 № 19, от 04.04.2024 № 44.

По расчету ООО «Эко-Технологии плюс» неустойка составила 4 882 645 руб. 80 коп. с учетом ограничения, установленного пунктом 6.12 договора.

Суд первой инстанции, установив факт нарушения обязательств по договору, как со стороны истца, так и ответчика, признал требования сторон обоснованными, снизив при этом штрафные санкции в отношении ответчика в соответствии со статьей 333 ГК РФ и откорректировав расчет суммы неустойки по встречному иску.

Полагая, принятое судом первой инстанции решение необоснованным, истец в апелляционной жалобе указывает на несогласие с применением положений статьи 333 ГК РФ в отношении штрафа по иску и с установленным размером встречных требований.

Иных возражений относительно принятого судебного акта судом первой инстанции апелляционная жалоба не содержит, таковых не приведено и стороной ответчика, в связи с чем оснований для переоценки выводов суда первой инстанции относительно исковых требований в остальной части суд апелляционной инстанции не имеет (часть 5 статьи 268 АПК РФ, пункт 27 постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции»).

Проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного акта в порядке статей 266, 270 АПК РФ в обжалуемой части, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Относительно применения положения статьи 333 ГК РФ в отношении штрафа по исковому заявлению.

Согласно статье 333 ГК РФ, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. Если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении.

В пункте 69 постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее - постановление № 7) разъяснено, что подлежащая уплате неустойка, установленная законом или договором, в случае её явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства, может быть уменьшена в судебном порядке (пункт 1 статьи 333 ГК РФ).

Согласно пунктам 71, 77 постановления № 7, если должником является коммерческая организация, индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме, в исключительных случаях, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства и может повлечь получение кредитором необоснованной выгоды (пункт 1 статьи 2, пункт 1 статьи 6, пункт 1 статьи 333 ГК РФ).

В пункте 73 постановления № 7 указано, что бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1 статьи 65 АПК РФ).

Учитывая компенсационный характер гражданско-правовой ответственности, под соразмерностью суммы неустойки последствиям нарушения обязательства ГК РФ предполагает выплату добросовестной стороне такой компенсации его потерь, которая будет адекватна и соизмерима с нарушенным интересом.

Степень несоразмерности заявленной неустойки последствиям нарушения обязательства является оценочной категорией, судебной практикой выработаны критерии её определения, которые применяются с учётом обстоятельств  конкретного дела.  Так, в качестве таковых могут быть: чрезмерно высокий процент неустойки; значительное превышение суммы неустойки над суммой возможных убытков, вызванных нарушением обязательств; длительность неисполнения обязательств и другое (пункт 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.07.1997 № 17 «Обзор применения арбитражными судами статьи 333 ГК РФ»).

Таким образом, гражданское законодательство предусматривает неустойку в качестве способа обеспечения исполнения обязательств и меры имущественной ответственности за их неисполнение или ненадлежащее исполнение, а право снижения неустойки предоставлено суду в целях устранения явной её несоразмерности последствиям нарушения обязательств.

Рассмотрев заявление ответчика о снижении суммы штрафа, суд первой инстанции пришёл к выводу о наличии оснований для применения статьи 333 ГК РФ и уменьшения размера штрафа до 214 841 руб. 99 коп., так как посчитал, что такое снижение размера неустойки не ущемляет права АО «Тюменнефтегаз», а устанавливает баланс между применяемой к ООО «Эко-Технологии плюс» мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате нарушений.

Полагая необоснованными выводы суда первой инстанции в данной части, АО «Тюменнефтегаз» ссылается на то, что нарушение требований ПБОТОС, повлекших за собой наложение штрафа, является высоко опасным, создает предпосылки возникновения аварийных ситуаций, несет угрозу жизни и здоровья работникам истца, ответчика, а также загрязнение территории окружающей среды.

29.03.2023 заказчиком совместно с исполнителем проводилась проверка состояния ПБОТОС, в ходе которой выявлено 26 нарушений, из которых 8 нарушений с высоким уровнем риска, о чем составлен акт от 29.03.2023 №114/23.

При выявлении 26 нарушений, только за 8 нарушений предъявлены штрафные санкции.

Как полагает истец, применение такой меры как взыскание штрафа носит компенсационно-превентивный характер и позволяет не только возместить лицу убытки, возникшие в результате просрочки исполнения обязательства, но и предостеречь контрагента от неисполнения обязательства в будущем, побудить к контролю за соблюдением установленных норм.

В связи со значимостью соблюдения требований ПБОТОС, снижение размера штрафа, по мнению подателя жалобы, является необоснованными данном случае и лишает превентивного характера установленного штрафа.

Отклоняя возражения АО «Тюменнефтегаз» о необоснованности снижения размера штрафа, суд апелляционной инстанции исходит из того, что штраф является способом обеспечения исполнения обязательств должником. Поэтому, исходя из необходимости соблюдения баланса интересов сторон (даже несмотря на то, что такие правоотношения возникли на основании договоров),  размер подлежащей взысканию неустойки (штрафа), как суммы компенсационного характера, должен соотноситься с нарушенным интересом, а не носить исключительно карательный характер.

Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 21.12.2000 № 263-О разъяснил, что предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае её чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств является одним из правовых способов, предусмотренных в законе, которые направлены против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки, то есть на реализацию требования статьи 17 Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Именно поэтому в части первой статьи 333 ГК РФ речь идет не о праве суда, а о его обязанности установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения.

При таких обстоятельствах задача суда состоит в устранении явной несоразмерности договорной ответственности, следовательно, суд может лишь уменьшить размер неустойки до пределов, при которых она перестает быть явно несоразмерной, причем указанные пределы суд определяет в силу обстоятельств конкретного дела и по своему внутреннему убеждению.

Вопрос о явной несоразмерности штрафа последствиям нарушения обязательства  разрешается  судом  исходя из конкретных обстоятельств дела.

При этом отсутствие у кредитора обязанности доказывать факт причинения ему убытков и презумпция возникновения на стороне кредитора негативных последствий при нарушении договорного обязательства не исключают обязанность суда оценить соразмерность заявленной к взысканию неустойки последствиям нарушенного обязательства (пункт 74 постановления № 7).

В данном случае суд первой инстанции исходил из отсутствия фактических негативных последствий на стороне АО «Тюменнефтегаз». Доказательств обратного не представлено в дело.

Как указывает сам истец, выявленные нарушения устранены исполнителем.

Другими словами, допущенные нарушения не повлекли за собой необратимые последствия или наступления вреда, который не мог быть устранен.

Позиция ответчика, заключающаяся в том, что размеры ответственности исполнителя обусловлены необходимостью обеспечения надлежащего исполнения  им обязательств, размерами административных штрафов, подписание договоров исполнителем (статья 421 ГК РФ) не препятствует оценке судом оснований  для уменьшения ответственности ООО «ЭКО-технологии плюс».

Виновная в неисполнении обязательства сторона - исполнитель должна претерпеть неблагоприятные последствия взыскания с нее штрафов в разумных пределах соответственно размеру неисполненного обязательства за каждый факт нарушения.

Поэтому при определении несоразмерности размера штрафов суд вправе,  не учитывая волю сторон, исходить из того, имеются ли в деле доказательства наличия у кредитора негативных последствий ненадлежащего исполнения должником обязательств по договору.

В пункте 74 постановления № 7 разъяснено, что, возражая против заявления об уменьшении размера неустойки, кредитор не обязан доказывать возникновение у него убытков (пункт 1 статьи 330 ГК РФ), но вправе представлять доказательства того, какие последствия имеют подобные нарушения обязательства  для кредитора, действующего при сравнимых обстоятельствах разумно  и осмотрительно.

Баланс интересов сторон спорных отношений в такой ситуации соблюдается  и не несёт для кредитора чрезмерное бремя - добросовестный заказчик всегда имеет возможность доказать наличие у него убытков, возникших вследствие нарушения обязательства исполнителем, тогда как в распоряжении должника не имеется документов, отражающих результаты хозяйственной деятельности кредитора.  Иное не доказано.

При этом истец не представил доказательства наступления негативных последствий, связанных с допущенными исполнителем  нарушениями, которые не компенсируются штрафом с учётом уменьшения его размера в судебном порядке.

Ссылка на возможные последствия нарушений в качестве такого доказательства расценены быть не могут.

Обстоятельства того, что 6 из 8 нарушений, по которым предъявлены штрафы, 12.04.2023 повторно выявлены, не являются обстоятельствами, которые исключают возможность снижения размера штрафа, поскольку не лишают возможности заказчика за каждый факт нарушения производить начисление штрафа.

Исходя из необходимости обеспечения баланса интересов сторон, принимая во внимание отсутствие в материалах дела доказательств, подтверждающих возникновение убытков на стороне истца, учитывая, критерии, влияющие на установление несоразмерности штрафа, согласованного сторонами в договоре, последствиям нарушенного обязательства, недопустимость использования неустойки как средства обогащения, суд апелляционной инстанции  считает правомерным вывод суда первой инстанции о чрезмерности размера установленного договором штрафа и наличии оснований для его уменьшения.

Апелляционный суд считает, что определенный судом размер ответственности соответствует принципам добросовестности, разумности и справедливости и не приведет к чрезмерному, избыточному ограничению имущественных прав и интересов ответчика, соответствует характеру допущенного им нарушения обязательств, основания для снижения пени в порядке статьи 333 ГК РФ в большем размере отсутствуют.

Оснований для иных выводов коллегией судей не установлено и со стороны истца не обосновано.

Относительно доводов истца о неверности расчета неустойки по встречному иску.

Так, ответчик обратился в суд встречным требованием о взыскании неустойки за нарушение срока оплаты оказанных услуг.

В соответствии с пунктом 1 статьи 329 ГК РФ исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием вещи должника, поручительством, независимой гарантией, задатком, обеспечительным платежом и другими способами, предусмотренными законом или договором.

Пунктом 1 статьи 330 ГК РФ установлено, что неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

Соглашение о неустойке должно быть совершено в письменной форме независимо от формы основного обязательства (статья 331 ГК РФ).

Согласно пункту 6.12 договора за нарушение заказчиком сроков исполнения обязательств по оплату, исполнитель вправе потребовать от заказчика уплатить неустойку в размере 0,1 % от стоимости услуг за каждый день просрочки, но не более 10%.

По расчету ответчика неустойка составила 4 882 645 руб. 80 коп. с учетом ограничения установленного пункте 6.12 договора.

Необходимость проверки расчета иска (контррасчета), в том числе на соответствие нормам права, по смыслу статей 64, 71 АПК РФ входит в стандарт всестороннего и полного исследования судами первой и апелляционной инстанций имеющихся в деле доказательств (определения Верховного Суда Российской Федерации от 19.10.2016 № 305-ЭС16-8324, от 27.12.2016 № 310-ЭС16-12554, от 29.06.2016 № 305-ЭС16-2863).

Проверив расчет суммы неустойки, суд первой инстанции  произвел корректировку расчета истца по встречному иску, установив, что нарушения оплаты допущено только по актам №№ 55, 72, 88, 142, 7, 267, 19, 44, по которым размер неустойки составляет 214 841 руб. 99 коп.


Обращаясь с апелляционной жалобой, истец считает, что судом первой инстанции не верно определено начало просрочки оплаты оказанных услуг.

По убеждению истца, обязанность оплаты оказанных услуг возникает с момента подписания заказчиком актов приема-передачи. Учтя данное обстоятельство в совокупности с положениями статьи 193 ГК РФ, истец произвел собственный расчет по перечисленным выше актам, согласно которому неустойка составила 16 072 руб. 46 коп.

Однако данная позиция истца противоречит буквальному содержанию условий договора о порядке и сроках оплаты оказанных услуг.

Так, в силу абзаца 1 статьи 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений.

Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Основные правила толкования условий договоров разъяснены в пункте 43 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора», согласно которым толкование условий договора осуществляется в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 ГК РФ, другими положениями ГК РФ, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статьи 3, 422 ГК РФ).

Условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ). Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду.

Значение условия договора устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом (абзац первый статьи 431 ГК РФ). Условия договора толкуются и рассматриваются судом в их системной связи и с учетом того, что они являются согласованными частями одного договора (системное толкование).

На основании пункта 1 статьи 486 ГК РФ покупатель обязан оплатить товар непосредственно до или после передачи ему продавцом товара, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другим законом, иными правовыми актами или договором купли-продажи и не вытекает из существа обязательства.

Покупатель оплачивает поставляемые товары с соблюдением порядка и формы расчетов, предусмотренных договором (статья 516 ГК РФ).

Согласно пункту 3.3 договора, оплата производится заказчиком денежными средствами в безналичной форме, путем перечисления их на расчетный счет исполнителя за фактически оказанные услуги/выполненные работы в течении 60 календарных дней, но не ранее чем через 45 календарных дней после получения заказчиком оригинала счет-фактуры, оформленного в соответствии со статья 169 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ), на основании подписанного сторонами акта сдачи-приемки оказанных услуг.

Из буквального толкования условия пункта 3.3 договора следует, что срок оплаты оказанных услуг обусловлен получением заказчиком оригинала счета-фактуры.

Из материалов дела следует, что обмен документами между сторонами происходил через электронную систему через ЭДО АО «ПФ «СКБ Контур», что следует из отметок на счетах-фактурах следующего содержания «документ подписан и передан через оператора ЭДО АО «ПФ «СКБ Контур».

Документы, направляемые через оператора ЭДО АО «ПФ «СКБ Контур» подписывались сторонами электронными цифровыми подписями и использовались в документообороте в качестве оригиналов первичных документов.

Таким образом, сторонами признавался оригиналом счета-фактуры документ, направленный через электронную систему «Диадок», подписываемый сторонами электронными цифровыми подписями.

Изложенное также означает, что направлением оригинала счета-фактуры являлось направление такого документа через оператора ЭДО АО «ПФ «СКБ Контур».

При таком порядке обмена документами, дата получения счета-фактуры через оператора ЭДО АО «ПФ «СКБ Контур» в данном случае считается моментом получения заказчиком оригинала счет-фактуры, и наступления того условия, которое согласовано сторонами в пункте 3.3 договора, как отправная точка для отсчета срока исполнения обязательства заказчика по оплате товара, равного 60 календарным дням.

С учетом особенностей обмена документами между сторонами, для целей установления периода просрочки исполнения обязательств по оплате оказанных услуг должна восприниматься дата поступления счета-фактуры заказчику через оператора ЭДО АО «ПФ «СКБ Контур», то есть отметки о передаче документа через «Диадок» в правом нижнем углу документа.

В этой части расчет ответчика правомерно признан судом первой инстанции не верным, поскольку в качестве отправной даты для исчисления срока оплаты оказанных услуг ответчиком учитывалась дата составления актов приема-передачи.

Однако и доводы истца в этой части, а, следовательно, и контррасчет неустойки (пени) не соответствует условиям пункта 3.3 договора.

Следовательно, при получении актов №№ 55, 72, 88, 142, 7, 267, 19, 44 в даты: 27.05.2022, 29.06.2022, 26.07.2022, 27.10.2022, 27.01.2023, 27.12.2023, 04.03.2024, 10.04.2024 соответственно и с учетом положений статьи 193 ГК РФ размер неустойки составит 52 858 руб. 66 коп., что и подлежало взысканию с АО «Тюменнефтегаз» в рамках встречного иска.

При изложенных обстоятельствах, оценив по правилам статьи 71 АПК РФ совокупность представленных в материалы дела письменных доказательств в их взаимной связи, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что встречные исковые требования подлежали удовлетворению в сумме 52 858 руб. 66 коп.

Таким образом, обжалуемое решение в части встречных требований подлежит изменению согласно изложенному выше.

Судебные расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение иска, апелляционной жалобы в соответствии со статьей 110 АПК РФ относятся на сторон пропорционально размеру удовлетворённых требований с зачетом таковых применительно к пункту 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела».

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 2 статьи 269, пунктом 3 части 1 статьи 270, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой  арбитражный апелляционный суд

постановил:

решение Арбитражного суда Тюменской области от 16.04.2025 по делу № А70-16488/2024 изменить, изложив его резолютивную часть следующим образом:

Первоначальный иск удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ЭКО-Технологии плюс» в пользу акционерного общества «Тюменнефтегаз» 214841 руб. 99 коп. штрафа, 29 000 руб. расходов на уплату государственной пошлины по иску, по апелляционной жалобе в размере 11 309 руб.

В остальной части иска отказать.

Встречный иск удовлетворить частично.

Взыскать с акционерного общества «Тюменнефтегаз» в пользу общества с ограниченной ответственностью «ЭКО-Технологии плюс» 52 858 руб. 66 коп. неустойки, 1 856 руб. расходов на уплату государственной пошлины.

В остальной части встречного иска отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ЭКО-Технологии плюс» в доход федерального бюджета государственную пошлину по встречному иску в размере 149 560 руб.

По результатам удовлетворения первоначального и встречного исковых требований произвести зачет (ч.5 ст.170 АПК РФ), в результате которого взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ЭКО-Технологии плюс» в пользу акционерного общества «Тюменнефтегаз» 161 983 руб. 33 коп. штрафа, 38 453 руб. расходов на уплату государственной пошлины.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме.


Председательствующий


Н.В. Тетерина

Судьи


Д.Г. Рожков

Ю.М. Солодкевич