Постановление от 21 июля 2025 г. по делу № А60-18037/2023

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, <...>

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-5384/2024(5)-АК

Дело № А60-18037/2023
22 июля 2025 года
г. Пермь



Резолютивная часть постановления объявлена 21 июля 2025 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 22 июля 2025 года.


Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Иксановой Э.С.,

судей                               Чепурченко О.Н., Чухманцева М.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Охотниковой О.И.,

в отсутствие лиц, участвующих в деле: не явились

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

в связи с неявкой лиц, участвующих в деле, аудиопротоколирование судебного заседания не ведется,

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу

заинтересованного лица ФИО1

на определение Арбитражного суда Свердловской области

от 12 декабря 2024 года

о признании недействительными сделками платежей, совершенных в пользу ФИО1, применении последствий недействительности сделок,

вынесенное в рамках дела № А60-18037/2023

о признании общества с ограниченной ответственностью «Фуд Групп»  (ООО «Фуд Групп», ОГРН <***>, ИНН <***>) несостоятельным (банкротом),

установил:

определением Арбитражного суда Свердловской области от 13.04.2023 принято к производству заявление ФИО2 о признании ООО «Фуд Групп» (далее также – должник) несостоятельным (банкротом).

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 09.11.2023 (резолютивная часть от 01.11.2023) должник признан несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, исполняющим обязанности конкурсного управляющего должника утверждена ФИО3.

Определением от 05.03.2024 конкурсным управляющим должника утверждена ФИО3 (далее также – конкурсный управляющий).

В арбитражный суд 25.03.2024 поступило заявление конкурсного управляющего о признании недействительными сделками расчетных операций (платежей), совершенных в пользу ФИО1, в размере 12 513 420 руб.,  применении последствий недействительности сделок в виде взыскания с ФИО1 в пользу должника 12 513 420 руб. (с учетом уточнения, поступившего в арбитражный суд 02.04.2024, принятого судом в порядке ст. 49 АПК РФ).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 12.12.2024 заявление конкурсного управляющего об оспаривании сделки удовлетворено частично. Признаны недействительными сделками платежи, совершенные в пользу ФИО1 в размере 12 263 420 руб. Применены последствия недействительности сделки: с ФИО1 в конкурсную массу должника взыскано 12 263 420 руб. С ФИО1 в доход федерального бюджета взыскана государственная пошлина в размере 6 000 руб. В удовлетворении остальной части требования отказано.

ФИО1, не согласившись с вынесенным определением, обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение отменить.

В апелляционной жалобе указывает, что суд не учел представленные доказательства реальности исполнения обязательств по договору № 01 от 01.07.2018, включая документы, подтверждающие оказание транспортных услуг; доказательства фиктивности договора отсутствуют, вывод о мнимости основан на предположениях; ответчиком представлены платежные документы, подтверждающие перечисления денежных средств, условия договора № 01 от 01.07.2018, включая порядок оказания транспортных услуг; доказательства использования транспортных средств в период действия договора. Суд не установил совокупности условий, необходимых для признания сделки недействительной: не установил, соответствовал ли должник признакам неплатежеспособности на дату сделки; не приведены доказательства, что платежи ФИО1 осуществлялись с целью причинения вреда кредиторам, напротив, платежи производились во исполнения обязательств по договору, заключенному в 2018 году; суд проигнорировал презумпцию добросовестности стороны сделки, предусмотренную гражданским законодательством. Вывод о недействительности сделки является неправомерным. Суд допустил процессуальное нарушение, ограничив право ответчика на представление доказательств в обоснование своей позиции, ходатайства ответчика о переносе судебных заседания для подготовки дополнительных материалов были отклонены без достаточного обоснования, что нарушает ст. 9 АПК РФ и ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

17.03.2025 от ФИО1 поступили дополнения к апелляционной жалобе, в которых ответчик указал, что как индивидуальный предприниматель (далее – ИП) осуществлял деятельность по перевозке грузов, как собственным автомобилем, так и для перевозки грузов привлекался транспорт иных компаний по договору перевозки грузов. Заказчиками по перевозке грузов были многие юридические лица, в том числе должник. Доводы кредитора о том, что ФИО1 использовался только автомобиль ГАЗ 33023 и все расчеты арбитражного управляющего были произведены исходя из этого, несостоятельны, т.к. к перевозкам привлекались также другие автомобили. В настоящий момент ИП ФИО1 ликвидирован, деятельность не ведется. Документы по ведению деятельности сохранились не в полном объеме. Должник привлекал ИП ФИО1 для перевозки грузов в связи с тем, что собственные автомобили должника не справлялись с нагрузкой. Для перевозки грузов необходимо соблюдать сроки и маршрут, что с небольшим количеством автомобилей невозможно. Взаимосвязи между оказанием бухгалтерских услуг ФИО4 и оказания транспортных услуг ФИО1 нет. ФИО4 вела первичный учет документов, из которых невозможно сделать выводы о финансовом положении должника. Данные доводы были подтверждены материалами дела в рамках оспаривании сделок с ФИО4 Также ранее пояснялось, что ФИО1 и ФИО4 не проживают совместно. Соответственно ФИО1 не мог знать о финансовом положении должника.

Кроме того, в дополнении к апелляционной жалобе от 17.03.2025  ФИО1 заявил ходатайство о приобщении к материалам дела актов выполненных работ № 4 от 01.05.2020, № 5 от 01.06.2020, № 7 от 03.08.2020, № 8 от 02.09.2020, № 9 от 01.10.2020, № 11 от 01.12.2020, № 2 от 02.02.2021, № 3 от 02.03.2021, № 7 от 02.06.2021, № 10 от 02.07.2021, № 15 от 05.08.2021, № 23 от 03.09.2021, № 38 от 12.11.2021.

Указанное ходатайство рассмотрено судом апелляционной инстанции в порядке ст. 159 АПК РФ и удовлетворено на основании ч. 2 ст. 268 АПК РФ.

20.03.2025 от ФИО1 поступили дополнения к апелляционной жалобе, в которых ответчик указал, что как ИП осуществлял деятельность по перевозке грузов, в его собственности был автомобиль, а также для перевозок им использовался лизинговый транспорт; для перевозки привлекался транспорт и иных компаний по договору перевозки грузов; заказчиками по перевозке были многие юридические лица, в том числе должник; то есть для перевозки привлекались и иные автомобили, помимо ГАЗ 33023. При осуществлении перевозки двумя автомобилями зарплата в размере 530 000 руб. соответствует рыночной, включает в себя топливо, обслуживание автомобиля и другие расходы. В настоящий момент ИП ФИО1 ликвидирован, деятельность не ведется, документы по ведению деятельности сохранились не в полном объеме.

Кроме того, в письменных дополнениях к апелляционной жалобе от 20.03.2025 ФИО1 заявил ходатайство о приобщении к материалам дела копии патента на право применения патентной системы налогообложения (форма №26.5-П) на период с 01.03.2020 по 31.12.2020 с приложением № 2 к патенту.

Данное ходатайство рассмотрено судом апелляционной инстанции в порядке ст. 159 АПК РФ и удовлетворено на основании ч. 2 ст. 268 АПК РФ.

Конкурсный управляющий в отзыве на апелляционную жалобу просит определение оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. Поддерживает выводы суда первой инстанции, изложенные в обжалуемом определении. Относительно довода о процессуальных нарушениях отмечает, что судебное заседание откладывалось до декабря 2024 года, однако опровергающие доводы управляющего документы от ответчика так и не поступили, из чего можно сделать вывод об их отсутствии и намеренном затягивании судебного разбирательства со стороны ответчика. Необоснованное перечисление денежных средств в сумме 12 263 420 руб.  ответчику произошло в период неплатежеспособности и недостаточности имущества должника, что повлекло причинения вреда его кредиторам.

Кредитор ФИО2 в отзыве на апелляционную жалобу просит определение оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. Ссылается на наличие совокупности условий для признания оспариваемых платежей недействительными. Поддерживает выводы суда первой инстанции. У ответчика была возможность представить доказательства в суде первой инстанции. Возражает против приобщения дополнительных доказательств ответчика в апелляционной инстанции. ФИО1 не представляет допустимых доказательств осуществления деятельности в качестве ИП, с какими именно компаниями он сотрудничал, кто управлял автомобилем при перевозке, не представляет первичные документы.

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.03.2025 судебное разбирательство по апелляционной жалобе отложено на 03.04.2025 для предоставления конкурсному управляющему времени для ознакомления с документами, поступившими от ответчика и формирования позиции по спору.

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.04.2025 судебное разбирательство по апелляционной жалобе отложено на 23.04.2025 для предоставления конкурсному управляющему времени для ознакомления с документами, поступившими от ответчика и формирования позиции по спору.

08.04.2025 от конкурсного управляющего поступили дополнительные пояснения, в которых указал, что все представляемые ФИО1 документы в суд первой инстанции он не представлял. Указал, что заявки, купоны, маршрутные листы, предусмотренные договором № 1 об организации и обеспечении транспортного  обслуживания от 01.07.2018 ФИО1 в материалы дела не представлены. Также указал, что акты выполненных работ изготовлены в один день. Все акты содержат идентичные следы печати, которые могут совпадать лишь в условиях

23.04.2025 от ФИО1 поступило дополнение к апелляционной жалобе, в котором он указал, что для перевозок использовался зарегистрированный на него транспорт, а также лизинговый транспорт, привлекался транспорт иных компаний. При осуществлении перевозок двумя автомобилями, а также привлеченными транспортными средствами оплата в размере 530 000 руб. соответствует рыночной, включает в себя расходы на топливо, на обслуживание автомобиля. В собственности ФИО1 было две машины: Газель госномер <***> и Митсубиси Фусо госномер <***>, нанимались сторонние транспортные средства разной тоннажности, которые выполняли развоз по торговым точкам ТС Доброцен, ТС Маяк, ТС Светофор и доставкой продукции от производителя на склад должника в г. Екатеринбурге. ТС Доброцен – крупная федеральная сеть с очень большой логистикой, торговые точки расположены по всей России, часто расстояние одного маршрута составляло до 4 000 км. кругорейса. Документооборот осуществлялся посредством электронной почты googl, которая в настоящее время не работает, не дает возможности выгрузить с нее все документы.

Приложение ФИО1 к данному дополнению копий договоров-заявок на перевозку груза № 15 от 01.02.2021, № 54 от 11.05.2020, № 55 от 11.05.2020, № 56 от 13.05.2020, № 77 от 15.06.2020, № 59 от 15.05.2020, № 58 от 15.05.2020, № 57 от 13.05.2020, № 10 от 28.01.2021, № 112 от 08.09.2020, копии ПТС № 52 РА 428258 фургона изотермического марки 5389Р1, находящегося в лизинге, акта о передаче оригинала ПТС № 52 РА 428258 по договору лизинга № ОВ/Ф-77003-02-01 от 09.01.2020, договора купли-продажи № ОВ/Ф-77003-02-01-ВЫК-01 от 21.10.2022 рассмотрено судом апелляционной инстанции в порядке ст. 159 АПК РФ в качестве ходатайства о приобщении указанных документов к материалам дела и удовлетворено на основании ч. 2 ст. 268 АПК РФ в целях установления фактических обстоятельств спора.

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.04.2025 судебное разбирательство по апелляционной жалобе отложено на 04.06.2025 в целях предоставления сторонам возможности ознакомиться с представленными ответчиком документами и выразить позиции.

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.06.2025 судебное разбирательство по апелляционной жалобе отложено на 02.07.2025, поскольку судом апелляционной инстанции установлено, что в производстве Арбитражного суда Уральского округа имеется кассационная жалоба на судебный акт, принятый по результатам рассмотрения обособленного спора с аналогичными ответчиком и правовыми основаниями. У ФИО1 запрошена письменная позиция на дополнительные пояснения кредитора. 

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.07.2025 судебное разбирательство по апелляционной жалобе отложено на 21.07.2025, поскольку вышеуказанная кассационная жалоба до 02.07.2025 не бала рассмотрена. У ФИО1 повторно запрошена письменная позиция на дополнительные пояснения кредитора. 

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, своих представителей для участия в судебное заседание не направили, что в порядке ч. 3 ст. 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, в период с 29.06.2020 по 30.09.2021 со счетов должника, открытых в ООО Банк «Нейва», Точка ПАО Банка «ФК Открытие», ПАО КП «УБРиР» в пользу ИП ФИО1 перечислено 12263420 руб. с назначением платежа «Оплата за транспортные услуги по договору №01 от 01.07.2018».

Ссылаясь на то, что перечисление денежных средств произведено без какого-либо встречного предоставления; основания для проведения платежей, указанные в платежных документах, не нашли своего подтверждения; ФИО1 был осведомлен о признаках неплатежеспособности должника, поскольку ФИО4 (предположительно супруга ФИО1) оказывала руководителю должника ФИО5 бухгалтерские услуги по договору (установлено в деле №А60-58187/2022), при этом ФИО5 в качестве индивидуального предпринимателя не зарегистрирован; бывший руководитель должник и ответчик по сделке являются аффилированными лицами; вышеуказанные переводы не имеют экономической целесообразности и обоснованности; совершение оспариваемых платежей привело к уменьшению активов должника и последующей невозможности исполнения обязательств; имеются признаки обналичивания денежных средств; в случае если бы денежные средства систематически не выводились со счетов должника в пользу аффилированных лиц по неподтвержденным обязательствам, у должника не возникло бы неплатежеспособности, предприятие имело бы возможность погасить требования своих кредиторов; при совершении вышеуказанных платежей допущено злоупотребление правом, поскольку должник осуществил безосновательную передачу ответчику денежных средств без какого-либо встречного предоставления, конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о признании расчетных операций (платежей), совершенных в пользу ФИО1, в размере 12 513 420 руб.,  недействительными сделками, применении последствий недействительности сделок в виде взыскания с ФИО1 в пользу должника 12 513 420 руб.

В качестве правового обоснования заявленных требований конкурсный управляющий указал п. 2 ст. 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), ст. 10, 168, п. 1 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

Удовлетворяя заявленные требования частично, признавая недействительными сделками платежи, совершенные в пользу ФИО1 в размере 12 263 420 руб. и применяя последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО1 в конкурсную массу должника 12 263 420 руб., суд первой инстанции исходил из того, что по оценке конкурсного управляющего, исходя из открытых сведений, среднерыночная реальная цена за месячный период оказания транспортных услуг с водителем составляет 108 117,65 руб., при этом, ежемесячно ФИО1 получал от ООО «Фуд групп» в среднем по 530 100 руб., что на 390% процентов больше, чем рыночная цена аналогичных услуг; ответчиком не представлено ни одного документа, подтверждающего реальность сделки с должником: нет ни одной заявки, которые и согласно условий представленного самим ответчиком договора №01 от 01.07.2018 об организации и обеспечения транспортного обслуживания, и в силу данного типа договорных отношений должны быть; ответчик не смог пояснить, каким образом осуществлялось согласование даты перевозки, вида перевозимого груза, типа транспортного средства, маршрута, расценок и т.п.; поскольку доказательства того, что сделки по перечислению денежных средств носили возмездный характер, отсутствуют, данные перечисления совершены за счет должника без предоставления ему встречного исполнения, что является свидетельством причинения в результате совершения оспариваемых перечислений вреда имущественным правам кредиторов в связи с необоснованным уменьшением активов должника; в подобной ситуации предполагается, что исполнитель либо знает о намерении должника вывести свое имущество из под угрозы обращения на него взыскания и действует с ним совместно, либо понимает, что менеджмент или иные контролирующие должника лица избавляются от имущества общества с целью выведения денежных средств из имущественной сферы должника, а затем возврата их бенефициарам организации по причинам, не связанным с экономическими интересами юридического лица; как следует из пояснений конкурсного управляющего сестра ФИО1 оказывала должнику бухгалтерские услуги; мотивы, которые убедили бы суд в добросовестности рассматриваемого поведения, суду не приведены; оспариваемой сделкой по перечислению ООО «Фуд групп» в пользу ФИО1 12 263 420 руб. причинен вред имущественным правам кредиторов, поскольку из имущественной массы должника выведены денежные средства в отсутствие доказательств правомерности их выбытия, о чем другой стороне не могло быть неизвестно; ответчик, получив денежные средства без наличия правовых оснований, не только не мог не знать о противоправной цели должника, но и способствовал ее достижению.

Отказывая в признании недействительными платежей на сумму 250 000 руб., суд первой инстанции исходил из того, что платежи от 02.04.2020, 08.04.2020 совершены более трех лет с момента возбуждения дела о банкротстве ООО «Фуд групп», то есть не попадают в период подозрительности, установленный пп. 1 и 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, следовательно, не могут быть признаны недействительными по специальным основаниям, установленным Законом о банкротстве.

В указанной части определение суда сторонами не оспаривается.

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционной жалобы,  отзывов, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке  ст. 71 АПК РФ, арбитражный апелляционный суд пришел к следующим выводам.

В силу ст. 32 Закона о банкротстве и ч. 1 ст. 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с п. 3 ст. 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени должника заявления о признании недействительными сделок и решений, а также о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником.

На основании п. 1 ст. 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Общим признаком сделок, которые возможно оспорить в рамках дела о банкротстве, является их направленность на уменьшение имущественной массы должника, в том числе посредством действий самого должника или иных лиц.

В соответствии с п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или иные учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в п. 5 постановления от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63) разъяснил, что п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

При этом при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абз. 32 ст. 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В пункте 6 названного постановления Высший Арбитражный Суд Российской Федерации указал, что согласно абз. 2-5 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абз. 2-5 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно п. 7 Постановления № 63 в силу абз. 1 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статьи 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В соответствии со ст. 2 Закона о банкротстве неплатежеспособность это прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Таким образом, в предмет доказывания по делам об оспаривании подозрительных сделок должника по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве входят обстоятельства причинения вреда имущественным правам кредиторов, с установлением цели (направленности) сделки, и факт осведомленности другой стороны сделки об указанной цели должника на момент ее совершения.

В п. 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных ст. 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (ст. 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке (п. 4 Постановления № 63).

Однако в разъяснениях, содержащихся в п. 4 Постановления № 63, речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов подозрительных сделок. Закрепленные в ст. 61.2 Закона о банкротстве положения о недействительности сделок, направленные на пресечение возможности извлечения преимуществ из недобросовестного поведения, причиняющего вред кредиторам должника, обладают приоритетом над нормами ст. 10 ГК РФ, исходя из общеправового принципа "специальный закон отстраняет общий закон", определяющего критерий выбора в случае конкуренции общей и специальной норм, регулирующих одни и те же общественные отношения.

В соответствии с п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В силу п. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 25), добросовестным поведением является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» (Постановление № 32) разъяснено, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (п. 1 ст. 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Исходя из смысла приведенных выше правовых норм и разъяснений под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в ст. 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права.

Одной из форм негативных последствий является материальный вред, под которым понимается всякое умаление материального блага. Сюда могут быть включены уменьшение или утрата дохода, необходимость новых расходов. Злоупотребление правом может выражаться в отчуждении имущества с целью предотвращения возможного обращения на него взыскания.

По своей правовой природе злоупотребление правом является нарушением запрета, установленного в ст. 10 ГК РФ. В связи с этим злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок, влечет ничтожность этих сделок, как нарушающих требования закона и при этом посягающих на права и охраняемые законом интересы третьих лиц (ст. 10, 168 ГК РФ).

Согласно п. 2 ст. 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Обязательным признаком сделки для целей квалификации сделки как ничтожной по пункту 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации является направленность сделки на причинение вреда кредиторам, под чем, в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве, понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества. При этом для квалификации сделки как недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о злоупотреблении правом контрагентом, выразившимся в заключении спорной сделки (п. 9 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Информационное письмо № 127), при этом, для квалификации сделки как ничтожной по статьям 10 и 168 ГК РФ требуется выявление нарушений, выходящих за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (определение Верховного Суда Российской Федерации от 24.10.2017 N 305-ЭС17-4886(1)).

В силу ст. 10 ГК РФ с учетом разъяснений, данных в п. 10 Постановления № 32, п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», п. 9 Информационного письма № 127, для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

Соответственно, для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что совершая оспариваемую сделку, стороны намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес, не совпадающий с обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода.

Согласно п. 8 Постановления № 25 к сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она совершена, так, сделка может быть признана недействительной по статье 10 и пунктам 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, а при наличии в законе специального основания недействительности сделка признается недействительной по этому основанию (по статье 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с п. 1 ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Норма п. 1 ст. 170 ГК РФ, согласно которой сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна, направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота. Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у сторон этой сделки нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не соответствует их внутренней воле.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств.

Диспозиция данной нормы содержит следующие характеристики мнимой сделки: отсутствие намерений сторон создать соответствующие сделке правовые последствия, совершение сделки для вида (что не исключает совершение сторонами некоторых фактических действий, создающих видимость исполнения, в том числе, составление необходимых документов), создание у лиц, не участвующих в сделке, представления о сделке как действительной.

Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

В подтверждение мнимости сделки необходимо установить, что при ее совершении подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при совершении данной сделки.

В соответствии с ч. 1 ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

При разрешении настоящего спора арбитражный суд правильно исходил из того, что производство по делу о признании должника несостоятельным (банкротом) возбуждено 13.04.2023, а оспариваемые сделки (платежи) за период с 17.04.2020 по 26.08.2022 совершены в период подозрительности, установленный п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Платежи, совершенные должником в адрес ИП ФИО1 02.04.2020 на сумму 150 000 руб. и 08.04.2020 на сумму 100 000 руб. не могут быть оспорены по специальным основаниям, установленным Законом о банкротстве, поскольку совершены за пределами трехлетнего периода подозрительности (13.04.2020 – 13.04.2023), предшествующего принятию к производству заявления о признании должника банкротом (13.04.2023). 

На момент совершения большей части оспариваемых платежей должником было принято на себя обязательство по соглашению о целевом инвестировании от 07.05.2021 в сумме 10 000 000 руб. с ФИО2, которое не было выполнено надлежащим образом.

В последующем должник продолжил наращивание долговых обязательств перед кредиторами, требования которых установлены в реестре.

Вступившим в законную силу заочным решением Орджоникидзевского районного суда города Екатеринбурга от 12.04.2022 по делу №2-936/2022 (мотивированное решение изготовлено 19.04.2022) в солидарном порядке с ООО «Фуд Групп» и ФИО5 взыскана задолженность по соглашению о целевом инвестировании №1 от 07.05.2021 в сумме 10 000 000 руб., проценты по п. 1.9 соглашения за период с 08.09.2021 по 08.12.2021 в сумме 4 200 000 руб., пени по п. 3.3 соглашения по состоянию на 08.12.2021 в сумме 277 200 руб., расходы по оплате государственной пошлины 60 000 руб., с продолжением начисления процентов по п. 1.9 соглашения в размере 6% в месяц от суммы инвестиций (600 000 руб.) с 09.12.2021 по день фактического возврата суммы инвестиций, продолжением начисления пени по п. 3.3 соглашения в размере 0,1% в день от суммы задолженности с 09.12.2021 по день фактического возврата суммы долга.

Ссылаясь на неисполнение должником договорных обязательств, неуплату указанного долга, ФИО2 обратилась в суд с заявлением о признании должника банкротом, установлении ее требований в реестре требований кредиторов ООО «Фуд Групп».

В последующем, определением от 25.05.2023 суд включил требование ФИО2 в сумме 10 000 000 руб. основного долга, 13 727 671,23 руб. процентов за пользование займом, 3 010 200 руб. пени за просрочку выплаты процентов, 60000 руб. расходов по оплате государственной пошлины, в третью очередь реестра требований кредиторов ООО «Фуд Групп».

Между тем, по мнению апелляционного суда,  в рассматриваемом случае заявителем в нарушение ст. 65 АПК РФ не представлено доказательств наличия в совокупности всех обстоятельств, необходимых для признания сделки недействительной по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

В частности, не представлены доказательства того, что ИП ФИО1 как сторона оспариваемых сделок знал или должен был знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности у должника имущества в результате совершения спорных сделок.

Исходя из позиции должника и ответчика, не опровергнутой конкурсным управляющим, спорные платежи совершены должником в адрес ИП ФИО1 во исполнение договора № 01 от 01.07.2018 об организации и обеспечении транспортного обслуживания.

Доказательства заинтересованности или аффилированности должника и ответчика конкурсным управляющим не представлены; обстоятельства, которые хотя бы косвенно свидетельствовали о наличии фактической заинтересованности, им не названы.

То обстоятельство, что ФИО1 является братом ФИО4, которая оказывала по договору бухгалтерские услуги руководителю должника ФИО5 само по себе данный факт не подтверждает. Судебными актами, принятыми в рамках дела о личном банкротстве ФИО5, установлено отсутствие аффилированности между ФИО5 и ФИО4 Иных обстоятельств, свидетельствующих о наличии между ответчиком по настоящему обособленному спору и должником (обществом) фактической аффилированности – участниками спора не приводилось, судом не установлено. Данные обстоятельства уже являлись предметом рассмотрения и были установлены при вынесении судебных актов по обособленному спору о признании недействительным договора купли-продажи автомобиля от 11.10.2022, заключенного между обществом «Фуд Групп» и ФИО1, в том числе постановления Арбитражного суда Уральского округа от 18.07.2025 № Ф09-2582/25 по настоящему делу о банкротстве.

Как указал ФИО1, взаимосвязи между оказанием бухгалтерских услуг ФИО4 и оказанием транспортных услуг ФИО1 нет. ФИО4 вела первичный учет документов, из которых невозможно сделать вывод о финансовом положении должника. ФИО1 и ФИО4 не проживают совместно.

Доказательств того, что ответчик в момент совершения сделки должен был знать либо предполагать, что получает оплату за оказанные им должнику услуги в рамках договора № 01 от 01.07.2018 об организации и обеспечении транспортного обслуживания у лица, обладающего признаками неплатежеспособности или недостаточности имущества, в материалах дела не имеется.

При таком положении у суда первой инстанции отсутствовала необходимость применения при проверке законности спорной сделки повышенного стандарта доказывания.

Конкурсный управляющий ссылался на отсутствие какого-либо встречного предоставления ответчика должнику в счет произведенных оспариваемых платежей, поскольку основания для проведения платежей, указанные в платежных документах, не нашли своего подтверждения.

Возражая против удовлетворения заявленных требований, ответчик указал, что оспариваемые платежи совершены во исполнение обязательств по договору №01 от 01.07.2018 об организации и обеспечения транспортного обслуживания, по условиям которого заказчик (должник) поручает, а исполнитель (ИП ФИО1) принимает на себя обязательство по оказанию заказчику транспортных услуг в порядке и на условиях, предусмотренных договором, а заказчик обязуется оплатить оказанные ему с надлежащим качеством услуги в размере и сроки, в соответствии с условиями договора.

Копия договора № 01 от 01.07.2018 об организации и обеспечения транспортного обслуживания, подписанного от имени должника директором ФИО5, содержащего печать должника, представлена в материалы дела.

Конкурсный управляющий данный документ не опроверг, заявлений о фальсификации в порядке ст. 161 АПК РФ не заявлял. Договор №01 от 01.07.2018 об организации и обеспечения транспортного обслуживания не оспорен и не признан недействительным.

При этом, согласно сведениям ЕГРЮЛ в отношении ООО «Фуд Групп», одним из видов деятельности общества являлась 49.41.1 Перевозка грузов специализированными автотранспортными средствами.

Согласно сведениям ЕГРИП в отношении ИП ФИО1 (ИНН <***>) основным видом деятельности индивидуального предпринимателя являлось 49.42 Предоставление услуг по перевозкам.

Также, в суд апелляционной инстанции ФИО1 представил в материалы дела копию патента на право применения патентной системы налогообложения (форма №26.5-П) в отношении осуществляемого им вида предпринимательской деятельности – оказание автотранспортных услуг по перевозке грузов автомобильным транспортом, предоставленный на период с 01.03.2020 по 31.12.2020, что соответствует периоду осуществления части оспариваемых платежей. В приложении № 3 к патенту указано, что 05.02.2020 указанный вид предпринимательской деятельности осуществляется с использованием транспортного средства марки 5389P1 г/н <***>.

В материалах дела о банкротстве должника имеется выписка по счетам должника, из которой следует, что должник привлекал для осуществления деятельности по перевозкам сторонние организации и производил оплату их услуг.

При рассмотрении спора по первой инстанции конкурсный управляющий и кредитор настаивали на недействительности оспариваемых платежей, указывали на мнимость договора №01 от 01.07.2018 об организации и обеспечения транспортного обслуживания. В частности, кредитор сослался на то, что в период с 2019 по октябрь 2022 гг. в собственности ООО «Фуд групп» находилось 5 грузовых автомобилей разной тоннажности, в то же время в собственности ИП ФИО1 на момент получения денежных средств от должника находилось одно транспортное средство.

Вместе с тем, исходя из сведений от 20.05.2024 № 6/6152, предоставленных ОГИБДД МУ МВД России «Нижнетагильское», о транспортных средствах, зарегистрированных на ФИО1, судом апелляционной инстанции установлено, что с 2008 по 2022 гг. на ФИО1 было зарегистрировано 7 транспортных средств, в том числе грузовое транспортное средство ГАЗ 33023 (Газель) (зарегистрировано за ФИО1 с 06.11.2012), Mitsubishi Fuso Canter г/н <***> на основании договора лизинга (зарегистрировано за ФИО1 с 20.01.2020), до 07.02.2019 (в эту дату зарегистрирована продажа/передача другому лицу) – Меркури Маунейнер г/н <***>, которыми могла осуществляться перевозка в рамках договора №01 от 01.07.2018 об организации и обеспечении транспортного обслуживания (л.д. 23-25 т. 1).

Как указал ФИО1, он как индивидуальный предприниматель осуществлял деятельность по перевозке грузов как собственным автомобилями, так и для перевозки грузов привлекался транспорт иных компаний по договору перевозки грузов. Заказчиками по перевозке грузов были многие юридические лица, в том числе и должник. Доводы кредитора о том, что ФИО1 использовался только автомобиль ГАЗ 33023 и все расчеты арбитражного управляющего были произведены исходя из этого, являются несостоятельными, так как к перевозкам привлекались также другие автомобили. Должник привлекал к перевозкам ИП ФИО1 в связи с тем, что собственные автомобили должника не справлялись с нагрузкой. Для перевозки грузов необходимо соблюдать сроки и маршрут, что с небольшим количеством автомобилей невозможно сделать.

Кроме того, представленными ФИО1 в материалы дела документами подтверждается, что для осуществления перевозок им использовался не один автомобиль, а имеющийся у него в собственности транспорт: Газель ГАЗ 33023 г/н <***> и Mitsubishi Fuso Canter г/н <***>, а также нанимались сторонние транспортные средства разной тоннажности, которые выполняли развоз по торговым точкам ТС Доброцен, ТС Маяк, ТС Светофор и доставкой продукции от производителя на склад должника в г. Екатеринбурге. Как указал ФИО1 ТС Доброцен – крупная федеральная сеть с очень большой логистикой, торговые точки расположены по всей России, часто расстояние одного маршрута составляло до 4 000 км. кругорейса.

Копией ПТС № 52 РА 428258, акта о передаче оригинала ПТС № 52 РА 428258 по договору лизинга № ОВ/Ф-77003-02-01 от 09.01.2020 подтверждается, что у ФИО1 имелся также автомобиль в лизинге, который затем по договору купли-продажи № ОВ/Ф-77003-02-01-ВЫК-01 от 21.10.2022 был им приобретен.

Конкурсный управляющий отмечал, что осуществил оценку рыночной стоимости оказываемых по договорам перевозки/аренды транспортных средств с водителем транспортных услуг. Исходя из открытых сведений, среднерыночная реальная цена за месячный период оказания транспортных услуг с водителем составляет 108 117,65 руб. Ежемесячно ФИО1 получал от ООО «Фуд групп» в среднем по 530 100 руб., что на 390% процентов больше, чем рыночная цена аналогичных услуг.

Вместе с тем, данная оценка произведена исходя из осуществления перевозок одним транспортным средством, тогда как материалами дела подтверждается, что ИП ФИО1 использовал для перевозки, как свои собственные транспортные средства, так и находящееся в лизинге транспортное средство, а также привлекал сторонние организации для перевозки.

Факт осуществления перевозок подтверждается представленными в материалы дела копиями договоров-заявок на перевозку груза № 15 от 01.02.2021, № 54 от 11.05.2020, № 55 от 11.05.2020, № 56 от 13.05.2020, № 77 от 15.06.2020, № 59 от 15.05.2020, № 58 от 15.05.2020, № 57 от 13.05.2020, № 10 от 28.01.2021, № 112 от 08.09.2020.

Из указанных договоров-заявок также следует, что разгрузка осуществлялась в различных городах и регионах: г. Пермь, г. Соликамск, г.Березники, г. Екатеринбург, г. Снежинск, г. Кыштым, г. Озерск, г. Копейск, г.Челябинск, г. Тюмень, г. Тобольск, г. Лангепас, г. Нижневартовск, г.Радужный, г. Серов, г. Краснотурьинск, г. Югорск, г. Нягань, г. Троицк, г.Магнитогорск, г. Первомайский, г. Еманжелинск, г. Южноуральск.

Данными договорами-заявками подтверждаются пояснения ФИО1 о том, что перевозка осуществлялась не одним транспортным средством: Mitsubishi Fuso Canter г/н <***>, Фредлайнер г/н <***>, Газель г/н <***>.

Таким образом, учитывая, что перевозка осуществлялась несколькими автомобилями , в различные регионы, стоимость услуг ИП ФИО1 в размере в среднем по 530 100 руб. ежемесячно для должника соответствовала рыночной.

Также, следует учесть, что в настоящий момент ИП ФИО1 ликвидирован, деятельность не ведется. Как указал ответчик, документы по ведению деятельности сохранились не в полном объеме, восстановить документы из электронной почты не представилось возможным.

Факт оказания ИП ФИО1 должнику услуг в рамках договора транспортного обслуживания № 01 от 01.07.2018 подтвержден копиями актов выполненных работ № 4 от 01.05.2020, № 5 от 01.06.2020, № 7 от 03.08.2020, № 8 от 02.09.2020, № 9 от 01.10.2020, № 11 от 01.12.2020, № 2 от 02.02.2021, № 3 от 02.03.2021, № 7 от 02.06.2021, № 10 от 02.07.2021, № 15 от 05.08.2021, № 23 от 03.09.2021, № 38 от 12.11.2021.

Все документы, представленные ФИО1, не признаны недействительными в установленном законом порядке, надлежащим образом не оспорены, ходатайств об их фальсификации в порядке ст. 161 АПК РФ не заявлено.

Также, при вынесении постановления от 24.04.2025 по обособленному спору о признании недействительным договора купли-продажи автомобиля от 11.10.2022, заключенного между обществом «Фуд Групп» и ФИО1, судом апелляционной инстанции было учтено, что ФИО1 являлся индивидуальным предпринимателем с 08.06.2018 по 25.07.2023, им были оформлены страховки на соответствующие транспортные средства (т.1 л.д. 83-83), также уплачивались транспортные налоги (т.1 л.д. 77-79; в том числе и налог за спорный автомобиль), при этом в собственности ответчика были и иные грузовые транспортные средства. Данные обстоятельства подтверждены при принятии постановления Арбитражного суда Уральского округа от 18.07.2025 № Ф09-2582/25 по настоящему делу.

Таким образом, при наличии доказательств исполнения ответчиком встречных обязательств по оспариваемым перечислениям признак причинения вреда имущественным правам кредиторов должника в результате совершения оспариваемых перечислений отсутствует.

Оспариваемые перечисления также не являются мнимой сделкой (п. 1 ст. 170 ГК РФ), поскольку реальные правоотношения должника и ИП ФИО1 по перевозке подтверждены.

Каких-либо мотивированных и документально подтвержденных доводов и оснований, свидетельствующих о злоупотреблении ответчиком правом во вред кредиторам должника, как в момент получения денежных средств по оспариваемым перечислениям, так и в момент заключения договора №01 от 01.07.2018 об организации и обеспечении транспортного обслуживания, ни конкурсным управляющим, ни кредитором не приведено, апелляционным судом не установлено.

Как указано выше, ответчиком раскрыты правоотношения, во исполнение которых  осуществлены оспариваемые перечисления, подтвержден факт оказания ИП ФИО1 должнику услуг в рамках договора № 01 от 01.07.2018 об организации и обеспечении транспортного обслуживания.

Факт аффилированности или заинтересованности ответчика по отношению к должнику не установлен.

Оспаривая вышеуказанные перечисления, конкурсный управляющий не доказал факта совершения спорных сделок с целью причинения имущественного вреда кредиторам должника.

Таким образом, должник получил равноценное встречное предоставление в результате совершения оспариваемых сделок, в связи с чем, активы должника не были уменьшены.

Поскольку в материалах дела отсутствуют доказательства, безусловно подтверждающие как причинение вреда имущественным правам кредиторов, так и информированность ответчика о неплатежеспособности должника, оснований для удовлетворения требования конкурсного управляющего о признании недействительными сделками расчетных операций (платежей), совершенных в пользу ФИО1 в размере 12 513 420 руб. по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве не имелось.

Иных оснований для признания оспариваемых сделок недействительными, предусмотренных Законом о банкротстве и гражданским законодательством, не установлено.

Учитывая, что оснований для признания оспариваемых платежей недействительными не имеется, требование о применении последствий недействительности сделок также удовлетворению не подлежит.

При указанных обстоятельствах определение суда от 12.12.2024 в обжалуемой части подлежит отмене, в связи с неполным выяснением судом обстоятельств дела и несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам (п.п. 1, 3 ч. 1 ст. 270 АПК РФ); в удовлетворении заявления конкурсного управляющего об оспаривании сделки должника отказать. Следует отметить, что отмена состоялась не по вине суда первой инстанции, в связи с принятием на стадии апелляционного производства дополнительных доказательств.

На основании ст. 110 АПК РФ с должника в доход федерального бюджета подлежит взысканию 6 000 руб. госпошлины за рассмотрение заявления. С должника в пользу ФИО1 следует взыскать 10 000 руб. в возмещение расходов по уплате госпошлины за рассмотрение апелляционной жалобы.

Руководствуясь статьями 110, 176, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 12 декабря 2024 года по делу № А60-18037/2023 отменить.

В удовлетворении заявления конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «ФудГрупп» о признании сделки недействительной, применении последствий ее недействительности, отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ФудГрупп» в доход федерального бюджета 6 000 рублей госпошлины за рассмотрение заявления.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ФудГрупп» в пользу ФИО1 10 000 рублей в возмещение расходов по уплате госпошлины за рассмотрение апелляционной жалобы.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.


Председательствующий


Э.С. Иксанова


Судьи


О.Н. Чепурченко


М.А. Чухманцев