Постановление от 23 июня 2022 г. по делу № А32-30449/2021

ПЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А32-30449/2021
город Ростов-на-Дону
23 июня 2022 года
15АП-8245/2022


Резолютивная часть постановления объявлена 23 июня 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 23 июня 2022 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Глазуновой И.Н.,

судей Ефимовой О.Ю., Пименова С.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу

акционерного общества «Туапсинский морской порт»

на решение Арбитражного суда Краснодарского края от 25.03.2022 по делу

№ А32-30449/2021

по заявлению акционерного общества «Туапсинский морской порт»к заинтересованному лицу Черноморо-Азовскому морскому управлению Федеральной службы по надзору в сфере природопользованияо признании недействительным предписания,


при участии:

от АО «Туапсинский морской порт»: представитель ФИО2 по доверенности от 25.06.2019,

УСТАНОВИЛ:

акционерное общество «Туапсинский морской торговый порт» (далее - заявитель, общество, АО «ТМТП») обратилось в Арбитражный суд Краснодарского края с заявлением к Черноморо-Азовскому морскому управлению Федеральной службы по надзору в сфере природопользования (далее - заинтересованное лицо, управление) о признании недействительным предписания от 27.05.2021 № 007/4/155/ПР/2021.

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 25.03.2022в удовлетворении заявленных требований отказано.

Судебный акт мотивирован законностью выданного предписания и отсутствием нарушения прав и законных интересов общества как субъекта предпринимательской деятельности.

Не согласившись с принятым судебным актом, АО «ТМТП» обжаловало решение суда первой инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

В обоснование апелляционной жалобы общество ссылается на то,что отказывая в признании недействительными пунктов 2, 4 предписания судомне учтено, что в материалах дела не содержится доказательств, являютсяли объекты, перечисленные в пунктах 2 и 4 предписания, размещеннымив границах особо охраняемых природных территорий федерального значения особо опасными, технически сложными и уникальными объектами, объектами обороны страны и безопасности государства, строительство, реконструкцию которых предполагается осуществлять в границах особо охраняемых природных территорий. По мнению общества, земельный участок с кадастровым номером 23:51:0101008:37, фигурирующий в пунктах 2 и 4 предписания полностью или частично не изымался из хозяйственного использования и для него режим особой охраны в порядке, предусмотренном Законом № 33-ФЗ не устанавливался, в связис чем, в отношении указанного земельного участка отсутствует обязанностьпо проведению государственной экологической экспертизы.

Общество в апелляционной жалобе также ссылается на то, что, отказываяв удовлетворении заявленных требований о признании недействительными пунктов 5, 8, 9 предписания, касающихся вменения нарушений в частине оборудования причалов очистными сооружениями, обеспечивающими очистку вод, сбрасываемых в водный объект, судом не учтено, что гидротехнические сооружения территории нефтяного терминала - причалы № 3, 4, 5, 6, (пункт 9 предписания), причалы №№ 9, 10, 11, 12а, 12, 13 (пункт 5 предписания) построены и введены в гражданский оборот в период с 1976 по 1979 годы и имеют необходимые очистные сооружения. Следовательно, предписание в данной части возлагает на общество обязанность оборудовать причалы соответствующими очистными сооружениями в отсутствие такой необходимости и в отсутствие доказательств, опровергающих недостаточность систем, обеспечивающих охрану водного объекта. Кроме того, причалы №№ 3, 4, 5, 6, 9, 10, 11, 12а, 12, 13не являются собственностью АО «ТМТП» и находятся у общества на праве аренды по договору с ФГУП «Росморпорт», что свидетельствует о незаконности возложения такой обязанности на общество.

В качестве другого довода апелляционной жалобы общество указывает, что пункты 10-19 предписания не соответствуют фактическим обстоятельствам дела,а именно - Программе наблюдений за водным объектом АО «ТМТП» справке Гидрометеобюро Туапсе, в соответствии с которой часть проб подлежала отборуиз ливневых вод, а не из водного объекта. Отобранные из морской воды пробыне могут свидетельствовать о том, что превышение допустимых показателей вызвано именно деятельностью АО «ТМТП».

В связи с вышеизложенными обстоятельствами общество также полагает недействительным пункт 20 предписания, поскольку акватория порта Туапсе используется не только АО «ТМТП». Пробы в точках отбора проб были взятыне из выпусков стоках вод в нарушение Программы наблюдений за водным объектом, а непосредственно из водного объекта.

Также общество ссылается на то, что, отказывая в признании недействительным пункта 1 предписания, судом не учтено, что битум строительный не является отходом, а представляет собою строительный материал, в связи с чем, для хранения этого строительного материала не требуетсяего размещение в месте временного накопления отходов.

Отказывая в удовлетворении заявленного требования о признании недействительным пункта 3 предписания, судом не учтено, что на земельном участке выполняются ремонтные и восстановительные работы по сетям канализации, водоснабжения и электроснабжения. Находящийся на территории АО «ТМТП» грунт является изъятым при рытье котлованов и траншей. Для АО «ТМТП» данный грунт является строительным материалом, и в полном объеме использован для заполнения пазух фундаментов, траншей и планировке территории вокруг восстанавливаемых объектов капитального строительства.

Отказывая в признании недействительным пункта 21 предписания, судомне учтено, что факт хранения судна не является достаточным для установления факта подъёма-спуска судов, при том, что в материалах дела имеются доказательства о его неисправности и последующем демонтаже.

Отказывая в признании недействительным пункта 7 предписания, судомне учтено, что на момент проверки на причале № 11-а проводились строительные работы, включающие демонтаж опорных плит (5 класс опасности) склада хранения угля, которое после демонтажа были сразу вывезены.

В отзыве на апелляционную жалобу Черноморо-Азовское морское управление Федеральной службы по надзору в сфере природопользования просит решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Судебное заседание проведено с объявлением перерыва в порядке, предусмотренном статьей 163 АПК РФ.

В судебном заседании представитель АО «Туапсинский морской порт» поддержал свою правовую позицию по рассматриваемому спору, заявил ходатайство о приобщении дополнительных документов, истребованных определением суда. Суд приобщил данные документы.

От Черноморо-Азовского морского управления Федеральной службыпо надзору в сфере природопользования поступило ходатайство о рассмотрении апелляционной жалобы в отсутствие представителя.

Дело рассмотрено в порядке, предусмотренном статьей 156 АПК РФ.

Исследовав материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, отзыва на апелляционную жалобу, выслушав представителя лица, участвующего в деле, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела и верно установлено судом первой инстанции, АО «Туапсинский морской торговый порт» зарегистрированов качестве юридического лица ОГРН <***>, является оператором морского терминала и осуществляет экономическую деятельность по перевалке навалочных экспортных, импортных грузов в морском порту Туапсе.

В период с 11.05.2021 по 24.05.2021 на основании приказа № 155-КНДот 23.04.2021 Черноморо-Азовского морского Управления Федеральной службыпо надзору в сфере природопользования (Росприроднадзора) была проведена плановая выездная проверка в отношении общества.

По результатам проведенной проверки составлен акт проверки№ 0070/4/155/ПР/2021 от 27.05.2021 в котором, отражены, по мнению лиц, участвующих в мероприятиях по контролю, имевшие место нарушения.

На основании указанного акта обществу выдано предписание№ 0070/4/155/ПР/2021 от 27.05.2021 «Об устранении выявленных нарушений обязательных требований» и установлены сроки исполнения.

Несогласие с выданным предписанием послужило основанием для обращения общества в арбитражный суд.

Принимая обжалуемый акт, суд первой инстанции с учетом положений статей 198 - 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришел к правильному выводу о необоснованности заявленных требований.

Согласно части 1 статьи 1 Федерального закона от 26 декабря 2008 г. № 294-ФЗ «О защите прав юридических лиц и индивидуальных предпринимателей при осуществлении государственного контроля (надзора) и муниципального контроля» (далее - Федеральный закон № 294-ФЗ) настоящий Федеральный закон регулирует отношения в области организации и осуществления государственного контроля (надзора), муниципального контроля и защиты прав юридических лици индивидуальных предпринимателей при осуществлении государственного контроля (надзора), муниципального контроля.

В силу части 1 статьи 16 Федерального закона № 294-ФЗ по результатам проверки должностными лицами органа государственного контроля (надзора), органа муниципального контроля, проводящими проверку, составляется акт по установленной форме в двух экземплярах, один из которых с копиями приложений вручается руководителю, иному должностному лицу или уполномоченному представителю юридического лица под расписку об ознакомлении либо об отказев ознакомлении с актом проверки.

Согласно пункту 1 статьи 17 Федерального закона № 294-ФЗ в случае выявления при проведении проверки нарушений юридическим лицом обязательных требований должностные лица, проводившие проверку, обязаны выдать предписание об устранении выявленных нарушений с указанием срокових устранения и (или) о проведении конкретных мероприятий.

Административным регламентом исполнения Федеральной службойпо надзору в сфере природопользования государственной функции по осуществлению федерального государственного экологического надзора (подпункт «д» пункта 70) установлены требования к содержанию и оформлению предписания.

Предписание должно содержать конкретное мероприятие, которое должно быть выполнено, и срок его исполнения. По смыслу пункта 1 статьи 17 Закона№ 294-ФЗ требования, изложенные в предписании, должны быть реально исполнимы, предписание должно содержать конкретные указания, четкие формулировки относительно конкретных действий, которые необходимо совершить исполнителю в целях прекращения и устранения выявленного нарушения, содержащиеся в предписании формулировки должны исключать возможность двоякого толкования, изложение должно быть кратким, четким, ясным, последовательным, доступным для понимания всем лицам. Оно не должно носить признаки формального выполнения требований (определение Верховного суда Российской Федерации от 22.05.2017 № 309-КГ17-4669 по делу № А07-6666/2016).

Таким образом, юридическое лицо обязано устранить те нарушения требований, соблюдение которых обязательно для них в силу закона, а сами требования (мероприятия и сроки их выполнения) должны быть реально исполнимы.

Каждое требование (пункт) предписания представляет собой самостоятельное властное распоряжение органа и содержит указание на нарушение конкретной нормы закона и сроки по его устранению (п. 1 ч. 1 статьи 17 Закона№ 294-ФЗ).

Исполнение каждого пункта предписания является самостоятельной обязанностью общества. Неисполнение любого из законных требований административного органа в установленный срок, содержит в себе самостоятельный состав административного правонарушения, предусмотренного соответствующей частью ст. 19.5 КоАП РФ.

Судом первой инстанции для более правильного и подробного рассмотрения пункты, указанные в предписании, разделены на следующие категории:

- пункт 1, 3, 7 - размещение отходов производства и потребления;

- пункты 2, 4 - строительство капительных объектов без положительного заключения государственной экологической экспертизы;

- пункты 5, 6, 8, 9 - отсутствие или частичное отсутствие сооружений охраны водного объекта, отсутствие очистки приемников сточных вод, сброс неочищенных сточных вод в водный объект, пункты 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19 - по результатам исследования проб морской воды обнаружены превышения ПКД по содержанию БПК5;

- пункт 20 - выявлено превышение предельно допустимой концентрации по содержанию нефтепродукта в акватории морского порта в районе причалов 13,14;

- пункт 21 - осуществляет деятельность по подъему и спуску судов (электротехническая кран-балка) в отсутствии положительного заключения государственной экологической экспертизы.

При рассмотрении пунктов 1, 3, 7 предписания, судом первой инстанции верно установлено, что пунктом 1 предписания обществу вменяется: «на территории авто-гаража и ФИО3 «ТМТП» зафиксирован факт размещения отходов, в необорудованном месте временного накопления отходов, а именно: вар битума строительного размером 1,5 на 2 метра, толщиной слоя 0.4 метра. Отход битума нефтяного строительного код ФККО 8 26111 11 20 3».

Следовательно, обществу вменяется складирование в необорудованном месте отходов 3-го класса опасности, к которым согласно Федеральному классификационному каталогу отходов (утвержденный Приказом Министерства природных ресурсов и экологии Российской Федерации Федеральной службой по надзору в сфере природопользования № 242 от 22.05.2017) относятся отход битума нефтяного строительного код 8 26 111 11 20 3.

Накопление промышленных отходов для III класса опасности допускаетсяв бумажных мешках и ларях, хлопчатобумажных мешках, текстильных мешках, навалом, что утверждено п. 218 СанПиН 2.1.3684-21 (далее - Санитарные правила и нормы).

Пунктом 220 данных Санитарных правил и норм установлено, что при накоплении отходов во временных складах, на открытых площадках без тары (навалом, насыпью) или в негерметичной таре должны соблюдаться следующие условия: временные склады и открытые площадки должны располагатьсяпо отношению к жилой застройке в соответствии с требованиями к санитарно-защитным зонам; поверхность отходов, накапливаемых насыпью на открытых площадках или открытых приемниках-накопителях, должна быть защищенаот воздействия атмосферных осадков и ветров (укрытие брезентом, оборудование навесом); поверхность площадки должна иметь твердое покрытие (асфальт, бетон, полимербетон, керамическая плитка).

Признавая законность пункта 1 предписания, суд первой инстанции правомерно исходил из того, что из представленных заявителем доказательств не следует, что им было оборудована открытая площадка хранения отходов 3-го класса в соответствии с указанными санитарными правилами и нормами.

Суд первой инстанции правомерно заключил в данной части, что данный пункт предписания отражает допущенные обществом нарушения Федерального закона № 89-ФЗ от 24.026.1998 г. «Об отходах производства и потребления, Федерального закона № 7-ФЗ от 10.01.2002 г. «Об охране окружающей среды»и правомерно возлагает на общество обязанность по устранению вменяемого нарушения в срок до 16.07.2021 г.

Вопреки доводу апелляционной жалобы, выявленный отход битума нефтяного строительного (код ФККО 8 26 111 11 20 3) не является строительным материалом, и размещен в необорудованном месте временного накопления, данный способ накопления отходов не безопасен для окружающей природной среды, может привести к дальнейшему загрязнению почвенного грунта, недр, что подтверждается фотоснимками № 10-1, 10-2, приложенными к акту проверкиот 27.05.2021 № 0070/4/155/ПР/2021.

В пункте 3 предписания указано: «на территории земельного участка с кадастровым номером 23:51:0101008:37 (расположенного полностью в водоохранной зоне водного объекта Черное море), граничащего с причалами № 16, № 17, размещены отходы производства и потребления.

В пункте 7 предписания указано: «на территории причалов «Широкий мол» № 11-а, размещены отходы производства без обеспечения сооружения для сбора отходов производства и потребления в приемники, изготовленные из водонепроницаемых материалов».

В данной части судом первой инстанции также верно установлено, что абсолютно идентичные указанным нарушениям были зафиксированы в материалах проверки общества, которая проводилась в период с 03.11.2020 по 01.12.2020 должностными лицами управления, по результатам которой был составлен акт проверки от 03.12.2020 № 0904-68ВН-А/023-1120 и выдано предписание от 03.12.2020 № 0904-68Вн-П/023-1120 об устранении выявленных нарушений обязательных требований и установлены сроки его исполнения до 01.03.2021,а отдельных пунктов до 01.06.2021.

В этой связи суд первой инстанции также обоснованно принял во внимание преюдициальное значение судебных актов по делу № А40-106903/21, предметом которого была законность и обоснованность данного предписания. В частности,в рамках указанного дела, судом было установлено, что указанные нарушения имеют место быть и предписание в данной части вынесено законно и обосновано.

Также судом первой инстанции правомерно учтено, что проверка, по итогам которой вынесено оспариваемое в настоящем деле предписание, проводилась с 11.05.2021 по 24.05.2021. Таким образом, управление зафиксировало, что обществом также размещены отходы производства и потребления на земельном участке с кадастровым номером 23:51:0101008:37, а также зафиксирован факт размещения отходов производства без обеспечения сооружения для сбора отходов производства и потребления в приемники, изготовленные из водонепроницаемых материалов.

Из материалов настоящего дела не следует, что обществом выполнено предписание, которое оспаривалось в деле № А40-106903/21, а также не представлено надлежащих доказательств в материалы настоящего дела о том, что на территории порта в указанных местах отсутствует скопление отходов, а также имеются сооружения для сбора отходов производства и потребления в приемники, изготовленные из водонепроницаемых материалов.

В соответствии с пунктом 4 частью 16 статьи 65 ВК РФ в границах водоохранных зон допускаются проектирование, строительство, реконструкция, ввод в эксплуатацию, эксплуатация хозяйственных и иных объектов при условии оборудования таких объектов сооружениями, обеспечивающими охрану водных объектов от загрязнения, засорения, заиления и истощения вод в соответствиис водным законодательством и законодательством в области охраны окружающей среды.

Выбор типа сооружения, обеспечивающего охрану водного объектаот загрязнения, засорения, заиления и истощения вод, осуществляется с учетом необходимости соблюдения установленных в соответствии с законодательствомв области охраны окружающей среды нормативов допустимых сбросов загрязняющих веществ, иных веществ и микроорганизмов.

В целях понимания статьи 65 ВК РФ под сооружениями, обеспечивающими охрану водных объектов от загрязнения, засорения, заиления и истощения вод, понимаются, в том числе, сооружения для сбора отходов производстваи потребления, а также сооружения и системы для отведения (сброса) сточных вод (в том числе дождевых, талых, инфильтрационных, поливомоечных и дренажных вод) в приемники, изготовленные из водонепроницаемых материалов.

В соответствии с частью 1 статьи 34 Закона № 7-ФЗ хозяйственная и иная деятельность, которая оказывает или может оказывать прямое или косвенное негативное воздействие на окружающую среду, осуществляется в соответствиис требованиями в области охраны окружающей среды.

Доводы общества о том, что на территории порта находится грунт, который является изъятым при рытье котлованов и траншей, и это было принят при проверке за отходы производства и потребления, обоснованно отклонен судом первой инстанции как документально не подтвержденный. Оснований для переоценки указанного вывода суда первой инстанции апелляционный суд не усматривает, поскольку заявителем не представлено доказательств, что им ведутся какие либо строительные работы, о которых заявлено, не представлено доказательств, свидетельствующих о правомерности проведения любых видов работ, связанных с большим объемом выемки грунта.

При этом следует учитывать, что при рассмотрении дела № А40-106903/2021 судом были установлены аналогичные нарушения, которые были надлежащим образом зафиксированы в акте проверки и полностью отраженыв предписании № 0904-68ВН-А023-1120 от 03.12.2020 г.

Заявителем не представлено доказательств не только исполнения указанного выше предписания, но также не доказаны доводы, на которые общество ссылается в настоящем деле.

В связи с указанным пункты 1, 3, 7 предписания также правомерно признаны судом первой инстанции соответствующим требованиям действующего законодательства.

Принимая во внимание вышеизложенные фактические обстоятельства, учитывая преюдициальный характер решения Арбитражного суда города Москвы по делу № А40-106903/21, апелляционный суд также приходит к выводу об отсутствии оснований для признания пунктов № 1, 3, 7 предписания нарушающими права общества.

Признавая пункты 2, 4 соответствующими действующему законодательству, суд первой инстанции обоснованно исходил из следующего.

Так, пунктом 2 предписания обществу вменяется «ведение на земельном участке № 23:51:0101008:37 (расположенном в водоохранной зоне водного объекта Черное море) капитального строительства сооружения (монолитная конструкция из бетона), граничащего с причалами № 16, № 17 без положительного заключения ГЭЭ.».

Пунктом 4 предписания общество вменяется: «на территории размещения службы Ро-ро в водоохранной зоне водного объекта Черное море ведется капитальное строительство сооружения (металл-конструкция с монолитным фундаментом) без положительного заключения ГЭЭ».

В обоснование вменяемого нарушения заинтересованным лицом сделана ссылка на нарушение п. 4 ч. 15 ст. 65 ФЗ РФ Водного кодекса Российской Федерации, которая устанавливает в границах водоохранных зон запрет движение и стоянку транспортных средств (кроме специальных транспортных средств). При этом данная норма не связана с указанным в предписании событием. Также сделана ссылка на правовую норму, содержащуюся в ч. 1 ст. 37 ФЗ РФ от 10.01.2002 № 37-ФЗ «Об охране окружающей среды», предусматривающую, что хозяйственная и иная деятельность, которая оказывает или может оказывать прямое или косвенное негативное воздействие на окружающую среду, осуществляется в соответствии с требованиями в области охраны окружающей среды. Вместе с тем, суд не связан нормами, которые указаны в предписании,а рассматривает доводы заявителя о том, что в данном пункте предписаниенезаконно (по мнению общества) и нарушает его права и законные интересы.

В силу статьи 1 Федерального Закона от 23.11.2011 № 174-ФЗ «Об экологической экспертизе» (далее - Закон об экологической экспертизе) экологическая экспертиза - это установление соответствия намечаемой хозяйственной и иной деятельности экологическим требованиям и определение допустимости реализации объекта экологической экспертизы в целях предупреждения возможных неблагоприятных воздействий этой деятельности на окружающую природную среду и связанных с ними социальных, экономических и иных последствий реализации объекта экологической экспертизы.

Положения статьи 3 Закона об экологической экспертизе закрепляют принцип обязательности проведения государственной экологической экспертизы проектов и иной документации, обосновывающих хозяйственную и иную деятельность, которая может оказать негативное воздействие на окружающую среду, создать угрозу жизни, здоровью и имуществу граждан.

Согласно пункту 7 статьи 14 Закона об экологической экспертизе результатом проведения государственной экологической экспертизы является заключение государственной экологической экспертизы, отвечающее требованиям статьи 18 Закона.

Пунктом 7.1 статьи 11 Закона об экологической экспертизе закреплено, что объектами государственной экологической экспертизы федерального уровня является проектная документация объектов, строительство, реконструкцию которых предполагается осуществлять на землях особо охраняемых природных территорий федерального значения, а также проектная документация особо опасных, технически сложных и уникальных объектов, объектов обороны и безопасности, строительство, реконструкцию которых предполагается осуществлять на землях особо охраняемых природных территорий регионального и местного значения, в случаях, если строительство, реконструкция таких объектов на землях особо охраняемых природных территорий допускаются законодательством Российской Федерации и законодательством субъектов Российской Федерации.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 34 Федерального закона от 31.07.1998 № 155-ФЗ «О внутренних морских водах, территориальном море и прилежащей зоне Российской Федерации» (далее - Закон № 155-ФЗ), государственная экологическая экспертиза во внутренних морских водах и в территориальном море является обязательной мерой по защите морской среды и сохранению природных ресурсов внутренних морских вод и территориального моря; организуется и проводится в порядке, установленном законодательством Российской Федерации об экологической экспертизе. Государственной экологической экспертизе подлежат все виды документов и (или) документации, обосновывающих планируемую хозяйственную и иную деятельность во внутренних морских водах и в территориальном море. Все виды хозяйственной и иной деятельности во внутренних морских водах и в территориальном море могут осуществляться только при наличии положительного заключения государственной экологической экспертизы, проводимой за счет пользователя природными ресурсами внутренних морских вод и территориального моря.

В соответствии со статьей 3 Федерального закона от 10.01.2002 № 7-ФЗ «Об охране окружающей среды» (далее - Закон № 7-ФЗ) хозяйственная и иная деятельность, оказывающая воздействие на окружающую среду, должна осуществляться на основе ряда принципов, среди которых:

- презумпция экологической опасности, планируемой хозяйственной и иной деятельности;

- обязательность оценки воздействия на окружающую среду при принятии решений об осуществлении хозяйственной и иной деятельности; - обязательность проведения в соответствии с законодательством Российской Федерации проверки проектов и иной документации, обосновывающих хозяйственную и иную деятельность;

- ответственность за нарушение законодательства в области охраны окружающей среды.

В силу статьи 33 Закона № 7-ФЗ экологическая экспертиза проводится в целях установления соответствия документов и (или) документации, обосновывающих планируемую хозяйственную и иную деятельность, требованиям в области охраны окружающей среды.

Как указано выше, порядок проведения экологической экспертизы устанавливается федеральным законом об экологической экспертизе.

С учетом того, что объектами государственной экологической экспертизы федерального уровня являются объекты государственной экологической экспертизы, указанные в Федеральном законе от 30.11.1995 № 187-ФЗ «О континентальном шельфе Российской Федерации», Федеральном законе от 17.12.1998 № 191-ФЗ «Об исключительной экономической зоне Российской Федерации», Федеральном законе от 31.07.1998 № 155-ФЗ «О внутренних морских водах, территориальном море и прилежащей зоне Российской Федерации», апелляционный суд соглашается с выводом суда первой инстанции о законности пунктов 2, 4 предписания, предусматривающие наличие обязательной государственной экологической экспертизы.

Приведенный в апелляционной жалобе довод об отсутствии обязанности по проведению государственной экологической экспертизы в отношении указанного в пунктах 2, 4 предписания земельного участка не имеет правового значения в рассматриваемой ситуации, поскольку основан на ошибочном понимании норм права и не может быть принят во внимание.

Делая выводы в отношении пунктов 5, 6, 8, 9 суд первой инстанции правомерно руководствовался нижеследующим.

Пунктом 5 предписания обществу вменяется: «на территории причалов 9, 10, 11, 12а, 12, 13 частично отсутствуют сооружения, обеспечивающие охрану водного объекта от загрязнения, засорения, заиливания и истощения вод. С территории причалов, отделенных от приемника сточных вод железнодорожным полотном, осуществляется сброс неочищенных сточных вод в водный объект.».

В пункте 6 предписания указано: «На территории причалов 9, 11, 11а,не производится чистка приемников сточных вод, а также часть приемников закрыты металлическими листами, в результате чего осуществляется сброс неочищенных сточных вод в водный объект».

В отношении данного пункта доводы апелляционной жалобы не заявлены, его положения рассматриваются во взаимосвязи с иными пунктами предписания, с которыми не согласно общество.

Пунктом 8 предписания определено: «Территории причалов № 7а (в ковше), не оборудованы сооружениями обеспечивающие охрану водного объектаот загрязнения, засорения, заиления и истощения вод (отсутствуют приемники сточных вод с площадей причалов)».

Пункт 9 предписания содержит следующее: «Территории причалов нефтяного терминала № 3, 4, 5, 6 не оборудованы сооружениями, обеспечивающие охрану водного объекта от загрязнения, засорения, заиления и истощения вод (отсутствуют приемники сточных вод с площадей причалов)».

Водный кодекс Российской Федерации допускает ведение хозяйственной деятельности в водоохранных зонах на условиях им предусматриваемых.

В соответствии с частью 1 статьи 42 Водного кодекса Российской Федерации (далее - ВК РФ) при проектировании, строительстве, реконструкции и эксплуатации гидротехнических сооружений должны предусматриваться и своевременно осуществляться мероприятия по охране водных объектов, а также водных биологических ресурсов и других объектов животного и растительного мира.

Пунктом 4 статьи 4 Федерального закона «О морских портах в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» от 08.11.2007 № 261-ФЗ (далее - Закон № 261-ФЗ) установлено, что портовые гидротехнические сооружения - это инженерно-технические сооружения (берегозащитные сооружения, волноломы, дамбы, молы, пирсы, причалы, а также подходные каналы, подводные сооружения, созданные в результате проведения дноуглубительных работ), расположенные на территории морского порта, взаимодействующие с водной средой и предназначенные для обеспечения безопасности мореплавания и стоянки судов. Причал - это портовое гидротехническое сооружение, предназначенное для стоянки и обслуживания судов, обслуживания пассажиров, в том числе посадки их на суда и высадки их с судов, осуществления операций с грузами.

В соответствии с частью 1 статьи 44 ВК РФ использование водных объектов для целей сброса сточных вод, в том числе дренажных вод, осуществляется с соблюдением требований, предусмотренных ВК РФ и законодательством в области охраны окружающей среды.

Согласно пункту 7 части 15 статьи 65 ВК РФ в границах водоохранных зон запрещаются сброс сточных, в том числе дренажных вод.

Как следует из пункта 2 части 16 статьи 65 ВК РФ в границах водоохранных зон допускаются проектирование, реконструкция, ввод в эксплуатацию, эксплуатация хозяйственных и иных объектов при условии оборудования таких объектов сооружениями, обеспечивающими охрану водных объектов от загрязнения, засорения, заиления и истощения вод в соответствии с водным законодательством и законодательством в области охраны окружающей среды. Выбор типа сооружения, обеспечивающего охрану водного объекта от загрязнения, засорения, заиления и истощения вод, осуществляется с учетом необходимости соблюдения установленных в соответствии с законодательством в области охраны окружающей среды нормативов допустимых сбросов загрязняющих веществ, иных веществ и микроорганизмов.

В целях понимания статьи 16 ВК РФ под сооружениями, обеспечивающими охрану водных объектов от загрязнения, засорения, заиления и истощения вод, понимаются сооружения и системы для отведения (сброса) сточных вод в централизованные системы водоотведения (в том числе дождевых, талых, инфильтрационных, поливомоечных и дренажных вод), если они предназначены для приема таких вод.

В силу пункта 4 части 16 статьи 65 ВК РФ в границах водоохранных зон ливневая канализация относится к сооружению для отведения (сброса) сточных вод (в том числе дождевых, талых, инфильтрационных, поливомоечных и дренажных вод), тем самым, обеспечивающему охрану водных объектов от загрязнения, засорения, заиления и истощения вод.

Частью 1 статьи 34 Закона № 7-ФЗ предусмотрено, что хозяйственная и иная деятельность, которая оказывает или может оказывать прямое или косвенное негативное воздействие на окружающую среду, осуществляется в соответствии с требованиями в области охраны окружающей среды.

Как следует из материалов дела, в ходе проведения проверки осуществлен осмотр территории нефтяного терминала 3,4,5,6, территории причала 7а (в ковше), территории причалов «Широкий мол» №№ 9, 11, 11а, причалов 9, 10, 11, 12а, 12, 13, на которых не оборудованы или частично отсутствуют сооружения, обеспечивающие охрану водного объекта от загрязнения, засорения, заиленияи истощения вод, а также часть приемников закрыты металлическими листами,в результате чего осуществляется сброс неочищенных сточных вод в водный объект. С территории причалов, отделенных от приемника сточных вод железнодорожным полотном, осуществляется сброс неочищенных сточных вод в водный объект.

Указанный факт подтверждается предоставленным актом проверки, а также установлен в рамках рассмотрения арбитражного дела № А40-106903/21, решение по которому вступило в законную силу. При рассмотрении вышеуказанного арбитражного дела было установлено, что на территории в ковше причала № 7а (котлован) находится структурное подразделение - Служба управления флотом (СУФ). Этот же факт отражен в акте проверки, предписание по которой оспаривается в настоящем деле. В хозяйственную деятельность СУФ входит: - буксировка и швартовка судов к причалам; - снятие с судов, отшвартованных к причалам хоз-фекальных, нефтесодержащих вод, а также твердых коммунальных отходов; - выдача на берег собранных хоз-фекальных, нефтесодержащих вод и твердых коммунальных отходов; - незначительный ремонт малых судов (окрасочные работы, сварочные работы, очистка корпусов судов аппаратами высокого давления и другое). В рамках проверочных мероприятий был осуществлен осмотр территории причалов нефтяного терминала №№ 3, 4, 5, 6, которые не оборудованы сооружениями обеспечивающими охрану водного объекта от загрязнения, засорения, заиления и истощения вод (отсутствуют приемники сточных вод с площадей причалов). Территория причалов №№ 3, 4, 5, 6 нефтепирса оборудована ливневой канализацией, которая представляет собой сеть взаимосвязанных колодцев, водоприемники которых находятся на отметке верха плит покрытия потерны. Дождевая вода, скапливаемая на причале, попадает в водоприемник. Водоприемники накрыты металлическим листом и засыпаны песком для исключения искрообразования, так как внутри колодца помимо дождевой воды скапливаются остатки нефтепродукта. При этом обеспечивается сброс вод с территории причалов за счет технологических зазоров между стенками колодца и плитами покрытия потерны. Однако в ходе обследования установлено, что плиты покрытия имеют многочисленные зазоры, трещины и разломы на поверхности причала, а технологические зазоры забиты песком. В результате чего ливневые воды попадают с поверхности причалов без очистки в водный объект.

Признавая доводы заявителя необоснованными в части оспаривания вышеуказанных пунктов предписания, суд первой инстанции правомерно указал на то обстоятельство, что обществом не представлено доказательств того, что в 2021 г. (после составления акта проверки и предписания № 0904-68ВН-А023-1120 от 03.12.2020, законность и обоснованность которого проверялась судом при рассмотрении вышеуказанного арбитражного дела Арбитражным судом города Москвы) им были устранены указанные нарушения.

Так, суд первой инстанции правомерно счел не свидетельствующим об устранении нарушений, заключенный с ООО «Нафта Т» договор от 26.01.2021№ 07-0710134.

Ссылка в апелляционной жалобе на то обстоятельство, что причалы №№ 3, 4, 5, 6, 9, 10, 11, 12а, 12, 13 не являются собственностью АО «ТМТП» и находятся у общества на праве аренды по договору с ФГУП «Росморпорт», что свидетельствует о незаконности возложения такой обязанности на общество, не может свидетельствовать о недействительности указанных пунктов спорного предписания.

В целях проверки указанного довода жалобы суд апелляционной инстанции определением от 02.06.2022 предложил представить АО «Туапсинский морской порт» договор аренды, заключенный между обществом и ФГУП «Росморпорт».

Исследовав представленные обществом документы во исполнение указанного определения, в том числе договоры аренды, апелляционный суд приходит к выводу, что указанные документы, вопреки доводам жалобы, подтверждают статус общества как законного владельца сооружений, свидетельствуют об осведомленности общества (арендатора) о техническом состоянии причалов, об отсутствии сооружений, обеспечивающих охрану водного объекта на спорных причалах, и не опровергают правомерность соответствующих пунктов предписания. Принимая спорные объекты в аренды общество, как арендатор, возражений по их техническому состоянию не заявило, следовательно, приняло на себя указанные риски.

С учетом изложенного апелляционный суд полагает вывод суда первой инстанции об отсутствии оснований в удовлетворении требований общества в данной части правомерным и обоснованным.

В отношении пунктов 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20 суд первой инстанции обоснованно не усмотрел оснований для признания их недействительными, принимая во внимание следующее.

Как следует из материалов дела, в ходе проведения проверки произведен отбор проб морской воды в местах сброса, оголовка выпуска (№ 1-12).

В ходе сравнительного анализа результатов проведенных лабораторных испытаний (измерений) проб морской и природной воды, отобранных в акватории Черного моря в границах Туапсинского района Краснодарского края в районе морского порта Туапсе, с предельно допустимой концентрацией загрязняющих веществ, установленной для водоемов рыбохозяйственного значения (приказ Минсельхоза России от 13.12.2016 № 552 «Об утверждении нормативов качества воды водных объектов рыбохозяйственного значения, в том числе нормативов предельно допустимых концентраций вредных веществ в водах водных объектов рыбохозяйственного значения»), выявлено превышение предельно допустимой концентрации по содержанию следующих веществ: БПК5

выпуск № 1 /проба 532 - в 1,8 раза;

выпуск № 2/проба 533 - в 1,95 раза;

выпуск № 3/проба 534 - в 2,0 раза;

выпуск № 4/проба 535 - в 1,9 раза;

выпуск № 5/проба 536 - в 1,9 раза;

выпуск № 7/проба 537 - в 1,86 раза;

выпуск № 8/проба 538 - в 1,9 раза;

выпуск № 9/проба 539 - в 1,95раза;

выпуск № 10/проба 540 - в 1,95 раза;

выпуск № 11/проба 541 - в 2,05 раза;

выпуск № 12/проба 542 - в 2,0 раза.

В ходе сравнительного анализа результатов проведенных лабораторных испытаний (измерений) проб морской воды, отобранных в акватории Черного моря в границах Туапсинского района Краснодарского края в районе морского порта Туапсе, с результатами испытаний (измерений) проб морской воды, отобранныхв фоновой точке № 1/проба 543, выявлено превышение по содержанию следующих веществ: нефтепродуктов фоновая точка/проба 543 в 2,82 раза.

Отбор проб производился ФГБУ «ЧерАзтехмордирекция» согласно представленной обществом схеме расположения выпусков сточных водв соответствии с «Программой наблюдений за водным объектом».

Отклоняя доводы общества о том, что отбор проб выполнен с нарушением действующего законодательства, суд первой инстанции обоснованно указал на то, что об их не подтверждении допустимыми доказательствами.

Фотографии, которые являются частью заявления, поданного в судпо настоящему делу, невозможно идентифицировать по месту и времениих исполнения, невозможно определить, что именно сфотографировано, у предмета на фото нет идентифицирующего его номера, то есть данные фотографии судне принимает в качестве допустимых относительно настоящего дела доказательств.

В соответствии с частью 1 статьи 44 ВК РФ использование водных объектов для целей сброса сточных вод, в том числе дренажных вод, осуществляетсяс соблюдением требований, предусмотренных настоящим Кодексом и законодательством в области охраны окружающей среды.

Согласно части 6 статьи 56 ВК РФ сброс в водные объекты сточных вод, содержание в которых радиоактивных веществ, пестицидов, агрохимикатови других опасных для здоровья человека веществ и соединений превышает нормативы допустимого воздействия на водные объекты, запрещается.

В соответствии с пунктом 7 части 15 статьи 65 ВК РФ в границах водоохранных зон запрещаются сброс сточных, в том числе дренажных вод.

Как следует из пункта 2 части 16 статьи 65 ВК РФ в границах водоохранных зон допускаются проектирование, реконструкция, ввод в эксплуатацию, эксплуатация хозяйственных и иных объектов при условии оборудования таких объектов сооружениями, обеспечивающими охрану водных объектовот загрязнения, засорения, заиления и истощения вод в соответствии с водным законодательством и законодательством в области охраны окружающей среды.

Выбор типа сооружения, обеспечивающего охрану водного объектаот загрязнения, засорения, заиления и истощения вод, осуществляется с учетом необходимости соблюдения установленных в соответствии с законодательством в области охраны окружающей среды нормативов допустимых сбросов загрязняющих веществ, иных веществ и микроорганизмов.

В целях понимания статьи 16 ВК РФ под сооружениями, обеспечивающими охрану водных объектов от загрязнения, засорения, заиления и истощения вод, понимаются сооружения и системы для отведения (сброса) сточных водв централизованные системы водоотведения (в том числе дождевых, талых, инфильтрационных, поливомоечных и дренажных вод), если они предназначены для приема таких вод.

На основании части 1 статьи 34 Закона № 7-ФЗ хозяйственная и иная деятельность, которая оказывает или может оказывать прямое или косвенное негативное воздействие на окружающую среду, осуществляется в соответствиис требованиями в области охраны окружающей среды.

В соответствии с частью 1 статьи 39 Закона 7-ФЗ эксплуатация объектов капитального строительства осуществляется в соответствии с требованиямив области охраны окружающей среды, в том числе, проводятся мероприятияпо сохранению и восстановлению природной среды, рациональному использованию природных ресурсов, обеспечению экологической безопасности, предотвращению негативного воздействия на окружающую среду, и с учетом соблюдения нормативов качества окружающей среды.

Принимая во внимание вышеизложенное, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что оспариваемое предписание в пунктах 10 – 20 также соответствует законодательству Российской Федерации в области государственного контроля (надзора) за охраной окружающей среды и не нарушает прав и законных интересов АО «Туапсинский морской торговый порт».

Поддерживая выводы суда первой инстанции в данной части, апелляционный суд также отмечает, что отбор проб морской воды произведен в соответствии с нормативными документами - ГОСТ 31861-2012 «Вода. Общие требования к отбору проб», ГШД Ф 14.1:2:4.128-98 «Количественный химический анализ вод». Отбор проб природной воды произведен в соответствии с нормативными документами - ГОСТ 31861-2012 «Вода. Общие требования к отбору проб».

Отбор проб произведен согласно представленной АО «ТМТП» схемы расположения выпусков сточных вод, в соответствии с «Программой наблюдений за водным объектом».

Доводы жалобы о необходимости отбора проб непосредственно из выпусков ливневых вод является ошибочным, поскольку пробы воды, отобранные в местах смешения выпусков АО «ТМТП» с водами Черного моря подвергаются сравнительному анализу с предельно допустимой концентрацией загрязняющих веществ, установленной для водоёмов рыбохозяйственного значения (приказ Минсельхоза России от 12.12.2016 № 552), а также с фоновой (условно чистой) пробой, с целью выявления превышения ПДК по конкретным веществам.

Таким образом, фактически местом отбора проб являлась акватория порта, в связи с чем, доводы жалобы о том, что пробы в точках отбора проб были взяты не из выпусков ливневых вод, а непосредственно из водного объекта, подлежат отклонению как несостоятельные.

Доводы о том, что хозяйственная деятельность в порту в местах выпусков АО «ТМТП» может осуществляется иными организациями, не подтверждается имеющимися в материалах дела доказательствами.

С учетом изложенного оснований для переоценки вывода суда первой инстанции о законности пунктов 10 – 20 предписания апелляционный суд не усматривает.

В отношении пункта 21 предписания суд первой инстанции правомерно установил следующее.

Пунктом 21 установлено: АО «ТМТП» осуществляет хозяйственную деятельность в акватории морского порта, причал № 7 «в ковше», по подъему и спуску судов (электромеханическая кран-балка) в отсутствии положительного заключения государственной экологической экспертизы.».

В соответствии со статьей 3 Федерального закона от 10.01.2002 № 7-ФЗ«Об охране окружающей среды» (далее - Закон № 7-ФЗ) хозяйственная и иная деятельность, оказывающая воздействие на окружающую среду, должна осуществляться на основе ряда принципов, среди которых: - презумпция экологической опасности, планируемой хозяйственной и иной деятельности; - обязательность оценки воздействия на окружающую среду при принятии решений об осуществлении хозяйственной и иной деятельности; - обязательность проведения в соответствии с законодательством Российской Федерации проверки проектов и иной документации, обосновывающих хозяйственную и иную деятельность; - ответственность за нарушение законодательства в области охраны окружающей среды.

В силу статьи 33 Закона № 7-ФЗ экологическая экспертиза проводится в целях установления соответствия документов и (или) документации, обосновывающих планируемую хозяйственную и иную деятельность, требованиям в области охраны окружающей среды.

Порядок проведения экологической экспертизы устанавливается федеральным законом об экологической экспертизе.

Согласно статьи 1, пункту 7 статьи 11 Федерального закона от 23.11.1995№ 174-ФЗ «Об экологической экспертизе» (далее - Закон № 174-ФЗ), экологическая экспертиза - установление соответствия документов и (или) документации, обосновывающих намечаемую в связи с реализацией объекта экологической экспертизы хозяйственную и иную деятельность, экологическим требованиям, установленным техническими регламентами и законодательством в области охраны окружающей среды, в целях предотвращения негативного воздействия такой деятельности на окружающую среду.

Объектами государственной экологической экспертизы федерального уровня являются объекты государственной экологической экспертизы, указанные в Федеральном законе от 30.11.1995 № 187-ФЗ «О континентальном шельфе Российской Федерации», Федеральном законе от 17.12.1998 № 191-ФЗ «Об исключительной экономической зоне Российской Федерации», Федеральном законе от 31.07.1998 № 155-ФЗ «О внутренних морских водах, территориальном море и прилежащей зоне Российской Федерации».

Как следует из статьи 32 Закона № 174-ФЗ лица, виновные в совершении нарушений, которые указаны в статье 30 Закона № 174-ФЗ, если эти нарушения не влекут за собой уголовную ответственность, привлекаются к административной ответственности в соответствии с КоАП РФ.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 34 Закона № 155-ФЗ, государственная экологическая экспертиза во внутренних морских водах и в территориальном море является обязательной мерой по защите морской среды и сохранению природных ресурсов внутренних морских вод и территориального моря; организуется и проводится в порядке, установленном законодательством Российской Федерации об экологической экспертизе.

Государственной экологической экспертизе подлежат все виды документов и (или) документации, обосновывающих планируемую хозяйственную и иную деятельность во внутренних морских водах и в территориальном море.

Все виды хозяйственной и иной деятельности во внутренних морских водах и в территориальном море могут осуществляться только при наличии положительного заключения государственной экологической экспертизы, проводимой за счет пользователя природными ресурсами внутренних морских вод и территориального моря.

В рамках проведения проверки осуществлен осмотр территорий, на которых общество осуществляет хозяйственную деятельность в морском порту Туапсе.

Как обоснованно отмечено судом первой инстанции, вывод, а в последующем отражение в акте проверки и в предписании сведений об осуществлении обществом хозяйственной деятельности по подъему/спуску судов, сделан на основании обнаруженного на причале «в ковше» механизма для подъема/спуска судов.

Причал № 7а и причал «в ковше» не имеет на местности границ или территориальных разграничений, именно поэтому в акте (раздел таблица нарушений) он определен как № 7а (в ковше).

Общество осуществляет хозяйственную деятельность в акватории морского порта связанной с подъемом и спуском судов в отсутствии положительного заключения государственной экологической экспертизы, что является нарушением пункта 2 статьи 34 Закона № 155-ФЗ.

Аналогичный вывод также содержится в решении Арбитражного суда по делу № А40-106903/21, которое вступило в законную силу, и не опровергнут представленными в настоящем деле доказательствами.

С учетом изложенного суд первой инстанции пришел к правильному выводу о законности пункта 21 предписания.

Учитывая изложенные обстоятельства, суд первой инстанции пришел к правильному выводу об отказе в удовлетворении заявления АО «ТМТП».

Судом апелляционной инстанции рассмотрены все доводы апелляционной жалобы, однако они не опровергают выводы суда, положенные в основу решения, и не могут служить основанием для отмены решения и удовлетворения апелляционной жалобы.

Суд первой инстанции выполнил требования статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, полно, всесторонне исследовал и оценил представленные в деле доказательства и принял законный и обоснованный судебный акт.

Оснований для переоценки выводов и доказательств, которые при рассмотрении дела были исследованы и оценены судом первой инстанции с соблюдением требований статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не имеется.

Нарушений процессуальных норм, влекущих отмену оспариваемого акта(ч. 4 ст. 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом апелляционной инстанции не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 258, 269 - 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Краснодарского края от 25.03.2022 по делу№ А32-30449/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке, определенном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.


Председательствующий И.Н. Глазунова


СудьиО.Ю. Ефимова


С.В. Пименов