Постановление от 1 ноября 2023 г. по делу № А71-8800/2021

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-5432/2022(14)-АК

Дело № А71-8800/2021
01 ноября 2023 года
г. Пермь



Резолютивная часть постановления объявлена 25 октября 2023 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 01 ноября 2023 года.


Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Макарова Т.В.,

судей Зарифуллиной Л.М. Саликовой Л.В.,

при ведении протокола судебного заседания ФИО1,

при участии в судебном заседании путем веб-конференции посредством использования информационной системы «Картотека арбитражных дел»:

от кредитора ФИО2 – ФИО3 (паспорт, доверенность от 31.07.2014);

от кредитора ФИО4 – ФИО5, (паспорт, доверенность от 01.09.2021);

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда)

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО6

на определение Арбитражного суда Удмуртской Республики

от 14 августа 2023 года

об отказе в удовлетворении заявления финансового управляющего ФИО6 о признании обязательства перед ФИО2 в размере 6 007 270 руб. общим обязательством супругов должника и ФИО7,

вынесенное в рамках дела № А71-8800/2021

о признании несостоятельным (банкротом) ФИО3 (ИНН <***>),

установил:

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 14.07.2021 было принято к производству заявление финансового управляющего должника ФИО2 ФИО8 (дело № А71-330/2018) от 30.06.2021 о признании ФИО3 несостоятельным (банкротом), обоснованное наличием задолженности в размере 6 007 270 руб., подтвержденной определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 10.04.2020 по делу №А71-330/2018, которым указанная сумма была взыскана с должника в качестве применения последствий недействительности сделки.

Определением суда от 16.06.2022 (резолютивная часть от 15.06.2022) заявление финансового управляющего ФИО2 ФИО8 было признано обоснованным, в отношении ФИО3 введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО9, член саморегулируемой организации Ассоциация арбитражных управляющих «Синергия».

Этим же определением требования ФИО2 в сумме 6 007 270 руб. включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

Решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 14.12.2022 (резолютивная часть от 07.12.2022) ФИО3 признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО6 член Ассоциации арбитражных управляющих «Сириус».

Финансовый управляющий ФИО6 13.04.2023 обратился в суд с заявлением о признании обязательства перед ФИО2 в размере 6 007 270 руб. общим обязательством супругов ФИО3 и ФИО7.

В обоснование заявления финансовый управляющий ссылался на определение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 10.04.2020 по делу № А71-330/2018, которым отказано в удовлетворении требования ФИО3 о включении в реестр требований кредиторов ФИО2 задолженности в сумме 10 388 641 руб. 08 коп., на основании того, что судом удовлетворено заявление конкурсного кредитора ФИО10 в части признания недействительными пунктов 3.2, 3.6 договора оказания услуг от 01.10.2014 по предоставлению юридической помощи при рассмотрении в Арбитражном суде Удмуртской Республики гражданских дел с участием ФИО2, заключенного между ФИО2 и ФИО3 на основании положений статей 10 и 168 ГК РФ в связи с установленным необоснованном кратном увеличении стоимости услуг, применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО3 в конкурсную массу ФИО2 6 007 270 руб. задолженности. В удовлетворении остальной части требований отказано. Суд произвел соответствующий перерасчет. В результате стоимость услуг составила 2 460 000 руб. При этом суд установил, что ФИО2 в счет погашения задолженности по договору на оказание юридических услуг от 01.10.2014 уплачена ФИО3 сумма в размере 8 467 270 руб. Финансовый управляющий полагает, что денежные средства, полученные ФИО3 за юридические услуги по договору от 01.10.2014, были потрачены на нужды семьи И-вых и переводились супруге должника, кроме того, должником производились расходы в продуктовых, мебельных, строительных магазинах, в магазинах детских товаров, в местах общественного питания в среднем диапазоне от 50 руб. до 5 000 руб., в связи с чем задолженность перед ФИО2 должна быть признана общим обязательством супругов, обратился в арбитражный суд с рассматриваемым требованием.

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 14.08.2023 (резолютивная часть от 21.07.2023) отказано в удовлетворении заявления финансового управляющего должника ФИО3 ФИО6 о признании обязательства перед ФИО2 в размере 6 007 270 руб. общим обязательством супругов ФИО3 и ФИО7

Отказывая в удовлетворении требований, суд первой инстанции исходил из того, что в материалах дела отсутствуют доказательства расходования денежных средств на нужды семьи.

Финансовый управляющий должника ФИО6, не согласившись с вынесенным определением, обжаловал его в апелляционном порядке со ссылкой на неправильное применение судом первой инстанции норм процессуального права.

В апелляционной жалобе настаивает на том, что суд первой инстанции не выяснил обстоятельства получения должником денежных средств от третьих лиц и дальнейшего их снятия и перевода своей супруге ФИО7 Апеллянт указывает о том, что у должника не было иных источников доходов, кроме денежных средств, получаемых им в качестве оплаты по договору на оказание юридических услуг от ФИО2, что следует из выписок по счету, имеющихся в материалах дела, за период с 04.05.2015 по 05.10.2016. По мнению финансового управляющего, суд первой инстанции в нарушение разъяснений высших судов о применении статьи 45 СК РФ, неправомерно переложил бремя доказывания того, что спорные денежные средства потрачены должником исключительно на поддержание необходимого уровня жизни семьи с супругов И-вых на финансового управляющею ФИО6 В подтверждение своей правовой позиции ссылается на определение Верховного Суда Российской Федерации от 26.02.2016 № 309-ЭС15-13978. Указывает, что аналогичная правовая позиция изложена в постановлениях Арбитражного суда Уральского округа от 13.04.2023 № Ф09-1696/23 по делу № А76-39330/2021, от 16.03.2023 № Ф09-347/23 по делу № А47-14083/202, от 14.02.2022 № Ф09-151/22 по делу № А60-8364/2020, от 15.09.2022 № Ф09-6366/22 по делу № А60-36830/2021. Полагает, что если кредитор приводит достаточно серьезные доводы и представляет существенные косвенные свидетельства, которые во взаимосвязи позволяют признать убедительным его аргумент о предоставлении денежных средств на нужды семьи, в силу статьи 65 АПК РФ), бремя доказывания личного характера данного обязательства переходит на супругов.

До начала судебного заседания от ФИО2 поступил письменный отзыв на апелляционную жалобу, в котором кредитор просит пересмотреть вопрос о правомерности отказа в удовлетворении заявления конкурсного кредитора ФИО2 об оставлении требований финансового управляющего ФИО6 без рассмотрения по доводам отзыва на апелляционную жалобу. При обоснованности доводов об оставлении требований финансового управляющего ФИО6 без рассмотрения, просит отменить обжалуемый судебный акт, вынести новый судебный акт об оставлении заявленных требований без рассмотрения либо в случае признания необоснованными доводов конкурсного кредитора ФИО2 об оставлении требований финансового управляющего ФИО6 без рассмотрения, оставить определение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 14.08.2023 без изменения, жалобу финансового управляющего ФИО6 – без удовлетворения.

В судебном заседании представитель кредитора ФИО2 против доводов апелляционной жалобы возражал, настаивал на доводах, изложенных в отзыве на апелляционную жалобу, просил обжалуемое определение оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Представитель кредитора ФИО4 доводы, изложенные в апелляционной жалобе, поддерживал в полном объеме, просил обжалуемое определение отменить, вынести новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований, апелляционную жалобу – удовлетворить.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, явку представителей в судебное заседание не обеспечили, что в силу части 3 статьи 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Законность и обоснованность решения суда первой инстанции проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии со статьями 266, 268 АПК РФ.

Суд апелляционной инстанции, изучив материалы дела, исследовав и оценив имеющиеся в материалах дела доказательства, проверив доводы апелляционной жалобы, отзывов, заслушав представителей участвующих в деле лиц, пришел к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 223 АПК РФ и пунктом 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные соответствующей главой (т.е. главой X «Банкротство граждан»), регулируются главами I-III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.25 Закона о банкротстве все имущество гражданина, имеющееся на дату принятия решения арбитражного суда о признании гражданина банкротом и введении реализации имущества гражданина и выявленное или приобретенное после даты принятия указанного решения, составляет конкурсную массу, за исключением имущества, определенного пунктом 3 настоящей статьи.

С даты признания гражданина банкротом все права в отношении имущества, составляющего конкурсную массу, в том числе на распоряжение им, осуществляются только финансовым управляющим от имени гражданина и не могут осуществляться гражданином лично (абзац 2 пункта 5 статьи 213.25 Закона о банкротстве).

В силу пункта 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве имущество гражданина, принадлежащее ему на праве общей собственности с супругом (бывшим супругом), подлежит реализации в деле о банкротстве гражданина по общим правилам, предусмотренным настоящей статьей. В таких случаях супруг (бывший супруг) вправе участвовать в деле о банкротстве гражданина при решении вопросов, связанных с реализацией общего имущества. В конкурсную массу включается часть средств от реализации общего имущества супругов (бывших супругов), соответствующая доле гражданина в таком имуществе, остальная часть этих средств выплачивается супругу (бывшему супругу). Если при этом у супругов имеются общие обязательства (в том числе при наличии солидарных обязательств либо предоставлении одним супругом за другого поручительства или залога), причитающаяся супругу (бывшему супругу) часть выручки выплачивается после выплаты за счет денег супруга по этим общим обязательствам.

Таким образом, в случае банкротства одного из супругов (бывших супругов) имущество, нажитое ими в период брака, подлежит реализации исключительно в рамках дела о банкротстве гражданина, доля другого супруга в виде части вырученных средств выплачивается ему после такой реализации.

Согласно пункту 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан» (далее - постановление Пленума № 48), в деле о банкротстве гражданина учитываются как требования кредиторов по личным обязательствам должника и требования по общим обязательствам супругов.

Вопрос о признании обязательства общим разрешается судом в деле о банкротстве по ходатайству кредитора при установлении его требования (пункт 2 статьи 213.8, пункт 4 статьи 213.19, пункт 4 статьи 213.24 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве) (далее - Закон о банкротстве), и к участию в таком обособленном споре привлекается супруг должника, который обладает правами ответчика, а, если кредитор, заявляя в деле о банкротстве требование, не ссылался на наличие общего обязательства супругов, вследствие чего суд установил требование как личное, то впоследствии такой кредитор вправе обратиться с заявлением о признании его требования общим обязательством супругов, и соответствующее заявление подлежит разрешению по правилам пункта 1 статьи 60 Закона о банкротстве с участием супруга должника.

В силу пункта 2 статьи 45 Семейного кодекса Российской Федерации (далее – СК РФ), взыскание обращается на общее имущество супругов по общим обязательствам супругов, и по обязательствам одного из супругов, если судом установлено, что все, полученное по обязательствам одним из супругов, использовано на нужды семьи. При недостаточности этого имущества супруги несут по указанным обязательствам солидарную ответственность имуществом каждого из них.

В силу указанного положения, общими, прежде всего, следует считать те обязательства, которые возникли в период брака одновременно для обоих супругов из единого правового основания; обязательства, в которых участвуют оба супруга, и, соответственно, оба выступают должниками перед третьими лицами, а также обязательства, возникшие из сделок одного из супругов, совершенных им с согласия другого.

Таким образом, из изложенного следует, что, помимо обязательств, которые считаются общими в связи с их возникновением в период брака одновременно для обоих супругов из единого правового основания и в связи с участием в соответствующих обязательствах обоих супругов, общими также могут быть признаны и обязательства, возникшие из сделок, совершенных только одним из супругов, но с согласия другого супруга на совершение соответствующих сделок.

В пункте 1 статьи 33 СК РФ предусмотрено, что законным режимом имущества супругов является режим их совместной собственности.

Пунктом 2 статьи 35 СК РФ, пунктом 2 статьи 253 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) установлена презумпция согласия супруга на действия другого супруга по распоряжению общим имуществом.

Согласно пункту 5 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 13.04.2016, в случае заключения одним из супругов договора займа или совершения иной сделки, связанной с возникновением долга, такой долг может быть признан общим лишь при наличии обстоятельств, вытекающих из пункта 2 статьи 45 СК РФ, согласно которым взыскание обращается на общее имущество супругов по общим обязательствам супругов, а также по обязательствам одного из супругов, если судом установлено, что все, полученное по обязательствам одним из супругов, было использовано на нужды семьи. Бремя доказывания обстоятельств, вытекающих из пункта 2 статьи 45 СК РФ, лежит на стороне, претендующей на распределение долга.

Таким образом, для возложения на супругу должника солидарной обязанности по возврату взысканных с должника денежных средств, обязательство должно являться общим, то есть, в силу пункта 2 статьи 45 СК РФ, должно возникнуть по инициативе обоих супругов в интересах семьи либо являться обязательством одного из супругов, полученное по которому было использовано на нужды семьи.

В силу пункта 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий (часть 2 статьи 9 АПК РФ).

Презумпция наличия совместного долга супругов в законе отсутствует и, следовательно, долг считается личным, пока не будет доказано, что денежные средства по нему были потрачены на нужды семьи, при этом бремя доказывания возлагается на лицо, требующее признания долга общим.

Вместе с тем, в случае, если кредитор приводит достаточно серьезные доводы и представляет существенные косвенные свидетельства, которые во взаимосвязи позволяют признать убедительным его аргумент о предоставлении денежных средств на нужды семьи, то в силу статьи 65 АПК РФ бремя доказывания личного характера данного обязательства переходит на супругов.

Как следует из материалов дела, задолженность перед ФИО2 возникла у ФИО3 на основании определения Арбитражного суда Удмуртской Республики от 10.04.2020 по делу № А71-330/2018, которым отказано в удовлетворении требования ФИО3 о включении в реестр требований кредиторов ФИО2 задолженности в сумме 10 388 641 руб. 08 коп., удовлетворено заявление конкурсного кредитора ФИО10 в части признания недействительными пунктов 3.2, 3.6 договора оказания услуг от 01.10.2014 заключенного между ФИО2 и ФИО3 В удовлетворении остальной части требований отказано. Этим же определением применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО3 в конкурсную массу ФИО2 6 007 270 руб.

Как установлено судом в рамках дела № А71-330/2018, между ФИО3 (исполнитель) и ФИО2 (заказчик) 01.10.2014 был заключен договор на оказание юридических услуг, по условиям которого исполнитель обязался по поручениям заказчика оказать последнему услуги по предоставлению юридической помощи при рассмотрении в Арбитражном суде Удмуртской Республики гражданских дел с участием ФИО2 Конкретный перечень дел и объем услуг стороны обязались согласовать путем заключения соответствующих дополнительных соглашений к договору. Стоимость услуг по договору устанавливается исходя из объема фактически оказанных услуг, принимая во внимание минимально установленные ставки, утвержденные Решением Совета Адвокатской палаты Удмуртской Республики от 04.09.2013 (протокол № 8) «Об утверждении рекомендуемых минимальных ставок вознаграждения за юридическую помощь, оказываемую адвокатами Адвокатской палаты Удмуртской республики». Договором также устанавливалось, что определенная в соответствии с п. 3.1. договора стоимость услуг умножается на коэффициент за сложность дела, который рассчитывается в порядке, предусмотренном Информационным письмом Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 167 от 01.07.2014, при этом в случае если итоговый поправочный коэффициент оказывается менее 1, то он принимается равным 1. Стороны также согласовали, что в любом случае стоимость работ не может быть менее 50 000 руб. за каждое дело.

Дополнительным соглашением от 30.05.2016 пункт 3.4. договора сторонами был изложен в новой редакции в соответствии с которой стоимость работ по каждому поручению не может быть менее 60 000 руб.; пункт 3.6. принят в новой редакции со ссылкой на решение Совета Адвокатской палаты Удмуртской республики от 19.05.2016 (протокол № 4).

Ссылаясь на введение в отношении ФИО2 одной из процедур банкротства, ФИО3 обратился в суд в рамках дела № А71-330/2018 с требованием о включении в реестр требований кредиторов ФИО2 задолженности по договору на оказание юридических услуг от 01.10.2014 в общем размере 10 388 641 руб. 08 коп., в том числе 9 904 466 руб. основного долга и 484 175 руб. 08 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами по ст.395 ГК РФ за период по 22.08.2018 и учету названных требований в составе требований обеспеченных залогом имущества должника по договору залога от 24.10.2014,

При рассмотрении вышеназванного обособленного спора в рамках дела № А71-330/2018 суд установил, что ФИО3 представил исчерпывающий перечень доказательств, в том числе косвенных, из содержания которых следует, что спорные отношения ФИО3 и ФИО2 по договору на оказание юридических услуг от 01.10.2014 фактически существовали в натуре, в том числе суд счел подтвержденным объем оказанных услуг по спорному договору.

Рассматривая доводы встречного заявления конкурсного кредитора ФИО10 о порочности условий пунктов 3.1-3.4 и пункта 3.6 договора от 01.10.2014, которыми установлен порядок исчисления стоимости услуг оказываемых ФИО3 ФИО2, в том числе в части установления стоимости услуг по минимальным установленным ставкам соответствующего решения Совета Адвокатской палаты Удмуртской республики (п. 3.1. и п. 3.6. договора), установления повышенного коэффициента стоимости услуг (п. 3.2. и п. 3.3. договора) и установления фиксированной минимальной стоимости услуг по соответствующему дополнительному соглашению (п. 3.4. договора), суд пришел к выводу о необоснованном кратном увеличении стоимости услуг, в связи с чем, на основании положений ст. 10 и 168 ГК РФ, признал названные условия спорного договора недействительными и произвел соответствующий перерасчет. В результате стоимость услуг составила 2 460 000 руб. При этом суд установил, что ФИО2 в счет погашения задолженности по договору на оказание юридических услуг от 01.10.2014 уплачена ФИО3 сумма в размере 8 467 270 руб.

В силу изложенного, названным выше определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 10.04.2020 по делу № А71-330/2018 по заявлению конкурсного кредитора ФИО10 были применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с индивидуального предпринимателя ФИО3 в конкурсную массу должника 6 007 270 руб. В удовлетворении требований ФИО3 о включении задолженности в реестр требований кредиторов ФИО2 отказано.

Финансовый управляющий в апелляционной жалобе указал о том, что суд первой инстанции не выяснил обстоятельства получения должником денежных средств от третьих лиц в период с 04.05.2015 по 05.10.2016 в размере 1 282 900 руб. и дальнейшего их снятия и перевода своей супруге ФИО7 в размере 949 980 руб. и неверно распределил бремя доказывания

Доводы подлежат отклонению апелляционной коллегией судей, как противоречащие материалам дела.

ФИО3 указано о том, что часть полученных от ФИО2 денежных средств в размере 4 400 000 руб. переданы его матери по договору целевого займа от 20.04.2017 для целей погашения ее задолженности по договору на оказание юридических услуг от 01.10.2014.

Данный договор займа был проанализирован судом в рамках дела № А71-330/2018, установлен реальный характер взаимоотношений сторон, основания для признания сделки недействительной не выявлены (определение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 27.12.2019 по делу № А71-330/2018).

Кроме того, часть денежных средств, полученная от ФИО2 по спорной сделке, была перечислена ФИО3 своему отцу ФИО11, что подтверждается выпиской по расчетному счету должника в АО «Альфа-Банк» за период с 08.05.2015 по 13.10.2015. Общая сумма составила 1 759 800 руб.

С учетом изложенного должник передал ФИО2 и ФИО11 6 159 800 руб.

Доказательств того, что денежные средства в размере 6 159 800 руб. реализованы на нужды семьи, в материалах дела отсутствуют, доказательств обратного финансовым управляющим не представлено.

Как указано ранее и установлено судом в рамках дела № А71-330/2018, ФИО2 в счет погашения задолженности по договору на оказание юридических услуг от 01.10.2014 ФИО3 уплачена сумма в размере 8 467 270 руб.

В результате перерасчета, выполненного судом в определении от 10.04.2020 по делу № А71-330/2018, стоимость услуг, оказанных должником по договору от 01.10.2014, составила 2 460 000 руб.

Таким образом, из полученных от ФИО2 денежных средств в сумме 8 467 270 руб. должник имеет право на 2 460 000 руб.

Материалами дела подтверждено и финансовым управляющим не оспаривается, что ФИО3 снято наличными денежными средствами, а также переведено на счет супруги 2 232 880 руб.

Данная сумма действительно потрачена на нужды семьи И-вых, о чем должник сообщил в судебном заседании. Но размер указанных расходов не превышает 2 460 000 руб., обоснованно полученных им за оказание юридических услуг.

Кроме того, из текста вышеназванного определения Арбитражного суда Удмуртской Республики от 27.12.2019 по делу № А71-330/2018 следует, что судом установлен факт получения ФИО3 дохода в размере 4 765 230 руб. в период с 13.10.2015 по 03.02.2017 в связи с оказываемыми им юридическими услугами.

Данное обстоятельство свидетельствует о наличии у ФИО3 финансовой возможности для оплаты проживания и поддержания достаточного уровня жизни, оплаты расходов за счет личных средств.

Кроме того, как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, спорный договор на оказание юридических услуг от 01.10.2014 заключен ФИО3 в качестве индивидуального предпринимателя. Данное обстоятельство установлено судом в рамках дела № А71-330/2018.

Доказательства, что супруга должника принимала участие в его предпринимательской деятельности и давала согласие на совершение тех или иных сделок, а также доказательства, позволяющие прийти к иным выводам, в материалах настоящего дела отсутствуют.

Учитывая изложенное, руководствуясь вышеназванными нормами права и соответствующими разъяснениями, исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относимость, допустимость, достоверность каждого из представленных в материалы дела доказательств в отдельности, а также достаточность и взаимную связь данных доказательств в их совокупности, исходя из конкретных обстоятельств дела, установив, что в данном случае обязательство должника, которое заявитель просит признать совместным обязательством супругов, возникло не в связи с заключением должником каких-либо сделок с согласия супруги, а на основании определения Арбитражного суда Удмуртской Республики от 10.04.2020 по делу № А71-330/2018, которым отказано в удовлетворении требования ФИО3 о включении в реестр требований кредиторов ФИО2 задолженности в сумме 10 388 641 руб. 08 коп., удовлетворено заявление конкурсного кредитора ФИО10 в части признания недействительными пунктов 3.2, 3.6 договора оказания услуг от 01.10.2014 заключенного между ФИО2 и ФИО3, применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО3 в конкурсную массу ФИО2 6 007 270 руб. задолженности, учитывая, что судом произведен перерасчет стоимости оказанных по договору от 01.10.2014 услуг на 2 460 000 руб., в то время как доказательства трат на нужды семьи И-вых расходов в сумме, превышающей 2 460 000 руб. в материалы дела не представлено, учитывая, что факт участия супруги должника в предпринимательской деятельности ничем не подтвержден и на такие обстоятельства никто не ссылается, суд первой инстанции пришел к выводу о недоказанности материалами дела надлежащим образом и в полном объеме наличия в данном случае совокупности всех необходимых и достаточных оснований для признания спорных требований в размере 6 007 270 руб. общим обязательством супругов ФИО3 и ФИО7, ввиду чего суд первой инстанции отказал в удовлетворении заявления финансового управляющего.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, по существу направлены на переоценку установленных по настоящему делу обстоятельств и фактических отношений сторон, оснований для которой не имеется, поскольку судом первой инстанции при рассмотрении дела установлены и исследованы все существенные для принятия правильного судебного акта обстоятельства, им дана надлежащая правовая оценка, выводы, изложенные в судебном акте, основаны на имеющихся в деле доказательствах, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и действующему законодательству.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

При подаче апелляционной жалобы на определения, не перечисленные в подп. 12 п. 1 ст. 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, государственная пошлина не уплачивается.

При подаче апелляционной жалобы на определения, не перечисленные в подп. 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, государственная пошлина не уплачивается.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд



ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 14 августа 2023 года по делу № А71-8800/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Удмуртской Республики.


Председательствующий Т.В. Макаров


Судьи Л.М. Зарифуллина


Л.В. Саликова