Постановление от 28 февраля 2022 г. по делу № А50-32375/2019

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-9545/2021(2)-АК

Дело № А50-32375/2019
28 февраля 2022 года
г. Пермь



Резолютивная часть постановления объявлена 21 февраля 2022 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 28 февраля 2022 года.


Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Чепурченко О.Н.,

судей Герасименко Т.С., Мартемьянова В.И.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии:

в режиме веб-конференции посредством использования информационной системы «Картотека арбитражных дел» представитель ООО «НБК» не подключился,

лица, участвующие в деле в судебное заседание представителей не направили, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу кредитора, ООО «НБК»,

на определение Арбитражного суда Пермского края от 24 декабря 2021 года о завершении процедуры реализации имущества ФИО2 и освобождении ее от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами,

вынесенное в рамках дела № А50-32375/2019 о признании несостоятельной (банкротом) ФИО2 (ИНН <***>),



установил:

Определением Арбитражного суда Пермского края от 23.10.2019 принято к производству заявление ФИО2 о признании ее несостоятельным (банкротом).

Решением арбитражного суда от 02.12.2019 ФИО2 (должник) признана несостоятельным (банкротом), открыта процедура реализации имущества гражданина-должника; финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО3.

Объявление о введении процедуры реализации имущества опубликовано в газете «Коммерсантъ» от 14.12.2019, ЕФРСБ от 04.12.2019.

Определением от 01.04.2021 финансовым управляющим ФИО2 утвержден ФИО4, член СРО АУ «Лига».

Рассмотрение отчета по результатам процедуры реализации имущества должника отложено на 10.12.2021; судебное заседании проведено с объявлением перерыва до 17.12.2021.

По окончанию срока процедуры банкротства финансовым управляющим представлен отчет финансового управляющего, реестр требований кредиторов, анализ финансового состояния должника, заключение о наличии/отсутствии признаков фиктивного и преднамеренного банкротства, ходатайство о завершении процедуры реализации имущества должника. Также финансовым управляющим заявлено ходатайство о перечислении денежных средств, внесенных на депозитный счет суда в счет выплаты вознаграждения.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 24 декабря 2021 года суд завершил процедуру реализации имущества ФИО2; освободил ФИО2 от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных в рамках соответствующей процедуры, за исключением обязательств, предусмотренных п.п. 5, 6 ст. 213.28 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

Поручил финансовому отделу Арбитражного суда Пермского края перечислить ФИО4 с депозитного счета Арбитражного суда Пермского края по реквизитам, указанным в ходатайстве от 07.12.2021 25 000 руб. в качестве вознаграждения финансового управляющего, за счет средств внесенных по чеку-ордеру от 17.09.2019.

Не согласившись с вынесенным определением, ООО «НБК» обратился с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить в части применения судом правил об освобождения должника от долгов.

В обоснование апелляционной жалобы кредитор указывает на то, что с целью получения кредита в ПАО «Росбанк» должником в банк была представлена анкета с указанием место работы – ООО «Индустрия», должность – заместитель генерального директора, доход – 85 000 руб., ежемесячные выплаты по другим кредитам – 0 руб.; в подтверждении дохода должником была представлена справка о доходах за период с августа 2017 года по июль 2018 года (налоговый агент – ООО «Индустрия»), согласно которой ежемесячный доход должника составлял 85 000 руб. после налогообложения. При этом апеллянт отмечает, что в материалы дела должником представлена справка 2-НДФЛ за 2018 год (налоговый агент – ООО «Индустрия»), согласно которой ежемесячный доход должника составлял 80 000 руб. до налогообложения (за минусом 13% чистый доход должника после налогообложения составлял 69 600 руб.); согласно пояснениям должника справки о доходах за 2016-2017гг. она представить не может (приложение к заявлению), так как согласно трудовой книжки не была нигде трудоустроена; кроме того, согласно ответу Межрайонной ИФНС № 22 по Пермскому краю инспекция не располагает справками по форме 2-НДФЛ, согласно сведениям индивидуального лицевого счета ООО «Индустрия» не производило отчисления за должника в Пенсионный фонд. На основании изложенного, апеллянт полагает, что должник не имел дохода в ООО «Индустрия» ни в 2017 году, ни в 2018 году в размере, указанном в справке; предоставляя справку о доходах, должник заведомо знал, что предоставляет в Банк документ, содержащий ложные сведения; подписав собственноручно заявление-анкету на получение кредитов, должник заявлял, что указанная в анкетах информация является достоверной, фактически такие действия должника изначально идут вразрез принципа добросовестности в его поведении. Считает, что должник при получении кредита предоставил Банку заведомо ложные ведения в отношении себя, своих финансовых показателей перед кредиторами, создав в результате наращивания долгов долговую нагрузку при отсутствии подтвержденных и реальных доходов. При этом апеллянт полагает, что профессиональный статус Банка как участника кредитного рынка не освобождает должника от необходимости действовать добросовестно, предоставлять достоверные сведения при получении кредита; в свою очередь, завышение должником размера своих доходов и сокрытие иных долговых обязательств при получении кредита может иметь только одну цель – принятие на себя обязательства без потенциальной возможности расплатиться по нему, что в силу ст. 10 ГК РФ должно быть расценено как злоупотребление правом и должно влечь для должника неблагоприятные последствия в виде неприменения правила об освобождении от такого обязательства. Более того, апеллянт ссылается на то, что определением от 25.06.2021 судом признана недействительной сделка по отчуждению должником недвижимого имущества; материалами дела подтверждается, что в результате оспариваемой сделки должник стал отвечать признаку недостаточности имущества в условиях наличия неисполненных обязательств перед ПАО «Росбанк», правопреемником которого является ООО «НБК».

Финансовый управляющий ФИО4 согласно представленному отзыву против удовлетворения апелляционной жалобы возражает, ссылаясь на законность и обоснованность определения в обжалуемой части.

Письменных отзывов на апелляционную жалобу от иных лиц, участвующих в деле не поступило.

В судебном заседании к участию в деле посредством системы веб-конференции представитель ООО «НБК» не подключилась; судом осуществлено четыре звонка на мобильный телефон представителя; судебное заседание в режиме веб-конференции не состоялось по причинам, не зависящим от суда.

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в судебное заседание представителей не направили, что в силу положений ст. 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (АПК РФ) не препятствует рассмотрению апелляционной жалобы в их отсутствии.

Поскольку возражений относительно проверки обжалуемого судебного акта лишь в части лицами, участвующими в деле не заявлено, законность и обоснованность определения проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии со статьями 266, 268 АПК РФ только в обжалуемой части – применения правил об освобождении должника от обязательств перед кредиторами.

Исследовав имеющиеся в деле доказательства в порядке ст. 71 АПК РФ, оценив доводы апелляционной жалобы и письменного отзыва, проанализировав нормы материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены определения в обжалуемой части в силу следующего.

Пунктом 1 ст. 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 № 128-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (Закон о банкротстве) установлено, что после завершения расчетов с кредиторами финансовый управляющий обязан представить в арбитражный суд отчет о результатах реализации имущества гражданина с приложением копий документов, подтверждающих продажу имущества гражданина и погашение требований кредиторов, а также реестр требований кредиторов с указанием размера погашенных требований кредиторов.

По итогам рассмотрения отчета о результатах реализации имущества гражданина арбитражный суд выносит определение о завершении реализации имущества гражданина (п. 2 ст. 213.28 Закона о банкротстве).

Исходя из приведенных положений Закона о банкротстве, арбитражный суд при рассмотрении вопроса о завершении реализации имущества гражданина должен с учетом доводов участников дела о банкротстве проверить совершение финансовым управляющим действий по формированию конкурсной массы в целях расчетов с кредиторами, установить, исчерпаны ли возможности для удовлетворения требований конкурсных кредиторов за счет конкурсной массы должника. Сведения, содержащиеся в отчете финансового управляющего и в прилагаемых к нему документах, должны подтверждать указанные обстоятельства.

По результатам исследования судом представленных финансовым управляющим документов судом установлено, что требования кредиторов первой и второй очереди отсутствуют, в третью очередь реестра требований кредиторов включены требования кредиторов ПАО «Сбербанк России», уполномоченного органа, ФИО5, ФИО6, ООО «НБК», ФИО7 на общую сумму 1 905 542,91 руб.

Согласно отчету конкурсного управляющего за период конкурсного производства конкурсная масса сформирована за счет поступления в конкурсную массу 60 000 руб. во исполнение определения суда от 25.06.2021, которым с ФИО8 в конкурсную массу должника ФИО2 взыскано денежные средства в сумме 60 000 руб.

Зарегистрированного имущества, дебиторской задолженности, иного имущества, подлежащего реализации в процедуре, финансовым управляющим не выявлено.

Требования кредиторов, в общем размере 45 908,32 руб., включенные в третью очередь реестра частично погашены, что составило 2,41%; остальные денежные средства направлены на выплату должнику минимального прожиточного минимума, а также на текущие платежи.

Придя к выводу о том, что все мероприятия процедуры реализации имущества должника выполнены, основания для дальнейшего продления процедуры отсутствуют, суд первой инстанции исходя из положений ст. 213.28 Закона о банкротстве завершил соответствующую процедуру.

В силу п. 3 ст. 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, заявленных в ходе процедур, применяемых в деле о банкротстве, за исключением требований, предусмотренных п.п. 4, 5 ст. 213.28 Закона о банкротстве, а также требований, о наличии которых кредиторы не знали и не должны были знать к моменту принятия определения о завершении реализации имущества гражданина.

Из разъяснений, данных пунктах 45, 46 постановления Пленума Верховного суда № 45 от 13.10.2015 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» (постановление Пленума ВС РФ№ 45 от 13.10.2015) следует, что согласно абзацу четвертому п. 4 ст. 213.28 Закона о банкротстве освобождение должника от обязательств не допускается, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве должника, последний действовал незаконно, в том числе совершил действия, указанные в этом абзаце. Соответствующие обстоятельства могут быть установлены в рамках любого судебного процесса (обособленного спора) по делу о банкротстве должника, а также в иных делах.

По общему правилу вопрос о наличии либо отсутствии обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, разрешается судом при вынесении определения о завершении реализации имущества должника (абзац пятый п. 4 ст. 213.28 Закона о банкротстве, п. 45 вышеуказанного постановления Пленума ВС РФ № 45 от 13.10.2015).

Законом о банкротстве в п. 4 ст. 213.28 определен перечень обстоятельств, при установлении которых суд в определении о завершении реализации имущества гражданина указывает на неприменение в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств. В частности, освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае, если:

вступившим в законную силу судебным актом гражданин привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство при условии, что такие правонарушения совершены в данном деле о банкротстве гражданина;

гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина, и это обстоятельство установлено соответствующим судебным актом, принятым при рассмотрении дела о банкротстве гражданина;

доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

Освобождение должника от неисполненных им обязанностей зависит от добросовестности его поведения, сотрудничества с судом и финансовым управляющим при проведении процедуры банкротства.

Исходя из задач арбитражного судопроизводства (ст. 2 АПК РФ), целей реабилитационных процедур, применяемых в деле о банкротстве гражданина и последствий признания гражданина банкротом (абз. 17, 18 ст. 2 и ст. 213.30 Закона о банкротстве), возможности заключения мирового соглашения на любой стадии рассмотрения спора (ст.ст. 138, 139 АПК РФ, абз. 19 ст. 2, ст. 213.31 Закона о банкротстве), а также с учетом вышеприведенных разъяснений постановления Пленума ВС РФ от 13.10.2015 № 45, в процедуре банкротства граждан, с одной стороны, добросовестным должникам предоставляется возможность освободиться от чрезмерной задолженности, не возлагая на должника большего бремени, чем он реально может погасить, а с другой стороны, у кредиторов должна быть возможность удовлетворения их интересов, препятствуя стимулированию недобросовестного поведения граждан, направленного на получение излишних кредитов без цели их погашения в надежде на предоставление возможности полного освобождения от задолженности посредством банкротства.

В случаях, когда при рассмотрении дела о банкротстве будут установлены признаки преднамеренного или фиктивного банкротства либо иные обстоятельства, свидетельствующие о злоупотреблении должником своими правами и ином заведомо недобросовестном поведении в ущерб кредиторам (принятие на себя заведомо неисполнимых обязательств, предоставление банку заведомо ложных сведений при получении кредита, сокрытие или умышленное уничтожение имущества, неисполнение указаний суда о предоставлении информации и тому подобное) суд, руководствуясь ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (ГК РФ), вправе в определении о завершении реализации имущества должника указать на неприменение в отношении данного должника правила об освобождении от исполнения обязательств.

Следовательно, отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами.

Как следует из разъяснений, изложенных в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» при наличии обоснованного заявления участвующего в деле лица о недобросовестном поведении должника либо при очевидном для суда отклонении действий должника от добросовестного поведения суд при рассмотрении дела исследует указанные обстоятельства и ставит на обсуждение вопрос о неприменении в отношении должника правил об освобождении от обязательств.

При распределении бремени доказывания по вопросу об установлении наличия либо отсутствия обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, необходимо исходить из презумпции добросовестности и добропорядочности гражданина до тех пор, пока не установлено обратное (п. 5 ст. 10 ГК РФ). Эта презумпция, исходя из своего содержания, влияет на распределение обязанности по доказыванию, вследствие чего финансовый управляющий, кредиторы должны доказать наличие оснований для неосвобождения должника-гражданина от обязательств.

При этом, несмотря на действие указанной выше презумпции, должник вправе дать пояснения и представлять свои доказательства, обосновывающие его добросовестное поведение при ведении процедуры банкротства. Кроме того, при определении добросовестности поведения должника суду следует принимать во внимание и причину, в результате которой возникла его неплатежеспособность.

Из материалов дела апелляционным судом установлено, что признаков преднамеренного или фиктивного банкротства должника финансовым управляющим не установлено.

Вступившие в законную силу судебные акты о привлечении должника к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство отсутствуют.

Сокрытия или уничтожения принадлежащего должнику имущества, равно как и сообщение должником недостоверных сведений финансовому управляющему, не допущено. ФИО2 представлена полная информация о своих доходах, о текущем материальном положении.

В ходе процедуры банкротства должника недобросовестности со стороны должника, выраженной в непредставлении запрашиваемой информации и препятствовании в осуществлении функций финансового управляющего, сокрытии дохода и препятствовании пополнению конкурсной массы для соразмерности удовлетворения требований кредиторов, не установлено.

Доказательств, объективно свидетельствующих о злоупотреблении должником своими правами и ином заведомо недобросовестном поведении в ущерб кредитору, ООО «НБК», вопреки доводам жалобы не представлено.

Из материалов дела следует, что требования ООО «НБК» основаны на договоре потребительского кредита, заключенного 23.08.2018 между должником и ПАО «Росбанк».

Доказательств предоставления должником каких-либо недостоверных (ложных) сведений при получении должником кредитов, кредитором не предоставлено.

Заявляя об отсутствии оснований для освобождения должника от обязательств кредитор указывает на предоставление должником в Банк недостоверных сведений о доходах и имеющихся иных обязательств. По мнению кредитора, данные обстоятельства свидетельствуют о том, что кредитный договор заключен должником в отсутствие получаемого дохода, что свидетельствует о принятии последним на себя заведомо неисполнимых обязательств и недобросовестном ее поведении.

Приведенные в заявлении обстоятельства основанием для не применения в отношении должника правил об освобождении от долгов являться не могут в силу следующего.

Представленные в материалы дела Пенсионным фондом сведения содержат информацию о факте работы должника с 2017 года до декабря 2018 года.

Согласно выписке из ЕГРЮЛ в отношении ООО «Синдикат» ФИО2 с апреля 2018 года являлась одним из участников данного общества и его руководителем.

Кредитный договор № <***> от 23.08.2018 был заключен между должником и ПАО «Росбанк», согласно отчета о движении денежных средств по кредитному счету должника, предоставленной Банком, денежные средства в оплату кредита поступали от должника регулярно, вплоть до 08.02.2019, когда был осуществлен взнос наличных в размере 46 606 руб., что само по себе уже подтверждает факт наличия у должника достаточного уровня дохода для оплаты платежей по кредитному договору.

При этом, нельзя не принимать во внимание, что Банк, являясь профессиональным участником кредитного рынка, имеет все возможности для оценки платежеспособности гражданина, а также достоверности представленных необходимых для получения кредита пакета документов. В процессе оценки потенциального заемщика взаимодействует несколько служб банка: кредитная, юридическая, служба безопасности и производится тщательная проверка информации, предоставленной заемщиком. Банки вправе запрашивать информацию о кредитной истории обратившегося к ним лица на основании Федерального закона от 30.12.2004 № 218-ФЗ «О кредитных историях» в соответствующих бюро. По результатам проверок в каждом конкретном случае кредитная организация принимает решение по вопросу о выдаче денежных средств.

Таким образом, кредитная организация, оценивая свои риски, вправе отказать в предоставлении кредита потенциальному заемщику, поскольку не обязана предоставлять денежные средства каждому лицу, которое обратилось в целях получения кредита. Заключение кредитного договора осуществляется лишь после проверки кредитором предоставленных сведений и документов и установления факта наличия у заемщика финансовой возможности выплатить кредит. Являясь профессиональным участником рынка кредитования, банк должен разумно оценивать свои риски при предоставлении денежных средств. При рассмотрении кредитной заявки банк проверяет представленные данные на достоверность.

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 03.06.2019 № 305-ЭС18-26429 по делу № А41-20557/2016, в случае положительного решения о выдаче кредита, основанного на достоверной информации, представленной гражданином, последующая ссылка банка на неразумные действия заемщика, взявшего на себя чрезмерные обязательства в отсутствие соответствующего источника погашения кредита, не может быть принята во внимание для целей применения положений п. 4 ст. 213.28 Закона о банкротстве.

Ссылка апеллянта на то, что определением от 25.06.2021 судом признана недействительной сделка по безвозмездному отчуждению должником недвижимого имущества основанием для отказа в применении к должнику правил об освобождении от обязательств перед кредиторами не является учитывая, что указанное определение в части применения последствий было исполнено ответчиком, денежные средства поступили в конкурсную массу должника и направлены на погашение расходов и частичное удовлетворение требований кредиторов.

Отсутствие у должника имущества, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов, а также наличие у должника задолженности, в связи с принятыми на себя обязательствами, само по себе не может свидетельствовать о недобросовестном поведении должника.

Недобросовестного поведения ФИО2, умысла на неисполнение должником обязательств перед кредиторами, которое бы являлось основанием для не применения в отношении должника правил об освобождении от долгов, апелляционным судом не установлено.

Представленные финансовым управляющим документы подтверждают, что текущее и предшествующее финансовое положение должника свидетельствует об объективной невозможности погасить имеющуюся кредиторскую задолженность.

Доказательств, объективно свидетельствующих о злоупотреблении должником своими правами и ином заведомо недобросовестном поведении в ущерб кредиторам, заявителем не представлено. Злостное уклонение должника от исполнения обязательств материалами дела не подтверждено (ст.ст. 9, 65 АПК РФ).

Обстоятельств, влекущих не освобождение должника от долгов, в рамках рассмотрения настоящего дела о банкротстве ФИО2 апелляционным судом также не выявлено.

Принимая во внимание вышеизложенное, учитывая отсутствие в поведении должника цели неправомерного освобождения его от долгов, суд апелляционной инстанции согласился с выводом суда первой инстанции о наличии оснований для применения к нему реабилитационной процедуры, предоставляющей возможность восстановления платежеспособности гражданина-должника путем освобождения от долгов.

Доводов, которые бы могли повлиять на принятое решение, в апелляционной жалобе кредитором не приведено.

По существу приведенные кредитором доводы свидетельствуют о несогласии с принятым судебным актом, что само по себе основанием для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены судебного акта в обжалуемой части являться не может.

С учетом приведенных выше норм права, установленных по делу обстоятельств и отраженных в апелляционной жалобе доводов, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены определения арбитражного суда от 24.12.2021 в обжалуемой части, предусмотренных ст. 270 АПК РФ.

В удовлетворении апелляционных жалоб следует отказать.

Подача апелляционной жалобы на обжалуемое определение государственной пошлиной не облагается.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Пермского края от 24 декабря 2021 года по делу № А50-32375/2019 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.



Председательствующий


О.Н. Чепурченко



Судьи


Т.С. Герасименко





В.И. Мартемьянов