Постановление от 1 июня 2021 г. по делу № А40-122338/2015

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-18566/2021

Дело № А40-89350/20
г. Москва
01 июня 2021 года
Резолютивная часть постановления объявлена 25 мая 2021 года

Постановление изготовлено в полном объеме 01 июня 2021 года


Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Головачевой Ю.Л.,

судей Бальжинимаевой Ж.Ц., Комарова А.А.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2

на определение Арбитражного суда г. Москвы от 01.03.2021 года

по делу № А40-89350/20, принятое судьей Сулиевой Д.В.,

о взыскании с ФИО2 в пользу ОАО «НПО Промавтоматика» убытки в размере 25 580 561, 25 руб. и 150 903 руб. госпошлины,

при участии в судебном заседании:

от ФИО2: ФИО3, по дов. от 03.03.2021

от к/у ОАО «НПО Промавтоматика»: ФИО4, по дов. от 11.01.2021

Иные лица не явились, извещены.



У С Т А Н О В И Л:

Определением Арбитражного суда города Москвы от 08.11.2019 прекращено производство по делу №А40-196596/19-109-156 по заявлению ОАО «НПО «ПРОМАВТОМАТИКА» в лице конкурсного управляющего о признании несостоятельным (банкротом) ООО «МАКСГРУПП» (111622, МОСКВА ГОРОД, УЛИЦА КОСИНСКАЯ Б., ДОМ 27, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 19.08.2015, ИНН: <***>) (далее - Должник).

Открытое акционерное общество «НПО Промавтоматика», в лице конкурного управляющего ФИО5, обратилось в Арбитражный суд города Москвы с заявлением о взыскании убытков с ФИО2 (далее - ответчик), в размере 25 580 561 руб. 25 коп.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 01.03.2021 по делу № А40-89350/20 заявление ОАО «НПО Промавтоматика», в лице конкурного управляющего ФИО5 удовлетворено в полном объеме.

Не согласившись с принятым судебным актом, ответчик обратился в Девятый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда города Москвы отменить и вынести по делу новый судебный акт, которым отказать в удовлетворении заявленных требований в полном объеме.

В судебном заседании апелляционной инстанции представитель ответчика поддержал доводы заявленные в апелляционной жалобе, просил определение суда первой инстанции отменить и вынести по делу новый судебный акт, которым отказать в удовлетворении заявленных требований в полном объеме. Ходатайствовал приобщении к материалам дела дополнительных доказательств. В обоснование доводов о необходимости приобщенных данных доказательств указал на невозможность ознакомления с материалами настоящего спора в суде первой инстанции.

Представитель конкурсного управляющего ОАО «НПО Промавтоматика» возражал по доводам, изложенным в апелляционной жалобе ответчика, указал на несостоятельность доводов, содержащихся в ней, в связи с чем просил обжалуемое определение оставить без изменения, а жалобу без удовлетворения. Представил отзыв на апелляционную, который приобщен к материалам настоящего дела.

Судебная коллегия, рассмотрев заявленное ходатайство, приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для его удовлетворения в силу следующих причин.

Согласно п. 29 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 12 от 30 июня 2020 г. «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» поскольку арбитражный суд апелляционной инстанции на основании статьи 268 АПК РФ повторно рассматривает дело по имеющимся в материалах дела и дополнительно представленным доказательствам, то при решении вопроса о возможности принятия новых доказательств, в том числе приложенных к апелляционной жалобе или отзыву на апелляционную жалобу, он определяет, была ли у лица, представившего доказательства, возможность их представления в суд первой инстанции или заявитель не представил их по независящим от него уважительным причинам.

К числу уважительных причин, в частности, относятся: необоснованное отклонение судом первой инстанции ходатайств лиц, участвующих в деле, об истребовании дополнительных доказательств, о назначении экспертизы; наличие в материалах дела протокола, аудиозаписи судебного заседания, оспариваемых лицом, участвующим в деле, в части отсутствия в них сведений о ходатайствах или об иных заявлениях, касающихся оценки доказательств.

Признание доказательства относимым и допустимым само по себе не является основанием для его принятия арбитражным судом апелляционной инстанции.

В то же время немотивированное принятие или непринятие арбитражным судом апелляционной инстанции новых доказательств при наличии к тому оснований, предусмотренных в части 2 статьи 268 Кодекса, может в силу части 3 статьи 288 Кодекса являться основанием для отмены постановления арбитражного суда апелляционной инстанции, если это привело или могло привести к принятию неправильного постановления.

Заявление кредитора было своевременно размещено в картотеке арбитражных дел, в связи с чем заявитель жалобы не был лишен права своевременно ознакомиться с его содержанием в режиме ограниченного доступа, что последним не было исполнено.

Следовательно, в настоящем случае как фактических, так и юридических оснований для удовлетворения ходатайства ответчика о приобщении дополнительных документов не имеется.

Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в судебное заседание не явились, в связи с чем, апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие, исходя из норм ст. ст. 121, 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 АПК РФ (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Согласно части 1 статьи 223 АПК РФ и статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Руководствуясь ст.ст. 123, 266 и 268 АПК РФ, изучив представленные в дело доказательства, рассмотрев доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отмене обжалуемого определения в силу следующих причин.

Как следует из материалов дела, между ООО «Новатэк-Юрхаровнефтегаз» и ООО «ПКФ «Промавтоматика» (ИНН <***>, ОГРН <***>) (поставщиком) был заключен договор поставки продукции технического назначения №425/юр от 30.05.2010 года (далее - «Договор поставки») на изготовление и поставку продукции технического назначения - Сменную проточную часть с комплектом оборудования для АДКГ-11-7-УХЛ4 ТУ 3644- 003-00220411-06 на Объект: «Установка охлаждения газа №3. Цех турбодетандеров №3» (далее - Това»).

В соответствии с п. 7.1 общая стоимость Договора поставки составляет 30 374 979 рублей (с НДС) и включает в себя стоимость Товара, комплектующие и расходные материалы, страхование Товара, транспортные расходы до места назначения и иные расходы Поставщика, необходимые для выполнения Поставщиком своих обязательств.

В соответствии с п. 2.7 Договора поставки право собственности переходит к Покупателю с даты поставки.

18.05.2011 ООО «ПКФ «Промавтоматика» поставило Товар на сумму 30 374 979 рублей, что подтверждается товарной накладной по форме ТОРГ-12 №11/ЮР (подписанной обеими сторонами без замечаний).

Таким образом, Поставщик исполнил свои обязательства, предусмотренные п. 1.1 Договора поставки, в полном объеме. Покупатель произвел частичную оплату Товара в соответствии с платежным поручением №3069 в размере 18 224 987 руб. 40 коп.

Остаток (40% от стоимости договора) в соответствии с условиями договора поставки должен был быть выплачен Поставщику после подписания сторонами Акта сдачи-приемки пуско-наладочных работ поставленного Товара, выполнение которых Поставщик осуществит на основании отдельно заключенного договора с Покупателем.

Для целей выполнения пуско-наладочных работ (далее - ПНР) между ООО «Новатэк-Юрхаровнефтегаз» (заказчик) и ООО «ПКФ «Промавтоматика» (подрядчик) был заключен договор подряда №48-ЮР от 31.01.2013г.

Стоимость работ согласована сторонами в 4 047 990 руб. Оплата работ производится заказчиком после выполнения подрядчиком всех работ.

Для выполнения названного договора ООО «ПКФ «Промавтоматика» заключило Договор №146/13 от 14.12.2012г. с ОАО «Корпорация «ВНИИЭМ» на изготовление, поставку и проведение монтажных и пусконаладочных работ составной части поставленного ранее оборудования (КМГТ-ТДА-130).

Изложенные обстоятельства были установлены судами в деле № А81-3367/2017. В течение длительного времени (01.03.2013 по 21.12.2015) ООО «ПКФ «Промавтоматика» и ОАО «Корпорация «ВНИИЭМ» пытались произвести выполнение работ, однако оборудование не обеспечивало выход на заданные заказчиком параметры, о чем свидетельствуют многочисленные письма сторон.

В январе 2016 года ООО «ПКФ «Промавтоматика» в одностороннем порядке прекратило выполненные принятых обязательств как перед ОАО «Корпорация «ВНИИЭМ», так и ООО «Новатэк-Юрхаровнефтегаз».

В результате такого отказа оборудование ООО «ПКФ «Промавтоматика» стоимостью 30 374 979 рублей (без учета стоимости разработанной ОАО «Корпорация «ВНИИЭМ» части - 4 819 299,36 руб.) осталось у ООО «Новатэк-Юрхаровнефтегаз».

При этом последний отказался от исполнения договора поставки и потребовал возвратить ему все уплаченное.

Кроме того, ООО «ПКФ «Промавтоматика» не получило оплату работ по выполнению ПНР, хотя в действительности работы выполнялись.

Согласно данным ЕГРЮЛ руководителем ООО «ПКФ Промавтоматика» в период с 29.03.2007 по 27.05.2016 являлась ФИО2.

В соответствии со сведениями, содержащимися в ЕГРЮЛ, 09.02.2017 г. ООО «ПКФ «Промавтоматика» прекратило свою деятельность при реорганизации путем присоединения к ООО «МАКСГРУПП

В соответствии с ч.2 ст. 58 ГК РФ при присоединении юридического лица к другому юридическому лицу к последнему переходят права и обязанности присоединенного юридического лица.

Односторонний отказ руководителя должника от дальнейшего исполнения обязательств произошел в январе 2016 году, следовательно к настоящим отношениям применима редакция, действовавшая в указанный период - №186-ФЗ. Положения пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве в названной редакции предусматривали наличие у конкурсного кредитора права на заявление требований о возмещении должнику убытков, причиненных ему его учредителями (участниками) или его органами управления (членами его органов управления), по основаниям, предусмотренным законодательством Российской Федерации

Из заявления следует, что ООО «ПКФ Промавтоматика» в отсутствие разумных причин прекратило исполнение обязательств по проведению ПНР на объекте заказчика, что послужило основанием для одностороннего отказа заказчика от договора поставки и оплаты по договору подряда.

При этом переданное должником оборудование не было истребовано у заказчика (в ходе рассмотрения дела А81-3367/2017 было установлено, что на основании служебной записки от 23.06.2011 №2078-05 оборудование, поставленное по договору №425 от 30.05.2010, перемещено в программе складского учета с объекта «Цех турбодетандеров №3. Установка охлаждения газа №3. III этап. II очередь. I пусковой комплекс» на объект: «Цех турбодетандеров №5. Установка охлаждения газа №5. IV этап. II очередь. III пусковой комплекс», находящий на территории ООО «НоватэкЮрхаровнефтегаз»)

Так, на основании договора об уступке права требования от 31.07.2014г. ООО «ПКФ Промавтоматика» передало заявителю права требования к ООО «НоватэкЮрхаровнефтегаз» в размере 12 149 991,60 руб., что составляло 40% от стоимости поставленного по договору №425/юр от 30.05.2010 товара.

Как было установлено судами в деле А81-3367/2017, ООО «ПКФ Промавтоматика» осуществило поставку оборудования с дефектами.

К моменту заключения договора уступки с заявителем заказчик уже дважды возвращал оборудование на доработку (см. Письма ООО «ПКФ Промавтоматика» от 25.07.2013, от 01.07.2014), работы по ПНР, являющиеся условием для окончательной оплаты, завершены не были. При таких обстоятельствах ООО «ПКФ Промавтоматика» не могло не осознавать, что в действительности право требования к ООО «Новатэк-Юрхаровнефтегаз» в размере 12 149 991,60 руб. не существует.

Данные обстоятельства не были сообщены заявителю, их наличие было установлено лишь в судебном процессе А81-3367/2017.

Право требования передавалось заявителю в счет исполнения обязательств ООО «ПКФ Промавтоматика» по договору займа №11/13 от 19.02.2011 г., следовательно, заявитель понес убыток в размере 12 149 991,60 руб. - невозвращенного ООО «ПКФ Промавтоматика» долга по договору займа.

Как следует из заявления, убытки в общей сумме 25 580 561,25 руб. перед ОАО «НПО Промавтоматика» возникли в результате заключения следующих сделок:

1) договора субподряда № 10/01/14 от 03.02.2014, дополнительного соглашения от 01.08.2014г., общий размер долга 5 876 078,68 руб. + начисление неустойки по день фактического исполнения. Подтверждено Решением Арбитражного суда г. Москвы от 29.01.2019 г. по делу А40-229846/18-27-1068;

2) договора займа № 100/14 от 14.10.2014 г., общий размер долга 7 554 490,97 руб. + начисление неустойки по день фактического исполнения. Подтверждено Решением Арбитражного суда г. Москвы от 06.05.2019 г. по делу А40-222240/2018.;

3) договора об уступке права требования от 31.07.2014г., общий размер долга 12 149 991,60 руб.

При этом Кредитор указал, что ответчик причинил ООО «ПКФ «Промавтоматика» убытки в следующем размере: - стоимость переданного заказчику оборудования: 30 374 979+ 4 819 299,36 (стоимость работ ОАО «Корпорация «ВНИИЭМ») + 3 363 000 (стоимость опытного образца) - стоимость работ по ПНР: 4 047 990 . а всего на сумму 42 605 268 руб. 36 коп.

Суд первой инстанции, исходя из того обстоятельства, что заявленные ОАО «НПО Промавтоматика» требования не оспорены ответчиком в надлежащем порядке, удовлетворил требование Кредитора в полном объеме.

Судебная коллегия не может согласиться с данным выводом суда первой инстанции в силу следующих причин.

Пунктом 1 Постановления № 62 разъяснено, что лицо, входящее в состав органов юридического лица (единоличный исполнительный орган - директор, генеральный директор и т.д., временный единоличный исполнительный орган, управляющая организация или управляющий хозяйственного общества, руководитель унитарного предприятия, председатель кооператива и т.п.; члены коллегиального органа юридического лица - члены совета директоров (наблюдательного совета) или коллегиального исполнительного органа (правления, дирекции) хозяйственного общества, члены правления кооператива и т.п.; далее - директор), обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В случае нарушения этой обязанности директор по требованию юридического лица и (или) его учредителей (участников), которым законом предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением.

Пунктом 2 Постановления № 62 разъяснено, что недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор действовал при наличии конфликта между его личными интересами 8 (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, а также в случаях, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом

В силу п. 2 ст. 401, п. 2 ст. 1064 Гражданского кодекса РФ, отсутствие вины доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности.

Исходя из общих положений о гражданско-правовой ответственности, для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 61.11 Закона о банкротстве, необходимо установить наличие причинно-следственной связи между совершенными контролируемым лицом сделками и наступлением банкротства должника.

Ответственность контролирующих лиц должника является гражданско-правовой, в связи с чем возложение на этих лиц обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам ст. 15 Гражданского кодекса РФ, следовательно, для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда.

В силу п. 5 ст. 10 Гражданского кодекса РФ, истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации; до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации; совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.).

Арбитражным судам следует давать оценку тому, насколько совершение того или иного действия входило или должно было, учитывая обычные условия делового оборота, входить в круг обязанностей директора, в том числе, с учетом масштабов деятельности юридического лица, характера соответствующего действия и т.п.

Добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе, в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством.

В случаях недобросовестного и (или) неразумного осуществления обязанностей по выбору и контролю за действиями (бездействием) представителей, контрагентов по гражданско-правовым договорам, работников юридического лица, а также ненадлежащей организации системы управления юридическим лицом директор отвечает перед юридическим лицом за причиненные в результате этого убытки (п. 3 ст. 53 ГК РФ).

О недобросовестности и неразумности действий (бездействия) директора, помимо прочего, могут свидетельствовать нарушения им принятых в этом юридическом лице обычных процедур выбора и контроля.

Согласно пункту 1 статьи 393 ГК РФ должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

В соответствии с п. 1, 2 ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Убытки являются общей мерой гражданско-правовой ответственности, целью которой является возмещение отрицательных последствий, наступивших в имущественной сфере потерпевшего в результате нарушения договорного обязательства и (или) совершения гражданского правонарушения.

В предмет доказывания убытков входит наличие в совокупности четырех необходимых элементов: факт нарушения права истца; вина ответчика в нарушении права истца; факта причинения убытков и их размера; причинно-следственная связь между фактом нарушения права и причиненными убытками.

Причинно-следственная связь между фактом нарушения права и убытками в виде реального ущерба должна обладать следующими характеристиками: 1) причина предшествует следствию, 2) причина является необходимым и достаточным основанием наступления следствия.

Отсутствие хотя бы одного из вышеназванных условий состава правонарушения влечет за собой отказ суда в удовлетворении требования о взыскании убытков.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в абзацах первом и втором п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (п. 2 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как подтверждено представителем конкурсного управляющего ОАО «НПО Промавтоматика» и следует из заявления, поданного в суд первой инстанции, основанием для возникновения на стороне Кредитора убытков является прекращение ООО «ПФК Промавтоматика» деятельности и отказа от исполнения обязательств перед ОАО «Корпорация «ВНИИЭМ», ООО «НоватэкЮрхаровнефтегаз», что по мнению истца привело к тому, что оборудование ООО «ПФК Промавтоматика» стоимостью 30 374 979 руб. осталось у ООО «НоватэкЮрхаровнефтегаз», который отказался от исполнения договора поставки и потребовал возвратить все уплаченное.

Таким образом, кредитор указывает, что данные действия ответчика привели к недостаточности имущества Должника, и как следствие, невозможности погашения задолженности перед ОАО «НПО Промавтоматика», возникшей у Должника по договору субподряда № 10/01/14 от 03.02.2014, договору займа № 100/14 от 14.10.2014, договору об уступке права требования от 31.07.2014.

В соответствии со статьей 4 АПК РФ, статьей 11 ГК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном Кодексом.

Выбор способа защиты права и формулирование предмета иска является правом истца, который в соответствии с пунктами 4, 5 части 2 статьи 125 АПК РФ формулирует в исковом заявлении исковое требование, вытекающее из спорного материального правоотношения (предмет иска), и фактическое обоснование заявленного требования (обстоятельства, с которыми истец связывает свои требования, то есть основание иска).

Избранный истцом способ защиты права не должен нарушать права и законные интересы иных лиц, при этом если нормы права предусматривают для конкретного правоотношения только определенный способ защиты, то лицо, обращающееся в суд за защитой своего права, вправе применить лишь этот способ.

Следовательно, исходя из предмета и оснований сформулированных и заявленных кредитором требований, а также из положений ст. 15, 393 ГК РФ, необходимым условиям для удовлетворения заявленных требований является наличие причинно-следственную связи между невозможностью удовлетворения требований Кредитора и виновным бездействием ответчика, на которое ссылался заявитель.

В то же время, согласно данным ЕГРЮЛ ФИО2 являлась руководителем ООО «ПКФ Промавтоматика» в период с 29.03.2007 по 27.05.2016.

Согласно п. 1 ст. 469 ГК РФ продавец обязан передать покупателю товар, качество которого соответствует договору купли-продажи.

В соответствии со ст.ст. 309, 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона и односторонний отказ от их исполнения не допускается за исключением случаев, предусмотренных законом.

Из представленного решения Арбитражного суда города Москвы от 26.03.2018 г. по делу № А40-165947/2017 ООО «Новатэк-Юрхаровнефтегаз» следует что договор поставки № 425-юр от 30.05.2010 г. Расторгнут с ООО «ПФК Промавтоматика» (правопредшественник ООО «Максгрупп») только 05.07.2017 г., то есть после освобождения ответчика от занятия должности генерального директора Должника.

В соответствии со статьей 523 Кодекса при существенном нарушении договора поставки одной из сторон другая сторона вправе по своему выбору отказаться от исполнения этого договора как полностью, так и частично.

Сторона, заявившая об одностороннем отказе в связи с существенным нарушением условий договора со стороны контрагента, вправе предъявить ему требования о возмещении убытков, причиненных расторжением или изменением договора (пункт 5 статьи 453 Кодекса).

Следовательно, только после расторжения договора поставки у Должника возникло право требовать возврата поставленного оборудования у ООО «Новатэк-Юрхаровнефтегаз».

С учетом изложенного вменение ответчику бездействия в виде неистребования у ООО «Новатэк-Юрхаровнефтегаз» оборудования является необоснованным, так как на момент расторжения договора поставки и возникновения рестетуционного требования, ответчик не являлся генеральным директором Должника.

При этом, согласно правовой позиции, изложенной определении Верховного Суда Российской Федерации № 306-ЭС18-8593 (5) от 22.10.2020 г. по делу № А55-22570/2016 является верным вывод о том, что сам по себе факт совершения ответчиком тех или иных действий (заключения договоров, совершения платежей, иных действий или бездействия) не является достаточным основанием для взыскания убытков.

Требуется, чтобы неразумные и/или недобросовестные действия (бездействие) лиц, указанных в подпунктах 1-3 статьи 53.1 ГК РФ, привели к тому, что общество стало неспособным исполнять обязательства перед кредиторами, то есть фактически за доведение до банкротства.

Доказательств того, что Должник стал неспособным исполнять обязательства перед кредиторами после совершения вменяемых ФИО2 действий Кредитором не доказан.

Также апелляционная коллегия отмечает, что ОАО «НПО «ПРОМАВТОМАТИКА» не доказало размер убытков, подлежащих взысканию с ответчика.

Так из заявления ОАО «НПО «ПРОМАВТОМАТИКА», поданного в Арбитражный суд г. Москвы в рамках дела №А40-196596/19 следует, что Кредитором просил признать требования ОАО «НПО «Промавтоматика» ИНН: <***>, ОГРН <***> установленными в 7 582 702,25 рублей (семь миллионов пятьсот восемьдесят две тысячи семьсот два) рубля 25 копеек основного долга и подлежащими включению в третью очередь реестра требований ООО «Максгрупп» (правопреемник ООО «ПКФ Промавтоматика») ИНН <***> ОГРН <***>, Адрес: 111622 г. Москва, ул. Б Косинская, д. 27;

Признать требования ОАО «НПО «Промавтоматика» ИНН: <***>, ОГРН <***> установленными в размере 499 404,55 - проценты за пользование денежными средствами и 6 497 674,70 рублей – неустойки, подлежащими включению в третью очередь реестра требований ООО «Максгрупп» (правопреемник ООО «ПКФ Промавтоматика») ИНН <***> ОГРН <***>, Адрес: 111622 г. Москва, ул. Б Косинская, д. 27 отдельно, как сумма, подлежащая удовлетворению после погашения основной суммы задолженности и причитающихся процентов.

В настоящем случае Кредитор также квалифицировал в качестве убытков сумму в размере 12 149 991,60 руб., возникшую в связи с заключением договора об уступке права требования от 31.07.2014.

Как указал суд первой инстанции, к моменту заключения договора уступки с заявителем заказчик уже дважды возвращал оборудование на доработку (см. Письма ООО «ПКФ Промавтоматика» от 25.07.2013, от 01.07.2014), работы по ПНР, являющиеся условием для окончательной оплаты, завершены не были. При таких обстоятельствах ООО «ПКФ Промавтоматика» не могло не осознавать, что в действительности право требования к ООО «Новатэк-Юрхаровнефтегаз» в размере 12 149 991,60 руб. не существует.

Как указано выше, данные обстоятельства не были сообщены заявителю, их наличие было установлено лишь в судебном процессе А81-3367/2017.

Право требования передавалось заявителю в счет исполнения обязательств ООО «ПКФ Промавтоматика» по договору займа №11/13 от 19.02.2011 г., следовательно, заявитель понес убыток в размере 12 149 991,60 руб. - невозвращенного ООО «ПКФ Промавтоматика» долга по договору займа.

В то же время, в соответствии со ст. 382 Гражданского кодекса Российской Федерации право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона.

В соответствии со ст. 384 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права.

Согласно п. 8 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 54 “О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки возможность уступки требования не ставится в зависимость от того, является ли уступаемое требование бесспорным, обусловлена ли возможность его реализации встречным исполнением цедентом своих обязательств перед должником (пункт 1 статьи 384, статьи 386, 390 ГК РФ).

При этом, бесспорность зачитываемых требований и отсутствие возражений сторон относительно как наличия, так и размера требований не определены Гражданским кодексом в качестве условий зачета.

При таких обстоятельствах, оснований для квалификации погашенной зачетом задолженности в качестве убытков, в рамках заключенного между Должником и Кредитором договора цессии, на неисполнимость которого ссылался Кредитор, указывая на невозможность ее взыскания с третьего лиц в рамках договора цессии не соответствует положениям ст. 15, 393 ГК РФ.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия приходит к выводу, что при вынесении обжалуемого определения Арбитражным судом города Москвы были неправильно применены нормы материального права, и выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, в связи с чем обжалуемый судебный акт подлежит отмене применительно к п. п.1, 3 ч.1 ст.270 АПК РФ.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 110, 176, 266-268, п. 2 ст. 269, 271 АПК РФ, Девятый арбитражный апелляционный суд



П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 01.03.2021 года по делу № А40-89350/20 отменить.

В удовлетворении заявления отказать.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.


Председательствующий судья: Ю.Л. Головачева

Судьи: Ж.Ц. Бальжинимаева

А.А. Комаров