Постановление от 25 февраля 2025 г. по делу № А33-31747/2017

ТРЕТИЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А33-31747/2017к23
г. Красноярск
26 февраля 2025 года
Резолютивная часть постановления объявлена «12» февраля 2025 года. Полный текст постановления изготовлен «26» февраля 2025 года.

Третий арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Радзиховской В.В., судей: Петровской О.В.. Хабибулиной Ю.В., при ведении протокола судебного заседания секретарём Таракановой О.М.,

при участии: от АО «Российский Сельскохозяйственный банк» - Колота М.А., представителя по доверенности от 11.11.2020 № 111;

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу арбитражного управляющего ФИО1 на определение Арбитражного суда Красноярского края от «01» ноября 2024 года по делу № А33-31747/2017к23,

установил:

публичное акционерное общества «Сбербанк России» (ИНН <***> ОГРН <***>; далее по тексту - ПАО «Сбербанк») обратилось в Арбитражный суд с заявлением о признании индивидуального предпринимателя ФИО2 (ИНН <***>, ОГРНИП <***>; далее – должник, ФИО2) несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 02.04.2018 (резолютивная часть объявлена 26.03.2018) заявление ПАО «Сбербанк» о признании банкротом ФИО2 признанно обоснованным, в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов. Финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО1 (далее – ответчик, ФИО1).

Решением Арбитражного суда Красноярского края от 06.02.2019 (резолютивная часть объявлена в судебном заседании от 30.01.2019) ФИО2 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура реализации имущества. Финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО1

Определением суда от 01.09.2021 арбитражный управляющий ФИО1 освобожден от исполнения возложенных на него обязанностей финансового управляющего в деле о банкротстве № А33-31747/2017.

Определением суда от 11.10.2021 по делу № А33-31747/2017к20 ФИО3 утвержден финансовым управляющим имуществом должника.

Определением суда от 30.08.2023 ФИО3 освобожден от исполнения возложенных на него обязанностей финансового управляющего, финансовым управляющим должника утвержден ФИО4 (далее - ФИО4).

17.12.2021 в Арбитражный суд поступило заявление АО «Российский Сельскохозяйственный банк», в соответствии с которым заявитель просит взыскать с

арбитражного управляющего ФИО1 в конкурсную массу ФИО2 убытки в размере 8 877 250 рублей.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика привлечены Союз арбитражных управляющих «Авангард», ООО «Страховая компания Гелиос», ООО «Сапфир» (ранее – ООО Страховая компания «Арсеналъ»).

Определением Арбитражного суда Красноярского края от 01.11.2024 заявленные требования удовлетворены. С ФИО1 взыскано в конкурсную массу ФИО2 8 877 250 рублей убытков.

При вынесении определения суд первой инстанции исходил из того, что в связи с бездействием арбитражного управляющего по не оспариванию сделок утрачена возможность пополнения конкурсной массы должника имуществом на сумму 8 877 250 рублей. Действия ответчика не были направлены на защиту имущества должника и формирование конкурсной массы, что нарушает права кредиторов на соразмерное удовлетворение их требований и причиняет им убытки. Поскольку ответственность арбитражного управляющего является гражданско-правовой, следовательно, убытки подлежат взысканию с применением правил, предусмотренных статьями 15, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Не согласившись с данным судебным актом, арбитражный управляющий ФИО1 обратился в Третий арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение Арбитражного суда Красноярского края от 01.11.2024 по делу № А33- 31747/2017к23 полностью, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований.

По мнению заявителя апелляционной жалобы, заявителем не доказано всей совокупности обстоятельств, являющейся основаниям для взыскания с арбитражного управляющего убытков. В частотности в материалы дела не представлены доказательства реальной возможности получить удовлетворение с контрагента по неоспоренной сделке хотя бы какой-то период в течение срока, установленного Законом о банкротстве для оспаривания, при том, что не всякое оспаривание может привести к положительному результату для конкурсной массы. В действиях арбитражного управляющего отсутствует противоправность и вина в причинении среда, также отсутствует причинно-следственная связь между действия арбитражного управляющего и возникшими убытками. Возврат имущества был невозможен уже осенью 2018 года, то есть уже в годичный период (с апреля 2018 года по апрель 2019 года), предоставленный законом финансовому управляющему для принятия решения об оспаривании сделки. Бездействие управляющего, не усмотревшего реальных перспектив в оспаривании сделок, не может быть признано незаконным или причинившим кредиторам должника убытки (определение Верховного Суда Российской Федерации от 14.06.2022 № 302-ЭС21-29794).

Оспаривание сделки отчуждения имущества было изначально несостоятельно и нецелесообразно, так как ФИО5 (далее - ФИО5) на момент получена ответа 10.05.2018 на запрос управляющего о совершенных сделках признана несостоятельной (банкротом), имущество выбыло из её ведения в 2017 году в собственность третьего лица (ООО «Смена»), которое реализовало его следующему приобретателю до признания ФИО2 банкротом. Спорное имущество выбыло из владения ФИО5 29.09.2017 и 02.10.2017, еще до подачи заявления о признании ФИО2 банкротом. Возврат имущества был невозможен уже осенью 2018 года, после его перепродажи ООО «Смена» третьим лицам. Кроме того, требование подлежало включению за реестр требований кредиторов ФИО5 в виду пропуска срока на включение в реестр и аффилированности лиц.

Выводы суда первой инстанции о том, что арбитражный управляющий ФИО1 обязан был наложить обеспечительные меры на ООО «Смена» с целью препятствия выбытию имущества из владения третьего лица не могут быть расценены как основополагающие, поскольку обеспечительные меры в отношении имущества, не

принадлежащего ответчику, применены быть не могут и согласно определению Арбитражного суда Красноярского края от 23.01.2019 по делу № А33-547-4/2018 суд по заявлению финансового управляющего ФИО6 отказал в принятии обеспечительных мер в отношении ООО «Смена». Согласно финансовому анализу ООО «Смена» на апрель 2019 года, представленного в материалы обособленного спора № А3331747/2017к23, финансовая устойчивость общества находится в кризисной ситуации. На основании вышеуказанных данных было подготовлено заключение о невозможности оспаривания сделок. На момент вступления в законную силу судебного акта по делу А33547/2018к4 по вопросу оспаривания сделок в рамках дела о банкротстве ФИО5, ООО «Смена» находилось в процедуре ликвидации, не имело активов для удовлетворения любых требований, а 10.03.2021 было ликвидировано и прекратило свое существование как юридическое лицо, так и не произведя расчеты в размере оспоренных средств. Дебиторская задолженность ООО «Смена» реализована финансовым управляющим не была в связи с отсутствием покупателей.

Суд первой инстанции необоснованно определили размер убытков, стоимость имущества была определена по дела 29.09.2017 и 02.10.2017 (отчуждение имущества от ФИО5 в пользу ООО «Смена») на основании заключения эксперта, по обособленному спору № А33-547/2018к4, что не соответствует положениям пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве, согласно которой размер убытков должен быть установлен на даты совершения сделки между должником и ФИО5, то есть на 01.11.2016, 27.10.2016.

АО «Россельхозбанк» не реализовал свое право кредитора на оспаривание сделок и обратился к финансовому управляющему с требованием о подаче заявлений о признании сделок недействительными уже после пропуска срока исковой давности. Не реализация данного права кредитором должна влечь уменьшение размера ответственности арбитражного управляющего (определение Верховного Суда Российской Федерации от 03.07.2020 по делу № А53-38570/2018).

Определением Третьего арбитражного апелляционного суда от 20.01.2025 апелляционная жалоба арбитражного управляющего ФИО1 принята к производству, рассмотрение жалобы назначено на 12.02.2025.

В судебном заседании представитель АО «Россельхозбанк» отклонил доводы апелляционной жалобы по основаниям, указав на законность и обоснованность определения суда первой инстанции. Пояснил, что в период с 26.03.2018 (введение процедуры) по октябрь 2018 года (продажа имущества ООО «Смена») существовала реальная возможность возвращения именно спорного имущества в конкурсную массу должника, а не взыскания денежных средств. В рамках рассмотрения обособленного спора о признании сделок недействительными ответчик указывал на получение сведений о совершенных сделках в декабре 2019 года, в рассматриваемом деле изменил позицию и указывал, что узнал об имуществе в мае 2018 года.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не прибыли.

До даты судебного заседания от арбитражного управляющего ФИО1 суду апелляционной инстанции поступили пояснения на апелляционную жалобу, в которых ответчик указал аналогичные апелляционной жалобе доводы. Полагает, что судом первой инстанции неверно установлены обстоятельства дела в вопросе неплатежеспособности должника при отчуждении от ФИО2 в пользу ФИО5 спорных объектов недвижимости. Оспариваемые сделки совершены 01.11.2016 и 27.10.2016, когда задолженность ещё не была признана судом, не установлена вина должника, не установлен размер ущерба и соответственно размер денежного обязательства ФИО2 перед АО «Россельхозбанк».

От действующего финансового управляющего ФИО4 суду апелляционной инстанции поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором он не согласился с обжалуемом определением, указывая на нарушение судом первой инстанции норм материального и процессуального права при определении размера убытков (суд установил

их на иную дату 29.09.2017 и 02.10.2017); судом неверно установлены обстоятельства дела в вопросе неплатежеспособности должника при отчуждении от ФИО2 в пользу ФИО5 спорных объектов недвижимости - 01.11.2016 и 27.10.2016 (на момент совершения оспариваемой сделки должник не отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества); оспаривание сделки отчуждения имущества было изначально несостоятельно и нецелесообразно.

От ООО «Сапфир» суду апелляционной инстанции поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором общество поддержало доводы апелляционной жалобы в части недоказанности платежеспособности контрагента и возможности реального пополнения конкурсной массы.

От Союза арбитражных управляющих «Авангард» также поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором также поддержаны доводы апелляционной жалобы, по основаниям, аналогичным изложенным выше. Полагает, что дебиторская задолженность начиная с 2016 года являлась безнадежной, факт причинения действиями ответчика убытков конкурсной массе не доказан.

От иных лиц, участвующих в деле, отзывы на апелляционную жалобу и ходатайства не поступали.

Учитывая, что лица, участвующие в деле, уведомлены о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы в соответствии с требованиями статей 121 - 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (путем размещения публичного извещения о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, а также текста определения о принятии к производству апелляционной жалобы, подписанного судьей усиленной квалифицированной электронной подписью (Федеральный закон Российской Федерации от 23.06.2016 N 220-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части применения электронных документов в деятельности органов судебной власти"), в разделе Картотека арбитражных дел официального сайта Арбитражные суды Российской Федерации Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации (http://kad.arbitr.ru/), в соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассматривается в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, а также судебных актом по обособленному спору № А33-31747/2017к11, ФИО2 являлся собственником следующего имущества:

- с 03.04.2008 на основании договора купли-продажи № 52 земельного участка по адресу: Красноярский край, г. Шарыпово, Пионерская промбаза, ул. Индустриальная, 28, площадь 5 558 кв.м., кадастровый номер 24:57:0000036:143. Дата государственной регистрации прекращения права: 01.11.2016;

- с 24.06.2008 на основании договора купли-продажи от 16.06.2008 нежилого помещения по адресу: Красноярский край, г. Шарыпово, Пионерская промбаза, ул. Индустриальная, № 30/8, пом. 2, площадь 440,4 кв.м., кадастровый номер 24:57:0000036:463; Дата государственной регистрации прекращения права: 01.11.2016;

- с 26.01.2011, на основании разрешения на ввод объекта в эксплуатацию от 08.12.2010 нежилого здания по адресу: <...>, площадь 309 кв.м., кадастровый номер 24:57:0000034:337. Дата прекращения государственной регистрации права: 27.10.2016;

- с 22.03.2007 на основании договора купли – продажи от 15.03.2007 земельного участка по адресу: <...>, площадь 718 кв.м., кадастровый номер 24:57:0000034:30. Дата прекращения государственной регистрации права: 27.10.2016.

Данное имущество было передано по договору дарения ФИО5, являющейся на момент передачи имущества женой ФИО2 (дата расторжения брака согласно справке № 377 - 16.02.2017).

29.09.2017 ФИО5 и ООО «Смена» заключили договор купли-продажи, согласно пункту 1 которого ФИО5 продала, а ООО «Смена» купило нежилое помещение по адресу: Красноярский край, г. Шарыпово, Пионерская промбаза, ул. Индустриальная, № 30/8, пом. 2, площадь 440,4 кв.м., кадастровый номер 24:57:0000036:463 и земельный участок по адресу: Красноярский край, г. Шарыпово, Пионерская промбаза, ул. Индустриальная, 28, площадь 5 558 кв.м., кадастровый номер 24:57:0000036:143.

02.10.2017 ФИО5 и ООО «Смена» заключили договор купли-продажи, по условиям которого продавец ФИО5 продала, а покупатель ООО «Смена» купило нежилое здание по адресу: <...>, площадь 309 кв.м., кадастровый номер 24:57:0000034:337 и земельный участок по адресу: <...>, площадь 718 кв.м., кадастровый номер 24:57:0000034:30.

ООО «Смена» заключены договор купли-продажи с ФИО7 (переход права собственности зарегистрирован 31.10.2018) и с ФИО8 (переход права собственности зарегистрирован 29.10.2018).

Дело о банкротстве ФИО2 возбуждено 18.12.2017.

Решением Арбитражного суда Красноярского края от 15.01.2019 по делу № А33-547/2018 ФИО5 признана банкротом, введена процедура реализации имущества.

В рамках дела о банкротстве ФИО5 по делу № А33-547-4/2018 финансовый управляющий ФИО5 ФИО6 09.10.2018 обратился с заявлением о признании недействительными договоров купли-продажи от 29.09.2017 и от 02.10.2017 и возврате вышеуказанного имущества в виде двух земельных участков и нежилого здания и помещения в конкурсную массу.

Определением Арбитражного суда Красноярского края от 20.11.2020 по делу № А33547-4/2018, оставленным без изменения постановлением Третьего арбитражного апелляционного суда от 01.03.2021, заявленные требования удовлетворены, применены последствия недействительности сделок в виде взыскания с ООО «Смена» в пользу конкурсной массы ФИО5 денежных средств в размере 8 697 250 рублей, восстановления права требования ООО «Смена» к ФИО5 по договорам от 29.09.2017 и от 02.10.2017 в размере 2 000 000 рублей.

В рамках рассмотрения обособленного спора по делу № А33-547-4/2018 установлено, что 24.03.2020 в материалы дела поступило заключение эксперта № 941-НД/20, согласно которому экспертом установлено, что рыночная стоимость имущества:

1) земельного участка с кадастровым номером 24:57:0000034:30, площадью 718 кв.м. и расположенного на нем нежилого здания с кадастровым номером 24:57:0000034:337, общей площадью 309 кв.м., расположенных по адресу: Россия, <...> по состоянию на 02.10.2017 года составила 5 425 700 рублей;

2) земельного участка с кадастровым номером 24:57:0000036:143, площадью 5 558 кв.м. и расположенного на нем нежилого помещения с кадастровым номером 24:57:0000036:463, общей площадью 440,4 кв.м., расположенных по адресу: Россия, Красноярский край, г. Шарыпово, Пионерская промбаза, ул. Индустриальная, № 30/8, пом. 2, по состоянию на 29.09.2017 год составила 3 451 550 рублей

В рамках дела о признании ФИО2 несостоятельным (банкротом) финансовый управляющий ФИО1 обратился в Арбитражный суд Красноярского края с заявление о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки в отношении договора дарения от 01.11.2016, заключенного между ФИО2 и ФИО5, а также договоров купли-продажи от 29.09.2017 и от 02.10.2017, заключенных между ФИО5 и ООО «Смена». Заявление о признании сделок недействительными направлено в арбитражный суд арбитражным управляющим ФИО1 посредством почтовой связи 05.12.2019.

Определением Арбитражного суда Красноярского края от 04.09.2021 по делу № А33-31747/2017к11, оставленным без изменения постановлением Третьего арбитражного апелляционного суда от 18.11.2021, постановлением Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 25.02.2022, отказано в удовлетворении заявления финансового управляющего ФИО1 о признании недействительными сделок и применения последствий их недействительности в связи с истечением срока исковой давности. При этом суд пришел к выводу о том, что финансовый управляющий должником ФИО1 имел возможность в течение месяца с даты своего утверждения (26.03.2018) получить от соответствующих органов информацию о сделках должника в отношении отчуждения объектов недвижимости (по факту с заявлением о предоставлении информации в Управление Росреестра финансовый управляющий обратился только в феврале 2019 года, то есть через 11 месяцев после своего утверждения), обратился в суд лишь 05.12.2019 (спустя 1 год 9 месяцев после введения процедуры реструктуризации).

Определением суда от 21.08.2023 по делу № А33-31747/2017к21, оставленным без изменения постановлением Третьего арбитражного апелляционного суда от 30.10.2023, в отказано в удовлетворении заявления финансового управляющего ФИО3 о признании недействительными сделками договоров дарения от 21.10.2016 между ФИО2 и ФИО5, договоров купли-продажи от 02.10.2017, от 16.10.2018 между ФИО5 и ООО «Смена», договора купли-продажи, заключенным между ООО «Смена» и ФИО8 (переход права собственности зарегистрирован 29.10.2018), договора купли-продажи от 27.12.2018, заключенным между ФИО8 и ФИО9 (переход права собственности зарегистрирован 16.01.2019).

Определением суда от 02.02.2023 по делу № А33-31747/2017к22, оставленным без изменения постановлением Третьего арбитражного апелляционного суда от 12.04.2023, постановлением Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 08.06.2023, отказано в удовлетворении заявления финансового управляющего ФИО3 о признании недействительными сделками договоров дарения от 21.10.2016 между ФИО2 и ФИО5, договоров купли-продажи от 02.10.2017, от 16.10.2018 между ФИО5 и ООО «Смена», договора купли-продажи между ООО «Смена» и ФИО7 (переход права собственности зарегистрирован 31.10.2018), договора купли-продажи между ФИО7 и ФИО10 (переход права собственности зарегистрирован 22.07.2020). Суд пришел к выводу о том, что оспаривание нескольких сделок как единой сделки (как по специальным основаниям, так и по общегражданским) не должно приводить к восстановлению срока исковой давности, пропущенного финансовым управляющим, для оспаривания первоначальных сделок, совершенных должником.

Исследовав представленные доказательства, заслушав и оценив доводы лиц, участвующих в деле, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

В соответствии с частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу пункта 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI настоящего Федерального закона.

В силу пункта 1 статьи 61.20 Закона о банкротстве, в случае введения в отношении должника процедуры, применяемой в деле о банкротстве, требование о возмещении должнику убытков, причиненных ему лицами, уполномоченными выступать от имени

юридического лица, членами коллегиальных органов юридического лица или лицами, определяющими действия юридического лица, в том числе учредителями (участниками) юридического лица или лицами, имеющими фактическую возможность определять действия юридического лица, подлежит рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника по правилам, предусмотренным настоящей главой.

Согласно пункту 2 статьи 61.20 Закона о банкротстве требование, предусмотренное пунктом 1 настоящей статьи, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, может быть предъявлено от имени должника его руководителем, учредителем (участником) должника, арбитражным управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсным кредитором, представителем работников должника, работником или бывшим работником должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченными органами.

Следует учесть, что основания для привлечения к ответственности, содержащиеся в главе III.2 Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ, не подлежат применению к действиям контролирующих должников лиц, совершенных до 01.07.2017, в силу общего правила действия закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации), поскольку Закон № 266-ФЗ не содержит норм о придании новой редакции Закона о банкротстве обратной силы.

В рассматриваемом случае арбитражному управляющему ФИО1 вменяется причинение убытков в результате непринятия мер по оспариванию сделок должника на сумму 8 877 250 рублей - за совершение действий (бездействия), имевших место в период с 26.03.2018 по 05.12.2019, то есть после вступления в силу Закона № 266-ФЗ (30.07.2017).

Следовательно, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о том, что к спорным отношениям подлежат применению нормы права с учетом положений Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ.

Согласно пункту 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

В процедуре банкротства гражданина как и в конкурсном производстве деятельность арбитражного управляющего должна быть подчинена цели этой процедуры - соразмерному удовлетворению требований кредиторов с максимальным экономическим эффектом, достигаемым обеспечением баланса между затратами на проведение процедуры реализации имущества и ожидаемыми последствиями в виде размера удовлетворенных требований (статья 2 Закона о банкротстве, Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2018) от 14.11.2018 со ссылкой на Определение Верховного Суда Российской Федерации от 19.04.2018 № 305-ЭС2015- 10675).

С другой стороны деятельность арбитражного управляющего по наполнению конкурсной массы должна носить рациональный характер, не допускающий бессмысленных формальных действий, влекущих неоправданное увеличение расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, и прочих текущих платежей, в ущерб конкурсной массе и интересам кредиторов.

Неисполнение или ненадлежащее исполнение арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей, повлекшее причинение убытков должнику, кредиторам и иным лицам, является основанием для привлечения его к ответственности в виде возмещения убытков (пункт 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве, пункт 48 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда от 2015.12.2004 № 29 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

В силу пункта 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве управляющий обязан возместить должнику, кредиторам и иным лицам убытки, которые причинены в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения возложенных на него обязанностей в деле

о банкротстве и факт причинения которых установлен вступившим в законную силу решением суда.

Таким образом, с арбитражного управляющего могут быть взысканы убытки, если его действия (бездействие) не соответствуют закону и нарушают права и законные интересы кредиторов и должника.

Обязанность по возмещению убытков является мерой гражданско-правовой ответственности, поэтому убытки подлежат взысканию по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, в соответствии с которой лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В соответствии с пунктом 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков. Обязанность возместить причиненный вред как мера гражданско-правовой ответственности (статья 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации) применяется к причинителю вреда при наличии состава правонарушения, включающего, как правило, противоправность поведения причинителя вреда, наступление вреда, причинную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступлением вреда, а также его вину.

Таким образом, заявитель по иску (требованию) о взыскании убытков должен доказать:

- факт совершения определенных незаконных действий (бездействия) ответчика; - неправомерность действий (бездействия); - факт наступления убытков; - размер понесенных убытков; - вину ответчика в причинении убытков;

- причинно-следственную связь между виновными неправомерными действиями (бездействием) и причинением убытков в заявленном размере.

Удовлетворение иска возможно при наличии совокупности перечисленных выше условий ответственности, для отказа в иске достаточно отсутствия в действиях ответчика одного из перечисленных выше условий (кроме размера убытков - пункт 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица»).

Как следует из материалов дела, должником ФИО2 01.11.2016, то есть в рамках 3 лет до даты возбуждения в отношении него дела о банкротстве и в рамках периода подозрительности, установленного статьей 61.2 Закона о банкротстве, было осуществлено отчуждение по безвозмездной сделке принадлежащего ему недвижимого имущества – земельных участков, нежилого здания и нежилого помещения, расположенных в <...> в адрес своей супруги - ФИО5 В дальнейшем в ФИО5 осуществила отчуждение данных объектов в адрес ООО «Смена» по договору купли-продажи, которое также продало объекты третьим лицам.

Арбитражный управляющий ФИО1, назначенный финансовым управляющим должника определением от 02.04.2018 (резолютивная часть объявлена 26.03.2018), обратился с заявлением о признании указанных сделок недействительными и применении последствий недействительности 05.12.2019. В удовлетворении требования отказано определением Арбитражного суда Красноярского края от 04.09.2021 по делу № А33-31747/2017к11 в связи с истечением срока исковой давности. В последующем в оспаривании указанных сделок в составе нескольких сделок как единой сделки по требованию вновь назначенного финансового управляющего было отказано в рамках обособленных споров № А33-31747/2017к21 и № А33-31747/2017к22 также по причине истечения срока исковой давности.

Данные обстоятельства не оспариваются в суде апелляционной инстанции и подтверждаются вступившими в законную силу судебными актами по обособленным спорам № А33-31747/2017к11, № А33-31747/2017к21, № А33-31747/2017к22.

Для реализации интересов кредиторов и возврата должнику его имущества арбитражный управляющий наделен помимо прочего правами по оспариванию по своей инициативе сделок должника (пункт 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве). Судебное оспаривание сделок должника является одним из механизмов пополнения конкурсной массы.

Потенциальная осведомленность арбитражного управляющего об обстоятельствах заключения сделки устанавливается с учетом требований о стандартах поведения, предъявляемых к среднему профессиональному арбитражному управляющему, действующему разумно и проявляющему требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность в аналогичной ситуации.

В контексте совершаемых управляющим действий применение данных стандартов означает, что суд должен соотнести поведение управляющего с предполагаемым поведением действующего в своем интересе и к своей выгоде добросовестного и разумного участника гражданского оборота - бережливого хозяина бизнеса (определение Верховного Суда Российской Федерации от 07.10.2021 № 305-ЭС16-20151(14,15)).

Разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе информацию относительно совершенных должником сделок и судьбе отчужденного таким образом имущества.

Как профессиональный участник арбитражный управляющий должен знать положения законодательства о последствиях пропуска срока исковой давности оспаривания сделок. Срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий, действуя разумно и осмотрительно, узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки (определение Верховного Суда Российской Федерации от 26.10.2017 № 305-ЭС17-8225).

При этом, при рассмотрении обособленного спора № А33-31747/2017к11 арбитражным судом установлено, что финансовый управляющий должником ФИО1 имел возможность в течение месяца с даты своего утверждения (26.03.2018) получить от соответствующих органов информацию о сделках должника в отношении отчуждения объектов недвижимости (по факту с заявлением о предоставлении информации в Управление Росреестра финансовый управляющий обратился только в феврале 2019 года, то есть через 11 месяцев после своего утверждения), обратился в суд лишь 05.12.2019 (спустя 1 год 9 месяцев после введения процедуры реструктуризации).

Согласно статье 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, вступившие в законную силу судебные акты арбитражного суда являются обязательными для органов государственной власти, органов местного самоуправления, иных органов, организаций, должностных лиц и граждан и подлежат исполнению на всей территории Российской Федерации.

Преюдициальная связь судебных актов обусловлена именно свойством обязательности как элемента законной силы судебного акта, в силу которой в процессе судебного доказывания суд не должен дважды устанавливать один и тот же факт в отношениях между теми же сторонами. Иной подход означает возможность опровержения опосредованного вступившим в законную силу судебным актом вывода суда о фактических обстоятельствах другим судебным актом, что противоречит общеправовому принципу определенности, а также принципам процессуальной экономии и стабильности судебных решений (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 05.02.2007 № 2-П).

Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 21.12.2011 № 30- П также указал, что признание преюдициального значения судебного решения,

направленное на обеспечение стабильности и общеобязательности этого решения и исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если имеют значение для его разрешения. В качестве единого способа опровержения (преодоления) преюдиции во всех видах судопроизводства должен признаваться пересмотр судебных актов по вновь открывшимся обстоятельствам.

При этом преюдициальность предусматривает не только отсутствие необходимости повторно доказывать установленные в судебном акте факты, но и запрет на их опровержение.

Таким образом, материалами дела подтверждается факт пропуска арбитражным управляющим ФИО1 срока исковой давности для оспаривания сделки, в результате которой из конкурсной массы должника выбыло имущество. Судом не установлено объективных причин, препятствующих финансовому управляющему ФИО1 своевременному получению информации об имущественном положении должника, в том числе о спорном недвижимом имуществе, более того, в рамках настоящего дела ответчик указывал на то, что узнал об оспариваемой сделке в мае 2018 года.

В рамках дела о банкротстве ФИО5 по делу № А33-547-4/2018 определением Арбитражного суда Красноярского края от 20.11.2020 удовлетворены требования финансового управляющего ФИО5 о признании недействительными договоров купли-продажи от 02.10.2017, от 16.10.2018 между ФИО5 и ООО «Смена» и применены последствия недействительности сделок в виде взыскания с ООО «Смена» в пользу конкурсной массы ФИО5 денежных средств в размере 8 697 250 рублей.

В силу разъяснений, изложенных в абзаце пятом пункта 32 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», если исковая давность по требованию о признании сделки недействительной пропущена по вине арбитражного управляющего, то с него могут быть взысканы убытки, причиненные таким пропуском, в размере, определяемом судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности.

Названные убытки могут быть взысканы в случае, если имеются основания полагать, что, не будь пропущена исковая давность, существовала бы высокая вероятность удовлетворения требований о признании сделки недействительной.

В виду указного выше, суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что в связи с бездействием арбитражного управляющего ФИО1 по не оспариванию сделок (договора дарения и договоров купли-продажи) утрачена возможность пополнения конкурсной массы должника имуществом, что свидетельствует о причинении убытков должнику и кредиторов в виде стоимости выбывшего из конкурсной массы имущества.

Доводы апелляционной инстанции об отсутствии реальной возможности взыскания денежных средств с ФИО5, также признанной банкротом, и с ООО «Смена», ликвидированного в отсутствие у него имущества, со ссылкой на отсутствие результата исполнения определения Арбитражного суда Красноярского края от 20.11.2020 по делу № А33-547-4/2018 о банкротстве ФИО5 в виде поступления денежных средств в конкурсную массу последней, отклоняется судом апелляционной инстанции.

Согласно пункту 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен

возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Как следует из материалов дела, ООО «Смена» осуществило отчуждение спорных объектов недвижимости только в октябре 2018 года, тогда как арбитражный управляющий ФИО1 был назначен финансовым управляющим 26.03.2018.

Соответственно в период с 26.03.2018 по октябрь 2018 года, то есть более чем 6 месяцев, более чем 3 месяцев с момента, указываемого арбитражным управляющим момента получения сведений, последствием недейственности сделки являлось не взыскание с ответчиков денежных средств, а возврат спорного имущества как такового, то есть существовала реальная возможность пополнения конкурсной массы должника ФИО2 за счет возращенного имущества, что являлось возможным при своевременно заявлении арбитражным управляющим требования об оспаривании цепочки сделок, в том числе совершенных ООО «Смена», и применении мер по обеспечению исковых требований.

Кроме того, как следует из определения от 20.11.2020 по делу № А33-547-4/2018, заявление финансового управляющего имуществом должника ФИО5 - ФИО6 поступило в суд 09.10.2018, в то время как в определении от 04.09.2021 по делу № А33-31747/2017к11 суд пришел к выводу, что сведения об имущественном положении должника должны были быть запрошены финансовым управляющим у регистрирующих органов таким образом, чтобы обеспечить получение информации к судебному заседанию по рассмотрению итогов проведения процедуры реструктуризации долгов - 26.06.2018.

В такой ситуации суд апелляционной инстанции полагает, что к моменту получения соответствующих сведений ответчик уже должен был ознакомится с финансовым положением должника и кругом аффилированных к нему лиц, и осознавать срочность принятия мер по истребованию имущества.

Действуя добросовестно и разумно, ответчик в данной ситуации обязан был принять незамедлительные меры, направленные на обеспечение имущественных интересов кредиторов, связанных с будущим либо одновременным оспариванием сделок (статья 46 Закона о банкротстве, абзац третий пункта 30 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»), в том числе путем ареста отчужденного имущества с запретом на его использование (пункт 4 статьи 80 Федерального закона от 02.10.2007 N 229-ФЗ «Об исполнительном производстве»).

Доводы ответчика о невозможности заявления о принятии обеспечительных мер в отношении спорного имущества и обращения с заявлением об оспаривании сделок ввиду такого обращения финансовым управляющим ФИО5 ФИО6 в рамках обособленного спора № А33-547-4/2018 обоснованно отклонено судом первой инстанции, поскольку выполнение обязанностей финансового управляющего (в том числе по обеспечению сохранности имущества и установлению имущественного положения) в рамках настоящего дела о банкротстве должника никак не связно с исполнением обязанностей иного финансового управляющего в рамках дела о банкротстве иного лица (бывшей супруги должника).

Ссылка заявителя апелляционной жалобы на отказ в принятии аналогичных обеспечительных мер в рамках дела о банкротстве ФИО5 отклоняется судом апелляционной инстанции, поскольку как следует из определения Арбитражного суда Красноярского края от 23.01.2019 по делу № А33-547/2018 отказ в принятии обеспечительных мер явился следствием того, что к моменту заявления соответствующего ходатайства объекты недвижимости уже были отчуждены ООО «Смена».

Все иные обстоятельства, с которыми ответчик связывает невозможность реального получения имущества в конкурсную массу должника по оспариваемым сделкам, возникли после октября 2018 года и указанные выше выводы суда апелляционной инстанции не опровергают, поскольку являются следствием бездействия ответчика.

Суд апелляционной инстанции также отклоняет довода апелляционной жалобы о том, что отсутствует признак причинения вреда имущественным правам кредиторов, предусмотренный ст. 61.2 Закона о банкротстве, поскольку спорная сделка совершена осенью 2016 года в отсутствие взысканной задолженности в отношении кредиторов.

В соответствии с пунктом 6 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 при определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.

В силу указанных норм недостаточность имущества должника - это превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника, а неплатежеспособность - это прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Согласно статье 2 Закона о банкротстве неплатежеспособность - это прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Как установлено судом в определении от 06.02.2019 по делу № А33-31747/2017к6, которым требование АО «Россельхозбанк» включено в третью очередь реестра требований кредиторов должника в размере 15 611 256 рублей 79 копеек, в том числе: 12 675 644 рубля 91 копейка основного долга, 2 935 611 рублей 88 копеек неустойки, подлежащей отдельному учету в реестре требований кредиторов, а также следует из материалов дела, заочным решением Шарыповского районного суда Красноярского края от 22.11.2016 по делу № 2-1393/2016 с ООО «ПРАДЭКС» и ФИО2 взыскана в пользу АО «Россельхозбанк» солидарно задолженность по кредитным договорам в размере 12 248 888 рублей 42 копейки, а также расходы по уплате государственной пошлины в размере 60 000 рублей.

Из определения суда от 06.02.2019 по делу № А33-31747/2017к6 также следует, что задолженность возникла из кредитных договоров от 30.07.2012 № 124900/0100 и от 24.09.2014 № 144900/0281, заключённых между АО «Россельхозбанк» и ООО «ПРАДЭКС»; договоров поручительства от 30.07.2012 № 124900/0100-9 и от 24.09.2014 № 144900/0281-9, заключенных между АО «Россельхозбанк» и ФИО2

Таким образом, из вступивших в законную силу судебных актов следует наличие задолженности перед АО «Россельхозбанк», возникшей до совершения сделок по дарению и последующей купле-продаже спорного недвижимого имущества. Учитывая, что вступившими в законную силу судебными актами установлено прекращение исполнения должником части денежных обязательств, вызванное недостаточностью денежных средств, то суд приходит к выводу, что спорные сделки произведены при наличии у должника признаков неплатежеспособности.

Под убытками, причиненными должнику, а также его кредиторам, понимается любое уменьшение или утрата возможности увеличения конкурсной массы, которые произошли вследствие неправомерных действий (бездействия) конкурсного управляющего, при этом права должника и конкурсных кредиторов считаются нарушенными всякий раз при причинении убытков (пункт 11 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.05.2012 № 150 «Обзор практики

рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с отстранением конкурсных управляющих»).

В пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности.

Это означает, что в результате возмещения убытков сторона должна быть поставлена в то положение, в котором она находилась бы, если бы её право не было нарушено (определение Верховного Суда Российской Федерации от 17.09.2019 № 305-ЭС19-8975).

Соответственно, взысканию подлежат убытки в размере рыночной стоимости отчужденного имущества на момент, когда управляющий мог и должен был узнать об основаниях для оспаривания сделок, а не на момент совершения сделок как указывает ответчик.

В рамках рассмотрения обособленного спора по делу № А33-547-4/2018 установлено, что 24.03.2020 в материалы дела поступило заключение эксперта № 941-НД/20, согласно которому экспертом установлено, что рыночная стоимость имущества:

1) земельного участка с кадастровым номером 24:57:0000034:30, площадью 718 кв.м. и расположенного на нем нежилого здания с кадастровым номером 24:57:0000034:337, общей площадью 309 кв.м., расположенных по адресу: Россия, <...> по состоянию на 02.10.2017 составила 5 425 700 рублей;

2) земельного участка с кадастровым номером 24:57:0000036:143, площадью 5 558 кв.м. и расположенного на нем нежилого помещения с кадастровым номером 24:57:0000036:463, общей площадью 440,4 кв.м., расположенных по адресу: Россия, Красноярский край, г. Шарыпово, Пионерская промбаза, ул. Индустриальная, № 30/8, пом. 2, по состоянию на 29.09.2017 составила 3 451 550 рублей.

В соответствии с пунктом 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Доказательства того, что стоимость имущества существенно изменилась в последующем, суду апелляционной инстанции не представлены.

Поскольку по смыслу пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве кредиторы вправе были рассчитывать на поступление в конкурсную массу имущества (а в случае отсутствия имущества, денежных средств с учетом изменения стоимости имущества), которое подлежало бы реализации на торгах по цене, сложившейся на момент проведения торгов, суд первой инстанции, в отсутствие доказательства иной стоимости имущества, обоснованно определил размер убытков исходя цены, установленной обособленного спора по делу № А33-547/2018к4.

Указанная стоимость имущества определена по состоянию на 02.10.2017, то есть до момента, определенного судом как момент, когда ответчиком должен был узнать о совершении оспариваемых сделок.

Таким образом, материалами дела подтверждено, что бывший финансовый управляющий должника ФИО1, действуя разумно и добросовестно, не предпринял мер по своевременному оспариванию сделок (договор дарения, заключенный между ФИО2 и ФИО5; договор купли-продажи от 29.09.2017, заключенный между ФИО5 и ООО «Смена»; договор купли-продажи от 02.10.2017, заключенный между ФИО5 и ООО «Смена»). Тем самым, возможность пополнения конкурсной массы должника имуществом на сумму 8 877 250 рублей утрачена. Действия бывшего финансового управляющего ФИО1 не были направлены на защиту имущества должника и формирование конкурсной массы, что нарушает права кредиторов на соразмерное удовлетворение их требований и причиняет им убытки.

Соответственно, материалами дела подтверждается бездействие бывшего финансового управляющего должником ФИО1, выразившееся в непринятии своевременных мер по оспариванию сделок должника по специальным основаниям, возникновение убытков на стороне кредиторов в виде утраты возможности увеличения конкурсной массы должника и наличие причинно-следственной связи между указанным бездействием и убытками, а также размер убытков.

АО «Россельхозбанк», согласно определению от 06.02.2019 по делу № А3331747/2017к6, обратилось в Арбитражный суд Красноярского края с требованием о включении в реестр требований кредиторов должника 03.12.2018 и не могло повлиять на действия ответчика либо реализовать права кредитора ранее указанной даты, что с учетом утраты возможности возврата имущества в октябре 2018 года, свидетельствует об отсутствии оснований для уменьшения размера убытков, подлежащих взысканию с арбитражного управляющего.

При изложенных обстоятельствах определение суда первой инстанции является законным, обоснованным и не подлежит отмене в виду отсутствия оснований, предусмотренных статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются апелляционным судом несостоятельными и не могут служить основанием для отмены оспариваемого судебного акта.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьей 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы возлагаются на её заявителя.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Третий арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Красноярского края от «01» ноября 2024 года по делу № А33-31747/2017к23 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Настоящее постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа через арбитражный суд, принявший определение.

Председательствующий В.В. Радзиховская Судьи: О.В. Петровская

Ю.В. Хабибулина