Постановление от 22 октября 2025 г. по делу № А60-68021/2022

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, <...> e-mail: 17aas.info@arbitr.ru
П О С Т А Н О В Л Е Н И Е № 17АП-7143/2023(9,10,11)-АК

Дело № А60-68021/2022
23 октября 2025 года
г. Пермь


Резолютивная часть постановления объявлена 13 октября 2025 года. Постановление в полном объеме изготовлено 23 октября 2025 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Чепурченко О.Н., судей Иксановой Э.С., Чухманцева М.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Ахметовой А.М.,

при участии:

от ФИО1: ФИО2, удостоверение адвоката; Мехонцев Т.Ю., удостоверение адвоката, доверенность от 07.12.2023;

в режиме веб-конференции посредством использования информационной системы Картотека арбитражных дел:

от ФИО3: ФИО4, паспорт, доверенность от 08.12.2022; конкурсный управляющий ФИО5, паспорт,

иные лица, участвующие в деле в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрел в судебном заседании апелляционные жалобы ФИО1, ФИО3, ФИО6, ФИО7

на определение Арбитражного суда Свердловской области от 26 июня 2025 года об отказе:

- в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО5 об истребовании имущества;

- в удовлетворении жалоб индивидуального предпринимателя ФИО8, ФИО1, ООО «УСМ- Инжиниринг» о признании незаконным бездействия конкурсного управляющего ФИО5;


- в удовлетворении заявления индивидуального предпринимателя ФИО8 о взыскании с конкурсного управляющего ФИО5 убытков,

вынесенное в рамках дела № А60-68021/2022 о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Смартлайн» (ИНН <***>),

третьи лица: арбитражный управляющий ФИО9, ИП ФИО10, Некоммерческое партнерство Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Развитие», Управление Росреестра по Свердловской области, ООО Международная страховая группа,

заинтересованные лица: ФИО3, ФИО11, ФИО7,

установил:

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 30.01.2023 принято к производству заявление ФИО6 о признании ООО «Смартлайн» несостоятельным (банкротом), возбуждено дело о банкротстве.

Определением от 22.05.2023 в отношении ООО «Смартлайн» введена процедура наблюдения; временным управляющим утвержден ФИО5, член некоммерческого партнерства Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Развитие».

Решением арбитражного суда от 18.12.2023 ООО «Смартлайн» (должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура конкурсного производства на шесть месяцев; конкурсным управляющим утвержден ФИО5

21 июля 2023 года в арбитражный суд поступило ходатайство временного (конкурсного) управляющего ФИО5 об истребовании документов, имущества должника, которое было принято судом к рассмотрению.

С учетом заявленных в порядке ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (АПК РФ) уточнений, конкурсный управляющий просил, истребовать у бывших руководителей ООО «Смартлайн» ФИО3, ФИО11, ФИО7 оригиналы документов в отношении ООО «Смартлайн», а также имущество или информацию о местонахождении имущества с указанием конкретного адреса и лица, ответственного за его передачу, согласно приведенным перечням.

В арбитражный суд 27.04.2024 и 03.05.2024 поступили жалобы ФИО1, ООО «УСМ-Инжиниринг» о признании незаконным бездействия конкурсного управляющего ФИО5, в связи с непринятием им мер по охране имущества должника.

По ходатайству ФИО1 обособленные споры по жалобам ООО «УСМ-Инжиниринг» и ФИО1 на действия (бездействия) арбитражного


управляющего, объединены в одно производство для совместного производства.

27 июня 2024 года в арбитражный суд поступило заявление кредитора индивидуального предпринимателя ФИО8 о взыскании с конкурсного управляющего ФИО5 убытков.

Суд определением объединил жалобы ООО «УСМ-Инжиниринг», ФИО1 на действия (бездействие) конкурсного управляющего ФИО5 и заявление ИП ФИО8 о взыскании с конкурсного управляющего ФИО5 убытков в одно производство для совместного рассмотрения.

Определением арбитражного суда от 10.12.2024 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО5 об обязании передать документы и информацию в отношении должника, отказано. Требование об истребовании имущества ООО «Смартлайн» выделено в отдельное производство и назначено к совместному рассмотрению с объединенными обособленными спорами по жалобам ООО «УСМ-Инжиниринг», ФИО1 на действия (бездействие) конкурсного управляющего ФИО5 и заявлению ИП ФИО8 о взыскании с конкурсного управляющего ФИО5 убытков.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 26 июня 2025 года суд в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО5 об истребовании имущества, жалоб индивидуального предпринимателя ФИО8, ФИО1, ООО «УСМ-Инжиниринг» о признании бездействия конкурсного управляющего незаконным, а также заявления индивидуального предпринимателя ФИО8 о взыскании с конкурсного управляющего ФИО5 убытков, отказал.

Возвратил ФИО12 из федерального бюджета государственную пошлину в размере 331 руб., уплаченную по чеку по операции от 04.07.2024.

Не согласившись с вынесенным определением, ФИО1, ФИО6, ФИО3 и ФИО7 обратились с апелляционными жалобами.

ФИО1 в апелляционной жалобе просит отменить определение суда и принять по делу новый судебный акт, которым просит признать незаконными действия (бездействие) конкурсного управляющего ФИО5:

- в виде непредоставления ответов на письменные требования ФИО1 от 04.04.2024, 05.04.2024, 18.04.2024 и ООО «УСМ-Инжиниринг» от 23.04.2024;

- в необеспечении возможности ознакомления кредитора ООО «УСМ- Инжиниринг» с материалами, подлежащими предоставлению участникам собрания кредиторов от 06.05.2024 для ознакомления и (или) утверждения, не менее чем за пять рабочих дней до даты проведения собрания кредиторов;

- в представлении недостоверного и неполного отчета конкурсного управляющего о своей деятельности и о результатах проведения конкурсного


производства, предложенного к рассмотрению на собрании кредиторов от 06.05.2024;

- в необеспечении сохранности имущества ООО «Смартлайн»;

взыскать с ФИО5 в пользу ООО «Смартлайн» убытки в размере 3 704 300 руб. в счет возмещения утраченного имущества;

в мотивировочной части дать оценку доводов об обязанности ФИО11 и ФИО3 обеспечить сохранность имущества на период их руководства.

В обоснование апелляционной жалобы ФИО1 указывает на то, что после прекращения полномочий руководителя общества ФИО7 передала всю документацию должника и информацию о нахождении спорного имущества вновь назначенному руководителю ФИО11; факт сообщения состава, количества и места нахождения имущества порождает у нового директора обязанность по инвентаризации данного имущества, обеспечении сохранности и предъявления требования к предыдущему директору при каких-либо расхождениях, замечаниях и пр., чего ФИО11 сделано не было; поскольку на март-июнь 2023 года спорное имущество как было, так и продолжало находиться в целости и сохранности по адресу <...>, о чем достоверно на тот период знали ФИО13, ФИО3, ФИО5, то вообще не имеет юридического значения факт физической передачи из рук в руки крупногабаритного оборудования от ФИО7 к ФИО11; с 30.06.2022 в отношении спорного имущества имелись судебные споры, по которым ФИО11 высказывала процессуальную позицию как директор ООО «Смартлайн» (отзыв от августа 2022 года по иску к Службе судебных приставов, поддерживала исковые требования по делу № А60-36962/2022), то есть была в курсе относительно данного имущества; более того, поскольку договор аренды с ИП ФИО10 ФИО11 как директором ООО «Смартлайн» расторгнут не был до июня 2023 года, значит, ФИО11 продолжала размещать спорное имущество по адресу аренды земельного участка. Также апеллянт отмечает, что в соответствии положениями Закона о бухгалтерском учете ФИО11 и ФИО3 как руководители ООО «Смартлайн» обязаны были совершить действия по инвентаризации (обнаружении и установлении) имущества организации, даже если им физически в силу габаритности никто такое имущество не передавал, то есть с учетом имеющихся у них сведений, должны были выехать по адресу размещения имущества (на арендованный участок), а в случае недопуска к арендованному участку и размещенному на нем имуществу – направить требование ФИО10 об устранении препятствий в пользовании и (или) исполнении договора аренды; соответственно, выводы о том, что если имущество физически не передавалось новому директору, но ему было известно где оно и что из себя представляет на основании переданных бывшим директором документов, что подтверждается вступившим в силу судебным


актом (дело № А60-36962/2022), то никакой ответственности у нового директора нет – порочны и направлены на незаконное освобождение от ответственности. Также апеллянт указывает на то, что после обращения ФИО11 с заявлением об увольнении от 20.11.2022 (запись о недостоверности сведений о директоре внесена лишь 05.04.2023), ФИО3 было приобретено 100% доли ООО «Смартлайн» на торгах в августе 2022 года; в ходе рассмотрения дела № А60-36962/2022 25.01.2023 ФИО14, являясь представителем ООО «Смартлайн» по доверенности от 24.01.2023, выданной директором ФИО3, изменял предмет иска, в последующем в представленных возражениях занимал активную процессуальную позицию, при этом 25.01.2023 кредитор ФИО6 в рамках дела № А60-36962/2022 также указывал, что руководителем должника следует считать именно ФИО3, а факт отсутствия сведений о директоре в ЕГРЮЛ не может влиять на факт назначения нового руководителя должника; определением от 10.02.2023 по делу № А60-36962/2022 на ООО «Смартлайн» была возложена обязанность обеспечить доступ к спорному имуществу, во исполнение которой ФИО3 сам лично, как участник и директор ООО «Смартлайн», не только обеспечил такой доступ, но и участвовал от имени ООО «Смартлайн» при осмотре спорного имущества в рамках проведения судебной экспертизы указанному делу в марте-апреле 2023 года; 20.11.2023 ФИО3 (до введения конкурса по настоящему делу) в рамках настоящего дела представил отзыв от имени ООО «Смартлайн» все с той же доверенностью от 24.01.2023, указывая, что в распоряжении должника находятся активы – металлолом, суммой 3 млн. руб., из которого очевидно следует, что речь идет о спорном имуществе, которое являлось также предметом спора по делу № А60-36962/2022, соответственно, ФИО3 уже как внесенный в ЕГРЮЛ директор, подтвердил наличие истребуемого временным и конкурсным управляющим имущества. Из указанного следует, что ФИО3 активно действовал от имени ООО «Смартлайн» в период с декабря 2022 года по 18.12.2023 в качестве его единственного участника и директора, контролировал его и обязан был контролировать спорное имущество, на что его волеизъявление было направлено согласно активному участию в споре по делу № А60-36962/2022 от имени ООО «Смартлайн», по которому предметом выступало спорное имущество; соответственно, поскольку ФИО3 был директором общества и располагал полной информацией о спорном имуществе, лично обеспечивал допуск к нему в марте-апреле 2023 года, то обязан был обеспечить его сохранность, несмотря на то, что имущество ему физически от предыдущего руководителя не передавалось. Указанное, по мнению апеллянта, очевидно свидетельствует о том, что ФИО3 и ФИО11 допустили недобросовестное исполнение обязанностей директора, при этом кто из директоров и в какой момент должен был принять меры по охране имущества и передать его конкурсному управляющему, судом не установлено. В отношении непринятия управляющим ФИО5 мер


по обеспечению сохранности спорного имущества апеллянт указывает на то, что последний не только являлся конкурсным, но и временным управляющим должника, принимал участие при рассмотрении дела № А60-36962/2022, при рассмотрении которого посредством проведения судебной экспертизы был установлен полный состав и местонахождение спорного имущества по состоянию на март-апрель 2023 года, что также установлено определением от 26.06.2025; несмотря на предъявление 31.05.2023 ИП ФИО10 требований об освобождении арендуемого должником участка к фактическому руководителю должника ФИО3, директору по выписке из ЕГРЮЛ ФИО11 и временному управляющему ФИО15, последний поинтересовался судьбой спорного имущества только 28.12.2023; 31.01.2024 ФИО10 сообщил ФИО5 в ответ на его требование от 28.12.2023 о месте, куда было им вывезено имущество в целях освобождения собственного участка; ФИО5 решил выехать по известному ему с 31.01.2024 адресу места нахождения спорного имущества только в апреле 2024 года; ФИО1 были направлены 04.04.2024 и 05.04.2024 ФИО5 письменные требования о принятии мер по охране имущества должника, однако ФИО5 ответа на требования не дал; 12.04.2024 ФИО5 с участием ФИО1, ООО «УСМ-Инжиниринг» (кредитор) и ФИО16 (привлеченный специалист в целях идентификации имущества должника) в результате проведенного осмотра установили, что спорное имущество должника находится на земельном участке с кадастровым № 66:41:0507079:4 (т.е. совершили акт инвентаризации), ФИО16 подготовил письменное заключение специалиста от 08.05.2024 по вопросам идентификации имущества в связи с чем оснований дожидаться, пока это имущество будет передано ФИО5 каким-либо из бывших руководителей должника не было, он обязан был принять меры по его охране; более того, при таких обстоятельствах, наличие спора в суде не могло влечь за собой снятие с ФИО5 ответственности за судьбу спорного имущества, учитывая, что земельный участок 66:41:0507079:4 был не огорожен, представлял собой пустырь вход на который никем не контролировался, что свидетельствовало о наличии очевидного риска утраты имущества в случае непринятие необходимых мер по обеспечению его сохранности, о чем неоднократно заявлялось управляющему ФИО5 как ФИО1, так и кредитором ООО «УСМ- Инжиниринг», вместе с тем такие меры конкурсным управляющим ФИО5 приняты не были, а 06.05.2024 на общем собрании кредиторов ФИО5 отказался от сообщения кредиторам сведений относительно спорного имущества должника, ответ на запрос кредитора ИП ФИО8 от 07.05.2024 о предоставлении информации о судьбе имущества ООО «Смартлайн» не дал. Также апеллянт полагает, что утрата части имущества в период с 12.04.2024 по 18.10.2024 связана именно с непринятием ФИО5 по обеспечении его сохранности, невзирая на многочисленные требования кредиторов, что свидетельствует о наличии его вины в этом и обращение в


полицию после такой утраты никак не исключает его вину; обращает внимание, что само заявление в полицию было подано через длительный период времени с момента утраты имущества и сделано было исключительно в целях минимизации рисков предъявления кредиторами претензий к управляющему; 18.10.2024 ФИО5 вывез имущество должника на собственный земельный участок, 10.02.2025 участники настоящего спора во исполнение требования суда произвели осмотр имущества должника, по результатам которого было выявлено следующее имущество: печь для термообработки отливок» (1 шт.), комплект (станок + 22 изложницы)» (в количестве 1,5 комплекта, то есть 2 станины и 1 поворотная рама, без изложниц), контейнер (2 шт.), итого утрачено имущество стоимостью 3 704 300 руб. По мнению апеллянта, фактический вывоз ФИО5 имущества должника 18.10.2024 и размещение его на своем участке свидетельствует о наличии технической возможности вывоза имущества и места для его хранения с достаточным уровнем безопасности; доводы ФИО5 о систематических выездах и осмотре имущества ничем не подтверждены, более того в любом случае такие выезды не могут быть приравнены к мерам по охране имущества; версия ФИО5 о находке появилась уже после подачи жалоб относительно утраты имущества, кроме того, ФИО5 не смог подтвердить фактическую дату направления заявления о находке в Администрацию Чкаловского района г. Екатеринбурга, учитывая нормативные сроки пересылки почтовых отправлений, заявление о находке было направлено ФИО5 в начале июня 2024 года, то есть уже после утраты имущества и подачи жалоб кредиторами; в любом случае, имущество должника в рамках осмотра от 12.04.2024 невозможно было квалифицировать в качестве находки бесхозяиного имущества, поскольку в данном случае было установлено (обнаружено) имущество именно должника; в силу положений ст. 129 Закона о банкротстве, ст. 11 Закона «О бухгалтерском учете», п.п. 3,4 Федерального стандарта бухгалтерского учета ФСБУ 28/2023 «Инвентаризация», утвержденного Приказом Минфина России от 13.01.2023 № 4н, обязанность конкурсного управляющего по обеспечению сохранности имущества должника наступает не только с момента передачи ему такого имущества бывшими руководителями, но и с момента установления фактического наличия имущества, в том числе в рамках инвентаризации. Считает доводы ФИО5 о нецелесообразности финансирования охраны спорного имущества не состоятельными; вопрос о финансировании обеспечения сохранности имущества должника на собрание кредиторов не выносился; в любом случае согласно заключению оценщика от 17.06.2024 стоимость спорного имущества составила 3,7 млн. руб., стоимость услуг за хранение согласен ответам ЧОП, представленным ФИО5, составила от 136 800 руб. до 180 000 руб., учитывая необходимое время для реализации имущества должника (инвентаризация (2 мес.), оценка (1 мес.), предложение (2 мес.) и реализация) – 6 месяцев, следовательно, расходы на охрану ЧОП составили бы от 820 800 руб. до 1 080 000 руб., соответственно, конкурсная


масса получила бы от 2 690 500 руб. до 2 949 700 руб. с учетом расходов на охрану имущества; таким образом, чрезмерность расходов на охрану имущества непосредственно ЧОП не подтверждена. Также апеллянт приводит обстоятельства в части несогласия с выводами суда об отсутствия оснований для признания незаконными действий (бездействий) управляющего ФИО5 по необеспечение возможности своевременного ознакомления с материалами собрания кредиторов, предоставлении недостоверного отчета.

Принимая во внимание участие ФИО1 в настоящем споре при рассмотрении его судом первой инстанции, а также предъявление к нему требований о привлечении к субсидиарной ответственности, суд апелляционной инстанции не усмотрел оснований для прекращения производства по апелляционной жалобе ФИО1 и перешел к ее рассмотрению по существу.

Кредитор ФИО6 и ФИО3 в своей апелляционной жалобе просят исключить из текста определения следующие абзацы, содержащиеся на странице 12 определения:

«Приведенный довод судом не принимается, поскольку, как установлено судом, в ходе исполнительного производства ФИО6 отказался от части имущества.

При рассмотрении вопроса о переходе в процедуру конкурсного производства в ходе рассмотрения настоящего дела о банкротстве, рассматривался вопрос о финансировании процедуры, достаточности имущества для погашения расходов на процедуру банкротства.

Лица, участвующие в деле, подтвердили, что имущество, которое может быть обнаружено в ходе мероприятий по делу о банкротстве, будет в силу положений закона составлять конкурсную массу должника. При этом ФИО6 выражал несогласие с предположением лиц, участвующих в деле, о том, что обнаруженное на земельном участке по ул. Адмирала ФИО17 является имуществом, которое может принадлежать ему как приобретателю на торгах.

Таким образом, оснований согласиться с доводами ФИО6 о принадлежности имущества ему как физическому лицу в условиях проведения мероприятия в рамках дела о банкротстве ООО «Смартлайн», при наличии иных кредиторов должника, суд не усматривает».

В обоснование апелляционной жалобы апеллянты указывают на согласие с вынесенным определением по существу рассматриваемых требований, считают его законным и обоснованным, при этом выражают несогласие с мотивировочной частью, изложенной на стр. 12 определения в отношении ФИО6, ссылаясь на то, что является собственником имущества должника, которое он приобрел на торгах еще в период 2018 года; заключенный договор со стороны ФИО6 добросовестно исполнен, полная стоимость имущества перечислена должнику; в ходе всего исполнительного производства ФИО6 указывал на несоответствие того имущества которое ему пытались передать с тем имуществом, которое он


фактически покупал на торгах по продаже имущества должника. Также апеллянты отмечают, что спор о соответствии имущества, которое должник в лице ФИО1 и ФИО7 предлагали к передаче ФИО6 рассматривался в рамах дела № А60-36962/2022, которое было инициировано самой ФИО7 как руководителем должника, при этом из заявления ФИО7 следовало, что она сама не понимает, соответствует ли имеющееся у должника имущество тому оборудованию, которое было приобретено ФИО6; в рамках указанного дела была проведена судебная экспертиза, по результатам которой были сделаны выводы о соответствии имущества представленного к осмотру должником с тем имуществом, которое было приобретено ФИО6 Вместе с тем, судебные акты суда первой и апелляционной инстанций по указанному делу вступили в законную силу в декабре 2023 года (постановления апелляционного суда от 07.12.2023), окончательно спор был решен вынесением определения Верховного Суда РФ от 26.07.2024, при этом процедура банкротства должника была введена определением от 22.05.2023, решение о банкротстве должника принято 18.12.2023, соответственно в этот период времени спор о соответствии/несоответствии имущества еще рассматривался, сам ФИО6 исходил из того, что имущество составлявшее предмет экспертизы является металлоломом, а не тем оборудованием, которое было приобретено им на торгах; эту позицию ФИО6 занимал в деле № А60-36962/2022 и последовательно придерживался в настоящем деле о банкротстве. На дату вынесения Верховным Судом РФ определения арбитражном суде в рамках настоящего дела уже рассматривались жалобы ФИО1 и ООО «УСМ- Инжиниринг» на бездействие конкурсного управляющего и заявление ИП ФИО8 о взыскании с конкурсного управляющего убытков; после завершения судебных споров по делу № А60-36962/2022, ФИО6 при дальнейшем рассмотрении споров в настоящем деле исходил из того, что судебными актами по делу № А60-36962/2022 установлено тождество имущества и из того, что это имущество было предметом сделки по приобретению оборудования у должника кредитором ФИО6 еще в 2018 году, соответственно, данное имущество является собственностью кредитора ФИО6 с 2018 года; указание судом на то, что ФИО6 отказался от принятия имущества в рамках исполнительного производства еще в период 2019 года не соответствует действительности; спорное имущество – производственное оборудование, пусть даже в состоянии металлолома, не принадлежит должнику, а является собственностью ФИО6 Ссылается на то, что поскольку общество не передавало оборудование, был рассмотрен спор в Чкаловском районном суде г. Екатеринбурга об обязании передать имущество, суд пришел к выводу, что все оборудование принадлежит ФИО6 еще с мая 2018 года; с момента приобретения имущества ФИО6 в мае 2018 года, никто не ставил под сомнение реальность сделки, сделку не оспаривал, недействительной не признавал, равно никто не


обращался в суды с заявлениями об экстраординарном оспаривании судебных актов; поскольку имущество не принадлежит должнику, то оно не может входить в состав конкурсной массы должника.

ФИО7 в своей апелляционной жалобе просит изменить определение от 26.06.2025 в части:

- изложить абз. 5 на стр. 7 определения в следующей редакции:

«Относительно требования об истребовании имущества у ФИО7, суд исходит из того, что после назначения ФИО7 на должность директора ООО «Смартлайн» она передала имеющиеся у нее документы должника (в т.ч. полученные от прежнего конкурсного управляющего, утвержденного в рамках дела о банкротстве № А60-59337/2016), ФИО11 В числе переданных документов были документы, свидетельствующие о месте нахождения истребуемого имущества на арендованном ООО «Смартлайн» у ФИО10 земельном участке, расположенном по адресу: <...>.»;

- изложить абз. 7 на стр. 7 определения в следующей редакции:

«Таким образом, с учетом передачи документов должника от ФИО7 ФИО11 по акту от 30.09.2022, что не оспаривается лицами, участвующими в деле, наличия сведений у последующих руководителей ООО «Смартлайн» ФИО11 и ФИО3 о фактическом месте нахождения имущества, фактическом контроле имущества должника, оснований для удовлетворения требований об истребовании имущества у ФИО7 суд не находит.»;

- изложить абз. 3 на стр. 8 определения в следующей редакции:

«В связи с отсутствием истребуемого имущества у ФИО11, оснований для удовлетворения требований конкурсного управляющего к ФИО11 передать имущество суд не усматривает.» - либо исключить данный абзац;

- изложить абз. 5 на стр. 11 определения в следующей редакции:

«В связи с неисполнением обязанности со стороны ФИО11 и ФИО3 о передаче имущества конкурсному управляющему, он осуществлял периодический осмотр имущества.» - либо исключить данный абзац.

В обоснование апелляционной жалобы ФИО7 указывает на то, что мотивировочная часть определения содержит противоречивые либо не согласующиеся друг с другом выводы, в связи с чем из-за двусмысленности оспариваемое определение может быть истолковано заинтересованными лицами как основание для предъявления претензий к ФИО7 по спорному имуществу и повлечь череду многолетних судебных споров; по мнению апеллянта, суд рассматривая требования к бывшим директорам должника, оставил без оценки многочисленные доводы как ФИО7, так и ФИО1, уклонился от оценки обстоятельств и доказательств, в связи с чем


фактические обстоятельства по делу им оставлены без внимания, а выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам по делу. Приводит обстоятельства того, что после назначения ее на должность директора должника ею были получены от предыдущего руководителя (конкурсного управляющего) ФИО9 документы по акту от 17.12.2021, какое-либо имущество общества ФИО9 ФИО7 не передавала; ФИО7 самостоятельно было установлено наличие у ООО «УСМ- Инжиниринг» на хранении по договору от 01.04.2017 металлургической продукции и оборудования ООО «Смартлайн» (спорное оборудование), в связи с расторжением договора хранения имущество общества было передано ФИО7 07.12.2021 согласно перечню; в отсутствие собственных площадок спорное имущество было размещено на арендованном у ИП ФИО10 земельном участке. Также апеллянт отмечает, что в связи с прекращением полномочий ФИО7 документация, информация о составе и местонахождении спорного имущества были переданы вновь назначенному директору должника ФИО11 по акту от 30.09.2022; на момент прекращения полномочий ФИО7 спорное имущество находилось на арендованном земельном участке, что также подтверждается обстоятельствами, установленными решением арбитражного суда от 09.08.2023 по делу № А60-36962/2022, физически передать крупногабаритное и тяжелое имущество было невозможно; ФИО11 прекрасно знала о месте нахождения имущества, идентифицированного судебным экспертом количественно и качественно в рамках дела № А60-36962/2022, так как именно ФИО11 предоставляла по делу процессуальные документы от имени ООО «Смартлайн» как директор; ФИО11, действуя добросовестно и разумно, должна была выехать на арендуемый земельный участок и провести его инвентаризацию. Также апеллянт ссылается, что ФИО3 сам лично принимал участие в осмотре спорного имущества в апреле 2023 года в рамках судебной экспертизы, проводимой по делу № А60-36962/2022, соответственно, по состоянию на апрель 2023 года ФИО3 знал о месте нахождения спорного имущества; в абз. 7 определения суд указывает, что представители ФИО1, полагали, что ФИО3 как фактическому руководителю ООО «Смартлайн» могло быть известно о месте нахождения имущества, однако оценку данному предположению не дает, несмотря на его очевидность, и соответствующего вывода не делает. Считает, что ФИО11 достоверно зная о составе и месте нахождении имущества общества обязана была обеспечить его сохранность; поскольку ФИО3 находился на выше указанном участке 30.03.2023 и 05.04.2023, обеспечивал доступ к участку и спорному имуществу в целях осмотра и проведения судебной экспертизы в рамках дела № А60-36962/2022, следует вывод о том, что он фактически владел и пользовался арендованным участком и размещенным на нем имуществом ООО «Смартлайн» в 2023 году; ИП ФИО10 в мае 2023 года обращался к фактическому руководителю ООО «Смартлайн» ФИО3,


директору по выписке из ЕГРЮЛ ФИО11 и к управляющему ФИО15 с требованием об освобождении арендуемого участка от спорного имущества ООО «Смартлайн», соответственно указанным лицам было достоверно известно место нахождение спорного имущества ООО «Смартлайн», более того, данные лица (в частности, ФИО3) фактически управляли деятельностью ООО «Смартлайн», занимали активную процессуальную позицию, связанную с истребуемым имуществом, владели (контролировали) имуществом (обеспечивали доступ на земельный участок, где ранее было расположено такое имущество); ФИО5 было известно место нахождения имущества ООО «Смартлайн» не позднее 31.01.2024, 12.04.2024 им осмотрено спорное имущество, которое было утрачено после 12.04.2024. по мнению апеллянта является абсурдным вывод суда о том, что в связи с неисполнением обязанности со стороны бывших директоров о передаче имущества конкурсному управляющему, поскольку он осуществлял периодический осмотр имущества; если управляющий установил, осмотрел спорное имущество с участием специалиста, то какая именно передача в таком случае требовалась не ясно, а если принимать во внимание вывод, указанный в абз. 3 стр. 8 определения, то указанную обязанность (передать) заинтересованные лица могут применить к ФИО7, что абсурдно, так как ФИО11 и ФИО3 достоверно знали о данном имущества, фактически им владели, и оно имелось в наличии, целости и сохранности как минимум на апрель 2023 года, то есть спустя почти год после прекращения полномочий ФИО7

ФИО1 в представленном письменном отзыве против удовлетворения апелляционной жалобы ФИО3 и ФИО6 возражает; доводы, приведенные в апелляционной жалобе ФИО7, полагает заслуживающими внимание.

Конкурсный управляющий ФИО5 в представленном отзыве против удовлетворения апелляционной жалобы ФИО1 возражал, ссылаясь на законность и обоснованность обжалуемого определения; полагает, что в рассматриваемой ситуации совершенные им действия являются законными и обоснованными.

Участвующие в судебном заседании представители ФИО1, ФИО3 и конкурсный управляющий ФИО5 свои доводы и возражения поддержали соответственно.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные о месте и времени судебного заседания надлежащим образом, явку своих представителей в суд апелляционной инстанции не обеспечили, что в силу положений ст. 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (АПК РФ) не препятствует рассмотрению апелляционной жалобы в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.


Исследовав имеющиеся в деле доказательства в порядке ст. 71 АПК РФ, оценив доводы апелляционных жалоб и возражений на них, проанализировав нормы материального и процессуального права, выслушав пояснения лиц, участвующих в процессе, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены обжалуемого определения в связи со следующим.

В соответствии со ст. 129 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве) (Закон о банкротстве, Закон) с даты утверждения конкурсного управляющего до даты прекращения производства по делу о банкротстве, или заключения мирового соглашения, или отстранения конкурсного управляющего он осуществляет полномочия руководителя должника и иных органов управления должника, а также собственника имущества должника – унитарного предприятия в пределах, в порядке и на условиях, которые установлены федеральным законом.

Статьей 126 Закона о банкротстве предусмотрены последствия открытия конкурсного производства. В частности п. 2 ст. 126 Закона предусмотрено, что с даты принятия арбитражным судом решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства прекращаются полномочия руководителя должника, иных органов управления должника и собственника имущества должника – унитарного предприятия (за исключением полномочий общего собрания участников должника, собственника имущества должника принимать решения о заключении соглашений об условиях предоставления денежных средств третьим лицом или третьими лицами для исполнения обязательств должника). При этом руководитель должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязан обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Арбитражным управляющим должника ФИО5 направлены запросы бывшим руководителям должника о передаче документов по финансово-хозяйственной деятельности общества-должника и его имущества.

В удовлетворении заявления арбитражного управляющего ООО «Смартлайн» ФИО5 об обязании передать документы и информацию в отношении должника отказано определением суда от 10.12.2024; требование о передаче имущества выделено в самостоятельное производство.

22 января 2024 года в адрес конкурсного управляющего поступило уведомление ФИО7 о готовности передать имущество должника (вставки экзотремические); передача имевшегося в распоряжении ФИО7 имущества состоялась 07.02.2024; в отношении отливки корпуса ФИО7 даны пояснения об их реализации.

Указанные обстоятельства явились основанием для уточнения требования, в которых конкурсный управляющий просил истребовать у бывших руководителей ООО «Смартлайн» ФИО3, ФИО11, ФИО7 следующее имущество или информацию о его местонахождении с указанием


конкретного адреса и лица, ответственного за его передачу: 1 Печь для термообработки отливок 2 Каток бегуна 3 Барабан 4 Шкив 4404.3.53.002 5 Шкив 181 6 Изложница под слиток ФНХ 7 Комплект (станок+22 изложницы) 8 Отливка кокиль малый 9 Труба сталь 10 Изложница под ферротитан 11 Корпус редуктора (СЧ-20) 12 Втулка (УСМ) 13 Колесо поддерживающее; 35ХН2МЛ; ч.11077.28.91 14 Отливка кокиль 15 Шкив 60060.50.041 16 Контейнер 17 Плита футеровочная 18 Емкость для закалки 19 Обойма зубчатая ПП.33-1-1 20 Плита распорная 21 Траверса 66079.89.008 22 Корпус 34 НБТ 02.01.101 23 Шкив (УС-0912.04.003)

Рассматривая заявление об истребовании имущества у бывших

руководителей должника, суд первой инстанции правомерно исходил из того,

что согласно ст. 65 АПК РФ, бремя опровержения доводов конкурсного

управляющего переходит на бывшего руководителя должника, который имеет

для этого объективные возможности, исходя из особенностей рассматриваемых

правоотношений.

Поскольку в силу положений ст. 15, 16 АПК РФ судебный акт

арбитражного суда должен быть исполнимым, основанием для отказа в

удовлетворении такого ходатайства может служить факт передачи документов

и материальных ценностей, а также установление объективной невозможности

исполнения обязанным лицом обязанности по передаче

документации/имущества.

При отсутствии имущества должника у лица, к которому заявлено об

итребовании, возникает объективная невозможность исполнения обязанности

по их передаче арбитражному управляющему, что в свою очередь, исключает

возможность удовлетворения судом требования об исполнении им в натуре

обязанности, предусмотренной абзацем вторым п. 2 ст. 126 Закона о

банкротстве (абзац первый п. 23 постановления Пленума Верховного Суда

Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых


положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств»).

Как установлено судом, ранее в отношении должника рассматривалось дело о банкротстве № А60-59337/2016, в рамках которого решением от 08.02.2017 ООО «Смартлайн» было признано банкротом, введена процедура конкурсного производства; конкурсным управляющим назначена ФИО18

В последующем производство по делу № А60-59337/2016 было прекращено определением от 12.08.2021; на момент прекращения производства по указанному делу конкурсным управляющим должника являлась ФИО9

После прекращения производства по делу о банкротстве на рассмотрении арбитражного суда находилось дело № А60-36962/2022 по иску ООО «Смартлайн» о взыскании с ООО «УСМ-Инжиниринг» 30 043 748,83 руб. стоимости переданного на хранение и утраченного имущества, по встречному иску, заявленному к ООО «Смартлайн» о взыскании с общества долга по договору хранения.

В рамках указанного дела судами установлено, что между ООО «Смартлайн» (поклажедатель) в лице конкурсного управляющего и ООО «УСМ-Инжиниринг» (хранитель) 01.04.2017 был заключен договор хранения следующего имущества: печь для термообработки отливок – 2 шт.; каток бегуна – 1 шт.; барабан 1086.69.75 – 1 шт.; шкив 4404.3.53.002 – 1 шт.; шкив 181 – 1 шт.; изложница под слиток ФНХ – 1 шт.; комплект (станок + 22 изложницы) – 2 шт.; отливка кокиль малый – 1 шт.; труба – 1 шт.; изложница под ферротитан – 2 шт.; корпус редуктора (СЧ-20) – 1 шт.; втулка (УСМ) – 1 шт.; колесо поддерживающее 35ХН2МЛ, ч.11077.28.91 – 35 шт.; отливка кокиль – 4 шт.; шкив 60060.50.041 – 1 шт.; контейнер – 22 шт.; груз 2 тн. – 1 шт.; груз 250 кг. – 3 шт.; плита футеровочная – 5 шт.; емкость для закалки – 1 шт.; обойма зубчатая ПП.З3-1-1 – 1 шт.; плита распорная – 1 шт.; траверса 66079.89.008 – 2 шт.; корпус 34 НБТ 02.01.101 – 2 шт.; шкив (УС-0912.04.003) – 1 шт.

Согласно п. 1.2 договора хранение имущества должника осуществлялось хранителем в охраняемом помещении по местонахождению должника, а именно адресу: <...>.

Собранием кредиторов ООО «Смартлайн» от 15.08.2017 утверждено положение о порядке, сроках и об условиях продажи имущества и прав требования дебиторской задолженности должника.

В соответствии с указанным положением автопогрузчик TOYOTA 62- 8FD30; станок для намотки эл.провода; станок для снятия изоляции с эл.кабеля; печь для термообработки отливок 2 шт.; каток бегуна 1 шт.; барабан 1086.69.75 1 шт.; шкив 4404.3.53.002 1 шт.; шкив 181 1 шт.; изложница под слиток ФНХ 1 шт.; комплект (станок + 22 изложницы) 2 шт.; отливка кокиль малый 1 шт.; труба сталь 3 л 1 шт.; изложница под ферротитан 2 шт.; корпус редуктора (СЧ20) 1 шт.; втулка (УСМ) 1 шт.; колесо поддерживающее 35ХН2МЛ, ч.


11077.28.91 35 шт.; отливка кокиль 4 шт.4 шкив 60060.50.041 1 шт. 4 контейнер 22 шт.4; груз 2 т 1 шт.; груз 250 кг 3 шт.; плита футеровочная 5 шт. 4 емкость для закалки 1 шт.; обойма зубчатая ПП.33-1-1 1 шт.; плита распорная 1 шт. 4; траверса 66079.89.008 2 шт.; корпус 34 НБТ 02.01.101 2 шт.; шкив (УС0912.04.003) 1 шт. подлежали реализации единым лотом.

По итогам торгов в форме публичного предложения победителем торгов признан ФИО6, предложивший цену в размере 872 222 руб., с победителем торгов 16.05.2018 заключен договор купли-продажи.

Конкурсный управляющий ФИО18 в письме от 04.06.2018 уведомила ФИО6 о невозможности передачи имущества, указав, что часть имущества (печи для термообработок отливок – 2 шт.) утрачена хранителем, контейнеры и емкости для закалки – частично утрачены, автопогрузчик TOYOTA 62-8FD30 находится в разобранном состоянии, предложила возвратить уплаченные по договору денежные средства в сумме 872 222 руб.

Впоследствии указанные действия ФИО18 объяснила тем, что в 2018 году ей не удалось обнаружить спорное имущество на значительной по площади территории производственной площадки.

ФИО6 отказался от расторжения договора от 16.05.2018 и обратился в суд с исковым заявлением об обязании общества «Смартлайн» исполнить договор купли-продажи от 16.05.2018 и передать товар.

Заявленные ФИО6 требования удовлетворены решением Чкаловского районного суда г. Екатеринбурга от 22.10.2018 по делу № 2- 4187/2018, оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда от 05.03.2019 по делу № 33-3722/2019. Судом в ходе рассмотрения указанного спора установлено наличие всего имущества, являющегося предметом договора купли-продажи от 16.05.2018.

В 2019 году для принудительного исполнения решения Чкаловского районного суда г. Екатеринбурга по делу № 2-4187/2018 было возбуждено исполнительное производство, в рамках которого ФИО6 за период с 2019 года по 2023 год забрал часть имущества, отказавшись от приемки остальной части, что явилось основанием для обращения ФИО6 в Чкаловский районный суд г. Екатеринбурга с заявлением об изменении способа исполнения решения по делу № 2-4187/2018, в котором просил заменить обязание общества «Смартлайн» передать имущество на взыскание его стоимости в размере 26 946 169,84 руб.

Определением Чкаловского районного суда г. Екатеринбурга от 21.04.2022, оставленным апелляционным определением Свердловского областного суда от 04.10.2022 без изменения, в удовлетворении указанного заявления было отказано ввиду отсутствия оснований полагать имущество утраченным.

В соответствии с заключенным между обществом «Смартлайн» и обществом «УСМ-Инжиниринг» соглашением от 07.12.2021 о расторжении


договора хранения от 01.04.2017, имущество стоимостью 286 730 руб. утрачено, остальное имущество возвращено обществу «Смартлайн», за исключением переданного ФИО6 в рамках исполнения решения по делу № 2-4187/2018.

Возвращенное имущество было размещено на площадке по адресу: <...>, арендованной по договору от 08.11.2021 с индивидуальным предпринимателем ФИО10

Указанные обстоятельства явились основанием для обращения конкурсного управляющего с рассматриваемым заявлением об истребовании у бывших руководителей имущества ООО «Смартлайн», которое было размещено на участке ИП ФИО10 после передачи обществу.

В отношении требования об истребовании имущества у ФИО7, суд первой инстанции установил, что после назначения ФИО7 на должность директора ООО «Смартлайн» она передала имеющиеся у нее документы должника (в том числе полученные от прежнего конкурсного управляющего, утвержденного в рамках дела о банкротстве № А60-59337/2016), ФИО11 (абз. 5 стр. 7 определения).

Впоследствии, в ходе рассмотрения настоящего обособленного спора, 07.02.2024 ФИО7 передала конкурсному управляющему ФИО5 обнаруженное у нее имущество (вставки экзотремические), дала пояснения с приложением документов относительно реализации части имущества.

С учетом передачи документов должника от ФИО7 ФИО11 по акту от 30.09.2022, что не оспаривается лицами, участвующими в деле, отсутствием сведений о возможности нахождения у ФИО7 иного имущества должника, суд не усмотрел оснований для удовлетворения требований конкурсного управляющего об истребовании у ФИО7 имущества должника (абз. 7 стр. 7 определения).

В отношении требования об истребовании имущества, заявленного к ФИО11, суд исходи из того, что ФИО11 в направленных документах, а также при участии в судебных заседаниях последовательно поясняла, что ранее бывшим директором ООО «Смартлайн» ФИО7 была передана документация должника, в том числе полученная от конкурсного управляющего, имущество при этом не передавалось.

Как поясняла ФИО11 в отзывах и пояснениях, информацией о наличии имущества общества, его местонахождении не располагает.

После назначения ФИО3 на должность директора ООО «Смартлайн» ФИО11 предпринимала меры к передаче имевшейся документации, при этом передача документов не состоялась, в связи с чем документы с ходатайством, а также печать ООО «Смартлайн» и флеш- накопитель были переданы бывшим директором ООО «Смартлайн» - ФИО11 в Арбитражный суд Свердловской области. Данные обстоятельства подтверждаются материалами дела.


Учитывая, что доказательств передачи ФИО11 имущества со стороны бывшего руководителя ФИО7 материалы дела не содержат, суд первой инстанции не усмотрел оснований для удовлетворения требований управляющего и в части обязания ФИО11 передать имущество должника (абз. 3 стр. 8 определения).

При рассмотрении требований, предъявленных к ФИО3 (бывший руководитель и учредитель ООО «Смартлайн») судом установлено следующее.

Согласно пояснениям ФИО3, с августа 2023 года по состоянию на январь 2024 года ФИО3 от имени должника сделки не заключал, банковскими счетами не распоряжался, отчетность не сдавал, печать организации не изготавливал.

Стороной ФИО1 приведены доводы о том, что в ходе рассмотрения дела № А60-36962/2022 интересы ООО «Смартлайн» (производство дела о банкротстве № А60-59337/2016 было прекращено) представлял ФИО14, который действовал и осуществлял процессуальные права по доверенности, выданной ФИО3 Представители ФИО1 полагали, что ФИО3 как фактическому руководителю ООО «Смартлайн» могло быть известно о месте нахождения спорного имущества.

Как было указано ранее, ООО «Смартлайн» на праве аренды по договору между ООО «Смартлайн» и ИП ФИО10 от 08.11.2021 владело частью земельного участка, расположенного по адресу: <...>.

Возвращенное ООО «УСМ-Инжиниринг» обществу «Смартлайн» имущество было размещено на площадке по указанному адресу до 31.05.2023

ИП ФИО10, привлеченный к участию в деле в качестве третьего лица, в объяснениях от 04.09.2024 пояснил, что договор аренды открытых площадей, заключенный между ним как арендодателем и ООО «Смартлайн» от 08.11.2021 был расторгнут, акт о возврате земельного участка от 07.06.2023 составлен в одностороннем порядке без участия представителя ООО «Смартлайн»; участок освобожден от имущества арендодателем самостоятельно, по акту руководителю общества «Смартлайн» не передавалось.

ИП ФИО10 пояснил, что имущество арендатора было вывезено на земельный участок по адресу: <...> – по юридическому адресу общества-должника.

Также из ответа Администрации от 10.06.2024 судом установлено, что земельный участок, на который было вывезено имущество, ранее было передано в пользование МУП «Водоканал»; постановлением Администрации г. Екатеринбурга от 30.03.2016 № 654 право постоянного (бессрочного) пользования МУП «Водоканал» земельным участком прекращено.

МУП «Водоканал» в ответе от 09.07.2024 указало, что с 2016 года общество не использует данный земельный участок; после 12.04.2024


имущество не вывозило и на земельном участке не размещало; сведениями об обстоятельствах вывоза, причинах вывоза, текущем месте нахождения имущества ООО «Смартлайн», точном адресе и контактных данных для организации передачи имущества не располагает.

С учетом приведенных выше обстоятельств, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии истребуемого имущества должника в непосредственном распоряжении ФИО3

Принимая во внимание, что доводы конкурсного управляющего, положенные в обоснование своих требований о передаче имущества должника, не свидетельствуют о фактическом нахождении спорного имущества у бывших руководителей должника ФИО7, ФИО11 и ФИО3, доказательств того, что последние удерживают (скрывают) спорное имущество материалы дела не содержат, суд первой инстанции отказал в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО5

С учетом установленных и нет опровергнутых участниками спора по делу обстоятельств, оснований не согласиться с выводами, сделанными судом при рассмотрении заявления об истребовании имущества должника у бывших его руководителей, апелляционный суд не усматривает.

Доводов выражающих несогласие с результатами рассмотрения такого заявления апелляционные жалобы не содержат.

Рассмотрев жалобы ФИО1, ИП ФИО8 и ООО «УСМ- Инжиниринг» о признании незаконным бездействия конкурсного управляющего ФИО5, выраженного в непринятии мер по сохранности имущества должника, а также требование о взыскании с него убытков в размере стоимости утраченного имущества, судом установлено следующее.

Согласно п. 4 ст. 20.3 Закона о банкротстве при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

Основной круг обязанностей (полномочий) конкурсного управляющего определен в ст. 129 Закона о банкротстве, невыполнение которых является основанием для признания действий арбитражного управляющего незаконными.

В случае нарушения действиями (бездействием) арбитражного управляющего прав и законных интересов кредиторов они имеют возможность защитить свои права путем обжалования конкретных действий (бездействия) арбитражного управляющего в арбитражный суд в порядке, установленном в ст. 60 Закона о банкротстве.

В соответствии с п. 1 ст. 60 Закона о банкротстве арбитражный суд рассматривает жалобы лиц, участвующих в деле о нарушении их прав и законных интересов действиями (бездействием) арбитражного управляющего.

По смыслу приведенной нормы, должнику, кредиторам предоставлена возможность защиты своих прав и законных интересов путем обжалования


конкретных действий (бездействия) арбитражного управляющего в целях урегулирования разногласий и восстановления нарушенных прав.

При этом признание судом незаконными конкретных действий (бездействия) арбитражного управляющего возможно при установлении факта нарушения такими действиями арбитражного управляющего определенных прав и законных интересов заявителя жалобы, а также предполагает устранение, прекращение этих незаконных действий и, соответственно, восстановление нарушенных прав кредитора.

Оценка действий арбитражного управляющего на предмет добросовестности и разумности их совершения производится судом с учетом целей процедуры банкротства, интересов должника и конкурсных кредиторов.

При обращении в суд с жалобой на действия (бездействие) арбитражного управляющего заявитель обязан доказать наличие незаконного, недобросовестного или неразумного поведения арбитражного управляющего влекущего нарушение его прав и законных интересов, при этом арбитражный управляющий вправе представить опровержение приведенным в жалобе доводам, доказательства отсутствия его вины в этом поведении или обосновать соответствие его действий требованиям закона, добросовестности и разумности.

В случае неисполнения или ненадлежащего исполнения арбитражным управляющим возложенных на него в рамках дела о банкротстве обязанностей, арбитражный управляющий обязан возместить должнику, кредиторам и иным лицам причиненными его действиями (бездействием) убытки (п. 4 ст. 20.4 Закона о банкротстве).

Аналогичные разъяснения, даны в абз. 3 п. 48 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 29 от 15.12.2004 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», арбитражный управляющий несет ответственность в виде возмещения убытков при условии, что таковые причинены в результате его неправомерных действий.

При этом, основополагающим требованием при реализации арбитражным управляющим своих прав и обязанностей, определенных ст. 20.4 Закона о банкротстве является добросовестность и разумность его действий с учетом интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, на основании принципов порядочности, объективности, компетентности, профессионализма и этичности.

В отношении арбитражного управляющего принцип разумности означает соответствие его действий определенным стандартам, установленным, помимо законодательства о банкротстве, правилами профессиональной деятельности арбитражного управляющего, утверждаемыми постановлениями Правительства Российской Федерации, либо стандартам, выработанным правоприменительной практикой в процессе реализации законодательства о банкротстве.

Добросовестность действий арбитражного управляющего выражается в отсутствие умысла причинить вред кредиторам, должнику и обществу.


Учитывая существование объективно обусловленной повышенной конфликтности между заинтересованными лицами в отношениях, связанных с институтом банкротства, возложение на арбитражного управляющего соответствующей обязанности в числе прочего означает, что он как профессиональный антикризисный менеджер в ситуации неопределенности правового регулирования должен действовать исходя из баланса объективно противопоставленных интересов вовлеченных в процесс несостоятельности лиц с учетом заложенных в действующих нормах права ценностных ориентиров, предопределяющих цели законодательного регулирования.

Ответственность за причинение им убытков носит гражданско-правовой характер, и ее применение возможно лишь при наличии определенных условий, предусмотренных ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (ГК РФ).

В соответствии с п. 2 ст. 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Для взыскания убытков необходимо наличие состава правонарушения, истец должен доказать факт наличия и размер убытков, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между наступившими убытками и противоправным поведением ответчика (арбитражного управляющего).

Согласно п. 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» по смыслу статей 15 и 393 ГК РФ, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (ст. 404 ГК РФ). При установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается.

Таким образом, лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать наличие совокупности определенных обстоятельств, а именно: противоправных


действий (бездействия) лица, привлекаемого к ответственности, наличие и размер понесенных убытков, а также причинно-следственную связь между действием причинителя вреда и убытками, предъявленными к взысканию.

Как указывалось ранее, ООО «УСМ-Инжиниринг» осуществляло хранение имущества должника в период проведения первого банкротства по местонахождению должника, а именно адресу: <...>.

Возвращенное имущество было размещено на площадке по адресу: <...>, арендованной от имени ООО «Смартлайн» директором ФИО7 по договору от 08.11.2021 с ИП ФИО10

При этом, учитывая что имущество должника находилось по месту его нахождения, необходимость его размещения после возврата по иному адресу, апелляционным судом не установлена.

Из материалов дела следует и участниками спора не опровергается, что лицам, участвующие в настоящем споре, по состоянию на март-апрель 2023 года было достоверно известно о месте нахождения спорного имущества по адресу: <...>.

ФИО5 был утвержден временным управляющим ООО «Смартлайн» определением от 22.05.2023, а затем конкурсным управляющим должника решением от 18.12.2023.

В связи с не передачей утвержденному судом управляющему документации должника, ФИО5 являясь временным управляющим обратился 21.07.2023 в арбитражный суд с заявлением об обязании бывших руководителей ООО «Смартлайн» передать документацию и имущества должника.

В последующем, после утверждения судом ФИО5 конкурсным управляющим должника, последний настаивал на ранее заявленных им как временным управляющим требованиях.

Спор об обязании бывших руководителей должника передать временному, а затем конкурсному управляющему документации должника был рассмотрен определением от 10.12.2024, то есть спустя почти полтора года после обращения с заявлением в суд. Основанием для отказа в удовлетворении заявления явилось установление судом факта передачи ФИО7, полученной от арбитражного управляющего ФИО9 имеющейся в ее распоряжении документации должника, вновь назначенному руководителю – ФИО11 (назначена финансовым управляющим ФИО1) по акту от 30.09.2022.

Также судом установлено, что при увольнении ФИО11 финансовым управляющим ФИО1 не были приняты имеющиеся в ее распоряжении документы общества, со ссылкой на то, что документы подлежали передаче новому исполнительному органу, который на момент


увольнения не был назначен.

После назначения ФИО3 на должность директора ООО «Смартлайн» ФИО11 предпринимала меры к передаче имевшейся документации, при этом передача документов ФИО3 не состоялась, в связи с чем вся имеющаяся в отношении общества «Смартлайн» документация, печать ООО «Смартлайн» и флеш-накопитель были направлены ФИО11 в арбитражный суд с ходатайствами от 29.09.2023 и 10.10.2023.

Направленная ФИО11 в арбитражный суд с ходатайствами от 29.09.2023 и 10.10.2023 документация должника была передана конкурсному управляющему ФИО5 из материалов дела на основании определения от 03.04.2024 по расписке от 03.04.2024.

Спорное имущество конкурсному управляющему ФИО5 бывшими руководителями не передавалось. Доказательств обратного из материалов дела не имеется (ст. 65 АПК РФ).

Как справедливо отмечено судом первой инстанции, п. 2 ст. 126 Закона о банкротстве устанавливает обязанность руководитель должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего, наделенного законодательством о банкротстве полномочиями руководителя и иных органов управления должника, обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему. Эта обязанность не является специфической, присущей только отношениям несостоятельности, когда в силу закона полномочия переходят от рядового руководителя к специальному субъекту – конкурсному управляющему.

В рамках обычных корпоративных отношений на единоличном исполнительный органе, при освобождении его от должности также лежит завершающая обязанность по обеспечению передачи имущества, основанная на положениях п. 3 ст. 53 ГК РФ. Соответственно, до того момента пока имущество не передано от одного руководителя к другому (в данном случае управляющему) ответственность за сохранность имущества несет лицо, которое приняло на себя обязанность по его хранению. Незаконные действия, в данном случае бездействие в виде непринятия мер по передаче имущества со стороны руководителя в адрес конкурсного управляющего не могут быть поставлены в вину последнего.

Также, из представленного ФИО1 акта приема-возврата имущества от 07.06.2023, подписанного в одностороннем порядке ИП ФИО10 в отсутствие представителя ООО «Смартлайн» с участием ФИО1 и Мехонцева Т.Ю., усматривается фиксирование указанными лицами факта возврата арендуемого должником по договору № 08/11-2021 от 08.11.2021 части земельного участка, расположенного по указанному выше адресу, на котором находилось спорное имущество.

То обстоятельство, что ФИО5 не явился в назначенное арендодателем время и место для участия в возврате освобожденного


земельного участка арендованного у ФИО10, в данном случае правового значения не имеет, поскольку ФИО5 являясь временным управляющим функциями руководителя ООО «Смартлайн» не обладал.

Факт нахождения на возвращенном участке спорного имущества указанный на дату составления акта, акт не содержит; цель составления данного акта в отсутствие уполномоченного представителя должника с участием ФИО1 и Михонцева Т.Ю. (представителя ФИО1), не имеющих на момент его составления отношения должнику, суду не раскрыта.

Информацию о том, когда именно и за чей счет было вывезено спорное имущество (учитывая, что имущество также является крупногабаритным) ФИО10 в пояснениях не приводит и документов, из которых можно было бы установить данные обстоятельства, не представляет (ст. 65 АПК РФ).

Как следует из пояснений ФИО10, имущество было вывезено им самостоятельно на земельный участок (кадастровый номер 66:41:0507079:4) соседний с участком по адресу: <...> – по юридическому адресу общества-должника, и по акту руководителю общества «Смартлайн» не передавалось. Участок, на который было вывезено спорное имущество, представлял собой не огороженное и не охраняемое пространство.

При этом, указанный адрес не является юридическим адресом общества «Смартлайн»; из выписки из ЕГРЮЛ и договора аренды части земельного участка следует, что юридическим адресом должника с 22.02.2012 является <...>. Однако, согласно сведениям размещенным в открытых источниках, адрес: <...>, является местонахождением ООО «УСМ-Инжиниринг».

Из совокупности приведенных выше обстоятельств, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что спорное имущество было вывезено совместными усилиями ФИО10 и ФИО1; информация о месте нахождения спорного имущества временному управляющему ФИО5 не доводилась.

ФИО5 после утверждения его конкурсным управляющим должника в адрес ФИО10 и ООО «УСМ-Инжиниринг» было направлено требование о передаче имущества датированное 28.12.2023.

ФИО10 в ответе от 31.04.2024 сообщил конкурсному управляющему ФИО5 о месте нахождения имущества, вывезенного с арендуемого должником у него участка. Данное письмо было направлено временному управляющему по электронной почте только 08.02.2024.

Конкурсный управляющий осуществил выезд по месту нахождения имущества, при этом в самостоятельном порядке не смог идентифицировать какое именно имущество принадлежит ООО «Смартлайн», в связи с расположением на территории нескольких примыкающих друг к другу куч металлолома.

Указанное обстоятельство явилось основанием для направления


конкурсным управляющим ФИО5 лицам, участвующим в настоящем споре уведомления от 03.04.2024 о предоставленной ФИО10 информации о месте нахождения имущества должника, с просьбой осуществить идентификацию имущества и передать конкурсному управляющему имущество ООО «Смартланй» с целью недопущения нарушения прав третьих лиц 12.04.2024 по адресу: <...>.

Осмотр имущества на земельном участке с кадастровым номером 66:41:0507079:4 состоялся в назначенное время с участием ФИО5, ФИО1, ООО «УСМ-Инжиниринг» (кредитор), ФИО6 В осмотре также участвовал привлеченный специалист ФИО16 в области металлургии, промышленного производства, который соотносил имущество с заключением судебного экспертизы № 2023/1-004, проведенной в рамках дела № А60-36962/2022.

После осмотра был составлен акт осмотра имущества ООО «Смартлайн» от 12.04.2024 с указанием перечня обнаруженного имущества; конкурсный управляющий ФИО5 и ФИО6 от подписания акта отказались в связи с невозможностью его идентификации и достоверного установления факта его принадлежности должнику.

В рукописном акте от 12.04.2024 составленном конкурсным управляющим ФИО5 отражено заявление ФИО1 о принятии мер по охране обнаруженного имущества.

Представители ФИО1 на протяжении разбирательства ссылались на то, что размещенное на указанном участке имущество является имуществом ООО «Смартлайн», которое ранее было размещено на участке ИП ФИО10 и вывезено им.

Однако в отсутствие документов подтверждающих принадлежность обнаруженного имущества должнику, учитывая, что имущество находилось на участке не принадлежащем обществу «Смартлайн», у конкурсного управляющего отсутствовали основания для незамедлительного включения его в конкурсную массу должника и вывоза его на охраняемую территорию с целью избежания последующих возможных споров в отношении обнаруженного имущества.

Указывая на то, что имущество было расположено на неохраняемом и неогороженном земельном участке (что подтверждено также и лицами, участвующими в деле), могло принадлежать как обществу «Смартлайн», так и третьим лицам (в том числе МУП «Водоканал», которому участок ранее был предоставлен Администрацией в пользование), конкурсный управляющий в соответствии с положениями ст. 227 ГК РФ сообщил в Администрацию Чкаловского района г. Екатеринбурга о факте находки движимого имущества – металлолома в объеме ориентировочно 10-12 тн. (Заявление о находке от 12.04.2024).

В связи с указанным, при неисполнении обязанности со стороны бывших


руководителей должника в передаче имущества конкурсному управляющему, ФИО5 осуществлял периодический осмотр данного имущества (абз. 6 стр. 11 определения – в жалобе ФИО7 ошибочно указан как абз. 5).

Рассматривая вопрос об охране обнаруженного имущества, конкурсным управляющим было установлено, что ориентировочная стоимость имущества, представляющего собой металлолом, составляет порядка 300 000 руб., при этом, согласно поступившим из ООО ЧОО «Гефест», ООО ЧОО «Грос» сведениям стоимость его охраны могла составлять от 136 000 до 180 000 руб. в месяц.

Учитывая, что в соответствии с положениями ст. 228 ГК РФ лицо, нашедшее вещь приобретает право собственности на нее в случае, если в течение шести месяцев с момента заявления о находке лицо, управомоченное получить найденную вещь, не будет установлено или само не заявит о своем праве на вещь нашедшему ее лицу, конкурсный управляющий посчитал нецелесообразным заключение договоров с охранными организациями, поскольку несение расходов в размере превышающим его стоимость будет являться не обоснованным.

02 мая 2024 года конкурсным управляющим было выявлено, что часть металлолома вывезена неизвестными лицами, что явилось основанием для обращения в отдел полиции № 13 Чкаловского района г. Екатеринбурга с заявлением о возбуждении уголовного дела (Заявление о возбуждении уголовного дела от 02.05.2024).

Постановлением от 10.05.2024 отказано в возбуждении уголовного дела.

По истечении 6 месяцев с момента обращения управляющего с заявлением о находке в Администрацию, в отсутствие притязаний на данное имущество иных лиц, конкурсный управляющий посчитал, что ООО «Смартлайн» приобрело право собственности на обнаруженное на земельном участке с кадастровым номером № 66:41:0507079:4 движимое имущество.

После этого, 18.10.2024 конкурсным управляющим ООО «Смартлайн» ФИО5 данное имущество, оцененное как металлолом, было вывезено на земельный участок по адресу: <...> стр. 1, СНТ «СТ им. Мичурина» участок № 51 (земельный участок принадлежит на праве собственности конкурсному управляющему ФИО5).

Для целей определения классификации, состояния и стоимости имущества, находящегося на земельном участке по адресу: <...> стр.1, СНТ «СТ им. Мичурина» участок № 51, конкурсным управляющим был привлечен специалист ФИО19 по договору от 11.11.2024.

В настоящее время управляющим проведена инвентаризация имущества, обнаруженное имущество включено в конкурсную массу для последующего его реализации в рамках настоящего дела о банкротстве.

Принимая во внимание совокупность установленных по делу обстоятельств, непринятие бывшими руководителями должника мер по


надлежащему исполнению обязанности по передаче имущества, которое было идентифицировано при рассмотрении дела А60-36962/2022, конкурсному управляющему, принятие управляющим мер по обращению обнаруженного имущества в собственность ООО «Смартлайн», учитывая наличие длительного конфликта в отношении имущества должника, начавшегося задолго до возбуждения настоящего дела о банкротстве, а также спора о принадлежности спорного имущества должнику, в отсутствие доказательств достоверно свидетельствующих о принадлежности обнаруженного имущества обществу «Смартлайн», несмотря на доводы приведенные в апелляционной жалобе ФИО1, суд апелляционной инстанции полагает, что конкурсным управляющим верно избрана стратегия при проведении процедуры конкурсного производства, в связи с чем оснований не согласиться с выводом суда первой инстанции об отсутствии оснований для признания незаконным бездействия управляющего ФИО5, выраженного в непринятии мер по обеспечению сохранности обнаруженного имущества, у суда апелляционной инстанции не имеется.

Помимо изложенного, ФИО6, являясь кредитором и заявителем по делу о банкротстве, в отзыве от 30.09.2024 указывал на то, что спорное имущество (если исходить из того, что это имущество должника, ранее являвшееся предметом хранения компании ООО «УСМ-Инжиниринг»), не является собственностью должника, а принадлежит на праве собственности кредитору ФИО6 Если исходить из данного тезиса, то любые действия с данным имуществом, в том числе его уничтожение или хищение, не является действием, причиняющим ущерб должнику, соответственно любая утрата такого имущества должна рассматриваться как причинение ущерба ФИО6

Вместе с тем, как справедливо отмечено судом первой инстанции, указанная позиция не может быть принята во внимание, поскольку как следует из материалов дела и установлено вступившими в законную силу судебными актами в ходе исполнительного производства ФИО6 отказался от части имущества.

При этом судом учтено, что если иное не предусмотрено законом или договором, право собственности на движимое имущество при сделках с ним переходит к приобретателю в момент передачи такого имущества (п. 1 ст. 223 ГК РФ).

Более того, при рассмотрении вопроса о переходе в процедуру конкурсного производства в ходе рассмотрения настоящего дела о банкротстве, рассматривался вопрос о финансировании процедуры, достаточности имущества для погашения расходов на процедуру банкротства.

Лица, участвующие в деле, подтверждали, что имущество, которое может быть обнаружено в ходе мероприятий по делу о банкротстве, будет в силу положений закона составлять конкурсную массу должника. При этом ФИО6 выражал несогласие с предположением лиц, участвующих в деле, о том,


что обнаруженное на земельном участке по ул. Адмирала ФИО17 является имуществом, которое может принадлежать ему как приобретателю на торгах.

Таким образом, оснований согласиться с доводами ФИО6 о принадлежности имущества ему как физическому лицу в условиях проведения мероприятия в рамках дела о банкротстве ООО «Смартлайн», при наличии иных кредиторов должника, у суда первой инстанции не имелось.

Доводы апелляционной жалобы ФИО6 и ФИО3 о наличии оснований для исключения из мотивировочной части приведенных выше суждений, соответствующих материалам дела и установленным по делу обстоятельствам, подлежат отклонению как несостоятельные.

В отсутствие доказательств ненадлежащего исполнения конкурсным управляющим обязанности по обеспечению сохранности имущества должника, исключающих наличие состава правонарушения, влекущего привлечение лица к ответственности в виде взыскания убытков, а именно совершения виновного противоправного действия (бездействия) повлекшего причинение убытков должнику, суд первой инстанции обоснованно отказал в удовлетворении требования о взыскании с конкурсного управляющего ФИО5 убытков.

Отклоняя довод ФИО1 о бездействии управляющего, выраженного в отсутствии ответов на требования ФИО1 от 04.04.2024 (о принятии мер по сохранности имущества), 05.04.2024 (дополнение к заявлению от 04.04.2024), 18.04.2024 (по охране имущества), суд первой инстанции обосновано исходил из отсутствия нарушения прав ФИО1, поскольку в заявленный период спор об истребовании имущества находился на рассмотрении суда. Доводы о ненадлежащем исполнении арбитражным управляющим (временным управляющим, конкурсным управляющим) обязанностей, выраженных в бездействии в виде непринятия мер по охране имущества должника последовательно приводились ФИО1, конкурсным управляющим, в том числе на собраниях кредиторов, в судебных заседаниях были даны пояснения и ответы.

Также, как отмечено судом, согласно положениям ст. 143 Закона о банкротстве, конкурсный управляющий представляет собранию кредиторов (комитету кредиторов) отчет о своей деятельности, информацию о финансовом состоянии должника и его имуществе на момент открытия конкурсного производства и в ходе конкурсного производства, а также иную информацию не реже чем один раз в три месяца, если собранием кредиторов не установлено иное.

Доводы лиц, участвующих в деле, о несвоевременном предоставлении информации при проведении собрания кредиторов, суд признал необоснованными и не нарушающими права лиц – участников собрания, поскольку лица, участвующие в деле, кредиторы, принимают активное участие в рассмотрении дела о банкротстве, на собраниях кредиторов также предоставляется возможность ознакомления с документами, в связи с чем суд обоснованно признал отсутствующими нарушение прав заявителей жалоб в


данной части.

Также суд признал необоснованными доводы о незаконности действий управляющего, связанных с проведением собрания кредиторов должника от 06.05.2024 (в повестку включены вопросы: принятие к сведению отчета о ходе проведения конкурсного производства и отчета о движении денежных средств в отношении ООО «Смартлайн», утверждение Положения о порядке, сроках и условиях продажи имущества ООО «Смартлайн»).

При этом судом учтено, что определением Арбитражного суда Свердловской области о принятии обеспечительных мер от 27.04.2024, вынесенным в рамках настоящего дела о банкротстве, конкурсному управляющему ФИО5 было запрещено проводить собрание кредиторов должника ООО «Смартлайн» по вопросу об утверждении Положения о порядке, условиях и сроках реализации имущества должника, до вступления в законную силу судебного акта о рассмотрении заявления ФИО1 о включении в реестр требований кредиторов ООО «Смартлайн».

Собрание кредиторов должника не состоялось, таким образом, оснований полагать нарушенными права кредиторов, у суда не имелось.

Неверное указание даты в отчете суд справедливо признал допущенной технической ошибкой (опечаткой), что исключает наличие оснований для признания такого несоответствия неправомерным действием управляющего.

Относительно невключения имущества в отчет суд отмечает, что в отношении имущества (23 позиции) спор находился на рассмотрении суда, оснований включать имущество в состав имущества, подлежащего реализации, в условиях неосуществления обязанности со стороны бывших руководителей передать имущество конкурсному управляющему, у управляющего не имелось.

При этом нельзя не принимать во внимание и пояснения конкурсного управляющего о том, что требования ООО «УСМ-Инжиниринг» включены в реестр текущих платежей должника ООО «Смартлайн», отчет о ходе конкурсного производства содержит указанную информацию Более того, кредитор был ознакомлен с отчетом о ходе конкурсного производства от 24.04.2024, в том числе на собрании кредиторов должника 06.05.2024, о чем имеется запись в журнале регистрации ознакомления с документами собрания.

Таким образом, в отсутствие нарушения прав и законных интересов лиц, участвующих в деле, суд первой инстанции правомерно не усмотрел оснований для удовлетворения жалоб о признании действий (бездействия) конкурсного управляющего ФИО5 незаконными.

Доводы апелляционной жалобы ФИО7 с требованием об изложении приведенных судом обстоятельств в иной редакции (абз. 5 и 7 на стр. 7, абз. 3 на стр. 8, абз. 5 на стр. 11 определения) или исключении их (абз. 3 на стр. 8, абз. 5 (по факту абз. 6) на стр. 11 определения) не могут быть признаны состоятельными, поскольку приведенные судом первой инстанции в определении обстоятельства основаны на представленных в дело доказательствах. Изложение ФИО7 данных обстоятельств в иной


интерпретации основанием для изменения обжалуемого определения являться не может.

Утверждение ФИО7 о том, что мотивировочная часть определения содержит противоречивые либо не согласующиеся друг с другом выводы не нашло своего подтверждения в заседании апелляционного суда.

Доводов, которые бы могли повлиять на принятое решение, в апелляционных жалобах не приведено.

Выводы суда первой инстанции основаны на представленных в дело доказательствах, при установлении всех фактических обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения настоящего спора.

По существу, заявители в апелляционных жалобах выражают несогласие с данной судом оценкой установленных по делу фактических обстоятельств, не опровергая их. Оснований не согласиться с данной судом первой инстанции оценкой у суда апелляционной инстанции не имеется.

Оснований для отмены обжалуемого определения, предусмотренных ст. 270 АПК РФ апелляционным судом не установлено.

Нарушение судом первой инстанции норм процессуального права, являющихся самостоятельным оснований для отмены судебного акта, апелляционным судом не выявлено.

В удовлетворении апелляционных жалоб следует отказать.

В порядке ст. 110 АПК РФ государственная пошлина за рассмотрение апелляционной жалобы подлежит отнесению ее заявителя.

Поскольку ФИО1 при принятии апелляционной жалобы к производству была предоставлена отсрочка по уплате государственной пошлины до окончания рассмотрения спора, доказательства уплаты государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы ФИО6 и ФИО3, ФИО7 не представлено, государственная пошлина за рассмотрение апелляционных жалоб подлежит взысканию с указанных лиц в доход федерального бюджета в размере 10 000 руб. с каждого (ст. 333.21 НК РФ), а поскольку ФИО6 и ФИО3 подана единая жалоба – с них государственная пошлина в размере 10 000 руб. подлежит взысканию солидарно.

Руководствуясь статьями 110, 176, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 26 июня 2025 года по делу № А60-68021/2022 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.


Взыскать с ФИО1 в доход федерального бюджета 10 000 (десять тысяч) рублей государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы.

Взыскать с ФИО6 в доход федерального бюджета 10 000 (десять тысяч) рублей государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы.

Взыскать с ФИО7 в доход федерального бюджета 10 000 (десять тысяч) рублей государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

Председательствующий О.Н. Чепурченко

Судьи Э.С. Иксанова

М.А. Чухманцев

Электронная подпись действительна.

Данные ЭП:

Дата 12.11.2024 9:49:30

Кому выдана Иксанова Эльвира Сагитовна