Решение от 2 марта 2025 г. по делу № А58-4922/2020

Арбитражный суд Республики Саха (Якутия)

ул. Курашова, д. 28, бокс 8, <...>

тел: +7 (4112) 34-05-80, https://yakutsk.arbitr.ru

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


РЕШЕНИЕ

Дело № А58-4922/2020
03 марта 2025 года
город Якутск


Резолютивная часть решения объявлена 17.02.2025

Мотивированное решение изготовлено 03.03.2025


Арбитражный суд Республики Саха (Якутия)  в составе председательствующего судьи Аринчёхиной А.Ю., при ведении протокола судебного заседания секретарем Подрясовой А.А., рассмотрев в открытом судебном заседании заявление общества с ограниченной ответственностью "Балтмаш" (ИНН <***>, ОГРН <***>) к акционерной компании "АЛРОСА" (публичное акционерное общество) (ИНН <***>, ОГРН <***>) о взыскании 12 785 245, 44 руб.,

по встречному исковому заявлению акционерной компании "АЛРОСА" (публичное акционерное общество) (ИНН <***>, ОГРН <***>) к обществу с ограниченной ответственностью "Балтмаш" (ИНН <***>, ОГРН <***>) о взыскании 1 931 958 руб. убытков,

при участии в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора на стороне ООО «Балтмаш» – Акционерное общество «Восточно-Сибирский машиностроительный завод» (ИНН <***>, ОГРН <***>),

при участии:

от ООО «Балтмаш» (в режиме "онлайн"): ФИО1 по доверенности от 17.03.2023 б/н со сроком действия 3 года, диплом об образовании; ФИО2 по доверенности от 01.02.2024 б/н со сроком действия 3 года;

от АК «Алроса» (ПАО): ФИО3 по доверенности от 18.10.2024 № 402 со сроком действия по 29.12.2027 (л.д.40, т.19), диплом об образовании (л.д.116, т.14);

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью "Балтмаш" (ИНН <***>, ОГРН <***>) (далее - истец) обратилось в арбитражный суд с исковым заявлением к акционерной компании "АЛРОСА" (публичное акционерное общество) (ИНН <***>, ОГРН <***>) (далее - ответчик) о взыскании 12 785 245,44 руб.

Определением арбитражного суда от 30.11.2020 встречное исковое заявление акционерной компании "АЛРОСА" (публичное акционерное общество) (ИНН <***>, ОГРН <***>) о взыскании к обществу с ограниченной ответственностью "Балтмаш" (ИНН <***>, ОГРН <***>) о взыскании 1 931 958 руб. убытков принято к производству для совместного рассмотрения с первоначальным иском в порядке ст. 132 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Определением арбитражного суда от 20.02.2021 уточнение исковых требований АК «Алроса» (ПАО) от 30.11.2020 (л.д.96-101, т.3) по встречному иску до суммы 42 315 523 руб. 41 коп. принято к рассмотрению в порядке ст. 49 АПК РФ.

Определением арбитражного суда от 16.04.2021 в дело в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора на стороне ООО «Балтмаш» привлечено Акционерное общество «Восточно-Сибирский машиностроительный завод» (ИНН <***>, ОГРН <***>).

Определением арбитражного суда от 19.04.2021 в удовлетворении заявления общества с ограниченной ответственностью "Балтмаш" (ИНН <***>, ОГРН <***>) об обеспечении иска от 16.04.2021 отказано.

Определением арбитражного суда от 21.07.2021 назначена судебно-техническая экспертиза в АНО «Судебный эксперт». Производство по делу приостановлено до проведения судебно-технической экспертизы.

Определением арбитражного суда от 20.12.2021 производство по делу возобновлено.

Определением арбитражного суда от 24.06.2022 ходатайство АК «Алроса» об уточнении требований по встречному исковому заявлению от 03.11.2021 (л.д.91-93, т.7) до суммы 48 609 268 руб. 41 коп. принято к рассмотрению в порядке ст. 49 АПК РФ.

Определением арбитражного суда от 17.05.2023 ходатайство АК «Алроса» от 15.05.2023 об уточнении требований по встречному исковому заявлению (л.д.25-27, т.13) до суммы 61 901 369 руб. принято к рассмотрению в порядке ст. 49 АПК РФ.

Определением арбитражного суда от 07.12.2023 назначена судебно-техническая экспертиза в АНО «Правый метр». Производство по делу приостановлено до проведения судебно-технической экспертизы.

Определением арбитражного суда от 13.05.2024 производство по делу возобновлено.

Определением арбитражного суда от 25.11.2024 уточнение исковых требований АК «Алроса» (ПАО) по встречному иску от 21.10.2024 № б/н (л.д.114-115, т.18) до суммы 57 758 336 руб. принято к рассмотрению в порядке ст. 49 АПК РФ.

Судом удовлетворены ходатайства представителей ООО «Балтмаш» об участии в судебном заседании путем проведения веб-конференции (в режиме «онлайн»), в связи с чем, судебное заседание проводится в режиме веб-конференции.

Судом в порядке ст. 163 АПК РФ в судебном заседании объявлялся перерыв. Информация о времени и месте судебного разбирательства размещена арбитражным судом на официальном сайте арбитражного суда в сети Интернет. После перерыва судебное заседание продолжено.

В материалы дела от АК «Алроса» (ПАО) поступило ходатайство от 13.02.2025 о приобщении документа, с приложением согласно перечню, которое судом приобщено к материалам дела в порядке ст. 49 АПК РФ.

Представители сторон дали пояснения по фактическим обстоятельствам дела.

Представитель ООО «Балтмаш» в полном объеме поддержал первоначальные исковые требования, поддержал доводы, изложенные в отзыве, объяснениях, возражениях и дополнениях, в удовлетворении встречных исковых требований просит отказать.

Представитель АК «Алроса» (ПАО) в полном объеме поддержал встречные исковые требования, с первоначальными исковыми требованиями не согласился, просит в удовлетворении первоначальных исковых требований отказать, поддержал доводы, изложенные в отзыве, объяснениях, возражениях и дополнениях.

Суд, изучив и исследовав материалы дела, установил следующие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения первоначального иска.

Как следует из материалов дела, между сторонами заключен договор поставки от 19.08.2019 № 6103033659 (л.д.41-56, т.2), согласно которому ООО «Балтмаш» (далее - контрагент) обязалось поставить АК «Алроса» (ПАО) (далее - компания) товар – металлическую футеровку для мельницы мокрого самоизмельчения (ММС) 105,4-54 фабрики № 14 Айхальского ГОКа (далее – Товар).

Цена товара составила 53 675 666 руб., в т.ч. НДС 20% (п. 2.1 договора).

Товар подлежал поставке в течение 150 дней с даты заключения договора (п. 1.2 договора).

Гарантийный срок на товар не менее 14 000 машино-часов (п. 2.3 договора).

Также согласно п. 3.1, 3.2 договора к отношениям между обществом и компанией применяются Общие условия договоров, заключаемых по результатам закупок АК «АЛРОСА» (ПАО) и взаимозависимыми с ней лицами, версия 1.2 от 21.01.2019 (л.д.57-92, т.2), и Видовые условия договоров поставки, заключаемых АК «АЛРОСА» (ПАО) по результатам закупок, версия 1.1 от 01.08.2018 (далее – Видовые условия).

Требования к количеству (комплектности) товара установлены в приложении № 2 к договору «Комплектность товара». Требования к качеству товара установлены в приложении № 3 к договору «Требования к товару» (требования к марки стали и химическому составу металла) и в приложении № 6 к договору «Техническое задание» (далее – техническое задание).

В Техническом задании установлено конструктивное исполнение, согласно которому необходимо разработать геометрическую конфигурацию металлической футеровки не нарушающую процесс самоизмельчения. Расположение монтажных петель вне зоны основного износа футеровки. Точность исполнения элементов футеровки должна исключать дополнительные затруднения при монтаже (подрезки из-за не состыковки сегментов, устранение зазоров). Конструктивные решения в обязательном порядке согласовываются с заказчиком (п. 2.7 Технического задания).

Пунктом 3.7. Технического задания предусмотрена документация, которым согласовано, что вся техническая документация поставляется исключительно на русском языке. Состав конструкторской документации на комплект металлической футеровки разрабатывается согласно ГОСТ 2.102-68. В составе конструкторской документации должны быть поставлены рабочие конструкторские чертежи. Состав эксплуатационной документации на комплект поставляемой футеровки должен быть выполнен в соответствии с ГОСТ 2.601-2006. В комплекте необходимо поставить технологические карты на монтаж и демонтаж футеровки, паспорта, технические описания, инструкции по монтажу и эксплуатации на все компоненты, входящие в поставку, а также подробную схему раскладки.

Также в п. 3.9 Технического задания установлено, что монтаж футеровки возможен в присутствии представителя общества.

Общество поставило товар в период с 13.03.2020 по 28.05.2020, в подтверждение чего представлены товарно-транспортные накладные от 11.03.2020 № 7, от 17.03.2020 № 8, от 17.03.2020 № 9, от 26.03.2020 № 10, от 09.04.2020 № 12, от 16.04.2020 № 14, от 22.04.2020 № 15, от 24.04.2020 № 16, от 08.05.2020 № 14, от 15.05.2020 № 19, от 25.05.2020 № 24, от 26.05.2020 № 25 с транспортными накладными от 24.04.2020 № 77, от 08.05.2020 № 80, от 15.05.2020 № 85, от 25.05.2020 № 91 и от 26.05.2020 № 33.

В дополнении к товару общество передало чертежи на товар: «Проектное решение. Вариант № 8. Футеровка корпуса барабана» (и «Проектное решение. Вариант № 3а. Футеровка стенки загрузочной» (проектные решения № 8 и № 3а соответственно). В подтверждение передачи проектных решений представлены копии электронных писем от 18.03.2020 и от 08.06.2020.

Компания, посчитав нарушенным срок поставки товара и руководствуясь п. 8.4, 8.9.1, 8.9.2 Общих условий, начислила неустойку в сумме 2 497 409,46 руб. за период с 16.01.2020 по 28.05.2020 и штраф в сумме 10 735 133,2 руб. за неисполнение обязательства по поставке товаров в течение 30 и более дней после срока поставки товаров, установленного договором.

Всего сумма штрафных санкций, начисленных компанией, составила 13 232 542 руб. 66 коп. Заявлением о зачете от 17.06.2020 компания зачла штрафные санкции в размере 13 232 542 руб. 66 коп. в счет своего обязательства по оплате товара.

Остаток платы за товар в размере 40 443 123,34 руб. оплачен компанией, в подтверждение чего представлены платежные поручения от 23.06.2020 № 776319 на сумму 26 778 275 руб. 07 коп. и от 09.07.2020 № 781189 на сумму 13 605 290 руб. 34 коп., а также акт от 23.06.2020 о предоставлении вознаграждения и проведении зачета встречных однородных требований № В209ВЕ на сумму 59 557 руб. 93 коп.

Не согласившись с размером штрафных санкций и периодом начисления неустойки, общество направило компании претензию от 22.06.2020 № 20-06-102 (л.д.101-105, т.2), в которой просило уменьшить сумму штрафных санкций до 447 297 руб. 22 коп. исходя из периода просрочки поставки с 06.03.2020 по 29.03.2020.

Ответчик, не согласившись с указанной выше претензией истца, осуществил оплату по договору с удержанием суммы в размере 13 232 542 руб. 66 коп., из которых 2 497 409 руб. 46 коп. неустойка за нарушение срока поставки и 10 735 133 руб. 20 коп. штраф в размере 20% от цены договора.

Письмом от 08.07.2020 № 02-973-976/1990 компания отказала в удовлетворении претензии общества, что послужило основанием для обращения общества в суд с первоначальным иском.

В обоснование заявленных требований истец указывает на то, что ответчик в расчете размера неустойки применяет ключевую ставку в размере 6,25%, когда как согласно информации Банка России размер ключевой ставки, действующей дату поставки товара, составлял - 5,5%, а совокупный размер начисленной ответчиком пени и штрафа превышает 24% от стоимости товара, в отношении которого нарушены условия поставки.

Как указывает сам истец, товарно-материальные ценности поставлены им с нарушением установленного срока, впоследствии приняты и оплачены ответчиком. По мнению ответчика, просрочка поставки товарно-материальных ценностей составила - 134 дня. Истец информировал ответчика о ходе исполнения договора. Согласно положениям пункта 2.4 заключенного договора, ответчик по своему усмотрению вправе провести инспекцию или предварительную приемку товара. Ответчик имеет право в любое время провести экспертизу металла в независимой лаборатории, в том числе неоднократно. По мнению истца, заключенный договор, видовые условия договоров поставок, общие условия договоров не содержат порядок проведения инспекции или предварительной приемки, экспертизы в независимой лаборатории, что в последствии ведет к невозможности осуществить поставку товара в сроки, предусмотренные договором. Определение независимой лаборатории, заключение договора с лабораторией, смена решения об ответственном лице за проведение испытания (ответчик или истец) или даты проведения испытания влекли за собой необходимость согласования данных действий с другими лицами, к примеру со специалистами независимой лаборатории или представителями компании, что в последствии привело к увеличивало сроков проведения экспертизы по независящим от контрагента причинам.

Кроме того, в положения договора на стадии его заключения включены требования к металлу, из которого должен быть изготовлен требуемый товар. При этом техническое задание документации о закупки за реестровым номером 31907762773 не содержало требование к металлу и его химическому составу.

Также истец указывает, что ответчик вправе снизить размер неустойки и не производить зачет по договору, так как распространение коронавирусной инфекции является обстоятельством непреодолимой силы. Кроме того, истец считает, что удержание ответчиком из оплаты штрафа и неустойки является неправомерным, поскольку взыскание одновременно неустойки и штрафа является мерой двойной ответственности, что в силу положений ГК РФ недопустимо и противоречит существу гражданского законодательства.

Ответчик по встречному иску в порядке ст. 131 АПК РФ представил отзыв на иск и дополнения к нему, в удовлетворении иска просит отказать, также заявил о пропуске истцом срока исковой давности.

Исследовав и оценив представленные доказательства по первоначальному иску, проверив доводы сторон, арбитражный суд пришел к следующим выводам.

Согласно статье 8 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц. В том числе гражданские права и обязанности могут возникать из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему.

Анализ материалов дела показывает, что между сторонами сложились правоотношения, вытекающие из договора поставки, регулируемого положениями главы 30 ГК РФ.

Согласно статье 506 ГК РФ по договору поставки поставщик-продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки, производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием.

Покупатель оплачивает поставляемые товары с соблюдением порядка и формы расчетов, предусмотренных договором поставки. Если договором поставки предусмотрено, что оплата товаров осуществляется получателем (плательщиком) и последний неосновательно отказался от оплаты либо не оплатил товары в установленный договором срок, поставщик вправе потребовать оплаты поставленных товаров от покупателя (статья 516 ГК РФ).

В соответствии со статьями 309, 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются.

В соответствии с пунктом 1 статьи 407 ГК РФ обязательства прекращаются полностью или частично по основаниям, предусмотренным Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором.

В числе способов прекращения обязательств перечисленных в главе 26 ГК РФ помимо ст. 408 ГК РФ (прекращение обязательства исполнением), указан такой способ как зачет встречных однородных требований (ст. 410 ГК РФ).

Поскольку зачет встречных однородных требований это способ прекращения обязательств, предусмотренный действующим законодательством, то при наличии всех необходимых требований к его совершению в соответствии со ст. 410 ГК РФ (встречность и однородность требований, наступление срока исполнения обязательств) обязательство стороны по оплате части денежных средств в рамках договора поставки может быть прекращено посредством произведения зачета, что очевидно не будет являться нарушением обязательства по оплате поставленного товара.

Статьей 410 ГК РФ установлено, что обязательство прекращается полностью или частично зачетом встречного однородного требования, срок которого наступил либо срок которого не указан или определен моментом востребования. В случаях, предусмотренных законом, допускается зачет встречного однородного требования, срок которого не наступил. Для зачета достаточно заявления одной стороны.

В силу норм пункта 2 статьи 154 и статьи 410 ГК РФ зачет как способ прекращения обязательства является односторонней сделкой.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11.06.2020 N 6 "О некоторых вопросах применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о прекращении обязательств" (далее - постановление Пленума от 11.06.2020 N 6), согласно статье 410 ГК РФ для прекращения обязательств зачетом, по общему правилу, необходимо, чтобы требования сторон были встречными, их предметы были однородными и по требованию лица, которое осуществляет зачет своим односторонним волеизъявлением (далее - активное требование), наступил срок исполнения. Указанные условия зачета должны существовать на момент совершения стороной заявления о зачете. Например, встречные требования сторон могут в момент своего возникновения быть неоднородными (требование о передаче вещи и требование о возврате суммы займа), но к моменту заявления о зачете встречные требования сторон уже будут однородны (требование о возмещении убытков за нарушение обязанности по передаче вещи и требование о возврате суммы займа).

Согласно пункту 4 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 29.12.2001 N 65 "Обзор практики разрешения споров, связанных с прекращением обязательств зачетом встречных однородных требований", условием для прекращения обязательства зачетом является факт получения соответствующей стороной заявления о зачете.

Факт поставки истцом товара на сумму 53 675 666 руб. и получение их ответчиком подтверждаются имеющимися в материалах дела счетом-фактурой от 26.05.2020 № 26 и счетом № 15 от 27.05.2020 и ответчиком не оспорены (представлены 14.08.2020 в эл. виде к отзыву на иск).

Общество поставило товар в период с 13.03.2020 по 28.05.2020, в подтверждение чего представлены товарно-транспортные накладные от 11.03.2020 № 7, от 17.03.2020 № 8, от 17.03.2020 № 9, от 26.03.2020 № 10, от 09.04.2020 № 12, от 16.04.2020 № 14, от 22.04.2020 № 15, от 24.04.2020 № 16, от 08.05.2020 № 14, от 15.05.2020 № 19, от 25.05.2020 № 24, от 26.05.2020 № 25 с транспортными накладными от 24.04.2020 № 77, от 08.05.2020 № 80, от 15.05.2020 № 85, от 25.05.2020 № 91 и от 26.05.2020 № 33 (представлены 14.08.2020 в эл. виде к отзыву на иск).

Согласно п. 1.2 договора товар должен быть поставлен контрагентом в течение 150 дней с момента заключения договора, то есть в срок до 15.01.2020 включительно.

Как следует из материалов дела, фактически товар поставлен с нарушением установленного договором срока, а именно 28.05.2020, что подтверждается отметкой заказчика в транспортной накладной № 33 от 26.05.2020 (представлено 14.08.2020 в эл. виде к отзыву на иск).

В соответствии с п. 3 договора к отношениям между компанией и контрагентом, помимо прочего, применяются «Общие условия договоров, заключаемых по результатам Закупок АК «АЛРОСА» (ПАО) и взаимозависимыми с ней лицами» (представлен в эл. виде 21.07.2020 к исковому заявлению), версия 1.2 от 21.01.2019 (далее – Общие условия).

Пунктом 8.9.1 Общих условий предусмотрена неустойка за нарушение сроков поставки товаров в размере 1/180 ключевой ставки Банка России за каждый день просрочки от цены товаров, работ, услуг, срок поставки, выполнения, оказания которых не соблюдён.

Для определения размера неустойки используется больший из следующих размеров ключевой ставки Банка России - на дату, в которую сторона, несвоевременно исполнившая обязательство:

(1)                   была обязана исполнить его;

(2)                   или фактически исполнила его. (п. 8.4. Общих условий).

В соответствии с п. 8.9.2. Общих условий в связи с неисполнением обязательств по поставке товаров в течение 30 и более дней после срока поставки товаров, установленного договором, подлежит начислению штраф в размере 20% цены товаров, срок поставки которых не соблюдён.

Учитывая вышеизложенное, ответчик начислил неустойку и штраф в общем размере 13 232 542 руб. 66 коп.

Согласно п. 8.3 Общих условий компания вправе в одностороннем порядке зачесть в счёт оплаты товаров, работ, услуг суммы неустоек.

Для проведения зачёта достаточно заявления компании с указанием суммы неустоек и её расчётом.

С учетом изложенного, ответчик письмом от 17.06.2020 № 02-970-976/1710 (л.д.144-146, т.1) заявил о проведении по договору от 19.08.2019 № 6101033659 зачета неустойки и штрафа в размере 13 232 542 руб. 66 коп., начисленных ООО «Балтмаш» за нарушение срока поставки товара в счет суммы оплаты за АК «АЛРОСА» (ПАО) по счету от 27.05.2020 № 15, счету-фактуре от 26.05.2020 № 26 на сумму 53 675 666 руб.

Истец просит снизить размер неустойки и штрафа, начисленных согласно пунктам 8.9.1 и 8.9.2 Общих условий до 447 297 руб. 22 коп. в соответствии со статьей 333 ГК РФ, указав, что совокупный размер ответственности истца является несоразмерным.

Из материалов дела следует, что стороны своей волей согласовали начисление пени за нарушение срока поставленного товара, а штрафа – за просрочку поставки товара более чем на 30 дней. Условия ответственности за ненадлежащее исполнение обязательств были согласованы сторонами в соответствии с принципом свободы договора (статья 421 Гражданского кодекса Российской Федерации) и не противоречат действующему законодательству.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 9 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 N 16 "О свободе договора и ее пределах", в тех случаях, когда будет установлено, что при заключении договора, проект которого был предложен одной из сторон и содержал в себе условия, являющиеся явно обременительными для ее контрагента и существенным образом нарушающие баланс интересов сторон (несправедливые договорные условия), а контрагент был поставлен в положение, затрудняющее согласование иного содержания отдельных условий договора (то есть оказался слабой стороной договора), суд вправе применить к такому договору положения части 2 статьи 428 ГК РФ о договорах присоединения, изменив или расторгнув соответствующий договор по требованию такого контрагента. В то же время, поскольку согласно части 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего недобросовестного поведения, слабая сторона договора вправе заявить о недопустимости применения несправедливых договорных условий на основании статьи 10 ГК РФ или о ничтожности таких условий по статье 169 ГК РФ.

Пунктом 10 Постановления N 16 предусмотрено, что при рассмотрении споров о защите от несправедливых договорных условий суд должен оценивать спорные условия в совокупности со всеми условиями договора и с учетом всех обстоятельств дела. Так, в частности, суд определяет фактическое соотношение переговорных возможностей сторон и выясняет, было ли присоединение к предложенным условиям вынужденным, а также учитывает уровень профессионализма сторон в соответствующей сфере, конкуренцию на соответствующем рынке, наличие у присоединившейся стороны реальной возможности вести переговоры или заключить аналогичный договор с третьими лицами на иных условиях и т.д.

Исходя из приведенных разъяснений, сторона вправе заявить о недействительности условия договора, если в момент заключения договора это условие неоправданно создавало чрезмерное преимущество для другой стороны, недобросовестно воспользовавшейся зависимостью от нее контрагента в силу его экономической слабости. По требованию слабой стороны суд вправе привести спорное условие договора в соответствие с балансом интересов сторон.

Таким образом, определяя способы защиты от несправедливых договорных условий, Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации предоставил слабой стороне договора свободу выбора, заключающуюся либо в предъявлении отдельного иска об оспаривании этих условий через конструкцию договора присоединения, либо в заявлении соответствующих доводов о необходимости игнорирования этих условий на основании статей 10 или 169 ГК РФ в силу их ничтожности.

Между тем, при заключении договора предполагается ознакомление поставщика с условиями заключаемого договора, предоставляется возможность отказа от его заключения. Истец, являясь коммерческой организацией и действуя в рамках своей предпринимательской деятельности, должен проявлять осмотрительность и разумность при заключении и исполнении сделок (абзац 3 части 1 статьи 2 ГК РФ). В противном случае риски последствий неосмотрительного и неразумного поведения возлагаются на субъекта такого поведения.

Вместе с тем, доказательства недобросовестного поведения ответчика и понуждения истца к заключению договора на кабальных условиях, отсутствия у истца объективной возможности согласования изменений в заключенный договор, в материалах дела отсутствуют.

В рассматриваемом случае стороны, являясь равными участниками отношений по договору поставки и действуя в своей волей и в своем интересе, достигли соглашения по заключению договора, имеющего отсылку к общедоступной информации на официальном сайте компании.

Таким образом, заключив договор на таких условиях, ответчик должен был осознавать последствия нарушения им обязательств и определять свои действия при исполнении договора.

Довод истца о том, что на дату поставки товара действовала ключевая ставка в размере 5,5%, что, по его мнению, значительно ниже ставки, примененной ответчиком при расчете неустойки - 6,25%, судом рассмотрен и отклонен на основании следующего.

Как уже установлено судом, пунктом 8.9.1 Общих условий предусмотрена неустойка за нарушение сроков поставки товаров в размере 1/180 ключевой ставки Банка России за каждый день просрочки от цены товаров, срок поставки которых не соблюдён.

Для определения размера неустойки используется больший из следующих размеров ключевой ставки Банка России - на дату, в которую сторона, несвоевременно исполнившая обязательство:

(1)          была обязана исполнить его;

(2)          или фактически исполнила его. (п. 8.4. Общих условий).

Таким образом, при заключении договора сторонами был определен размер и порядок расчета неустойки, а заказчиком была применена ключевая ставка на расчетную дату исполнения обязательства, поскольку эта ставка (6,25%) больше ставки на день фактического исполнения (5,5%), что и требует п. 8.9.1 Общих условий.

Также несостоятелен довод истца о том, что проведение независимой экспертизы повлияло на срок изготовления товара, поскольку в соответствии с пп. 3 п. 2.4 договора предусмотрен порядок проверки качества товара, согласно которому заказчик имеет право в любое время провести экспертизу состава металла в независимой лаборатории. Расходы на проведение экспертизы несет поставщик.

С целью реализации пп. 3 п. 2.4 договора заказчик обратился к поставщику с письмом от 18.09.2019 № 02-970-976/2882 для согласования сроков проведения экспертизы (л.д.90, т.1)

Ответным письмом от 25.09.2019 № 19/09-252 (л.д.91, т.1) поставщик просит запланировать приезд специалистов заказчика на завод-изготовитель АО «Востсибмаш» на первую декаду декабря 2019 г.

Письмом от 29.10.2019 № 02-970-976/3333 (л.д.92, т.1) заказчик направил поставщику список представителей и сообщил, что посещение завода-изготовителя запланировано на 31.10.2019.

В ответ письмом от 29.10.2019 № 19/10-271 (л.д.94, т.1) поставщик повторно попросил перенести приезд специалистов заказчика на декабрь 2019 г., поскольку «изготовление продукции по договору производится по план-графику, который соответствует условиям поставки, и предусматривает окончание подготовительных процедур и переход к производству продукции в декабре 2019 г.».

Далее, письмами от 18.11.2019 № 02-970-976/3512 (л.д.95, т.1) и от 04.12.2019 № 02-976-970/3703 (л.д.96, т.1) заказчик просил предоставить информацию о стадии готовности продукции для определения даты повторного выезда представителей заказчика.

Письмом от 04.12.2019 № 19/12-309 (л.д.97, т.1) поставщик сообщил, что «продукция изготавливается согласно утвержденному плану производства работ», а также о готовности принять представителей заказчика с 10 по 12 декабря 2019 г.

Затем, письмом от 25.12.2019 № 02-970-976/3925 (л.д.98, т.1) заказчик сообщил поставщику о выборе независимой лаборатории, а также о необходимости предоставить заказчику протокол контроля хим. состава продукции и акт о проведении экспертизы.

Поставщик письмом от 22.01.2020 № 20/01-15 (л.д.99, т.1) сообщил запланированной на 24.01.2020 передаче образца металла в независимую лабораторию.

Заказчик письмом от 30.01.2020 № 02-970-976/177 (л.д.100, т.1) сообщил поставщику о необходимости отобрать образец для экспертизы совместно с представителем заказчика.

Письмом от 14.02.2020 № 20/02-20 (л.д.102, т.1) поставщик направил заказчику протокол химических испытаний от 13.02.2020 № 85-20с (л.д.101, т.1).

Электронным письмом от 17.02.2020 заказчик запросил у поставщика уведомительное письмо о готовности продукции к отгрузке. Ответным письмом от 17.02.2020 поставщик обещал предоставить уведомление позднее. Далее, заказчик повторно запросил информацию о готовности продукции и датах отгрузки, а также сообщил, что продукцию необходимо поставить до 05.03.2020, чтобы заказчик мог воспользоваться «зимником» для доставки продукции к месту эксплуатации. В ответ электронным письмом от 28.02.2020 поставщик сообщил, что «со вторника начинается отгрузка автомобилями».

Далее, электронным письмом от 02.03.2020 заказчик вновь запросил информацию о запланированной отгрузке, графике поставки. Электронным письмом от 03.03.2020 поставщик сообщил, что частичная отгрузка планируется 10.03.2020 в объеме 40-50 тонн, об отгрузке оставшихся позиций обещал предоставить информацию позднее. 04.03.2020 заказчик повторно запросил информацию о причинах задержки отгрузки, планируемой дате отгрузки и общей готовности заказа на текущую дату.

Вышеуказанная электронная переписка сторон представлена на л.д.103-106, т.1.

Письмом от 04.03.2020 № 20/04-42 (л.д.107, т.1) поставщик проинформировал заказчика о том, что частичная отгрузка продукции будет произведена в период с 10.03.2020 по 31.03.2020, а остаток продукции будет изготовлен и поставлен до конца апреля 2020 г.

Впоследствии, отгрузка продукции производилась в период с 11.03.2020 по 28.05.2020, что подтверждается соответствующими ТТН и ТН (л.д.108-141, т.1).

Условия договора не содержат запрета на производство и/или отгрузку продукции до момента окончания независимой экспертизы.

Таким образом, из представленной переписки между сторонами можно сделать вывод, что поставщик систематически уклонялся от предоставления конкретной информации о готовности продукции; уклонился от сообщения информации о причинах просрочки поставки продукции; согласование проведения независимой экспертизы не повлияло на изготовление продукции, т.к. «продукция изготавливается согласно утвержденному плану производства работ»; отгрузка продукции началась только спустя месяц после проведения экспертизы и происходила в течение 2,5 месяцев.

Из указанного выше следует, что продукция не была изготовлена в установленные сроки, и проведение независимой экспертизы никак не повлияло на сроки поставки, сроки изготовления и поставки продукции были пропущены поставщиком по причинам, не зависящим от заказчика.

Довод истца о том, что на сроки поставки повлияло изменение требований к материалу продукции, а именно, что на стадии заключения договора были включены дополнительные требования к металлу, из которого должен быть изготовлен требуемый товар. При этом техническое задание не содержало требование к металлу и его химическому составу, противоречит представленным в материалы доказательствам.

Пунктом 1.3 договора установлено, что товар должен соответствовать требованиям, изложенным в приложениях № 1 - 3 и № 6 к договору (спецификация, комплектность товара, требования к товару и техническое задание соответственно).

Так, в п. 2.1. технического задания действительно указано: «Марка (тип) футеровки — Металлическая футеровка (лифтёры) для ММС 105,4-54, сталь».

В то же время, в приложении № 2 к договору - требования к товару указано: «материал футеровки металлической: сталь хром-молибденовая», а также указан химический состав стали.

Как видно из п. 1.3 договора, все приложения к нему, в т.ч. «Требования к товару» и «Техническое задание», поименованы в договоре, подписаны поставщиком и заказчиком. Истец также не представил доказательства того, что в ходе закупочной процедуры изменялась редакция договора, либо заключались дополнительные соглашения к договору в части изменения требований к товару (к материалу).

Таким образом, требование к материалу товара было заявлено изначально, и поставщик не мог не знать о нем. Доказательства иного в материалах дела отсутствуют.

Истец также указывает, что Правительство РФ направило директивыгосударственным компаниям, осуществляющим закупки в рамках Закона о закупках, неприменять штрафы к подрядчикам за нарушения, возникшие в связи с распространениемкоронавирусной инфекции.

Вместе с тем, истец не представил нормативно-правовой акт, которым утверждены подобные директивы, не указывает источник опубликования такого нормативно-правового акта.

Ссылка на распространение новой коронавирусной инфекции не принимается судом в качестве основания для освобождения от ответственности по следующим основаниям.

В "Обзоре по отдельным вопросам судебной практики, связанным с применением законодательства и мер по противодействию распространению на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19) N 1", утв. Президиумом Верховного Суда РФ 21.04.2020 (вопрос № 5) указано, что  нерабочие дни, объявленные таковыми Указами Президента Российской Федерации от 25 марта 2020 г. N 206 и от 2 апреля 2020 г. N 239, относятся к числу мер, установленных в целях обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия населения, направленных на предотвращение распространения новой коронавирусной инфекции (COVID-19), и не могут считаться нерабочими днями в смысле, придаваемом этому понятию ГК РФ, под которым понимаются выходные и нерабочие праздничные дни, предусмотренные статьями 111, 112 Трудового кодекса Российской Федерации.

Иное означало бы приостановление исполнения всех без исключения гражданских обязательств в течение длительного периода и существенное ограничение гражданского оборота в целом, что не соответствует целям названных Указов Президента Российской Федерации.

Кроме того, установление нерабочих дней в данном случае являлось не всеобщим, а зависело от различных условий (таких как направление деятельности хозяйствующего субъекта, его местоположение и введенные в конкретном субъекте Российской Федерации ограничительные меры в связи с объявлением режима повышенной готовности). Помимо этого, дополнительные ограничительные меры по передвижению по территории, определению круга хозяйствующих субъектов, деятельность которых приостанавливается, могут вводиться на уровне субъектов Российской Федерации (пункт 2 Указа Президента РФ от 2 апреля 2020 г. N 239).

Равным образом, в сложившейся ситуации необходимо учитывать, что в ряде случаев в дни, объявленные Указами Президента Российской Федерации нерабочими, препятствия к исполнению обязательства могут отсутствовать, а в ряде случаев - такое исполнение полностью невозможно.

С учетом изложенного при отсутствии иных оснований для освобождения от ответственности за неисполнение обязательства (статья 401 ГК РФ) установление нерабочих дней в период с 30 марта по 30 апреля 2020 г. основанием для переноса срока исполнения обязательства исходя из положений ст. 193 ГК РФ не является.

Более того, ссылка о переводе работы поставщика на удаленный формат представляется необоснованной, поскольку она никак не соотносится с тем, что отгрузка продукции производилась несколькими партиями в период с 11.03.2020 по 26.05.2020, т.е. как раз в указываемый «нерабочий период».

Также остается неясным как режим самоизоляции, введенный правительством Санкт-Петербурга, мог повлиять на изготовление и отгрузку продукции, если фактически товар производился на заводе-изготовителе АО «Востсибмаш» (как это требует п. 1.9 Технического задания), расположенного по адресу: 665805, Россия, Иркутская обл., г. Ангарск, Первый промышленный массив, квартал 45, строение 15.

Таким образом, объявление нерабочих дней и введение режимов самоизоляции касалось в первую очередь трудовых отношений, и никак не влияло на исполнение гражданско-правовых обязательств.

Суд также не может согласиться с доводом истца о согласовании нового срока поставки до 05.03.2020, поскольку как видно из текста сообщения, оно не является  согласованием нового срока поставки, поскольку заказчик сообщил, что продукцию необходимо поставить до 05.03.2020, чтобы заказчик мог воспользоваться «зимником» для доставки продукции к месту эксплуатации автомобильным транспортом.

Кроме того, даже при условии, если бы сторонами был согласован новый срок поставки, то в силу п. 8.8.4 Общих условий заключение дополнительных соглашений о продлении сроков поставки, не соблюдённых контрагентом по его вине, не освобождает контрагента от уплаты неустойки и иных последствий неисполнения обязательств, связанных с несоблюдением первоначального срока поставки.

Суд также принимает во внимание, что помимо общего нарушения срока исполнения обязательства, просрочка исполнения повлекла нарушение п. 1.10 Технического задания, которым предусмотрен срок ввода футеровки в эксплуатацию - по поступлению футеровки, в плановый ремонт ММС; планируемый период монтажа — 1-е полугодие 2020 года.

Поскольку футеровка для мельницы мокрого самоизмельчения по своему предназначению представляет собой товар, который можно использовать только в полном комплекте (монтировать на ММС), то столь значительная просрочка поставки (134 дня) объективно нарушила планы заказчика по техническому перевооружению промышленного оборудования. Срыв сроков технического перевооружения неизбежно ведет к сбоям и простоям в работе обогатительной фабрики, что негативно сказывается на общем процессе добычи (производства) алмазного сырья.

Таким образом, одновременное начисление неустойки и штрафа представляет собой кумулятивную санкцию за грубое нарушение исполнения обязательства, которая складывается из:

- основной санкции в виде неустойки за факт нарушения срока поставки товара, исходя из длительности нарушения;

- дополнительной санкции в виде штрафа 20% при квалифицирующем признаке, т.е. просрочке свыше 30 дней с расчетной даты исполнения обязательства, которая повлекла нарушение п. 1.10 Технического задания к договору.

Штраф и пени являются разновидностями неустойки, в договоре допускается как сочетание штрафа и неустойки за одно нарушение, так и одновременное установление штрафа и неустойки за разные нарушения, что подтверждается пунктом 80 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 г. №7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" (далее - Постановление Пленума ВС РФ № 7).

Факт несвоевременного исполнения истцом обязательств по поставке товара подтверждается материалами дела, сторонами не оспаривается.

Таким образом, удержание ответчиком (АК «Алроса» ПАО) 13 232 542 руб. 66 коп. неустойки и штрафа за нарушение срока поставки при оплате стоимости поставленного по договору товара судом признано обоснованным.

Как разъяснено в пункте 79 Постановление Пленума ВС РФ № 7, в случае списания по требованию кредитора неустойки со счета должника (пункт 2 статьи 847 ГК РФ), а равно зачета суммы неустойки в счет суммы основного долга и (или) процентов должник вправе ставить вопрос о применении к списанной неустойке положений статьи 333 ГК РФ, например, путем предъявления самостоятельного требования о возврате излишне уплаченного (статья 1102 ГК РФ).

Как следует из материалов дела, общая сумма штрафный санкций в размере 13 232 542 руб. 66 коп., из которых: 2 497 409 руб. 46 коп. неустойка за нарушение срока поставки и 10 735 133 руб. 20 коп. штраф в размере 20 % от цены договора была удержана ответчиком при оплате стоимости поставленного по договору товара, в связи с чем истец обоснованно воспользовался правом на обращение в суд с требованием о применении к неустойке положений статьи 333 ГК РФ и возврате излишне уплаченной суммы штрафных санкций.

В соответствии с пунктом 1 статьи 333 ГК РФ, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку.

Таким образом, для решения вопроса об уменьшении размера неустойки достаточно установления судом факта явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства.

Из пункта 2 статьи 333 ГК РФ следует, что уменьшение неустойки, определенной договором и подлежащей уплате лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, допускается в исключительных случаях, если будет доказано, что взыскание неустойки в предусмотренном договором размере может привести к получению кредитором необоснованной выгоды.

Согласно правовой позиции, изложенной в Постановлении Пленума ВС РФ № 7, если должником является коммерческая организация, индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме (пункт 71 Постановления).

В силу пункта 75 Постановления Пленума ВС РФ № 7 установлено, что при оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (пункты 3, 4 статьи 1ГК РФ).

Снижение размера договорной неустойки, подлежащей уплате коммерческой организацией, индивидуальным предпринимателем, а равно некоммерческой организацией, нарушившей обязательство при осуществлении ею приносящей доход деятельности, допускается в исключительных случаях, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства и может повлечь получение кредитором необоснованной выгоды (пункты 1 и 2 статьи 333 ГК РФ) (пункт 77 Постановления Пленума ВС РФ № 7).

Учитывая компенсационный характер гражданско-правовой ответственности, под соразмерностью суммы неустойки последствиям нарушения обязательства ГК РФ предполагает выплату кредитору такой компенсации его потерь, которая будет адекватна и соизмерима с нарушенным интересом.

Признание несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства является правом суда, принимающего решение. При этом в каждом конкретном случае суд оценивает возможность снижения санкций с учетом конкретных обстоятельств дела и взаимоотношений сторон.

Оценивая соразмерность начисленной и взысканной ответчиком неустойки последствиям нарушения обязательства, суд с учетом положений пункта 74 Постановления Пленума ВС РФ № 7 о том, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования, пришел к выводу, что сумма штрафа завышена (20 % цены товаров, срок поставки которых не соблюден).

Какие-либо данные, свидетельствующие о том, что неисполнение истцом обязательства по договору повлекло для ответчика ущерб, который соответствует взыскиваемой им сумме штрафа, отсутствуют.

В силу части 1 статьи 71 АПК РФ и арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Суд, приняв во внимание компенсационный характер неустойки и ее направленность на обеспечение исполнения обязательств, а не на обогащение кредитора за счет должника, исходя из необходимости обеспечения разумного баланса прав и законных интересов сторон и адекватности мер ответственности допущенным нарушениям и их последствиям, пришел к выводу о наличии оснований для уменьшения неустойки до суммы 5 181 192 руб. 76 коп., из которых неустойка в сумме 2 497 409 руб. 46 коп. и штраф 2 683 783 руб. 30 коп. (5% от цены договора).

При таких обстоятельствах разница между удержанным штрафом 10 735 133 руб. 20 коп. и обоснованным штрафом 2 683 783 руб. 30 коп. составляет 7 604 052 руб. 68 коп.

Указанная сумма в размере 7 604 052 руб. 68 коп. подлежит взысканию с ответчика в пользу истца по первоначальному иску.

АК «Алроса» (ПАО) заявил о пропуске истцом срока исковой давности (л.д.157-161, т.18). Как полагает покупатель, 25.11.2023 истёк срок давности оспаривания ООО «Балтмаш» действия компании об отказе от договора, как и зачета начисленных санкций, так и его размера.

В соответствии со статьей 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Согласно статье 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года, определяемого в соответствии со статьей 200 Кодекса.

В соответствии с частью 1 статьи 199 ГК РФ, исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Как установлено частью 2 статьи 200 ГК РФ, по обязательствам с определенным сроком исполнения течение срока исковой давности начинается по окончании срока исполнения.

Согласно пункту 20 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ № 3, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 25.11.2020, допускается возможность самостоятельного обращения должника в суд с требованием о снижении размера неустойки, так как закон не содержит прямого запрета на предъявление должником кредитору такого требования.

Таким образом, в случае списания кредитором неустойки к способам защиты прав должника относится оспаривание им размера списанной неустойки при обращении с требованием о взыскании неосновательного обогащения. Данный способ защиты направлен на установление правовой определенности в отношении между сторонами обязательства в части суммы, подлежащей уплате неустойки, изначальный размер которой должник считает чрезмерным.

17.06.2020 компания зачла штрафные санкции в размере 13 232 542,66 руб. в счет своего обязательства по оплате товара (неустойка за период просрочки с 16.01.2020 по 28.05.2020, штраф на 14.02.2020).

Компания, заключая договор поставки, правомерно рассчитывала на своевременную поставку качественного  товара в установленный договором срок, а в случае просрочки на компенсацию своих издержек в соответствии с установленной договором мерой ответственности.

24.11.2020 поставщику направлена претензия об отказе от договора и возврате уплаченных за товар денежных средств, которая была оставлена без удовлетворения, в связи с чем, уточнены встречные требования по настоящему делу в т.ч. взысканием убытков, связанных с поставкой товара (с учетом уточнений к нему от 30.11.2020,03.11.2021,15.05.2023, 07.07.2023, 21.10.2024).

Исковое заявление подано в суд 22.07.2020, о чем свидетельствует штамп канцелярии суда, то есть до истечения указанного срока, в связи с чем, суд не находит оснований для применения исковой давности.

Определением арбитражного суда от 30.11.2020 встречное исковое заявление акционерной компании "АЛРОСА" (публичное акционерное общество) (ИНН <***>, ОГРН <***>) о взыскании к обществу с ограниченной ответственностью "Балтмаш" (ИНН <***>, ОГРН <***>) о взыскании 1 931 958 руб. убытков принято к производству для совместного рассмотрения с первоначальным иском.

Истец по встречному иску неоднократно уточнял исковые требования, которые приняты к рассмотрению в порядке ст. 49 АПК РФ, в том числе определением от 20.02.2021 уточнение от 30.11.2020 (л.д.96-101, т.3) до суммы 42 315 523 руб. 41 коп.; определением от 24.06.2022 уточнение от 03.11.2021 (л.д.91-93, т.7) до суммы 48 609 268 руб. 41 коп.; определением от 17.05.2023 уточнение от 15.05.2023 (л.д.25-27, т.13)  до суммы 61 901 369 руб.; определением от 25.11.2024 уточнение от 21.10.2024 № б/н (л.д.114-115, т.18) до суммы 57 758 336 руб.

Основанием для обращения компании со встречным иском (л.д.28-31, т.3), с учетом уточнения требований послужили следующие обстоятельства.

Как следует из материалов дела, в соответствии с п. 1.1 договора общество обязалось поставить футеровку металлическую для мельницы (далее - товар). Товар был поставлен обществом, что подтверждается представленными в дело товарными накладными и установлено судом при рассмотрении первоначального иска.

28.07.2020 осуществлен монтаж металлической футеровки поставщика, по итогам которой составлен акт от 28.07.2020 (л.д.20-22, т.4), согласно которому выявлены дефекты металлической футеровки:

- между торцами межлифтерных плит, обозначение исполнения Р15155.01.00 из-за криволенейного литья изделия образуются зазоры размером от 5 мм до 20 мм(фото1,2);

-между торцами лифтеров, обозначение исполнения: низкие лифтеры Р15155.02, Р15155.02-01, Р15155.04, высокие лифтеры Р15155.03, Р15155.03-01, Р15155.05 из-за криволенейного литья изделия образуются зазоры размером от 5 мм до 15 мм (фото№ 3,4);

- монтаж плиты торцевой внутренней, обозначение исполнения Р15155.07.00 и лифтера торцевого Р15155.08 производился после обрезки длинны футеровки на 50 мм (фото № 5,6,7), не соответствует размер до существующей футеровки чертеж №3.295.09.17-4);

- монтаж замыкающего бруса обозначение исполнения Р15155.09.00 по диаметру барабана производился после обрезки 660 мм (фото№8) и установки оставшегося участка 240 мм.

Выводы комиссии в акте от 28.07.2020:

- неудовлетворительное качество литься и несоответствие установочных геомерических размеров в процессе монтажа привели к появлению зазоров в межфутеровочном пространстве барабана, что впоследствии может привести к сквозной циркуляции измельчаемого материала и повреждению стенки барабана;

-  неудовлетворительная точность проектирования элементов футеровки загрузочной стенки привела к дополнительным трудозатратам по резке и подгонке монтируемой футеровки;

- вышеуказанные замечания являются следствием неудовлетворительного проектирования поставщика футеровки.

Свидетелями, допрошенными в судебном заседании 11.11.2022 необходимость подрезки деталей поставленной футеровки подтверждена показаниями свидетелей ФИО4, и ФИО5, которые в том числе пояснили, что поскольку детали футеровки не входили в свое посадочное место, т.е. они упирались в вышестоящую деталь, была произведена подрезка длины футеровки по загрузочному торцу. В дальнейшем при эксплуатации мельницы  футеровка по загрузочному торцу не выпадала, проблемы возникли с футеровкой корпуса барабана, которая смонтирована по цилиндрической части барабана, подрезка которой не производилась.

После монтажа товара, 21.08.2020 произведена внеплановая остановка мельницы на монтаж одного лифтера центрального высокого и двух межлифтерных плит по цилиндрической части барабана из-за поломок болтов крепления лифтера по причине поломки болтов крепления лифтеров, о чем составлен акт от 21.09.2020 (л.д.35-37, т. 3).

В связи с указанным событием был вызван представитель поставщика, о чем свидетельствует письмо общества от 08.09.2020 № 20/09-133 (л.д.38, т.3) с просьбой оформить пропуск для их специалиста.

При участии представителя поставщика составлен акт технического осмотра от 17.09.2020 (л.д.39-41, т.3), согласно которому установлено следующее:

- прилегание лифтеров к монтажным выступам на плитах в большинстве случае выполнено не плотно, в виду возможных отклонений геометрических размеров литья футеровки и попадания руды, которая не дает притянуть лифтер при протяжке болтовых соединений, но при работе мельницы эта руда будет вымываться, вновь давая возможность лифтеру двигаться. В местах прилегания имеются зазоры, дающие возможность для смещения лифтера;

- часть лифтеров стоит с перекосом, полученным в результате постоянных ослаблений болтов крепления футеровки в период работы ММС, что привело к нарушению расклинивания плит лифтером. Такое положение лифтера критично тем, что в процессе работы мельницы он будет раскачиваться, принимая ударные нагрузки в результате этого может вызвать разрушение болтов крепления;

- прилегание некоторых лифтеров к плитам с одной стороны отсутствует полностью, что значит футеровка с этой стороны не расклинена и может двигаться в процессе работы, ослабляя при этом соединение с лифтером на другой стороне;

- часть лифтеров посажена недостаточно глубоко между плит из-за того, что в другом месте наоборот лифтер сидит глубоко;

- протечка материала (пульпы) через болтовые соединения из-за недостаточности герметичности заводских уплотнений и шайб на болтах крепления футеровки.

В то же время установлено, что при монтаже футеровки были выполнены все условия раскладки лифтеров в ММС согласно представленной поставщиком схеме. Представителем поставщика даны рекомендации по устранению недостатков.

Акт технического осмотра подписан представителем поставщика, разногласия или особое мнение по составленному акту поставщиком не заявлены.

24.09.2020 составлен очередной акт технического осмотра мельницы по причине поломки отдельных частей футеровки: лифтеров и креплений (л.д.42-46, т.3).

На основании рекомендаций, изложенных в акте от 17.09.2020, компанией собственными силами были проведены работы по замене дефектного крепежа и замене поломанных лифтеров, обнаруженных при осмотре 24.09.2020. При устранении дефектов компанией понесены трудозатраты в размере 1 931 958 руб., что подтверждается актом о приемке выполненных работ от 30.09.2020 № 1 (л.д.47-53, т.3)

В связи с обнаруженными недостатками в крепежных элементах и лифтерах футеровки компания направила в адрес поставщика претензию от 12.10.2020 № 03-770-2050/857 (л.д.54-55, т.3) с требованием произвести замену некачественных деталей, всего 366 единиц  в срок до 01.11.2020, в ответ на которое поступило письмо от 15.10.2020 № 20/10-151 с отказом в удовлетворении данного требования (л.д.56. т.3).

С учетом изложенных обстоятельств, компания обратилась в адрес поставщика с претензией от 21.10.2020 № 03-770-2050/897 (л.д.57-61, т.3) с требованием о компенсации убытков в размере 1 931 958 руб. в течение 3-х рабочих дней.

В дальнейшем компания направила обществу уведомление от 06.11.2020 (л.д.102-105, т.3) о приостановлении эксплуатации товара и о вызове представителя общества для комиссионной приемки качества товара, в ответ на которое общество письмом от 10.11.2020 № 20/11-186 (л.д.106, т.3) сообщило о направлении своего представителя для участия в осмотре товара.

По итогам совместного осмотра товара составлен рекламационный акт от 19.11.2020 (л.д.107-109, т.3), в котором отражены следующие недостатки товара:

- отсутствие устойчивой фиксации футеровки, ослабление болтов крепления футеровки, излом болтов, образование трещин на лифтерах и обрыв лифтеров; всего за период эксплуатации произошел излом 5 болтов, ослаблено 1020 болтов, образовано трещин на 4 лифтерах, произошел обрыв 1 лифтера и 3-х межлифтерных плит.;

- между торцами межлифтерных плит (Р15155.01.00) из-за криволинейного литья образуются зазоры размером от 5 мм до 20 мм;

- между торцами лифтеров: низкие лифтеры (Р15155.02, Р15155.02-01, Р15155.04), высокие лифтеры (Р15155.03, Р15155.03-01, Р15155.05) из-за криволинейного литья образуются зазоры размером от 5 мм до 15 мм. Зазоры между лифтерами и межлифтерными плитами имеются по всей части барабана и загрузочной части;

- заводские уплотнения и прижимные шайбы болтов крепления футеровки не обеспечивают фиксацию футеровки;

- геометрические размеры литья / элементов футеровки не обеспечивают плотного прилегания к другим лифтерам и стенкам барабана ММС;

- отсутствует документация, указанная в п. 3.7 приложения № 6 к договору «Техническое задание».

В рекламационном акте содержится вывод большинства членов комиссии, согласно которому выявленные дефекты являются производственными.  Представитель поставщика от подписи акта отказался, акт был зачитан в слух и вручен экземпляр акта.

Приведенные недостатки, как следует из актов, возникают вновь после их устранения. В частности, после протяжки болтовых соединений и креплений футеровки, выполненных в сентябре 2020 года (акт от 30.09.2020 о выполненных работах – л.д.47-52, т.3), этот недостаток был выявлен повторно при составлении рекламационного акта. Также, неоднократно фиксировались перекосы, расколы, трещины лифтеров, срывы лифтеров и их разрушение.

Данные акты, как указывает компания, свидетельствуют о неоднократном, повторяющемся характере недостатков товара, возникающих вновь после их устранения.

По мнению компании, данный недостаток возник до передачи товара компании, в результате чего товар не соответствует п. 2.7 технического задания к договору, а именно:

- геометрическая конфигурация металлической футеровки нарушает процесс самоизмельчения;

- точность исполнения элементов футеровки не исключает затруднения как при монтаже, так и при её дальнейшей эксплуатации (возникает необходимость устранения зазоров и т.д.).

Рекламационным актом зафиксировано, что дефект является производственным, поскольку товар изготовлен с отклонениями, не обеспечивающими использование товара по назначению; недостатки наблюдаются по всему комплекту товара, и не могут быть устранены.

Из п. 3.13 Технического задания (приложение № 6 к договору) следует, что гарантийный срок эксплуатации комплекта футеровки составляет 14 000 машино-часов.

В то же время из актов от 17.09.2020 и 24.09.2020 следует, что наработка мельницы после монтажа комплекта футеровки и ввода мельницы в эксплуатацию, её наработка составила 577 и 719 часов соответственно. Из акта от 17.09.2020 также следует, что при монтаже футеровки были выполнены все условия раскладки лифтеров в ММС согласно представленной поставщиком схеме.

Поставщику направлена претензия от 24.11.2020 № 03-770-2050/3 (л.д.120-121, т.3) об отказе от договора и возврате уплаченных за товар денежных средств, которая оставлена без удовлетворения.

17.02.2021 (л.д.47-48, т.4) составлен акт осмотра технического состояния металлической футеровки, в результате которого выявлено:

- перекос центральных высоких металлических лифтеров по барабану вследствие не плотного прилегания лифтеров к плитам;

- износ металлических лифтеров по барабану в среднем составил 2%, по загрузочному торцу в среднем составил 4%.

При дальнейшей эксплуатации ММС п. 4. № 1 при таком расположении центральных высоких металлических лифтеров возникает риск обрыва болтовых креплений, что может повлечь за собой разрушение металлической футеровки барабана мельницы. При этом в виду удовлетворительного состояния футеровки принято решение продолжить эксплуатацию ММС.

03.04.2021 отделением рудоподготовки произведена аварийная остановка мельницы в связи с посторонним шумом, что оформлено актом от 06.04.2021 (л.д.54-55, т.4). Причина остановки – обрыв болтового соединения крепления одного центрального высокого лифтера и двух межлифтерных плит по цилиндрической части барабана. В процессе осмотра также выявлены трещины на лифтерах в количестве 5 шт. и сломанные межлифтерные плиты в 4 шт. На момент остановки фактическая наработка металлической футеровки составила 3 240 часов. После выявления дефектов компанией произведена замена лифтеров по цилиндрической части барабана в количестве 5 шт., установлены б/у межлифтерные плиты в количестве 4 шт., произведен перемонтаж 4 шт. лифтеров и обтяжка футеровки по барабану мельницы из-за ослабленного крепления.

Уведомлением от 12.04.2021 компания известила общество о приостановлении эксплуатации МТР и приглашении представителя контрагента для составления рекламационного акта (л.д.62-66, т.5).

29.04.2021 сторонами составлен рекламационный акт о дефектах МТР, которые были выявлены в период гарантийного срока (л.д.93-110, т.5).

В рекламационном акте содержится особое мнение представителя ООО «Балтмаш», согласно которому представитель ООО «Балтмаш» с выводами большинства членов комиссии не согласен. Указано, что неплотное прилегание лифтеров к межлифтерным плитам является свидетельством некачественно проведенных монтажных работ, т.к. еще на этапе монтажа не было обеспечено плотное прилегание лифтеров к плитам по всей длине. В рекомендациях ранее уже отмечалось, что необходимо обеспечивать их полное прилегание друг к другу, а для устранения перекоса лифтеров необходимо их перемонтировать, в противном случае возможен обрыв лифтера, что повлечет повреждение остальной футеровки. Полностью устранить зазоры возможно лишь выполнив полный перемонтаж футеровки.

  Также в особом мнении представителя ООО «Балтмаш» указано, что конструктив футеровки учитывает возможные отклонения размеров в сторону их уменьшения, что обеспечивает глубокую посадку лифтеров, что лучше сказывается на их устойчивости. Согласно ГОСТу Р 53464-2009 «Отливки из металлов и сплавов. Допуски размеров, массы и припуски на механическую обработку» для 11 класса точности на размер 250…400 мм допуск составляет 6,4 мм, на размер 400…630 – 7 мм, на размер 630…1000 – 8 мм. Ширина лифтеров попадает в этот допуск. Некоторые межлифтерные плиты, особенно бывшие в работе, имеют сбитые углы, что не дает корректно замерять их ширину. Поэтому зафиксированная ширина данных плит выходит за поле допуска.

В ночь с 10 на 11 июля 2021 г. комплект металлической футеровки, поставленный обществом, вышел из строя, о чем составлен акт от 12.07.2021 (л.д.107-109, т.6). Согласно этому акту, футеровка подлежала демонтажу с ММС.

Уведомлением от 12.07.2021 (л.д.110-111, т.6), письмом от 14.07.2021 № 03-771-2050/522 (л.д.112, т.6) поставщик проинформирован по электронной почте (л.д.113-114, т.6) о случившейся поломке и компанией вызван представитель общества для совместного составления рекламационного акта.

Письмом от 15.07.2021 № 21/07-163, полученным по электронной почте 18.07.2021, общество сообщило о выезде представителя для составления рекламационного акта, о явке специалиста 20.07.2021. Однако в назначенную дату представитель не явился, и общество письмом от 23.07.2021 № 21/07-166 сообщило об отказе от направления представителя. В результате комплект футеровки был демонтирован с ММС собственными силами компании без участия поставщика, по факту демонтажа составлен рекламационный акт от 25.08.2021, которой направлен обществу по электронной почте 26.08.2021 (документы представлены в эл. виде к уточнению от 03.11.2021 - л.д.91-93, т.7).

В связи с демонтажем товара компания понесла расходы на оплату труда своих сотрудников, о чем составлены акты выполненных работ от 30.07.2021 № б/н и от 30.08.2021 № б/н (представлен в эл. виде к уточнению от 03.11.2021 - л.д.91-93, т.7).

Направленным в адрес поставщика рекламационным актом от 26.08.2021 зафиксировано, что комплект футеровки, поставленный по договору, демонтирован с ММС (представлен в эл. виде к уточнению от 03.11.2021 - л.д.91-93, т.7).

Демонтированный комплект футеровки принят на ответственное хранение на открытой охраняемой площадке на территории Обогатительной фабрики № 14 Айхальского ГОК АК «Алроса» (ПАО) согласно акту от 06.09.2021 (л.д.65, т.7), о чем покупатель также известил ООО «Балтмаш» письмом от 17.09.2021 № 03-770-2050/688 о принятии футеровки на хранение (л.д.66-67, т.7).

Поскольку данные расходы расценены компанией как убытки, поставщику предъявлена претензия от 08.10.2021 № 03-770-2050/746 с требованием возместить убытки в течение 3 рабочих дней с даты получения претензии, которая направлена обществу по электронной почте (представлен в эл. виде к уточнению от 03.11.2021 - л.д.91-93, т.7).

Указанные обстоятельства послужили основанием для отказа компании от поставленного товара в связи с его существенными недостатками (неустранимыми, проявляющимися вновь и неоднократно).

ООО «Балтмаш» возражая относительно встречного иска указал, что он не осуществлял монтажные работы, соответственно, не несет ответственность за функционально-качественные характеристики в случае, если указанные работы выполнены некачественно, а именно с нарушением установленных стандартов; монтаж футеровки, вопреки техническим условиям, производился без присутствия представителя поставщика, что не дает оценить правильность выполнения монтажных работ.

Как указывает истец по встречному иску, недостаток выражается в том, что размеры деталей (в основном, их ширина) не соответствуют размерам, указанным в чертежах (в меньшую сторону), что является причиной образования зазоров в размере от 5 до 20 мм. Наиболее критичные зазоры образуются между боковыми поверхностями, поскольку в этом случае детали не прилегают друг к другу и не обеспечивают расклинивание, т.е. не поддерживают друг друга во время работы. Из-за чего отдельная деталь, не имеющая поддержки соседних, неспособна выдержать ударную нагрузку во время работы, что привело к перекосам лифтеров, обрыву лифтеров и плит, их расколу, излому крепежа, протечкам пульпы через болтовые соединения.

Недостатки товара выявлялись с момента монтажа, проявлялись неоднократно: трижды с уведомлением общества или его присутствием. По итогам осмотров товара представители компании заключили, что недостатки проявляются по всему комплекту (во всех деталях). После наработки 4 783 машино-часов товар был демонтирован, т.к. из-за регулярных поломок был исчерпан набор запасных деталей (плит и лифтеров). Вместо него поставлен в мельницу аварийный комплект.

Согласно акту от 30.07.2021 № б/н о приемке выполненных работ затраты на демонтаж литой футеровки составили 2 950 291 руб. Согласно акту от 30.08.2021 № б/н о приемке выполненных работ затраты на монтаж аварийного комплекта резиновой футеровки составили 3 343 454 руб. (представлены в эл. виде к уточнению от 03.11.2021). Общий размер затрат, понесенных Компанией в связи с устранением недостатков Товара (демонтажем), составил: 2 950 291 + 3 343 454 = 6 293 745 руб.

Таким образом, с общий размер встречного иска компании к обществу, заявленному 27.10.2020, с учетом последнего уточнения к нему от 21.10.2024 (л.д.114-115, т.18) составляет 57 758 336 руб., в том числе:

- 2 159 200 руб. убытки за ремонт мельницы;

- 772 000 руб. убытки за монтаж запасного комплекта футеровки;

- 1 151 470 руб. убытки за демонтаж запасного комплекта футеровки;

- 53 675 666 руб. плата за некачественный товар.

Исследовав материалы дела, оценив собранные по делу доказательства в совокупности и взаимосвязи, суд установил, что встречные требования подлежат частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Отношения сторон настоящего спора подлежат регулированию, как общими положениями гражданского законодательства, так и нормами § 3 главы 30 ГК РФ (поставка товаров).

Согласно пункту 1 статьи 8 ГК РФ, гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

В соответствии со статьей 506 ГК РФ по договору поставки поставщик-продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием.

Согласно статье 469 ГК РФ продавец обязан передать покупателю товар, качество которого соответствует договору купли-продажи (пункт 1); при отсутствии в договоре купли-продажи условий о качестве товара продавец обязан передать покупателю товар, пригодный для целей, для которых товар такого рода обычно используется, если продавец при заключении договора был поставлен покупателем в известность о конкретных целях приобретения товара, продавец обязан передать покупателю товар, пригодный для использования в соответствии с этими целями (пункт 2).

В пункте 2 статьи 470 ГК РФ установлено, что в случае, когда договором купли-продажи предусмотрено предоставление продавцом гарантии качества товара, продавец обязан передать покупателю товар, который должен соответствовать требованиям, предусмотренным статьей 469 настоящего Кодекса, в течение определенного времени, установленного договором (гарантийного срока).

В соответствии со статьей 470 ГК РФ в случае, когда договором купли-продажи предусмотрено предоставление продавцом гарантии качества товара, продавец обязан передать покупателю товар, который должен соответствовать требованиям, предусмотренным статьей 469 настоящего Кодекса, в течение определенного времени, установленного договором (гарантийного срока). Гарантия качества товара распространяется и на все составляющие его части (комплектующие изделия), если иное не предусмотрено договором купли-продажи.

В силу статьи 518 ГК РФ покупатель (получатель), которому поставлены товары ненадлежащего качества, вправе предъявить поставщику требования, предусмотренные статьей 475 ГК РФ.

В силу пункта 1 статьи 475 ГК РФ, если недостатки товара не были оговорены продавцом, покупатель, которому передан товар ненадлежащего качества, вправе по своему выбору потребовать от продавца: соразмерного уменьшения покупной цены; безвозмездного устранения недостатков товара в разумный срок; возмещения своих расходов на устранение недостатков товара.

В случае существенного нарушения требований к качеству товара (обнаружения неустранимых недостатков, недостатков, которые не могут быть устранены без несоразмерных расходов или затрат времени, или выявляются неоднократно, либо проявляются вновь после их устранения, и других подобных недостатков) покупатель вправе по своему выбору: отказаться от исполнения договора купли-продажи и потребовать возврата уплаченной за товар денежной суммы, либо потребовать замены товара ненадлежащего качества товаром, соответствующим договору (пункт 2 статьи 475 ГК РФ).

В соответствии со статьей 476 ГК РФ в отношении товара, на который продавцом предоставлена гарантия качества, продавец отвечает за недостатки товара, если не докажет, что недостатки товара возникли после его передачи покупателю вследствие нарушения покупателем правил пользования товаром или его хранения, либо действий третьих лиц, либо непреодолимой силы.

В соответствии со статьей 477 ГК РФ, если на товар не установлен гарантийный срок или срок годности, требования, связанные с недостатками товара, могут быть предъявлены покупателем при условии, что недостатки проданного товара были обнаружены в разумный срок, но в пределах двух лет со дня передачи товара покупателю либо в пределах более длительного срока, когда такой срок установлен законом или договором купли-продажи. Если на товар установлен гарантийный срок, покупатель вправе предъявить требования, связанные с недостатками товара, при обнаружении недостатков в течение гарантийного срока.

Как следует из приведенных норм, распределение между продавцом и покупателем бремени доказывания причины недостатка товара находится в зависимости от наличия или отсутствия гарантии качества товара, предоставленной продавцом.

Для разрешения вопросов о том, являются ли выявленные дефекты вышеназванного договора поставки производственными или возникли в результате эксплуатации товара, необходимы специальные познания.

В связи с чем, в ходе рассмотрения дела определением арбитражного суда от 21.07.2021 назначена судебно-техническая экспертиза в АНО «Судебный эксперт», проведение экспертизы поручено эксперту АНО «Судебный эксперт» ФИО6.

На разрешение эксперта по спорному объекту – футеровка металлическая для мельницы ММС105,4-54  поставлены следующие вопросы:

1)           Отсутствие устойчивой фиксации футеровки и степень фиксации является следствием не качественного изготовления футеровки, конструктивных недостатков футеровки или следствием некачественного монтажа?

2)           Ослабление болтов футеровки это следствие некачественного изготовления футеровки, конструктивных недостатков футеровки или некачественного монтажа?

3)           Является ли наличие зазоров между элементами футеровки следствием некачественного изготовления футеровки, недостатков конструктивного исполнения или некачественного монтажа?

4)           Обеспечивает ли качество изготовления, конструктивное исполнение футеровки, в том числе геометрические размеры элементов футеровки плотное прилегание футеровки к стенкам барабана ММС?

5)           Оценить   влияние отклонения геометрических размеров деталей футеровки, образующих зазоры до 20 мм, свыше 20 мм между деталями, на возможность ослабления, разрушения болтов крепления футеровки, на возможность протечки материала (пульпы) через болтовые соединения и на возможность перекоса, обрыва и разрушения деталей футеровки (лифтеров, плит) при эксплуатации под нагрузкой, в том числе при измельчении рудного материала крупностью до 1 метра.  

6)           Способен ли крепеж футеровки в составе комплекта товара, при фактическом конструктивном исполнении обеспечить такую фиксацию футеровки, что при эксплуатации под нагрузкой, в том числе при измельчении рудного материала крупностью до 1 метра, исключалось бы возникновение любых из выявленных недостатков: ослабление, обрыв крепежа, протечка материала (пульпы) через болтовые соединения, перекос, обрыв, разрушение (трещины и расколы) плит и лифтеров?

7)           Обеспечивает ли фактическое конструктивное исполнение футеровки расклинивание ее лифтеров и плит в ММС т.е. прижимают ли лифтеры межлифтерные плиты к корпусу барабана и к смежным лифтерам, образуя жесткое без зазора футерующее кольцо, обеспечивающее неподвижность массива футеровки относительно барабана ММС?

8)           Определить появление дефектов, указанных в рекламационных актах является следствием: конструктивных недостатков футеровки, некачественного изготовления футеровки или  некачественного монтажа футеровки? 

10.11.2021 в материалы дела поступило заключение эксперта от 27.10.2021 № 719/21 по результатам судебной инженерно-технической экспертизы (л.д.17-82, т.8).

По результатам проведенной экспертизы эксперт пришел к следующему заключению:

По вопросу 1: Отсутствие устойчивой фиксации футеровки и степень фиксации является следствием некачественного изготовления футеровки, конструктивных недостатков футеровки или следствием некачественного монтажа?

При проведении 08.10.2021 г. осмотра оборудования установлено, что футеровка барабана мельницы ММС 105,4-54 демонтирована (фото 3-6 на л.д.30-31, т.8). Экспертом осуществлены инструментальные измерения габаритов деталей футеровки барабана мельницы ММС 105,4-54 из запасного комплекта и демонтированных

Размеры деталей футеровки барабана мельницы ММС 105,4-54, как демонтированных, так и из запасного комплекта, не соответствуют размерам, указанным в документах «Проектное решение. Вариант № 3а» и «Проектное решение. Вариант № 8».

Отсутствие устойчивой фиксации футеровки является следствием некачественного изготовления.

По вопросу 2: Ослабление болтов футеровки - это следствие некачественного изготовления футеровки, конструктивных недостатков футеровки или некачественного монтажа?

Определить качество монтажа футеровки барабана мельницы ММС 105,4 - 54 и установить факт ослабления крепежных болтов не представилось возможным по причине демонтажа оборудования. Деформации и разрушения крепежных болтов футеровки стали возможны при наличии зазоров между деталями футеровки в отсутствие распределения ударной нагрузки.

По вопросу 3: Является ли наличие зазоров между элементами футеровки следствием некачественного изготовления футеровки, недостатков конструктивного исполнения или некачественного монтажа?

Зазоры между элементами футеровки барабана мельницы ММС 105,4 -54, возникшие по причине несоответствия фактических размеров деталей размерам, указанным в документах «Проектное решение. Вариант № 3а» и «Проектное решение. Вариант № 8», являются следствием некачественного изготовления футеровки.

По вопросу 4: Обеспечивает ли качество изготовления, конструктивное исполнение футеровки, в том числе геометрические размеры элементов футеровки, плотное прилегание футеровки к стенкам барабана ММС?

Определить плотность прилегания футеровки к стенкам барабана мельницы ММС 105,4 - 54 не представилось возможным по причине демонтажа оборудования.

По вопросу 5: Оценить влияние отклонения геометрических размеров деталей футеровки, образующих зазоры до 20 мм, свыше 20 мм между деталями, на возможность ослабления, разрушения болтов крепления футеровки, на возможность протечки материала (пульпы) через болтовые соединения и на возможность перекоса, обрыва и разрушения деталей футеровки (лифтеров, плит) при эксплуатации под нагрузкой, в том числе при измельчении рудного материала крупностью до 1 метра.

Несоответствие фактических размеров деталей футеровки барабана мельницы ММС 105,4 - 54 размерам, указанным в документах «Проектное решение. Вариант № 3а» и «Проектное решение. Вариант № 8» является причиной образования зазоров между деталями и приводит к нарушению целостности футеровки.

Отсутствие распределения ударной нагрузки между сопряженными деталями футеровки барабана мельницы ММС 105,4 - 54 при измельчении рудного материала крупностью до 1 метра стало причиной многочисленных деформаций и разрушений деталей и болтов крепления футеровки.

По вопросу 6: Способен ли крепеж футеровки в составе комплекта товара, при фактическом конструктивном исполнении обеспечить такую фиксацию футеровки, что при эксплуатации под нагрузкой, в том числе при измельчении рудного материала крупностью до 1 метра, исключалось бы возникновение любых из выявленных недостатков: ослабление, обрыв крепежа, протечка материала (пульпы) через болтовые соединения, перекос, обрыв, разрушение (трещины и расколы) плит и лифтеров?

Фактическое исполнение футеровки и крепежа не исключает возникновение любого из недостатков: ослабление, деформация и обрыв крепежа, протечка пульпы через отверстия болтовых соединений, перекос, деформация и разрушение плит и лифтеров при измельчении рудного материала крупностью до 1 метра.

По вопросу 7: Обеспечивает ли фактическое конструктивное исполнение футеровки расклинивание ее лифтеров и плит в ММС, т.е. прижимают ли лифтеры межлифтерные плиты к корпусу барабана и к смежным лифтерам, образуя жесткое без зазора футерующее кольцо, обеспечивающее неподвижность массива футеровки относительно барабана ММС?

Зазоры между элементами футеровки барабана мельницы ММС 105,4 -54, возникающие по причине несоответствия фактических размеров деталей размерам, указанным в документах «Проектное решение. Вариант № 3а» и «Проектное решение. Вариант № 8», не обеспечивают целостность и неподвижность массива футеровки.

По вопросу 8: Определить, появление дефектов, указанных в рекламационных актах, является следствием: конструктивных недостатков футеровки, некачественного изготовления футеровки или некачественного монтажа футеровки?

Дефекты и недостатки, указанные в акте монтажа от 28 июля 2020 года: образование зазоров между торцами межлифтерных плит; образование зазоров между торцами лифтеров; несоответствие размеров футеровки; низкое качество отливки деталей, являются следствием некачественного изготовления футеровки.

Дефекты и недостатки, указанные в акте внеплановой остановки ММС от 22.08.2020 года: разрушение болтов крепления; выход из строя центрального лифтера и 2 межлифтерных плит, являются следствием некачественного изготовления футеровки.

Дефекты и недостатки, указанные в акте осмотра технического состояния металлической футеровки ММС от 17.09.2020 г.: отклонение геометрических размеров; перекос лифтеров; протечка пульпы через уплотнения болтовых соединений, являются  следствием  некачественного  изготовления  футеровки  и элементов крепления.

Дефекты и недостатки, указанные в акте осмотра технического состояния металлической футеровки ММС от 24.09.2020 г.: разрушение болтов крепления; разрушение лифтеров; перекос лифтеров; протечка пульпы через уплотнения болтовых соединений, являются  следствием  некачественного  изготовления  футеровки  и элементов крепления.

Дефекты и недостатки, указанные в Рекламационном акте о дефектах МТР от 19.11.2020 г. (иллюстрация 14): отсутствие устойчивой фиксации футеровки; ослабление и разрушение болтов крепления; разрушение лифтеров; перекос лифтеров; наличие зазоров от 5 до 15 мм; низкое качество отливки деталей; отклонение геометрических размеров; протечка пульпы через уплотнения болтовых соединений, являются  следствием  некачественного  изготовления  футеровки  и элементов крепления.

В обоснование требования о взыскании убытков истец ссылается на поставку некачественного товара, которые выявлялись с момента монтажа и проявлялись неоднократно. После наработки 4 783 машино-часов товар был демонтирован, т.к. из-за регулярных поломок был исчерпан набор запасных деталей (плит и лифтеров).

Из п. 2.3 Договора, п. 3.13 технического задания следует, что гарантийный срок на товар составляет 14 000 машино-часов. На момент аварийной остановки, зафиксированной актом от 12.07.2021 и за которой последовал демонтаж товара, наработка футеровки составила 4 783 часов.

Исследовав представленное в материалы дела экспертное заключение от 27.10.2021 № 719/21 по результатам судебной инженерно-технической экспертизы (л.д.17-82, т.8), суд установил, что выводы эксперта выполнены на основании объективного, всестороннего, непосредственного и полного исследования с осмотром объекта, в экспертном заключении, отражены все выводы по поставленным вопросам, которые соответствуют требованиям статей 82, 86 АПК РФ, статьи 25 Федерального закона от 31.05.2001 № 73 – ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации».

В силу пункта 2 статьи 64 АПК РФ результатом судебной экспертизы является заключение эксперта, которое относится к числу самостоятельных судебных доказательств.

Переоценка исследованных экспертом обстоятельств и сделанных на их основе выводов не входит в полномочия суда, поскольку такими полномочиями обладает лишь эксперт, который как лицо, обладающее специальными познаниями, необходимой квалификацией и опытом, в своем заключении излагает суть проведенных исследований, сделанные в результате их выводы и обоснованные ответы на поставленные вопросы.

По результатам ознакомления с вышеуказанной экспертизой, ООО «Балтмаш» обратился в экспертную организацию с целью подготовки дополнительного мнения по качеству поставленного товара, по итогам которой представил заключение эксперта ООО «Региональная ассоциация экспертов» от 16.12.2021 № 11221 (представлена в эл. виде 16.12.2021 к ходатайству от 16.12.2021 на л.д.89-90, т.8) по вопросу: «соответствует ли заключение эксперта № 719/21 от 27.10.2021, составленное АНО «Центр по проведению судебных экспертиз и исследований» (АНО «СУДЕБНЫЙ ЭКСПЕРТ») по определению Арбитражного суда Республики Саха (Якутия), дело № А58-4922/2020 от 21.07.2021 г. Федеральному закону от 31 мая 2001 г. N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации" (с изменениями и дополнениями)?».

Эксперт ООО «Региональная ассоциация экспертов» в заключении от 16.12.2021 № 11221 на поставленный обществом вопрос указал, что эксперт АНО «Судебный эксперт» при составлении заключения эксперта по результатам судебной инженерно-технической экспертизы №719/21 от 27 октября 2021 г. не установил и не использовал ГОСТ Р 53464-2009 национальный стандарт Российской Федерации отливки из металлов и сплавов, который является основным нормативным документом, устанавливающим требования к качеству отливок из металлов и сплавов. В результате данного обстоятельства эксперт АНО «Судебный эксперт» допустил грубейшие ошибки при проведении своего исследования с получением ошибочных выводов по всем вопросам, кроме вопроса № 4.

В разделе 6 заключения «РАЭКС» не перечислен и не исследован ряд документов по делу, а именно: акт осмотра технического состояния от 24.09.2020 (л.д.42-46, т.3), акт осмотра технического состояния от 17.02.2021 (л.д.47-48, т.4), рекламационный акт от 25.08.2021.

Также, в разделе 6 заключения «РАЭКС» перечислен ряд документов, которые фактически не были исследованы экспертом, поскольку выводы по ним отсутствуют, а именно: акт внеплановой остановки от 20.08.2020 (п. 11 на стр. 5), т.3, л. д.35-37; акт осмотра технического состояния от 17.09.2020, подписанный обществом без разногласий (п. 12 на стр. 5), т.3, л.д. 39-41; акт аварийной остановки от 06.04.2021 (п. 19 на стр. 5), т. 4, л. д. 54-55; акт осмотра технического состояния от 12.07.2021 (п. 17 на стр. 5), т. 6, л. д. 107-109. При этом эксперт ссылается (стр. 56-57, 60, 64, 70, 75) на некоторые из этих документов как на условие «детального и объективного исследования», не сделав по ним никаких выводов, что свидетельствует об избирательном исследовании доказательств.

В заключении «РАЭКС» (стр. 12-14, стр. 49) исследуются вопросы: исполнения поставки товара (футеровки; раздел 7.2), в котором эксперт делает вывод, что поставка осуществлена в полном объеме; соответствия товара по своему химическому составу требованиям договора (раздел 7.3), в котором эксперт делает вывод, что товар по своему химическому составу соответствует требованиям договора; применения расценок при расчете убытков компании (стр. 49), где эксперт делает вывод, что применение расценок не обосновано.

Таким образом, экспертом РАЭКС сделаны выводы по вопросам, которые ему не ставились на исследование, и тем более не ставились судом для разрешения при назначении судебной экспертизы.

Исследуя акт (пункт 7.5 заключения РАЭКС на стр. 42-44) монтажа футеровки от 28.07.2020 (т. 4, л. д. 20-22), эксперт ООО «РАЭКС» приходит к выводам, которые не соответствуют содержанию акта, в частности:

- «в акте отмечается неудовлетворительное качество литья, однако не указано количество конкретных изделий и в чем именно заключается несоответствие», что не соответствует содержанию акта, т.к. в нем прямо указано, что между торцами межлифтерных плит (Р15155.01.00), торцами лифтеров (Р15155.02, Р15155.02-01, Р15155.04, Р15155.03, Р15155.03-01, Р 15155.05) образуются зазоры от 5 до 20 мм;

- «в акте указано, что производилась резка и подгонка элементов без присутствия представителя поставщика, что нарушает требования п. 3.9. «Шеф-монтажные работы» (стр. 55. 59, 62, 67, 73, 78 заключения РАЭКС), что является противоречащим выводом, т.к. ранее эксперт «РАЭКС» прямо указывает, что шеф-монтаж возможен в присутствии поставщика (стр. 20 заключения РАЭКС), т.е. это является правом заказчика;

- «не указано, конкретно какие плоскости элементов подверглись резке и подгонке, сколько было элементов, кем выполнялись работы и каким образом выполнялись работы» - не соответствует содержанию акта, т.к. в нем прямо указаны детали, подвергшиеся резке (плита торцевая внутренняя (Р15155.07.00), лифтер торцевой (Р15155.08), брус (Р15155.09.00)), а приложенные фото однозначно показывают, какие именно плоскости подвергались резке. Исходя из обозначений, резке подвергались только детали стороны загрузки ММС6. Иного из акта не следует;

- «на акте монтажа отсутствует отметка службы ОТК о проведенном контроле за правильностью монтажа» - экспертом «РАЭКС» не обоснована и не доказана необходимость наличия такой отметки.

Кроме того, эксперт «РАЭКС» никак не комментирует факт подрезки деталей, что является нарушением п. 2.7 Технического задания к договору - «Точность исполнения элементов футеровки, должна исключать дополнительные затруднения при монтаже (подрезки из-за не состыковки сегментов, устранение зазоров)». При этом о наличии такого требования эксперт ранее делает вывод (пункт 2 выводов эксперта, стр. 20 заключения РАЭКС).

Исследуя (стр. 44-49 заключения РАЭКС) рекламационный акт от 19.11.2020 (т.3, л. д.107-119) и рекламационный акт от 29.04.2021 (т.5, л. д.93-110), эксперт «РАЭКС» использует следующие отправные данные:

- ГОСТ 12367-85 (в части техобслуживания мельниц, стр. 45 заключения);

- РД. 37.001.131-89 (в части затяжки резьбовых соединений, стр. 46 заключения);

- ГОСТ Р 53464-2009 (в части допусков на отливку деталей) и свою таблицу по требованиям точности отливки (стр.37-39 заключения РАЭКС), составленную на основе рабочих чертежей (стр.21-36 заключения РАЭКС), ранее в дело не представленных.

Все перечисленные документы являются документами по стандартизации (национальными стандартами) по смыслу Федерального закона от 29.06.2015 N 162-ФЗ "О стандартизации в Российской Федерации", согласно ч. 1 ст. 26 которого документы национальной системы стандартизации применяются на добровольной основе одинаковым образом и в равной мере независимо от страны и (или) места происхождения продукции (товаров, работ, услуг), если иное не установлено законодательством Российской Федерации.

Общество и эксперт, ссылаясь на эти документы, никак не обосновывают и не доказывают обязательность применения этих национальных стандартов.

Так, в части рекламационного акта от 19.11.2020 эксперт «РАЭКС» делает следующие выводы:

- стр. 45 заключения «РАЭКС»: «Возможные причины ослабления крепежа футеровки: так как в акте монтажа футеровки отсутствует отметка службы ОТК о проведенном контроле за правильностью монтажа, могло произойти ошибочное использование болтов крепежа футеровки неподходящего размера с последующей прирезкой по месту, что могло привести к преждевременному ослаблению элементов крепежа. Также к ослаблению крепежа могло привести несвоевременное техническое обслуживание мельницы и применение неправильных моментов затяжки болтов крепления. Информация по этим моментам отсутствует»;

- стр. 47 заключения «РАЭКС»: «Таким образом, из семи проведенных замеров только один образец (№1) не соответствует требованиям допуска. Несоответствие могло быть вызвано погрешностью измерения».

В части соответствия размеров деталей футеровки требованиям допусков эксперт ссылается на ГОСТ Р 53464-2009, указывая, что такое отклонение является нормой, т.к. соответствует 11-13 классам точности отливки, при этом игнорирует тот факт, что это лишь доказывает наличие отклонений в геометрических размерах деталей футеровки в момент их изготовления.

В части рекламационного акта от 29.04.2021 эксперт «РАЭКС» делает следующие выводы:

- аналогично акту от 19.11.2020, эксперт пишет (стр. 38 заключения РАЭКС), что размер деталей футеровки соответствует требованиям допусков, что лишь доказывает наличие отклонений в геометрических размерах деталей футеровки в момент их изготовления;

- в отношении замеров б/у деталей футеровки эксперт пишет (стр. 49 заключения РАЭКС): «Вывод: исследование отклонений на элементах, которые подвергались не установленной механической обработке при монтаже в барабан мельницы не целесообразно, так как не несет точной информации, и может быть приведено для справки».

Этот вывод прямо противоречит акту монтажа от 28.07.2020, поскольку ранее компания указала, что подрезке подвергались только детали стороны загрузки. Здесь же эксперт «РАЭКС» делает вывод, что резке подвергались и детали футеровки барабана мельницы.

Как разъяснено в п. 13 Постановления Пленума ВАС РФ от 04.04.2014 N 23 "О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе", заключение эксперта, полученное по результатам проведения внесудебной экспертизы, не могут признаваться экспертными заключениями по рассматриваемому делу. Такое заключение может быть признано судом иным документом, допускаемым в качестве доказательства в соответствии со статьей 89 АПК РФ.

Кроме того, в абз. 2 п. 8 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 N 23 "О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе" указано, что определяя круг и содержание вопросов, по которым необходимо провести экспертизу, суд исходит из того, что вопросы права и правовых последствий оценки доказательств не могут быть поставлены перед экспертом.

Суд, учитывая вышеуказанные разъяснения и содержание вопросов, поставленных ООО «Балтмаш» на разрешение эксперта ООО «Региональная ассоциация экспертов», полагает, что данные вопросы носят правовой характер и их разрешение относится к компетенции суда, а не эксперта, приходит к выводу, что внесудебное заключение ООО «Региональная ассоциация экспертов» не может являться надлежащим доказательством по делу. Кроме того, в рамках проведенного исследования рецензент или эксперты не были предупреждены судом об уголовной ответственности, исследование произведено вне рамок судебного разбирательства. Документы составлены по заказу ООО «Балтмаш», услуги по составлению рецензии также оплачены им.

 Кроме того, рецензия ООО «Региональная ассоциация экспертов» не соответствует требованиям, установленным статьей 25 Федерального закона от 31.05.2001 N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации" и не может быть принята как надлежащее средство доказывания недостоверности заключения судебной экспертизы. Такая рецензия (заключение) не является самостоятельным исследованием и по своей сути сводится к критическому, частному мнению специалиста относительно выводов судебной экспертизы.

Несогласие ООО «Балтмаш» с выводами эксперта не свидетельствует о противоречивости данного заключения. Обществом не приведено в обоснование своих доводов существенных обстоятельств, способных вызвать сомнения в обоснованности экспертного заключения, не представлено достоверных и допустимых доказательств, опровергающих сделанные им выводы.

Таким образом, оснований считать, что данное доказательство получено с нарушением действующего законодательства, не имеется, в связи с чем, суд в порядке статьи 87 АПК РФ принял заключение по результатам судебной экспертизы в качестве доказательства по делу на основании статьи 64 АПК РФ.

Ссылка ООО «Балтмаш» на применение к товару ГОСТа Р 53464-2009 к спорному договору и к определению качества футеровки, судом рассмотрена и отклонена на основании следующего.

ООО «Балтмаш» для участия в закупке № 31907762773 (извещение от 12.04.2019), которую проводил ответчик, направил пакет документов, в который входили: технико-коммерческое предложение от 22.04.2019 на изготовление и поставку металлической футеровки (лифтеров) загрузочного торца и барабана мельницы мокрого самоизмельчения ММС 105,4 х 54 фабрики № 14 АГОК и анкета соответствия к ТЗ на поставку металлической футеровки (лифтеров) загрузочного торца и барабана мельницы мокрого самоизмельчения ММС 105,4-54 фабрики № 14 АГОК (представлены в эл. виде 11.01.2023 к ходатайству от 11.01.2023, л.д.1-4, т.12).

В пункте 2.4 «Описание технического решения» раздела 2 «Общие технические характеристики» ТКП указано следующее:

- при обтяжке лифтеры прижимают межлифтерные плиты к корпусу барабана и к смежным лифтерам, образуя жесткое беззазорное футерующее кольцо (подпункт 4, стр. 3 ТКП);

- для устранения возможного перетока пульпы в зазоры между деталями футеровки и исключения износа корпуса, разъемы между ними (деталями) закрыты соседней деталью, тем самым исключается необходимость установки дополнительной прокладки (подпункт 6, стр. 3 ТКП).

В Анкете в строке 11 «Конструктивное исполнение» ООО «Балтмаш» указал, что он (и его продукция) соответствует требованию «Точность исполнения элементов футеровки должна исключать дополнительные затруднения при монтаже (подрезки из-за не состыковки сегментов, устранение зазоров)».

Таким образом, можно сделать вывод о том, что ООО «Балтмаш» было достоверно известно требование о том, что между деталями футеровки не должны возникать зазоры после монтажа. Поставщик должен был использовать техническое решение, учитывающее указанное требование. Вместо этого был избран класс точности отливки, который предусматривал слишком большой допуск. Следовательно, зазоры являются конструктивным недостатком.

Свидетель ФИО4 на допросе 10.11.2022 сообщил: «На момент, когда я приехал на приемку, у меня было техзадание с одними чертежами, а изготовили и поставили, оказалось, уже по другим чертежам. Те чертежи были вариант № 5, а изготовили и поставили по варианту № 8». Таким образом, свидетель ФИО4 ссылается на чертежи, которые поставщик представил вместе с ТКП, а именно:

- проектное решение. Вариант № 5 (предлагаемый, с доработкой). Футеровка корпуса барабана ММС-105x54 (представлены в эл. виде 11.01.2023 к ходатайству от 11.01.2023, л.д.1-4, т.12);

- проектное решение. Вариант № 2 (предлагаемый). Футеровка стенки загрузочной ММС-105x54 (представлены в эл. виде 11.01.2023 к ходатайству от 11.01.2023, л.д.1-4, т.12).

В Проектных решениях № 5 и № 2 указано, что проектные решения разработаны ОГК АО «ВостСибМаш», имеются подписи ФИО10, Миллера от 10.07.2018 (угловой штамп чертежей); футеровка предназначена для защиты корпуса барабана мельницы мокрого самоизмельчения ММС-105x54, эксплуатируемой на ОФ № 14 АГОК ПАО «АЛРОСА» (п. 1 раздела «Технические характеристики» на каждом Проектном решении); для устранения возможного перетока пульпы в зазоры между деталями футеровки и исключения износа корпуса, разъемы между ними (деталями) закрыты соседней деталью, тем самым исключается необходимость уплотнения разъемов специальной (резиновой) прокладкой (п. 5 и 4 раздела «Описание проектного решения» в решениях № 5 и № 2 соответственно).

Из представленных документов следует вывод, что проектные решения № 5 и № 2 разрабатывались специально для ООО «Балтмаш» теми же лицами, которые изготовили проектные решения № 8 и № 3а, использовавшиеся для монтажа футеровки; поставщику было достоверно известно требование о том, что между деталями футеровки не должны возникать зазоры после монтажа; для подготовки проектных решений № 5 и № 2 не использовался и не упоминается ГОСТ 53464-2009 «Отливки из металлов и сплавов».

Истец в объяснениях от 19.01.2023 заявляет, что «в технической документации «Проектное решение № 3» и «Проектное решение № 8 есть ссылки на рабочую документацию деталей в таблицах «Комплект футеровки барабана», где этот ГОСТ Р 53464-2009 указан. Так как ГОСТ Р 53464-2009 заявлен публичным, то, согласно Федеральному закону «О стандартизации в Российской Федерации», он обязателен к применению».

Согласно п. 3 ст. 26 Федерального закона от 29.06.2015 N 162-ФЗ (ред. от 30.12.2020) "О стандартизации в Российской Федерации", применение национального стандарта является обязательным для изготовителя и (или) исполнителя в случае публичного заявления о соответствии продукции национальному стандарту, в том числе в случае применения обозначения национального стандарта в маркировке, в эксплуатационной или иной документации, и (или) маркировки продукции знаком национальной системы стандартизации.

Таким образом, применение ГОСТа является обязательным только для ООО «Балтмаш», поскольку вышеуказанная норма не упоминает заказчиков, покупателей и (или) потребителей. Следовательно, позиция поставщика является ошибочной и не влияет на квалификацию отношений.

Также, применение ГОСТ 53464-2009 следует рассматривать с двух позиций:

- применение к технологическому процессу изготовления. В данном случае, если истец решил, что применение ГОСТ 53464-2009 является обязательным для него в процессе изготовления футеровки, то это его выбор, который не затрагивает права и обязанности покупателя;

- применение к правоотношениям сторон для их квалификации. В силу п. 3 ст. 26 ФЗ-162 «О стандартизации в РФ» ГОСТ 53464-2009 не является обязательным для ответчика (как покупателя). В деле отсутствуют доказательства согласования применения этого ГОСТ в качестве требования, которому должен соответствовать товар (футеровка).

В п. 2.7 технического задания к договору указано требование к качеству товара: «Точность исполнения элементов футеровки, должна исключать дополнительные затруднения при монтаже (подрезки из-за не состыковки сегментов, устранение зазоров)» (т.1, л. д. 23).

Исходя из буквального толкования (должна исключать), в этом пункте установлено обязательное требование к точности отливки деталей и обязанность поставщика изготовить товар так, чтобы описанные недостатки не проявлялись.

Общество же в своих объяснениях неоднократно ссылается на ГОСТ Р 53464-2009, а именно на раздел 5 и табл. 1 этого ГОСТа, указывая, что выявленные отклонения размеров деталей футеровки соответствуют 11-13 классам точности (по табл. 1 ГОСТа) для отливок размером от 250 до 400 мм, от 400 до 630 мм.

В ходе допроса свидетеля ФИО4 (инженер АК «Алроса» (ПАО), который  подписал акт монтажа металлической футеровки от 28.07.2020) в судебном заседании 10.11.2022 им даны пояснения, в том числе относительно допусков, предусмотренных ГОСТом 53464. Так свидетель пояснил, что ему не было известно, что данное изделие изготавливается в соответствии с ГОСТ 53464-2009, в техническом задании указанный ГОСТ отсутствовал, как и в чертежах, на которые ссылается ООО «Балтмаш» и иной   документации, представленной ООО «Балтмаш». Также пояснил, что за 16 лет работы в компании ранее устанавливал металлические футеровки, при этом по каким ГОСТам они отливались пояснить не смог.

Как следует из письменных пояснений начальника обогатительной фабрики № 14 Айхальского ГОКа ФИО7 (л.д.46, т.11) в тексте особого мнения прописан данный ГОСТ, но в графической части предложения не указаны отклонения при отливке в сторону уменьшения размера заготовки, описанные в ГОСТе, а также отдельных комментариев на поле чертежа. Примененный ГОСТ, национальный стандарт РФ по отливке из металлов и сплавов не является доказательной базой для получения изделия в конечном виде, согласно размерам барабана мельницы и укладки футеровки без каких-либо зазоров. По мнению ФИО7, перед отправкой футеровки покупателю, производитель на стенде не произвел сборку сектора футеровки для понимания полной картины укладки элементов футеровки с учетом межцентровых размеров крепления и длины барабана.

АК «АЛРОСА» (ПАО) выразило свое мнение о продукте в рекламационных актах. Считает, что акцентирование производителя на ссылки по ГОСТу не корректны. Это ГОСТ для производителя, который отливает формы, а не для покупателя, который в собранном виде должен получить готовый работающий продукт. Ни в договоре, ни в технической документации изначально не было ссылки на ГОСТ Р 53464-2009. Зато были указаны точные геометрические размеры частей футеровки, которую покупатель должен был получить. Указывает, что производитель при проектировании футеровки не учел факт «усадки» при отливке элементов футеровки. Негативный фактор в данном случае проявился при монтаже комплекта футеровки, и производитель решил применить данный фактор как объяснение отклонения от геометрических размеров.

Согласно терминам, закрепленным в ГОСТ 53464-2009, а именно:

Пункт 3.15 - Параметры точности отливки: Обобщенные характеристики точности размеров, поверхностей или отливки в целом.

Параметры точности размеров и поверхностей отливки включают класс точности, размеров, степень коробления элемента отливки, степень точности поверхности, а также смещение элемента отливки и ряд припуска поверхности отливки.

Пункт 3.16 - Нормы точности отливки: Требования к уровню значений параметров точности отливки.

Нормы точности устанавливают в зависимости от назначения, конструктивно-технологических особенностей, условий эксплуатации и изготовления отливки.

Ни общество, ни эксперт «РАЭКС» не обосновали применение ГОСТ Р 53464-2009 к спорному договору и к определению качества футеровки. Этот ГОСТ является документом по стандартизации, применяемым на добровольной основе, а не нормативным актом по смыслу ст. 469 ГК РФ. Поставщик не указал нормативный акт, обязывающий применение указанного ГОСТа.

Таким образом, из ГОСТа прямо следует, что класс точности отливки определяется в каждом конкретном случае, иным образом делать такой выбор ГОСТ не предписывает. С учетом того, что проектные решения на футеровку не согласовывались с компанией (доказательств обратного не представлено), можно однозначно заключить, что выбор класса точности обусловлен исключительно волей общества.

ООО «Балтмаш» возражая относительно встречного иска, также заявил о том, что образование зазоров произошло по причине того, что еще на этапе монтажа не было обеспечено плотное прилегание лифтеров к плитам по всей длине, что могло быть вызвано неравномерной раскладкой, плиты могли быть уложены с перекосом, лифтеры могли быть установлены не перпендикулярно, ширина плит замерена не вполне корректно.

При этом ответчиком  не учитывается, что товар изначально должен соответствовать п. 2.7 Технического задания к договору, т.е. не должен иметь зазоров между деталями. В момент передачи товара компании, детали футеровки отклонялись от заявленных размеров, что невозможно устранить «правильной» раскладкой деталей или «правильным» креплением. Такие недостатки можно было бы устранить путем «наращивания» металла на деталях, имеющих отклонение по размерам, что повлекло бы еще большие убытки для компании.

В процессе рассмотрения дела экспертом АНО «Судебный эксперт» даны ответы (представлено в эл. виде к письму от 27.06.2022 (л.д.71, т.9)) на вопросы АК «Алроса» (ПАО), указанные в письме: от 21.06.2022 № 02-ЮРЦ/35, согласно которым истец указал, что расклинивание футеровки за счет размещения лифтеров между плитами является основным условием неподвижного крепления футеровочных плит в целях создания неразрывной ударопрочной поверхности для защиты внутренней поверхности барабана.

Отклонения фактических размеров деталей футеровки относительно указанных в проектных решениях № 8: лифтер боковой низкий стороны разгрузки Р151155.02-01 (ширина - 7мм); лифтер торцовый внешний Р151155.08-01 (ширина - 5 мм); лифтер центральный высокий Р151155.05 (ширина - 7 мм); лифтер центральный низкий Р151155.04 (ширина - 5 мм); лифтер боковой высокий стороны загрузки Р151155.03 (ширина - 4 мм); лифтер боковой высокий стороны разгрузки Р151155.03-01 (ширина - 3 мм); плита торцовая внешняя Р151155.06.00 (ширина - 12(8) /- 12 мм); плита торцовая внутренняя Р151155.07.00 (ширина -/-8(6) мм); плита межлифтерная Р151155.01.00 (ширина -/-5 мм); не обеспечивают плотное прилегание боковых поверхностей лифтеров и плит и являются причиной возникновения подвижности лифтеров и плит при ударных нагрузках и, как следствие, деформации и ослабления болтовых креплений.

Значительные отклонения фактической длины футеровочных плит относительно указанных в проектных решениях № 3а значений (до -27 мм) являются причиной возникновения значительных зазоров между торцевыми поверхностями плит и, как следствие, подвижности деталей при ударных нагрузках и возможного выпадения фрагментов футеровки.

При проведении 08.10.2021 г. осмотра деталей футеровки корпуса барабана следов подрезки, отпилов, обточки и прочих подобных воздействий не зафиксировано.

Эксперт приводит требования ГОСТ Р 53464-2009 «Отливки из металлов и сплавов. Допуски размеров, массы и припуски на механическую обработку»: «Параметры точности размеров и поверхностей отливки включают класс точности, размеров, степень коробления элемента отливки, степень точности поверхности, а также смещение элемента отливки и ряд припуска поверхности отливки.

Эксперт констатирует, что выбор класса точности отливок, согласно ГОСТ 53464-2009, обусловлен технологическими процессами литья и наибольшими габаритными размерами отливок.

В зависимости от назначения и условий эксплуатации, устанавливаются специфические требования к точности литых деталей.

Утверждение поставщика о том, что экспертом не изучался, заключенный между сторонами, договор поставки судом отклоняется как необоснованное, поскольку при подготовке заключения № 719/21 экспертом тщательно изучены представленные материалы дела № А58-4922/2020, в том числе договор поставки № 6101033659 от 31.07.19 с приложениями.

Не нашло подтверждения заявление ответчика об отсутствии исследований экспертом ГОСТ Р 53464-2009, поскольку рабочая документация не запрашивалась по причине наличия документации (сборочных чертежей): проектные решения № 8 (футеровка барабана) и проектные решения № 3а (футеровка стороны загрузки), с указанием необходимых для исследования размеров.

Как и не нашло подтверждения возражение поставщика о том, что эксперт при проведении экспертизы не учел особого мнения поставщика, изложенного в актах осмотра от 17.09.2024 и от 24.09.2020, согласно которым, указывалось на необходимость перемонтажа поставленной футеровки, т.к. рекомендации инженера-конструктора ООО «Балтмаш», изложенные в акте осмотра от 17.09.2020 г., изучены экспертом при исследовании материалов дела, а акт осмотра от 24.09.2020 г. не содержит особого мнения представителя поставщика. При этом особое мнение представителя ООО «Балтмаш» с указанием 11 класса точности отливок деталей футеровки ММС, изложенное в приложении № 5 к рекламационному акту осмотра от 29.04.2021 г., изучено экспертом при исследовании материалов дела.

Особое мнение представителя ООО «Балтмаш» ФИО8 впервые изложено в рекламационном акте от 19.11.2020 и не содержит рекомендаций о перемонтаже футеровки (л.д.119, т.3). Такую рекомендацию содержит особое мнение ФИО9 к рекламационному акту от 29.04.2021 (л.д.95, т.5).

Кроме того, представитель ООО «Балтмаш» ФИО8 в своих особых мнениях к рекламационным актам от 19.11.2020 и 29.04.2021 ссылается только на 11 класс точности деталей футеровки, а в рабочей конструкторской документации указывает только 12-13 классы точности. При этом ФИО8 указан разработчиком рабочей конструкторской документации, в которой содержится его подпись, в связи с чем, суд относится критически к особому мнению представителя ООО «Балтмаш» ФИО8

Рекомендация истца перемонтировать перекошенные лифтеры (а не всю футеровку) впервые упоминается в акте от 17.09.2020 (л.д.127-129, т.2 и л.д.39-41, т.3), а затем в письме от 15.10.2020 № 20/10-151 (л.д.56, т.3). При этом компания перемонтировала лифтеры и заменила крепления, на что указывает п. 7 и 8 акта выполненных работ от 30.09.2020 (л.д.47-53, т.3), стоимость которых предъявлена компанией ко взысканию как убытки.

Как следует из письменных пояснений начальника обогатительной фабрики № 14 Айхальского ГОКа ФИО7 (л.д.46, т.11) при составлении рекламационных актов от 19.11.2020 и 29.04.2021 о выходе из строя (обрыве) элементов крепления футеровки, разрушении межлифтерных плит, а также о дефектах литья в виде трещин, поставленной ООО «Балтмаш», наработка на момент аварийной остановки мельницы составила 577 и 3240 часов соответственно.

На момент подписания актов представитель производителя выразил особое мнение, в котором указывал, что для устранения перекоса лифтеров, необходимо их перемонтировать. ФИО7 отмечено, что особое мнение противоречит технической документации, в которой не было никакой информации о предполагаемых допусках в геометрических размерах. Полагает, что именно неудовлетворительное качество литья и несоответствие установочных геометрических размеров в процессе монтажа привели к появлению зазоров в межфутеровочном пространстве барабана.

Кроме того, предложить перемонтаж футеровки легче, чем его осуществить. Демонтаж и монтаж процедура трудозатратная и ведет к длительному простою мельницы (более 2 недель), для которого необходимо остановить производство, промыть мельницу от руды и открыть ее. Затем при помощи грузозахватных механизмов вынуть более 500 тонн железа, разложить по схеме, и снова смонтировать, без гарантии результата, так как несоответствие предлагаемого комплекта футеровки конструктиву мельницы стало понятно при ее первичном монтаже. Кроме того, монтаж/демонтаж футеровки также является финансово-затратным (к примеру, демонтаж футеровки в июле 2021 года обошелся АК «АЛРОСА» (ПАО) в 2 950 291 рублей), А простой мельницы стоит более 30 миллионов рублей в сутки.

В ходе рассмотрения дела обществом также представлена рабочая конструкторская документация, а также документы, подтверждающие качество поставленного обществом товара (представлена в эл. виде 27.12.2021 к ходатайству от 27.12.2021 на л.д.97-109, т.8).

В обоснование необходимости приобщения рабочей конструкторской документации, а также документов, подтверждающих качество поставленного истцом товара, общество указало, что данные документы содержат технические требования и всю необходимую информацию для изготовления футеровки.

Судом у третьего лица истребован подлинник рабочей конструкторской документации, направленной в дело 27.12.2021, а именно рабочая конструкторская документация в виде электронного документа, подписанного не позднее 15.07.2020 усиленной квалифицированной электронной подписью лиц, указанных в качестве составителей (подписантов) этого документа: Колесников, ФИО10, Миллер.

Третье лицо указало, что рабочая конструкторская документация составлена на бумажном носителе, соответственно сведения об усиленной квалифицированной электронной подписей лиц, отсутствуют. Как следует из рабочей конструкторской документации, составлена она ФИО9, ФИО10, ФИО11 в октябре 2019 года. Указанная дата, подтверждается соответствующими сведениями, которые имеются на каждой странице рабочей конструкторской документации.

АК «Алроса» (ПАО) обратилось к нотариусу в целях фиксации того факта, что поставщик направил ему только проектные решения № 8 и № 3а на двух листах и не направлял рабочую конструкторскую документацию на 18 листах (далее - РКД).

Покупатель направил поставщику телеграмму с указанием даты и места проведения осмотра (14.12.22 в 11:00, Москва, ул. Ильинка, д. 4), однако поставщик не явился. По итогам нотариус составил протокол от 14.12.2022 осмотра письменных доказательств (л.д.18-54, т.12).

Нотариусом осмотрены электронные письма, приобщенные в дело ходатайством от 19.10.2021. Протоколом зафиксировано, что 18.03.2020, 08.06.2020 в 10:02 и в 10:38 истец направил ответчику письма (всего 3 шт.), каждое с вложением двух файлов, содержащих документы по одной странице каждый, которые назывались «Проектное решение. Вариант № 8» и «Проектное решение. Вариант № 3а» (пункты 9, 11, 13; 15, 17, 19; 21, 23, 25 Протокола, Приложения № 9-13, 15-19,21-25 к Протоколу).

Протокол и электронная переписка однозначно доказывают, что истец направлял ответчику только проектные решения № 8 и № 3а; отсутствуют доказательства отправки иных чертежей, в т.ч. РКД.

Как следует из материалов дела, рабочая конструкторская документация приобщена к делу по ходатайству истца от 27.12.2021, а также была использована экспертом «РАЭКС» для составления рецензии от 16.12.2021 на судебную экспертизу. При этом не предоставлено каких-либо доказательств, что рабочая конструкторская документация имелась ранее (на дату заключения договора/на дату поставки товара), поскольку РКД представлена в форме электронного документа, а не в форме электронного образа документа (т.е. скана с бумажного носителя), не подписана ЭЦП в момент своего создания, не представлены электронные файлы сертификата подписи, которые бы однозначно указывали момент создания и автора РКД. Иными словами, аутентичность РКД, её происхождение не подтверждены. Кроме того, РКД не имеет штампов (печатей) её согласования заводом-изготовителем (АО «Востсибмаш») с ООО «Балтмаш», тогда как ранее представленные истцом проектные решения такие штампы имеют (л.д.36, т.4). При этом РКД указывает, что чертежи разработаны для ОФ № 14 АГОК Компании, что позволяет сделать вывод, что РКД, как и проектные решения, разрабатывалась заводом-изготовителем специально для ООО «Балтмаш» для целей исполнения договора с АК «Алроса» (ПАО).

ООО «Балтмаш» в ходе рассмотрения дела перед экспертом также ставился вопрос о том, каким образом эксперт мог провести надлежащую экспертизу по поставленным судом вопросам, при демонтированной футеровке, в ответ на который эксперт указал, что ответы на поставленные вопросы подготовлены экспертом по результатам изучения материалов дела № А58-4922/2020 и проведенных 08.09.2022 г. визуального осмотра и инструментальных измерений.

Возражения поставщика о том, что перед экспертом не был поставлен вопрос об определении класса точности поставленного истцом товара, также отклонен судом, поскольку точность размеров деталей футеровки рассматривалась, в первую очередь не с точки зрения наличия и величины допусков, а с точки зрения соответствия футеровки функциональному назначению и фактическим условиям эксплуатации.

Суд также отклоняет довод поставщика о том, что экспертом в заключении не отражено исследование литья поставленной футеровки, поскольку данный вопрос не ставился перед экспертом.

Ссылка ответчика о том, что заключение эксперта не отражает ход и результаты исследований, проведенных экспертом, судом отклонен как необоснованный, поскольку как указал сам эксперт (л.д.96, т.9) в экспертном заключении  формулировки, указанные в рекламационных актах, намеренно оставлены экспертом без изменений, в целях идентичности толкования. Заключение № 719/21 от 27.10.2021 г. выполнено в соответствии с требованиями Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации». Выводы эксперта основаны на материалах дела № А58-4922/2020 и результатах выездного осмотра, демонтированной футеровки барабана мельницы мокрого самоизмельчения ММС 105,4-54, проведенного 08.09.2022 г. Недостатки и дефекты футеровки, указанные в рекламационных актах, подтверждены при проведении 08.09.2022 г. визуального осмотра и инструментальных измерений.

Ответы по остальным вопросам ООО «Балтмаш» по проведённой АНО «Судебный эксперт» экспертизе, даны экспертом в письменных ответах, представленных в материалы дела (л.д.71-72, 85-100, т.9; л.д.6-19, т.10).

Следовательно, с учетом экспертного заключения АНО «Судебный эксперт» от 27.10.2021 № 719/21, из которого следует, что выявленные при проведенных 08.09.2022 г. визуальном осмотре и инструментальных измерениях несоответствия фактических размеров деталей футеровки размерам, указанным в сборочных чертежах, являются производственным браком, суд приходит к выводу о том, что поставщиком (ООО «Балтмаш») поставлен товар, не соответствующий требованиям п. 2.7 Технического задания к договору, которые имеют первостепенное значение при проверке качества товара.

Не согласившись с экспертным заключением проведенной АНО «Судебный эксперт», ООО «Балтмаш» заявило ходатайство от 09.10.2022 о назначении повторной экспертизы (л.д.104-110, т. 11) с постановкой перед экспертом тех же вопросов, что и при проведении первой экспертизы и дпоставив перед экспертом дополнительные вопросы.

Далее 10.10.2022 ООО «Балтмаш» также заявил ходатайство от 10.10.2022 о назначении дополнительной экспертизы (л.д.111-115, т.11) дополнительно поставив перед экспертом вопросы.

16.01.2023 и 24.01.2023 ООО «Балтмаш» также заявил ходатайства от 19.01.2023 (л.д.61-64, т.12) и от 24.01.2023 (л.д.79-83, т.12) о назначении дополнительной экспертизы по качеству  дополнительно поставив перед экспертом вопросы.

Определением арбитражного суда от 11.04.2023 в удовлетворении ходатайства ООО «Балтмаш» о назначении повторной экспертизы отказано.

При изложенных обстоятельствах с учетом результатов судебной экспертизы, суд приходит к выводу о доказанности наличия существенных нарушений требований к качеству поставленного товара, которые явились  основанием для отказа от исполнения договора и предъявления требования о возврате уплаченной за товар денежной суммы.

Доводы ООО «Балтмаш» о том, что АК «Алроса» (ПАО), произведена несогласованная подрезка деталей футеровки, что повлекло прекращение гарантийных обязательств, предусмотренных договором, признается судом несостоятельной, поскольку противоречит имеющимся материалам дела  в том числе показаниями свидетелей.

Более того, как указывалось, ранее при участии представителя поставщика составлен акт технического осмотра от 17.09.2020 (л.д.39-41, т.3), согласно которому установлено следующее:

- прилегание лифтеров к монтажным выступам на плитах в большинстве случае выполнено не плотно, в виду возможных отклонений геометрических размеров литья футеровки и попадания руды, которая не дает притянуть лифтер при протяжке болтовых соединений, но при работе мельницы эта руда будет вымываться, вновь давая возможность лифтеру двигаться. В местах прилегания имеются зазоры, дающие возможность для смещения лифтера;

- часть лифтеров стоит с перекосом, полученным в результате постоянных ослаблений болтов крепления футеровки в период работы ММС, что привело к нарушению расклинивания плит лифтером. Такое положение лифтера критично тем, что в процессе работы мельницы он будет раскачиваться, принимая ударные нагрузки в результате этого может вызвать разрушение болтов крепления;

- прилегание некоторых лифтеров к плитам с одной стороны отсутствует полностью, что значит футеровка с этой стороны не расклинена и может двигаться в процессе работы, ослабляя при этом соединение с лифтером на другой стороне;

- часть лифтеров посажена недостаточно глубоко между плит из-за того, что в другом месте наоборот лифтер сидит глубоко;

- протечка материала (пульпы) через болтовые соединения из-за недостаточности герметичности заводских уплотнений и шайб на болтах крепления футеровки.

В то же время установлено, что при монтаже футеровки были выполнены все условия раскладки лифтеров в ММС согласно представленной поставщиком схеме. Представителем поставщика даны рекомендации по устранению недостатков.

Акт технического осмотра подписан представителем поставщика, разногласия или особое мнение по составленному акту поставщиком не заявлены.

Кроме того, судебной экспертизой установлено, что обнаруженные недостатки являются производственными, следовательно, отсутствует причинно-следственная связи между обнаруженными в ходе эксплуатации недостатками и фактами вмешательства покупателя в конструкцию товара.

Согласно п. 2.1 договора, цена товара составила 53 675 666 руб., обязательство по оплате товара первоначальный ответчик исполнил следующим образом:

на сумму 40 383 565,41 руб. – путем оплаты на банковский счет (платежные поручения от 23.06.2020 № 776319 и от 09.07.2020 № 781189 представлены в эл. виде к уточнению от 30.11.2020);

на сумму 13 232 542,66 руб. – путем зачета встречного обязательства истца по уплате штрафных санкций за просрочку поставки (заявление о зачете от 17.06.2020);

на сумму 59 557,93 руб. – путем зачета встречного обязательства истца по уплате ответчику вознаграждения за раннюю оплату (акт о проведении зачета от 23.06.2020 – представлен в эл. виде 13.02.2025).

Положениями договора поставки и Общими условиями договоров (пункт 8.3) подтверждается право компании на проведение зачета в счет оплаты товара по договору.

Согласно ст. 410 ГК РФ обязательство прекращается полностью или частично зачетом встречного однородного требования, срок которого наступил либо срок которого не указан или определен моментом востребования. В случаях, предусмотренных законом, допускается зачет встречного однородного требования, срок которого не наступил. Для зачета достаточно заявления одной стороны.

Как разъяснено в п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 11.06.2020 N 6 «О некоторых вопросах применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о прекращении обязательств», в целях применения статьи 410 ГК РФ предметы активного и пассивного требований должны быть однородны, то есть стороны после осуществления зачета должны оказаться в том же положении, как если бы оба обязательства были прекращены исполнением. Статья 410 ГК РФ допускает, в том числе зачет активного и пассивного требований, которые возникли из разных оснований. Критерий однородности соблюдается при зачете требования по уплате основного долга (например, покупной цены по договору купли-продажи) на требование об уплате неустойки, процентов или о возмещении убытков (например, в связи с просрочкой выполнения работ по договору подряда).

Таким образом, в соответствии с разъяснениями Верховного Суда РФ, по смыслу ст. 410 ГК РФ после осуществления зачета стороны должны оказаться в том же положении, как если бы оба обязательства были прекращены исполнением. Поэтому, если бы стороны не осуществили зачет и совершили расчет обычным способом (платежным поручением), то у компании сохранялось бы право требования в полном размере возврата платы за некачественный товар (п. 2 ст. 475 ГК РФ). При этом, данное право не затрагивало бы факт исполнения обществом обязательств по оплате штрафных санкций и вознаграждения за раннюю оплату.

Вместе с тем необходимо отметить, что в заявленную сумму стоимости товара 53 675 666 руб., входят:

- сумма оплаты акционерной компанией «Алроса»  продавцу ООО «Балтмаш» за товар по платежным поручениям № 776319 от 23.06.2020 и № 781189 от 09.07.2020 на сумму 40 383565 руб. 41 коп.;

- удержанная  сумма неустойки 13 232 542 руб. 66 коп. (пени 2 497 409,46 руб. за период с 16.01.2020 по 28.05.2020  по ставке 6,25 % годовых по п. 8.9.1 ОУД и штраф 10 735 133, 20 руб. – 20% от цены договора) в соответствии с заявлением от 17.06.2020 о зачете по договору №  6101033659 от 19.08.2019;

- удержанная сумма 59 557  руб. 93 коп.  по дополнительному соглашению № 1 к договору № 6101033659 от 31.07.2019, согласно акта о предоставлении вознаграждение за раннюю оплату.

При этом суд признает обоснованным в стоимость некачественного товара суммы неустойки и штрафа  в размере 13 232 542 руб. 66 коп., которые удержаны компанией путем зачета встречного обязательства общества,  поскольку заявлены встречные требования о взыскании удержанной неустойки ООО «Балтмаш» а также суммы вознаграждения 59 557 руб. 93 коп., которая удержана путем зачета   АК «АЛРОСА» (ПАО)  не оплачивалась,    но является вознаграждением за раннюю оплату и не изменяет цену договора, не является скидкой согласно п. 2 дополнительного соглашения № 1 к договору № 6101033659 от 31.07.2019.

Вместе с тем, учитывая, что АК «Алроса (ПАО) отказалось от договора в период гарантийного срока, просит взыскать стоимость товара и убытки, суд исходит из следующего.

Общие последствия поставки (передачи) товара ненадлежащего качества урегулированы в статьях 475 и 518 ГК РФ, и различаются в зависимости от того, является ли нарушение продавцом требований к качеству существенным (пункт 2 статьи 450, пункты 2 статьи 475 ГК РФ) или нет (пункт 1 статьи 475 ГК РФ).

Существенность нарушения договора одной из сторон определена в общей норме пункта 2 статьи 450 ГК РФ как такое нарушение, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора.

Применительно к договору купли-продажи (поставки) указанное понятие раскрывается в специальной норме пункта 2 статьи 475 ГК РФ путем перечисления признаков существенности нарушения продавцом требований к качеству товара: обнаружение неустранимых недостатков, недостатков, которые не могут быть устранены без несоразмерных расходов или затрат времени, или выявляются неоднократно, либо проявляются вновь после их устранения, и других подобных недостатков.

Соответственно, при обнаружении существенных недостатков товара покупатель вправе по своему выбору либо отказаться от исполнения договора купли-продажи и потребовать возврата уплаченной за товар денежной суммы, либо потребовать замены товара ненадлежащего качества товаром, соответствующим договору (пункт 2 статьи 475 ГК РФ).

Напротив, если недостатки товара не относятся к существенным и не были оговорены продавцом, покупатель вправе по своему выбору потребовать от продавца либо соразмерного уменьшения покупной цены, либо безвозмездного устранения недостатков товара в разумный срок, либо возмещения своих расходов на устранение недостатков товара (пункт 1 статьи 475 ГК).

 При этом по договору поставки покупатель не вправе предъявлять поставщику требования, предусмотренные статьей 475 ГК РФ, если поставщик, получивший уведомление покупателя о недостатках поставленных товаров, без 5 промедления заменит поставленные товары товарами надлежащего качества (пункт 1 статьи 518 ГК РФ).

Поскольку в силу пункта 2 статьи 453 ГК РФ в случае расторжения договора обязательства сторон прекращаются, если иное не предусмотрено законом, договором или не вытекает из существа обязательства, отсутствие соответствующих указаний применительно к договору поставки означает, что удовлетворение требования о расторжении такого договора и возврате уплаченной за товар денежной суммы (статья 450, 475 ГК РФ) не должно влечь неосновательного приобретения или сбережения имущества на стороне покупателя или продавца (глава 60 ГК РФ), то есть нарушать эквивалентность осуществленных ими при исполнении расторгнутого договора встречных имущественных предоставлений.

Следовательно, рассматривая спор о расторжении договора поставки, по которому поставщик передал в собственность покупателя определенное имущество, и, установив предусмотренные пунктом 2 статьи 475 ГК РФ основания для возврата уплаченной покупателем денежной суммы, суд должен одновременно рассмотреть вопрос о возврате продавцу переданного покупателю имущества, поскольку сохранение этого имущества за покупателем после взыскания с продавца покупной цены означало бы нарушение согласованной сторонами эквивалентности встречных предоставлений. Последнее означает, что при расторжении договора по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 475 ГК РФ, суд должен урегулировать вопрос о возврате товара независимо от предъявления продавцом соответствующего требования.

В то же время, предусмотренное пунктом 2 статьи 475 ГК РФ право покупателя на возврат покупной цены, не ограничивает иные права, принадлежащие ему в связи с нарушением обязательства продавцом, в частности право на возмещение убытков.

 В свою очередь продавец, имеющий право на возврат переданного покупателю имущества при расторжении договора поставки, вправе потребовать от покупателя возмещения стоимости износа имущества за время его использования последним, противопоставив соответствующее возражение требованию о возврате покупной цены.

Учитывая неразрывную взаимосвязь и взаимозависимость требований о возврате покупной цены, возвращении поставленного имущества в натуре и возмещения убытков, понесенных покупателем в связи с расторжением договора, необходимо исходить из целесообразности разрешения судом вопросов о судьбе имущества и об убытках одновременно с рассмотрением спора о расторжении договора в связи с поставкой товара ненадлежащего качества, что 6 предопределяет необходимость постановки судом соответствующих вопросов на разрешение сторон.

Обозначенные выше доводы поддержаны определением Верховного суда РФ по делу № 309-ЭС20-9064 от 18. 08. 2020г.

В связи с чем, суд не находит оснований для взыскания 12 422 082 руб., которые составили стоимость износа оборудования в процессе эксплуатации 3 240 машино -  часов, исходя из следующего расчета:

53 675 666,00 руб. – 14000 машино - часов.

Х руб. – 3240 машино - часов

Х 14000 = 53 675 666,00 х 3240

Х 14000 = 173909157840

Х= 173 909 157 840 / 14000

Х= 12 422 082

53 675 666,00 руб. – 14000 машино - часов.

12 422 082 руб. – 3240 машино - часов

53 675 666,00 руб. - 12 422 082 руб. = 41 253 584 руб.

Где: 53 675 666,00 руб. – цена договора, 14 000 машино - часов - гарантийный срок на товар, 3240 машино – часов - фактически отработанный срок футеровки, 12 422 082 руб. - стоимость износа футеровки, 41 253 584 руб. - остаточная стоимость смонтированной футеровки до даты демонтажа, 0 руб. - остаточная стоимость демонтированной футеровки после даты демонтажа.


  Таким образом, оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, суд приходит о наличии совокупности доказательств, подтверждающих наличие задолженности ответчика перед истцом на сумму 36 072 391 руб. 24 руб. в виде платы за некачественный товар.

Учитывая, что по встречному иску суд пришел к выводу об обоснованности требований истца о взыскании с ответчика стоимости некачественного товара, учитывая неразрывную взаимосвязь и взаимозависимость требований о возврате покупной цены и возмещения убытков, понесенных покупателем, суд исходит из целесообразности разрешения судом вопроса о судьбе имущества.

В связи с чем, суд считает необходимым в резолютивной части решения указать на то, что общество с ограниченной ответственностью «Балтмаш» (ИНН <***>, ОГРН <***>) обязано  в течение месяца с момента  вступления решения суда в законную силу своими и силами и за свой счет вывезти с  территории  Обогатительной фабрики № 14 Айхалького ГОК АК «АЛРОСА» (ПАО) некачественный товар – комплект металлической футеровки ММС, поставленный в рамках договора поставки № 6101033659.

Кроме того, в связи с поставкой товара ненадлежащего качества, истец просит взыскать с ответчика убытки в сумме 4 082 670 руб., в том числе 2 159 200 руб. за ремонт мельницы, 772 000 руб. за монтаж запасного комплекта футеровки и 1 151 470 руб. за демонтаж запасного комплекта футеровки.

В соответствии с пунктом 1 статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии со статьей 393 ГК РФ должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

Пунктом 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (часть 2 статьи 15 ГК РФ).

Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Если лицо несет ответственность за нарушение обязательства или за причинение вреда независимо от вины, то на него возлагается бремя доказывания обстоятельств, являющихся основанием для освобождения от такой ответственности (например, пункт 3 статьи 401, пункт 1 статьи 1079 ГК РФ).

При установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается.

В соответствии с указанными правовыми нормами и разъяснениями для наступления гражданско-правовой ответственности в форме убытков необходимо наличие пяти обязательных условий: наличие убытков, противоправное поведение лица, действие (бездействие) которого повлекло причинение убытков, причинная связь между противоправностью и убытками; вина должника (в необходимых случаях); доказанность существования всех этих условий.

Следовательно, обязательным условием для наступления деликтной ответственности, являющейся видом гражданско-правовой ответственности, в силу статьи 1064 ГК РФ является наличие состава правонарушения: противоправность действий (бездействия) причинителя вреда, наступление вреда (возникновение убытков), вина причинителя вреда и причинно-следственная связь между возникшим вредом (убытками) и действиями причинителя вреда. Таким образом, отсутствие одного из условий либо недоказанность одного из названных обстоятельств исключает наступление ответственности за причинение вреда.

В подтверждение размера убытков покупателем представлены акты КС-2 от 30.09.2020 на 1 931 958 руб., от 30.07.2021 на 2 950 291 руб. и от 30.08.2021 на 3 343 454 руб. (представлены в эл. виде 15.05.2023 к отзыву от 15.05.2023 л.д.12-16, т.13).

К акту от 30.09.2020 на 1 931 958 руб. (ремонт мельницы № 105-54) также представлен локальный ресурсный сметный расчет от 16.09.2020 № 1.1570м-20а (вместе с ведомостью дефектов) и справка КС-3 от 05.10.2020 № АКТ02-1120-1090/1374.

К акту от 30.07.2021 на 2 950 291 руб. (демонтаж футеровки) представлен локальный ресурсный сметный расчет от 22.07.2021 № 1.1826М-21а (вместе с ведомостью дефектов) и справка КС-3 от 02.08.2021 № АКТ02-1120-1127/825.

К акту от 30.08.2021 на 3 343 454 руб. (монтаж запасной футеровки) представлен локальный ресурсный сметный расчет от 23.11.2020 № 1.1653м-20а (вместе с ведомостью дефектов) и справка КС-3 от 31.08.2021 № АКТ02-1120-1127/988.

В дополнение к перечисленному АК «АЛРОСА» (ПАО) в материалы дела представлены (в эл. виде 15.05.2023 к отзыву от 15.05.2023 л.д.12-16, т.13):

-  Государственные элементные сметные нормы на монтаж оборудования, Сборник 37. Оборудование общего назначения (ГЭСНм 81-03-37-2017) и Федеральные единичные расценки на монтаж оборудования, Сборник 37. Оборудование общего назначения (ФЕРм 81-03-37-2001), которые использовались в смете № 1.1570м-20а к акту от 30.09.2020 на 1 931 958 руб. (строки 13-16 в смете);

- Фирменные элементные сметные нормы для определения стоимости ремонта оборудования в АК «АЛРОСА» (ПАО), Сборник № 4. Ремонт дробильноразмольного, обогатительного и агломерационного оборудования (ФирЭСНро 04-04-2011) и Фирменные единичные расценки для определения стоимости ремонта оборудования в АК «АЛРОСА» (ПАО), Сборник № 4. Ремонт дробильноразмольного, обогатительного и агломерационного оборудования (ФирЕРро 04-04-2011), которые использовались во всех трех сметах;

- Фирменные элементные сметные нормы для определения стоимости ремонта оборудования в АК «АЛРОСА» (ПАО), Сборник № 12. Ремонт технологических трубопроводов (ФирЭСНро 04-12-2011) и Фирменные единичные расценки для определения стоимости ремонта оборудования в АК «АЛРОСА» (ПАО), Сборник № 12. Ремонт технологических трубопроводов (ФирЕРро 04-12-2011), которые спользовались в смете № 1.1653м-20а к акту от 30.08.2021 на 3 343 454 руб. (строка 20 в смете);

- Фирменные элементные сметные нормы для определения стоимости ремонта оборудования в АК «АЛРОСА» (ПАО), Сборник № 16. Ремонт горнодобывающего оборудования (ФирЭСНро 04-16-2011) и Фирменные единичные расценки для определения стоимости ремонта оборудования в АК «АЛРОСА» (ПАО), Сборник № 16. Ремонт горнодобывающего оборудования (ФирЕРро 04-16-2011), которые использовались в смете № 1.1570м-20а к акту от 30.09.2020 на 1 931 958 руб. (см. строка 1 в смете) и в смете № 1.1653м-20а к акту от 30.08.2021 на 3 343 454 руб. (строки 32, 59 в смете).

Кроме того, покупателем также представлена Инструкция о порядке использования фирменной сметно-нормативной базы АК «АЛРОСА» (ПАО), которая устанавливает единую методологию по применению ФирЭСНро-2011. (представлен в эл. виде 15.05.2023 к отзыву от 15.05.2023 л.д.12-16, т.13).

Сборники ФирЭСНро 04-04-2011, ФирЕРро 04-04-2011, ФирЭСНро 04-12-2011, ФирЕРро 04-12-2011, ФирЭСНро 04-16-2011, ФирЕРро 04-16-2011 приведены в виде выдержек в части, касающейся смет.

В ходе рассмотрения встречного иска сторонами оспаривался размер убытков, в связи с чем, определением суда от 07.12.2023 назначена судебно-техническая экспертиза в АНО «Правый метр», на разрешение экспертов поставлен вопрос: Определить сметную стоимость затрат за ремонт мельницы, за монтаж запасного комплекта футеровки, за демонтаж запасного комплекта футеровки на основе документов, имеющихся в материалах дела в расценках, действующих на момент составления расчетов и проведения работ АК «Алроса» (ПАО).

08 апреля 2024 года от АНО «Правый метр» поступило заключение эксперта от 11.03.2024 № 18-1/24 (л.д.83-136, т.16).

30.09.2024 от АНО «Правый метр» поступили дополнения от 12.06.2024 (л.д.5-54, т.18) к заключению эксперта от 11.03.2024 № 18-1/24 по итогам проведения судебно-технической экспертизы, согласно которому исходя из составленных ЛСР, при применении коэффициентов 11-ой территориальной зоны, получены следующие результаты сметной стоимости текущего ремонта:

Смета № 1 Мельница ММС 105*54 инв.№ 330001001228. Текущий ремонт в июле 2021 г. Составлена в текущем уровне цен по состоянию на 3 квартал 2021 г. согласно Письму Минстроя № 34475-ИФ/09 от 17 августа 2021 года (11-я зона) Республика Саха (Якутия). Индекс перевода в текущий уровень цен ОЗП 60,59 ЭМ 16,79 ЗПМ 60,59 МАТ 17,09. Всего по смете - 2 159 201,12 руб.

Смета № 2 Текущий ремонт в сентябре 2020 г. Мельница ММС № 105-54 инв. № 330001001228. Составлена в текущем уровне цен по состоянию на 3 квартал 2020 г. согласно письму Минстроя № № 32427-ИФ/09 от 18 августа 2020г. (11-я зона) Республика Саха (Якутия). Индекс - СМР 21,04. Всего по смете - 772 004,31 руб.

Смета № 3 УРП. Мельница ММС 105-54 инв. № 330001001228. Текущий ремонт в марте 2021 г. Составлена в текущем уровне цен по состоянию на 1 квартал 2021 г. согласно письму Минстроя от 01.04.2021 №13122-ИФ/09 (11-я зона) Республика Саха (Якутия). Индекс СМР – 21,85. Всего по смете - 1 151 472,33 руб.

Сметы № № 1, 2, 3 представлены в Приложении 1 дополнения к заключению эксперта.

На вопрос ООО «Балтмаш» «Есть ли установленная расценка или норматив по необходимому минимальному количеству людей?» эксперт АНО «Правый метр» в пояснениях от 31.10.2024 (л.д.123-127, т.18) указал, что существуют специальные документы-основания, которые регламентируют количество человеко-часов, необходимые на проведение тех или иных видов работ, количество специалистов и их профессии, а также механизмы, которые необходимы для проведения тех или иных работ или мероприятий. В данном случае это расценки, разработанные Министерством строительства России, а также, как правило, это Технологические карты, Проект производства работ и пр. Экспертами был направлен запрос для ознакомления с материалами дела и выявления наличия таких документов. В материалах дела такие документы отсутствуют. Поэтому смета проверена и рассчитана по расценкам, разработанным Министерства строительства России.

Экспертом были применены расценки, разработанные Министроем России, локальные сметные расчеты составлены в текущем уровне цен по состоянию на 3 квартал 2021 г. согласно Письма Минстроя от 17 августа 2021 года №34475-ИФ/09 (3 зона) Республика Саха (Якутия), утвержденного приказом № 421 от 4 августа 2020 г. Минстроя РФ в редакции приказа № 557 от 7 июля 2022 г.

Федеральные расценки разрабатывает и утверждает Минстрой России. Разработка единичных расценок и их отдельных составляющих осуществляется государственным учреждением, подведомственным Министерству строительства и жилищно-коммунального хозяйства Российской Федерации и уполномоченным на создание и эксплуатацию федеральной государственной информационной системы ценообразования в строительстве (далее - ФГИС ЦС), в соответствии с Порядком утверждения сметных нормативов, утвержденным приказом Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства Российской Федерации от 13 января 2020 г. № 2/пр (зарегистрирован Министерством юстиции Российской Федерации 18 февраля 2020 г., регистрационный № 57527).

При разработке единичных расценок по видам работ учитываются показатели средств на оплату труда рабочих, пусконаладочного персонала, работников-исполнителей реставрационных работ, определяемые в соответствии с главой III настоящей Методики, стоимости эксплуатации машин и механизмов (в том числе оплаты труда машинистов), определяемые в соответствии с главой IV настоящей Методики, стоимости материальных ресурсов, определяемые в соответствии с главой V настоящей Методики.

Расценки, используемые в расчетах, полностью отражают состав проведенных работ, согласно «федеральной базы Минстроя», соответствуют составу проведенных работ. Раздел 09-06 представляет собой конструкции специального назначения, подраздел: «Монтаж каркасов, кожухов, панелей и других конструкций промышленных печей и сушил» - что является прямым предназначением. Расценка ФЕР09-06-024-06 использована в связи с тем, что мельница относится к промышленным объектам, сама расценка «09-06-024-06» - Установка и крепление стальных конструкций, установка подмостей» четко отражает назначение вида работ.

Коэффициент К=0,3 на демонтаж применен корректно, т.к. согласно Приказу Минстроя России от 14.07.2022 № 571/пр п. 84 табл.3, производился демонтаж оборудования, не пригодного для дальнейшего использования (предназначено в лом). Коэффициент к ремонтно-восстановительным работам не применяется, ввиду его отсутствия согласно МДС 81-38-2004.

Объем по позициям №№ 9, 10, 11, 12 Сметы № 3 в Заключении Эксперта был принят согласно объему, указанному в сметах, предоставленных в материалы дела АК «АЛРОСА» (ПАО).

Сметы в приложении к заключению составлены экспертом Н.О.Бахирко. Утверждены сметы в качестве приложения к Заключению эксперта Председателем АНО «ПРАВЫЙ МЕТР» ФИО12.

В соответствии со ст. 25 Федерального закона от 31 мая 2001 г. N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации", ст. 86 АПК РФ материалы, иллюстрирующие заключение эксперта или комиссии экспертов, прилагаются к заключению и служат его составной частью. Приложенная к экспертному заключению смета поименована в приложении к подписанному экспертному заключению, таким образом, является его составной частью, иллюстрирующей положения экспертного заключения.

В то же время для негосударственных экспертных организаций действующим законодательством не установлены определенные нормы и правила о подписании всего экспертного заключения (в т.ч. приложений к нему), как это предусмотрено, например, для федеральных бюджетно-экспертных организаций: «Заключение эксперта составляется в виде письменного документа на продольном бланке СЭУ Минюста России, постранично подписывается экспертом в нижней части страницы и заверяется оттиском круглой печати СЭУ Минюста России "Для заключений" на всех страницах, либо в форме электронного документа. В случае, если заключение эксперта сшивается в единый документ, экспертом подписывается и заверяется оттиском круглой печати СЭУ Минюста России "Для заключений" только страница, содержащая выводы эксперта» (п. 18 Приказа Министерства юстиции Российской Федерации «Об утверждении Инструкции по организации производства судебных экспертиз в федеральных бюджетных судебно-экспертных учреждениях Министерства юстиции Российской Федерации» от 28.12.2023 №404). Императивной нормы и требований к оформлению приложений к экспертному заключению для негосударственных экспертных организаций в российском законодательстве не предусмотрено.

Законом регламентируется обязательное подписание технической документации и сметы в отдельных правоотношениях (например, ст. 743 ГК РФ), специальных норм, указывающих на обязательное подписание сметы, составленной экспертом при производстве строительно-технической экспертизы, также не предусмотрено.

Таким образом, неподписание сметы, составленной экспертом и являющейся приложением к экспертному заключению (данный документ подписан, прошит и содержит печать экспертной организации), не препятствует признанию настоящего заключения допустимым письменным доказательством в соответствии со ст. 75 АПК РФ, в связи с чем возражения ООО «Балтмаш» в указанной части судом отклонены.

Согласно части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В соответствии со статьей 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Проанализировав экспертное заключение по стоимости и дополнения к нему, суд приходит к выводу о том, что оно соответствует требованиям статьям 82, 83, 86 АПК РФ, в нем отражены все предусмотренные частью 2 статьи 86 АПК РФ сведения, экспертное заключение основано на материалах дела, является ясным и полным, противоречия в выводах экспертов отсутствуют, в связи с чем указанное заключение признается судом надлежащим доказательством по делу (статьи 66, 68 АПК РФ).

Представитель АК «Алроса» (ПАО) в судебном заседании заявил, что ходатайство о назначении повторной экспертизы, которое содержится в возражениях на заключение эксперта и ходатайство б/д б/н, поступившего в суд 25.04.2024 (л.д. 1-4 т.17)  представитель АК «Алроса» (ПАО)  не поддерживает,  в связи с чем данное ходатайство рассмотрению судом  не подлежит.

С учетом проведенной экспертизы по стоимости, истец уточнил требования (л.д.114-115, т.18) о взыскании убытков в сумме 4 082 670 руб., в том числе 2 159 200 руб. за ремонт мельницы, 772 000 руб. за монтаж запасного комплекта футеровки и 1 151 470 руб. за демонтаж запасного комплекта футеровки, которое судом принято к рассмотрению в порядке ст. 49 АПК РФ.

ООО «Балтмаш» возражая относительно встречного иска, заявил о пропуске истцом срока исковой давности. Полагает, что ответчик требует суд применить одностороннюю реституцию сделки, в рамках которой истцу надлежит осуществить возврат денежных средств за якобы некачественно поставленный товар. Односторонняя реституция, так как товар ответчиком испорчен, и истец фактически лишен возможности вернуть себе ранее поставленный товар. Срок исковой давности по требованию о применении последствий недействительности (ничтожной) сделки составляет три года. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда началось исполнение этой сделки (ст. 181 ГК РФ). По мнению ответчика, истец выбрал ненадлежащий способ защиты нарушенного права, поскольку для односторонней реституции сделки необходимо соблюдение трехгодичного срока исковой давности и необходимо было заявить соответствующее требование в иске по односторонней реституции.

В соответствии со статьей 196 ГК РФ общий срок исковой давности устанавливается в три года.

В соответствии со статьей 197 ГК РФ для отдельных видов требований законом могут устанавливаться специальные сроки исковой давности, сокращенные или более длительные по сравнению с общим сроком.

Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

В соответствии с пп. 1, 2 ст. 199 ГК РФ требование о защите нарушенного права принимается к рассмотрению судом независимо от истечения срока исковой давности. Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Статьей 200 ГК РФ установлено, что течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

Из разъяснений пункта 26 Постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 12.11.2001 г. и 15.11.2001 г. № 15/18 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» следует, что если в ходе судебного разбирательства будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности, суд вправе отказать в удовлетворении требования именно по этим мотивам, поскольку в соответствии с абз. 2 пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса РФ истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске

Встречное исковое заявление о взыскании убытков подано в суд 29.10.2020, уточнение требований, в котором заявлено требование о взыскании стоимости товара - 30.11.2020, т.е. в пределах срока исковой давности. При этом требований о применении последствий недействительности (ничтожной) сделки, встречный иск, с учетом утонений, не содержит, в связи с чем, суд не находит оснований для применения исковой давности.

Исследовав и оценив в порядке, предусмотренном статьей 71 АПК РФ, представленные в материалы дела доказательства, проанализировав заключение эксперта, суд признает доказанным факт причинения истцу убытков вследствие ненадлежащего исполнения ответчиком взятых на себя обязательств по договору поставки, наличия причинно-следственной связи между ненадлежащим исполнением обязательств ответчиком и возникшими у истца убытками, в связи с чем,  затраты АК «Алроса» (ПАО) в размере 4 082 670 руб. относятся к убыткам и подлежат взысканию с поставщика ООО «Балтмаш».

Таким образом, по первоначальному иску с АК "АЛРОСА" (ПАО) в пользу ООО "Балтмаш" подлежит взысканию 7 604 052 руб. 68 коп. По встречному иску ООО "Балтмаш" в пользу АК "АЛРОСА" (ПАО) подлежит взысканию 40 155 061 руб. 64 коп.

 В результате зачета встречных исковых требований (первоначального и встречного иска)  суд приходит к выводу взыскать с общества с ограниченной ответственностью "Балтмаш" (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу акционерной компании "АЛРОСА" (публичное акционерное общество) (ИНН <***>, ОГРН <***>) 32 551 008 руб. 56 коп


В соответствии со статьей 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

При подаче первоначального иска обществом оплачена государственная пошлина в сумме 89 163 руб. по платежному поручению от 13.07.2020 № 302 (подлинник на л.д.39, т.2).

При цене иска 12 785 245, 44 руб., размер государственной пошлины составляет 86 962 руб.

В соответствии с пп. 1 п. 1 ст. 333.40 НК РФ, ООО "Балтмаш" из федерального бюджета подлежит возврату излишне уплаченная государственная пошлина в сумме 2 237 руб.

При подаче встречного иска компанией оплачена государственная пошлина в сумме 32 320 руб. по платежному поручению от 29.10.2020 № 814347 (подлинник на л.д.69, т.3).

При цене иска 57 758 336 руб., размер государственной пошлины составляет 200 000 руб.

Положения ГК РФ о зачете требований в части их однородности применяются в случаях, когда стороны по обязательствам сами предлагают друг другу во внесудебном порядке осуществить зачет требований, а при установлении решением суда сумм задолженности, суд имеет право произвести зачет удовлетворенных требований по итогу рассмотрения встречного и первоначального исков, исходя из общих сумм долга в денежном выражении, подлежащих взысканию по решению суда.

В соответствии с абзацем вторым части 5 статьи 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при полном или частичном удовлетворении первоначального и встречного исков в резолютивной части решения указывается денежная сумма, подлежащая взысканию в результате зачета.

Основываясь на положениях части 5 статьи 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, произвести зачет первоначального и встречного иска, в результате зачета первоначального и встречного иска:

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью "Балтмаш" (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу акционерной компании "АЛРОСА" (публичное акционерное общество) (ИНН <***>, ОГРН <***>) 32 551 008 руб. 56 коп., расходы по оплате государственной пошлины 32 320 руб.

Как разъяснено в п. 24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела", в случае частичного удовлетворения как первоначального, так и встречного имущественного требования, по которым осуществляется пропорциональное распределение судебных расходов, судебные издержки истца по первоначальному иску возмещаются пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований. Судебные издержки истца по встречному иску возмещаются пропорционально размеру удовлетворенных встречных исковых требований.

В тех случаях, когда до окончания рассмотрения дела государственная пошлина не была уплачена (взыскана) частично либо в полном объеме ввиду действия отсрочки, рассрочки по уплате госпошлины, увеличения истцом размера исковых требований после обращения в арбитражный суд, вопрос о взыскании неуплаченной в федеральный бюджет государственной пошлины разрешается судом исходя из следующих обстоятельств. Если суд удовлетворяет заявленные требования, государственная пошлина взыскивается с другой стороны непосредственно в доход федерального бюджета применительно к ч.3 ст.110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

С учетом результатов рассмотрения дела, не доплаченная государственная пошлина по встречному иску в сумме 106 725 руб. подлежит взысканию с ООО "Балтмаш" в доход федерального бюджета, с АК "АЛРОСА" (ПАО) в доход федерального бюджета подлежит взысканию в сумме 60 955 руб.

Настоящее решение выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, в связи с чем направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».

По ходатайству указанных лиц копии решения на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 174, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

первоначальный иск удовлетворить частично.

Взыскать с акционерной компании "АЛРОСА" (публичное акционерное общество) (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью "Балтмаш" (ИНН <***>, ОГРН <***>) 7 604 052 руб. 68 коп.

В остальной части иска отказать.


Встречный иск удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью "Балтмаш" (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу акционерной компании "АЛРОСА" (публичное акционерное общество) (ИНН <***>, ОГРН <***>) 40 155 061 руб. 64 коп.

В остальной части иска отказать.


В результате зачета встречных исковых требований взыскать с общества с ограниченной ответственностью "Балтмаш" (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу акционерной компании "АЛРОСА" (публичное акционерное общество) (ИНН <***>, ОГРН <***>) 32 551 008 руб. 56 коп., расходы по оплате государственной пошлины 32 320 руб.


Взыскать с общества с ограниченной ответственностью "Балтмаш" (ИНН <***>, ОГРН <***>) в доход федерального бюджета государственную пошлину 106 725 руб.

Взыскать с акционерной компании "АЛРОСА" (публичное акционерное общество) (ИНН <***>, ОГРН <***>) в доход федерального бюджета государственную пошлину 60 955 руб.

Возвратить  обществу с ограниченной ответственностью "Балтмаш" (ИНН <***>, ОГРН <***>) из федерального бюджета государственную пошлину 2 237 руб.


Обязать общество с ограниченной ответственностью «Балтмаш» (ИНН <***>, ОГРН <***>)  в течение месяца с момента  вступления решения суда в законную силу   своими и силами и за свой счет вывезти   с  территории  Обогатительной фабрики № 14 Айхалького ГОК АК «АЛРОСА» (ПАО) некачественный товар – комплект металлической футеровки ММС, поставленный в рамках договора поставки № 6101033659.


Решение по настоящему делу вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Четвертый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия решения (изготовления его в полном объеме).

Апелляционная жалоба подается в арбитражный суд апелляционной инстанции через арбитражный суд, принявший решение. Апелляционная жалоба также может быть подана посредством заполнения формы, размещенной на официальном сайте арбитражного суда в информационно –  телекоммуникационной сети Интернет http://yakutsk.arbitr.ru.

В случае обжалования решения в порядке апелляционного производства информацию о времени, месте и результатах рассмотрения дела можно получить на интернет-сайте Четвертого арбитражного апелляционного суда – http://4aas.arbitr.ru.


Судья

А.Ю. Аринчёхина