Постановление от 26 сентября 2024 г. по делу № А76-24157/2022

ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД




ПОСТАНОВЛЕНИЕ



№ 18АП-11994/2024
г. Челябинск
27 сентября 2024 года
Дело № А76-24157/2022


Резолютивная часть постановления объявлена 17 сентября 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 27 сентября 2024 года.


Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Камаева А.Х.,

судей Аникина И.А., Жернакова А.С.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Шагаповым В.А., рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу Комитета по управлению имуществом и земельным отношениям города Челябинска на решение Арбитражного суда Челябинской области от 05.07.2024 по делу                        № А76-24157/2022.


В судебном заседании приняли участие представители:

представитель Челябинского регионального отделения Всероссийский творческий общественной организации «Союз художников России» -  ФИО1 (паспорт, диплом, доверенность от 13.05.2024, сроком на три года),

представитель Комитета по Управлению имуществом и земельным отношениям г. Челябинска - ФИО2 (удостоверение, диплом, доверенность от 22.02.2024, сроком на 1 год).

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом; в судебное заседание не явились.

С учетом мнения представителей и в соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) дело рассмотрено судом апелляционной инстанции в отсутствие неявившихся лиц.


Челябинское региональное отделение Всероссийской творческой общественной организации «Союз художников России» (далее – истец, ЧРО ВТОО «Союз художников России», ИНН <***>) обратилось в Арбитражный суд Челябинской области с исковым заявлением к (далее – ответчик 1, КУИЗО г. Челябинска, Комитет, ИНН <***>) Администрации г. Челябинска (далее – ответчик 2, Администрация, ОГРН <***>), в котором просил:

1. признать право собственности Челябинского регионального отделения Всероссийской творческой общественной организации «Союз художников России» на объект недвижимости - нежилое здание Скульптурная мастерская общей площадью 231,1 кв.м, с кадастровым номером 74:36:0515006:363, расположенное по адресу г <...>, в силу приобретательной давности;

2. признать право муниципальной собственности Муниципального образования «Город Челябинск» на объект недвижимости - нежилое здание Скульптурная мастерская общей площадью 231,1 кв.м. с кадастровым номером 74:36:0515006363, расположенное по адресу г. <...>, отсутствующим.

На основании статьи 51 АПК РФ к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечены Межрегиональное территориальное управление Федерального агентства по управлению государственным имуществом по Челябинской области, Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Челябинской области, Министерство имущества Челябинской области, муниципальное автономное учреждение «Челябинский центр искусств» (далее - третьи лица).

Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 05.07.2024 исковые требования удовлетворены. Суд признал право собственности Челябинского регионального отделения Всероссийской творческой общественной организации «Союз художников России» на объект недвижимости - нежилое здание Скульптурная мастерская общей площадью 231,1 кв.м, с кадастровым номером 74:36:0515006:363, расположенное по адресу г <...>, в силу приобретательной давности. Суд также признал отсутствующим право муниципальной собственности Муниципального образования «Город Челябинск» на объект недвижимости - нежилое здание Скульптурная мастерская общей площадью 231,1 кв. м. с кадастровым номером 74:36:0515006'363. расположенное по адресу г. <...>.

С вынесенным решением не согласился ответчик 1, обжаловав его в апелляционном порядке. В апелляционной жалобе Комитет (далее также - податель жалобы, апеллянт) просит решение суда отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении исковых требований.

По мнению апеллянта, судом первой инстанции не дана правовая оценка тому обстоятельству, что у правопредшественника истца - ООО «Союз художников России» спорный объект находился во временном пользовании, и состоял на балансе управляющих компаний города Челябинска. По мнению апеллянта, истец подменяет понятия «нахождения во временном пользовании» с понятием «непрерывного владения» объектом, тогда как, и он и ООО «Союз художников России» никогда не владели спорным объектом.

Податель жалобы отмечает, что спорное нежилое здание с кадастровый номер 74:36:0515006:363 на момент принятия постановления № 3020-1, согласно данных технического паспорта по состоянию на 02.12.1987 находилось на балансе ПЖРЭО Центрального района города Челябинска на основании распоряжения Горисполкома от 22.07.1980 № 833, следовательно, подлежало передаче в муниципальную собственность в силу прямого указания закона. Таким образом, право собственности муниципального образования «город Челябинск» на спорное нежилое здание зарегистрировано в установленном законом порядке, что подтверждается выпиской из Единого государственного реестра недвижимого имущества по состоянию на 15.07.2022, имеющейся в материалах дела.

По мнению апеллянта, вывод суда, о том, что истец фактически непрерывно владеет спорным объектом недвижимости более 18 лет и по настоящее время, несет расходы по его содержанию (абз. 3 стр. 11) является не верным, не соответствующим фактическим обстоятельствам дела в силу того, что право собственности муниципального образования «город Челябинск» было зарегистрировано в Управлении Росреестра по Челябинской области 74:36:0515006:363-41/108/2022-3 от 14.04.2022, и Приказом Комитета от 03.07.2023 № 1532 спорный объект передан в оперативное управление Муниципальному автономному учреждению «Челябинский центр искусств». Соответственно, основания для признания права собственности на имущество в силу приобретательной давности за истцом отсутствуют.

Податель жалобы считает, что истец знал об отсутствии основания возникновения у него права собственности, кроме того, владение спорным имуществом со стороны истца не является непрерывным.

Соответствующий требованиям части 2 статьи 262 АПК РФ отзыв на апелляционную жалобу не представлен.

Законность и обоснованность судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, региональное отделение ЧРО ВТОО «Союз художников России» в течение длительного времени владеет как свои собственным объектом недвижимости - нежилое 2 здание Скульптурная мастерская общей площадью 231,1 кв. м, с кадастровым номером 74:36:0515006:363, расположенное по адресу:                           г <...>.

31.05.2004 ЧРО ВТОО «СХР», будучи единственным учредителем               ООО «Худфонд», приняло решение о ликвидации данного общества. Решение принимало правление ЧРО ВТОО «СХР» - уполномоченный по уставу            ООО «Худфонд» орган.

Согласно данному решению ликвидатором была назначена ФИО3 (главный бухгалтер ЧРО ВТОО «СХР»), определены сроки и порядок ликвидации (в течении месяца опубликовать объявление о ликвидации с указанием 2-х месячного срока для заявлений требований кредиторов, остатки имущества передать учредителю).

По состоянию на 31.05.2004 на балансе ООО «Худфонд» находились объекты недвижимости: нежилое помещение Выставочный зал (<...>); комплекс зданий по Творческим мастерским: административное здание, склад и два гаража (<...>); здание Скульптурная мастерская (<...> б).

02.08.2004 между ООО «Худфонд» и ЧРО ВТОО «СХР» был заключён договор о передаче имущества в силу действующего законодательства, по условиям которого перечисленные объекты недвижимости были переданы истцу (п. 1 договора).

02.08.2004 между ЧРО ВТОО «СХР» и ВТОО «СХР» подписан договор о передаче имущества в силу действующего законодательства (л.д. 30-32, т. 1), предметом которого являлась передача указанных объектов (п. 1 договора).

В заявлении истец указал, что поскольку изначально ликвидация                  ООО «Худфонд» имела целью передачу всего имущественного комплекса общества в ВТОО «СХР», при этом ЧРО ВТОО «СХР» и ВТОО «СХР» считали, что в силу норм ст. 32 Федерального закона «Об общественных объединениях» № 82-ФЗ от 19.05.1996, собственником имущества должна являться всероссийская организация в целом, в том числе и имущества, созданного за счёт общих централизованных средств предприятий системы Художественного фонда РСФСР. Так же истец пояснил, что ООО «Худфонд» является правопреемником ЧТПК Художественного фонда РСФСР.

По мнению истца, заключая договор от 02.08.2004, ЧРО ВТОО «СХР» добросовестно заблуждалось, полагая, что спорный объект недвижимости, учитываемый на балансе ООО «Худфонд», был создан в системе предприятий Художественного фонда РСФСР силами и средствам ЧХПМ/ЧТПК Художественного фонда РСФСР.

Как стало известно истцу, спорный объект недвижимости является бывшей котельной. Решением Челябинского горисполкома от 19.12.1975 № 410 разрешено было его временное использование под скульптурную мастерскую. Здание необходимо было реконструировать под скульптурную мастерскую для ведения в ней работ над созданием памятника для г. Магнитогорска «Тыл и Фронт» (12 метровая двухфигурная композиция, автора ФИО4).

В связи с этим в 1976 году Челябинская организация Союза художников России решила обратиться в Секретариат Союза художников РСФСР и Художественный фонд РСФСР о выделении средств в размере 24 000 рублей на реконструкцию. Факт выделения денежных средств установить не удалось, при этом реконструкция была проведена, в том числе, создан уникальный двигающийся пол, имеющийся в мастерской по настоящее время.

В 1976 году объект был введён в эксплуатацию, с 1977 года стал использоваться как скульптурная мастерская в системе ЧХПМ/ЧТПК Художественного фонда РСФСР.

В 1980 году Распоряжением председателя горисполкома от 22.07.1980               № 833 решено, в целях надлежащей эксплуатации здания и создания условия для их работы, передать объект на баланс горжилуправления до 05.08.1980, средства на капитальный ремонт проводились за счёт средств Управления капитального строительства Челябинского горисполкома.

По данным архивов ЧТПК Художественного фонда РСФСР в 4 квартале 1980 года спорный объект был сначала поставлен на баланс ЧТПК ХФ РСФСР, а затем передан на баланс ЖКУ-6.

В 1985 году в ЧТПК ХФ РСФСР была проведена ревизия, которая выявила, что объект «мастерская скульптора ФИО4» на балансе не числится, но фактическое владение и эксплуатация объекта предприятием осуществляется. После этого объект был принят на баланс как основное средство (Приказ № 186 от 11.12.1985 по ЧТПК ХФ РСФСР, карточка ф. 281 учёта движения по уставному фонду, ведомость по счёту «уставной фонд» за 1985 год; стоимостное выражение данной хозяйственной операции - 18 272 рублей, та же сумма отражена в сводном балансе за 1985 год как «приобретение основных средств») (л.д. 115-124, т. 1).

Таким образом, спорный объект недвижимости учитывался на балансе ЧТПК ХФ РСФСР, а затем на балансе его правопреемника ООО «Худфонд» в период с 1985 по 2004 годы.

Поскольку права на данный объект не были зарегистрированы за                 ООО «Худфонд», то и государственная регистрация перехода права собственности на него по договору от 02.08.2004, заключённому между ООО «Худфонд» и ЧРО ВТОО «СХР», не состоялась.

Истец квалифицирует договор от 02.08.2004, подписанный между ЧТО ВТОО «СХР» и ВТОО «СХР», мнимой сделкой и на данном основании ничтожным как сделку, заключённую без намерения создания соответствующих правовых последствий, поскольку к его исполнению (фактической передаче спорного имущества) стороны так и не приступили.

Все объекты недвижимости, за исключением спорного, были возвращены истцу по договору от 15.03.2005, право собственности на них было зарегистрировано в установленном законом порядке (л.д. 37-45, т. 1).

В заявлении истец указал, что спорным объектом недвижимости владеет добросовестно, открыто и непрерывно как своим собственным со 02.08.2004.

По мнению истца, добросовестность владения подтверждается тем, что на основании договора о передаче имущества в силу действующего законодательства от 02.08.2004, заключённого между ООО «Худфонд» и ЧРО ВТОО «СХР», истец получил спорное имущество. При этом, истец добросовестно заблуждался, полагая, что имеется основание считать спорное имущество своим собственным.

В обоснование открытости владения истец указал, что ЧРО ВТОО «СХР» в период с 2004 по 2008 годы вело интенсивную хозяйственную деятельность. Выполнялись художественные заказы: в спорном помещении были созданы памятник Глинки на площади Ярославского в г. Челябинске, лепные элементы для храма Георгия Победоносца на ул. Жукова в Челябинске, лепные элементы для здания «30 лет ВЛКСМ» по ул. Цвиллинга, 81 в Челябинске (л.д. 125-172, т. 1, 1-69, т. 2).

В спорном здании работали скульпторы (авторы произведений), форматоры (работники), в мастерскую осуществлялась поставка материалов, производилась приёмка работ заказчиком.

В 2006 году было обращение руководителя ЧРО ВТОО «СХР» (председателя ЧРО ВТОО «СХР» ФИО5) в правоохранительные органы по факту произошедшего в мастерской события - предполагаемого хищения оборудования из здания Скульптурной мастерской по ул. С. Кривой, 65Б одним из работников-форматоров ФИО6 Это было устное заявление, удостоверенное справкой из УВД Центрального района г. Челябинска, о принятии заявления.

В УВД Центрального района г. Челябинска ЧРО ВТОО «СХР» представляло документы о находящихся в здании товарно-материальных ценностях, неоднократно подавало жалобы на постановления об отказе в возбуждении уголовного дела, в том числе в органы прокуратуры. В постановлениях место происшествия открыто обозначено.

Также региональной организацией заключались договоры с обслуживающей организацией (теплоснабжение, энергоснабжение), представители которой выходили на спорный объект (л.д. 65-66, т. 1). Так же истец пояснил, что в период с 02.08.2004 и по настоящее время владение спорным объектом не прерывалось. В период с 2004 по 2008 годы ЧРО ВТОО «СХР» использовало здание в качестве скульптурной мастерской для производства объектов искусства; в период с 2009 по 2011 годы скульпторами выполнялись разовые заказы; в 4 период с 2011 по 2018 годы здание предоставлялось во временное пользование на условиях аренды иным лицам (скульпторам, форматорам) (л.д. 111-122, т. 4, 170-173, т. 5), с 2018 по настоящее время мастерская находится в аренде у ИП ФИО7 (л.д. 99-101, т. 1).

Истец владел объектом недвижимости как своим собственным, поддерживал его в пригодном для эксплуатации состоянии. ЧРО ВТОО «СХР» несло ранее и до сих пор несёт расходы по коммунальному обслуживанию объекта (л.д. 1-158, т. 3, 1-73, т. 4).

Истцом в материалы дела представлен технический паспорт на спорный объект по состоянию на 14.07.2022, подготовленный ООО «БТИ-КАД» (л.д. 53-63, т. 1).

По мнению истца, к периоду владения спорным объектом недвижимости с 02.08.2004 и по настоящее время возможно присоединить и более ранний период владения спорным объектом правопредшественником ООО «Худфонд» (л.д. 123-132, т. 4, 83-164, т. 5). Поскольку спорный объект являлся государственным имуществом, в соответствии с п. 16 Постановлений Пленума ВС РФ № 10, Пленума ВАС РФ № 22 от 29.04.2010 исчислять срок исковой давности по истребованию государственного имущества из чужого незаконного владения следует с 01.07.1990, а по его истечению следует исчислять срок давностного владения по основаниям статьи 234 ГК РФ.

В соответствии с пунктом 9 Указа Президента РФ от 12.11.1993 № 1904 «О дополнительных мерах государственной поддержки культуры и искусства» в Российской Федерации», имуществом и его территориальным органам надлежало в месячный срок оказать содействие в решении вопросов оформления прав собственности творческих союзов РФ на объекты недвижимого имущества, находящиеся на балансе творческих союзов и их отделений на местах.

В соответствии с пунктом 1 Постановления Главы Администрации Челябинской области от 14.05.1996 № 276 «О поддержке творческих союзов и благотворительных культурных фондов», Комитету по управлению государственным имуществом надлежало передать в собственность творческим союзам и культурным фондам занимаемые ими здания, творческие мастерские и производственные помещения.

На основании вышеуказанных нормативных документов истец полагает, что срок давностного владения спорным объектом по основаниям статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) следует исчислять с 14.05.1996.

В материалы дела представлена выписка из реестра муниципального имущества от 04.07.2022 № 29178, в которой указано, что нежилое здание Скульптурная мастерская общей площадью 231,1 кв.м, расположенное по адресу г <...>, было включено в реестр муниципального имущества г. Челябинска на основании постановления ВС РФ от 27.12.1991 № 3020-1 (л.д. 70, т. 2).

Министерство имущества Челябинской области письмом от 14.07.2022 сообщило, что спорный объект недвижимости в реестре имущества, находящегося в государственной собственности Челябинской области, не значится (л.д. 71, т. 2). Письмо от 18.07.2022 аналогичного содержания направило МТУ Росимущества в Челябинской и Курганской областях (л.д. 72, т. 2).

Согласно выписки из ЕГРН от 14.10.2021 собственником нежилого здания Скульптурная мастерская общей площадью 231,1 кв.м, с кадастровым номером 74:36:0515006:363, расположенное по адресу: <...>, является муниципальное образование «город Челябинск», объект принят на учет как бесхозяйный 27.08.2021 (л.д. 73-77, т. 2).

Истцом в материалы дела представлено постановление Главы Администрации г. Челябинска от 31.07.1996 № 1039-п «О передаче в пользование творческих мастерских художников и скульпторов», в котором отсутствует спорный объект недвижимости, что, по мнению истца, свидетельствует об отсутствии спорного имущества в реестре муниципальной собственности (л.д. 92-99, т. 4).

Посчитав, что в силу приобретательной давности истец приобрел право собственности на упомянутый объект, истец обратился с настоящим иском в суд за защитой нарушенных прав.

Удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции исходил из того, что, владея спорным объектом открыто и добросовестно, истец приобрел право собственности на спорный объект в силу приобретательной давности, при этом суд указал, что надлежащим ответчиком по данному спору является Комитет.

Повторно рассмотрев дело в порядке статей 268, 269 АПК РФ, исследовав имеющиеся в деле доказательства, проверив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции не установил оснований для отмены или изменения обжалуемого судебного акта.

В силу части 1 статьи 4 АПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов.

Защита гражданских прав осуществляется способами, предусмотренными статьей 12 ГК РФ.

Возможность обращения в суд с иском о признании права собственности в силу приобретательной давности вытекает из статей 11 и 12 ГК РФ, согласно которым защита гражданских прав осуществляется судами путем признания права.

В силу пункта 1 статьи 234 ГК РФ лицо - гражданин или юридическое лицо, - не являющееся собственником имущества, но добросовестно, открыто и непрерывно владеющее как своим собственным недвижимым имуществом в течение пятнадцати лет либо иным имуществом в течение пяти лет, приобретает право собственности на это имущество (приобретательная давность).

По смыслу статей 225 и 234 ГК РФ право собственности в силу приобретательной давности может быть приобретено на имущество, принадлежащее на праве собственности другому лицу.

В соответствии с абзацем 3 пункта 19 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10 и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 № 22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» (далее - Постановление № 10/22) ответчиком по иску о признании права собственности в силу приобретательной давности является прежний собственник имущества.

Наличие титульного собственника само по себе не исключает возможность приобретения права собственности другим лицом в силу приобретательной давности.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 15 Постановления                    № 10/22, при разрешении споров, связанных с возникновением права собственности в силу приобретательной давности, судам необходимо учитывать следующее: давностное владение является добросовестным, если лицо, получая владение, не знало и не должно было знать об отсутствии основания возникновения у него права собственности; давностное владение признается открытым, если лицо не скрывает факта нахождения имущества в его владении. Принятие обычных мер по обеспечению сохранности имущества не свидетельствует о сокрытии этого имущества; давностное владение признается непрерывным, если оно не прекращалось в течение всего срока приобретательной давности. В случае удовлетворения иска давностного владельца об истребовании имущества из чужого незаконного владения имевшая место ранее временная утрата им владения спорным имуществом перерывом давностного владения не считается. Передача давностным владельцем имущества во временное владение другого лица не прерывает давностного владения. Не наступает перерыв давностного владения также в том случае, если новый владелец имущества является сингулярным или универсальным правопреемником предыдущего владельца (пункт 3 статьи 234 ГК РФ); владение имуществом как своим собственным означает владение не по договору. По этой причине статья 234 ГК РФ не подлежит применению в случаях, когда владение имуществом осуществляется на основании договорных обязательств (аренды, хранения, безвозмездного пользования и т.п.).

При недоказанности хотя бы одного из указанных выше условий право собственности не может быть признано за лицом в силу приобретательной давности.

Для приобретения права собственности в силу приобретательной давности не является обязательным, чтобы собственник, совершил активные действия, свидетельствующие об отказе от собственности или объявил об этом. Достаточным является то, что титульный собственник в течение длительного времени устранился от владения вещью, не проявляет к ней интереса, не исполняет обязанностей по ее содержанию, вследствие чего вещь является фактически брошенной собственником.

Как разъяснено Конституционным Судом Российской Федерации в постановлении от 26.11.2020 № 48-П «По делу о проверке конституционности пункта 1 статьи 234 ГК РФ в связи с жалобой гражданина ФИО8» (далее - Постановление № 48-П), в случае с приобретательной давностью добросовестность владельца выступает лишь в качестве одного из условий, необходимых прежде всего для возвращения вещи в гражданский оборот, преодоления неопределенности ее принадлежности в силу владения вещью на протяжении длительного срока; для приобретательной давности правообразующее значение имеет прежде всего не отдельное событие, состоявшееся однажды (как завладение вещью), а добросовестное длительное открытое владение, когда владелец вещи ведет себя как собственник, при отсутствии возражений со стороны других лиц; при таких условиях определение добросовестности приобретателя в сделке, влекущей мгновенное приобретение права собственности, и добросовестности давностного владельца, влекущей возникновение права собственности лишь по истечении значительного давностного срока, должно предполагаться различным.

Учитывая разъяснения Конституционного Суда Российской Федерации, добросовестность для целей приобретательной давности необходимо определять с учетом оценки длительного открытого владения, когда владелец вещи ведет себя как собственник при отсутствии возражений и правопритязаний со стороны других лиц.

Как указано в Постановлении № 48-П, в рамках института приобретательной давности защищаемый законом баланс интересов определяется, в частности, и с учетом возможной утраты собственником имущества (в том числе публичным) интереса в сохранении своего права. Для приобретения права собственности в силу приобретательной давности не является обязательным, чтобы собственник совершил активные действия, свидетельствующие об отказе от собственности, или объявил об этом. Достаточным является то, что титульный собственник в течение длительного времени устранился от владения вещью, не проявляет к ней интереса, не исполняет обязанностей по ее содержанию, вследствие чего вещь является фактически брошенной собственником (определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 22.10.2019 № 4-КГ19-55 и др.).

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 59 Постановления № 10/22, если иное не предусмотрено законом, иск о признании права подлежит удовлетворению в случае представления истцом доказательств возникновения у него соответствующего права.

Из материалов дела следует, в обоснование своих доводов истец ссылается на длительное открытое владение спорными объектами недвижимости (более 18 лет), при котором владелец вещи на протяжении всего периода владения вел себя как ее собственник и нес все расходы, связанные с ее содержанием при отсутствии выраженных возражений публичного органа.

При этом суд первой инстанции учел, что на протяжении всего владения истцом спорным имуществом Комитет не проявлял какой-либо заинтересованности относительно спорного объекта и фактически не осуществлял права владения и пользования им.

На основании вышеприведенных правовых норм и разъяснений их правоприменения суд первой инстанции пришел к верному вывод о том, что представленные в материалы дела доказательства подтверждают факт добросовестного длительного открытого владения истцом спорным объектом, владение спорным объектом как собственным.

Вопреки доводам апеллянта, материалы дела не содержат документального обоснования того, по каким причинам Комитет не проявлял интереса к имуществу, которое считает своей собственностью.

При этом апелляционная коллегия отмечает, что Комитет знал о владении истцом спорным объектом, однако не совершало действий по истребованию имущества.

Довод Комитета о том, что им выполнялись обязанности по содержанию спорного объекта, судом первой инстанции обоснованно не принято во внимание, поскольку формальное заключение договоров с управляющими организациями не может свидетельствовать о том, что Комитетом реализованы правомочия собственника объекта по владению, распоряжению и содержанию имущества.

Таким образом, с учетом, представленных в дело доказательств, суд первой инстанции правомерно установил, что спорный объект приобретен истцом на законных основаниях и фактически эксплуатировался ЧРО ВТОО «Союз художников России», при этом спорный объект эксплуатируется истцом до настоящего времени.

В соответствии с пунктом 1 статьи 131 ГК РФ, право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение подлежат государственной регистрации в едином государственном реестре органами, осуществляющими государственную регистрацию прав на недвижимость и сделок с ней.

Согласно пункту 6 статьи 8.1 ГК РФ, зарегистрированное право может быть оспорено только в судебном порядке.

Как следует из положений статьи 131 ГК РФ право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение подлежат государственной регистрации в едином государственном реестре органами, осуществляющими государственную регистрацию прав на недвижимость и сделок с ней. Регистрации подлежат: право собственности, право хозяйственного ведения, право оперативного управления, право пожизненного наследуемого владения, право постоянного пользования, ипотека, сервитуты, а также иные права в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом и иными законами.

Согласно части 3, 5 статьи 1 Федерального закона от 13 июля 2015 года № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» государственная регистрация прав на недвижимое имущество - юридический акт признания и подтверждения возникновения, изменения, перехода, прекращения права определенного лица на недвижимое имущество или ограничения такого права и обременения недвижимого имущества (далее - государственная регистрация прав). Государственная регистрация права в Едином государственном реестре недвижимости является единственным доказательством существования зарегистрированного права.

Права на недвижимое имущество, возникшие до момента вступления в силу указанного Федерального закона, признаются юридически действительными при отсутствии их государственной регистрации, введенной указанным Федеральным законом. Государственная регистрация таких прав проводится по желанию их обладателей (пункт 1 статьи 6 Федерального закона от 21.07.1997 № 122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним»).

В случаях, когда запись в ЕГРН нарушает право истца, которое не может быть защищено путем признания права или истребования имущества из чужого незаконного владения, оспаривание зарегистрированного права или обременения может быть осуществлено путем предъявления иска о признании права или обременения отсутствующими (абзац 4 пункта 52 Постановление                № 10/22).

Противоречия между правами на недвижимость и сведениями о них, содержащимися в реестре, могут быть устранены в судебном порядке по иску лица, чьи права и законные интересы нарушаются сохранением записи о праве собственности на это недвижимое имущество при условии отсутствия у последнего иных законных способов защиты своих прав.

В силу пункта 52 Постановления № 10/22 оспаривание зарегистрированного права на недвижимое имущество осуществляется путем предъявления исков, решения по которым являются основанием для внесения записи в ЕГРП.

Иск о признании зарегистрированного права или обременения отсутствующими является исключительным способом защиты, применение данного способа защиты возможно при условии исчерпания иных способов защиты (признание права, виндикация) и установления факта нарушения прав и законных интересов заинтересованного лица.

В пункте 12 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.01.2013 № 153 «Обзор судебной практики по некоторым вопросам защиты прав собственника от нарушений, не связанных с лишением владения» (далее - информационное письмо № 153) указано, что такой способ защиты нарушенного права, как признание права отсутствующим, может быть реализован только в случае, если он заявлен владеющим лицом. Заявленный способ защиты права может быть использован в том случае, если истец является собственником спорного имущества либо обладает на него иными вещными правами, фактически владеет имуществом.

Иск о признании права отсутствующими имеет узкую сферу применения и не может заменять собой виндикационный, негаторный или иные иски, поскольку допустим только при невозможности защиты нарушенного права иными способами.

Как следует из правовой позиции, изложенной в определениях Конституционного Суда Российской Федерации от 29.05.2019 № 1307-О, от 25.09.2014 № 2109-О, от 28.01.2016 № 140-О, от 07.07.2016 № 1421-О, требование о признании зарегистрированного права (обременения) отсутствующим в соответствии со сложившейся правоприменительной практикой предъявляется, когда запись в реестре нарушает право истца, которое не может быть защищено путем признания права или истребования имущества из чужого незаконного владения (пункт 52 Постановления № 10/22). Данный способ защиты обеспечивает достоверность, непротиворечивость публичных сведений о существовании, принадлежности и правовом режиме объектов недвижимости, содержащихся в Едином государственном реестре недвижимости.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, сформулированной в определении от 13.06.2017 № 33-КГ17-10, в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2018), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.07.2018, требование о признании права собственности на недвижимое имущество отсутствующим может быть удовлетворено, если оно заявлено владеющим собственником в отношении не владеющего имуществом лица, право которого на это имущество было зарегистрировано незаконно, и данная регистрация нарушает право собственника.

В рассматриваемом случае истец полагает, что именно он является владеющим собственником в силу приобретательской давности в отношении спорного нежилого здания, тогда как ответчик только произвел процедуру государственной регистрации права собственности на здание за собой при отсутствии владения им.

Указанные обстоятельства Комитетом надлежащими доказательствами в нарушение статьи 65 АПК РФ не оспорены.

В связи с этим суд первой инстанции посчитал, что требование истца является обоснованным и подлежащим удовлетворению.

Доводы Комитета о том, что в силу пункта 2 Постановления Верховного Совета Российской Федерации от 27.12.1991 № 3020-1 спорное здание перешло в муниципальную собственность, отклоняются судом апелляционной инстанции.

Наличие титульного собственника само по себе не исключает возможность приобретения права собственности другим лицом в силу приобретательной давности.

Из представленных материалов следует, что Комитет на протяжении всего времени владения ЧРО ВТОО «Союз художников России» спорным зданием ни не проявлял какой-либо заинтересованности относительно спорного объекта и фактически не осуществлял права владения и пользования им.

Для приобретения права собственности в силу приобретательной давности не является обязательным, чтобы собственник, в отличие от положений статьи 236 ГК РФ, совершил активные действия, свидетельствующие об отказе от собственности, или объявил об этом. Достаточным является то, что титульный собственник в течение длительного времени устранился от владения вещью, не проявлял к ней интереса, не исполнял обязанностей по ее содержанию, вследствие чего вещь является фактически брошенной собственником (определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 22.10.2019                  № 4-КГ19-55).

С учетом изложенного владение истцом спорным зданием не может рассматриваться как нарушающее права муниципального образования.

Соглашаясь с выводами суда первой инстанции и отклоняя доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции принимает во внимание, что приведенные в апелляционной жалобе доводы не нашли правового и документального обоснования, фактически направлены на переоценку выводов суда первой инстанции и не могут являться основанием к отмене судебного акта.

Доводов, основанных на доказательственной базе в деле, позволяющих отменить обжалованный судебный акт, в апелляционных жалобах не содержится. Несогласие заявителей с оценкой суда имеющихся в деле доказательств само по себе не свидетельствует о том, что суд допустил нарушения Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не позволившие всесторонне, полно и объективно рассмотреть дело. По изложенным причинам доводы жалоб не могли повлиять на принятое судом решение по делу.

С учетом изложенных мотивов, решение суда первой инстанции отмене не подлежит. Оснований для удовлетворения апелляционных жалоб не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта согласно части 4 статьи 270 АПК РФ, не установлено.

Судебные расходы по оплате государственной пошлины по апелляционной жалобе подлежат распределению в соответствии с частью 1 статьи 110 АПК РФ и в силу оставления апелляционной жалобы без удовлетворения относятся на апеллянта.

Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции 



ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Челябинской области от 05.07.2024 по делу № А76-24157/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу Комитета по управлению имуществом и земельным отношениям города Челябинска - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение двух месяцев со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.



Председательствующий судья

А.Х. Камаев

Судьи:

И.А. Аникин

А.С. Жернаков