Постановление от 27 августа 2018 г. по делу № А53-9980/2017

ПЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А53-9980/2017
город Ростов-на-Дону
27 августа 2018 года
15АП-12711/2018


Резолютивная часть постановления объявлена 23 августа 2018 года.

Полный текст постановления изготовлен 27 августа 2018 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Шимбаревой Н.В.,

судей Емельянова Д.В., Стрекачёва А.Н.,

при ведении протокола судебного заседания ФИО1,

при участии:

от УФНС по Ростовской области: представитель ФИО2 по доверенности от 14.06.2018 г.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО4

на определение Арбитражного суда Ростовской области

от 19.07.2018 по делу № А53-9980/2017 о признании недействительной сделки должника, применении последствий недействительности сделки

по заявлению Управления Федеральной налоговой службы по Ростовской области

к ФИО4

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) индивидуального предпринимателя ФИО5

(ИНН <***>, ОГРН <***>, СНИЛС <***>),

принятое в составе судьи Яицкой С.И.,

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) индивидуального предпринимателя ФИО5, Управление Федеральной налоговой службы по Ростовской области (далее также - уполномоченный орган) обратилось в суд с заявлением о признании недействительной сделки – договора купли-продажи грузового автомобиля «КамАЗ», заключенного 28.01.2015 между ФИО5 и ФИО4, применении последствий недействительности сделки в виде возврата указанного транспортного средства в конкурсную массу.

Определением от 19.07.2018 в удовлетворении ходатайства ответчика о предоставлении дополнительных документов эксперту и продлении срока проведения судебной экспертизы отказано. Признан недействительным договор купли-продажи транспортного средства от 28.01.2015, заключенный между ФИО5 и ФИО4. Применены последствия недействительности сделки. Суд обязал ФИО4 возвратить в конкурсную массу должника грузовой автомобиль – самосвал марки «КАМАЗ», 1989 года выпуска, шасси 0023197, идентификационный номер <***>, паспорт <...>, цвет хаки. Взыскано с ФИО4 в доход федерального бюджета 6 000 руб. государственной пошлины. Перечислено эксперту - индивидуальному предпринимателю ФИО6 с депозитного счета Арбитражного суда Ростовской области по счету № 464 от 20.06.2018 денежные средства в размере 25 000 руб. за проведение экспертизы, зачисленные на депозитный счет суда по чеку-ордеру от 07.05.2018.

Определение мотивировано тем, что уполномоченным органом доказано наличие признаков злоупотребления правом.

ИП ФИО4 обжаловала определение суда первой инстанции в порядке, предусмотренном гл. 34 АПК РФ, и просила определение отменить.

Податель жалобы полагает, что наличие родственных связей с должником, не препятствует заключению сделок с ним, а разница между ценой транспортного средства и рыночной стоимостью обусловлена ростом инфляции.

В судебном заседании представитель УФНС по Ростовской области поддержал доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу, просил определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Законность и обоснованность принятого судебного акта проверяется Пятнадцатым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, выслушав представителей участвующих в деле лиц, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.


Как следует из материалов дела, решением Арбитражного суда Ростовской области от 07.06.2017 (резолютивная часть судебного акта оглашена 06.06.2017) в отношении ФИО5 введена процедура реализации имущества гражданина. Финансовым управляющим утверждена ФИО7 из числа членов ассоциации «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Лига».

Сведения о введении процедуры реализации имущества должника опубликованы в газете «Коммерсантъ» № 112 от 24.06.2017.

Уполномоченный орган обратился в суд с заявлением о признании недействительной сделки – договора купли-продажи грузового автомобиля «КамАЗ», заключенного 28.01.2015 между ФИО5 и ФИО4, применении последствий недействительности сделки в виде возврата указанного транспортного средства в конкурсную массу.

В обоснование уполномоченный орган ссылается на то, что 28.01.2015 между ФИО5 (продавец) и ФИО4 (покупатель) заключен договор купли-продажи транспортного средства, по условиям которого покупателю был передан в собственность грузовой автомобиль самосвал КамАЗ 53213 VIN XТС532130К23197, 1989 года выпуска.

Согласно пункту 2.1 договора стоимость передаваемого автомобиля определена сторонами в размере 100 000 руб.

Полагая, что сделка заключена с заинтересованным лицом в отсутствие равноценного встречного предоставления, Управление Федеральной налоговой службы по Ростовской области обратилось в суд рассматриваемым заявлением.


При вынесении определения суд первой инстанции обоснованно руководствовался следующим:

Согласно ст. 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» и пункта 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии со статьей 213.1. Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I -VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI настоящего Федерального закона.

Согласно пункту 1 статьи 213.32 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Определением суда от 03.10.2017 по настоящему делу требования уполномоченного органа включены в реестр требований кредиторов ФИО5 в размере 12 154 680,17 рублей, в том числе: 8 694 196,59 рублей - основной задолженности, 2 649 011,48 рублей - пени, 811 472,10 рублей - штрафов.

Согласно реестру требований кредиторов заявитель является единственным конкурсным кредитором ФИО5, требования которого включены в реестр требований кредиторов должника, следовательно, уполномоченный орган вправе обращаться в суд с заявлением об оспаривании сделок должника.

Суд первой инстанции верно указал на то, что уполномоченный орган вправе обратиться в суд с заявлением об оспаривании сделки должника.

В соответствии с пунктами 1, 3 статьи 61.1 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В пункте 13 Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» предусмотрено, что абзац второй пункта 7 статьи 213.9 и пункты 1 и 2 статьи 213.32 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции настоящего Федерального закона) применяются к совершенным с 1 октября 2015 года сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 1 октября 2015 года с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции настоящего Федерального закона).

Судом установлено, что оспариваемая сделка совершена 28.01.2015, следовательно, может быть оспорена только по основаниям, предусмотренным статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу разъяснений, изложенных в абзаце четвертом пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы 111.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» в рамках дела о банкротстве суд вправе квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

Согласно рекомендациям, изложенным в пункте 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации», если при заключении договора стороной было допущено злоупотребление правом, данная сделка признается судом недействительной на основании пункта 2 статьи 10 и статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Исходя из содержания пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам. При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

В целях реализации указанного выше правового принципа абзацем 1 пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации установлена недопустимость осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действий в обход закона с противоправной целью, а также иного заведомо недобросовестного осуществления гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения данного запрета суд на основании пункта 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Как разъяснил Верховный Суд Российской Федерации в пункте 1 постановления Пленума от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» добросовестным поведением, является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Исходя из смысла приведенных выше правовых норм и разъяснений, под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Одной из форм негативных последствий является материальный вред, под которым понимается всякое умаление материального блага. В частности злоупотребление правом может выражаться в отчуждении имущества с целью предотвращения возможного обращения на него взыскания.

По своей правовой природе злоупотребление правом - это всегда нарушение требований закона, в связи с чем, злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок, влечет ничтожность этих сделок, как не соответствующих закону (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

Следовательно, по делам о признании сделки недействительной по причине злоупотребления правом одной из сторон при ее совершении обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок, наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий, наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц, наличие или отсутствие у сторон по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

Закон не предоставляет судебную защиту лицу, действия которого направлены на извлечение преимущества из своего недобросовестного поведения (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Формальное соблюдение требований законодательства не является достаточным основанием для вывода об отсутствии в действиях лица злоупотребления своими правами.

Согласно статье 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (п. 1 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Применительно к настоящему спору для установления факта недействительности сделки на основании статьи 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо установить факт недобросовестного поведения (злоупотребления правом) обеих сторон оспариваемой сделки, а также то обстоятельство, что обе стороны сделки действовали исключительно с намерением причинить вред должнику и его кредиторам, а не в соответствии с обычно применяемыми правилами.

Как следует из материалов дела, 28.01.2015 между ФИО5 (продавец) и ФИО4 (покупатель) заключен договор купли-продажи транспортного средства, по условиям которого покупателю был передан в собственность грузовой автомобиль самосвал КамАЗ 53213 VIN ХТС532130К23197, 1989 года выпуска.

Согласно пункту 2.1 договора стоимость передаваемого автомобиля определена сторонами в размере 100 000 руб.

Пункт 7 Постановления Пленума ВАС РФ №63 разъясняет, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

На основании пункта 3 статьи 19 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

Как следует из материалов дела, ФИО4 является матерью должника (справка Отдела ЗАГС г. Азова от 26.01.2018), следовательно, в силу пункта 3 статьи 19 Закона о банкротстве является заинтересованным лицом по отношению к должнику.

Указанное обстоятельство вопреки доводам подателя жалобы не является безусловным основанием для признания сделки недействительной, однако влияет на установление судом факта осведомленности контрагента по сделке о наличии признаков неплатежеспособности, о степени разумности и добросовестности.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце третьем пункта 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35, при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, должны учитываться среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

Указанные разъяснения подлежат применению и при оценке сделок должника на предмет фактической передачи должнику денежных средств по договору.

Оспариваемый договор купли-продажи от 28.01.2015 содержит указание на оплату транспортного средства путем передачи наличных денежных средств (пункт 2.2 договора).

С целью проверки реальности спорного обязательства, судом исследован вопрос наличия у ответчика финансовой возможности оплатить должнику 100 000 руб. за приобретаемый автомобиль на дату совершения сделки.

Согласно представленным в материалы дела справкам по форме 2-НДФЛ доход ФИО4 за 2013 год составил 34 993,98 руб. (удержан налог 4 549 руб.), за 2014 год -35 668,49 руб. (удержан налог 4 637 руб.), за январь 2015 года - 3 000 руб. Доказательств наличия иных доходов, позволяющих произвести оплату по спорной сделке, ответчиком не представлено.

Таким образом, ФИО4 не обладала достаточным доходом и сбережениями позволяющим произвести реальные расчеты по оспариваемому договору купли-продажи.

Более того, суд апелляционной инстанции полагает необходимым также учесть, что доказательства передачи денежных средств в размере, установленном в договоре, также не представлены в материалы дела.

Для определения стоимости транспортного средства определением суда от 21.05.2018 по ходатайству ответчика назначена судебная оценочная экспертиза, производство которой поручено эксперту - ИП ФИО6

На разрешение эксперта поставлен следующий вопрос: определить рыночную стоимость грузового автомобиля - самосвал марки «КАМАЗ», 1989 года выпуска, шасси 0023197, идентификационный номер <***>, паспорт <...>, цвет хаки, на дату совершения сделки - 28.01.2015.

Согласно заключению эксперта № 19/06/18 от 19.06.2018 рыночная стоимость автомобиля по состоянию на 28.01.2015 составляет 154 114 руб.

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В силу ч. 2 ст. 9 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

ФИО4 указывает, что отличие цены реализации от рыночной стоимости обусловлено ростом инфляции, однако при проведении экспертизы рыночная стоимость подлежала установлению на дату заключения договора.

Суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, о наличии неравноценного встречного исполнения в условиях аффилированности сторон сделки.

Материалами дела подтверждается, что на дату заключения оспариваемого договора у должника имелись неисполненные обязательства перед бюджетом по обязательным платежам за 2013-2014 годы, а также обязательства перед ПАО «Сбербанк России».

В настоящем случае заинтересованность сторон сделки позволяет сделать вывод об осведомленности ответчика о целях совершения указанной сделки - отчуждение ликвидного имущества должника, и как следствие, уменьшение конкурсной массы должника и утрата кредиторам возможности удовлетворения своих требований в соответствующей части.

Суд апелляционной инстанции обращает внимание на то, что само по себе указание в договоре цены имущества 100 000рублей не свидетельствует о реальной оплате.

Материалами дела подтверждено, что таковая не могла быть произведена в силу отсутствия у ФИО4 соответствующего дохода.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 25.07.2016 по делу № 305-ЭС16-2411, фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной. Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна. Данная норма направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Действия сторон оспариваемой в рамках настоящего дела сделки, направленной на вывод активов должника в преддверии банкротства при отсутствии какой-либо разумной экономической необходимости свидетельствуют о злоупотреблении сторонами сделки правом в силу статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку эти действия направлены на нарушение прав и законных интересов кредиторов должника.

С учетом обстоятельств настоящего спора, отсутствия в материалах доказательств, свидетельствующих о добросовестности сторон сделки, суд приходит к выводу о том, что оспариваемый договор купли-продажи от 25.01.2015 является мнимой сделкой, поскольку целью совершения указанной ничтожной сделки является вывод активов должника, что стало возможным в результате недобросовестных совместных, согласованных действий должника и ответчика.

Таким образом, должник и ответчик в результате злоупотребления правом, заключили ничтожную по признаку мнимости сделку, в результате которой осуществили заблаговременный вывод имущества с целью недопущения обращения взыскания на указанное имущество (невключение в конкурсную массу).

Оспариваемая сделка является ничтожной в силу закона, как совершенная с намерением причинить вред кредиторам должника, в обход закона с противоправной целью, а также с заведомо недобросовестным осуществлением гражданских прав (злоупотребление правом которое имело место с обеих сторон сделки).

С учетом изложенного, обоснован вывод суда первой инстанции о наличии оснований для признания оспариваемой сделки недействительной по правилам статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Статьей 61.8 Закона о банкротстве установлено, что по результатам рассмотрения заявления об оспаривании сделки должника суд выносит одно из следующих определений: о признании сделки должника недействительной и (или) применении последствий недействительности ничтожной сделки; об отказе в удовлетворении заявления о признании сделки должника недействительной.

Согласно пункту 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В силу пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

В пункте 29 постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 разъяснено, что если сделка, признанная в порядке главы III.1 Закона о банкротстве недействительной, была исполнена должником и (или) другой стороной сделки, суд в резолютивной части определения о признании сделки недействительной также указывает на применение последствий недействительности сделки (п. 2 ст. 167 ГК РФ, п. 1 ст. 61.6 и абз. второй п. 6 ст. 61.8 Закона о банкротстве) независимо от того, было ли указано на это в заявлении об оспаривании сделки.

Поскольку транспортное средств принадлежит на праве собственности ФИО4, отчуждено не было, суд первой инстанции верно применил последствия недействительности сделки в виде обязания ответчика возвратить полученное по сделке имущество в конкурсную массу.

Суд первой инстанции обоснованно учел, что ФИО4 не доказан факт передачи денежных средств по сделке должнику и допущено злоупотребление правом при совершении сделки, права данного лица не подлежат судебной защите. В связи с чем, суд посчитал не подлежащими применению последствия недействительности сделки в виде восстановления прав требования ответчика к должнику в размере 100 000 руб.

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции не усматривает основания для отмены определения Арбитражного суда Ростовской области от 19.07.2018 по делу № А53-9980/2017.

Суд первой инстанции выполнил требования статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, полно, всесторонне исследовал и оценил представленные в деле доказательства и принял законный и обоснованный судебный акт.

Нарушений процессуальных норм, влекущих отмену оспариваемого акта (ч. 4 ст. 270 АПК РФ), судом апелляционной инстанции не установлено, основания для удовлетворения жалобы отсутствуют.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 258, 269 – 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ростовской области от 19.07.2018 по делу № А53-9980/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В соответствии с частью 5 статьи 271, частью 1 статьи 266 и частью 2 статьи 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в месячный срок в порядке, определенном статьей 188 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.

Председательствующий Н.В. Шимбарева


Судьи Д.В. Емельянов


А.Н. Стрекачёв