Постановление от 2 августа 2024 г. по делу № А40-166878/2018

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-35967/2024 № 09АП-35968/2024

Москва Дело № А40-166878/18 02 августа 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 23 июля 2024 года Постановление изготовлено в полном объеме 02 августа 2024 года

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи А.С. Маслова, судей Н.В. Юрковой и Ю.Н. Федоровой при ведении протокола секретарем судебного заседания Колыгановой А.С.,

рассмотрев в открытом судебном апелляционные жалобы ФИО1, ФИО2 на определение Арбитражного суда города Москвы от 24.04.2024 по делу № А40-166878/18, вынесенное судьей С.С. Истоминым в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «АКСИОН»,

о привлечении к субсидиарной ответственности;

при участии в судебном заседании: от ФИО1: ФИО3 по дов. от 14.07.2022 от ООО «АКСИОН»: ФИО4 по дов. от 20.11.2023 ФИО1 лично, паспорт

У С Т А Н О В И Л:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 12.12.2018 ООО «Аксион» (ИНН <***> ОГРН <***>) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, исполняющим обязанности конкурсного управляющего должника утвержден ФИО5 (ИНН <***>).

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление конкурсного управляющего ФИО5 о привлечении контролирующих лиц должника: ФИО1, ФИО6, ФИО2, ФИО7, ФИО8, ФИО9 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 24.04.2024 ФИО1, ФИО6, ФИО2, ФИО7, ФИО8, ФИО9 привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Аксион».

Производство по заявлению конкурсного управляющего ООО «Аксион» о привлечении ФИО1, ФИО6, ФИО2, ФИО7,

ФИО8, ФИО9 к субсидиарной ответственности приостановлено в части установления размера субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами.

Не согласившись с вынесенным судом первой инстанции определением, ФИО1, ФИО2 обратились в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами, в которых просят его отменить, принять по делу новый судебный акт.

В судебном заседании ФИО1 и её представитель доводы апелляционной жалобы поддержали.

Представитель конкурсного управляющего против удовлетворения апелляционной жалобы возражал.

Рассмотрев дело в порядке статей 156, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, изучив материалы дела, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены или изменения определения арбитражного суда, принятого в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, конкурсным управляющим выявлены следующие подозрительные сделки:

Кредитный договор <***> от 21.06.2013 на сумму 1 687 856 008 руб., заключенный с ОАО «Банк Российский кредит»;

Безвозмездное перечисление денежных средств в сумме 1 326 519 213 руб. 24.06.2013 по договору об оказании услуг на рынке ценных бумаг (договор присоединения) № Б0205 от 21.06.2013 на счет ООО «ИК Ди Си Капитал»;

Кредитный договор <***> от 20.09.2013 на сумму 160 000 000 руб., заключенный с ЗАО «Мосстройэкономбанк»;

Безвозмездное перечисление денежных средств обратно в ЗАО «Мосстройэкономбанк» в сумме 160 000 000 руб. 20.09.2013 по договору уступки прав требования (цессии) от 26.06.2013 года к Договору со инвестирования № Пер-2/ОЛ2 от 26.06.2013;

Безвозмездное перечисление денежных средств в сумме 1 000 000 000 руб. 24.01.2014 по договору № 23-01-14/ЛА от 23.01.2014 на счет ООО «Лигал Версия»;

Кредитный договор <***> от 09.09.2014 на сумму 650 000 000 руб., заключенный с ОАО «Банк Российский кредит»;

Безвозмездное перечисление полученных кредитных средств 10.09.2014 под видом Договора о брокерском обслуживании № 11 -03-13-20/БР от 11.03.2013 на сумму 650 000 000 рублей на счет ПАО «АМБ Банка».

Транзакция по безвозмездному перечислению 3 136 519 213 руб. на счета ООО «ИК Ди Си Капитал», ООО «Лигал Версия», ПА «АМБ Банк» и ЗАО «Мосстройэкономбанк» привлекаемыми к ответственности лицами не опровергнута, доказательства экономического смысла указанных сделок не представлены.

Как указывает конкурсный управляющий, ответчики допустили возникновение кредиторской задолженности по сделкам с указанными юридическими лицами, и не преследовали своей целью вернуть кредитные средства, в результате чего образовалась задолженность в сумме 2 204 154 178,62 рублей.

Согласно материалам дела, ЗАО «М Банк» и ОАО «БАНК РОССИЙСКИЙ КРЕДИТ» совершили уступку прав требования по указанным кредитным договорам в отношении ООО «Профит Трейд» который на текущий момент является конкурсным кредитором по данному делу.

ФИО1 являлась генеральным директором Должника в период с даты создания по сентябрь 2015 года. ФИО10 являлась представителем УК Кумара Менеджмент Инк. (Белиз), избранной в качестве исполнительного органа Должника в период с сентября 2015 года до момента признания должника банкротом.

По мнению заявителя указанные лица совершили сделки на заведомо невыгодных для Должника условиях, как по получению кредитных средств (ФИО1), так и по оплате подозрительных платежей (ФИО10), причинивших существенный вред имущественным правам кредиторов должника.

Сделки, причинившие ущерб должнику, были совершены с ведома и в интересах ФИО7.

ФИО7 в период с 10.09.2012 и до отзыва у ОАО «Банк Российский кредит» лицензии на осуществление банковских операций (24.07.2015) занимал должность Председателя Совета директоров этой кредитной организации, что подтверждено письмом Банка России от 11.12.2015 № Т1 -28-3-02/194226 о членах Совета директоров банка.

Кроме того, в соответствии с приказом № 565т-к от 01.08.2013 о переводе работника на другую работу ФИО7 также был назначен на должность Президента Банка, которую занимал до июля 2015, имея контроль над Банком, предоставленный ему в соответствии с доверенностью № 632 от 09.07.2014.

Контроль и фактическое управление Банком оставалось за ФИО7 вплоть до даты отзыва лицензий у ЗАО «М Банк» и ОАО «Банк Российский Кредит» (24.07.2015).

Как указал конкурсный управляющий, ФИО7 позиционировал себя в отношениях с деловым сообществом и Центральным банком Российской Федерации, как лицо, имевшее право давать обязательные для исполнения указания и возможность иным образом определять действия неформальной банковской группы ОАО «Банк Российский кредит», ЗАО «М Банк», АМБ Банк (ПАО), КБ «КРК» (ОАО), «Тульский промышленник» Банк (ПАО). Данное обстоятельство подтверждено протоколами совещаний Департамента банковского надзора Центрального банка Российской Федерации от 24.04.2015, 10.04.2015. 22.05.2014. 12.03.2015.28.11.2014. 29.12.2014.

Как следует из материалов уголовных дел (приговор Гагаринского районного суда города Москвы от 18.08.2020 года по делу № 01-0006/2020, приговор Хамовнического районного суда города Москвы по уголовному делу № 01- 0001/2022) ФИО6, ФИО2, ФИО9 и ФИО8 принимали непосредственное соучастие в действиях ФИО7

Настаивая на удовлетворении предъявленных требований, конкурсный управляющий сослался на нарушение ответчиками положений статьи 10 Закона о банкротстве.

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявление конкурсного управляющего о привлечении ФИО1, ФИО6, ФИО2, ФИО7, ФИО8, ФИО9 к субсидиарной ответственности, исходил из представления им надлежащих доказательств наличия обязательных условий, предусмотренных статьей 10 Закона о банкротстве, при которых возможно привлечение к субсидиарной ответственности данных лиц по обязательствам должника.

Суд апелляционной инстанции поддерживает выводы Арбитражного суда города Москвы.

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон № 266) статья 10 Закона о банкротстве признана утратившей силу и Закон о банкротстве дополнен главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».

Согласно пункту 3 статьи 4 Закона № 266 рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона).

Заявление конкурсным управляющим подано в суд 25.03.2022. Следовательно, при рассмотрении настоящего спора подлежат применению положения о субсидиарной ответственности в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях», поскольку заявления о привлечении к субсидиарной ответственности поданы после 01.07.2017.

В то же время, основания для привлечения к субсидиарной ответственности, содержащиеся в главе III.2 Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ, не подлежат применению к действиям контролирующих должников лиц, совершенных до 01.07.2017, в силу общего правила действия закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации), поскольку Закон № 266-ФЗ не содержит норм о придании новой редакции Закона о банкротстве обратной силы.

Аналогичные разъяснения даны в пункте 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», согласно которым положения Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ (в частности, статьи 10) о субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ.

Нормы материального права, устанавливающие основания для привлечения к ответственности, должны определяться редакцией, действующей в период совершения лицом вменяемых ему деяний (деликта).

Такой подход согласуется со сложившейся судебной практикой, в частности, отражен в постановлении Арбитражного суда Московского округа от 30.05.2019 по делу № А40-151891/2014.

Как следует из заявления конкурсного управляющего действия ответчиков, послужившие основанием для обращения с настоящим заявлением, имели место в 20132015 годах, в связи с чем, к настоящему спору применимы материальные нормы статьи 10 Закона о банкротстве.

Однако порядок привлечения лица к субсидиарной ответственности и его новые нормы, не ухудшающие положения лица, подлежат применению с учетом изменений, введенных ФЗ № 266-ФЗ.

При этом нормы пунктом 1, 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве корреспондируют нормам пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве, в связи с чем, исходя из оснований заявленных требований, могут быть приняты во внимание.

Как отмечено в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079. предусмотренное, например, статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ) такое основание для привлечения к субсидиарной ответственности как «признание должника несостоятельным вследствие поведения контролирующих лиц» по существу мало чем отличается от предусмотренного действующей в настоящее время статьей 61.11 Закона основания ответственности в виде «невозможности полного погашения требований кредитора вследствие действий контролирующих лиц», а потому значительный объем правовых подходов к толкованию положений как прежнего, так и ныне действующего законодательства является общим (в том числе это относится к разъяснениям норм материального права, изложенным в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О

некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53).

В соответствии с абзацами 1-3 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц. такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам. Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, если причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Ответственность, предусмотренная ст. 10 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой, соответственно, для ее применения должна быть установлена вся совокупность гражданского правонарушения, включая виновность действий ответчика

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.06.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть вторая пункта 3 статьи 56), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Из смысла приведенных правовых норм и разъяснений высших судов следует, что необходимыми условиями для возложения субсидиарной ответственности по обязательствам должника на учредителя, участника или иных лиц, которые имеют право давать обязательные для должника указания либо имеют возможность иным образом определять его действия, являются наличие причинно-следственной связи между использованием данными лицами своих прав и (или) возможностей в отношении должника и действиями (бездействием) должника, повлекшими его несостоятельность (банкротство), при обязательном наличии вины этих лиц в банкротстве должника.

В силу пункта 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

В соответствии с пунктом 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия

(бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

В пункте 23 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» разъяснено, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305- ЭС19- 10079, судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов должно, в любом случае, сопровождаться изучением причин несостоятельности должника.

Согласно материалам дела, конкурсный управляющий должника сослался на установление факта совершения группой лиц, в которую входили ответчики, мошеннических действий по хищению денежных средств ЗАО «Мосстройэкономбанк» и ОАО «Банк Российский кредит».

ФИО2 по Приговорам Гагаринского районного суда г.Москвы и Хамовнического районного суда г.Москвы, а также протоколами допроса с ее участием осуществляла руководство Корпоративным блоком (входило более 40 организаций) в том числе и Должник. ФИО2 давала личные указания ФИО1 тем самым контролировала ее деятельность как директора Должника.

Также в рамках рассмотрения дела № А40-151915/2015 о банкротстве ОАО «Банк Российский Кредит» установлено, что ФИО8 с 29.01.2007 занимал должность заместителя Председателя правления Банка, являлся членом Правления Банка, с 15.07.2013 по совместительству занимал должность Директора

департамента кредитования и инвестиций, а с 27.06.2013 был членом Кредитного комитета, ФИО8 был уполномочен на совершение от имени Банка сделок и подписание финансово-расчетных документов, был наделен полномочиями по представлению интересов Банка во взаимоотношениях с Банком России и другими лицами. ФИО9 с 01.06.2013 занимал должность Председателя Правления Банка, являлся членом Правления Банка.

ФИО9 являлся председателем правления ОАО «БРК» непосредственно подписывал кредитный договор <***> от 17.06.2013 года и организовывал выдачу кредита ООО «Аксион».

ФИО6 являлся советником ФИО7 и связующим звеном между им и ФИО2

Совокупность указанных обстоятельств свидетельствует о наличии у ответчиков статуса контролирующих должника лиц.

Полномочия ФИО1, были прекращены в трехлетний период, предшествующий возбуждению настоящего дела, что также указывает на ее статус контролирующего должника лица.

В результате заключения и исполнения кредитных договоров должник стал отвечать признакам объективного банкротства, а сделки совершены не в интересах экономической деятельности должника, а в интересах и к выгоде привлекаемых лиц к субсидиарной ответственности.

Конкурсным управляющим с приложением первичных документов представлено схематичное транзитное движение денежных средств среди обществ, в том числе ООО «Аксион», подконтрольных ответчикам, в интересах ФИО7

Сами по себе доводы возражений о том, что деятельность ООО «Аксион» не являлась предметом оценки в рамках уголовных дел, судом отклоняются, поскольку материалы настоящего дела позволяют с достоверностью определить совершение ответчиками противоправных действий в отношении ООО «Аксион» и его кредиторов принимая во внимание обстоятельства совместной деятельности лиц, установленные в уголовных делах

В свою очередь хотя действия ФИО1 не были предметом оценки судов в рамках уголовных дел, на что ссылается ответчик, однако ФИО1 также не дано разумных пояснений относительно деловой цели получения кредитных денежных средств в значительном размере, что в ситуации подконтрольности ФИО7 и лицам, совместно с ним действовавшим, денежных потоков, исходящих из банков, свидетельствует о неправомерности действий ответчиков.

Фактически была реализована бизнес-модель, не предполагающая получение должником какой-либо выручки, от осуществляемой им деятельности, на что он вправе был бы рассчитывать в рамках рыночных отношений.

Согласно части 4 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу обязательны для арбитражного суда по вопросам о том, имели ли место определенные действия и совершены ли они определенным лицом.

Судом обоснованно отклонены доводы о том, что кредитные договоры заключены и обслуживались должником в условиях его обычной хозяйственной деятельности с учетом выводом, сделанных в рамках уголовных дел, а также фактических обстоятельств дела (часть 4 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), а также в отсутствие доказательств того, что кредитные денежные средства были использованы должником в его хозяйственной деятельности.

Напротив, обслуживание должником кредитных договоров, в соответствии с которыми получены денежные средства, не поступившие в хозяйственный оборот должника, а выведенные на счета третьих лиц, свидетельствует о том, что именно такие обстоятельства привели к наступлению признаков объективного банкротства должника.

В силу пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 настоящего Федерального закона.

Согласно подпунктам 1, 2 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Для привлечении руководителя должника к ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, необходимо установление следующих обстоятельств: возникновение одного из условий, перечисленных в п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве; момент возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

При исследовании совокупности указанных обстоятельств следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, упомянутых в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Материалы дела не содержат доказательств наличия иных обязательств кроме кредитных, в связи с чем бездействие контролирующих должника лиц не привело к негативным последствиям по наращиванию независимой кредиторской задолженности.

Таким образом, заявителем не определено и документально не подтверждено ни одно из указанных обстоятельств, в связи с чем, отсутствуют основания для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности в соответствии с пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве.

Проценты по кредитам не могут быть отнесены к обязательствам, которые могут быть учтены для привлечении к субсидиарной ответственности по данным обстоятельствам, поскольку не являться новыми обязательствами в понимании пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве.

Согласно абзацу четвертому пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 настоящей статьи, может быть подано в течение одного года со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом.

В случае пропуска этого срока по уважительной причине он может быть восстановлен судом. Данная норма содержит указание на необходимость применения двух сроков исковой давности: - однолетнего субъективного, исчисляемого по правилам, аналогичным пункту 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 07.05.2013 № 100-ФЗ); - трехлетнего объективного, исчисляемого со дня признания должника банкротом

Согласно пункту 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности, по общему правилу, начинает течь с момента, когда действующий в интересах всех кредиторов арбитражный управляющий или кредитор, обладающий правом на подачу заявления, узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности - о совокупности следующих обстоятельств: о лице, контролирующем должника (имеющем фактическую возможность давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия), неправомерных действиях (бездействии) данного лица, причинивших вред кредиторам и влекущих за собой субсидиарную ответственность, и о недостаточности активов должника для проведения расчетов со всеми кредиторами. Данная правовая позиция изложена в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2018 № 302-ЭС14-1472 (4,5,7).

Конкурсный управляющий должника указывал на получение им в августе 2021 года приговора Гагаринского районного суда города Москвы от 18.08.2020 по делу № 106/2020, а также на состоявшийся приговор Хамовнического районного суда города Москвы от 25.05.2022 по делу № 01-001/2022, именно из которых ему стало известно как о надлежащих ответчиках, подлежащих привлечению к субсидиарной ответственности по обязательствам должника (группы лиц, действия которых по присвоению кредитных денежных средств, полученных должником в банках, привели к банкротству должника), так и об основаниях для их привлечения к субсидиарной ответственности.

С учетом изложенного, судом обоснованно отклонены доводы о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности.

Наличие удовлетворенных гражданских исков может быть учтено судом при определении размера субсидиарной ответственности ответчиков (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 03.07.2020 № 305-ЭС19-17007(2), но само по себе не может являться основанием для их освобождения от такой ответственности в случае установления обстоятельств того, что именно их действия по выводу кредитных денежных средств должника привели к его банкротству и при условии наличия у должника кредиторов с требованиями, основанными на иных обязательствах, помимо вытекающих из названных кредитных договоров.

Судом при рассмотрении настоящего спора учтены позиции, изложенные в постановлении Арбитражного суда Московского округа от 29.02.2024 по делу № А40169629/2018.

Доводы апелляционной жалобы ФИО2 о нарушении судом первой инстанции норм процессуального законодательства, а именно рассмотрение заявления в отсутствие ответчика, не извещенного надлежащим образом, отклоняются судом апелляционной инстанции.

Статьей 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что судебное извещение, адресованные гражданам, в том числе индивидуальным предпринимателям, направляются по месту их жительства.

Лица, участвующие в деле, и иные участники арбитражного процесса также считаются извещенными надлежащим образом арбитражным судом, если, несмотря на почтовое извещение, адресат не явился за получением копии судебного акта, направленной арбитражным судом в установленном порядке, о чем организация почтовой связи уведомила арбитражный суд, либо копия судебного акта не вручена в связи с отсутствием адресата по указанному адресу, о чем организация почтовой связи уведомила арбитражный суд с указанием источника данной информации.

Из материалов дела следует, что судом были запрошены сведения об адресах регистрации всех ответчиков, в том числе, ФИО2, и по указанным адресам направлены судебные извещения.

В соответствии с частью 2 статьи 124 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, обязаны сообщить арбитражному суду об изменении своего адреса во время производства по делу. При отсутствии такого сообщения копии судебных актов направляются по последнему известному арбитражному суду адресу и считаются доставленными, хотя бы адресат по этому адресу более не находится или не проживает.

Таким образом, отбывая наказание, ответчик должна была обеспечить получение почтовой корреспонденции по адресу регистрации.

При этом, вопреки позиции заявителя жалобы, сообщение места отбытия наказания суду не может быть возложено на конкурсного управляющего. Судом также учтено, что в апелляционной жалобе ответчик также указывает адрес регистрации, а не адрес исправительного учреждения.

Указанные обстоятельства опровергают доводы о рассмотрении заявления о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в отсутствие ответчиков, не извещённых надлежащим образом.

Доводы апелляционных жалоб, по сути, сводятся к несогласию с оценкой доказательств судом первой инстанции, с которой соглашается суд апелляционной инстанции.

Оснований для переоценки выводов суда первой инстанции, сделанных при рассмотрении настоящего спора по существу, апелляционным судом не установлено.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в любом случае основаниями для отмены судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции приходит к выводу о принятии судом первой инстанции оспариваемого определения с учетом правильно установленных обстоятельств, имеющих значение для дела, полно, всесторонне и объективно исследованных доказательств, с учетом правильного применения норм материального и процессуального права.

Руководствуясь статьями 266 – 269, 271 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда города Москвы от 24.04.2024 по делу № А40-166878/18 оставить без изменения, а апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа

Председательствующий судья: А.С. Маслов Судьи: Н.В. Юркова

Ю.Н. Федорова