Постановление от 19 января 2025 г. по делу № А07-5819/2022

ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД



ПОСТАНОВЛЕНИЕ



№ 18АП-16036/2024
г. Челябинск
20 января 2025 года
Дело № А07-5819/2022


Резолютивная часть постановления объявлена 13 января 2025 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 20 января 2025 года.


Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Румянцева А.А.,

судей Поздняковой Е.А., Курносовой Т.В.,

при ведении протокола помощником судьи Мызниковой А.С.,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 22.10.2024 по делу № А07-5819/2022 о привлечении к субсидиарной ответственности.

В судебное заседание явились ООО «ВВК «Даско-опт» - ФИО2 (паспорт, доверенность № 44 от 01.03.2023).


Общество с ограниченной ответственностью «Вино-водочная компания «ДАСКО-опт» (далее – заявитель, кредитор, истец, ООО «ВВК «ДАСКО-опт») обратилось в Арбитражный суд Республики Башкортостан с заявлением о признании Общества с ограниченной ответственностью «ПАРТНЕР» (далее -должник, ООО «ПАРТНЕР») несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 14.06.2022 по делу заявление ООО «ВВК «ДАСКО-опт» признано обоснованным, в отношении ООО «ПАРТНЕР» введена процедура наблюдения; временным управляющим должника утверждена ФИО3; в третью очередь реестра требований кредиторов должника включено требование ООО «ВВК «ДАСКО-опт» в сумме 368 360,15 руб.

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 17.10.2022 в реестр требований кредиторов должника включены требования МРИ ФНС России № 4 по Республике Башкортостан на общую сумму 247 666,33 руб., их них: во вторую очередь – в сумме 147 819,56 руб., в третью очередь - в сумме 99 147 819,56 руб.

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 03.11.2022 в третью очередь реестра требований кредиторов должника включено требование ООО «ВВК «ДАСКО-опт» в сумме 1 250 878,72 руб.

Определением арбитражного суда Республики Башкортостан от 23.11.2022 принято заявление ООО «Победа» о включении в реестр требований кредиторов должника и признано подлежащим рассмотрению после введения процедуры, следующей за процедурой наблюдения.

21.12.2022 в рамках дела о банкротстве ООО «ПАРТНЕР» временным управляющим ФИО3 подано заявление о привлечении к субсидиарной ответственности руководителя должника – ФИО4. Определением суда от 26.12.2022 данное заявление принято.

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 26.01.2023 производство по делу № А07-5819/2022 по заявлению ООО «ВВК «ДАСКО-опт» о признании ООО «Партнер» несостоятельным (банкротом) прекращено в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве и отсутствием источников их поступления, отсутствие согласия лиц, участвующих в деле о банкротстве должника, на финансирование процедуры банкротства должника.

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 09.02.2023 удовлетворено заявление ООО «ВВК «ДАСКО-опт» о взыскании с должника в счет возмещения расходов по делу о банкротстве суммы в размере 250 479,75 руб.

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 01.03.2023 ООО «ВВК «ДАСКО-опт» привлечено в качестве соистца к участию в рассмотрении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности руководителя должника ФИО4.

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 27.06.2023 ФИО1 привлечена в качестве соответчика к участию в рассмотрении обособленного спора по заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности руководителя должника ФИО4. Данным судебным актом также принято к производству уточненное заявление ООО «ВВК «ДАСКО-опт» о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих лиц должника, в котором ООО «ВВК «ДАСКО-опт» просит привлечь к субсидиарной ответственности контролирующих   лиц         ООО «ПАРТНЕР»): руководителя ФИО4 и ФИО1 (далее - ответчики);  взыскать    в    субсидиарном порядке с ответчиков сумму в размере 1 869 718,62 руб. солидарно.

12.07.2024 от ООО «ВВК «ДАСКО-опт» посредством системы «Мой арбитр» поступило заявление об уточнении требований о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих лиц должника - ФИО1 и ФИО4 Данное заявление принято в судебном заседании 22.07.2024.

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 22.10.2024 требования удовлетворены в полном объеме, ответчики привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Партнер». Суд взыскал с ФИО1 (ИНН <***>) и ФИО4 (ИНН <***>) солидарно в пользу общества с ограниченной ответственностью «Вино-водочная компания «Даско-опт» (ИНН <***>, ОГРН <***>) 1 869 718,62 рублей.

Не согласившись с указанным определением, ФИО1 (далее также податель жалобы) обратилась в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, ссылаясь на то, что ФИО1 представлены доказательства, свидетельствующие о том, что сделки по снятию денежных средств на сумму 2 354 900 руб. были направлены на закупку товаров для последующей реализации, то есть были совершены в рамках обычной хозяйственной деятельности должника. Поставщики    ООО    «Партнер»    подтвердили    факты     поставок    и    оплаты преимущественно в наличной форме в спорный период с 17.04.2020 по 01.11.2020.

Также апеллянт указал, что суд в нарушении процессуального закона не разрешил ходатайство о вызове свидетелей. 22.01.2024 в рамках судебного заседания ФИО1 в целях установления обстоятельств, связанных с оплатой поставок в адрес должника, ходатайствовала о вызове свидетелей: сотрудника ИП ФИО5 - ФИО6, сотрудницу ИП ФИО7 ФИО8, и сотрудников ООО «Партнер». Между тем, суд 22.01.2024 в рамках судебного заседания оставил ходатайство ФИО1 о вызове свидетелей открытым и в последующих заседаниях уклонился от разрешения данного ходатайства.

Ссылается на правовую позицию, согласно которой несоблюдение участниками гражданского оборота правил наличных/безналичных расчетов является нарушением, за которое предусмотрена ответственность административным и налоговым законодательством. При этом такое нарушение не является безусловным основанием для вывода о том, что произведенные таким способом расчеты не должны приниматься во внимание при рассмотрении гражданско-правового спора.

Вывод суда первой инстанции о том, что сделки по снятию ФИО1 денежных средств в период с 17.04.2020 по 01.11.2020 на сумму 2 354 900 руб. привели к объективному банкротству не соответствует обстоятельствам дела (п.3 ч.1 ст.270 АПК РФ), и прямо противоречит другому выводу суда о том, что объективное банкротство наступило в мае 2021 г. Сделки по снятию ФИО1 денежных средств на сумму 2 354 900 руб. не привели к объективному банкротству, поскольку должник продолжал вести обычную хозяйственную деятельность оплачивал поставки на сумму более 1 800 000 руб. до апреля 2021 г., следовательно, оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по подп. 1 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве (презумпция доведения до банкротства в результате совершения убыточных сделок) у суда не было.

Непередача ФИО4 временному управляющему документации в процедуре наблюдения не создала препятствий для проведения процедуры банкротства, так как формирование конкурсной массы в этой процедуре не осуществляется. Заявитель не представил каких-либо содержательных объяснений относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

На основании статей 184, 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судом апелляционной инстанции приобщен к материалам дела отзыв на апелляционную жалобу от ООО «ВВК «Даско-опт», поскольку заблаговременно направлен в адрес лиц, участвующих в деле.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы уведомлены посредством почтовых отправлений, а также путем размещения информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

В соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено судом апелляционной инстанции в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле, их представителей.

Представитель ООО «ВВК «Даско-опт» определение суда считает законным и обоснованным, доводы апелляционной жалобы несостоятельными. Просит определение оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.


Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Как следует из материалов дела и установлено судом, общество с ограниченной ответственностью «Партнер» (ОГРН <***>, ИНН <***>, юридический адрес: 452800, <...>) зарегистрировано в качестве юридического лица 02.12.2014. Основным видом деятельности должника является торговля розничная прочими товарами в специализированных магазинах (код по ОКВЭД - 47.24), дополнительными видами деятельности являются торговля розничная преимущественно пищевыми продуктами, включая напитки, и табачными изделиями в неспециализированных магазинах, торговля розничная прочая в неспециализированных магазинах, торговля розничная фруктами и овощами в специализированных магазинных и иная торговля розничная (мясом, рыбой, напитками, табачными изделиями, книгами), соответствующая кодам по ОКВЭД - 47.7, 47.11, 47.19, 47.21, 47.22, 47.23, 47.25, 47.26, 47.29, 47.43, 47.51, 47.52, 47.54, 47.61, 47.71.1). Уставный капитал должника составляет 80 000 руб.

Согласно данным ФИО9 Ринатовна (ИНН <***>) являлась единственным учредителем должника до 08.02.2021. С 09.03.2021. единственным учредителем должника является ФИО4 (ИНН <***>).

Согласно данным ЕГРЮЛ руководителем должника с 02.12.2014 по 22.03.2021 являлась ФИО1, с 23.03.2021 по настоящее время руководителем директором является ФИО4 Деятельность должника в установленном законом порядке не прекращена.

Определением суда от 10.03.2022  заявление ООО «ВВК «ДАСКО-опт» о банкротстве ООО «ПАРТНЕР» принято к производству суда.

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 14.06.2022 в отношении должника введена процедура, применяемая в деле о банкротстве – наблюдение, временным управляющим утверждена ФИО3

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 03.11.2022 в третью очередь реестра требований кредиторов должника включено требование ООО «ВВК «ДАСКО-опт» в сумме 1 250 878,72 руб., из которых: пени в размере 268 564,08 руб. за период с 11.12.2020г. по 08.04.2021; пени, начисленные на сумму основного долга в размере 368 360,15 руб. с 09.04.2021 по день фактической уплаты по 0,8% за каждый день просрочки в размере 966 576,64 руб.; расходы по оплате госпошлины в размере 15 738 руб.

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 09.02.2023 удовлетворено заявление ООО «ВВК «ДАСКО-опт» о взыскании с должника в счет возмещения расходов по делу о банкротстве суммы в размере 250 479,75 руб.

Реестровая задолженность должника перед ООО «ВВК «ДАСКО-опт» на момент прекращения производства по делу не погашена.

Впоследствии определением суда от 26.01.2023 производство по делу о банкротстве ООО «Партнер» прекращено на основании абзаца восьмого пункта 1 статьи 57 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе расходов на выплату вознаграждения арбитражному управляющему.

Временным управляющим проведен анализ финансового состояния должника. По итогам анализа сделаны следующие выводы: финансовое состояние должника ООО «Партнер» за анализируемый период характеризуется как неудовлетворительное; ООО «Партнер» неплатежеспособно; невозможно восстановить платежеспособность должника; средств должника недостаточно для покрытия        судебных   расходов,  расходов на выплату вознаграждения арбитражному управляющему, целесообразно сделать вывод о невозможности восстановления платежеспособности должника, прекратить производство по делу о несостоятельности (банкротстве).

За период наблюдения инвентаризация имущества должника не проводилась, балансовая стоимость имущества 0 тыс. руб., рыночная стоимость имущества не определялась.

Согласно бухгалтерскому балансу по состоянию на 31.12.2019 ООО «Партнер» имеет запасы, балансовая стоимость которых составляет 659 тыс. руб., по состоянию на 31.12.2020 запасы составляют балансовую стоимость 862 тыс. руб. и по состоянию на 31.12.2021г. балансовая стоимость запасов составляет 862 тыс. руб.

Согласно отчета о финансовых результатах баланса должника: размер выручки уменьшился в 2021 (с размера 16 450 тыс. руб. за 2019 и 19 016 тыс. руб. за 2020 до величины 1 107 тыс.руб. в 2021).

Выявлены подозрительные сделки по перечислению с расчетного счета должника № <***>, открытого в Башкирском отделении № 8598 ПАО Сбербанк на ООО «Партнер» (ИНН <***>) за период с 12.11.2018г. по 01.11.2020 на счет № 40817810506002086401, открытый в Башкирском отделении № 8598 ПАО Сбербанк на имя ФИО1 Общая сумма перечислений составляет сумму 2 653 400 руб. с назначением платежа «за товар».

Полагая, что контролирующими должника лицами совершены действия, направленные на вывод имущества должника, а также не исполнены требования по обращению в суд с заявлением о банкротстве должника, не переданы документы управляющему, заявитель обратился в суд с настоящим заявлением.

Разрешая заявленные требования суд первой инстанции исходил из следующего.

Дела о несостоятельности (банкротстве) юридических лиц и граждан в силу ч. 1 ст. 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и п. 1 ст. 32 Закона о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу ст. 61.10  Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

В соответствии с приведенными в п. п. 1, 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление Пленума № 53) разъяснениями, привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов.

При привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в части, не противоречащей специальным положениям закона №   127-ФЗ,   подлежат   применению   общие   положения   глав   25   и   59   ГК   РФ   об ответственности за нарушение обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда.

По делам о возмещении вреда суд должен установить факт причинения вреда, вину причинителя вреда и причинно-следственную связь между незаконными действиями (бездействием) причинителя вреда и причинением вреда (утвержденный Президиумом ВС РФ 20.12.16 Обзор судебной практики ВС РФ N 4 (2016)).

В соответствии с п. 1 ст. 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В соответствии с п. 4 ст. 61.10 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

1)      являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

2)      имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника;

3)      извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Из совокупного толкования положений п. 3 ст. 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснений, изложенных в п. 3 постановления Пленума № 53 необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия.

Согласно п. 5 постановления Пленума № 53 предполагается, что участник корпорации является контролирующим лицом, если он и аффилированные с ним лица вправе распоряжаться 50 и более процентами голосующих акций (долей, паев) должника, либо имеют в совокупности 50 и более процентов голосов при принятии решений общим собранием, либо если их голосов достаточно для назначения (избрания) руководителя должника. Презюмируется, что лицо, отвечающее одному из указанных критериев, признается контролирующим наряду с аффилированными с ним лицами.

Из материалов дела следует, что с момента создания общества и до 08.02.2021 единственным участником являлась ФИО1 (ИНН <***>) С 09.03.2021. единственным учредителем должника является ФИО4 (ИНН <***>).

Согласно данным ЕГРЮЛ руководителем должника с 02.12.2014 по 22.03.2021 являлась ФИО1, с 23.03.2021 по настоящее время руководителем директором является ФИО4

Таким образом, в силу п. 4 ст. 61.10 Закона о банкротстве ответчики являлись контролирующими должника лицами в вышеуказанные периоды и по дату признания должника несостоятельным (банкротом).

В силу положений п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов      невозможно      вследствие       действий      и      (или)      бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность поведению     (составлению)     и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесенияопределения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временнойадминистрации финансовой организации) или принятия решения опризнании должника банкротом отсутствуют или не содержатинформацию       об     объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;

документы,         хранение   которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены.

В предмет доказывания по настоящему спору входит установление факта отсутствия либо искажения бухгалтерской документации должника, невозможность либо затруднительность формирования конкурсной массы и наличие причинно - следственной связи между названными фактами.

Согласно п. 4 ст. 61.11 Закона о банкротстве положения подпункта 2 пункта 2 настоящей статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника; ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 16.01.2023 по требования временного управляющего должника ФИО3 удовлетворены – у руководителя должника ФИО4 истребованы бухгалтерские и иные документы касательно деятельности должника.

Руководителем должника ФИО4 истребованные документы арбитражному управляющему не переданы, при этом документально подтвержденных сведений о том, что данные документы могли отсутствовать в ее распоряжении, и это вызвано объективными причинами, находящимися вне ее ответственности, в материалы дела не представлено.

Обязанность по представлению документов должника возникла у контролирующего должника лица не с момента принятия судом к производству рассматриваемого заявления об истребовании документов, а с момента вынесения определения Арбитражным судом Республики Башкортостан от 14.06.2022 по делу № А07-5819/2022 которым в отношении ООО «Партнер» введена процедура наблюдения, то есть в июне 2022. Наблюдение прекращено 26.01.2023.

Более того, определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 16.01.2023 на директора ООО «Партнер» ФИО4 возложена обязанность передать временному управляющему ФИО3 документы первичного бухгалтерского учета, бухгалтерской отчетности за последние три годы, последние акты инвентаризации имущества и финансовых обязательств, последние инвентаризационные ведомости по установленным формам перечень имущества должника.

Данный судебный акт не был исполнен ФИО4, что, безусловно, воспрепятствовало выполнению обязанностей временного управляющего, поскольку из выписки по расчетному счету ООО «Партнер» следует, что за 2019-2020 г.г. общая сумма денежных средств, перечисленных со счета должника на личный счет предыдущего директора должника ФИО1 с назначением платежа "за товар", составила 2 354 900 руб., (выписка с расчетного счета № <***>, открытого в Башкирском отделении № 8598 ПАО Сбербанк на ООО «Партнер»). Доказательств использования данных денежных средств в производственных целях общества-должника либо их возврата ФИО4 в дело о банкротстве не представлено.

Согласно ст. 67 Закона о банкротстве, в процедуре наблюдения временный управляющий обязан: принимать меры по обеспечению сохранности имущества должника; проводить анализ финансового состояния должника; выявлять кредиторов должника; вести реестр требований кредиторов, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Федеральным законом; уведомлять кредиторов о введении наблюдения; созывать и проводить первое собрание кредиторов.

Временный управляющий обязан представить в арбитражный суд отчет о своей деятельности, к которому прилагаются: заключение о финансовом состоянии должника; заключение о наличии или об отсутствии оснований для оспаривания сделок должника; обоснование возможности или невозможности восстановления платежеспособности должника, целесообразности введения последующих применяемых в деле о банкротстве процедур.

Действительно, в наблюдении конкурсная масса не формируется, однако делается вывод о наличии возможности для формирования конкурсной массы при решении вопроса о целесообразности перехода к последующей применяемой в деле о банкротстве процедуре. Кроме того, были обнаружены подозрительные сделки в виде перечисления средств на личный счет предыдущего директора должника.

Принимая во внимание изложенное, суд пришел к обоснованному выводу о том, что предусмотренная законом обязанность ФИО4 проигнорирована, документы касающиеся деятельности должника арбитражному управляющему не переданы, в результате чего проведение процедуры банкротства существенно затруднено, поскольку повлекло  невозможность      исполнения арбитражным управляющим обязанности по выявлению и возврату имущества должника (согласно бухгалтерскому балансу должника по состоянию на конец 2021 года запасы должника составляли 862 тыс. руб.), по оспариванию подозрительных сделок, предъявлению к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании, и, как следствие, невозможность сделать вывод о целесообразности перехода в конкурсное производство.

Отклоняя доводы ответчиков о том, что отсутствие у временного управляющего документации в процедуре наблюдения повлияло на проведение процедуры банкротства, суд исходил из следующего.

В разделе «Оборотные активы» строка «Запасы» (код строки 1210) годовых бухгалтерских балансов за 2019, 2020, 2021 числятся «запасы» на 659 тыс., 862 тыс., 862 тыс. соответственно. При этом документация, поясняющая и указывающая, какие именно активы имеются у должника, не представлена. В то же время запасы могли явиться источником средств для погашения кредиторской задолженности в последующей процедуре банкротства – в конкурсном производстве.

Также не представлялось возможным определить причину сниженияпоказателя выручки из отчета о финансовых результатах за 2021г. (код строки2110) в 17 раз: с 19016 тыс. руб. за год до показателя 1 107 тыс. за год,проанализировать  экономические    причины,    целесообразность   принятых

контролирующими должника лицами решений.

Учитывая установленные по делу обстоятельства, суд пришел к выводу, что невозможность проведения процедур, применяемых в деле о банкротстве, затруднительность пополнения конкурсной массы должника, находятся в прямой причинно-следственной связи между отсутствием у арбитражного управляющего документов и бездействием (действиями, не отвечающими добросовестности) ФИО4 по их своевременной и полной передаче, в результате чего причинен вред имущественным правам кредитора в виде невозможности удовлетворения его требований.

Положения подп. 4 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве применяются в отношении единоличного исполнительного органа юридического лица, а также иных лиц, на которых возложены обязанности по составлению и хранению документов (пункт 6 указанной статьи).

Согласно разъяснениям, приведенным в п. 3 постановления Пленума № 53 по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

В пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве, действовавшем ранее, статье 61.12 Закона о банкротстве, действующей в настоящее время, законодатель презюмировал наличие причинно-следственной связи между обманом контрагентов со стороны руководителя должника в виде намеренного умолчания о возникновении признаков банкротства, о которых он должен был публично сообщить в силу Закона, подав заявление о несостоятельности, и негативными последствиями для введенных в заблуждение кредиторов, по неведению предоставивших исполнение лицу, являющемуся в действительности банкротом, явно неспособному передать встречное исполнение. Субсидиарная ответственность такого руководителя ограничивается объемом обязательств перед этими обманутыми кредиторами, то есть объемом обязательств, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Таким образом, при рассмотрении такого рода заявлений суд исходит из даты возникновения обязательства, а не с даты их неисполнения.

Суд первой инстанции также отметил, что ответственность, установленная статьей 10 Закона о банкротстве является гражданско-правовой, следовательно, при её применении должны учитываться общие положения глав 25 и 59 Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушения обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве.

В этой связи помимо объективной стороны правонарушения, связанной сустановлением факта неисполнения единоличным исполнительным органомобязанности, установленной Законом о банкротстве (обратиться в суд с заявлением о признании общества несостоятельным (банкротом)), необходимо установить вину субъекта ответственности, исходя из того, приняло ли это лицо все меры для надлежащего исполнения обязательств при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота (пункт 1 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации); также имеет значение причинно-следственная связь между неподачей в суд заявления о признании должника банкротом и невозможностью удовлетворения требований кредиторов.

Установив данные обстоятельства, суд посчитал, что отсутствие документации повлекло в процедуре банкротства невозможность формирования конкурсной массы должника, и, как следствие, невозможность расчетов с кредиторами, следовательно, совершение правонарушения, связанного с установлением факта противоправного и виновного неисполнения обязанности по передаче документации и имущества, повлекло за собой невозможность формирования конкурсной массы.


Помимо этого, заявитель просил привлечь ответчиков к субсидиарной ответственности в связи с неподачей заявления о банкротстве должника (ст.61.12 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

Из материалов дела следует, что на 11.07.2020 возникла задолженность перед контрагентом должника ООО «Победа» в размере 19 112,27 руб. Задолженность не погашена.

В октябре 2020 возникла задолженность перед налоговым органом по оплате налогов в бюджет на сумму 9 348 руб., далее по нарастающей задолженность увеличивалась до 247 666,33 руб. (со сроком оплаты ноябрь 2020 – 19 185 руб., со сроком оплаты декабрь 2020г. – 16 114 руб., по налогу на доходы физлиц, по налогу на вмененный доход, по страховым взносам пенсионного, медицинского, социального страхования со сроком оплаты январь 2021г. - 16 358, 14 руб., со сроком оплаты февраль 2021г. - 47 389, 60 руб., со сроком оплаты март 2021г. – 37 786,55 руб., со сроком оплаты апрель 2021г .- 62 258,35 руб., со сроком оплаты июнь 2021г. - 2906,76 руб., со сроком оплаты август 2021г. – 4 209,60 руб., со сроком оплаты ноябрь 2021г. – 7 904,00 руб., со сроком оплаты 2022г. – 17 941,49 руб. (январь июнь 2022г.) (определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 17.10.2022г. по делу № А07-5819/2022). Задолженность не погашена.

В период с 11.11.2020 по 12.12.2020 возникла задолженность перед ООО «ВВК «ДАСКО-опт» на сумму 368 360 руб. 15 коп. (решение Арбитражного суда РБ от 16.07.2021г. по делу № А07-10806/2021). По решению взысканы пени 268 564 руб. 08 коп. за период с 11.12.2020 по 08.04.2021 и расходы по оплате государственной пошлины в размере 15 738 руб. Задолженность не погашена.

В период с 25.11.2020 по 18.12.2020 у должника возникла задолженность перед ООО «Пинта-регион» в размере 158 203 руб. (судебный приказ Арбитражного суда РБ от 26.05.2022г. по делу № А07-14523/2022). Задолженность не погашена.

17.02.2021 и 18.02.2021 у должника возникла задолженность перед ООО «Босфор» в сумме 92 335 руб. 64 коп. (судебный приказ Арбитражного суда РБ от 10.06.2021 по делу № А07-14881/2021). Задолженность не погашена.

Из материалов дела следует, что должник по март 2021 г. включительно осуществлял расчеты за поставленный в 2020 г. товар с основными контрагентами. После марта 2021 г. движения по расчетному счету прекращены, расчеты и договорные отношения с ООО «Босфор», ООО «ТК Мегаполис», ООО «Пинта-регион», ИП ФИО5, ООО «Русский холод», ИП ФИО10 Оглы, ООО «ВВК «ДАСКО-опт» прекращены. После марта 2021 должник продолжил вести хозяйственную деятельность только с ИП ФИО7 (до ноября 2021 г.).

Согласно отчетам о финансовых результатах должника валовая прибыль за 2020г составила сумму в размере 906 тыс. руб., за 2021 – 0 руб. Чистая прибыль составила величины: за 2020 – 273 тыс. руб., за 2021 – 0 руб.

На 01.04.2021 становится очевидной невозможность расчета с основными контрагентами должника и налоговым органом.

23.03.2021 руководителем должника стал ФИО4

Также в 2020 г. (с 17.04.2020 по 01.11.2020) руководитель должника ФИО1 осуществила вывод активов должника (денежных средств) с расчетного счета должника на свой счет в сумме 2 321 000 руб. При этом должник на протяжении 2020 г. закупал товар у контрагентов: ООО «Босфор», ООО «ТК Мегаполис», ООО «Пинта-регион», ИП ФИО5, ООО «Русский холод», ИМ ФИО10 Оглы, ООО «ВВК «ДАСКО-опт», осуществляет оплату товара наличным и безналичным путем.

Под недостаточностью имущества Закон о банкротстве (статья 2) понимает превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей над стоимостью имущества (активов) должника, под неплатежеспособностью - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

В пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве, действовавшем ранее, статье 61.12 Закона о банкротстве, действующей в настоящее время, законодатель презюмировал наличие причинно-следственной связи между обманом контрагентов со стороны руководителя должника в виде намеренного умолчания о возникновении признаков банкротства, о которых он должен был публично сообщить в силу Закона, подав заявление о несостоятельности, и негативными последствиями для введенных в заблуждение кредиторов, по неведению предоставивших исполнение лицу, являющемуся в действительности банкротом, явно неспособному передать встречное исполнение. Субсидиарная ответственность такого руководителя ограничивается объемом обязательств перед этими обманутыми кредиторами, то есть объемом обязательств, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

В силу ч. 2 ст. 61.12 Закона о банкротстве размер ответственности в соответствии с настоящим пунктом равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 настоящего Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признания должника банкротом).

Ответственность за невыполнение руководителем требований Закона о банкротстве об обращении в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве предполагает под собой в качестве объективной стороны правонарушения недобросовестное сокрытие от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица и заведомой невозможности удовлетворения требований новых кредиторов, повлекшее впоследствии возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения. Именно такое поведение влечет возложение на руководителя субсидиарной ответственности по новым гражданским обязательствам при недостаточности конкурсной массы, обеспечивая, тем самым, защиту кредиторов, не осведомленных по вине такого руководителя должника о возникшей существенной диспропорции между объемом обязательств должника и размером его активов.

Согласно подп. 1 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

В соответствии с п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно    рассчитывал    на    их    преодоление    в    разумный    срок,    приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

Таким образом, не соответствующее принципу добросовестности бездействие руководителя, уклоняющегося от исполнения возложенной на него Законом о банкротстве обязанности по подаче заявления должника о собственном банкротстве (о переходе к осуществляемой под контролем суда ликвидационной процедуре),   является противоправным, виновным, влечет за собой имущественные потери на стороне кредиторов и публично-правовых образований, нарушает как частные интересы субъектов гражданских правоотношений, так и публичные интересы государства.

С учетом этих обстоятельств, вывод о наличии у должника признаков объективного банкротства руководитель должника мог сделать в апреле 2021 года с учетом анализа ситуации, связанной с невозможностью оплаты задолженности перед контрагентами, прекращением работы с организациями, поставляющими алкогольную продукцию, что неизбежно повлекло падение выручки.

Соответственно, обязанность руководителя должника обратиться в суд с заявлением о банкротстве возникла не позднее мая 2021 года, а не 31.01.2020, как указывает заявитель.


Как указано выше, при осуществлении финансового анализа должника управляющим выявлены подозрительные сделки по перечислению с расчетного счета должника № <***>, открытого в Башкирском отделении № 8598 ПАО Сбербанк на ООО «Партнер» (ИНН <***>) за период с 12.11.2018 по 01.11.2020 на счет № 40817810506002086401, открытый в Башкирском отделении № 8598 ПАО Сбербанк на имя ФИО1 Общая сумма перечислений составляет сумму 2 653 400 руб. с назначением платежа «за товар».

Общая сумма перечислений с расчетного счета должника на счет ФИО1 составляет сумму 2 653 400 руб., из них за 2018 г. - 298 500 руб.; за 2019 г. – 33 900 руб. (14.01.19, 28.03.19, 11.04.19, 28.10.19), за 2020 г. (с 17.04.2020 по 01.11.2020) - 2 321 000 руб. с назначением платежа «за товар».

Общая сумма переведенных на счет ФИО1 за 2019 и 2020 г.г. составляет 2 354 900 руб., с назначением «за товар», что подтверждается выпиской с расчетной счета № <***>, открытого в Башкирском отделении № 8598 ПАО Сбербанк на ООО «Партнер» (ИНН <***>).

Размер данных денежных средств соотносится с размером задолженности перед ООО «ВВК «ДАСКО-опт» как кредитора должника (по основной сумме задолженности и по размеру неустойки).

По мнению заявителя, вышеуказанные суммы в размере 2 354 900 руб. с назначением «за товар» получены с расчетного счета должника на личный счет руководителя ФИО1 не с целью закупки товара, а израсходованы на личные нужны, не связанные с коммерческой деятельностью должника, обосновывая свой вывод тем, что в материалах дела отсутствуют документы, подтверждающих факт передачи полученных с расчетного счета ФИО1 денежных средств в кассу должника, такие как: приходные кассовые ордера ООО «Партнер» по каждой торговой точке; расходные кассовые ордера ООО «Партнер» по каждой торговой точке на суммы, переданные поставщикам за товар; авансовые отчеты по денежным средствам, выданным в подотчет товароведам и продавцам ООО «Партнер», согласно трудовым договорам, приобщенным к материалам дела (ФИО11, ФИО7, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17); кассовая книга с указанием сумм, переданных ФИО1 в кассу должника и последующий расход средств на закупку товара. Документы (ТТН, УПД и т.д.), приобщённые к материалам дела, не могут подтвердить данного факта, т.к. не являются допустимыми и относимыми доказательствами по настоящему обособленному спору (ст.ст.67, 68 АПК РФ). Причинно-следственная связь между суммами, снятыми со счета и указанными в товарных документах отсутствует.

В п. 23 постановления Пленума № 53 разъяснено, согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки  (ряда    сделок) может быть применена     к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Если к ответственности привлекается лицо, являющееся номинальнымлибо фактическим руководителем, иным контролирующим лицом, поуказанию   которого совершена сделка, или контролирующим выгодоприобретателем по сделке, для применения презумпции заявителю достаточно доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам. Одобрение подобной сделки коллегиальным органом (в частности,   наблюдательным   советом   или   общим   собранием   участников  (акционеров) не освобождает контролирующее лицо от субсидиарной ответственности.

По смыслу п. 3 ст. 61.11 Закона о банкротстве для применения презумпции, закрепленной в подпункте 1 пункта 2 данной статьи, наличие вступившего в законную силу судебного акта о признании такой сделки недействительной не требуется. Равным образом не требуется и установление всей совокупности условий, необходимых для признания соответствующей сделки недействительной, в частности недобросовестности контрагента по этой сделке.

Пунктом 16 указанного постановления Пленума № 53 установлено, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов, следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротствадолжника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступилобы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия)контролирующего лица на положение должника, проверяя наличиепричинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

При этом как ранее, так и в настоящее время процесс доказыванияобозначенных выше оснований привлечения к субсидиарной ответственности был упрощен законодателем для истцов посредством введения соответствующих опровержимых презумпций, при подтверждении условий которых предполагается наличие вины ответчика в доведении должника до банкротства, и на ответчика перекладывается бремя доказывания отсутствия оснований для удовлетворения иска.

Контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в случае, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов; при рассмотрении споров о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности данным правилом о защите делового решения следует руководствоваться с учетом сложившейся практики его применения в корпоративных отношениях, если иное не вытекает из существа законодательного регулирования в сфере несостоятельности (пункт 18 постановления Пленума № 53).

В пункте 19 постановления Пленума № 53 разъяснено, что придоказанности обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, закрепленных в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства.

Возражая против заявленных требований ответчики указали, что в материалы дела представлен исчерпывающий перечень доказательств, свидетельствующих о том, что сделки на сумму 2 354 900 руб. были совершены в рамках обычной хозяйственной деятельности должника, а именно на закупку товара у контрагентов должника: АО «ТК Мегаполис», ИП ФИО7, ИП ФИО18, ООО «ТК Русский холод», ООО «Босфор», ООО «Пинта-регион». Данный довод обобщен в таблице, приведенной в консолидированных письменных объяснениях, с указанием напротив сумм и дат снятия с расчетного счета средств на личный счет ФИО1 первичного документа по закупу товара и суммы, потраченной на оплату товарной накладной.

Кроме того, представитель ответчиков указал, что платежи на территории РФ осуществляются путем наличных и безналичных расчетов, расчеты в наличной форме никак не порочат сделки на сумму 2 354 900 руб., не свидетельствуют о мнимости сделок, не являются основанием для привлечения к субсидиарной ответственности. Сделки были возмездными, реальными, соответствовали рыночным условиям, АО ТК Мегаполис, ИП ФИО7, ООО «Пинта-регион» подтвердили факт работы с должником путем расчета за товар наличными денежными средствами.

Приобщенные к материалам дела документы АО «ТК Мегаполис», ИП ФИО7, ИП ФИО18, ООО «ТК Русский холод», ООО «Босфор», ООО «Пинта-регион» действительно подтверждают, что оплата за товар в рамках заключенных с должником договоров поставки товара велась преимущественно путем наличных расчетов, однако товарные документы вышеуказанных контрагентов должника не отражают оплаты за товар, не являются платежными документами, а лишь фиксирую факт передачи самого товара и соответственно не позволяют сделать вывод о том, что товар, закупаемый должником у АО «ТК Мегаполис», ИП ФИО7, ИП ФИО18, ООО «ТК Русский холод», ООО «Босфор», ООО «Пинта-регион» оплачивался денежными средствами, полученными директором должника ФИО1 с расчетного счета должника на свой счет в размере 2 354 900 руб. в период с 14.01.2019 по 01.11.2020.

В обобщенной таблице, приведенной в консолидированных письменных объяснениях ответчиков, указаны документы (в графе «первичные документы»), которые являются товарно-сопроводительными документами (товарными накладными, расходными накладными, квитанциями, универсально-передаточными документы (далее – УПД).

Однако представленные в материалы дела документы контрагентов должника по закупке товара не содержат указания на ФИО1 как на лицо, получающее и оплачивающее товар.

В письменных пояснениях к судебному заседанию 22.01.2024 представитель ответчика указал, что фамилия ФИО1 в представленных документах не фигурирует в связи со следующим: ФИО1 являлась генеральным директором и единственных учредителем должника с 2014 по 2021; оплату за товар производили непосредственно сами продавцы после приемки товара на местах в торговых точках; лица, получающие товар: ФИО11, ФИО7, ФИО12, ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17 – сотрудники должника, которые работали на должности продавцов в торговых точках должника и в соответствии с договорами были уполномочены получать товар, проверять его на соответствие сопроводительным ТТН и осуществлять оплату после его получения; денежные средства на оплату товара заблаговременно предоставлялись продавцам на местах в торговых точках, такой способ организации работы был обусловлен тем, что торговые объекты находятся в значительном отдалении от офиса и располагаются в сельских поселениях Янаульского и Калтасинского районах РБ.

Вместе с тем, данные утверждения представителя ответчика не подтверждается документами, приобщенными к материалам дела.

Трудовые договоры с ФИО11, ФИО7, ФИО12, ФИО14, ФИО15, ФИО16 подтверждают лишь тот факт, что указанные лица являлись сотрудниками должника. Приходные кассовые ордера, фиксирующие передачу полученных ФИО1 с расчётного счета должника денежных средств в кассу должника для последующей оплаты товара, отсутствуют по всем торговым точкам должника.

В материалах дела отсутствуют расходные кассовые ордера, отражающие выдачу денежных средств из кассы должника в оплату товара, переданного представителями поставщиков по указанным в обобщённой таблице товарным документам.

В связи с тем, что товар оплачивала не сама ФИО1, а продавцы, в материалы дела не представлены документы, доказывающие выдачу в подотчет продавцам денежных средств, необходимых для расчета с поставщиками и авансовые отчеты о произведенных оплатах.

Отсутствие в материалах дела кассовых документов не позволяет сделать вывод, что средства, полученные ФИО1 с расчетного счета должника на свой счет в размере 2 354 900 руб. в период с 14.01.2019 по 01.11.2020, были переданы в кассу должника и ими в последствии был оплачен товар по товарным накладным, квитанциям, УПД, отраженным в обобщенной таблице представителя ответчиков. Иными документами представитель ответчиков свои доводы не доказал.

Согласно Указаниям Центрального банка РФ от 11.03.20214 № 3210-У «О порядке ведения кассовых операций юридическими лицами и упрощенном порядке ведения кассовых операций индивидуальными предпринимателями и субъектами малого предпринимательства»:

4.1. Кассовые операции оформляются приходными кассовыми ордерами 0310001, расходными кассовыми ордерами 0310002 (далее - кассовые документы);

4.3. Кассовые документы подписываются главным бухгалтером или бухгалтером (при их отсутствии - руководителем), а также кассиром;

4.6. Поступающие в кассу наличные деньги, за исключением наличных денег, принятых при осуществлении деятельности платежного агента, банковского платежного агента (субагента), и выдаваемые из кассы наличные деньги юридическое лицо учитывает в кассовой книге 0310004.

Контроль за ведением кассовой книги 0310004 осуществляет главный бухгалтер (при его отсутствии - руководитель);

5.      Прием наличных денег юридическим лицом, индивидуальным предпринимателем, в том числе от лица, с которым заключен трудовой договор или договор гражданско-правового характера (далее - работник), проводится по приходным кассовым ордерам 0310001.

6.      Выдача наличных денег проводится по расходным кассовым ордерам 0310002.

6.3. Для выдачи наличных денег работнику под отчет (далее - подотчетное лицо) на расходы, связанные с осуществлением деятельности юридического лица, индивидуального предпринимателя, расходный кассовый ордер 0310002 должен оформляться согласно распорядительному документу юридического лица, индивидуального предпринимателя либо письменному заявлению подотчетного лица. Распорядительный документ юридического лица, индивидуального предпринимателя допускается оформлять на несколько выдач наличных денег одному или нескольким подотчетным лицам с указанием фамилии (фамилий) и инициалов, суммы (сумм) наличных денег и срока (сроков), на который они выдаются. Подотчетное лицо обязано в срок, установленный руководителем юридического лица, индивидуальным предпринимателем, предъявить главному бухгалтеру или бухгалтеру (при их отсутствии - руководителю) авансовый отчет с прилагаемыми подтверждающими документами. Проверка авансового отчета главным бухгалтером или бухгалтером (при их отсутствии - руководителем), его утверждение руководителем и окончательный расчет по авансовому отчету осуществляются в срок, установленный руководителем.

В связи с вышеизложенным, суд пришел к правильному выводу о том, что в связи с отсутствием в материалах дела документов, подтверждающих передачу денежных средств, полученных с расчетного счета должника на счет ФИО1 в размере 2 354 900 руб. в кассу должника и их последующий расход из кассы должника, факт использования данных средств в рамках обычной хозяйственной деятельности должника не подтверждён.

Таблица, изложенная в апелляционной жалобе, как и ранее в консолидированная таблица представителя ответчиков, не содержит информации о прямой связи между суммой, полученной ФИО1 с расчетного счета должника на свой личный счет и первичным документом, обосновывающими трату полученных средств на закуп конкретного товара по конкретной накладной, УПД и т.д.

Доводы апелляционной жалобы о том, что средства, полученные ФИО1 были потрачены исключительно на закуп товара, отклоняются судом апелляционной инстанции, в виду отсутствия тому доказательств.

Кроме того, из материалов дела следует, что по расчетному счету должника была выдана банковская карта Business, держателем которой являлась ФИО1, что подтверждается выпиской с расчетного счета № <***>, открытого в Башкирском отделении № 8598 ПАО Сбербанк на должника (операция по счету № 21 от 08.02.19, операция № 1988 от 03.02.2020). По данной карте без комиссии можно осуществлять как внесение наличных средств на расчетный счет, так и их снятие. Однако, средства для закупа товара перечислялись на счет ФИО1 как физического лица и при каждом переводе должник оплачивал банковскую комиссию. Так при перечислении суммы в размере 40 000 руб. от 17.04.2020г. на счет ФИО1 комиссия составила сумму 200 руб. (операции по расчетному счету согласно выписки №№ 2512, 2513), комиссия за перечисление 65 000 руб. составила 325 руб. (операция по расчетному счету согласно выписки№ 3073). По остальным операциям по переводу средств на счет ФИО1 так же оплачивалась комиссия.

Представитель ответчиков не привел доводов, обосновывающих экономическую целесообразность такого рода операций, перевода денежных средств на счет физического лица с оплатой банковской комиссии.

Направление денежных средств должника в период с 17.04.2020 по 01.11.2020 в общей сумме 2 321 000 руб. на личные нужды органов управления должника без встречного исполнения способствовало возникновению задолженности перед кредиторами, которая не была погашена, свидетельствует о сокрытии от кредиторов денежных средств, необходимых для осуществления расчетов.

Доказательства правомерного расходования указанных денежных средств на цели, связанные с хозяйственной деятельностью должника, а не на личные цели, ответчиками в материалы дела не представлены.

Принимая во внимание указанные обстоятельства, суд находит обоснованным довод заявителя о том, что в случае, если бы должник не обременил себя сделками-перечислениями денежных средств в пользу своего руководителя на общую сумму 2 321 000 руб., данные денежные средства могли быть направлены на погашение всей суммы кредиторской задолженности перед заявителем (основной долг и неустойка).

Доказательства правомерного расходования указанных денежных средств на цели, связанные с хозяйственной деятельностью должника, а не на личные цели, ответчиками в материалы дела не представлены.

Согласна сведениям, поступившим в материалы дела от ООО «Босфор», ООО ТК Мегаполис, ООО «Пинта-регион», заявителя, ИП ФИО5, ООО «Русский холод», ИМ ФИО10 Оглы должник производил оплаты за ранее поставленный товар, до февраля - марта 2021, однако вышеуказанные обязательства перед контрагентами должника остались непогашенными.

Принимая во внимание указанные обстоятельства, суд первой инстанции правомерно указал, что если бы должник не обременил себя сделками-перечислениями денежных средств в пользу своего руководителя на общую сумму 2 321 000 руб., данные средства могли быть направлены на погашение всей суммы задолженности перед заявителем (основной долг и неустойка).

Размер направленных на личные нужды органов управления должника средств в сумме 2 321 000 руб. соотносится с общим размером задолженности перед контрагентами: ООО Пинта-регион, заявитель, ООО «Босфор», МРИ № 4 по РБ, ООО Победа в общей сумме 1 373 880,39 руб., в связи с чем кредиторам причинен существенный вред.

Сделки должника по перечислению средств в размере 2 321 000 руб. на счет руководителя должника без получения встречного исполнения являлись значимыми для него применительно к масштабам деятельности должника.

В суде первой инстанции было заявлено ответчиками, что должник произвел закуп товара за период с 31.01.2020 по 21.12.2021 (за два года) на общую сумму 10 812 892 руб., при этом за период с 04.2020-11.2020 (8 месяцев) переведено на счет ФИО1 сумма в размере 2 321 000 руб.

Согласно сведениям отчетов о финансовых результатах должника: валовая прибыль за 2019г. составила 860 тыс. руб., за 2020г - 906 тыс. руб., за 2021 - 0 руб. Чистая прибыль составила: за 2019 - 366 тыс. руб., за 2020 - 273 тыс. руб., за 2021 - 0 руб.

Из указанных цифр следует, что общая сумма, переведенная на счет ФИО1 в размере 2 321 000 руб. является значимой в масштабах деятельности должника.


Размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника (пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Как указывалось выше, требования ООО «ВВК «ДАСКО-опт» в размере 368 360,15 руб. и 1 250 878,72 руб. подтверждены вступившими в законную силу определениями Арбитражного суда Республики Башкортостан от 14.06.2022 и от 03.11.2022 соответственно.

Требование ООО «ВВК «ДАСКО-опт» в размере 250 479,75 руб. (возмещение расходов по делу о банкротстве должника) подтверждается вступившим в законную силу определением арбитражного суда Республики Башкортостан от 09.02.2023.

Определяя размер субсидиарной ответственности, суд первой инстанции обоснованно указала, что размер субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц определен заявителем верно и составляет в общей сумме 1 869 718,62 руб.

На основании всего вышеизложенного, исходя из того, что требования истца подтверждены вступившими в законную силу судебными актами, их погашение стало невозможным по причине недостаточности имущества должника вследствие неправомерных действий (бездействия) ответчиков, суд констатировал наличие должных правовых оснований для привлечения ФИО1 и ФИО4 к субсидиарной ответственности по правилам статьи 61.11 Закона о банкротстве и признает заявленные требования в этой части обоснованными.

При применении субсидиарной ответственности при несостоятельности (банкротстве) организаций противоправное поведение руководителей этих организаций проявляется в том, что в результате их деятельности часть требований кредиторов остается неудовлетворенной. Противоправность поведения руководителей здесь определяется с помощью общего критерия - неисполнение обязанностей, которое повлекло убытки для организации и ее кредиторов.

При этом следует учитывать, что для оценки вины лиц, привлекаемых к субсидиарной ответственности, используется абстрактная модель ожидаемого поведения в той или иной ситуации разумного и добросовестного участника имущественного оборота. Участвуя в гражданском обороте, руководители обязаны были принимать все меры для того, чтобы не причинить вреда имуществу или личности другого участника оборота, и при определении того, какие меры следует предпринять, проявлять ту степень заботливости и осмотрительности, которая требуется от него по характеру его участия в обороте.

Содержание понятия вины выражается в неисполнении лицом обязанностей принимать должные меры, направленные на соблюдение прав третьих лиц, а также соблюдать должную степень разумности, заботливости и осмотрительности. Бездействие лишь в том случае становится противоправным, если на лицо возложена юридическая обязанность действовать в соответствующей ситуации определенным образом. При этом в данном случае действует презумпция виновности.

Согласно пункту 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство, то есть именно данное лицо должно доказать, что оно не должно было и не могло предвидеть наступление этих последствий. Если же устанавливается ответственность без вины, данные обстоятельства уже не имеют юридического значения.

Для применения ответственности достаточно факта объективно противоправного деяния, за исключением случая, когда должник докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств (пункт 3 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Непроявление должной меры заботливости и осмотрительности означает наличие их вины в причинении убытков кредиторам юридического лица - банкрота (абз. 2 пункта 1 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включая требования кредиторов по обязательным платежам, оставшиеся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Поскольку иск о привлечении к субсидиарной ответственности является способом защиты гражданско-правового сообщества кредиторов, размер ответственности по нему ограничен общей суммой требований кредиторов, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества (ограничен совокупным размером требований, включенных в реестр требований кредиторов и заявленных после закрытия реестра, а также требований по текущим платежам) (пункт 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве), суд пришел к верному выводу, что размер ответственности составляет 1 869 718,62 руб.

В силу абзаца 2 пункта 3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации, если несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана учредителями (участниками), собственником имущества юридического лица или другими лицами, которые имеют право давать   обязательные   для   этого   юридического   лица   указания   либо   иным   образом   имеют возможность определять его действия, на таких лиц в случае недостаточности имущества юридического лица может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам.

При изложенных обстоятельствах суд пришел к обоснованному  выводу о наличии оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании пунктом 1, 2 статьи 61.11 и статьи 61.12 Закона о банкротстве.

Поведение ответчиков является виновным и находится в причинно-следственной связи с невозможностью формирования конкурсной массы, иного ответчиками не доказано (статьи 9, 41, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), в связи с чем, они несет риск наступления неблагоприятных последствий. 

Конкурсным управляющим доказаны значимые для разрешения дела обстоятельства, вина субъектов ответственности, наличие причинно-следственной связи между неисполнением обязанностей и невозможностью удовлетворения требований кредиторов.

В соответствии с п. 8 ст. 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия нескольких контролирующих должника лиц, такие лица несут субсидиарную ответственность солидарно.

Ссылка апеллянта на то, что ходатайство о вызове свидетелей не разрешено в суде первой инстанции, не принимается, поскольку согласно статье 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами. Порядок ведения кассовых операций юридическими лицами нормативно регламентирован, факт поступление денежных средств в кассу должника не может быть подтвержден свидетельскими показаниями.

Доводы ответчика, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного решения либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными.

Арбитражный суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права. 

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта на основании части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не допущено.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы относятся на ее подателя.


Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд         

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 22.10.2024 по делу № А07-5819/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 - без удовлетворения.


Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение одного месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.


Председательствующий судья                                    А.А. Румянцев

Судьи:                                                                          Е.А. Позднякова

                                                                                     Т.В. Курносова