Постановление от 25 июня 2021 г. по делу № А40-248865/2016

, № 09АП-26141/2021

Дело № А40-248865/16
г. Москва
25 июня 2021 года
Резолютивная часть постановления объявлена 07 июня 2021 года


Постановление изготовлено в полном объеме 25 июня 2021 года

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи С.А.Назаровой,

судей Д.Г.Вигдорчика, А.А.Комарова,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО2, ФИО5

на определение Арбитражного суда города Москвы от 30.03.2021по делу №А40-248865/16, вынесенное судьей М.И. Кантаром,

о признании недействительной сделкой между ФИО2 и ФИО4 по дарению денежных средств в общем размере 11 500 000 руб. от 18.04.2016, признании недействительным перевод между ФИО4 и ФИО5 денежных средств в общем размере 11 500 000 руб. от 18.04.2016, применении последствий недействительности сделок

в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) ФИО2

при участии в судебном заседании:

от ФИО2- ФИО6 дов.от 28.02.2020

от ф/у ФИО2- ФИО7 дов.от 18.09.2019

У С Т А Н О В И Л:

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 20.01.2017 в отношении ФИО2 возбуждено дело о банкротстве.

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 21.09.2018г. в отношении ФИО2 введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО8.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 12.09.2019г. в отношении ФИО2 (далее – ФИО2, должник) введена процедура реализации имущества гражданина сроком на шесть месяцев, финансовым управляющим должника утвержден ФИО9.

В Арбитражный суд г. Москвы 25.05.2020 поступило заявление финансового управляющего о признании недействительным внесение должником на счет ФИО4, открытый в АО «Райффайзенбанк» денежных средств в сумме 11 500 000 руб. и дальнейшее их перечисление на счет ФИО5, открытый в АО «Райффайзенбанк» и применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ФИО5 денежных средств в размере 11 500 000 руб. в конкурсную массу должника.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 30.03.2021 признана недействительной сделка между ФИО2 и ФИО4 по дарению денежных средств в общем размере 11 500 000 руб. от 18.04.2016, признан недействительным перевод между ФИО4 и ФИО5 денежных средств в общем размере 11 500 000 руб. от 18.04.2016, применены последствия недействительности сделок, с ФИО5 в конкурсную массу ФИО2 взысканы денежные средства в размере 11 500 000 руб.

Не согласившись с вынесенным судом первой инстанции определением ФИО2, ФИО5 обратились в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами, в которых просят отменить судебный акт, в удовлетворении требований отказать, в обоснование ссылаясь на нарушение судом норм материального и процессуального права.

В судебном заседании представитель апеллянта доводы апелляционной жалобы поддержал, настаивал на приобщении письменных объяснений.

Апелляционным судом отказано в приобщении письменных объяснений, поскольку положениями АПК РФ не предусмотрена подобная возможность совершения процессуального действия по истечении срока на обжалование.

Представитель финансового управляющего в судебном заседании на доводы апелляционной жалобы возражал.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом о времени и месте рассмотрения, апелляционные жалобы рассматривались в их отсутствие в соответствии со ст. ст. 121, 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Рассмотрев дело в порядке статей 266, 267, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, изучив материалы дела, выслушав доводы представителей лиц, участвующих в деле, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционных жалоб и отмены или изменения определения арбитражного суда, принятого в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации, в силу следующих обстоятельств.

В силу положений статьи 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявление финансового управляющего должника, исходил из представления им достаточных доказательств наличия оснований для признания оспариваемой сделки недействительной.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами Арбитражного суда города Москвы.

Согласно пункту 13 Федерального закона от 29 июня 2015 № 154-ФЗ «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» абзац второй пункта 7 статьи 213.9 и пункты 1 и 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона) применяются к совершенным с 1 октября 2015 года сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 1 октября 2015 года с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона).

Материалами банкротного дела установлено, что ФИО2 был зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя в период с 06.12.2005 г. по 12.11.2014 г.

Судом первой инстанции установлено, что 18.04.2016 ФИО2 (должник) внес на счет своего сына ФИО4 №40817810001002772711 открытый в АО «Райффайзенбанк» денежные средства в сумме 12 000 000 руб., впоследствии двумя операциями от 29.04.16 на сумму 300 000 руб. и от 27.06.2016 на сумму 200 000 руб. ФИО4 (сын должника) осуществил возврат 500 000 руб. на счет должника.

Как следует из заявления финансового управляющего, после того как 18.04.2016 ФИО4 (сын должника) получил от своего отца ФИО2 (должник) денежные средства в размере 12 000 000 руб., он в тот же день двумя платежами осуществил перевод в размере 11 500 000 руб. на счет своей супруги ФИО5 №40817810701003412574 открытый также в АО «Райффайзенбанк» с назначением платежа «Перевод супруге».

Управляющий в обоснование требования также, указывает на то, что 19.04.2016 за счет полученных средств ФИО5 произвела расчет с ФИО10 по договору купли-продажи доли 50% в уставном капитале ООО «ЗАРЯ АНАПЫ» от 13.04.2016 в размере 11 480 500 руб.

Считая сделки единой сделкой, совершенной аффилированными к должнику лицами, притворными, прикрывающими вывод активов должника, с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, управляющий должника обратился в суд с иском.

По правилам пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника.

В п. 5 Постановления Пленума №63 разъяснено, что поскольку п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка), то для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из указанных обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо, доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки; на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Принимая во внимание время возбуждения дела (20.01.2017), суд первой инстанции правомерно отнес сделку (18.04.2016) к подозрительной, применительно к пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Материалами дела подтверждается, что на момент совершения оспариваемой сделки должник отвечал признакам неплатежеспособности.

Так же, в связи с неисполнением ОАО «НПО «Промавтоматика» и ООО «Газкомплектавтоматика» обязательств по кредитным договорам в адрес поручителя -ФИО2- были направлены требования об исполнении обязательств.

19.02.2015 в адрес ФИО2 АО АКБ «Новикомбанк» направлено требование исх. № 01412 об исполнении обязательств по договору поручительства №673кл/12 от 27.12.2012 на сумму 357 358 323,34 руб. (по обязательствам ОАО «НПО «Промавтоматика» - кредитный договор).

01.04.2015 в адрес ФИО2 АО АКБ «Новикомбанк» направлено требование исх. №02575 об исполнении обязательств по договору поручительства №809чф/13 от 15.11.2013 на сумму 54 917 683,68 руб. (по обязательствам ОАО «НПО «Промавтоматика» - соглашение о банковской гарантии).

08.06.2015 в адрес ФИО2 ПАО Банк «ФК Открытие» (прежнее наименование «НОМОС-БАНК» (ОАО) направлено требование исх. №01-4-11/78513 об исполнении обязательств по договору поручительства №2543-12/П4 от 24.08.2012 на сумму 393 266 326,5 руб. (по обязательствам ОАО «НПО «Промавтоматика» - договор кредитной линии).

09.06.2015 в адрес ФИО2 ПАО Банк «ФК Открытие» (прежнее наименование «НОМОС-БАНК» (ОАО) направлено требование исх. №01-4-11/79029 об исполнении обязательств по договору поручительства №2544-12/П4 от 14.08.2012 на сумму 151 262 185,53 руб. (по обязательствам ООО «Газкомплектавтоматика» - договор кредитной линии).

11.06.2015 в адрес ФИО2 ПАО Банк «ФК Открытие» (прежнее наименование «НОМОС-БАНК» (ОАО) направлено требование исх. №01-4-11/80660 об исполнении обязательств по договору поручительства №1831-11/П5 от 17.08.2012 на сумму 54 822 470,49 руб. (по обязательствам ОАО «НПО «Промавтоматика» - соглашение о банковской гарантии).

Принимая во внимание изложенные обстоятельства, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что ФИО2 не мог не знать о неудовлетворительном экономическом состоянии заемщиков и поэтому не имел разумных ожиданий относительно того, что кредитные обязательства будут исполнены основными должниками.

Кроме того, о наличии у должника противоправной цели свидетельствует то, что в период с августа 2014 года по октябрь 2016 года должник последовательно отчуждал принадлежащее ему недвижимое имущество, как правило сделки совершались в отношении близких родственников и подконтрольных компаний. Такое поведение нельзя признать добросовестным, поскольку в результате действий должника в конкурсной массе остался только газопровод (объект к/н 50:20:0040902:519, кад.стоимость 302 811,49 руб.), стоимость которого не сопоставима с имеющимся реестром кредиторов - 566 856 017,18 руб.

Тотальную реализацию имущества в преддверии процедуры банкротства нельзя оценить как стандартную, соответствующую обычной хозяйственной деятельности.

При этом ФИО2 и ФИО11 в период с 28.09.1985г. по 28.09.2018г. находились в зарегистрированном браке, что правомерно судом первой инстанции отнесено в силу положений статьи 19 Закона о банкротстве к аффилированности сторон сделки, и осведомленности ответчика о наличии у должника цели причинить вред имущественным правам кредиторов.

На основании изложенного суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о представлении в материалы дела надлежащих доказательств недействительности оспариваемой сделки по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 3 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

Конкурсным управляющим в надлежащем порядке доказано, а должником и ответчиком не оспорено, что на момент спорной сделки ФИО4 является сыном должника, а ФИО5 являлась супругой ФИО4, то есть невесткой должника.

Согласно пункту 7 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63 в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 Закона о банкротстве) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 №308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей.

Будучи заинтересованными лицами (статья 19 Закона о банкротстве), все стороны сделки не могли не знать о финансовом положении должника, а также о том, что фактически отчуждалось ликвидное имущество должника, происходит уменьшение состава имущества должника, вследствие чего его кредиторы утратят (полностью или частично) возможность удовлетворения своих требований в соответствующей части.

Пунктом 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», разъяснено: исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (п. 1 ст. 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

Согласно п. 4 Постановления № 63, наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статей 10, 168 ГК РФ).

В данном случае, оспариваемые сделки в данных условиях являются злоупотреблением правом, так как привели к уменьшению активов должника в пользу аффилированных лиц, с целью причинения имущественного вреда кредиторам.

Судом первой инстанции правомерно отклонен довод о пропуске срока исковой давности, с учетом времени введения процедуры банкротства, получения сведений об оспариваемой сделке (ответ Райффайзенбанк от 02.04.2020), и обстоятельств возможности оценить на наличие пороков сделок.

Доводы апеллянта отклоняются, поскольку введение в отношении должника какой-либо из процедур банкротства не приводит к началу течения срока давности. К тому же в материалах дела отсутствуют доказательства того, что должник предоставлял управляющему в полном объеме сведения и документы относительной спорной цепочки сделок, в сроки установленные Законом о банкротстве.

При этом, до 17.12.2019 у финансового управляющего отсутствовали сведения и подтверждающие документы о родственных отношениях ФИО4 и ФИО2, которые были получены в результате принудительного истребования сведений в органах ЗАГСа.

Не усматривает апелляционный и нарушений судом первой инстанции положений статьи 167 ГК РФ, статьи 61.6 Закона о банкротстве при применении последствий недействительности сделки.

В рассматриваемом случае судом установлено, что должник совершил оспариваемые сделки в период, когда организации, по обязательствам которых он поручился, уже имели существенные финансовые проблемы. При этом в рассматриваемый период ФИО2 совершает значительное количество сделок, направленных на отчуждение своего имущества в пользу заинтересованных лиц, что подтверждает преследование им цели причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Доводы ФИО5 о неверной квалификации сделки, как дарения, апелляционным судом отклоняется, поскольку достоверных доказательств того, что передаваемые по сделке средства не являлись имуществом должника в материалы дела не представлено. Ссылки апеллянта на договор дарения от 10.02.2016 не могут быть признаны обоснованными, поскольку одно лишь заключение 28.04.2015 договора продажи земельного участка, принадлежащего ФИО12 с ФИО13, не подтверждает, наличие средств в указанном размере по состоянию на 10.02.2016, с учетом повышенной стандарта доказывания.

Доводы ФИО2 о том, что он не подписывал договор поручительства от 14.08.2012, апелляционным судом отклоняются в связи с тем, что вступившим в законную силу судебным актом от 29.04.2019 задолженность включена в реестр требований кредиторов, и наличие обязательств по данному договору подтверждено Апелляционным определением Московского городского суда от 30.08.2017.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции приходит к выводу о принятии судом первой инстанции оспариваемого определения с учетом правильно установленных обстоятельств, имеющих значение для дела, полно, всесторонне и объективно исследованных доказательств, с учетом правильного применения норм материального и процессуального права.

Иные доводы жалобы являлись предметом рассмотрения суда первой инстанции, которым дана правильная правовая оценка.

Принимая во внимание изложенное, оснований для отмены определения и удовлетворения жалоб, не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта в соответствии с пунктом 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 30.03.2021 по делу №А40-248865/16 оставить без изменения, а апелляционные жалобы ФИО2, ФИО5 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.

Председательствующий судья: С.А.Назарова

Судьи: Д.Г.Вигдорчик

А.А.Комаров