Постановление от 9 июня 2018 г. по делу № А43-12624/2016

/

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ВОЛГО-ВЯТСКОГО ОКРУГА

Кремль, корпус 4, Нижний Новгород, 603082

http://fasvvo.arbitr.ru/ E-mail: info@fasvvo.arbitr.ru




ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции


Нижний Новгород

Дело № А43-12624/2016

09 июня 2018 года


Резолютивная часть постановления объявлена 06.06.2018.

Постановление в полном объеме изготовлено 09.06.2018.


Арбитражный суд Волго-Вятского округа в составе:

председательствующего Елисеевой Е.В.,

судей Прытковой В.П., Трубниковой Е.Ю.


при участии

Быкова Александра Васильевича (паспорт гражданина Российской Федерации),

представителей от Гельжиниса Валерия Юрьевича:

Пряничникова В.В. (доверенность от 23.08.2017),

от Киреева Сергея Гурьевича: Киреева В.В. (доверенность от 14.04.2017),

от публичного акционерного общества «Западно-Сибирский коммерческий банк»:

Трудовой Э.Г. (доверенность от 10.07.2015 № 433)


рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу

Киреева Сергея Гурьевича


на определение Арбитражного суда Нижегородской области от 27.12.2017,

принятое судьей Пишиным А.Г., и

на постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 06.03.2018,

принятое судьями Протасовым Ю.В., Захаровой Т.А., Рубис Е.А.,

по делу № А43-12624/2016


по заявлению финансового управляющего Насырова Рената Замильевича

о признании сделок недействительными и

о применении последствий их недействительности

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) Гельжиниса Валерия Юрьевича


и у с т а н о в и л :


в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) Гельжиниса Валерия Юрьевича (далее – должник) финансовый управляющий должника Насыров Ренат Замильевич обратился в Арбитражный суд Нижегородской области с заявлением о признании недействительными сделок по перечислению в период с 24.10.2014 по 10.04.2015 со счета Гельжиниса В.Ю. в пользу Киреева Сергея Гурьевича денежных средств в сумме 1 822 300 рублей и о применении последствий недействительности сделки в виде взыскания 1 822 300 рублей с Киреева С.Г. в пользу должника.

Заявление финансового управляющего основано на пункте 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и мотивировано тем, что оспоренные платежи совершены безвозмездно, с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Суд первой инстанции определением от 27.12.2018, оставленным без изменения постановлением Первого арбитражного апелляционного суда от 06.03.2018, признал недействительными сделки по перечислению денежных средств на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации и в качестве применения последствий недействительности сделок взыскал с Киреева С.Г. в конкурсную массу должника 1 822 300 рублей. Суды пришли к выводу о совершении спорных платежей со злоупотреблением сторонами сделок правом.

Не согласившись с состоявшимися судебными актами, Киреев С.Г. обратился в Арбитражный суд Волго-Вятского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить определение от 27.12.2017 и постановление от 06.03.2018 и принять по спору новый судебный акт об отказе финансовому управляющему в удовлетворении его заявления в полном объеме.

В кассационной жалобе заявитель оспаривает выводы судебных инстанций, послужившие основанием для признания сделок недействительными.

Как полагает заявитель кассационной жалобы, суды при отсутствии заявления финансового управляющего самостоятельно изменили основание заявленного требования, применив в качестве основания недействительности сделок статью 10 Гражданского кодекса Российской Федерации. При этом суды неверно установили обстоятельства, касающиеся наличия у должника признаков неплатежеспособности на момент совершения платежей, без установления умысла на причинение вреда должнику и кредиторам у всех сторон сделки: Гельжиниса В.Ю., Киреева С.Г. и банка.

По мнению заявителя жалобы, в нарушение требований статьи 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суды признали допустимым доказательством экспертное заключение от 23.10.2017 № 702/17 от 23.10.2017, выполненное с многочисленными нарушениями действующего законодательства, и необоснованно отказали в назначении повторной экспертизы.

В судебном заседании представители Киреева С.Г. и Гельжиниса В.Ю. поддержали доводы, изложенные в кассационной жалобе; представители конкурсных кредиторов должника – публичного акционерного общества «Западно-Сибирский коммерческий банк» и Быкова Александра Васильевича отклонили доводы заявителя жалобы, указав на законность и обоснованность принятых судебных актов.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, не обеспечили явку представителей в судебное заседание, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Законность определения Арбитражного суда Нижегородской области от 27.12.2017 и постановления Первого арбитражного апелляционного суда от 06.03.2018 проверена Арбитражным судом Волго-Вятского округа в порядке, установленном в статьях 274, 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

На основании статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд округа проверяет правильность применения судом первой и апелляционной инстанций норм права, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы.

Изучив представленные в дело доказательства, проверив обоснованность доводов, изложенных в кассационной жалобе, и заслушав представителей заявителя кассационной жалобы, должника и конкурсных кредиторов, суд округа не нашел правовых оснований для отмены обжалованных судебных актов.

Как следует из материалов дела, Арбитражный суд Нижегородской области определением от 24.05.2016 принял к производству заявление и возбудил дело о признании Гельжиниса В.Ю. несостоятельным (банкротом); решением от 14.07.2016 признал Гельжиниса В.Ю. несостоятельным (банкротом), ввел в отношении него процедуру реализации имущества гражданина и утвердил финансовым управляющим должника Насырова Р.З.

В ходе процедуры реализации имущества финансовый управляющий установил, что с 24.10.2014 по 10.04.2015 Гельжинис В.Ю. перечислил на счет Киреева С.Г. денежные средства в размере 1 822 000 рублей.

Посчитав, что перечисление денежных средств осуществлено безвозмездно, в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, финансовый управляющий Насыров Р.З. оспорил законность данных сделок на основании части 2 статей 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном законе.

Как следует из разъяснений, приведенных в подпункте 1 пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63), по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут в частности оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.).

В пункте 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве предусмотрено, что отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X «Банкротство граждан», регулируются главами I – III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI данного закона.

В силу пунктов 1 и 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 данного закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе. Право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве основаниям возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина.

В пункте 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее – Закон № 154-ФЗ) определено, что пункты 1 и 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве применяются к совершенным с 01.10.2015 сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 01.10.2015 с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 – 5 статьи 213.32 Закона о банкротстве.

В рассмотренном случае оспоренные платежи совершены в период с 24.10.2014 по 10.04.2015 (то есть до 01.10.2015), на дату возбуждения дела о банкротстве должника Гельжинис В.Ю. не обладал статусом индивидуального предпринимателя.

Учитывая, что оспаривание сделок должника-гражданина, не обладающего статусом индивидуального предпринимателя, по специальным основаниям Закона о банкротстве (статьи 61.2 и 61.3) возможно только в отношении сделок, заключенных после 01.10.2015, суды обеих инстанций пришли к обоснованному выводу о том, что названные сделки не могут быть признаны недействительными по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве.

В абзаце 4 пункта 9.1 Постановления № 63 разъяснено следующее: если исходя из доводов оспаривающего сделку лица и имеющихся в деле доказательств суд придет к выводу о наличии иного правового основания недействительности сделки, чем то, на которое ссылается истец, то на основании части 1 статьи 133 и части 1 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд должен самостоятельно определить характер спорного правоотношения, возникшего между сторонами, а также нормы права, подлежащие применению (дать правовую квалификацию), и признать сделку недействительной в соответствии с надлежащей нормой права.

Наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке (абзац 4 пункта 4 Постановления № 63).

Таким образом, суд обладает правом самостоятельно квалифицировать сделку как совершенную со злоупотреблением права, несмотря на указание в заявлении об оспаривании сделки специальных оснований ее недействительности, предусмотренных в данном случае пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки; сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (статья 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации отмечено, что не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

При установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно; никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По смыслу приведенных правовых норм под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченных лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам, или на реализацию иного противоправного интереса, не совпадающего с обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода.

В силу правовой позиции Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 7 постановления от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 32) разъяснено, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

О злоупотреблении сторонами правом при перечислении денежных средств может свидетельствовать совершение спорной сделки не в соответствии с ее обычным предназначением, а с целью избежания возможного обращения взыскания на отчужденное имущество (денежные средства) должника.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о злоупотреблении правом со стороны контрагента, выразившемся в заключении спорной сделки (пункт 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

С учетом разъяснений, приведенных в Постановлении № 32, обязательным признаком сделки для целей квалификации ее как ничтожной в соответствии с частью 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации является направленность такой сделки на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

Суды первой и апелляционной инстанций установили, что перечисление в пользу Киреева С.Г. денежных средств осуществлено безвозмездно, в период, когда у должника имелись неисполненные денежные обязательства на значительную сумму перед иными кредиторами; на момент совершения платежей Гельжинис В.Ю. обладал признаками неплатежеспособности.

Оценив спорные платежи на предмет наличия признаков их недействительности по основаниям, предусмотренным в статьях 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, суды двух инстанций учли, что осуществление в преддверии банкротства дарения Кирееву С.Г. регулярными платежами крупной денежной суммы свидетельствует о совершении Гельжинисом В.Ю. данных сделок в целях вывода денежных средств со счета; в результате перечисления в пользу Киреева С.Г. денежных средств в отсутствие правовых оснований Гельжинис В.Ю. лишился имущества, за счет которого могли быть удовлетворены требования иных кредиторов должника.

Суды обоснованно опровергли доводы Киреева С.Г. относительно возврата спорной суммы должнику по расписке от 13.04.2015, согласно которой Киреев С.Г. возвратил Гельжинису В.Ю. 1 822 300 рублей наличными, отказавшись от ранее принятых в дар денежных средств.

В целях проверки заявления финансового управляющего о фальсификации расписки от 13.04.2015 суд первой инстанции назначил судебную экспертизу по определению действительной даты изготовления документа.

Согласно экспертному заключению от 23.10.2017 № 702/17 фактическое время выполнения рукописного текста расписки не соответствует дате документа; рукописный текст выполнен в период с 01.12.2016 по 18.04.2017.

Суд принял во внимание, что финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением об оспаривании сделок 16.03.2017, Киреев С.Г. получил копию указанного заявления 27.03.2017 и представил в материалы дела расписку о возврате должнику денежных средств 31.03.2017, и пришел к выводу об изготовлении расписки непосредственно после получения лицами, участвующими в деле, информации о принятии к производству заявления о признании спорных платежей недействительными сделками, в ходе процедуры реализации имущества должника, в целях устранения оснований для истребования денежных средств в конкурсную массу должника в качестве реституции по оспоренным сделкам. При этом Гельжинис В.Ю. не раскрыл информацию о том, на какие цели он израсходовал полученные от Киреева С.Г. денежные средства. Данные действия Гельжиниса В.Ю. и Киреева С.Г. суд расценил как злоупотребление правом, направленное на введение суда и участвующих в деле лиц в заблуждение с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Суды обеих инстанций признали экспертное заключение от 23.10.2017 № 702/17 соответствующим требованиям статей 82 и 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статьи 25 Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации»; установили, что выводы экспертов выполнены на основании объективного, всестороннего и полного исследования; экспертами даны полные, конкретные и ясные ответы на поставленные вопросы, не допускающие противоречивых выводов или неоднозначного толкования; эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения; в связи с отсутствием согласия сторон на частичное повреждение документа эксперты использовали метод «влажного копирования», что позволило сохранить целостность исследуемого образца; использованные экспертами инструменты и оборудование прошли необходимую поверку; в экспертном заключении содержится информация об образовании и квалификации экспертов.

В соответствии с частью 3 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта является доказательством по делу и исследуется судом наряду с другими доказательствами.

Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению в их совокупности, исходя при этом из их относимости, допустимости, достоверности, достаточности и взаимной связи. Исключительные полномочия по оценке доказательств имеются только у судов первой и апелляционной инстанций.

Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Доказательства в суд представляются лицами, участвующими в деле (статьи 65 и 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В рассмотренном случае Киреев С.Г. не представил доказательств, достоверно опровергающих выводы экспертизы, а также доказательств того, что эксперты по своей квалификации не могли проводить назначенную судом экспертизу либо провели ее некомпетентно или предвзято. Само по себе несогласие с выводами экспертов не свидетельствует о недостоверности их заключения. Объективные основания не доверять выводам, содержащимся в экспертном заключении от 23.10.2017 № 702/17, у судов отсутствовали.

При изложенных обстоятельствах суды обоснованно признали заключение экспертизы от 23.10.2017 № 702/17 надлежащим доказательством по делу и оценили его наравне с другими представленными в дело доказательствами (статьи 86, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно части 2 статьи 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае возникновения сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличия противоречий в выводах эксперта или комиссии экспертов по тем же вопросам может быть назначена повторная экспертиза, проведение которой поручается другому эксперту или другой комиссии экспертов.

Проанализировав заключение экспертов от 23.10.2017 № 702/17, суд первой инстанции не установил в нем неясности в суждениях и пришел к выводу о том, что оно выполнено последовательно и не содержит противоречий. Суд посчитал, что заключение экспертов является ясным, полным, содержит однозначные выводы по поставленным вопросам. С учетом изложенного ходатайство Киреева С.Г. о проведении повторной экспертизы отклонено правильно.

Под фальсификацией доказательства понимается подделка (внесение в документ недостоверных сведений, изменение содержание документа и т.д.) либо фабрикация доказательства.

По делам о признании сделки недействительной по причине злоупотребления правом при ее совершении одной из сторон обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются: наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок; наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий; наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц; наличие или отсутствие у сторон по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

В данном случае о злоупотреблении Киреевым С.Г. своими правами в ущерб кредиторам свидетельствует его дельнейшее недобросовестное поведение в виде фальсификации доказательств – расписки о возврате денежных средств Гельжинису В.Ю. Обстоятельства совершения платежей в пользу Киреева С.Г. также указывают на недобросовестное поведение последнего, воспользовавшегося тем, что должник совершал сделки по перечислению денежных средств с целью вывода своих активов во избежание возможного обращения на них взыскания.

При таких условиях суды квалифицировали оспариваемые сделки как совершенные при недобросовестном поведении сторон и пришли к обоснованным выводам о злоупотреблении сторонами сделок при их совершении правом, и, как следствие, о наличии совокупности условий для признания перечисления должником в пользу Киреева С.Г. денежных средств в сумме 1 822 300 рублей недействительными (ничтожными) сделками на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также о необходимости взыскания указанных денежных средств в порядке пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве с Киреева С.Г. в конкурсную массу Гельжиниса В.Ю. в качестве применения последствий недействительности сделок.

Вопреки доводам заявителя жалобы банк не является стороной сделки по перечислению должником денежных средств в пользу Киреева С.Г., а лишь выступает непосредственным исполнителем спорных платежей в правоотношениях банка и клиента по договору банковского счета. Суды не сделали каких-либо выводов о правах и обязанностях обслуживающего банка, поэтому оспоренные судебные акты не могут повлиять на его права и законные интересы, что исключает необходимость привлечения его к участию в настоящем деле. Сторонами оспоренных сделок и лицами, участвующими в данном обособленном споре, являются Гельжинис В.Ю. и Киреев С.Г.

Доводы заявителя жалобы свидетельствуют о его несогласии с установленными по делу фактическими обстоятельствами и с оценкой судами доказательств. Переоценка доказательств и установленных судами фактических обстоятельств дела в соответствии со статьей 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не входит в компетенцию суда кассационной инстанции.

Материалы дела исследованы судами полно, всесторонне и объективно, представленным доказательствам дана надлежащая правовая оценка, изложенные в обжалованных судебных актах выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела и нормам права. Оснований для отмены судебных актов по приведенным в кассационной жалобе доводам не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебных актов, суд округа не установил.

Кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Согласно статье 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статье 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации государственная пошлина по кассационной жалобе составляет 3000 рублей и относится на заявителя.

Руководствуясь статьями 286, 287 (пунктом 1 части 1) и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Волго-Вятского округа



ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Нижегородской области от 27.12.2017 и постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 06.03.2018 по делу № А43-12624/2016 оставить без изменения, кассационную жалобу Киреева Сергея Гурьевича – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.



Председательствующий


Е.В. Елисеева




Судьи


В.П. Прыткова

Е.Ю. Трубникова