Решение от 23 июля 2021 г. по делу № А40-93120/2021

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Дело № А40- 93120/21-84-691
23 июля 2021 г.
г. Москва


Резолютивная часть решения объявлена 21 июля 2021 года

Решение в полном объеме изготовлено 23 июля 2021 года

Арбитражный суд г. Москвы в составе судьи Сизовой О.В.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Козловой Е.Н.

рассмотрев в открытом судебном заседании дело

по заявлению: ГБУЗ МО "МООД" (143900, Московская область, Балашиха город, ФИО1 улица, 6, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 04.11.2002, ИНН: <***>)

к ответчику: УФАС России по Московской области (123423 Москва город, набережная Карамышевская 44 , ОГРН: <***>, дата присвоения ОГРН: 18.07.2008, ИНН: <***>)

третье лицо: ООО "СМУ-13" (628320, Ханты-Мансийский автономный округ - Югра автономный округ, Нефтеюганский район, Сингапай поселок, дом 23, квартира 12, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 24.07.2014, ИНН: <***>)

об оспаривании решения от 09.02.2021 г. по делу № РНП-3903эп/21,

при участии в судебном заседании:

от заявителя: ФИО2 (паспорт, доверенность от 10.12.2020г. №б/н, диплом); ФИО3 (паспорт, доверенность № б/н от 20.07.2021г., диплом);

от ответчика: ФИО4.(паспорт, доверенность от 24.02.2021г. №03/3205/21, диплом);

от третьего лица: ФИО5 (паспорт, доверенность от 24.06.2021г. №1, диплом); ФИО6 (паспорт, доверенность от 01.10.2020г. №б/н, диплом);

УСТАНОВИЛ:

Государственное бюджетное учреждение здравоохранения Московской области «Московский областной онкологический диспансер» (далее — Заявитель, Заказчик, Учреждение) обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с заявлением об оспаривании решения Московского областного УФАС России от 09.02.2021 № РНП-3903эп/21 о проведении проверки по факту одностороннего отказа от исполнения государственного контракта.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований на предмет спора, привлечено ООО «Строительно-монтажное управление № 13» (далее — Третье лицо, общество).

В судебном заседании в порядке ст. 163 АПК РФ был объявлен перерыв с 16.07.2021 до 21.07.2021.

Представители Заявителя в судебном заседании поддержали заявленные требования, указав на незаконность и необоснованность оспариваемого акта по доводам, изложенным в заявлении и возражениях на отзыв Ответчика, отметив, что упомянутый акт не соответствует закону и нарушает его права и законные интересы в сфере ограничения возможности участия Третьего лица в закупочных процедурах с целью недопущения последующего срыва им исполнения государственных контрактов и причинения вреда Заявителю путем неисполнения обществом взятых на себя обязательств по государственному контракту. Также представители Заявителя в судебном заседании настаивали на неверной оценке административным органом представленных в дело доказательств, поскольку, как указали в судебном заседании представители Заявителя, Третьим лицом систематически допускались грубые процессуальные нарушения условий исполнения государственного контракта. Указанные обстоятельства, по утверждению представителей Заявителя, были проигнорированы административным органом, что привело его к принятию неправильного по существу решения, поскольку, как настаивали в судебном заседании представители Заявителя, общество не выполнило свои обязательства по контракту по своей собственной вине, вопреки выводам административного органа об обратном. В этой связи представители Заявителя в судебном заседании настаивали на обоснованности заявленного требования и, как следствие, просили суд о его удовлетворении.

Представитель Ответчика в судебном заседании требования не признал, возражал против их удовлетворения по мотивам, изложенным в представленном отзыве, пояснив суду, что само по себе решение Заказчика об одностороннем отказе от исполнения государственного контракта не обязывает антимонопольный орган к применению мер публично-правовой ответственности, поскольку оценка поведенческих аспектов сторон по контракту находится в исключительной компетенции контрольного органа. Также представитель Ответчика сослался на представленные в материалы дела доказательства объективной невозможности своевременного исполнения Третьим лицом условий государственного контракта, свидетельствующие, по мнению Ответчика, о добросовестном поведении общества в ходе исполнения упомянутого контракта. Указанные обстоятельства, по утверждению административного органа, обусловили невозможность применения им к Третьему лицу мер публично-правовой ответственности в виде включения сведений об обществе в реестр недобросовестных поставщиков. При таких данных представитель Ответчика в судебном заседании настаивал на законности и обоснованности оспоренного по настоящему делу решения и, как следствие, просил суд об отказе в удовлетворении заявленного требования.

Представители Третьего лица – ООО «Строительно-монтажное управление № 13» в судебном заседании поддержали позицию Ответчика, возражали против удовлетворения заявленного требования, дополнительно отметив, что невозможность своевременного исполнения обществом принятых на себя обязательств по контракту была обусловлена неисполнением Заказчиком принятых на себя встречных обязательств по представлению исполнителю необходимой для выполнения работ по государственному контракту документации.

Рассмотрев материалы дела, выслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле, изучив и оценив представленные доказательства в их совокупности и взаимной связи, арбитражный суд приходит к выводу о том, что требования заявлены обоснованно и подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с ч. 1 ст. 198 АПК РФ граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

По смыслу приведенной нормы удовлетворение заявленных требований возможно при одновременном наличии двух условий: если оспариваемое решение уполномоченного органа не соответствует закону и нарушает права и охраняемые законом интересы заявителя.

Как следует из материалов дела и установлено судом, 24.12.2020 между Заказчиком и обществом был заключен Государственный контракт № 0348200041320000276 на оказание услуг по эксплуатации кислородных газификационных станций в 2021 году.

Пунктом 1.1. Контракта предусмотрено, что Исполнитель обязуется оказать услуги с 01.01.2021 г. по 31.12.2021 г. в соответствии с Техническим заданием (Приложение 1 к Контракту) в объеме, установленном в Сметной документации (Приложение 2 к Контракту), а Заказчик обязуется принять оказанные услуги и оплатить их в порядке и на условиях, предусмотренных указанным Контрактом.

Между тем, 21.01.2021 Заказчиком упомянутый Контракт расторгнут по мотиву неисполнения обществом своих обязательств по нему, поскольку последним не были соблюдены нормы организации и осуществления производственного контроля за соблюдением требований промышленной безопасности, не были представлены Заказчику списки ответственных должностных лиц исполнителя, а также персонал Третьего лица допустил ненадлежащее исполнение принятых на себя обязательств (в состоянии алкогольного опьянения).

Впоследствии Учреждением все полученные в ходе исполнения Контракта документы и сведения были направлены в антимонопольный орган для проведения проверки по факту уклонения от исполнения государственного контракта и включения сведений об обществе в реестр недобросовестных поставщиков.

Оспариваемым решением антимонопольный орган отказал Заявителю во включении таких сведений в упомянутый реестр, поскольку счел представленные Заказчиком доказательства ненадлежащего исполнения обществом взятых на себя обязательств по Контракту недостаточными для применения к Третьему лицу мер публично-правовой ответственности.

Не согласившись с вынесенным по делу решением, полагая недобросовестность Третьего лица в ходе исполнения Контракта доказанной материалами дела, а выводы контрольного органа об обратном – ошибочными и основанными на неправильной оценке представленных в дело доказательств, Заявитель обратился в Арбитражный суд г. Москвы с заявлением о признании оспариваемого решения незаконным.

В соответствии с ч. 1 ст. 198, ч. 4 ст. 200, ч. 3 ст. 201 АПК РФ ненормативный правовой акт может быть признан судом недействительным, а решения и действия незаконными при одновременном их несоответствии закону и нарушении ими прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Судом проверено и установлено соблюдение Заявителем срока на обращение в суд, предусмотренного ч. 4 ст. 198 АПК РФ.

Полномочия административного органа, рассмотревшего дело и вынесшего оспариваемый ненормативный правовой акт, определены постановлением Правительства Российской Федерации от 20.02.2006 № 94 «О федеральном органе исполнительной власти, уполномоченном на осуществление контроля в сфере размещения заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для федеральных государственных нужд». Таким образом, оспариваемый ненормативный правовой акт Московского областного УФАС России вынесен в пределах предоставленных законодательством полномочий.

Удовлетворяя заявленные требования, суд соглашается с позицией Заявителя, при этом исходит из следующего.

Как следует из материалов дела и установлено судом, между Заказчиком и обществом заключен Контракт на оказание услуг по эксплуатации кислородных газификационных станций в 2021 году.

Согласно ч. 8 ст. 95 Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее — Закон о контрактной системе закупок) расторжение контракта допускается по соглашению сторон, по решению суда, в случае одностороннего отказа стороны контракта от исполнения контракта в соответствии с гражданским законодательством.

В соответствии с ч. 9 названной статьи закона заказчик вправе принять решение об одностороннем отказе от исполнения контракта по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации (далее — ГК РФ) для одностороннего отказа от исполнения отдельных видов обязательств, при условии, если это было предусмотрено контрактом.

В настоящем случае предметом контракта являлось возмездное оказание услуг.

В свою очередь, возможность расторжения договора возмездного оказания услуг в одностороннем порядке предусмотрена ст. 782 ГК РФ, в силу ч. 1 которой заказчик вправе отказаться от исполнения договора возмездного оказания услуг при условии оплаты исполнителю фактически понесенных им расходов.

Таким образом, из совокупного толкования ч.ч. 8, 9 ст. 95 Закона о контрактной системе в сфере закупок, ст.ст. 450, 782 ГК РФ следует, что основанием для одностороннего расторжения государственного контракта на возмездное оказание услуг является существенное нарушение одной из сторон своих обязательств по этому контракту в случае, если возможность такого расторжения была предусмотрена государственным контрактом и заказчиком возмещены исполнителю фактически понесенные им расходы.

Вместе с тем, положениями Контракта предусмотрено право Заказчика на принятие решения об одностороннем отказе от его исполнения по основаниям, предусмотренным ГК РФ для одностороннего отказа от исполнения отдельных видов обязательств.

Исходя из положений ст. 783 ГК РФ к договору возмездного оказания услуг применяются общие положения о подряде, в связи с чем, в контексте правовой позиции Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении Президиума ВАС РФ от 08.02.2011 № 13970/10, а также в определении Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 03.11.2011 № ВАС-14427/11, условия о предмете, цене контракта, периоде выполнения работ по договору, а также содержании и объеме работ о договору относятся к существенным условиям договора возмездного оказания услуг.

Как следует из материалов дела, 24.12.2020 стороны заключили государственный контракт № 0348200041320000276 на оказание услуг по эксплуатации кислородных газификационных станций в 2021, согласно условиям которого исполнитель обязуется оказать услуги с 01.01.2021 по 31.12.2021 в соответствии с техническим заданием (приложение 1 к контракту) в объеме, установленном в сметной документации (приложение 2 к контракту), а заказчик обязуется принять оказанные услуги и оплатить их в порядке и на условиях, предусмотренных упомянутым контрактом.

В то же время, материалами дела установлено, что обществом не соблюдены нормы организации и осуществления производственного контроля за соблюдением требований промышленной безопасности. Данное требование предусмотрено разделом 2 «Краткие характеристики выполняемых работ, оказываемых услуг» технического задания (приложение № 1 к контракту).

При этом, пунктом 7 постановления Правительства РФ от 18.12.2020 № 2168 «Об организации и осуществлении производственного контроля за соблюдением требований промышленной безопасности» (далее - постановление Правительства № 2168) предусмотрено, что функции лица, ответственного за осуществление производственного контроля, возлагаются на одного из заместителей руководителя эксплуатирующей организации (руководителя обособленного подразделения юридического лица), индивидуального предпринимателя, если численность работников, осуществляющих профессиональную деятельность, связанную с проектированием, строительством, эксплуатацией, реконструкцией, капитальным ремонтом, техническим перевооружением, консервацией и ликвидацией опасного производственного объекта, а также изготовлением, монтажом, наладкой, обслуживанием и ремонтом технических устройств, применяемых на опасном производственном объекте (далее - работники эксплуатирующей организации), составляет менее 150 человек.

В соответствии с п. 11 вышеназванного постановления работники, ответственные за осуществление производственного контроля на опасных производственных объектах I - III класса опасности, должны: иметь высшее техническое образование; стаж работы на опасном производственном объекте отрасли не менее 3 лет; не реже одного раза в 5 лет проходить аттестацию в области промышленной безопасности; не реже одного раза в 5 лет получать дополнительное профессиональное образование в области промышленной безопасности.

Однако в нарушение вышеназванных пунктов постановления Правительства № 2168 ответственное лицо со стороны ООО «СМУ-13», отвечающее за осуществление производственного контроля (приказ о назначении ответственного за осуществление производственного контроля за безопасной эксплуатацией оборудования, работающего под давлением от 23.10.2020 года № 2/к приложение № 29), не является заместителем руководителя эксплуатирующей организации (руководителя обособленного подразделения юридического лица), а также на данное лицо у заказчика отсутствуют документы, подтверждающие высшее техническое образование и подтверждение стажа работы на опасном производственном объекте отрасли не менее 3 лет, в протоколе об аттестации отсутствует область аттестации Б 8.23 (эксплуатация сосудов работающих под давлением).

Кроме того, согласно п. 10 постановления Правительства № 2168 ответственность за организацию производственного контроля несет руководитель эксплуатирующей организации (руководитель обособленного подразделения юридического лица), прошедший аттестацию в соответствии с положением постановления Правительства РФ от 25.10.2019 г. № 1365 «О подготовке и об аттестации в области промышленной безопасности, по вопросам безопасности гидротехнических сооружений, безопасности в сфере электроэнергетики».

Между тем, общество не представило документы на ответственное лицо за организацию производственного контроля. При этом ООО «СМУ-13» обязано представить документы, подтверждающие аттестацию руководителя ООО «СМУ-13» - директора ООО «СМУ -13» ФИО7, а именно протокол об аттестации в области А.1 (основы промышленной безопасности). В соответствии со ст. 234 приказа Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору от 15.12.2020 года № 536 «Об утверждении федеральных норм и правил в области промышленной безопасности «Правила промышленной безопасности при использовании оборудования, работающего под избыточным давлением» (далее - Приказ № 536) на время отпуска, командировки, болезни или в других случаях отсутствия ответственных лиц выполнение их обязанностей возлагается распорядительным документом на работников, замещающих их по должности, имеющих соответствующую квалификацию, прошедших в установленном порядке аттестацию по промышленной безопасности.

В то же время, в нарушение вышеназванной статьи ООО «СМУ-13» не представило Учреждению список ответственных лиц, имеющих соответствующую квалификацию, прошедших в установленном порядке аттестацию по промышленной безопасности, на время отпуска, командировки, болезни или в других случаях отсутствия ответственных лиц.

Кроме того, в ходе проведения проверки соблюдения исполнения условий государственного контракта, комиссией Заказчика выявлен факт нахождения работника на рабочем месте, в рабочее время, в ненадлежащем состоянии (алкогольном опьянении), что подтверждено актом от 02.01.2021. При этом, в связи с выявленным фактом нахождения работника ООО «СМУ-13» с признаками алкогольного опьянения, в дальнейшем его недопущение к исполнению обязательств привело к тому, что в течении более часа объект ответчика не обслуживался ни одним работником истца, что также является нарушением условий государственного контракта ( раздела 2 технического задания).

При этом, 11.01.2021 в ходе проверки соблюдения исполнения контракта комиссией Заказчика также выявлены следующие нарушения: 1. Отсутствие журналов по охране труда (вводного инструктажа, инструктажа на рабочем месте). 2. Представленные журналы, инструкции, план мероприятий по локализации и ликвидации последствий на опасном производственном объекте и положение о порядке проведения расследования причин аварий, инцидентов и их учета на опасном производственном объекте оформлены не соответствующим образом (не прошиты, номера инструкций в журналах не указаны) (приложение № 26). 3. Отсутствует утвержденный график дежурств. 4. По факту на объекте ГБУЗ МО «МООД» дежурят трое работников (газоаппаратчиков) вместо четырех работников ООО «СМУ-13».

Указанные обстоятельства в своей совокупности и взаимной связи послужили основанием к принятию Заказчиком решения от 21.01.2021 об отказе от исполнения Контракта по причине невыполнения обществом своих обязательств по нему.

Впоследствии административный орган отказал Заявителю во включении сведений в отношении общества в реестр недобросовестных поставщиков, мотивировав свои выводы добросовестным поведением Третьего лица в ходе исполнения Контракта и фактом предпринимавшихся с его стороны попыток исполнить условия этого Контракта и объективную невозможность такого исполнения ввиду бездействия Заказчика при исполнении собственных встречных обязательств.

Между тем, суд не может согласиться с подобным подходом административного органа к разрешению возникшего спора, исходя из следующего.

Так, в контексте ч. 2 ст. 104 Закона о контрактной системе в сфере закупок включению в реестр недобросовестных поставщиков подлежит информация, в том числе о лицах, с которыми расторгнуты государственные контракты вследствие допущенных ими существенных нарушений условий исполнения таких контрактов.

При этом, учитывая то обстоятельство, что реестр недобросовестных поставщиков является мерой публично-правового характера, антимонопольный орган в каждом конкретном случае обязан выяснить причины неисполнения контракта и оценить существенность допущенного нарушения.

При таких данных, суд отмечает, что решение Заказчика об одностороннем отказе от исполнения Договора само по себе ни к чему не обязывает антимонопольный орган, в исключительной компетенции которого находится оценка всех фактических обстоятельств дела и всех элементов поведения участника закупки в ходе исполнения контракта.

В то же время, обосновывая собственные выводы об отсутствии необходимости применения к Третьему лицу мер публично-правовой ответственности, административный орган ссылается на необоснованное уклонение Заказчика от исполнения собственных встречных обязательств в рамках государственного контракта и недоказанность им допущенных Третьим лицом нарушений в ходе исполнения указанного контракта.

Между тем, при оценке указанных обстоятельств суд не может согласиться с доводами Ответчика о подтверждении ими добросовестности общества и отсутствии необходимости применения к Третьему лицу мер публично-правовой ответственности ввиду следующего.

Так, материалами дела подтверждается, что письмами от 29.12.2020 (исх. № 2/1) и от 26.01.2021 (исх. № 2/01) общество запрашивало у Заявителя необходимую ему техническую документацию, однако не указывало ни способ передачи этой документации, ни конкретных лиц для ее получения.

В свою очередь, Учреждением никаких препятствий обществу в получении испрашиваемой документации не чинилось, что уже не позволяет вести речь о наличии у Третьего лица каких-либо препятствий к исполнению государственного контракта. Безусловных и убедительных доказательств обратного антимонопольным органом суду не представлено.

При этом, факт допущенных обществом нарушений в ходе исполнения государственного контракта полностью подтверждается представленными в материалы дела доказательствами, вопреки утверждению контрольного органа об обратном.

Указанные обстоятельства, по мнению суда, свидетельствуют о неполном выяснении Ответчиком всех имеющих значение для дела фактических обстоятельств, а также выборочной оценке административным органом представленных доказательств, поскольку поведенческие аспекты сторон по Контракту и причины неисполнения обществом принятых на себя обязательств по нему в отсутствие к тому объективных препятствий названным органом не оценивались и не выяснялись. Указанные обстоятельства, по мнению суда, уже не позволяют вести речь о законности и обоснованности оспоренного по делу решения.

При этом, суд в настоящем случае принимает во внимание и выводы судебных актов по делу № А41-10165/2021, которыми был установлен факт виновного неисполнения обществом принятых на себя обязательств по Контракту, что также опровергает выводы административного органа об отсутствии у него правовых и фактических оснований для применения к Третьему лицу мер публично-правовой ответственности.

Приведенные Ответчиком доводы о неотносимости указанных судебных актов к настоящему спору и об отсутствии у них преюдициального значения для рассматриваемого дела (ст. 69 АПК РФ) судом отклоняются, поскольку названными актами установлен факт грубого и систематического неисполнения Третьим лицом принятых на себя обязательств, что повлекло за собой лишение Заказчика тех услуг, на оказание которых он рассчитывал при заключении государственного контракта.

В соответствии со ст. 16 АПК РФ вступившие в законную силу судебные акты арбитражного суда являются обязательными для органов государственной власти, органов местного самоуправления, иных органов, организаций, должностных лиц и граждан и подлежат исполнению на всей территории Российской Федерации.

Кроме того, формулируя итоговый вывод о незаконности решения административного органа, суд также принимает во внимание и нормоположения ч. 14 ст. 95 Закона о контрактной системе в сфере закупок, согласно которой заказчик обязан отменить не вступившее в силу решение об одностороннем отказе от исполнения контракта, если в течение десятидневного срока с даты надлежащего уведомления поставщика (подрядчика, исполнителя) о принятом решении об одностороннем отказе от исполнения контракта устранено нарушение условий контракта, послужившее основанием для принятия указанного решения, а также заказчику компенсированы затраты на проведение экспертизы в соответствии с ч. 10 названной статьи закона. Данное правило не применяется в случае повторного нарушения поставщиком (подрядчиком, исполнителем) условий контракта, которые в соответствии с гражданским законодательством являются основанием для одностороннего отказа заказчика от исполнения контракта.

Таким образом, положения упомянутой нормы права предоставляют участнику закупки законное право устранить выявленные в ходе исполнения государственного контракта замечания, а на заказчика, в свою очередь, относят обязанность по отмене своего решения об отказе от исполнения контракта в случае такого устранения.

В то же время, как усматривается из материалов дела, решение Учреждения об отказе от исполнения Контракта в настоящем случае вступило в силу 02.02.2021, однако до истечения указанного срока данные действия совершены обществом так и не были, что уже исключает выводы административного органа о проявленной Третьим лицом добросовестности в ходе исполнения Контракта.

В то же время, как следует из содержания оспариваемого ненормативного правового акта, названные обстоятельства антимонопольным органом не выяснялись и не проверялись, какой-либо оценки указанным обстоятельствам административным органом в оспариваемом решении не дано, равно как и не дано оценки правомерности бездействия общества после принятия Заказчиком решения об отказе от исполнения Контракта.

В этой связи суд считает оспоренный по делу ненормативный правовой акт необоснованным, немотивированным, основанным исключительно на выборочной оценке контрольным органом фактических обстоятельств дела и поверхностном их изучении, противоречащим установленным в судебном порядке фактическим обстоятельствам дела, а потому незаконным и нарушающим права и законные интересы Заявителя.

Кроме того, суд также обращает внимание и на положения п. 42 Обзора судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2017, согласно которому необоснованный отказ антимонопольного органа во включении недобросовестных участников закупок в реестр недобросовестных поставщиков (подрядчиков, исполнителей) прямым образом затрагивает права заказчика, поскольку участие таких лиц в последующих закупках не позволит заказчику с оптимальными издержками добиться "заданных результатов", приведет к неэффективному использованию бюджетных средств и нарушению конкуренции.

При таких данных, выводы антимонопольного органа, изложенные в оспариваемом ненормативном правовом акте, признаются судом ошибочными, основанными на неправильном толковании и применении норм материального права и противоречащими фактическим обстоятельствам дела, поскольку, при перечисленных ранее фактических данных, у Заказчика имелись все правовые и фактические основания для расторжения Контракта, а у Ответчика, наоборот, не имелось оснований к отказу во включении сведений в отношении Третьего лица в реестр недобросовестных поставщиков по доводам и основаниям, изложенным в оспариваемом ненормативном правовом акте.

При этом, как уже было упомянуто ранее, необоснованный отказ во включении сведений в отношении Третьего лица в реестр недобросовестных поставщиков нарушает права и законные интересы Заявителя, поскольку позволяет обществу и в дальнейшем участвовать в закупочных процедурах в отсутствие у него намерения и возможности исполнения государственных контрактов.

Следовательно, в данном случае имеются основания, предусмотренные ст. 13 ГК РФ и ч. 1 ст. 198 АПК РФ, которые одновременно необходимы для признания ненормативного акта органа, осуществляющего публичные полномочия, недействительным, а решения или действия незаконными.

Учитывая изложенное, требования Заявителя являются обоснованными и подлежащими удовлетворению.

При этом, в качестве способа восстановления нарушенного права Заявителя на полное, всестороннее и объективное рассмотрение уполномоченным органом представленных им документов и сведений в отношении ООО «Строительно-монтажное управление № 13», суд полагает необходимым возложить на Московское областное УФАС России обязанность по повторному рассмотрению направленных Учреждением сведений относительно имевшего место с его стороны расторжения государственного контракта от 24.12.2020 № 0348200041320000276 на оказание услуг по эксплуатации кислородных газификационных станций в 2021 году.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст. 1-13, 15, 17, 27, 29, 49, 51, 64-68, 71, 75, 81, 123, 156, 163, 166-170, 176, 180, 197-201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

Проверив на соответствие действующему законодательству, признать незаконным и отменить решение УФАС России по Московской области от 09.02.2021 по делу № РНП-3902эп/21.

Обязать УФАС России по Московской области в месячный срок с даты вступления решения суда в законную силу устранить допущенные нарушения прав заявителя в установленном законом порядке.

Взыскать с УФАС России по Московской области в пользу ГБУЗ МО «МООД» расходы по уплате государственной пошлины в размере 3 000 рублей.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.

Судья:

О.В. Сизова