Постановление от 29 января 2024 г. по делу № А53-24796/2022

ПЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А53-24796/2022
город Ростов-на-Дону
29 января 2024 года
15АП-18357/2023


Резолютивная часть постановления объявлена 18 января 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 29 января 2024 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Шапкина П.В.,

судей Ю.И. Барановой, ФИО8

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии:

от истца - представитель ФИО2 по доверенности от 17.03.2023,от ответчиков - представитель ФИО3 по доверенностям от 24.06.2021,рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу КФХ «Доверие» на решение Арбитражного суда Ростовской области от 02.10.2023 по делу № А53-24796/2022

по иску КФХ «Доверие»

к ФИО4, ФИО5

о взыскании неосновательного обогащения, ущерба, процентов за пользование чужими денежными средствами,

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Крестьянское хозяйство «Василий» (далее – ООО «КХ»Василий») обратилось в Арбитражный суд Ростовской области с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО4 (далее – ИП ФИО4) о взыскании неосновательного обогащения в размере 38 838 750 руб., ущерба в размере 1 546 000 руб., процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 28.08.2019 по 24.05.2022 в размере 5 433 193,39 руб., процентов по день фактической оплаты задолженности.

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 14.04.2023 в рамках настоящего дела произведена замена истца с ООО «КХ»Василий»« на крестьянско-фермерское хозяйство «Доверие» (далее - истец, КФХ «Доверие»).

В рамках дела № А53-24799/2022 ООО «КХ»Василий» обратилось в Арбитражный суд Ростовской области с иском к ФИО5 (далее – ФИО5) о взыскании 12 672 385,19 руб. убытков причиненных обществу.

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 11.04.2023 произведена замена истца по делу № А53-24799/2022 с ООО «КФХ»Василий» на КФХ «Доверие».

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 13.07.2023 по делу № А53-24799/2022 суд выделил в отдельное производство требование ООО «КХ «Василий», предъявленное к ФИО5 о взыскании убытков размере 1 803 000 руб. по соглашению о передаче имущества в счет задолженности от 28.08.2019 и требование о взыскании убытков в размере 5 750 000 руб. по договору уступки прав аренды земельного участка от 26.07.2019, выделенному делу присвоен номер А53-24855/2023.

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 20.07.2023 дела № А53-24796/2022 и № А53-24855/2023 в одно производство для совместного рассмотрения, объединенному делу присвоен номер А53-24796/22.

С учетом объединения дел и пояснений истца предметом рассмотрения суда в рамках настоящего дела являлись требования о взыскании с ФИО5 в пользу ООО КФХ «Доверие» убытков размере 7 553 000 руб., взыскании с ФИО4 в пользу ООО КФХ «Доверие» неосновательного обогащения в размере 38 838 750 руб., ущерба в размере 1 546 000 руб., процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 28.08.2019 по 24.05.2022 в размере 5 433 193,39 руб., процентов по день фактической оплаты задолженности.

Решением Арбитражного суда Ростовской области от 02.10.2023 отказано в удовлетворении ходатайства истца о назначении судебной экспертизы. С ФИО4 и ФИО5 в пользу КФХ «Доверие» солидарно взыскана задолженность в сумме 803 143,42 руб. С ФИО4 в пользу КФХ «Доверие» взысканы проценты за пользование чужими денежными средствами в сумме 104 280,64 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами, рассчитанные в порядке статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации в отношении задолженности в сумме 427 562,09 руб. за период с 27.09.2023 по день фактической оплаты задолженности, проценты за пользование чужими денежными средствами в сумме 85 814,25 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами, рассчитанные в порядке статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации в отношении задолженности в сумме 375 581,33 руб. за период с 27.09.2023 по день фактической оплаты задолженности. В удовлетворении исковых требований в остальной части отказано. С ФИО4 в доход федерального бюджета 4 340 руб. государственной пошлины. С ФИО5 в доход федерального бюджета взыскано 6 459,32 руб. государственной пошлины. С КФХ «Доверие» в доход федерального бюджета взыскано 249 965,68 руб. государственной пошлины. С депозитного счета Арбитражного суда Ростовской области в пользу общества с ограниченной ответственностью «Многофункциональный Центр Экспертиз» в качестве оплаты проведения судебной экспертизы по счету от 29.05.2023 № 49 перечислены денежные средства в сумме 80 000 руб., из которых 78 509,64 руб. за счет денежных средств, внесенных ООО «КХ «Василий» платежным поручением от 30.11.2022 № 15, и 1 490,36 руб. за счет денежных средств, внесенных ФИО4 в лице представителя ФИО3 чеком от 11.01.2023. С ФИО5 в пользу КФХ «Доверие» взысканы судебные расходы по оплате судебной экспертизы в сумме 1 203,32 руб. С депозитного счета Арбитражного суда Ростовской области в пользу КФХ «Доверие» перечислены денежные средства в сумме 11 490,36 руб. за счет денежных средств, внесенных ООО «КХ «Василий». С депозитного счета Арбитражного суда Ростовской области в пользу ФИО4 перечислены денежные средства в сумме 78 509,64 руб. за счет денежных средств, внесенных ФИО4 в лице представителя ФИО3 чеком от 11.01.2023.

Не согласившись с указанным судебным актом, КФХ «Доверие» обжаловало его в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В апелляционной жалобе заявитель указал на незаконность и необоснованность решения, просил его отменить и принять по делу новый судебный акт.

КФХ «Доверие» указывает, что судом первой инстанции при назначении экспертизы поставлены наводящие вопросы эксперту, в основание которых были положены допущения другого эксперта. Суд первой инстанции по своей инициативе изменил формулировку вопросов поставленных перед экспертом. Установление судом первой инстанции в вопросе эксперту перечня документов, исходя из которых необходимо устанавливать состояние, является наводящим вопросом для эксперта, что в свою очередь является процессуально недопустимым, поскольку смысл обращения к эксперту состоит в том, чтобы он основываясь на всех имеющихся доказательствах в материалах дела относительно предмета экспертизы, мог самостоятельно определить относимость и приоритет того или иного доказательства, приобщенного в материалы дела и не исключенного из числа доказательств, в соотнесении с обстоятельствами, которые подлежат анализу экспертом при ответе на вопрос. Апеллянт указывает, что некорректность вопросов заключается в том, что на стр. 10 экспертного заключения от 01.12.2020 № 129/2020, которым ограничиваются вопросы в редакции суда первой инстанции, указано, что экспертом принято допущение о том, что техническое состояние каждого объекта оценки, устанавливаемое в процессе осмотра (в период с 01.09.2020 по 01.12.2020, соответствует техническому состоянию оцениваемых объектов на дату оценки, то есть на 28.08.2019. То есть, техническое состояние, описанное в экспертном заключении, которым ограниваются вопросы, является состоянием техники после полутора лет использования Ответчиком при допущении, что по состоянию на дату оценки состояние техники оставалось неизменным 1,5 года. Судом первой инстанции сделаны необоснованные вывода о полноте, актуальности и допустимости судебной экспертизы, проведенной в рамках дела, при учете того, что эксперт в судебном заседании сам сказал, что полно провести экспертизу не имел возможности. Экспертом не приняты во внимание сведения, указанные в акте о совершении исполнительных действий от 25.06.2021. (в том числе относительно того, что вся техника не на ходу). Апеллянт указывает, что экспертом в рамках настоящего дела был применен подход оценки, при котором эксперт рассчитывал стоимость аренды исходя из стоимости реализации иных единиц техники, которые эксперт счел аналогами. Изучение объявлений об аренде аналогичной техники экспертом не произведено. Из экспертного заключения не ясно, по каким причинам эксперт не мог сравнивать стоимость аренды техники со стоимостью аренды аналогов. Сравнение по стоимостям аренды участков-аналогов экспертом не производилось. Из экспертного заключения не ясно, по каким причинам эксперт не мог сравнивать стоимость аренды участка со стоимостью аренды аналогов. Таким образом, по мнению истца имеются обоснованные сомнения в достоверности и качественности проведенного заключения экспертом, внятных объяснений о причинах невозможности оценки стоимости аренды путем сравнения с объектами аналогами дано не было, экспертиза приведена методологически и логически неверно. Так же истец указывает, что немотивированный выбор судом первой инстанции экспертной организации, представленной Ответчиком, нарушил принцип состязательности сторон. Судом первой инстанции необоснованно отказано в проведении второй экспертизы. Истец считает, что суд неправомерно отказал в удовлетворении ходатайства об отложении судебного заседания или об объявлении перерыва в судебном заседании ввиду необходимости уточнении исковых требований. Кроме того, по мнению КФХ «Доверие» взыскание с истца госпошлины из расчета отдельно по каждому иску является незаконным и нарушающим права КФХ «Доверие».

Законность и обоснованность принятого судом первой инстанции решения проверяется Пятнадцатым арбитражным апелляционным судом в соответствии с главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Представитель истца в судебном заседании поддержал ходатайство о назначении экспертизы, поддержал ранее заявленную позицию.

Представитель ответчика дал пояснения по делу, возражал против удовлетворения апелляционной жалобы.

Рассмотрев ходатайство о назначении повторной судебной экспертизы, апелляционный суд пришел к выводу об отказе в его удовлетворении.

В соответствии с частью 1 статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вопрос о назначении экспертизы отнесен на усмотрение арбитражного суда и разрешается в зависимости от необходимости разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний. Назначение экспертизы является способом получения доказательств по делу и направлено на всестороннее, полное и объективное его рассмотрение, находятся в компетенции суда, разрешающего дело по существу.

Согласно выраженной в постановлении Президиума ВАС РФ от 09.03.2011 № 13765/10 правовой позиции, судебная экспертиза назначается судом в случаях, когда вопросы права нельзя разрешить без оценки фактов, для установления которых требуются специальные познания, следовательно, требование одной из сторон о назначении судебной экспертизы не создает обязанности суда ее назначить.

В соответствии с положениями статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд назначает экспертизу для разъяснения возникающих вопросов, требующих специальных знаний. Целесообразность проведения экспертизы определяет суд.

По смыслу названных норм суд может отказать в назначении экспертизы, если у него исходя из оценки уже имеющихся в деле доказательств сложилось убеждение, что имеющиеся доказательства в достаточной мере подтверждают или опровергают то или иное обстоятельство.

Из материалов дела следует, при рассмотрении спора судом проведено экспертное исследование. По результатам судебной экспертизы в дело представлено заключение экспертов.

В соответствии с частью 2 статьи 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае возникновения сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличия противоречий в выводах эксперта или комиссии экспертов по тем же вопросам может быть назначена повторная экспертиза, проведение которой поручается другому эксперту или другой комиссии экспертов.

Изучив составленное экспертами заключение, суд апелляционной инстанции считает его ясным и полным, содержащим понятные и обоснованные ответы на поставленные судом вопросы; эксперты в судебном заседании суда первой инстанции дали пояснения по вопросам сторон и суда; дополнительных вопросов выяснить по делу не требуется. Эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо неверного заключения. Основания для вывода о нарушении экспертами при проведении экспертного исследования требований действующего законодательства, наличии в заключении противоречивых или неясных выводов, отсутствуют. Доказательств, безусловно свидетельствующих о недостоверности сведений, изложенных в заключении, не представлено, а само по себе несогласие с изложенными в заключении выводами экспертов не является основанием для назначения повторной экспертизы.

Несогласие истца с результатами экспертизы не свидетельствует о ее недостоверности, неполноте или неясности и не является основанием для проведения повторной, либо дополнительной экспертизы. также апелляционный суд отмечает, что обоснованность замечаний истца к экспертному заключению опровергнута пояснениями экспертов. Заявленные истцом возражения относительно выводов экспертов не опровергают правильность методики исследования. Заявляя соответствующие возражения, истец не подтвердил наличие у него специальных познаний по поставленным вопросам, вместе с тем наличие необходимого образования и опыта работы у экспертов подтверждено материалами дела.

Вопросы, поставленные перед экспертами, сформулированы судом первой инстанции с учетом мнения лиц, участвующих в деле, а также с учетом того, что рамках дела № А53-8280/2020 по спору между теми же сторонами – по иску общества с ограниченной ответственностью «Крестьянское хозяйство «Василий» к ответчику ФИО4 о признании недействительным соглашения о передаче имущества в счет задолженности от 28.08.2019 проводилась судебная экспертиза, в представленном самим истцом заключении эксперта от 01.12.2020 № 129/2020 на страницах 9-12 описано состояние техники.

В данном случае экспертиза от 01.12.2020 № 129/2020 имеет преюдициальное значение, так как в ней описано состояние техники, ввиду чего судом обосновано сформулированы вопросы экспертам в настоящем деле с учетом указанной экспертизы, проведенной в рамках дела № А53-8280/2020.

Выбор судом первой инстанции экспертной организации, предложенной со стороны ответчиков, не свидетельствует о нарушении прав и законных интересов истца, который реализовал свое право на представление кандидатур экспертных организаций. Доказательств заинтересованности между экспертной организацией и ответчиками в материалы дела не представлено.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению на основании нижеследующего.

Как следует из материалов дела, исковые требования к ФИО4 мотивированны тем, что решением Арбитражного суда Ростовской области от 14.01.2021 по делу А53-8280/20 суд применил последствия недействительности соглашения о передаче имущества в счет задолженности от 28.08.2019 в виде возврата индивидуальным предпринимателем ФИО4 обществу с ограниченной ответственностью «Крестьянское хозяйство «Василий» указанного имущества. Согласно заключению эксперта от 01.12.2020 № 129/2020 рыночная стоимость отчужденного имущества по состоянию на 28.08.2019 составляла 1 546 000 руб. Таким образом, по мнению истца ответчиком по данному эпизоду причинены убытки в размере 1 546 000 руб., на которые подлежат начислению проценты в размере 288 930,38 руб.

Истец полагает, что ИП ФИО4 незаконно использовались в период с 28.08.2019 по дату возврата техники обществу комбайн зерноуборочный марки СК-5М1 «Нива», трактор марки ДТ-75Д, 2000 года выпуска, тракторный прицеп, марка 2ПТС-4 887Б, 1991 года выпуска, трактор марки БЕЛАРУС-1523, 2012 года выпуска, трактор марки БЕЛАРУС-82.1, 2008 года выпуска. Техника возвращена обществу 25.06.2021 и 18.06.2021 в соответствии с актами. Исходя из средней стоимость аренды единицы специальной техники – трактора от 10 000 руб. в день, средней стоимость аренды единицы специальной техники – комбайна зерноуборочного от 20 000 руб. в день, за период с 28.08.2019 по дату возврата техники обществу ФИО4 получено неосновательное обогащение в размере 33 190 000 руб., а также подлежат уплате проценты в размере 4 479 676,40 руб.

Далее, в иске указано, что Арбитражный суд Ростовской области решением от 26.11.2020 по делу А53-10197/2020 суд признал недействительным договор уступки прав аренды земельного участка от 26.07.2019 о переходе прав и обязанностей по договору аренды от 30.05.2005, заключенный между обществом с ограниченной ответственностью «Крестьянское хозяйство «Василий» и ФИО4 Таким образом ФИО4 незаконно использовался земельный участок, в связи с чем, исходя из имеющихся данных, ФИО4 получено неосновательное обогащение путем использования указанного земельного участка в размере 5 648 750 руб., а также подлежат уплате проценты в размере 664 586,61 руб.

Требования к ФИО5 мотивированы тем, что в рамках указанного выше дела № А53-8280/20 суд применил последствия недействительности соглашения о передаче имущества в счет задолженности от 28.08.2019 в виде возврата индивидуальным предпринимателем ФИО4 обществу с ограниченной ответственностью «Крестьянское хозяйство «Василий» указанного имущества. Истец считает, что ООО «КХ «Василий» незаконно лишено возможности пользоваться указанной техникой, что повлекло убытки для ООО «КХ «Василий» в размере 1 803 000 руб.

Также, в рамках дела № А53-10197/20 суд признал недействительным договор уступки прав аренды земельного участка от 26.07.2019 о переходе прав и обязанностей по договору аренды от 30.05.2005, заключенный между обществом с ограниченной ответственностью «Крестьянское хозяйство «Василий» и ФИО4 Таким образом, ООО «КХ «Василий» незаконно лишено возможности пользоваться указанным участком, что повлекло убытки для ООО «КХ «Василий» в размере 5 750 000 руб.

Указанные обстоятельства явились основанием для обращения КФХ «Доверие» в Арбитражный суд Ростовской области с рассматриваемыми исковыми требованиями.

Возражая против удовлетворения иска, ответчики указали, довод истца о том, что при передаче обществу техника находилась в разукомплектованном виде и неисправном состоянии не подтвержден доказательствами, акты совершения исполнительных действий не указывают, что ответчики осуществляли разукомплектование техники, приводили ее в неисправное состояние. Выводы заключения эксперта, проведенного в рамках дела А53- 8280/2020 подтверждают неизменное состояние переданной техники за период с 28.08.2019 по момент ее передачи. Так, экспертом в рамках указанного заключения № 129/2020 от 01.12.2020 определено общее техническое состояние спорной техники. Также, ответчики указал, что между истом и ответчиком ФИО4 отсутствовали договорные отношения в части передачи сельскохозяйственной техники в аренду, не согласовывалась цена переданной техники, не фиксировалось ее техническое состояние, возможность эксплуатации, не определены сроки. Требование истца, по мнению ответчиков, удовлетворению не подлежит ввиду отсутствия правового основания. Кроме того, ответчиками заявлено о пропуске истцом срока исковой давности.

Рассмотрев довод ответчиков о пропуске истцом срока исковой давности, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу о том, что он подлежит отклонению по следующим основаниям.

Согласно статье 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

В соответствии с пунктом 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 названного Кодекса.

В силу статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации требование о защите нарушенного права принимается к рассмотрению судом независимо от истечения срока исковой давности. Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Указанные в иске действия ответчиков, явившиеся основанием причинения истцу убытков и возникновения неосновательного обогащения совершены 28.08.2019 и 26.07.2019.

Исковые заявления к обоим ответчикам поступили в суд 22.07.2022, то есть в пределах срока исковой давности, установленного статьей 196 ГК РФ.

Суд первой инстанции также верно отметил, что иск к ФИО4 предъявлен КФХ «Доверие» в арбитражный суд как к индивидуальному предпринимателю, однако в процессе рассмотрения дела судом, 11.10.2022, ФИО4 утратил статус индивидуального предпринимателя.

По правилам части 1 статьи 39 АПК РФ дело, принятое арбитражным судом к своему производству с соблюдением правил подсудности, должно быть рассмотрено им по существу, хотя бы в дальнейшем оно стало подсудным другому суду.

Суд первой инстанции в решении правомерно исходил из следующего.

В соответствии со статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации возмещение убытков является одним из способов защиты гражданских прав.

Согласно пункту 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Возмещение убытков является мерой гражданско-правовой ответственности, поэтому лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать факт нарушения права, наличие и размер понесенных убытков, причинную связь между нарушением права и возникшими убытками. Между противоправным поведением одного лица и убытками, возникшими у другого лица, чье право нарушено, должна существовать прямая (непосредственная) причинная связь. Отсутствие какого-либо из перечисленных выше элементов исключает ответственность в виде возмещения убытков.

В пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации). Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению. Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное. Если лицо несет ответственность за нарушение обязательства или за причинение вреда независимо от вины, то на него возлагается бремя доказывания обстоятельств, являющихся основанием для освобождения от такой ответственности (например, пункт 3 статьи 401, пункт 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Аналогичная позиция изложена в пункте 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств».

Как разъяснено в пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» разъяснено, что по смыслу статей 15 и 393 Гражданского кодекса Российской Федерации, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается.

Из материалов дела усматривается, что решением единственного участника ООО «Крестьянское хозяйство «Василий» от 29.08.2019 досрочно прекращены полномочия директора ООО «Крестьянское хозяйство «Василий» ФИО5. Данные сведения 15.10.2019 внесены в Единый государственный реестр юридических лиц.

Решением Арбитражного суда Ростовской области от 14.01.2021 по делу № А53-8280/20 суд применил последствия недействительности соглашения о передаче имущества в счет задолженности от 28.08.2019 в виде возврата индивидуальным предпринимателем ФИО4 обществу с ограниченной ответственностью «Крестьянское хозяйство «Василий» указанного имущества.

Фактически переданная во исполнение указанного решения техника возвращена обществу на основании актов о совершении исполнительных действий от 25.06.2021 и от 18.06.2021.

Истец полагает, что за период владения техникой ответчик ФИО4 привел технику в ненадлежащее состояние, в связи с чем ответчиком ФИО4 по данному эпизоду причинены убытки в размере 1 546 000 руб., на которые подлежат начислению проценты в размере 288 930,38 руб.

Истцом в подтверждение состояния техники на момент возврата представлены акты о совершении исполнительных действий от 25.06.2021 и от 18.06.2021, а также составленные истцом акты от 25.06.2021, 18.06.2021, пояснительная записка от 25.06.2021, протокол собрания от 05.07.2021, приказы о проведении ремонта от 05.07.2021, дефектные ведомости от 01.07.2021, счета-фактуры (т. 2 л.д. 44-91).

Суд первой инстанции верно критически оценил указанные документы как составленные истцом в одностороннем порядке, без извещения ответчика об осмотре техники.

Кроме того, из искового заявления усматривается, что, предъявляя требования к ответчику в рамках настоящего дела, истец исходит из полностью работоспособного состояния техники на момент ее передачи ответчику ФИО4

Между тем, в рамках указанного истцом дела № А53-8280/20 по спору между теми же сторонами – по иску общества с ограниченной ответственностью «Крестьянское хозяйство «Василий» к ответчику ФИО4 о признании недействительным соглашения о передаче имущества в счет задолженности от 28.08.2019 проводилась судебная экспертиза, в представленном самим истцом заключении эксперта от 01.12.2020 № 129/2020 на страницах 9-12 описано состояние техники и при проведении оценки экспертом принято допущение о том, что техническое состояние каждого объекта оценки, установленное в процессе осмотра, соответствует техническому состоянию оцениваемых объектов на 28.08.2019.

Против указанного допущения возражений со стороны истца в рамках дела № А53-8280/20 не поступило. Заключение исследовано в рамках дела № А53-8280/20 и принято в качестве надлежащего доказательства.

С учетом изложенного, доводы апелляционной жалобы о принятом экспертом допущении также подлежат отклонению.

При рассмотрении настоящего дела иные документы о состоянии техники на 28.08.2019 в материалы настоящего дела сторонами не представлены.

С учетом изложенного в целях определения стоимости восстановительного ремонта специализированной техники судом первой инстанции по ходатайству истца и ответчиков назначена оценочная экспертиза, проведение которой поручено экспертам ООО «Многофункциональный Центр Экспертиз» ФИО6 и ФИО7, в рассматриваемой части суд поставил перед экспертами следующий вопрос: определить стоимость восстановительного ремонта (включая стоимость запчастей, расходных материалов, услуг по ремонту), необходимого по состоянию на июль 2021 года для приведения к состоянию, указанном в заключении эксперта от 01.12.2020 № 129/2020 на страницах 9-12, следующей специализированной техники:

- комбайн зерноуборочный марки СК-5М1 «Нива», (2002 года выпуска, государственный регистрационный знак: код региона 61 серия OA № 3206, заводской № 180128, номер двигателя 137232, коробка передач № 818998, основной, ведущий мост № 607160, цвет - зеленый, свидетельство о регистрации машины СЕ № 757640 от 15.10.2019 года), исходя из технического состояния, установленного в акте о совершении исполнительных действий от 18.06.2021 и прилагаемых фотоматериалах;

- трактор марки БЕЛАРУС-1523, (2012 года выпуска, государственный знак: код региона 61 серия ОЕ № 9522, заводской № машины (рамы) 15004673, двигатель № 114906, коробка передач № 060171, ведущий мост № 6124/29214-05, цвет красный; свидетельство о регистрации машины СЕ 757641 от 15.10.2019), исходя из технического состояния, установленного в акте о совершении исполнительных действий от 25.06.2021 и прилагаемых фотоматериалах, видеозаписи;

- тракторный прицеп, марка 2ПТС-4 887Б, (1991 года выпуска, государственный регистрационный знак: код региона 61 серия OA № 3225, заводской № машины (рамы) 230179, цвет - красный, свидетельство о регистрации машины СЕ 759663 от 16.10.2019), исходя из технического состояния, установленного в акте о совершении исполнительных действий от 25.06.2021 и прилагаемых фотоматериалах, видеозаписи;

- трактор марки БЕЛАРУС-82.1, (2008 года выпуска, государственный регистрационный знак: код региона 61 серия OA № 3216, заводской № машины (рамы) 80865876, двигатель № 345521 (коробка) передач № 225239, ведущий мост № 522437/088371-04, цвет - синий, свидетельство о регистрации машины СЕ 759662 от 15.10.2019), исходя из технического состояния, установленного в акте о совершении исполнительных действий от 25.06.2021 и прилагаемых фотоматериалах, видеозаписи;

- трактор марки ДТ-75Д, 2000 года выпуска, государственный регистрационный знак: тип 3 код 61 серия ОА №3243, заводской № машины (рамы) 722625, двигатель № 092870 (коробка), ведущий мост №923489, цвет красный, исходя из технического состояния, установленного в акте о совершении исполнительных действий от 25.06.2021 и прилагаемых фотоматериалах, видеозаписи.

Суд первой инстанции при проведении судебной экспертизы обоснованно исходил из первоначального состояния техники, указанного в заключении эксперта от 01.12.2020 № 129/2020 на страницах 9-12.

Истец в апелляционной жалобе указывает, что данное указание недопустимо, так как эксперт в таком случае эксперт ограничен в полном изучении всех материалов дела.

Однако как указано выше в рамках дела № А53-8280/20, заключение № 129/2020 от 01.12.2020 принято в качестве надлежащего доказательства. Таким образом, состояние техники установлено в заключении № 129/2020 от 01.12.2020, ввиду чего суд первой инстанции верно посчитал исходить из первоначального состояния техники, указанного в заключении эксперта от 01.12.2020 № 129/2020 на страницах 9-12.

Для проведения экспертизы судом направлено заключение эксперта от 01.12.2020 № 129/2020 и цветные фотографии, которые положены в основу осмотра техники в данном заключении, а также акты о совершении исполнительных действий от 25.06.2021 и от 18.06.2021 и фото-видеоматериалы, выполненные при совершении данных исполнительных действий.

На основании проведенных исследований эксперт ФИО6 (в части первого вопроса) представил заключение № 013-23-01 от 26.05.2023, согласно которому стоимость восстановительного ремонта (включая стоимость запчастей, расходных материалов, услуг по ремонту), необходимого по состоянию на июль 2021 года, для приведения к состоянию, указанном в заключении эксперта от 01.12.2020 № 129/2020 на страницах 9-12 специализированной техники определить не представляется возможным.

В описательной части экспертного исследования указано, что на основании проведенного исследования на основании представленных материалов ответить не представляется возможным – экспертом не выявлены какие-либо различия в техническом состоянии между отраженным в заключении эксперта от 01.12.2020 № 129/2020 и акты о совершении исполнительных действий от 25.06.2021 и от 18.06.2021.

Судом первой инстанции в ходе судебного заседания опрошены эксперты, принимавшие участие в проведении судебной экспертизы - ФИО6 и ФИО7

Не согласившись с выводами экспертов, истец указал, что экспертом при ответе на первый вопрос не принято во внимание, что удовлетворительное состояние комбайна Нива, установленное согласно экспертному заключению от 01.12.2020 № 129/2020 подразумевает возможность комбайна двигаться своим ходом, а значит наличие в комплектации АКБ, магнето.

По мнению истца, на фотографиях невозможно определить ни факта наличия ни факта отсутствия АКБ, магнето, однако эксперт делает вывод об их отсутствии. Экспертом не приняты во внимание, не упомянуты сведения, указанные в нижней части акта о совершении исполнительных действий от 18.06.2021.

Аналогичные доводы содержит апелляционная жалоба.

Между тем, в судебном заседании эксперт ФИО6 подробно описал причины невозможности ответа на поставленный судом вопрос, указал, что на основании представленных материалов установить различие в состоянии техники не представилось возможным. Отсутствие АКБ, магнето в зимнее время является нормальным состоянием техники, которая не эксплуатируется.

В силу статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта является одним из доказательств по делу.

Положениями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации определено, что арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств; никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы.

Изучив экспертное заключение, с учетом письменных пояснений сторон, а также с учетом полученных пояснений экспертов, суд первой инстанции пришел к выводу том, что заключение судебной экспертизы является ясным, полным и достоверным доказательством, выводы судебной экспертизы носят последовательный и непротиворечивый характер. Эксперт имеет необходимую квалификацию, образование и стаж работы, в соответствии со статьей 307 Уголовного кодекса Российской Федерации предупрежден об уголовной ответственности. Экспертное заключение соответствует требованиям статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьи 25 Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации».

Суд первой инстанции верно отметил, что иные документы о состоянии техники на момент ее отчуждения в ползу ответчика сторонами в материалы дела не представлены.

Суд также учел даты выпуска техники - комбайн зерноуборочный марки СК5М1 «Нива», 2002 года выпуска, трактор марки БЕЛАРУС-1523, 2012 года выпуска, тракторный прицеп, марка 2ПТС-4 887Б, 1991 года выпуска, трактор марки БЕЛАРУС82.1, 2008 года выпуска, трактор марки ДТ-75Д, 2000 года выпуска.

Соответственно на дату отчуждения в пользу ответчика техника не являлась новой, эксплуатировалась от 7 до 18 лет.

Суд апелляционной инстанции, повторно исследовав экспертное заключение (в части первого вопроса), считает, что экспертиза назначена и проведена по правилам, определенным статьями 82, 83 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом разъяснений Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации (постановление от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе»); выводы эксперта являются полными и обоснованными, соответственно, экспертное заключение обладает признаками относимости и допустимости доказательств (статьи 67, 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) и правомерно принято судом первой инстанции.

Заключение составлено экспертом, имеющим необходимые специальные познания, предупрежденным об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по статьи 307 Уголовного кодекса Российской Федерации, а потому не доверять выводам, содержащимся в экспертном заключении, у суда оснований не имеется.

Таким образом, доводы истца о несогласии с выводами эксперта отклоняется апелляционным судом, поскольку каких-либо противоречий в данных выводах эксперта не содержится, заключение выполнено полно с учетом заключения от 01.12.2020 № 129/2020 выполненного в рамках дела № А53-8280/20, основано на специальных технических познаниях эксперта.

При таких обстоятельствах ввиду принятия заключения судебной экспертизы № 013-23-01 от 26.05.2023, суд первой инстанции верно сделал вывод об отсутствии правовых оснований для назначения по делу другой судебной экспертизы, в связи с чем отказал в удовлетворении заявления истца в данной части.

Суд первой инстанции верно указал, что назначение иной судебной экспертизы не приведет какому-либо другому результату, поскольку дополнительные доказательства относительно состояния техники в материалах дела отсутствуют.

Постановку перед экспертом вопроса о размере затрат на восстановление техники до полностью работоспособного состояния суд первой инстанции верно посчитал необоснованным, поскольку, как указано выше, отчужденная в пользу ответчика техника не являлась новой, эксплуатировалась от 8 до 17 лет. В рамках указанного истцом дела № А53-8280/20 по спору между теми же сторонами в представленном истцом заключении эксперта от 01.12.2020 № 129/2020 на страницах 9-12 описано состояние техники и при проведении оценки экспертом принято допущение о том, что техническое состояние каждого объекта оценки, установленное в процессе осмотра, соответствует техническому состоянию оцениваемых объектов на 28.08.2019 и возражений истцом в данной части не заявлялось.

Поскольку в заключении судебной экспертизы, принятом судом в качестве надлежащего доказательств по делу, содержится вывод о том, что стоимость восстановительного ремонта (включая стоимость запчастей, расходных материалов, услуг по ремонту), необходимого по состоянию на июль 2021 года, для приведения к состоянию, указанном в заключении эксперта от 01.12.2020 № 129/2020 на страницах 9-12 специализированной техники определить не представляется возможным, суд первой инстанции правомерно и обосновано пришел к выводу о недоказанности причинения ответчиком ФИО4 убытков истцу в данной части рассматриваемых требований.

Таким образом, в удовлетворении иска о взыскании с ФИО4 убытков в размере 1 546 000 руб., на которые подлежат начислению проценты в размере 288 930,38 руб., суд первой инстанции отказал верно.

Истцом заявлены требования о взыскании с ФИО4 неосновательного обогащения в размере 33 190 000 руб., процентов в размере 4 479 676,40 руб. ввиду использования указанный выше техники в период с 28.08.2019 по 18.06.2021 и 25.06.2021.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

По этим же основаниям истец просит суд взыскать с ФИО5 убытки, вызванные невозможностью пользоваться указанной техникой, в размере 1 803 000 руб.

Как указано выше, в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации). Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению. Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное. Если лицо несет ответственность за нарушение обязательства или за причинение вреда независимо от вины, то на него возлагается бремя доказывания обстоятельств, являющихся основанием для освобождения от такой ответственности (например, пункт 3 статьи 401, пункт 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В целях определения стоимости аренды специализированной техники судом первой инстанции по ходатайству истца и ответчика назначена оценочная экспертиза, проведение которой поручено экспертам ООО «Многофункциональный Центр Экспертиз» ФИО6 и ФИО7

В данной части суд поставил перед экспертами следующий вопрос: определить стоимость аренды специализированной техники, исходя из ее технического состояния, указанного в заключении эксперта от 01.12.2020 № 129/2020 на страницах 9-12, с разбивкой помесячно:

- комбайн зерноуборочный марки СК-5М1 «Нива» 2002 года выпуска за период с 28.08.2019 по 18.06.2021,

- трактор марки ДТ-75Д, 2000 года выпуска, Тракторный прицеп, марка 2ПТС-4 887Б, 1991 года выпуска, Трактор марки БЕЛАРУС-1523, 2012 года выпуска, Трактор марки БЕЛАРУС-82.1, 2008 года выпуска за период с 28.08.2019 по 25.06.2021.

Суд первой инстанции указал, что при ответе на данный вопрос эксперту в рамках сравнительного подхода следует использовать либо объекты-аналоги в сходном техническом состоянии, указанном в заключении эксперта от 01.12.2020 № 129/2020 на страницах 9-12, либо из возможной арендной платы в отношении работоспособной техники исключить сумму затрат на приведение техники в состояние объектов-аналогов, необходимое для нормальной эксплуатации техники при сравнимых обстоятельствах.

На основании проведенных исследований эксперт представил заключение № 013- 23-01 от 26.05.2023.

По второму вопросу экспертом ФИО7 определена стоимость аренды специализированной техники, исходя из ее технического состояния, указанного в заключении эксперта, с разбивкой помесячно:

- комбайн зерноуборочный марки CK-5M1 «Нива», 2002 года выпуска за период с 28.08.2019 по 18.06.2021 составляет 80 803,70 руб.,

- трактор марки ДТ-75Д, 2000 года выпуска, за период с 28.08.2019 по 25.06.2021 составляет 22 816,56 руб.,

- тракторный прицеп, марка 2ПТС-4 887Б, 1991 года выпуска, за период с 28.08.2019 по 25.06.2021составляет 5368,60 руб., - трактор марки БЕЛАРУС-1523, 2012 года выпуска, за период с 28.08.2019 по 25.06.2021 составляет 204 825,94 руб.,

- трактор марки БЕЛЛРУС-82.1, 2008 года выпуска за период с 28.08.2019 по 25.06.2021 составляет 113 747,26 руб.

Эксперт указал, что подобрать предложения на продажу движимого имущества в сопоставимом состоянии не представляется возможным, так как, как правило, предлагаются к продаже ТС, СМ в работоспособном хорошем состоянии. Ввиду данного фактора использованная в расчетах стоимость предложенных аналогичных объектов корректируется на состояние с учетом имеющихся дефектов. В рамках данной экспертизы применена «корректировка на износ», которая учитывает состояние объектов исследования и аналогов. Информация об износе объектов исследования принята на основании заключения эксперта от 01.12.2020 №129/2020 на страницах 9-12.

Не согласившись в заключением эксперта в данной части, истец указал, что экспертом не применен метод сравнения стоимости арендной платы оцениваемого имущества со стоимостью арендной платы в отношении объектов – аналогов, выводы эксперта о величине арендной платы являются заниженными.

Апелляционная жалоба содержит аналогичные доводы.

Однако, как указано выше, судом в ходе судебного заседания опрошены эксперты, принимавшие участие в проведении судебной экспертизы - ФИО6 и ФИО7

Проводивший исследование в данной части эксперт ФИО7 пояснил, что при проведении исследования учитывался длительный характер пользования техники, включающей том числе периоды простоя. Согласно пояснениям эксперта объявления о посуточной аренде техники не могут быть использованы для проведения оценки, поскольку предполагают затраты собственника на простой техники в другие периоды и обеспечение техники экипажем.

В соответствии со статьей 7 Федерального закона «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» от 31.05.2001 № 73-ФЗ (далее - Федеральный закон № 73-ФЗ) эксперт дает заключение, основываясь на результатах проведенных исследований в соответствии со своими специальными знаниями.

Статьей 8 Федерального закона № 73-ФЗ предусмотрено, что эксперт проводит исследования объективно, на строго научной и практической основе, в пределах соответствующей специальности, всесторонне и в полном объеме. Заключение эксперта должно основываться на положениях, дающих возможность проверить обоснованность и достоверность сделанных выводов на базе общепринятых научных и практических данных.

Исследовав представленные в материалы дела доказательства, суд первой инстанции пришел к выводу, что эксперт на момент составления заключения обладал необходимыми специальными знаниями в соответствии с требованиями действующего законодательства, выполнили заключение, основываясь на результатах проведенных исследований в соответствии со своими специальными знаниями, на научной и практической основе, в пределах соответствующей специальности, всесторонне и в полном объеме.

Выводимый из смысла части 2 статьи 7 Федерального закона № 73-ФЗ принцип независимости эксперта как субъекта процессуальных правоотношений обусловливает самостоятельность эксперта в выборе методов проведения экспертного исследования; при этом свобода эксперта в выборе методов экспертного исследования ограничена требованием законности, а избранные им методы должны отвечать требованию допустимости судебных доказательств.

Эксперт, проводящий исследование по своему усмотрению использовал нормативную и специальную литературу. При проведении судебной экспертизы эксперт профессионально самостоятельны и процессуально независим (ст. 7 Федерального закона № 73-ФЗ), эксперты самостоятельно выбирает методы и средства исследования. Никто, включая стороны, суд и руководителя экспертного учреждения, не вправе давать экспертам указания, предрешающие содержание экспертных выводов.

Суд апелляционной инстанции, повторно исследовав экспертное заключение (в части второго вопроса), считает, что выводы эксперта являются полными и обоснованными, соответственно, экспертное заключение обладает признаками относимости и допустимости доказательств (статьи 67, 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) и правомерно принято судом первой инстанции.

Заключение составлено экспертом, имеющим необходимые специальные познания, предупрежденным об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по статьи 307 Уголовного кодекса Российской Федерации, а потому не доверять выводам, содержащимся в экспертном заключении, у суда оснований не имеется.

Судебный эксперт ФИО7 ответил на поставленный судом вопрос, указанный в определении Арбитражного суда Ростовской области от 14.04.2023, при производстве судебной экспертизы эксперт использовал только данные документов, которые содержатся в материалах дела и были направлены эксперту судом.

С учетом изложенного суд первой инстанции обосновано пришел к выводу о том, что исследование, результаты которого изложены в заключении, выполненного судебным экспертом ООО «Многофункциональный Центр Экспертиз» ФИО7 по второму вопросу является полным, всесторонним и объективным, соответствует требованиям процессуального законодательства, содержит исчерпывающие ответы на поставленные вопросы, тщательным, проведено в пределах специальности экспертов на научной и практической основе с использованием современных достижений науки и техники. Само по себе несогласие истца с выводами эксперта не свидетельствует об их необоснованности.

Заключение эксперта является исчерпывающим, выводы эксперта по второму вопросу обоснованы, не противоречивы и не вызывают сомнения в правильности.

Таким образом, заявление истца о несогласии с выводами эксперта в данной части обосновано отклонено судом первой инстанции.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции верно указал, что правовые основания для назначения по делу иной судебной экспертизы отсутствуют.

Руководствуясь приведенными нормами права и фактическими обстоятельствами дела, суд первой инстанции правомерно и обосновано пришел к выводу о том, что в рассматриваемом случае стоимость аренды специализированной техники, исходя из ее технического состояния, указанного в заключении эксперта, составила 427 562,09 руб.

Указанная сумма для ответчика ФИО4 является неосновательным обогащением за счет истца, поскольку в период с 28.08.2019 по дату возврата техники ответчик имел возможность ее использования. Фактическое использование техники ответчиком вопреки доводам последнего в данном случае правового значения не имеет.

Для ответчика ФИО5 данная сумма является убытками, причиненными обществу ввиду невозможности использования техники для нужд общества.

При рассмотрении дела суд первой инстанции верно учел разъяснения в 8 Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» удовлетворение требования о взыскании с директора убытков не зависит от того, имелась ли возможность возмещения имущественных потерь юридического лица с помощью иных способов защиты гражданских прав, например, путем применения последствий недействительности сделки, истребования имущества юридического лица из чужого незаконного владения, взыскания неосновательного обогащения, а также от того, была ли признана недействительной сделка, повлекшая причинение убытков юридическому лицу. Однако в случае, если юридическое лицо уже получило возмещение своих имущественных потерь посредством иных мер защиты, в том числе путем взыскания убытков с непосредственного причинителя вреда (например, работника или контрагента), в удовлетворении требования к директору о возмещении убытков должно быть отказано.

В силу пункта 1 статьи 322 ГК РФ солидарная обязанность (ответственность) или солидарное требование возникает, если солидарность обязанности или требования предусмотрена договором или установлена законом, в частности при неделимости предмета обязательства.

Поскольку доказательств возмещения неосновательного обогащения обществу со стороны ФИО4 на момент рассмотрения дела не представлено, суд первой инстанции верно посчитал обоснованной позицию сторон о наличии оснований для солидарного взыскания задолженности с ответчиков в силу закона. Данный подход соответствует интересам обеих сторон, поскольку обеспечивает возмещение обществу как неосновательного обогащения, так и убытков и предотвращает возможность двойного взыскания одной и той же суммы с обоих ответчиков.

На основании вышеизложенного суд первой инстанции обосновано сделал вывод о наличии оснований для солидарного взыскания с ответчиков в пользу общества задолженности в сумме 427 562,09 руб. и отказал в удовлетворении остальной части требований.

Истец предъявил требования к ФИО4 о взыскании неосновательного обогащения в сумме 5 648 750 руб. за период с 26.07.2019 по 18.02.2021 ввиду использования права аренды земельного участка, уступленного по договору от 26.07.2019, заключенному между обществом с ограниченной ответственностью «Крестьянское хозяйство «Василий» и ФИО4, а также процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 664 586,61 руб.

К ФИО5 истцом предъявлены требования о взыскании убытков в размере 5 750 000 руб. ввиду того, что ООО «КХ «Василий» было лишено возможности пользоваться указанным участком.

В целях определения стоимости аренды земельного участка судом по ходатайству истца и ответчика назначена оценочная экспертиза, проведение которой поручено экспертам ООО «Многофункциональный Центр Экспертиз» ФИО6 и ФИО7, перед экспертом в данной части поставлен вопрос: определить стоимость аренды земельного участка из земель сельскохозяйственного назначения фонда перераспределения с кадастровым номером 61:19:60 00 03:0414 за период с 26.07.2019 по 18.02.2021 с разбивкой помесячно.

На основании проведенных исследований представлено заключение № 013- 23-01 от 26.05.2023, согласно которому стоимость аренды земельного участка из земель сельскохозяйственного назначения фонда перераспределения с кадастровым номером 61:19:600003:0414 за период с 26.07.2019 по 18.01.2021 с разбивкой помесячно, что составило в общей сумме 353 555,41 руб.

Эксперт указал, что для расчета рыночной стоимости объекта исследования выбраны объекты №1-4, представленные в экспертном заключении в таблице (т. 4, л.д. 139) в силу следующих причин: аналоги №1-4 находятся в сопоставимых с объектом исследования районах. Расположение объектов относительно транспортных магистралей, объемов инфраструктуры сопоставимо с объектом исследования. Все объекты сравнения относятся к землям сельскохозяйственного назначения.

Не согласившись в заключением эксперта в данной части, истец указал, что экспертом не применен метод сравнения стоимости арендной платы оцениваемого имущества со стоимостью арендной платы в отношении объектов – аналогов, выводы эксперта о величине арендной платы являются заниженными.

Аналогичные доводы содержит апелляционная жалоба.

Однако, как указано выше, судом в ходе судебного заседания опрошены эксперты, принимавшие участие в проведении судебной экспертизы - ФИО6 и ФИО7

Проводивший исследование в данной части эксперт ФИО7 пояснил, что при проведении исследования он учитывал длительный характер пользования земельного участка, включающий в том числе периоды, когда земельный участок не эксплуатируется. Согласно пояснениям эксперта аналоги аренды в указанный в поставленном судом вопросе период не выявлены, что обусловило специфику примененного в исследовании метода.

В соответствии со статьей 7 Федерального закона «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» от 31.05.2001 № 73-ФЗ (далее - Федеральный закон № 73-ФЗ) эксперт дает заключение, основываясь на результатах проведенных исследований в соответствии со своими специальными знаниями.

Статьей 8 Федерального закона № 73-ФЗ предусмотрено, что эксперт проводит исследования объективно, на строго научной и практической основе, в пределах соответствующей специальности, всесторонне и в полном объеме. Заключение эксперта должно основываться на положениях, дающих возможность проверить обоснованность и достоверность сделанных выводов на базе общепринятых научных и практических данных.

Исследовав представленные в материалы дела доказательства, суд первой инстанции пришел к выводу, что эксперт на момент составления заключения обладал необходимыми специальными знаниями в соответствии с требованиями действующего законодательства, выполнили заключение, основываясь на результатах проведенных исследований в соответствии со своими специальными знаниями, на научной и практической основе, в пределах соответствующей специальности, всесторонне и в полном объеме.

Выводимый из смысла части 2 статьи 7 Федерального закона № 73-ФЗ принцип независимости эксперта как субъекта процессуальных правоотношений обусловливает самостоятельность эксперта в выборе методов проведения экспертного исследования; при этом свобода эксперта в выборе методов экспертного исследования ограничена требованием законности, а избранные им методы должны отвечать требованию допустимости судебных доказательств.

Эксперт, проводящий исследование по своему усмотрению использовал нормативную и специальную литературу. При проведении судебной экспертизы эксперт профессионально самостоятельны и процессуально независим (ст. 7 Федерального закона № 73-ФЗ), эксперты самостоятельно выбирает методы и средства исследования. Никто, включая стороны, суд и руководителя экспертного учреждения, не вправе давать экспертам указания, предрешающие содержание экспертных выводов.

Суд апелляционной инстанции, повторно исследовав экспертное заключение (в части определения стоимости аренды земельного участка (третий вопрос)), считает, что выводы эксперта являются полными и обоснованными, соответственно, экспертное заключение обладает признаками относимости и допустимости доказательств (статьи 67, 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) и правомерно принято судом первой инстанции.

Заключение составлено экспертом, имеющим необходимые специальные познания, предупрежденным об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по статьи 307 Уголовного кодекса Российской Федерации, а потому не доверять выводам, содержащимся в экспертном заключении, у суда оснований не имеется.

Судебный эксперт ФИО7 ответил на поставленный судом вопрос, указанный в определении Арбитражного суда Ростовской области от 14.04.2023, при производстве судебной экспертизы эксперт использовал только данные документов, которые содержатся в материалах дела и были направлены эксперту судом.

С учетом изложенного суд первой инстанции обосновано пришел к выводу о том, что исследование, результаты которого изложены в заключении, выполненного судебным экспертом ООО «Многофункциональный Центр Экспертиз» ФИО7 по третьему вопросу является полным, всесторонним и объективным, соответствует требованиям процессуального законодательства, содержит исчерпывающие ответы на поставленные вопросы, тщательным, проведено в пределах специальности экспертов на научной и практической основе с использованием современных достижений науки и техники. Само по себе несогласие истца с выводами эксперта не свидетельствует об их необоснованности.

Заключение эксперта является исчерпывающим, выводы эксперта по третьему вопросу обоснованы, не противоречивы и не вызывают сомнения в правильности.

Таким образом, заявление истца о несогласии с выводами эксперта в данной части правильно отклонено судом первой инстанции.

Правовые основания для назначения по делу иной судебной экспертизы отсутствуют.

Руководствуясь приведенными нормами права и фактическими обстоятельствами дела, суд первой инстанции правомерно и обосновано пришел к выводу о том, что в рассматриваемом случае стоимость аренды земельного участка из земель сельскохозяйственного назначения фонда перераспределения с кадастровым номером 61:19:600003:0414 за период с 26.07.2019 по 18.01.2021 составила 353 555,41 руб.

При этом, суд верно посчитал обоснованным требование истца о взыскании с ответчиков соответственно неосновательного обогащения и убытков в данной части за период по 18.02.2021, то есть по дату регистрации права аренды за истцом.

Суд первой инстанции учел дату вступления решения суда по делу № А53-10197/20 в законную силу – 04.02.2021, срок направления дела в суд первой инстанции, направления копии судебного акта в регистрирующий орган и срок регистрационных действий – 5 рабочих дней с даты поступления документов.

Стоимость аренды земельного участка из земель сельскохозяйственного назначения фонда перераспределения с кадастровым номером 61:19:600003:0414 за период с 26.07.2019 по 18.02.2021 составила 375 581,33 руб.

Указанная сумма для ответчика ФИО4 является неосновательным обогащением за счет истца, поскольку в период с 26.07.2019 по 18.02.2021 ответчик имел право аренды земельного участка. Фактическое использование земельного участка ответчиком вопреки доводам последнего в данном случае правового значения не имеет.

Для ответчика ФИО5 данная сумма является убытками, причиненными обществу ввиду невозможности использования земельного участка для нужд общества.

По изложенным выше основаниям, учетом разъяснений п. 8 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» и пункта 1 статьи 322 ГК РФ, поскольку доказательств возмещения неосновательного обогащения обществу со стороны ФИО4 на момент рассмотрения дела не представлено, суд первой инстанции верно посчитал обоснованной позицию сторон о наличии оснований для солидарного взыскания задолженности с ответчиков.

На основании вышеизложенного, суд первой инстанции обосновано пришел к выводу о наличии оснований для солидарного взыскания с ответчиков в пользу общества задолженности в сумме 375581,33 руб. и отказал в удовлетворении остальной части требований.

Суд первой инстанции верно отклонил ссылку истца на заключение эксперта, выполненное в рамках расследования уголовного дела, поскольку экспертом в заключении исследован иной вопрос - стоимость урожая, а не аренды земельного участка. Кроме того, как обосновано указал представитель ответчиков в устных возражениях, доказательства принятия судом данного заключения в качестве надлежащего доказательства по уголовному делу не представлены, равно как и отсутствуют сведения о ходе расследования или рассмотрения судом данного уголовного дела.

Истец в апелляционной жалобе указывает, что суд первой инстанции неправомерно отказал в удовлетворении ходатайства об отложении судебного заседания или об объявлении перерыва в судебном заседании ввиду необходимости уточнении исковых требований.

Однако истец не учитывает, что заключение судебной экспертизы по настоящему делу выполнено 26.05.2023 и у сторон имелось достаточно времени для подготовки правовой позиции.

Определением от 17.08.2023 Арбитражный суд Ростовской области предложил истцу в срок до 31.08.2023 представить обобщенный иск с учетом объединения дел, указав суммы требований, их период, характер требований к каждому из ответчиков, представив подробные расчеты.

Согласно положениям статей 9, 65 и 70 АПК РФ судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Таким образом, с учетом длительности рассмотрения дела судом первой инстанции и приведенных выше обстоятельств у истца имелось достаточно времени для формулирования исковых требований. При таких обстоятельствах суд первой инстанции верно указал, что основания для дальнейшего отложения судебного разбирательства отсутствуют.

Кроме того, апелляционная жалоба не содержит каких-либо доводов, указывающих на то, как именно КФХ «Доверие» намеревалось уточнить исковые требования и каким образом данные уточнения могли повлиять на вынесение решения.

В соответствии со статьей 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд может отложить судебное заседание, если признает, что оно не может быть рассмотрено данном судебном заседании, в том числе при удовлетворении ходатайства стороны об отложении судебного заседания, в связи с необходимостью представления ею дополнительных доказательств. Из изложенных правовых норм следует, что суд по своему усмотрению с учетом характера и сложности дела решает вопрос о возможности рассмотрения дела по существу, либо отложении судебного разбирательства, то есть отложение дела является правом суда, а не обязанностью.

По смыслу статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации объявление перерыва в судебном заседании является правом суда.

Таким образом, отказ в удовлетворении ходатайства об отложении судебного заседания или объявления перерыва в судебном заседании сам по себе не может являться основанием для отмены судебного акта арбитражного суда соответствующей инстанции. Суд первой инстанции предлагал КФХ «Доверие» уточнить исковые требования и у КФХ «Доверие» имелось достаточно времени для их уточнения, однако КФХ «Доверие» данной возможностью не воспользовалось.

Истцом также заявлены требования о взыскании с ФИО4 процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 28.08.2019 по 24.05.2022 в размере 5 433 193,39 руб., процентов по день фактической оплаты задолженности.

В соответствии с пунктом 1 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды.

Удовлетворяя исковые требования частично, суд первой инстанции рассчитал сумму взыскиваемых с ответчика ФИО4 процентов за пользование чужими денежными средствами, с учетом определения стоимости аренды специализированной техники и стоимости аренды земельного участка из земель сельскохозяйственного назначения. Размер процентов, начисленных на сумму долга 427 562,09 руб., по состоянию на 26.09.2023 составил 104 280,64 руб., а также на сумму долга 375 581,33 руб., составил 85 814,25 руб. При расчете размера процентов суд первой инстанции исходил из признанного обоснованным размера неосновательного обогащения, методики расчета истца и начальной даты начисления процентов как первое числе месяца, следующего за месяцем пользования, поскольку в указанный период стал известен очередной период пользования, а также с учетом положений статей 191 и 193 АПК РФ.

Апелляционный суд повторно проверил расчет процентов суда первой инстанции и признает его верным.

В пункте 48 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» разъяснено, что сумма процентов, подлежащих взысканию по правилам статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяется на день вынесения решения судом исходя из периодов, имевших место до указанного дня. Проценты за пользование чужими денежными средствами по требованию истца взимаются по день уплаты этих средств кредитору. Одновременно с установлением суммы процентов, подлежащих взысканию, суд при наличии требования истца в резолютивной части решения указывает на взыскание процентов до момента фактического исполнения обязательства (пункт 3 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации). При этом день фактического исполнения обязательства, в частности уплаты задолженности кредитору, включается в период расчета процентов.

Таким образом, подлежит удовлетворению требование о взыскании пени, начисленной на сумму задолженности с 27.09.2023 по день фактической оплаты задолженности.

С учетом изложенного, требования истца подлежат частичному удовлетворению, с ответчика ФИО4 подлежат взысканию проценты за пользование чужими денежными средствами в сумме 104 280,64 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами, рассчитанные в порядке статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации в отношении задолженности в сумме 427562,09 руб. за период с 27.09.2023 по день фактической оплаты задолженности, проценты за пользование чужими денежными средствами в сумме 85 814,25 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами, рассчитанные в порядке статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации в отношении задолженности в сумме 375581,33 руб. за период с 27.09.2023 по день фактической оплаты задолженности. В удовлетворении в остальной части требований надлежит отказать.

В соответствии с пунктом 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны пропорционально удовлетворенным требованиям.

Доводы апелляционной жалобы о том, что взыскание с истца госпошлины из расчета отдельно по каждому иску является незаконным и нарушающим права КФХ «Доверие», суд апелляционной инстанции признает несостоятельными. Учитывая, что иск предъявлен к двум ответчикам, основания исковых требований к каждому ответчику различны, соответственно, госпошлина должна быть оплачена исходя из цены иска, определенной по каждому самостоятельному требованию к каждому ответчику в отдельности.

Апелляционный суд повторно проверил правильность арифметики распределения государственной пошлины судом первой инстанции, а также распределение расходов по оплате судебной экспертизы и признает их верными.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, в своей совокупности не опровергают выводы суда первой инстанции, а лишь выражают несогласие с ними, не подтверждены отвечающими требованиям главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами, основаны на ином толковании правовых норм, направлены на переоценку выводов суда первой инстанции, сделанных при правильном применении норм материального права, и не могут быть признаны основанием к отмене или изменению решения.

С учетом изложенного решение суда является правильным, нарушений норм материального и процессуального права не допущено, имеющимся в деле доказательствам дана надлежащая правовая оценка. Оснований для удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта на основании части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом апелляционной инстанции не установлено.

Исходя из установленных фактов и сделанных выводов, Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены или изменения обжалуемого решения.

Расходы по уплате государственной пошлины за обращение с апелляционной жалобой относятся на заявителя жалобы в порядке, установленном статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

С учетом изложенного, руководствуясь статьями 258, 269 – 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Ростовской области от 02.10.2023 по делу № А53-24796/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу оставить без удовлетворения.

Возвратить крестьянско-фермерскому хозяйству «Доверие» (ОГРН <***>, ИНН <***>) с депозитного счета Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда денежные средства в размере 90 000 руб., внесенные в счёт оплаты судебной экспертизы по платежному поручению № 123 от 26.10.2023, после представления заявления с банковскими реквизитами для перечисления денежных средств.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в порядке, определенном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

Председательствующий П.В. Шапкин


Судьи Ю.И. Баранова


ФИО8