Постановление от 29 января 2020 г. по делу № А32-12456/2018

ПЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А32-12456/2018
город Ростов-на-Дону
29 января 2020 года
15АП-23505/2019


Резолютивная часть постановления объявлена 22 января 2020 года.

Полный текст постановления изготовлен 29 января 2020 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Шимбаревой Н.В.,

судей Стрекачёва А.Н., Сурмаляна Г.А.,

при ведении протокола судебного заседания ФИО1,

при участии:

от ФИО2: представитель ФИО3 по доверенности от 21.02.2019;

от ПАО «Транскапиталбанк»: представитель ФИО4 по доверенности от 13.08.2019

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2

на определение Арбитражного суда Краснодарского края

от 06.12.2019 по делу № А32-12456/2018

по заявлению ФИО2

к ФИО6, ПАО «Транскапиталбанк»

о признании права собственности,

по заявлению ПАО «Транскапиталбанк»

к ФИО6, Акопян Елене Васильевне

о признании сделки должника недействительной и (или) применении последствий недействительности ничтожной сделки,

в рамках дела о настоятельности (банкротстве) ФИО6 (ИНН <***>, СНИЛС <***>),

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО6 (далее – должник), ФИО2 обратилась в Арбитражный суд Краснодарского края с заявлением о признании за ней право собственности на объект недвижимости: квартиру № 11, кадастровый номер 23:38:0103002:2941, назначение жилое, общей площадью 59,5 кв.м., этаж 1 дома расположенную в многоквартирном жилом доме по адресу: Российская, Федерация, <...> (далее - квартира № 11); признании обременения в виде ипотеки в пользу Банка по договору об ипотеке №/ДИ/2 от 13.03.2014 года, дата регистрации: 30.11.2015 года, номер регистрации: 2323/037-23-23-37/001/2014-142/12 в отношении квартиры № 11 отсутствующим; признании недействительным дополнительного соглашения от 28.12.2015 года № 7 к договору об ипотеке №/ДИ/2 от 13.03.2014 года, заключенного между Банком и должником в части квартиры 11; обязании Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Краснодарскому краю (Межмуниципальный отдел по городу Армавиру и Новокубанскому району, адрес: 352900. <...>) зарегистрировать за ФИО2 право собственности на квартиру № 11, прекратив обременение в виде залога по договору об ипотеке №/ДИ/2 от 13.03.2014 года, регистрационная запись № 23-23/037-23-37/001/2014-142 от 30.11.2015 года (с учетом уточнений в порядке статьи 49 АПК РФ).

Также в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) должника ПАО «Транскапиталбанк» обратилось в Арбитражный суд Краснодарского края с заявлением о признании недействительным договора купли-продажи от 23.06.2017 года, заключенного между должником и ФИО2.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 07.10.2019 года указанное заявление ПАО «Транскапиталбанк» было принято к производству и на основании части 2.1 статьи 130 АПК РФ объединено в одно производство с заявлением ФИО2 о признании права собственности и признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки, рассмотрение заявления начато сначала.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 06.12.2019 заявление ПАО «Транскапиталбанк» о признании недействительным договора купли-продажи удовлетворено. Признан недействительным договор купли-продажи от 23.06.2017 года, заключенный между ФИО6 и ФИО2. Применены последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу ФИО6 квартиры № 11, расположенной по адресу: <...>

В удовлетворении заявления ФИО2 о признании права собственности и признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки отказано.

Определение мотивировано тем, что договор купли-продажи заключен в отсутствие согласия залогодержателя, в связи с чем, право собственности за ФИО2 не может быть признано.

ФИО2 обжаловала определение суда первой инстанции в порядке, предусмотренном гл. 34 АПК РФ, и просила определение отменить.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что должник утратил право собственности на первоначальный предмет залога, приняв решение о регистрации его самостоятельных частей, в связи с чем право залога у банка утрачено. В отсутствие залога банка необходимость получения согласия банка на заключение договора купли-продажи отсутствовала, что свидетельствует о действительности договора купли-продажи.

Законность и обоснованность принятого судебного акта проверяется Пятнадцатым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, выслушав представителей участвующих в деле лиц, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, ПАО «Транскапиталбанк» обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании индивидуального предпринимателя ФИО6 несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 21.09.2018 года требования кредитора признаны обоснованными, в отношении должника введена процедура банкротства - реструктуризация долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО7.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 06.03.2019 года при рассмотрении дела о признании должника несостоятельным (банкротом) применены правила параграфа 7 главы IX Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве).

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 19.03.2019 года должник был признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утвержден ФИО7.

21.02.2019 в Арбитражный суд Краснодарского края поступило заявление ФИО2, содержащее в себе следующие требование:

- о признании за ней право собственности на объект недвижимости: квартиру № 11, кадастровый номер 23:38:0103002:2941, назначение жилое, общей площадью 59,5 кв.м., этаж 1 дома расположенную в многоквартирном жилом доме по адресу: Российская, Федерация, <...>;

- о признании обременения в виде ипотеки в пользу Банка по договору об ипотеке №/ДИ/2 от 13.03.2014 года, дата регистрации: 30.11.2015 года, номер регистрации: 2323/037-23-23-37/001/2014-142/12 в отношении квартиры № 11 отсутствующим;

- о признании недействительным дополнительного соглашения от 28.12.2015 года № 7 к договору об ипотеке №/ДИ/2 от 13.03.2014 года, заключенного между Банком и должником в части квартиры 11;

- об обязании Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Краснодарскому краю (Межмуниципальный отдел по городу Армавиру и Новокубанскому району, адрес: 352900. <...>) зарегистрировать за ФИО2 право собственности на квартиру № 11, прекратив обременение в виде залога по договору об ипотеке №/ДИ/2 от 13.03.2014 года, регистрационная запись № 23-23/037-23-37/001/2014-142 от 30.11.2015 года

В отношении договора купли-продажи, лежащего в основе требований ФИО2 о признании за ней права собственности, 19.09.2019 в суд поступило заявление ПАО «Транскапиталбанк» о признании недействительным договора купли-продажи от 23.06.2017 года, заключенного между должником и ФИО2.

В обоснование заявленного требования банк указывает на то, что договор купли-продажи заключен в отсутствие согласия залогодержателя – банка, в связи с чем подлежит признанию недействительным на основании статьи 173.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Возражая в отношении указанного обстоятельства, ФИО2 ссылается на то, что обременение в виде ипотеки в пользу банка является отсутствующим, что подтверждается решением Армавирского городского суда Краснодарского края.

По смыслу статьи 32 Федерального закона № 127-ФЗ от 26 октября 2002 г. «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В пункте 17 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление № 63) указано, что в порядке главы Закона о банкротстве (в силу пункта 1 статьи 61.1) подлежат рассмотрению требования арбитражного управляющего о признании недействительными сделок должника как по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве (статьи 61.2 и 61.3 и иные содержащиеся в этом Законе помимо главы основания), так и по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации или законодательством о юридических лицах).

В соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве заявление, об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, при этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных настоящим Федеральным законом.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Из пункта 4 постановления № 63 следует, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из материалов дела следует, что 13.03.2014 года между банком и должником был заключен договор об открытии кредитной линии и предоставлении кредита № 007-2014/ЛВ (далее - кредитный договор), по условиям которого Банк предоставил должнику кредит в форме кредитной линии с лимитом выдачи в размере 50 000 000 рублей.

В обеспечение исполнения обязательств по кредитному договору, в числе прочего, между ФИО8 и банком был заключен договор об ипотеке № 007-2014/ДИ/2 от 13.03.2014 года, в соответствии с которым в залог Банку был передан объект незавершенный строительством (жилой дом), готовностью 56 %, и земельный участок, площадью 2 453 кв.м., расположенные по адресу: <...>.

Договор об ипотеке был надлежащим образом зарегистрирован Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Краснодарскому краю 14.03.2014 года за номером: 23-23-37/001/2014-142.

В период действия договора об ипотеке право собственности на вышеуказанное заложенное имущество по адресу: <...> с согласия банка и с сохранением обременения в виде залога в следующем порядке перешло от ФИО8 (первоначальный залогодатель) к должнику:

- 80/100 долей в праве общей долевой собственности на основании договора купли-продажи от 12.05.2014 года и договора купли-продажи от 12.05.2014 года, дата перехода права: 22.07.2014 года

- 20/100 долей в праве общей долевой собственности на основании договора купли-продажи от 12.03.2015 года, дата перехода права: 16.04.2015 года (на объект незавершенный строительством) и 21.04.2015 года (на земельный участок).

Между тем, ФИО9 полагает, что ипотека в пользу Банка прекращена в связи с гибелью предмета залога, поскольку в залоге у Банка находились земельный участок и незавершенный строительством многоквартирный дом в целом, а на данный момент из него выделены отдельные квартиры.

Однако изменение предмета залога и разделение его на части не означает его гибель и не влечет прекращение ипотеки. Указанная позиция подтверждается положением пункта 9 Обзора судебной практики Верховного суда РФ от 16.02.2017 года, Определением Верховного суда РФ от 20.09.2016 года № 18-КГ16-125, пункта 1 Информационного письма Президиума Высшего арбитражного суда РФ от 28.01.2005 года № 90, Постановлением Президиума ВАС РФ от 12.07.2011 года № 902/11 по делу № А29-1504/2010.

Пункт 1 ст. 352 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) содержит исчерпывающий перечень оснований прекращения ипотеки, среди которого отсутствует возможность прекращения ипотеки в связи с конструктивными изменениями переданного в ипотеку здания. Изменение предмета ипотеки в период действия договора об ипотеке не означает ни физической, ни юридической гибели предмета залога, которая по смыслу подпункта 3 пункта 1 статьи 352 ГК РФ влечет прекращение залога.

Согласно договора об ипотеке № 007-2014/ДИ/2 от 13.03.2014 года, в залог Банку был передан объект незавершенный строительством (жилой дом), готовностью 56 %, и земельный участок, площадью 2 453 кв.м., расположенные по адресу: <...>. Далее, здание, переданное в залог, было разделено на помещения, при этом совокупность помещений составляет целиком тот самый объект, который изначально передавался в залог как объект незавершенного строительства.

Доказательства прекращения права собственности должника на заложенное имущество и право залога ПАО «Транскапиталбанк» отсутствуют в материалах дела. Таким образом, залог рассматривается как «право на ценность предмета залога», которое должно сохраняться при различных трансформациях предмета залога (эластичность залога).

При этом, различия между фактическим состоянием имущества и документами на него (разделение объекта на помещение) не свидетельствуют о прекращении ипотеки на это недвижимое имущество.

Аналогичная правовая позиция о том, что видоизменение объекта не влечет прекращение ипотеки содержится в пункте 9 «Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2017)» утв. Президиумом Верховного Суда РФ 16.02.2017, где указано, что закон не требует для сохранения силы договора об ипотеке внесения в него изменений, касающихся описания предмета ипотеки, и регистрации этих изменений. В связи с этим независимо от момента изменения предмета ипотеки такое изменение само по себе не может служить основанием для прекращения ипотеки.

В пункте 1 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 28.01.2005 № 90 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с договором об ипотеке» также разъяснено, что если предметом ипотеки являлся объект незавершенного строительства, то по окончании его строительства ипотека сохраняет силу, ее предметом является здание, возведенное в результате завершения строительства.

Таким образом, предметом ипотеки является одна и та же недвижимость, следовательно, обременение на предмет залога по договору залога было и остается зарегистрированным надлежащим образом, формальное изменение описания предмета залога не влечет прекращение залога.

Сохранение права залога Банка не ставится в зависимость от факта заключения данного дополнительного соглашения между должником и ФИО2, т.к. в силу прямого указания закона при регистрации должником права собственности на квартиры, входящие в состав жилого дома, ранее переданного Банку в залог в качестве объекта незавершенного строительством, одновременно в ЕГРН автоматически подлежат внесению также и записи об ипотеке этих жилых помещений в пользу Банка.

С момента регистрации права собственности должника на отдельные квартиры, земельный участок, расположенный под многоквартирным жилым домом, ранее переданным в залог Банку, в силу прямого указания подпункта 4 пункта 1 статьи 36, пунктов 1, 2 статьи 37, пункта 1 статьи 38 ЖК РФ перестал существовать в качестве самостоятельного отдельного объекта гражданского оборота, поступив в общую долевую собственность собственников всех помещений в указанном многоквартирном доме.

В силу пункта 2 статьи 37 и пункта 1 статьи 38 ЖК РФ, доля в праве собственности на такой земельный участок не подлежит отдельному отчуждению и полностью следует судьбе права собственности на помещение в многоквартирном доме.

Соответственно, при залоге квартиры одновременно считается заложенной также и соответствующая доля в праве собственности на общее имущество в многоквартирном доме (включая и земельный участок), размер которой пропорционален размеру общей площади указанного жилого помещения.

При таких обстоятельствах, банк не утратил право залога в отношении объектов, расположенных по адресу: <...>.

В отношении доводов о том, что заключенный договор купли-продажи является действительным и ФИО2 имеет право на признание за ней права собственности суд апелляционной инстанции исходит из следующего:

05.09.2014 года между ФИО2 и должником был составлен договор участия в строительстве многоквартирного дома, по условиям которого должник обязался в предусмотренный договором срок своими силами и (или) с привлечением других лиц построить (создать) многоквартирный дом и после получения разрешения на ввод его в эксплуатацию передать объект долевого строительства заявителю, а заявитель, выступая участником строительства обязался уплатить обусловленную цену договора, указанную в п. 3.2 договора и принять объект долевого строительства при наличии разрешения на ввод в эксплуатацию многоквартирного дома.

Объектом строительства по договору от 05.09.2014 года выступало жилое помещение, имеющее следующее предварительное описание: будущие номер помещения: 11, проектируемая площадь: 59,5 кв.м., этаж: 1, адрес: <...>.

Согласно пункту 3.2. договора участия в строительстве многоквартирного дома от 05.09.2014 года, цена договора составляет 1 550 000 рублей, переданных при подписании настоящего договора.

В силу пункта 1 статьи 1 Федерального закона «Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации» (далее - Закон о долевом участии в строительстве), отношения, связанные с привлечением денежных средств граждан и юридических лиц для долевого строительства многоквартирных домов и возникновением у участников долевого строительства права собственности на объекты долевого строительства и права общей долевой собственности на общее имущество в многоквартирном доме, регулируются положениями Закона о долевом участии в строительстве.

Согласно пункту 2 статьи 27 Закона о долевом участии в строительстве, действие названного Закона распространяется на отношения, связанные с привлечением денежных средств участников долевого строительства для строительства (создания) многоквартирных домов, разрешения на строительство которых получены после вступления в силу этого Закона.

В соответствии с пунктом 3 статьи 4 Закона о долевом участии в строительстве (в редакции, действовавшей на момент подписания договора между заявителем и должником), договор участия в долевом строительстве заключается в письменной форме, подлежит государственной регистрации и считается заключенным с момента такой регистрации, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом.

Между тем договор от 05.09.2014 года между должником и заявителем был совершен не по правилам Закона об участии в долевом строительстве, процедуру обязательной государственной регистрации он не прошел.

В силу пункта 1 статьи 164 ГК РФ, в случаях, если законом предусмотрена государственная регистрация сделок, правовые последствия сделки наступают после ее регистрации.

Согласно пункту 3 статьи 433 ГК РФ (в редакции, действующей до 01.06.2015 года), договор, подлежащий государственной регистрации, считается заключенным с момента его регистрации, если иное не установлено законом.

Решением Армавирского городского суда Краснодарского края от 08.07.2015 года по делу № 2-2037/2015 и определением Армавирского городского суда Краснодарского края от 13.11.2015 года за должником было признано право собственности на отдельные квартиры, расположенные в оконченном строительством многоквартирном жилом доме, по адресу: <...>.

30.11.2015 года Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Краснодарскому краю произведена государственная регистрация права собственности должника на спорную квартиру № 11, а также произведена регистрация ипотеки в пользу Банка (запись № 23-23/037-23-23-37/001/2014-142/12).

23.06.2017 года между должником и заявителем был заключен договор купли-продажи, в соответствии с которым, должник обязался передать в собственность ФИО2 квартиру № 11, расположенную по адресу: <...>.

В соответствии с пунктом 5.1 договора от 23.06.2017 года, заявитель внес денежные средства в размере 1 550 000 рублей при подписании настоящего договора.

В связи с тем, что обязанности по оплате жилого помещения были исполнены заявителем в полном объеме, жилое помещение было передано во владение ФИО2, однако регистрация перехода права собственности в пользу заявителя осуществлена не была, ФИО2 в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) должника обратилась в суд с заявлением о признании за ней права собственности на квартиру № 11 по адресу: <...>, признании недействительной и прекращении ипотеки в пользу Банка.

При этом согласно пункту 1 статьи 37 Федерального закона «Об ипотеке (залоге недвижимости)» (далее - Закон об ипотеке) предусмотрено, что имущество, заложенное по договору об ипотеке, может быть отчуждено залогодателем другому лицу путем продажи, дарения, обмена, внесения его в качестве вклада в имущество хозяйственного товарищества или общества либо паевого взноса в имущество производственного кооператива или иным способом лишь с согласия залогодержателя, если иное не предусмотрено договором об ипотеке.

В силу пункта 1.5. договора об ипотеке устанавливается, что отчуждение предмета ипотеки допускается только на основании предварительного письменного разрешения Банка.

В свою очередь, Банк своего согласия должнику на заключение с ФИО2 договора участия в строительстве многоквартирного дома от 05.09.2014 года и договора купли-продажи от 23.06.2017 года не предоставлял и о факте подписания указанных договоров не уведомлялся.

Согласно абзацу второму пункта 23 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.02.2011 года № 10 «О некоторых вопросах применения законодательства о залоге» в силу прямого указания закона (статья 39, пункт 3 статьи 43 Закона об ипотеке) отдельные сделки с заложенным недвижимым имуществом, совершенные без согласия залогодержателя, могут быть признаны недействительными по иску залогодержателя.

В соответствии со статьей 39 Закона об ипотеке, при отчуждении имущества, заложенного по договору об ипотеке, с нарушением правил пунктов 1 и 2 статьи 37 настоящего Закона залогодержатель вправе по своему выбору потребовать: признания сделки об отчуждении заложенного имущества недействительной и применении последствий, предусмотренных статьей 167 Гражданского кодекса Российской Федерации; досрочного исполнения обеспеченного ипотекой обязательства и обращения взыскания на заложенное имущество независимо от того, кому оно принадлежит.

В соответствии с пунктом 1 статьи 173.1 ГК РФ сделка, совершенная без согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления, необходимость получения которого предусмотрена законом, является оспоримой, если из закона не следует, что она ничтожна или не влечет правовых последствий для лица, управомоченного давать согласие, при отсутствии такого согласия. Она может быть признана недействительной по иску такого лица или иных лиц, указанных в законе. Законом или в предусмотренных им случаях соглашением с лицом, согласие которого необходимо на совершение сделки, могут быть установлены иные последствия отсутствия необходимого согласия на совершение сделки, чем ее недействительность.

Согласно пункту 2 статьи 173.1 ГК РФ, поскольку законом не установлено иное, оспоримая сделка, совершенная без необходимого в силу закона согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления, может быть признана недействительной, если доказано, что другая сторона сделки знала или должна была знать об отсутствии на момент совершения сделки необходимого согласия такого лица или такого органа.

При таких обстоятельствах, отчуждение имущества, находящегося в залоге, без согласия залогодержателя противоречит нормам права и не может признаваться действительным, в связи с чем заявление Банка о признании договора купли-продажи от 23.06.2017 года недействительной сделкой обоснованно удовлетворено судом первой инстанции.

Поскольку договор купли-продажи признан недействительным, основанные на нем требования ФИО2 также не подлежат удовлетворению.

Более того, согласно пункту 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В соответствии с пунктом 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Таким образом, признание сделки недействительной влечет применение последствий ее недействительности в виде восстановления положения сторон сделки, в котором они находились до ее совершения.

В качестве последствий недействительности договора купли-продажи от 23.06.2017 переданное жилое помещение - квартира № 11, расположенная по адресу: <...>, подлежит возврату в конкурсную массу должника.

Суд первой инстанции правильно указал, что признание недействительным договора купли-продажи не влияет на права Акопян по заявлению ею в рамках дела о банкротстве требований участника строительства, основанных на факте представления должнику денежных средств на основании ранее заключенного договора.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены определения Арбитражного суда Краснодарского края от 06.12.2019 по делу № А32-12456/2018.

Суд первой инстанции выполнил требования статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, полно, всесторонне исследовал и оценил представленные в деле доказательства и принял законный и обоснованный судебный акт.

Нарушений процессуальных норм, влекущих отмену оспариваемого акта (ч. 4 ст. 270 АПК РФ), судом апелляционной инстанции не установлено, основания для удовлетворения жалобы отсутствуют.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 258, 269 – 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Краснодарского края от 06.12.2019 по делу № А32-12456/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В соответствии с частью 5 статьи 271, частью 1 статьи 266 и частью 2 статьи 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в месячный срок в порядке, определенном статьей 188 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.

Председательствующий Н.В. Шимбарева


Судьи А.Н. Стрекачёв


Г.А. Сурмалян