Постановление от 10 января 2023 г. по делу № А58-2256/2018

ЧЕТВЕРТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Ленина, 145, г. Чита, 672007, http://4aas.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

дело № А58-2256/2018
г. Чита
10 января 2023 года
Резолютивная часть постановления объявлена 27 декабря 2022 года

Полный текст постановления изготовлен 10 января 2023 года


Четвертый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Гречаниченко А.В.,

судей Антоновой О.П., Луценко О.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда апелляционную жалобы ФИО5 на решение Арбитражного суда Республики Саха (Якутия) от 5 августа 2022 года по делу № А58-2256/2018

по исковому заявлению ФИО2, ФИО3 к обществу с ограниченной ответственностью «Киренский речной порт» (ОГРН: <***> ИНН: <***>), ФИО5 о признании недействительным договора № 03/04-17 ДА от 03.04.2017, применении последствий недействительности сделки,

при участии в деле третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне ответчика – ФИО4,

при участии:

от ФИО5 – ФИО6, представитель по доверенности от 05.08.2022г.

от ФИО3: ФИО7, представитель по доверенности от 22.12.2022 г.

иные лица, участвующие в деле, в судебном заседании отсутствуют, уведомлены,

установил:

ФИО2 обратился в Арбитражный суд Республики Саха (Якутия) с исковым заявлением к Обществу с ограниченной ответственностью "Киренский речной порт", ФИО5 о признании недействительным договора № 03/04-17 ДА от 03.04.2017 и применении последствий недействительности сделки.

Определением суда от 22.06.2018 ФИО3 привлечена в дело в качестве соистца.

Определением суда от 22.01.2019 в дело в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, на стороне ответчика привлечена ФИО4.

Решением Арбитражного суда Республики Саха (Якутия) от 08 октября 2019 года, оставленным без изменения постановлением Четвертого арбитражного апелляционного суда от 17 февраля 2020 года, в удовлетворении исковых требований отказано.

Постановлением Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 18 августа 2020 года решение Арбитражного суда Республики Саха (Якутия) от 08 октября 2019 года по делу № А58-2256/2018, постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 17 февраля 2020 года по тому же делу отменены с направлением дела на новое рассмотрение в Арбитражный суд Республики Саха (Якутия).

10.04.2020 в арбитражный суд поступило заявление ФИО5 от 30.03.2020 о взыскании судебных расходов в размере 564 669 руб. 04 коп.

Решением Арбитражного суда Республики Саха (Якутия) от 5 августа 2022 года исковые требования ФИО3 удовлетворены. Договор дарения № 03/04-17 ДА от 03.04.2017, заключенный между ФИО5 и обществом с ограниченной ответственностью "Киренский речной порт" признан недействительным, применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО5 в пользу общества с ограниченной ответственностью "Киренский речной порт" 3 428 074 руб. 34 коп.

В удовлетворении исковых требований ФИО2 отказано. С ФИО5 в пользу ФИО2 взысканы расходы по оплате государственной пошлины 3 000 руб., с ООО "Киренский речной порт" в пользу ФИО2 взысканы расходы по оплате государственной пошлины 3 000 руб.

С ФИО5 в пользу ФИО3 взысканы расходы на оплату государственной пошлины за обжалование решения суда первой инстанции в апелляционной и кассационной инстанциях 3 000 руб.

С ООО "Киренский речной порт" в пользу ФИО3 взысканы расходы на оплату государственной пошлины за обжалования решения суда первой инстанции в апелляционной и кассационной инстанциях 3 000 руб. В удовлетворении заявления ФИО5 о взыскании судебных расходов в сумме 564 669 руб. 04 коп. отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом по делу, ФИО5 обратился с апелляционной жалобой, ссылая на необоснованность привлечения к участию в деле ФИО3 и на неоплату ею госпошлины; на нарушение процессуального порядка оспаривания сделок (полагает, что истцом не может быть участник общества); на одобрение ФИО8 оспариваемой сделки, который и несет ответственность за совершение сделок; на необходимость считать датой начала срока исковой давности день передачи полномочий единственного исполнительного органа - 05.04.2017; на отсутствие доказательств наступления неблагоприятных последствий для общества.

В судебном заседании представитель ФИО5 – ФИО6, поддержал доводы апелляционной жалобы, просил обжалуемый судебный акт отменить, принять новый судебный акт. Представитель ФИО3 - ФИО7 возражал относительно доводов апелляционной жалобы.

В судебное заседание в Четвертый арбитражный апелляционный суд иные лица, участвующие в деле, не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом. Кроме того, они извещались о судебных заседаниях по данному делу судом первой инстанции, соответственно, были осведомлены о начавшемся процессе.

Руководствуясь частью 3 статьи 156, статьей 123, частью 6 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие надлежащим образом извещенных лиц, участвующих в деле.

Определением председателя третьего судебного состава Четвертого арбитражного апелляционного суда от 26.12.2022 в составе суда, рассматривающего настоящее дело, произведена замена судьи Кайдаш Н.И. на судью Антонову О.П.

Дело рассмотрено в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, предусматривающей пределы и полномочия апелляционной инстанции.

Рассмотрев доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела и проверив соблюдение судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, между обществом с ограниченной ответственностью "Терминал ВЛРП" (даритель) и гражданином ФИО5 (одаряемый) был подписан договор N 03/04-17 ДА от 03.04.2017, по условиям которого даритель безвозмездно передал одаряемому следующее имущество: автомашина LEXUS GX 460; паспорт ТС: 25 УР 302626 5;VIN: <***>; N ДВИГАТЕЛЯ: 1 UR 0643873; N шасси (рамы): JTJJMFX505158327; тип ТС: легковой Год выпуска: 2016.

Актом приема-передачи имущества от 03.04.2017 даритель передал, а одаряемый принял в собственность имущество, являющееся предметом договора N 03/04-17 ДА от 03.04.2017.

ФИО5 являлся генеральным директором ООО "Терминал ВЛРП" с 14.04.2015 по 05.04.2017, что подтверждается приказом о назначении генерального директора от 14.04.2015 и листом записи ЕГРЮЛ от 05.04.2017.

27.10.2017 решением единственного участника "Терминал ВЛРП" N 12 изменено наименование общества с ограниченной ответственностью "Терминал ВЛРП" на общество с ограниченной ответственностью "Киренский речной порт".

В ходе рассмотрения дела судом также установлено, что в настоящий момент ФИО8 не является участником общества в связи с отчуждением принадлежащей ему доли в размере 100 процентов в уставном капитале ООО "Терминал ВЛРП" по договору купли-продажи от 06.10.2017 N 38АА2428842-2428845 ФИО8

В последующем ФИО8 по договору дарения доли в уставном капитале 38АА2570324 от 04.04.2018 безвозмездно передал в собственность ФИО3 долю в уставном капитале общества.

Исковые требования ФИО8 и ФИО3 мотивированы тем, что договор дарения N 03/04-17 ДА от 03.04.2017 является сделкой с заинтересованностью, которая была совершена от имени ООО "Терминал ВЛРП" в отсутствие требуемого по закону согласия единственного участник, вопреки интересам данного общества (с причинением вреда в размере стоимости отчужденного на условиях безвозмездности транспортного средства заинтересованному лицу), не отвечает принципам добросовестности и разумности.

Возражая заявленным исковым требованиям, ответчик представил решение единственного участника ООО "Терминал ВЛРП" от 24.03.2017 N 16 об одобрении договора дарения N 03/04-17 ДА от 03.04.2017, подписанное ФИО8

Поскольку между сторонами имелся спор о принадлежности ФИО8 подписи, содержащейся в решении единственного участника от 24.03.2017 N 16, суд первой инстанции определением от 19.09.2018 назначил проведение комиссионной почерковедческой экспертизы, определением от 17.04.2019 повторной комиссионной почерковедческой экспертизы.

Согласно результатам повторной экспертизы подпись от имени ФИО8, расположенная в решении от 24.03.2017 N 6, выполнена самим ФИО8

Как разъяснено в п. 21 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 26.06.2018г. № 27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность» (далее – постановление № 27), в соответствии с пунктом 1 статьи 81 Закона об акционерных обществах и пунктом 1 статьи 45 Закона об обществах с ограниченной ответственностью лица, указанные в данных положениях закона, признаются заинтересованными в совершении обществом сделки, в том числе если они, их супруги, родители, дети, полнородные и неполнородные братья и сестры, усыновители и усыновленные и (или) подконтрольные им организации являются выгодоприобретателем в сделке либо контролирующими лицами юридического лица, являющегося выгодоприобретателем в сделке, либо занимают должности в органах управления юридического лица, являющегося выгодоприобретателем в сделке, а также должности в органах управления управляющей организации такого юридического лица.

Применяя указанные нормы, необходимо исходить из того, что выгодоприобретателем в сделке признается не являющееся стороной в сделке лицо, которое в результате ее совершения может быть освобождено от обязанностей перед обществом или третьим лицом, либо получает права по данной сделке (в частности, выгодоприобретатель по договорам страхования, доверительного управления имуществом, бенефициар по банковской гарантии, третье лицо, в пользу которого заключен договор в соответствии со статьей 430 ГК РФ), либо иным образом извлекает имущественную выгоду, например, получив статус участника опционной программы общества, либо является должником по обязательству, в обеспечение исполнения которого общество предоставляет поручительство либо имущество в залог (за исключением случаев, когда будет установлено, что договор поручительства или договор залога совершен обществом не в интересах должника или без его согласия).

Для квалификации сделки как крупной необходимо одновременное наличие у сделки на момент ее совершения двух признаков (пункт 1 статьи 78 Закона об акционерных обществах, пункт 1 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью): количественного (стоимостного): предметом сделки является имущество, в том числе права на результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации (далее - имущество), цена или балансовая стоимость (а в случае передачи имущества во временное владение и (или) пользование, заключения лицензионного договора - балансовая стоимость) которого составляет 25 и более процентов балансовой стоимости активов общества, определенной по данным его бухгалтерской (финансовой) отчетности на последнюю отчетную дату; и качественного: сделка выходит за пределы обычной хозяйственной деятельности (п. 9 постановления № 27).

Из разъяснений, изложенных в пункте 93 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", следует, что о наличии явного ущерба свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях. При этом следует исходить из того, что другая сторона должна была знать о наличии явного ущерба в том случае, если это было бы очевидно для любого участника сделки в момент ее заключения.

Суд первой инстанции указал, что в настоящий момент ФИО8 не является участником общества в связи с отчуждением принадлежащей ему доли в размере 100 процентов в уставном капитале ООО «Терминал ВЛРП» по договору купли-продажи от 06.10.2017 №38АА2428842-2428845 ФИО8, которой, в свою очередь, безвозмездно передал долю в уставном капитале общества по договору дарения доли в уставном капитале 38АА2570324 от 04.04.2018 в собственность ФИО3

Суд первой инстанции отказал в удовлетворении иска ФИО8 ввиду того, что последний на момент рассмотрения дела не является участником ООО "Киренский Речной Порт".

В указанной части апелляционная жалоба доводов не содержит и решение не обжалуется.

Суд первой инстанции, удовлетворяя требования ФИО3, оценил доводы ответчика о пропуске срока исковой давности.

В пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление N 25) разъяснено, что участник корпорации, обращающийся в установленном порядке от имени корпорации в суд с требованием о возмещении причиненных корпорации убытков (статья 53.1 Гражданского кодекса), а также об оспаривании заключенных корпорацией сделок, о применении последствий их недействительности и о применении последствий недействительности ничтожных сделок корпорации, в силу закона является ее представителем, в том числе на стадии исполнения судебного решения, а истцом по делу выступает корпорация (пункт 2 статьи 53 ГК РФ, пункт 1 статьи 65.2 ГК РФ).

Сделка, о недействительности которой заявлены исковые требования по настоящему делу, является оспоримой (статья 166 ГК РФ).

В соответствии с частью 2 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце втором пункте 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2018 N 27 "Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность", подлежащим применению к рассматриваемым правоотношениям (оспариваемая сделка заключена до 01.01.2017 (пункт 30 Постановления N 27)), срок исковой давности по искам о признании недействительной сделки, совершенной с нарушением порядка ее совершения, и о применении последствий ее недействительности, в том числе когда такие требования от имени общества предъявлены участником (акционером) или членом совета директоров (наблюдательного совета), исчисляется со дня, когда лицо, которое самостоятельно или совместно с иными лицами осуществляет полномочия единоличного исполнительного органа, узнало или должно было узнать о том, что такая сделка совершена с нарушением требований закона к порядку ее совершения, в том числе если оно непосредственно совершало данную сделку.

Исключение из указанного правила предусмотрено абзацем третьим пункта 2 Постановления N 27, согласно которому в случае если лицо, которое самостоятельно или совместно с иными лицами осуществляет полномочия единоличного исполнительного органа, находилось в сговоре с другой стороной сделки, срок исковой давности исчисляется со дня, когда о соответствующих обстоятельствах узнало или должно было узнать лицо, которое самостоятельно или совместно с иными лицами осуществляет полномочия единоличного исполнительного органа, иное, чем лицо, совершившее сделку. Лишь при отсутствии такого лица до момента предъявления участником хозяйственного общества или членом совета директоров требования срок давности исчисляется со дня, когда о названных обстоятельствах узнал или должен был узнать участник или член совета директоров, предъявивший такое требование (абзац третий пункта 2 Постановления N 27).

Таким образом, срок исковой давности может исчисляться иным образом только если был доказан сговор лица, осуществлявшего полномочия единоличного исполнительного органа в момент совершения сделки, с другой стороной сделки.

В рассматриваемом случае контрагентом по оспариваемой сделке является ФИО5, осуществлявший на момент ее совершения полномочия единоличного исполнительного органа общества, в пользу которого произведено безвозмездное отчуждение имущества общества, а оспариваемый договор заключен от имени общества его представителем ФИО9, действовавшим по доверенности от 03.04.2017 N 3 (доверенность в дело не представлена).

Согласно пояснениям ФИО8 в судебном заседании 24.11.2021, журнал выдачи и отзыва доверенностей в ООО «Киренский речной порт» и в ООО «Терминал-Центр» в тот период не велся, ведение журнала было только в электронном виде в программе 1С, где сведения о том, что такая доверенность выдавалась, отсутствуют.

Суд кассационной инстанции, отменяя судебные акты по настоящему делу, указал, что при данных обстоятельствах наличие сговора презюмируется, в связи с чем подлежит применению иной порядок исчисления срока исковой давности, для определения которого необходимо выяснить момент, когда о соответствующем сговоре узнал новый директор общества (назначенный после ФИО5). И лишь при отсутствии такого лица до момента предъявления участником хозяйственного общества требования срок давности исчисляется со дня, когда о названных обстоятельствах узнал или должен был узнать участник, предъявивший такое требование.

В подпункте 3 пункта 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.06.2018 N 27 "Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность" разъяснено, что в тех случаях, когда в соответствии с пунктом 2 настоящего постановления момент начала течения срока исковой давности определяется в зависимости от того, когда о том, что сделка совершена с нарушением требований закона к порядку ее совершения, узнал или должен был узнать участник (акционер), предъявивший требование, следует учитывать следующее: предполагается, что участник должен был узнать о совершении сделки с нарушением порядка совершения крупной сделки или сделки с заинтересованностью не позднее даты проведения годового общего собрания участников по итогам года, в котором была совершена оспариваемая сделка, за исключением случаев, когда информация о совершении сделки скрывалась от участников и (или) из предоставлявшихся участникам при проведении общего собрания материалов нельзя было сделать вывод о совершении такой сделки (например, если из бухгалтерского баланса не следовало, что изменился состав основных активов по сравнению с предыдущим годом).

Согласно подпункту 4 указанного пункта, если приведенные выше правила не могут быть применены, то считается, что участник (акционер) в любом случае должен был узнать о совершении оспариваемой сделки более года назад (пункт 2 статьи 181 ГК РФ), если он длительное время (два или более года подряд) не участвовал в общих собраниях участников (акционеров) и не запрашивал информацию о деятельности общества.

Как установлено судом и следует из материалов дела, ФИО5 вступил в должность генерального директора ООО «Терминал ВЛРП» 14.04.2015 на основании трудового договора (контракта) от 14.04.2015 № ТРМ-1/2015 (л.д.75-79, т.5), что также подтверждается выпиской из трудовой книжки (л.д.84, т.8). Дополнительным соглашением от 12.04.2016 № 1 срок действия трудового договора продлен до 14.04.2017 (л.д.80, т.5).

05.04.2017 на основании договора о передаче полномочий единоличного исполнительного органа управляющему от 05.04.2017 управляющий (ООО «Терминал-Центр») принял на себя полномочия единоличного исполнительного органа ООО «Киренский Речной Порт » (л.д.124-126, т.8).

Согласно листу записи ЕГРЮЛ 05.04.2017, по решению единственного участника Общества полномочия единоличного исполнительного органа переданы управляющей организации – ООО «Терминал Центр» в лице генерального директора ФИО8 (л.д.31-33, т.1). Начиная с 05.04.2017, действовать без доверенности от имени ООО «Киренский Речной Порт» (ранее - ООО «Терминал ВЛРП») имеет право только ООО «Терминал-Центр».

Из материалов дела следует, что 22.12.2016 ФИО8 на основании Протокола общего собрания участников ООО «Терминал-Центр» назначен генеральным директором ООО «Терминал-Центр», с ним заключен трудовой договор № 1 от 22.12.2016, таким образом, с 22.12.2016 по 18.09.2018 ФИО8 являлся лицом, имеющим право без доверенности действовать от имени ООО «Терминал-Центр».

05.04.2017 между ООО «Терминал-Центр», в лице генерального директора ФИО8 и ФИО5 заключен трудовой договор (контракт) от 05.04.2017 № 7 (л.д.77-79, т.8), по условиям которого работник принимается в Департамент управляющих на должность исполнительного директора для осуществления руководства производственно-хозяйственной деятельностью ООО «Терминал ВЛРП», в этот же день ФИО5 выдана доверенность обществом с ограниченной ответственностью «Терминал-Центр» на право исполнять обязанности исполнительного директора ООО «Терминал ВЛРП» (л.д.76-77 т.9)». Указанное также подтверждается выпиской из трудовой книжки на оборотной стороне (л.д.84, т.8).

23.11.2017 генеральным директором ООО «Терминал-Центр» - Управляющего ООО «Киренский речной порт» ФИО8 (ранее ООО «Терминал ВЛРП») выдана доверенность № ЕСН-231117 на право исполнять обязанности исполнительного директора ООО «Киренский речной порт» ФИО5

01.12.2017 также был заключен трудовой договор между ООО «Киренский Речной Порт» в лице генерального директора ООО «Терминал-Центр» - управляющего ООО «Киренский Речной Порт» ФИО8 и ФИО10 № ТР-137 со сроком действия договора до 30.11.2020 (л.д.134-136, т.8).

Решением общего собрания учредителей общества с ограниченной ответственностью «Терминал-Центр» с 18.09.2018 прекращены полномочия генерального директора общества ФИО8 и избран новый генеральный директор общества ФИО8 с 19.09.2018, что подтверждается протоколом собрания от 17.09.2018 № 5 и приказом ООО «Терминал-Центр»№ 09/2 от 19.09.2018, согласно сведениям из ЕГРЮЛ, являющимся лицом, имеющим правом без доверенности действовать от имени ООО «Терминал-ВЛРП»(л.д.11-12 т.9) начиная с 19.09.2018.

ФИО8 в судебном заседании суда первой инстанции 24.11.2021 пояснил, что изменение структуры управления в ООО «Киренский речной порт» произошло после выявления недобросовестного поведения ФИО11, данные действия были направлены на то, чтобы сохранить ФИО11 как высококвалифицированного специалиста и в то же время взять под контроль его деятельность, а также пояснил, что, будучи заместителем генерального директора ООО «Терминал Центр», обнаружил 20.12.2017 у ФИО5 доход, не соответствующий размеру его заработной платы, стал выяснять и обнаружил оспариваемую сделку, о чем незамедлительно сообщил учредителю.

Из пояснений ФИО3 от 17.01.2022 (л.д.135-137, т.9) также следует, что фактически об оспариваемой сделке генеральный директор управляющей организации ООО «Терминал-Центр» узнал 20.12.2017 г., что следует из заявления и переписки заместителя генерального директора и бухгалтера по вопросам расчета заработной платы.

Однако судом переписка заместителя генерального директора и бухгалтера по вопросам расчета заработной платы, оформленная протоколом осмотра доказательств от04.12.2021 серии 38АА № 363711 и представленная третьим лицом ООО «Терминал Центр», отклонена протокольным определением от 18.01.2022 (л.д.146-148, т.9), в связи с несоблюдением положений ст. 72, 99 АПК РФ.

В судебном заседании суда первой инстанции 29.07.2022 представитель ФИО3 на вопрос суда пояснил, что единоличный исполнительный орган общества в лице генерального директора – ФИО8 об оспариваемой сделке впервые узнал при подаче налоговой декларации по транспортному налогу 30.01.2018. В разделе 2 налоговой декларации (простая форма) указана дата регистрации спорного транспортного средства 03.02.2017 и дата прекращения 05.04.2017, которая была представлена истцом в материалы дела 09.03.2021. Полагает, что срок исковой давности следует исчислять с 30.01.2018.

С учетом установленных по делу обстоятельств, суд пришел к выводу о том, что на дату подачи ФИО3 заявления о вступлении в дело в качестве соистца срок исковой давности не истек.

Суд апелляционной инстанции соглашается с указанным выводом суда первой инстанции.

Момент начала течения срока исковой давности по требованиям о признании недействительной сделки определяется осведомленностью общества и участника общества о совершенной сделке.

Ответчик ФИО5 в дополнении на отзыв указал, что платёжным поручением от 28.04.2017 № 828 общество удержало из заработной платы ФИО5 и оплатило полный НДФЛ за приобретенное транспортное средство по спорному договору дарения.

В ходе рассмотрения дела судом первой инстанции осуществлен судебный запрос в АО «Азиатско-Тихоокеанский банк» о предоставлении сведений о владельце (сертификате электронной подписи), подписавшем распоряжение плательщика по платёжному поручению от 28.04.2017 № 828 по расчетному счету № <***>.

В ответ на судебный запрос АО «Азиатско-Тихоокеанский банк» предоставлена следующая информация:

1.Генеральному директору ООО «Терминал ВЛРП» ФИО10 03 марта 2016 года была передана смарт-карта, подтверждающая ЭЦП, предоставляющая право доступа к системе электронного документа оборота «FACTURA»;

2.Срок действия сертификата электронной подписи - с 10 марта 2016 года до 10 марта 2017 года;

В соответствии с п.1 ч.3 ст. 40 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» единоличный исполнительный орган имеет право без доверенности действовать от имени общества, в том числе представлять интересы и заключать сделки.

Исходя из положений п. 6.2.1, п. 6.2.3 Устава Общества с ограниченной ответственностью «Терминал ВЛРП», утвержденного решением №1 единственного участника ФИО12 от «11» января 2010 года, единоличным исполнительным органом, имеющим право действовать от имени Общества без доверенности и распоряжаться счетами Общества, является генеральный директор.

29 марта 2017 года единственным участником ООО «Терминал ВЛРП» ФИО2 принято решение № 3 (л.д.94, т.2):

1.Прекращение полномочий ФИО10 в качестве генерального директора ООО «Терминал ВЛРП»;

2.Передача полномочий единоличного исполнительного органа ООО «Терминал-Центр».

В соответствии с данными, представленными из ЕГРЮЛ, с 05.04.2017 от имени ООО «Киренский речной порт» (ранее - ООО «Терминал ВЛРП») без доверенности имеет право действовать только ООО «Терминал-Центр» (ОГРН: <***> ИНН: <***>).

Решение на регистрацию внесений изменений в сведения о юридическом лице, содержащие в ЕГРЮЛ, передано в Межрайонную ИФНС России № 5 по Республике Саха (Якутия) 29.03.2017.

18 апреля 2017 года единственным участником ООО «Терминал ВЛРП» ФИО2 принято решение № 8 (л.д.93, т.2) о принятии всех решений об одобрении или совершении сделок по результатам любых аукционов, тендеров, запросов котировочных цен ценовых предложений в электронном, бумажном и ином формате от имени участника возложить на исполнительного директора ООО «Терминал ВЛРП» ФИО5 (л.д.93, т.2).

На основании этого можно сделать вывод, что ФИО10 мог осуществлять распоряжение денежными средствами, проводить операции с расчётными счетами, принадлежащими ООО «Терминал ВЛРП», в связи с наделением полномочий в качестве исполнительного директора.

Уплата НДФЛ из дохода ФИО10 была произведена 28.04.2017 с расчётного счёта ООО «Терминал ВЛРП», что подтверждается платежным поручением № 828 от 28.04.2017 (л.д.119, т.7), которое подписано через систему FACTURA электронно-цифровой подписью клиента, оформленной на генерального директора ФИО10, чьи полномочия были прекращены ранее.

Довод ФИО10 относительно того что списание денежных средств с расчетного счета общества согласно платежному поручению № 828 от 28.04.2017 произведено обоснованно, и в интересах общества, в рамках полномочий, возложенных на него управляющей компанией по трудовому договору, судом правомерно отклонен как несостоятельный, так как в его действиях имелась личная заинтересованность.

Несмотря на то, что ФИО10 был информирован о том, что он больше не осуществляет полномочия генерального директора ООО «Терминал ВЛРП», он подписал указанное платёжное поручение для сокрытия факта осуществления сделки дарения автомобиля.

Согласно п. 3 ст. 14 Федерального закона РФ от 06.04.2011 №63-Ф3 «Об электронной подписи» в случае выдачи сертификата ключа проверки электронной подписи юридическому лицу в качестве владельца сертификата ключа проверки электронной подписи наряду с указанием наименования юридического лица указывается физическое лицо, действующее от имени юридического лица на основании учредительных документов юридического лица или доверенности. Допускается не указывать в качестве владельца сертификата ключа проверки электронной подписи физическое лицо, действующее от имени юридического лица, в сертификате ключа проверки электронной подписи (в том числе в квалифицированном сертификате), используемом для автоматического создания и (или) автоматической проверки электронных подписей в информационной системе при оказании государственных и муниципальных услуг, исполнении государственных и муниципальных функций, а также в иных случаях, предусмотренных федеральными законами и принимаемыми в соответствии с ними нормативными правовыми актами. Владельцем такого сертификата ключа проверки электронной подписи признается юридическое лицо, информация о котором содержится в таком сертификате. При этом распорядительным актом юридического лица определяется физическое лицо, ответственное за автоматическое создание и (или) автоматическую проверку электронной подписи в информационной системе при оказании государственных и муниципальных услуг, исполнении государственных и муниципальных функций, а также в иных случаях, предусмотренных федеральными законами и принимаемыми в соответствии с ними нормативными правовыми актами. В случае отсутствия указанного распорядительного акта лицом, ответственным за автоматическое создание и (или) автоматическую проверку электронной подписи в информационной системе при оказании государственных и муниципальных услуг, исполнении государственных и муниципальных функций, а также в иных случаях, предусмотренных федеральными законами и принимаемыми в соответствии с ними нормативными правовыми актами, является руководитель юридического лица. В случае возложения федеральным законом полномочий по исполнению государственных функций на конкретное должностное лицо ответственным за автоматическое создание и (или) автоматическую проверку электронной подписи в информационной системе при исполнении государственных функций является это должностное лицо.

На основании вышеизложенного, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что ФИО10 при оплате НДФЛ не имел полномочий подписывать платёжное поручение в качестве генерального директора ООО «Терминал ВЛРП», а его действия были направлены на сокрытие факта сделки дарения автомобиля и достижения личной выгоды.

По общему правилу участник ООО «Киренский Речной Порт» мог узнать о сделке по дарению автотранспортного средства от 03.04.2017 г. только после проведения годового собрания участников общества, на котором утверждались финансовые результаты, в том числе и налоговая отчетность.

Поскольку LEXUS GX 460 относится к основным средствам предприятия согласно п. 46 приказа Минфина России от 29.07.1998 N 34н "Об утверждении Положения по ведению бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности в Российской Федерации", то при проведении собрания участников Общества было бы обнаружено об убытии данного транспортного средства гр. ФИО10.

Согласно абз. 2. ст. 34 Федерального закона от 08 февраля 1998 года N 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» уставом общества должен быть определен срок проведения очередного общего собрания участников общества, на котором утверждаются годовые результаты деятельности общества. Указанное общее собрание участников общества должно проводиться не ранее чем через два месяца и не позднее чем через четыре месяца после окончания финансового года.

Согласно п. 1. ст. 15 Федерального закона от 06.12.2011N 402-ФЗ "О бухгалтерском учете" отчетным периодом для годовой бухгалтерской (финансовой) отчетности (отчетным годом) является календарный год - с 1 января по 31 декабря включительно, за исключением случаев создания, реорганизации и ликвидации юридического лица.

Собрание участников общества по финансовым результатам года должно проводиться не позднее 30 апреля года, следующего за отчетным, а исковую давность о признании сделки недействительной следует исчислять с 01.05.2018.

Следовательно, суд первой инстанции правильно определил, что датой начала исчисления срока исковой давности для ФИО3 по общему правилу следует считать с 01.05.2018.

Таким образом, в ходе противоправных действий ФИО10 на дату оплаты НДФЛ, ООО «Терминал ВЛРП» и его единоличный исполнительный орган не знали и не могли знать о выбытии автомобиля из основных средств Общества. Иная информация, подтверждающая осведомленность Общества о выбытии из владения автомобиля ранее указанной даты, в материалы дела не предтавлена.

С учетом наличия сговора при совершении оспариваемой сделки, срок исковой давности следует исчислять с момента, когда о соответствующем сговоре узнал новый директор общества (назначенный после ФИО5).

Из материалов дела следует, что единоличный исполнительный орган в лице генерального директора – ФИО8 об оспариваемой сделке впервые узнал при подаче налоговой декларации по транспортному налогу 30.01.2018, следовательно, суд обоснованно указал, что датой начала исчисления срока исковой давности для ФИО3 следует считать - 31.01.2018.

Доводы ответчика со ссылкой на то, что ФИО8 знал об оспариваемой сделке с 2016 года, поскольку в представленном ответчиком решении единственного участника ООО «Терминал ВЛРП» от 24.03.2017 № 6 (л.д.133, т.9), подписанном ФИО2,, указано, что оно согласовано ФИО8 20.12.2016 и имеется подпись ФИО8, судом рассмотрены и отклонены как необоснованные, поскольку, оно по своему содержанию ссущественно отличается от первоначального решения № 6 от 24.03.2017 (л.д.88 т.1), а именно в нем указывается, что автотранспортное средство передается ФИО10 по остаточной стоимости, которая на момент совершения сделки составляла 3 428 074 руб. 34 коп., а в первоначальном, в котором отсутствует подпись ФИО8, указывается на безвозмездную передачу машины.

ФИО3 обратилась в суд с ходатайством о вступлении в дело в качестве соистца 14.06.2018 (л.д.114, т.1). Определением суда от 22.06.2018 ФИО3 привлечена в дело в качестве соистца.

С учетом изложенного суд первой инстанции верно указал, что ФИО3 соблюдены процессуальные сроки для подачи ходатайства о вступлении в дело в качестве соистца, а годичный срок исковой давности соистцом не пропущен.

Доводы ответчика, что ФИО3 подала исковое заявление с несоблюдением порядка предусмотренного действующим законодательством, а именно первоначальный иск был подан ненадлежащим истцом, приводились им в суде первой инстанции, были им рассмотрены и обоснованно отклонены.

Согласно частям 1 и 3 статьи 46 АПК РФ иск может быть предъявлен в арбитражный суд совместно несколькими истцами или к нескольким ответчикам (процессуальное соучастие). При этом каждый из истцов или ответчиков по отношению к другой стороне выступает в процессе самостоятельно. Процессуальное соучастие допускается, если предметом спора являются однородные права и обязанности (пункт 3 части 2 статьи 46 Кодекса). Таким образом, действующее процессуальное законодательство допускает процессуальное соучастие по признаку однородности материальных прав и обязанностей в двух (и более) материальных правоотношениях.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в Информационном письме Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.12.2005 N 99 "Об отдельных вопросах практики применения Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации" нарушение правил соединения нескольких требований не является само по себе основанием к отмене решения, вынесенного по результатам рассмотрения таких требований.

Как указано ранее каждый из истцов или ответчиков по отношению к другой стороне выступает в процессе самостоятельно.

Следовательно, отказ суда в исковых требованиях в отношении одного соистца не влияет на рассмотрение дела в отношении требований другого истца.

Кроме того, выделение взаимосвязанных между собой требований в отдельное производство, предмет доказывания по которым совпадает, не будет соответствовать целям эффективного правосудия, быстрому и правильному разрешению спора. Рассмотрение исковых требований в разных производствах может способствовать различной оценке судами одних и тех же фактических обстоятельств, что не соответствует принципу правовой определенности.

На основании пункта 2 статьи 174 ГК РФ сделка, совершенная представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица, может быть признана судом недействительной по иску представляемого или по иску юридического лица, а в случаях, предусмотренных законом, по иску, предъявленному в их интересах иным лицом или иным органом, если другая сторона сделки знала или должна была знать о явном ущербе для представляемого или для юридического лица либо имели место обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя или органа юридического лица и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица.

В соответствии с пунктом 93 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", пунктом 2 статьи 174 ГК РФ предусмотрены два основания недействительности сделки, совершенной представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица (далее в этом пункте - представитель). По первому основанию сделка может быть признана недействительной, когда вне зависимости от наличия обстоятельств, свидетельствующих о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки, представителем совершена сделка, причинившая представляемому явный ущерб, о чем другая сторона сделки знала или должна была знать.

О наличии явного ущерба свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях, например, если предоставление, полученное по сделке, в несколько раз ниже стоимости предоставления, совершенного в пользу контрагента. При этом следует исходить из того, что другая сторона должна была знать о наличии явного ущерба в том случае, если это было бы очевидно для любого участника сделки в момент ее заключения.

По этому основанию сделка не может быть признана недействительной, если имели место обстоятельства, позволяющие считать ее экономически оправданной (например, совершение сделки было способом предотвращения еще больших убытков для юридического лица или представляемого, сделка хотя и являлась сама по себе убыточной, но была частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых юридическое лицо или представляемый получили выгоду, невыгодные условия сделки были результатом взаимных равноценных уступок в отношениях с контрагентом, в том числе по другим сделкам).

По второму основанию сделка может быть признана недействительной, если установлено наличие обстоятельств, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого, который может заключаться как в любых материальных потерях, так и в нарушении иных охраняемых законом интересов (например, утрате корпоративного контроля, умалении деловой репутации).

Наличие решения общего собрания участников (акционеров) хозяйственного общества об одобрении сделки в порядке, установленном для одобрения крупных сделок и сделок с заинтересованностью, не препятствует признанию соответствующей сделки общества, совершенной в ущерб его интересам, недействительной, если будут доказаны обстоятельства, указанные в пункте 2 статьи 174 ГК РФ.

В пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.06.2018 N 27 "Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность" разъяснено, в тех случаях, когда в соответствии с пунктом 2 настоящего постановления момент начала течения срока исковой давности определяется в зависимости от того, когда о том, что сделка совершена с нарушением требований закона к порядку ее совершения, узнал или должен был узнать участник (акционер), предъявивший требование, следует учитывать следующее:

1) когда иск предъявляется совместно несколькими участниками, исковая давность не считается пропущенной, если хотя бы один из таких участников не пропустил срок исковой давности на обращение с соответствующим требованием при условии, что этот участник (участники) имеет необходимое в соответствии с законом для предъявления такого требования количество голосующих акций общества (голосов) (пункт 6 статьи 79, пункт 1 статьи 84 Закона об акционерных обществах, пункт 6 статьи 45, пункт 4 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью);

2) если общество публично раскрывало сведения об оспариваемой сделке в порядке, предусмотренном законодательством о рынке ценных бумаг, считается, что его участники (акционеры) узнали об оспариваемой сделке с момента публичного раскрытия информации, когда из нее можно было сделать вывод о совершении такой сделки с нарушением порядка совершения;

3) предполагается, что участник должен был узнать о совершении сделки с нарушением порядка совершения крупной сделки или сделки с заинтересованностью не позднее даты проведения годового общего собрания участников по итогам года, в котором была совершена оспариваемая сделка, за исключением случаев, когда информация о совершении сделки скрывалась от участников и (или) из предоставлявшихся участникам при проведении общего собрания материалов нельзя было сделать вывод о совершении такой сделки (например, если из бухгалтерского баланса не следовало, что изменился состав основных активов по сравнению с предыдущим годом);

4) если приведенные выше правила не могут быть применены, то считается, что участник (акционер) в любом случае должен был узнать о совершении оспариваемой сделки более года назад (пункт 2 статьи 181 ГК РФ), если он длительное время (два или более года подряд) не участвовал в общих собраниях участников (акционеров) и не запрашивал информацию о деятельности общества.

Кроме того, как указано в пункте 4 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.06.2018 N 27 "Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность", при оценке соблюдения правил совершения крупной сделки или сделки с заинтересованностью необходимо исходить из того, что в решении о согласии на совершение (одобрении) сделки (статья 157.1 ГК РФ) (далее - решение об одобрении, одобрение), по общему правилу, должно быть указано лицо (лица), являющееся ее стороной (сторонами), выгодоприобретателем (выгодоприобретателями), а также ее основные условия (условия, имеющие существенное значение для принятия решения о ее одобрении, например, цена, предмет, срок, наличие обязанности предоставить обеспечение исполнения обязательств и т.п.) или порядок их определения. Совершенная сделка считается одобренной, если ее основные условия соответствовали сведениям об этой сделке, нашедшим отражение в решении об одобрении ее совершения либо в приложенном к этому решению проекте сделки.

Последующее изменение основных условий одобренной и совершенной сделки является самостоятельной сделкой (статья 153 ГК РФ) и нуждается в новом одобрении.

В соответствии с пунктом 1 статьи 45 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью", сделкой, в совершении которой имеется заинтересованность, признается сделка, в совершении которой имеется заинтересованность члена совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличного исполнительного органа, члена коллегиального исполнительного органа общества или лица, являющегося контролирующим лицом общества, либо лица, имеющего право давать обществу обязательные для него указания.

Указанные лица признаются заинтересованными в совершении обществом сделки в случаях, если они, в том числе являются стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке.

Согласно абзацу 3 пункта 3 статьи 45 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью", при подготовке к проведению годового общего собрания участников общества лицам, имеющим право на участие в годовом общем собрании участников общества, должен быть предоставлен отчет о заключенных обществом в отчетном году сделках, в совершении которых имеется заинтересованность. Отчет должен быть предварительно утвержден лицом, обладающим правом независимо от других лиц осуществлять полномочия единоличного исполнительного органа общества (в случае, если полномочия единоличного исполнительного органа осуществляют несколько лиц совместно, - всеми такими лицами), а также советом директоров (наблюдательным советом) общества и ревизионной комиссией (ревизором) общества в случае, если их создание предусмотрено уставом общества.

В отношении доводов ответчика ФИО5, о том, что оспариваемая сделка не нарушает права и интересы ФИО3, судом установлено следующее.

Как следует из материалов дела, 04.04.2018 между ФИО8 (далее - даритель) и ФИО3 (далее - одаряемая) заключен договор дарения доли в уставном капитале ООО «Киренский речной порт» серии 38 АА № 2570324 (л.д.127-129, т.1), по условиям которого даритель безвозмездно передает в собственность одаряемой, а одаряемая принимает принадлежащую долю в уставном капитале ООО «Киренский речной порт» в размере 100% уставного капитала. Договор удостоверен нотариусом Иркутского нотариального округа ФИО13

В соответствии с абз. 2 п. 12 ст. 21 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" доля или часть доли в уставном капитале общества переходит к ее приобретателю с момента внесения соответствующей записи в единый государственный реестр юридических лиц, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 7 статьи 23 названного Федерального закона. Внесение в единый государственный реестр юридических лиц записи о переходе доли или части доли в уставном капитале общества в случаях, не требующих нотариального удостоверения сделки, направленной на отчуждение доли или части доли в уставном капитале общества, осуществляется на основании правоустанавливающих документов.

К приобретателю доли или части доли в уставном капитале общества переходят все права и обязанности участника общества, возникшие до совершения сделки, направленной на отчуждение указанной доли или части доли в уставном капитале общества, или до возникновения иного основания ее перехода, за исключением прав и обязанностей, предусмотренных соответственно абзацем вторым пункта 2 статьи 8 и абзацем вторым пункта 2 статьи 9 настоящего Федерального закона. Участник общества, осуществивший отчуждение своей доли или части доли в уставном капитале общества, несет перед обществом обязанность по внесению вклада в имущество, возникшую до совершения сделки, направленной на отчуждение указанных доли или части доли в уставном капитале общества, солидарно с ее приобретателем.

После нотариального удостоверения сделки, направленной на отчуждение доли или части доли в уставном капитале общества, либо в случаях, не требующих нотариального удостоверения, с момента внесения соответствующих изменений в единый государственный реестр юридических лиц переход доли или части доли может быть оспорен только в судебном порядке путем предъявления иска в арбитражный суд.

Следовательно, после продажи ФИО8 доли в уставном капитале ООО «Киренский Речной Порт» ФИО3 к последней перешли все права и обязанности участника общества.

Кроме того, в подпункте 2 пункта 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2018 N 27 "Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность" разъяснено, что участник хозяйственного общества и член совета директоров, оспаривающие сделку общества, действуют от имени общества (абзац шестой пункта 1 статьи 65.2, пункт 4 статьи 65.3 Гражданского кодекса Российской Федерации), в связи с чем не является основанием для отказа в удовлетворении иска тот факт, что участник, предъявивший иск от имени общества, на момент совершения сделки не был участником общества.

С учетом изложенного суд пришел к верному выводу, что ФИО3 в данном случае имеет право на подачу настоящего иска, несмотря на то, что оспариваемая сделка совершена до того, как она стала участником Общества, поскольку данное обстоятельство не является основанием к отказу в иске, согласно правовой позиции, отраженной в подпункте 2 пункта 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.06.2018 N 27 "Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность" (далее - Постановление N 27).

Рассмотрев требования ФИО3 по существу, суд пришел к следующим выводам.

На основании пункта 1 статьи 45 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью", пункта 2 статьи 174 ГК РФ суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что сделка по дарению автотранспортного средства гр. ФИО5 является выходящей за пределы обычной хозяйственной деятельности ООО «Киренский Речной Порт», поскольку основной вид деятельности компании - деятельность внутреннего водного грузового транспорта, а основной целью любой коммерческой организации является извлечение прибыли. Таким образом, передача имущества иным лицам на безвозмездной основе противоречит основному виду и цели деятельности компании.

Совершение сделки, направленной на дарение имущества, свидетельствует о наличии явного ущерба, который выражен в виде убытия транспортного средства стоимость, которого составляет 3 428 074 руб. 34 коп, из состава имущественного комплекса общества.

Согласно пункту 93 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее по тексту «Постановления № 25») о наличии явного ущерба свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях, например, если предоставление, полученное по сделке, в несколько раз ниже стоимости предоставления, совершенного в пользу контрагента.

Так, факт совершения оспариваемой сделки, без какого-либо встречного предоставления, очевидно, свидетельствует об отсутствии в ее заключении экономического смысла.

В обоснование своих возражений ответчик представил решение единственного участника ООО «Терминал ВЛРП» от 24.03.2017 №16 об одобрении договора дарения №03/04-17 ДА от 03.04.2017, подписанное ФИО8

Поскольку между сторонами имелся спор о принадлежности ФИО8 подписи, содержащейся в решении единственного участника от 24.03.2017 N 16, суд первой инстанции определением от 19.09.2018 назначил проведение комиссионной почерковедческой экспертизы, определением от 17.04.2019 повторной комиссионной почерковедческой экспертизы.

Согласно результатам повторной экспертизы подпись от имени ФИО8, расположенная в решении от 24.03.2017 N 6, выполнена самим ФИО8

07.12.2021 ответчиком в материалы дело предоставлено еще одно решение единственного участника ООО «Терминал ВЛРП» от 24.03.2017 № 6 (л.д.133, т.9), подписанное ФИО2, но по-своему содержанию кардинально отличающиеся от первоначального, а именно в нем указывается, что автотранспортное средство передается ФИО10 по остаточной стоимости, которая на момент совершения сделки составляла 3 428 074 руб. 34 коп.

При таких обстоятельствах, когда имеются несколько экземпляров одного решения, редакции которых содержат разные условия, свидетельствует о несогласованности сторонами соответствующих условий, к тому же, если такие условия являются существенными.

Схожая позиция отражена в Постановлении Арбитражного суда Московского округа от 06.02.2020 № Ф05-22205/2019 по делу № А40-46962/2019.

Кроме того, в соответствии с п. 24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.06.2018 N 27 "Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность" наличие решения об одобрении сделки с заинтересованностью не является основанием для отказа в удовлетворении требования о признании ее недействительной. При его наличии бремя доказывания того, что сделка причинила ущерб интересам общества, возлагается на истца (пункт 1 статьи 84 Закона об акционерных обществах, пункт 6 статьи 45 Закона об обществах с ограниченной ответственностью).

Указанное также содержится в п. 93 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" из которого следует, что наличие решения общего собрания участников (акционеров) хозяйственного общества об одобрении сделки в порядке, установленном для одобрения крупных сделок и сделок с заинтересованностью, не препятствует признанию соответствующей сделки общества совершенной в ущерб его интересам, недействительной, если будут доказаны обстоятельства, указанные в пункте 2 статьи 174 ГК РФ.

Учитывая виды деятельности, которыми занимается общество, а также отсутствие доказательств того, что им совершались аналогичные сделки, суд приходит к верному выводу, что спорная сделка выходит за пределы обычной хозяйственной деятельности общества.

С учетом выводов суда о нарушении порядка заключения договора дарения № 03/04-17 ДА от 03.04.2017, являющегося для общества сделкой с заинтересованностью и крупной сделкой, требование ФИО3 обоснованно удовлетворено: договор дарения № 03/04-17 ДА от 03.04.2017, заключенный между ФИО5 и обществом с ограниченной ответственностью "Киренский речной порт" (ИНН <***>, ОГРН <***>) признан недействительным.

Согласно пункту 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

По общему правилу при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке (пункт 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Суд установил, что автотранспортное средство LEXUS GX 460 (VIN-<***>) передано гр. ФИО10 третьему лицу, что подтверждается ответом МРЭО ГИБДД МВД ПО РС (Я) от 20.12.2018 № 14/9942 (л.д.2, т.4) на запрос суда о предоставлении сведений о зарегистрированных правах на автотранспортное средство.

Так, в последующем спорный автомобиль LEXUS GX 460, паспорт ТС: 25 УР 302626, Индент. № (VIN): <***>, № ДВИГАТЕЛЯ: 1 UR 0643873, № шасси (рамы): JTJJMFX505158327, тип ТС: легковой, год выпуска: 2016 зарегистрирован за гражданкой ФИО4, которая привлечена в дело в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, на стороне ответчика определением суда от 22.01.2019.

Поскольку спорное имущество в ходе рассмотрения дела перешло третьему лицу, истец уточнил исковые требования в части применения последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО5 в пользу общества с ограниченной ответственностью "Киренский речной порт" 3 428 074 руб. 34 коп., которая определена в виде остаточной стоимости автотранспортного средства на момент совершения сделки согласно ведомости амортизации ОС за 1 квартал 2017 г. ООО «КРП», представленной в суд истцом вместе с уточнением исковых требований от 14.03.2022 (л.д.39-40, т.10).

Иных доказательств, подтверждающих стоимость автотранспортного средства на момент совершения сделки, материалы дела не содержат.

Согласно ст. 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

В п. 6 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2015) разъяснено, что злоупотребление правом при совершении сделки нарушает запрет установленный ст. 10 ГК РФ, поэтому такая сделка признается недействительной на основании ст. 10 и 168 ГК РФ.

В соответствии со ст. 167 ГК РФ, недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

С учетом изложенного судом обоснованно удовлетворено требование истца в части применения последствий недействительности сделок в виде взыскания с ФИО5 в пользу ООО "Киренский речной порт" 3 428 074 руб. 34 коп.

В удовлетворении заявления ФИО5 от 30.03.2020 о взыскании судебных расходов в размере 564 669 руб. 04 коп., с учетом результата рассмотрения дела, судом обоснованно отказано.

Доводы апелляционной жалобы оценены апелляционным судом в полном объеме, вместе с тем, отклоняются по изложенным основаниям и как получившие надлежащую оценку в обжалуемом судебном акте.

В отношении доводов ФИО5 о том, что ФИО3 самостоятельно не уплачена государственная пошлина, суд апелляционной инстанции учитывает, что ФИО3 присоединилась к иску ФИО8, кроме того, судебные расходы по уплате государственной пошлины по итогам рассмотрения дела судом первой инстанции распределены правильно, с учетом результата рассмотрения дела и отнесены на проигравшую сторону. В пользу ФИО3 взысканы судебные расходы по уплате госпошлины за рассмотрение апелляционной и кассационной жалоб.

Нарушений норм материального и процессуального права при принятии обжалуемого судебного акта, которые в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации могли бы повлечь его отмену, судом апелляционной инстанции не установлено, в связи с чем решение по делу подлежит оставлению без изменения, апелляционная жалоба - без удовлетворения.

Настоящее постановление выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленными квалифицированными электронными подписями судей, в связи с чем направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».

По ходатайству указанных лиц копии постановления на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.

Лица, участвующие в деле, могут получить информацию о движении дела в общедоступной базе данных «Картотека арбитражных дел» по электронному адресу: www.kad.arbitr.ru.

Руководствуясь статьей 268, пунктом 1 статьи 269, статьями 270, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

П О С Т А Н О В И Л :

Решение Арбитражного суда Республики Саха (Якутия) от 5 августа 2022 года по делу № А58-2256/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа в течение двух месяцев с даты принятия через арбитражный суд первой инстанции.


Председательствующий судья А.В. Гречаниченко


СудьиО.П. Антонова


О.А. Луценко