Решение от 15 июля 2020 г. по делу № А40-290556/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ГОРОДА МОСКВЫ

115225, г.Москва, ул. Большая Тульская, д. 17

http://www.msk.arbitr.ru

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
РЕШЕНИЕ

Дело № А40- 290556/19-67-1275
г. Москва
15 июля 2020 г.
Резолютивная часть решения оглашена 06 июля 2020 года Полный тест решения изготовлен 15 июля 2020 года

Арбитражный суд в составе:

Судья В.Г. Джиоев (единолично) при ведении протокола помощником судьи Н.С. Будько, рассмотрев в открытом судебном заседании в зале 10011

дело по исковому заявлению Компании с ограниченной ответственностью «Нейборз Дриллинг Интернэшнл Лимитэд» в лице филиала в г. Москва (ИНН <***>)

к Обществу с ограниченной ответственностью "ВПТ - Нефтемаш" (107078, Москва город, переулок Орликов, дом 5, строение 2, кабинет 76, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 23.11.2011, ИНН: <***>)

третье лицо: Акционерное общество по геологии, поискам, разведке и добыче нефти и газа "ННК-Печоранефть" (166000, Ненецкий автономный округ, город Нарьян-Мар, улица им В.И.Ленина, дом 23А, квартира 17, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 06.08.2002, ИНН: <***>)

о взыскании задолженности по Счетам за бурение (услуги, связанные с бурением скважин на Колвинском месторождении) в общем размере 242 587 493,99 рублей; задолженности по Счету за демонтаж (демонтаж Буровой установки с Колвинского месторождения для перемещения на Лекхарьягинское месторождение в соответствии с Дополнительным соглашением № 3) в общем размере 48 000 000 рублей; задолженности по Счетам за простой (за время нахождения Буровой установки на Лекхарьягинском месторождении ввиду невозможности ее монтажа до демобилизации Буровой установки 02 сентября 2019 г.), в общем размере 80 282 880,00 рублей; неустойки в размере 15 241 158,54 рублей по состоянию на 31.10.2019 и далее, начиная с 01.11.2019, по ставке, соответствующей 1/360 ставки рефинансирования ЦБ РФ, от суммы задолженности (370 870 373,99 рублей) в день до даты фактической оплаты.

по объединенному делу № А40-292096/19-105-1626 по иску Общества с ограниченной ответственностью "ВПТ - Нефтемаш" к Компании с ограниченной ответственностью «Нейборз Дриллинг Интернэшнл Лимитэд» в лице филиала в г. Москва о соразмерном уменьшении установленной за работу цены в размере 29 584 120 руб., о взыскании

процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 1 085 899,32 руб., о взыскании суммы за неудовлетворительное качество работ или неисполнение своих обязательств 4 095 858,50 руб.

при участии:

от КОО «Нейборз Дриллинг Интернэшнл Лимитэд»: ФИО1, ФИО2, ФИО3 по дов. от 03.04.2019. диплом.

от ООО "ВПТ - Нефтемаш": ФИО4 по дов. от 01.06.2020, диплом. ФИО5 по дов. от 27.05.2020. диплом. ФИО6 по дов. от 27.05.2019, диплом. ФИО7 по дов. от 01.06.2020, и.о. ген.директора согл. приказа № мо-064/20п от 01.06.2020. ФИО8 по дов. от 27.05.2020, диплом.

от третьего лица: ФИО9 по дов. от 01.01.2020, диплом.

УСТАНОВИЛ:

Компания с ограниченной ответственностью «Нейборз Дриллинг Интернэшнл Лимитэд» в лице филиала в г. Москва (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд города Москвы с иском к Обществу с ограниченной ответственностью "ВПТ - Нефтемаш" с учетом принятых судом уточнений в порядке ст. 49 АПК РФ о взыскании задолженности по договору № R536-VPTN021802 от 12.02.2018 в размере 370 870 373 руб. 99 коп., пени за просрочку оплаты по договору № R536-VPTN021802 от 12.02.2018 за период с по 02.07.2020 в размере 32 831 319 руб. 47 коп., пени в размере 1/360 ставки рефинансирования ЦБ РФ, начисляемую на сумму долга в размере 370 870 373,99 руб. за каждый календарный день просрочки за период с 03.07.2020 по дату фактической оплаты задолженности.

Вместе с тем, Определением Девятого арбитражного апелляционного суда от 12.02.2020 дело № А40-292096/19-105-1626 по иску Общества с ограниченной ответственностью "ВПТ - Нефтемаш" к Компании с ограниченной ответственностью «Нейборз Дриллинг Интернэшнл Лимитэд» в лице филиала в г. Москва о соразмерном уменьшении установленной за работу цены в размере 29 584 120 руб. 00 коп., о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 1 085 899 руб. 32 коп., о взыскании суммы за неудовлетворительное качество работ или неисполнение своих обязательств 4 095 858 руб. 50 коп. объединено в одно производство с делом № А40-290556/19-67-1275 для их совместного рассмотрения.

В материалы дела поступило заявление ООО "ВПТ - Нефтемаш" о привлечении к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора ООО «Мосстройтранс». Представитель АО "ННК-Печоранефть" поддержал указанное ходатайство, истец против привлечения ООО «Мосстройтранс» возражал.

В соответствии с ч. 1 ст. 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, могут вступить в дело на стороне истца или ответчика до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела в первой инстанции арбитражного суда, если этот судебный акт может повлиять на их права или обязанности по отношению к одной из сторон.

По смыслу ст. 51 АПК РФ, третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований на предмет спора, это предполагаемый участник материально-правового отношения, являющегося предметом разбирательства по настоящему делу. Соответственно, основанием для привлечения в дело третьего лица является возможность предъявления иска к третьему лицу или возникновения права на иск у третьего лица, обусловленная взаимосвязанностью основного спорного правоотношения между стороной и третьим лицом. Целью участия третьих лиц, не

заявляющих самостоятельные требования на предмет спора, является предотвращение неблагоприятных для такого лица последствий и при решении вопроса о допуске в процесс суд обязан исходить из того, какой правовой интерес в данном споре имеет это лицо. Материальный интерес третьего лица возникает в случае отсутствия защиты его субъективных прав и охраняемых законом интересов в данном процессе, возникшем по заявлению истца к ответчику. Критерием привлечения к участию в деле третьих лиц является прямой юридический интерес, выражающийся в том, что решение по делу может создать, изменить или прекратить субъективные права или обязанности третьего лица по отношению к одной из сторон в споре или повлечь факт нарушения лично принадлежащих ему прав или возложения на него обязанностей вынесенным решением.

Ходатайство рассмотрено и отклонено, ввиду отсутствия оснований, предусмотренных ст. 51 АПК РФ в связи с недоказанностью того, каким образом принятый по делу судебный акт может повлиять его на права и обязанности ООО «Мосстройтранс» по отношению к какой-либо из сторон настоящего дела.

Рассмотрев ходатайство Общества с ограниченной ответственностью "ВПТ - Нефтемаш" о назначении судебной экспертизы, суд считает его не подлежащим удовлетворению на основании следующего.

ООО «ВПТ-НЕФТЕМАШ» считает необходимым поставить перед экспертами следующие вопросы:

- Установить, соответствуют ли работы, сданные «Нэйборз» ООО «ВПТ- НЕФТЕМАШ» (включая вид работ, объем работ, время выполнения) на бурение скважин № 606, 607, 608, 609Г, 612Г, 611 работам (включая вид работ, объем работ, время выполнения), предусмотренным условиями договора № R536-VPTN021802 от 12.02.2018 г., программам бурения эксплуатационных добывающих скважин № 606, 607, 608, 609Г, 612Г, 611?

- В случае, если работы, сданные «Нэйборз» не соответствуют предусмотренным условиям договора № R536-VPTN021802 от 12.02.2018 г. и программам бурения эксплуатационных добывающих скважин № 606, 607, 608, 609Г, 612Г, 611, то какими причинами это обусловлено?

- Установить имел ли «Нейборз» объективную возможность приступить к выполнению комплекса вышко-монтажных работ на площадке поисково-оценочной скважины № 22 ФИО10 в период с 03 мая по 13 июля 2019 г.?

Вопросы №№ 1, 2 предполагают проверку всей деятельности истца по видам объемам и времени выполнения работ) на всех скважинах кустовой площадки № 6, на которой функционировала буровая установка № 536. Предъявленные истцом ко взысканию суммы в части бурения скважин подтверждены подписанными ответчиком без возражений двусторонними актами, составленными на основании подписанных помесячных отчетов (statements), которые подтверждают виды, объемы и качество оказанного Нэйборз встречного предоставления по Договору.

Согласно пункту 8 Информационного письма Президиума высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.01.2000 N 51 "Обзор практики разрешения споров по договору подряда" основанием для возникновения обязательства заказчика по оплате выполненных работ является сдача результата работ заказчику.

Наличие подписанных сторонами актов выполненных работ является основанием для отказа в назначении строительно-технической экспертизы, так как факт выполнения спорного объема работ подтвержден документом, прямо указанным в законе и договоре. ООО «ВПТ-НЕФТЕМАШ» в нарушение п. 12 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 24.01.2000 N 51 не представил доказательств - какие

конкретно недостатки были обнаружен им в выполненных работах, которые мешают пользоваться их результатом.

По мнению суда, приведенное в п. 12 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 24.01.2000 N 51 разъяснение не должно являться универсальным основанием для критической оценки двусторонних актов о приемке выполненных работ без исключения. Для применения этого разъяснения должны быть причины: например, разумный и осмотрительный заказчик, добросовестно действовавший при приемке работ и подписании акта, объективно не имел возможности установить фактические объемы или ненадлежащее качество работ или такие обстоятельства выявлены и заявлены подрядчику в процессе эксплуатации, в пределах гарантийного срока.

Помимо утверждения завышениях объемов и стоимости работ, каких-либо конкретных недостатков с подтверждением соответствующих доводов доказательствами их выявления в целях обоснования поставленных перед экспертом вопросов ООО «ВПТ-НЕФТЕМАШ» не указано. Соответственно, возможные ответы на вопросы, предложенные ООО «ВПТ-НЕФТЕМАШ» для судебной экспертизы, не могут иметь исключительного или значимого в заметной степени доказательственного характера для существа вынесенного на рассмотрение суда спора.

Исследовав материалы дела, суд полагает возможным рассмотреть дело, в том числе установить объем и стоимость выполненных работ по имеющимся в деле доказательствам. Суд также принимает во внимание, что доказательств, свидетельствующих о некачественно выполненных работах, в том числе перечень недостатков, в материалы дела не представлено.

Отказывая в назначении экспертизы по вопросу о готовности строительной площадки суд считает необходимым указать следующее.

Указанный ООО «ВПТ-НЕФТЕМАШ» период с 03 мая 2019 г. по 02 июня 2019 г. не относится к предмету спора, учитывая, что Нэйборз взыскивает с ВПТН суммы по Счетам за простой за период с 02 июня 2019 г., а Дополнительное соглашение № 3 к Договору предусматривает начало монтажа буровой установки по истечении 60 дней после ее перемещения, т.е. не ранее 02 июня 2019 г. (п.п. 3, 4 Дополнительного соглашения № 3 к Договору, см. т. 3, л.д. 23-24).

Кроме того, между сторонами без возражений подписан двусторонний акт от 07.07.2019 о состоянии отсыпки (т. 9, л.д. 95), в котором ООО «ВПТ-НЕФТЕМАШ» подтвердило неудовлетворительное состояние отсыпки площадки скважины и подъездной дороги предусмотренных для монтажа буровой установки.

Судом также принято во внимание, что с момента окончания работ на спорном участке по день рассмотрения ходатайства о назначении экспертизы прошел календарный год, следовательно, провести достоверное исследование и надлежащим образом проверить состояние стройплощадки (с учетом того, что она могла быть подвергнута воздействию, доказательств того, что спорный объект сохранен в неизменном состоянии в материалы дела не представлено) представляется сомнительным.

Помимо изложенного, суд указывает, что действительное состояние строительной площадки за период с 07.07.2019 по 02.09.2019 не имеет определяющего характера в указанной части требований по счетам за простой, поскольку Нэйборз вправе взыскать Счета за простой также по общему основанию абз. 2 п. 13.4 раздела 2 Договора, которое связывает оплату ставок за простой с отсутствием оплаты со стороны ООО «ВПТ-НЕФТЕМАШ» по счетам за бурение и перемещение.

Нэйборз указал на приостановку исполнения обязательств в связи с отсутствием оплаты по бурению (т. 9, л.д. 89-91, письмо Нэйборз от 15.07.2019 № 12645/19 - т. 9, л.д. 87-88; от 05.08.2019 № 12693/19 - т. 9, л.д. 81-83).

На основании ч. 2 ст. 64, ч. 3 ст. 86 АПК РФ, заключения экспертов являются одним из доказательств по делу и оцениваются наряду с другими доказательствами.

В силу положений статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации назначение экспертизы относится к праву, а не обязанности суда.

Таким образом, судебная экспертиза назначается судом в случаях, когда вопросы права нельзя разрешить без оценки фактов, для установления которых требуются специальные познания, а следовательно, требование одной из сторон договора о назначении судебной экспертизы не создает обязанности суда ее назначить.

Правовое значение заключения экспертизы определено законом в качестве доказательства, которое не имеет заранее установленной силы, не носит обязательного характера и в силу ст. 82 АПК РФ, подлежит оценке судом наравне с другими представленными доказательствами.

Таким образом, суд не находит оснований для назначения судебной экспертизы, поскольку назначение экспертизы приведет лишь к затягиванию процесса, а не к правильному разрешению спора.

Рассмотрев материалы дела, исследовав и оценив совокупность имеющихся в материалах дела доказательств, выслушав представителей сторон, суд полагает, что требования Компании с ограниченной ответственностью «Нейборз Дриллинг Интернэшнл Лимитэд» в лице филиала в г. Москва подлежат удовлетворению, а в удовлетворении требований Общества с ограниченной ответственностью "ВПТ - Нефтемаш" следует отказать в полном объеме в связи со следующим.

Как усматривается из материалов дела, 12 февраля 2018 г. Нэйборз и ООО "ВПТ - Нефтемаш" заключили Договор, в соответствии с которым Нэйборз обязался предоставить ООО "ВПТ - Нефтемаш" буровую установку № БУ-536, определенную в соответствии с Приложением № 1 к разделу 3 Договора («Буровая установка», «БУ- 536»), для бурения на кустовой площадке № 6 Колвинского месторождения (Республика Коми, Ненецкий автономный округ), вместе с персоналом для управления Буровой установкой (п. 1.1 раздела 3 Договора).

Как следует из п.п. 1.1, 1.2 раздела 1 Договора, п. 1.1 раздела 3 Договора, Приложения № 3 к разделу 3 Договора, в обязательства Нэйборз по Договору входило следующее:

Монтаж Буровой установки на Колвинском месторождении;

Бурение скважин на Колвинском месторождении в соответствии с указаниями и программами на бурение Ответчика;

Сопутствующие обязательства, такие как предоставление питания персоналу Ответчика на буровой площадке в соответствии со ст. 4 раздела 4 Договора и предоставление неисключительной лицензии на программное обеспечение Rockit & Revit для повышения эффективности бурения и мониторинга за бурением;

Демонтаж Буровой установки.

При этом Ответчик обязался оплачивать деятельность Нэйборз по суточным ставкам, указанным в Приложении № 1 к разделу 4 Договора, в соответствии с условиями раздела 4 Договора.

Впоследствии стороны договорились также продлить действие Договора для передвижки и монтажа Буровой установки на другом месторождении (Лекхарьягинское месторождение), заключив соответствующее дополнительное соглашение.

На протяжении с 12 февраля 2018 г. по 02 апреля 2019 г. в соответствии с указаниями и программами на бурение Ответчика Нэйборз исполнил следующие обязательства на Колвинском месторождении:

Монтаж Буровой установки на кустовой площадке № 6 Колвинского месторождения (завершен 31 мая 2018 г.);

Бурение шести скважин куста № 6 Колвинского месторождения в соответствии с указаниями и программами бурения Ответчика ( №№ 606, 607, 608, 609Г, 612Г, 611);

Сопутствующие обязательства (предоставление питания в соответствии со ст. 4 раздела 4 Договора, предоставление Ответчику неисключительной лицензии на программное обеспечение Rockit & Revit согласно дополнительному соглашению № 1 к Договору и пр.).

Свобода договора является фундаментальным принципом гражданского права, на что справедливо указывает п. 1 ст. 1 ГК РФ. Участники оборота свободны в заключении договора, а понуждение к заключению договора по общему правилу не допускается, кроме случаев, когда это предусмотрено в законе (нормы о публичном договоре) или вытекает из добровольно принятых на себя обязательств (из предварительного договора).

Принцип свободы договора проявляется в двух основных формах:

а) свобода в принятии решения о заключении договора и выборе партнера (включая свободу от принуждения к заключению договора) и

б) свобода в определении содержания заключаемого договора (включая право на заключение непоименованных и смешанных договоров).

Пункт 3 ст. 421 ГК РФ предусматривает возможность заключения смешанного договора, т.е. договора, в котором комбинируются элементы нескольких поименованных договорных типов. Эта возможность признается во всех известных правопорядках и в международных актах унификации договорного права.

Несмотря на то что это прямо не указано в п. 3 ст. 421 ГК РФ, к категории смешанных договоров следует относить договор, в котором элемент того или иного поименованного договора комбинируется с элементом некоего устойчиво признаваемого в практике непоименованного договора. Соответственно, при комбинации элементов поименованного и непоименованного договоров будет возникать то самое смешение регулирования, которое, собственно, и характеризует правовой режим конструкции смешанного договора.

Под элементами поименованных (непоименованных) договоров, комбинация которых конституирует смешанный договор, следует понимать те квалифицирующие признаки поименованных (непоименованных) договоров, которые определяют обязательство, имеющее решающее значение для квалификации соответствующих поименованных договорных типов и их отличия от близких договорных конструкций. Среди квалифицирующих признаков договора подряда следует выделить: выполнение работ по заданию заказчика и внесение в качестве встречного исполнения платы. Оплата является важным и неотъемлемым квалифицирующим признаком договора подряда, но не имеет решающего значения для квалификации, так как обязательство по оплате характерно для массы иных договоров; основным же характеризующим квалификацию обязательством по такому договору является выполнение работ. Соответственно, для того, чтобы признать наличие элемента подряда, привнесенного в некий смешанный договор, необходимо, чтобы в предмет такого смешанного договора входило выполнение работ (например, смешанный договор, согласно которому выполнение работ осуществляется в обмен на встречное предоставление продукции).

В основе правового режима смешанных договоров, согласно п. 3 ст. 421 ГК РФ, лежит принцип комбинированного регулирования. К соответствующим "элементам смешения" применяются нормы о тех поименованных договорах, из которых они были извлечены и привнесены сторонами в свой смешанный договор.

Разрешая спор и проанализировав условия, а также обязательства Нейборз по Договору (Монтаж Буровой установки на Колвинском месторождении; Бурение

скважин на Колвинском месторождении в соответствии с указаниями и программами на бурение; Сопутствующие обязательства, такие как предоставление питания персоналу на буровой площадке в соответствии со ст. 4 раздела 4 Договора и предоставление неисключительной лицензии на программное обеспечение Rockit & Revit для повышения эффективности бурения и мониторинга за бурением; Демонтаж Буровой установки), суд пришел к выводу о том, что правовая природа данного договора носит смешанный характер и содержит в себе элементы договоров подряда и возмездного оказания услуг, регулируемые нормами главы 37, 39 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

К отношениям сторон по смешанному договору применяются в соответствующих частях правила о договорах, элементы которых содержатся в смешанном договоре, если иное не вытекает из соглашения сторон или существа смешанного договора.

Статьей 783 ГК РФ установлено, что к договору возмездного оказания услуг применяются общие положения о подряде (статьи 702 - 729 ГК РФ), если это не противоречит статьям 779 - 782 названного Кодекса, а также особенностям предмета договора возмездного оказания услуг.

Судом установлено, что ООО "ВПТ - Нефтемаш" без возражений подписало двусторонние акты, подтверждающие исполнение указанных обязательств.

В то же время ООО "ВПТ - Нефтемаш" неоднократно допускал нарушения при исполнении своих денежных обязательств, ссылаясь на финансовые затруднения: с момента подписания Договора оплачивал счета Нэйборз со значительной задержкой, не оплачивая при этом пени за просрочку оплаты.

Более того, с октября 2018 г. ООО "ВПТ - Нефтемаш" перестал исполнять свои денежные обязательства, лишь частично оплатив отдельные суммы. В результате к моменту завершения бурения скважин на Колвинском месторождении задолженность за бурение и сопутствующие услуги составила 242 587 493,99 рублей (далее – «Счета за бурение»).

Несмотря на финансовые затруднения ВПТН, Нэйборз не приостанавливал исполнение своих обязательств и продолжал бурение скважин по указаниям.

Более того, Нэйборз продолжить бурение скважин на Лекхарьягинском нефтяном месторождении после завершения бурения на Колвинском месторождении до полного погашения задолженности (вместо демобилизации на базу Нэйборз в г. Усинске). В этих целях стороны заключили Дополнительное соглашение № 3 к Договору, в соответствии с которым Ответчик обязался оплатить демонтаж Буровой установки с Колвинского месторождения для передвижки на Лекхарьягинское месторождение по фиксированной сумме 40 000 000 рублей без НДС («Дополнительное соглашение № 3»).

В то же время с учетом существования значительной просроченной задолженности в Дополнительном соглашении № 3 стороны прямо оговорили, что Нэйборз «не несет никаких обязательств пока ООО "ВПТ - Нефтемаш" не оплатит все должные для оплаты счета (п. 1 Дополнительного соглашения № 3). Более того, в п. 4 Дополнительного соглашения № 3 прямо указали на обязанность ООО "ВПТ - Нефтемаш" выплачивать «ставку простоя (без бригады), которая составляет 60% от ОПЕРАЦИОННОЙ СТАВКИ БУ в день» в случае «невозможности выполнить монтаж буровой установки по вине ООО "ВПТ - Нефтемаш" не подготовлена площадка или несвоевременная транспортировка)».

В соответствии с Дополнительным соглашением № 3 Нэйборз демонтировал Буровую установку на Колвинском месторождении для перемещения на Лекхарьягинское месторождение. В связи с этим между сторонами были оформлены

соответствующие акты, а Нэйборз выставил в адрес Ответчика счет на оплату демонтажа Буровой установки в соответствии с п. 3 Дополнительного соглашения № 3 в размере 40 000 000 рублей без НДС или 48 000 000 рублей с НДС («Счет за демонтаж»). Однако Ответчик данный Счет за демонтаж не оплатил.

Более того, по окончании перемещения Буровой установки на Лекхарьягинское месторождение стало очевидно, что Ответчик не исполнил свои обязательства по подготовке кустовой площадки и обеспечению иных условий для монтажа Буровой установки, в связи с чем монтаж Буровой установки на Лекхарьягинском месторождении был объективно невозможен. При этом Нэйборз на регулярной основе письменно информировал Ответчика о невозможности монтажа Буровой установки на Лекхарьягинском месторождении, в частности, по следующим причинам:

Ввиду бездействия Ответчика в нарушение п. 4 раздела В Приложения № 3 к разделу 3 Договора («Матрица») на кустовой площадке в районе монтажа Буровой установки, а также в районе устья будущей скважины, грунт был чрезмерно рыхлым и находился в неудовлетворительном состоянии, что влекло невозможность монтажа Буровой установки.

В нарушение п. 6 раздела В Матрицы Ответчик не завез необходимое количество железобетонных плит, необходимых для устройства оснований Буровой установки. Кроме того, Ответчик не вывез плиты, принадлежащие Нэйборз и входящие в состав оборудования БУ-536, с Колвинского месторождения.

В нарушение п.п. 3, 4 раздела В Матрицы Подъездная дорога к кустовой площадке и к вахтовому жилому поселку (ВЖП), равно как и сама площадка для монтажа ВЖП, находилась в неудовлетворительном состоянии, что сделало невозможным монтаж ВЖП для проживания персонала компании Нэйборз.

В нарушение п. 1 раздела H Матрицы Ответчик не обеспечил поставку дизельного топлива для проведения работ, связанных с перемещением и монтажом завезенного на куст оборудования БУ-536.

Ответчик соглашался с данными обстоятельствами и подтверждал свое намерение устранить данные нарушения, что подтверждается, в частности, подписанным Ответчиком актом о состоянии отсыпки от 07.07.2019, в котором с приложением фото подтверждено, что «проезд крановой техники невозможен», «отсыпка площадки, предназначенной для монтажа БУ, находится в неудовлетворительном состоянии». Однако Ответчик так и не устранил указанные нарушения, в связи с чем стороны не подписали акт приемки площадки, предусмотренный п. 2.2 раздела 4 Договора, п. 17.6.2 раздела 2 Договора, что исключало возможность монтажа Буровой установки.

Кроме того, поскольку Ответчик так и не погасил задолженность, возникшую при исполнении обязательств на Колвинском месторождении (период просрочки на текущий момент составляет более 11 месяцев), Нэйборз приостановил исполнение всех обязательств по Договору в связи с нарушением Ответчиком своих встречных обязательств (п. 2 ст. 328 ГК РФ, п. 1 Дополнительного соглашения № 3 к Договору).

Поскольку монтаж Буровой установки на Лекхарьягинском месторождении оказался невозможным по обстоятельствам, за которые отвечает Ответчик (необеспечение условий для монтажа Буровой установки и неисполнение денежных обязательств), в соответствии с п. 4 Дополнительного соглашения № 3 Нэйборз стал регулярно предъявлять к оплате также плату за простой Буровой установки (без экипажа) в размере 60% суточной (операционной) ставки по Договору (720 000 рублей без НДС согласно Приложению № 1 к разделу 4 Договора), начиная с 02 июня 2019 г. («Счета за простой»).

Однако Ответчик отказался от оплаты Счетов за простой, ссылаясь на, то, что, несмотря на подписание самим Ответчиком акта об обратном, площадка якобы готова для монтажа и существенные дефекты отсутствуют.

В ответ Нэйборз повторно обратил внимание Ответчика на несоответствие доводов Ответчика фактическим обстоятельствам и их неподтвержденность какими- либо доказательствами. В связи с этим Нэйборз продолжил настаивать на погашении задолженности.

Вместе с тем, Ответчик задолженность не погасил и 02 сентября 2019 г. начал транспортировку (демобилизацию) Буровой установки с Лекхарьягинского месторождения на базу Нэйборз в г. Усинске.

На протяжении периода с даты транспортировки Буровой установки на Лекхарьягинское месторождение до начала демобилизации общий период простоя составил 92,875 дней (с 02 июня 2019 г. 00:00 по 02 сентября 2019 г. 21:00), что соответствует 80 282 880,00 рублей (с НДС) в качестве оплаты простоя по ставке 720 000 рублей (без НДС) в день (п. 3 Дополнительного соглашения № 3, Приложение № 1 к разделу 4 Договора).

Таким образом, в совокупности задолженность Ответчика по Договору составляет 370 870 373,99 рублей (с НДС), включая задолженность по Счетам за бурение (242 587 493,99 рублей), по Счету за демонтаж (48 000 000 рублей) и по Счетам за простой (80 282 880,00 рублей).

Удовлетворяя заявленные требования Нэйборз в полном объеме суд считает необходимым указать следующее.

Требование о взыскании задолженности по Счетам за бурение

В соответствии с п. 13.1 раздела 2, абз. 4 ст. 1 раздела 4, ст. 3 раздела 4 Договора Ответчик обязался оплачивать деятельность Нэйборз по Договору (предоставление Буровой установки и управление ею в соответствии с указаниями Ответчика) на основании операционной ставки, составляющей 1 200 000 рублей в сутки, а также иных ставок, согласованных в разделе 4 Договора, в Приложении 1 к разделу 4 Договора.

Согласно п. 8.1 раздела 4 Договора оплачиваемое время и применимые ставки подтверждаются двусторонними актами. При этом оплата должна производиться не позднее 26-го числа месяца, следующего за выставлением счета (п. 1.2 Приложения 2 к Разделу 4 Договора).

Из положений статей 702, 740, 746 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что основанием для возникновения у заказчика денежного обязательства по оплате работ по договору является совокупность следующих обстоятельств: выполнение работ и передача их результата заказчику.

В пункте 4 статьи 753 Гражданского кодекса РФ предусмотрено, что сдача результата работ подрядчиком и приемка его заказчиком оформляются актом, подписанным обеими сторонами.

Основанием для возникновения обязательства заказчика по оплате обусловленных договором работ является сдача работ заказчику путем подписания акта выполненных работ (пункт 8 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.01.2000 № 51 «Обзор практики разрешения споров по договору строительного подряда».

Истец исполнил свои обязательства в объеме, соответствующем Договору и указаниям Ответчика, что подтверждается помесячными отчетами и двусторонними актами, которые Ответчик подписал без каких-либо возражений.

Однако Ответчик, несмотря на подписание указанных актов, свои денежные обязательства не исполнил. На текущую дату задолженность Ответчика по Счетам за бурение составляет 242 587 493,99 рублей (вкл. НДС).

С учетом изложенного, поскольку сумма основного долга подтверждена двусторонними актами, но не оплачена, несмотря на наступление срока оплаты и неоднократные требования Истца, она подлежит взысканию с Ответчика в принудительном порядке в силу ст.ст. 309, 310 ГК РФ.

Представленные акты приемки, составленные в надлежащей форме являются безусловным доказательством выполненных Нейборз работ. Акты, в том числе акты приемки, имеют доказательственное значение (см., например, Постановление Президиума ВАС РФ от 9 октября 2012 г. № 5150/12, Определение СКЭС ВС РФ от 30 июля 2015 г. № 305-ЭС15-3990).

Давая оценку п. 13.2 раздела 2 Договора закрепляющего следующее правило: «Ни предоставление, ни оплата, ни неоплата отдельного счета не является урегулированием спора и никаким иным образом не отменяют и не влияют на права СТОРОН, предусмотренные настоящим ДОГОВОРОМ. В частности, КОМПАНИЯ [Ответчик] может исправить или изменить любую ранее оплаченную сумму при каких- либо или всех из нижеследующих обстоятельств: (а) любая такая сумма была некорректна; (б) любая такая сумма была неправильно выплачена».

Как следует из текста п. 13.2 раздела 2 Договора, данное положение Договора предполагает возможность Ответчика потребовать взыскания оплаты исключительно в двух следующих случаях: ▪ В счете была сделана ошибка (подпункт «а»); либо ▪ Счет был оформлен правильно, но при оплате была сделана ошибка (подпункт «б»). 1.5. При этом под ошибкой («некорректностью» или «неправильностью выплаты» какой-либо суммы) в Договоре понимается несоответствие счетов условиям Договора. В частности, согласно Договору, счета подлежат выставлению на основании отчетов о распределении времени, которые «составляются один раз в месяц на одну скважину» и «согласовываются обеими сторонами до выставления каких-либо счетов КОМПАНИИ» (п. 14 Приложения № 3 к разделу 3 Договора).

Таким образом, п. 13.2 раздела 2 Договора касается только случаев, когда выставленный Ответчику счет не соответствует ранее согласованному сторонами отчету о распределении времени, но не дает Ответчику право пересматривать сам отчет о распределении времени.

В то же время, как следует из позиции Ответчика, Ответчик пытается пересмотреть не выставленные счета, как это предусмотрено п. 13.2 раздела 2 Договора, а сами согласованные сторонами отчеты о распределении времени. В то же время данные отчеты подписываются по итогам длительной процедуры согласования между сторонами на основании суточных сводок, которые ежедневно «подписываются буровым мастером и буровым супервайзером КОМПАНИИ» (п. 3 Приложения № 3 к разделу 3 Договора). Поскольку указанные отчеты являются результатом длительных и регулярных двусторонних согласований, они не могут быть пересмотрены Ответчиком в одностороннем порядке.

Требование о взыскании задолженности по Счету за демонтаж

В соответствии с п. 3 Дополнительного соглашения № 3 «Стороны договорились, что буровая установка № 536 будет перемещена с Колвинского месторождения (куст № 6) до Лекхарьягинского месторождения (куст № 22) расстоянием 226 км, сроком до 60 дней. Перемещение в размере единовременной суммы 40 000 000,00 рублей, не включая НДС, будет произведено КОМПАНИЕЙ и за счет КОМПАНИИ. Эта сумма включает в себя демонтаж и перемещение буровой установки с Колвинского месторождения (куст № 6) до Лекхарьягинского месторождения (куст № 22)».

Нэйборз исполнил свои обязательства в данной части, что подтверждается подписанными сторонами актами, приложенными к Счету за демонтаж, и перепиской сторон.

Ответчик от оплаты Счета за демонтаж уклоняется, а также отказался подписывать акт завершения демонтажа без пояснения причин. В то же время, поскольку Ответчик факт завершения демонтажа и перемещения Буровой установки не отрицает, а также не представил каких-либо мотивированных возражений относительно Счета за демонтаж в срок, установленный п. 8.2 раздела 4 Договора, сумма в размере 48 000 000 рублей вкл. НДС подлежит взысканию с Ответчика в принудительном порядке.

Ответчик считает, что плата за простой подлежала начислению не с 02.06.2019, а с 02.08.2019, поскольку п. 4 Дополнительного соглашения № 3 к Договору предполагал некий «льготный период» в 60 дней после перемещения Буровой установки, в течение которого монтаж не должен был осуществляться и, следовательно, плата за простой не могла быть начислена.

Суд критически относится к указанному доводу, поскольку в соответствии с п. 4 Дополнительного соглашения № 3 к Договору «по истечении 60 дней, в случае невозможности выполнить монтаж буровой установки по вине КОМПАНИИ КОМПАНИЯ обязуется выплачивать ставку простоя (без бригады), которая составляет 60% от ОПЕРАЦИОННОЙ СТАВКИ БУ в день».

Ответчик заявил, что отсылку к «60 дням» в данном пункте следует понимать как «60 дней после завершения перемещения Буровой установки». В то же время данная позиция Ответчика не соответствует тексту Дополнительного соглашения № 3, который не содержит указания на то, что период в 60 дней отсчитывается после завершения перемещения. Напротив, в п. 3 Дополнительного соглашения № 3 указано, что период в 60 дней представляет собой плановый срок перемещения Буровой установки и, следовательно, отсчитывается с момента начала перемещения, а не после его окончания («Стороны договорились, что буровая установка № 536 будет перемещена с Колвинского месторождения (куст № 6) до Лекхарьягинского месторождения (куст № 22) расстоянием 226 км, сроком до 60 дней»).

Ответчик возражая против удовлетворения требования о демонтаже и перемещении, в том числе ссылался на то, что согласно п. 3 Дополнительного соглашения № 3 к Договору указанная сумма включает также «перемещение» буровой установки, а не только ее демонтаж, при этом Ответчик самостоятельно осуществлял перевозку и транспортировку буровой установки на Лекхарьягинское месторождение. В связи с этим Ответчик считает, что данная сумма подлежит уменьшению на его расходы на осуществление перевозки, которые Ответчик оценил в размере 20 522 523,96 рублей вкл. НДС. Кроме того, Ответчик считает, что из данной суммы также необходимо вычесть расходы Ответчика на демобилизацию буровой установки на базу Нэйборз в г. Усинске после отказа Ответчика от Договора (в размере 22 017 914,40 рублей вкл. НДС), поскольку Нэйборз отказался производить монтаж буровой установки на Лекхарьягинском месторождении и Ответчик был вынужден расторгнуть Договор и демобилизовать оборудование ранее, чем он планировал.

Давая оценку указанным доводом ВПТН, суд отмечает, что грамматическое толкование указанного пункта может свидетельствовать о том, что из системного толкования Договора и Дополнительного соглашения № 3 к Договору следует понимать под «перемещением» в п. 3 Дополнительного соглашения № 3 не транспортировку (перевозку) грузов, составляющих Буровую установку, а услуги Нэйборз по разборке Буровой установки, складирование и маркировка компонентов для погрузки, обеспечение сохранности оборудования в период перемещения (между

партиями грузов) и контроль процесса отгрузки и приемки Буровой установки, иные сопутствующие перевозке действия.

Указанное подтверждается также тем, что в силу Договора Ответчик всегда самостоятельно отвечал за любую перевозку буровой установки, как между кустовыми площадками, так и на базу Нэйборз в г. Усинске (см. раздел «С» Приложения № 3 к разделу 3 Договора, особенно п.п. 5, 12 - т.2, л.д. 138, 139) и исключений из этого правила Дополнительным соглашением № 3 не установлено. Следовательно, толкование Договора, предлагаемое Нэйборз, является единственно разумным и позволяет прийти к непротиворечивым выводам относительно природы взыскиваемой суммы (40 000 000 рублей без НДС): данная сумма касается услуг Нэйборз по демонтажу и сопровождению перевозки (стороны использовали для описания данных действий условный термин «перемещение»), но не затрагивает транспортировку Буровой установки, за которую независимо от Дополнительного соглашения № 3 отвечал Ответчик.

Кроме того, как следует из позиции истца, в отсутствие Дополнительного соглашения № 3 к Договору демонтаж Буровой установки стоил бы 36 100 000 рублей без НДС (Приложение № 1 к разделу 4 Договора). В связи с этим сумма в 40 000 000 рублей без НДС применительно к Дополнительному соглашению № 3, лишь незначительно превышающая обычную цену по Договору, не могла включать перевозку, которая, по мнению самого Ответчика, стоила не менее 20 млн. рублей. В действительности повышение цены с 36 100 000 рублей до 40 000 000 рублей в Дополнительном соглашении № 3 следует считать связанным с тем, что Нэйборз намеревался прекратить исполнение Договора после завершения бурения на Колвинском месторождении, в связи с чем потребовал указанную наценку для перемещения на Лекхарьягинское месторождение, учитывая также существенную задолженность Ответчика по ранее оказанным услугам и, следовательно, сниженную надежность Ответчика как контрагента.

Кроме того, поскольку Нэйборз в целом не осуществляет перевозку в рамках Договора ни на какой стадии, сторонам было бы неразумно согласовывать данную обязанность Нэйборз только применительно к Дополнительному соглашению № 3: у Нэйборз нет ресурсов для организации перевозки, все такие ресурсы (контракты с перевозчиками, погрузочная техника и т.п.) находятся у Ответчика как у генерального подрядчика проекта, постоянно базирующегося на данных месторождениях и осуществляющего перевозки на регулярной основе.

Ответчик в ходе исполнения Дополнительного соглашения № 3 ни в какой момент времени не ссылался на то, что Нэйборз обязан был осуществить перевозку и не требовал от Нэйборз исполнения обязательств в данной части. Напротив, Ответчик незамедлительно после заключения Дополнительного соглашения № 3 приступил к перевозке Буровой установке, как и применительно к другим видам перевозок по Договору (например, Ответчик после 03.09.2019 осуществлял своими силами транспортировку Буровой установки на базу Нэйборз в г. Усинске). Следовательно, Ответчик сам всегда понимал, что сумма в 40 000 000 рублей (без НДС), согласованная в Дополнительном соглашении № 3, не включает перевозку, за которую Ответчик отвечает в силу общих положений Договора, а является платой за демонтаж и сопутствующие услуги Нэйборз («перемещение» Буровой установки в терминах п. 3 Дополнительного соглашения № 3).

Учитывая изложенное, сумма по Счету за демонтаж подлежит взысканию с Ответчика в полном объеме (48 000 000) руб.

Требование о взыскании задолженности по Счетам за простой.

В соответствии с п. 4 Дополнительного соглашения № 3 после передвижки Буровой установки на Лекхарьягинское месторождение Ответчик обязался выплачивать «ставку простоя (без бригады), которая составляет 60% от ОПЕРАЦИОННОЙ СТАВКИ БУ в день» (720 000 рублей в день согласно Приложением № 1 к разделу 4 Договора) «в случае невозможности выполнить монтаж буровой установки по вине КОМПАНИИ [Ответчика] (не подготовлена площадка или несвоевременная транспортировка)»).

Данное положение применимо в настоящем деле, поскольку после перемещения Буровой установки Нэйборз обнаружил, что монтаж Буровой установки на кустовой площадке Лекхарьягинского месторождения невозможен по вине Ответчика, в частности ввиду неподготовленной площадки, о чем Нэйборз неоднократно информировал Ответчика. Следовательно, в силу п. 4 Дополнительного соглашения № 3 Ответчик обязан был выплачивать Нэйборз плату за простой в размере 60% от операционной ставки в день (720 000 рублей без НДС согласно Приложению № 1 к разделу 4 Договора) до устранения нарушений или демобилизации Буровой установки.

Кроме того, по смыслу п.п. 3.3, 3.5 раздела 4 Договора ставка простоя (без бригады) применяется также во всех случаях, когда Буровая установка не функционирует по причинам, за которые Нэйборз не отвечает, и при этом Буровая установка не укомплектована персоналом. Частным случаем такой ситуации является отказ Ответчика от оплаты задолженности перед Нэйборз, что следует также из п. 1 Дополнительного соглашения № 3, согласно которому Нэйборз «не несет никаких обязательств пока КОМПАНИЯ не оплатит все должные для оплаты счета». В связи с этим наличие у Ответчика задолженности по оплате Счетов за бурение и Счета за демонтаж независимо от готовности площадки Лекхарьягинского месторождения в любом случае являлось самостоятельным основанием для начисления суточной ставки за простой Буровой установки (без персонала) в размере 720 000 рублей (без НДС) в день до момента погашения задолженности или демобилизации Буровой установки.

С учетом этого Нэйборз правомерно исчислил и выставил к оплате Счета за простой Буровой установки (без экипажа) с использованием ставки в 720 000 рублей (без НДС) в день с 02 июня 2019 г. 00:00 (после истечения срока перемещения в 60 дней согласно п. 3 Дополнительного соглашения № 3 к Договору) по 02 сентября 2019 г. 21:00 (момент начала транспортировки Буровой установки с Лекхарьягинского месторождения на базу Нэйборз в г. Усинске).

Доводы Ответчика о необоснованно длительном простое буровой установки в рамках Счетов за простой отклоняются судом по следующим основаниям.

Основание для выставления Счетов за простой. В обоснование необходимости взыскания сумм по Счетам за простой Нэйборз ссылается на то, что монтаж буровой установки на Лекхарьягинском месторождении не был проведен «по вине» Ответчика, что является основанием для ежесуточного начисления ставок за простой в силу п. 4 Дополнительного соглашения № 3 к Договору, поскольку: (1) Ответчик не обеспечил подготовку площадки Лекхарьягинского месторождения к монтажу буровой установки, (2) Ответчик не предоставлял необходимое содействие, в частности не завез на площадку дизельное топливо и железобетонные плиты, без которых монтаж буровой установки был невозможен, (3) Ответчик не погасил существенную многомилионную задолженность по Договору, что являлось условием для выполнения монтажа согласно п. 1 Дополнительного соглашения № 3 к Договору. Каждое из этих оснований является достаточным для взыскания Счетов за простой в отдельности, поскольку каждое из них само по себе исключает возможность монтажа буровой установки. Следовательно, поскольку Ответчик отвечает за невозможность монтажа буровой установки, соблюдаются условия, установленные п. 4 Дополнительного соглашения № 3 к

Договору (т. 3, л.д. 23-24), согласно которому если монтаж будет невозможен по причинам, за которые отвечает Ответчик, Ответчик обязан будет уплатить ставку за простой без бригады (60% от операционной ставки) за каждые сутки простоя.

Вопреки доводам Ответчика, Нэйборз правомерно выставлял Счета за простой с 02.06.2019.

В соответствии с п. 4 Дополнительного соглашения № 3 к Договору «по истечении 60 дней, в случае невозможности выполнить монтаж буровой установки по вине КОМПАНИИ КОМПАНИЯ обязуется выплачивать ставку простоя (без бригады), которая составляет 60% от ОПЕРАЦИОННОЙ СТАВКИБУ в день».

Несмотря на подписание двустороннего акта о том, что «отсыпка площадки скважины № 22 Лекхарьягинского месторождения находится в неудовлетворительном состоянии отсутствует возможность заезда крана для начала монтажа основания буровой установки» (т. 9, л.д. 95), в котором Ответчик подтвердил, что «отсыпка площадки скважины находится в неудовлетворительном состоянии», «подъездная дорога находится в неудовлетворительном состоянии», «отсыпка площадки, предусмотренной для монтажа БУ, находится в неудовлетворительном состоянии». В связи с этим не оспариваемыми сторонами документами, представленными в материалы дела, подтверждено, что в указанный период площадка не была готова и не соответствовала требованиям, в частности, п. 17.6.2 раздела 2 Договора.

Акты о состоянии площадки от 13.07.2019 и 19.07.2019, подписанные ООО «ВПТ-Нефтемаш» и АО ННК «Печоранефть» не подтверждают готовность стройплощадки, учитывая имеющийся Акт от 07.07.2019 и представленные фотоматериалы и видеозаписи в спорный период.

Кроме того, Ответчик не предоставил требуемых в такой ситуации технических документов, которые бы подтверждали реальное устранение замечаний, подтвержденных сторонами в двустороннем акте от 07.07.2019 (исполнительная документация, акты об устранении замечаний, акты скрытых работ и т.п.), что свидетельствует о неготовности площадки.

Указанное дает Нэйборз основания взыскивать суммы по ставкам за простой за весь период с 02.06.2019 по 02.09.2019 на основании абз. 2 п. 13.4 раздела 2 Договора независимо от состояния площадки. При этом тот факт, что абз. 2 п. 13.4 раздела 2 Договора содержит отсылку к более высокой ставке простоя (ставка «ОЖИДАНИЯ с бригадой», которая составляет 90% от операционной ставки, в то время как Счета за простой в данном случае выставлены по ставке ожидания без бригады, составляющей 60% от операционной ставки) не изменяет данный вывод: п. 3.5 раздела 4 Договора предусматривает, что во всех случаях, когда Договор предусматривает правомерный простой, однако экипаж буровой установки фактически распущен, вместо ставки ожидания с бригадой применяется ставка ожидания без бригады, что направлено также на защиту интересов Ответчика. В связи с этим системное толкование п. 13.4 раздела 2 Договора и п. 3.5 раздела 4 Договора подтверждает, что в случае отсутствия оплаты Нэйборз был вправе остановить свою деятельность по Договору и взыскивать ставку за простой без бригады.

Независимо от готовности площадки Нэйборз не мог осуществить монтаж Буровой установки ввиду непредоставления Ответчиком дизельного топлива и иного содействия, на что Нэйборз неоднократно указывал в переписке. Каких-либо доказательств исполнения своих обязанностей в данной части Ответчик не представил. Следовательно, Счета за простой подлежат взысканию.

Независимо от технической возможности монтажа Буровой установки Нэйборз правомерно остановил исполнение Договора ввиду наличия у Ответчика существенной задолженности перед Нэйборз (более 300 млн. рублей), что является самостоятельным основанием для взыскания оплаты по Счетам за простой.

В этой связи Нэйборз обращает внимание Суда на то, что в отличие от двустороннего акта от 07.07.2019, предоставленного Нэйборз (Приложение № 11 к Исковому заявлению).

Согласно позиции Ответчика Нэйборз не предпринял мер по «минимизации убытков», поскольку не прекращал Договор по своей инициативе и не проводил демобилизацию буровой установки до 02.09.2019, чем способствовал увеличению взыскиваемых сумм. В то же время данные доводы Ответчика не основаны на законе и подлежат отклонению:

В соответствии со ст. 404 ГК РФ обязанность по минимизации ущерба применяется только в случаях привлечения должника к «ответственности» (на что прямо указано в данной норме, которая, кроме того, расположена в разделе «Ответственность за нарушение обязательств»). Поскольку под ответственностью понимается дополнительная негативная обязанность, связанная с нарушением обязательства (взыскание убытков, неустойки и т.п.), ст. 404 ГК РФ не применяется к плате по договору (см. также судебную практику в Приложении 4). При этом в данном деле Нэйборз не привлекает Ответчика к ответственности (Счета за простой не являются убытками или неустойкой), а взыскивает гражданско-правовой долг, прямо предусмотренный на этот случай в Договоре в качестве встречного предоставления за обеспечение готовности буровой установки к монтажу (п. 4 Дополнительного соглашения № 3 к Договору, т. 3, л.д. 23-24). Указанное подтверждается также тем, что плата за простой указана среди иных ставок по Договору (Приложение № 1 к разделу 4 Договора, т. 3, л.д. 7-9) и подлежит выплате, в том числе, в ситуации, когда поведение Ответчика в принципе нельзя считать противоправным (например, при задержке демобилизации ввиду погодных условий (абз. 2 п. 3.5 раздела 4 Договора, т. 2, л.д. 13- 14) или при остановке работ государственными органами (п. 3.3 раздела 4 Договора, т. 2, л.д. 13-14)). Следовательно, Нэйборз не имел обязанности способствовать уменьшению прямо предусмотренных Договором выплат за простой, тем более расторгая Договор по собственной инициативе.

Неустойка

Компанией с ограниченной ответственностью «Нейборз Дриллинг Интернэшнл Лимитэд» в лице филиала в г. Москва также заявлено требование о взыскании пени за просрочку оплаты по договору № R536-VPTN021802 от 12.02.2018 в размере 32 831 319 руб. 47 коп., а так же пени в размере 1/360 ставки рефинансирования ЦБ РФ, начисляемую на сумму долга в размере 370 870 373,99 руб. за каждый календарный день просрочки за период с 03.07.2020 по дату фактической оплаты задолженности.

В соответствии с 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

В настоящем деле стороны договорились, что при задержке оплаты сумм, подлежащих уплате по Договору, Ответчик обязан будет выплатить неустойку (пени) в размере 1/360 ставки рефинансирования (ключевой ставки) ЦБ РФ за каждый день просрочки без ограничения по сумме (п. 13.4 раздела 2 Договора).

Представленный истцом расчет подлежащей взысканию неустойки, а также период её начисления и размер, проверен судом, является правильным и не оспорен по существу ответчиком.

Суд, рассмотрев заявление ответчика о снижении неустойки считает, что отсутствуют основания для уменьшения размера неустойки на основании ст. 333 ГК РФ, в связи со следующим.

Подлежащая уплате неустойка, установленная законом или договором, в случае ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства, может быть уменьшена в судебном порядке (пункт 1 статьи 333 ГК РФ).

Согласно правовой позиции, изложенной в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» при оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (пункты 3, 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункта 1 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (пункт 4 статьи 421 Гражданского Кодекса).

Величина неустойки была согласована сторонами при подписании договора.

Конституционный Суд Российской Федерации в абзаце 3 пункта 10 Решения "Об утверждении Обзора практики Конституционного Суда Российской Федерации за первый квартал 2015 года" от 23 апреля 2015 года указал, что положения законодательства "не допускают возможности решения судом вопроса о снижении размера неустойки по мотиву явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства без представления ответчиками доказательств, подтверждающих такую несоразмерность".

Разъяснения Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в Постановлении от 22.12.2011 г. N 81 "О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации" не означают, что размер взыскиваемой судом неустойки не может быть больше платы по краткосрочным кредитам, не отменяет обязанности должника представлять доказательства явной несоразмерности договорной неустойки последствиям нарушения обязательств.

По смыслу абзаца 4 пункта 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.12.2011 г. N 81, доводы ответчика о невозможности исполнения обязательства вследствие тяжелого финансового положения; о неисполнении обязательств контрагентами; о наличии задолженности перед другими кредиторами; о наложении ареста на денежные средства или иное имущество ответчика; о непоступлении денежных средств из бюджета; о добровольном погашении долга полностью или в части на день рассмотрения спора; о выполнении ответчиком социально значимых функций; о наличии у должника обязанности по уплате процентов за пользование денежными средствами (например, процентов по договору займа) сами по себе не могут служить основанием для снижения неустойки на основании статьи 333 ГК РФ.

В абзаце 1 пункта 2 Постановления от 22 декабря 2011 года N 81 Пленум ВАС РФ указал, что при рассмотрении вопроса о необходимости снижения неустойки по заявлению ответчика на основании статьи 333 ГК РФ судам следует исходить из того, что неисполнение или ненадлежащее исполнение должником денежного обязательства позволяет ему неправомерно пользоваться чужими денежными средствами. Поскольку никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, условия такого пользования не могут быть более выгодными для должника, чем условия пользования денежными средствами, получаемыми участниками оборота правомерно (например, по кредитным договорам)". Указанная позиция также изложена в

Определении Верховного Суда Российской Федерации от 28 января 2016 № 303-ЭС15- 14198.

Бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Доводы ответчика о невозможности исполнения обязательства вследствие тяжелого финансового положения, наличия задолженности перед другими кредиторами, наложения ареста на денежные средства или иное имущество ответчика, отсутствия бюджетного финансирования, неисполнения обязательств контрагентами, добровольного погашения долга полностью или в части на день рассмотрения спора, выполнения ответчиком социально значимых функций, наличия у должника обязанности по уплате процентов за пользование денежными средствами (например, на основании статей 317.1, 809, 823 Гражданского кодекса Российской Федерации) сами по себе не могут служить основанием для снижения неустойки.

В данном случае, исходя из суммы долга, периода нарушения обязательств по оплате долга, суд считает, что размер взыскиваемой с ответчика неустойки соразмерен последствиям нарушения обязательств по договору.

Таким образом, суд приходит к выводу, что оснований для применения судом статьи 333 ГК РФ не имеется, доказательств чрезмерности неустойки ответчик не представил.

В соответствии с пунктом 65 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" по смыслу статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации, истец вправе требовать присуждения неустойки по день фактического исполнения обязательства (в частности, фактической уплаты кредитору денежных средств, передачи товара, завершения работ).

Таким образом, требование Компании с ограниченной ответственностью «Нейборз Дриллинг Интернэшнл Лимитэд» о взыскании с ответчика пени за просрочку оплаты по договору № R536-VPTN021802 от 12.02.2018 в размере 32 831 319 руб. 47 коп., а так же пени в размере 1/360 ставки рефинансирования ЦБ РФ, начисляемую на сумму долга в размере 370 870 373,99 руб. за каждый календарный день просрочки за период с 03.07.2020 по дату фактической оплаты задолженности подлежит удовлетворению в полном объеме.

Требования "ВПТ - Нефтемаш" к Нейборз о соразмерном уменьшении установленной за работу цены в размере 29 584 120 руб., о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 1 085 899,32 руб., о взыскании суммы за неудовлетворительное качество работ или неисполнение своих обязательств 4 095 858,50 руб.

Заявленные требования Общества с ограниченной ответственностью "ВПТ - Нефтемаш" о соразмерном уменьшении установленной за работу цены в размере 29 584 120 руб. 00 коп. не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

Позиция Ответчика, в части Счетов за бурение сводится к тому, что Ответчик «на основании вновь открывшихся обстоятельств, согласно п. 13.2 Раздела 2 Договора» отозвал «ранее подписанные и оплаченные объемы» по двусторонним актам. В связи с этим, по мнению Ответчика, Нэйборз обязан выплатить сумму в размере «29 584 120,00 рублей», а также проценты по ст. 395 ГК РФ.

Как следует из текста п. 13.2 раздела 2 Договора, данное положение Договора предполагает возможность Ответчика потребовать взыскания оплаты исключительно в двух следующих случаях: В счете была сделана ошибка (подпункт «а»); либо Счет был оформлен правильно, но при оплате была сделана ошибка (подпункт «б»)

При этом под ошибкой («некорректностью» или «неправильностью выплаты» какой-либо суммы) в Договоре понимается несоответствие счетов условиям Договора. В частности, согласно Договору, счета подлежат выставлению на основании отчетов о распределении времени, которые «составляются один раз в месяц на одну скважину» и «согласовываются обеими сторонами до выставления каких-либо счетов КОМПАНИИ» (п. 14 Приложения № 3 к разделу 3 Договора).

Таким образом, п. 13.2 раздела 2 Договора касается только случаев, когда выставленный Ответчику счет не соответствует ранее согласованному сторонами отчету о распределении времени, но не дает Ответчику право пересматривать сам отчет о распределении времени

Суд указывает, что данные отчеты подписываются по итогам процедуры согласования между сторонами на основании суточных сводок, которые ежедневно «подписываются буровым мастером и буровым супервайзером КОМПАНИИ» (п. 3 Приложения № 3 к разделу 3 Договора). Поскольку указанные отчеты являются результатом длительных и регулярных двусторонних согласований, они не могут быть пересмотрены Ответчиком в одностороннем порядке.

Указанное соответствует также существу договорных отношений Сторон. Так, Договор предусматривает оплату деятельности Нэйборз по «фактическому времени, умноженному на соответствующую Суточную Ставку» (п. 1 раздела 4 Договора), а не оплату какого-либо конкретного материального результата (как в случае подряда на бурение скважин «под ключ»). В такой ситуации основой договорных отношений сторон является стабильность согласованных сторонами временных затрат.

В части некорректно выставленных счетов по Договору Ответчик ссылается на заключение ООО «РАЭКС»

Из пункта 13 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 N 23 "О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе" следует, что заключение эксперта, полученное по результатам проведения внесудебной экспертизы, не может признаваться экспертным заключением по рассматриваемому делу; такое заключение может быть признано судом иным документом, допускаемым в качестве доказательства в соответствии со статьей 89 АПК РФ.

Представленное ООО "ВПТ - Нефтемаш" в материалы дела заключение ООО «РАЭКС» является мнением не участвующего в деле лица в поддержку одной из сторон судебного процесс и с точки зрения процессуального законодательства не является заключением эксперта (ст. 86 АПК РФ) либо консультацией специалиста (ст. 87.1 АПК РФ), в связи с чем оно не может быть принято в качестве надлежащего доказательства, объективно подтверждающего некорректность выставленных счетов по Договору.

Заключение ООО «РАЭКС» не является бесспорным доказательством как и иные внесудебные экспертизы с достоверностью не свидетельствуют о качественности либо некачественности работ, принимая во внимание то, что они составлены по заказу сторон спора, что не обеспечивает достаточной объективности и достоверности выводов экспертов, не является доказательством по смыслу статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и не соответствует требованиям статей 55.1 и 87.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку к участию в деле специалист судом не привлекался.

Заключение ООО «Консалтинговая группа Территория» не может быть принято в качестве надлежащего доказательства по тем же причинам, равно как и заключение, по запросу Нэйборз ФГБОУ ВО «Тюменский индустриальный университет».

Судом не принимаются и не учитываются при вынесении решения представленные обеими сторонами внесудебные отчеты/заключения т.к. они не способны повлиять на выводы сделанные суд по результату рассмотрения спора. Поскольку в рамках дела судом не назначалась судебная экспертиза в порядке, установленном статьей 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, представленные сторонами заключения специалистов, полученные по результатам проведения внесудебных исследований, экспертными заключениями по делу не считаются (пункт 13 Постановления Пленума ВАС РФ от 4 апреля 2014 года N 23 "О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе"), следовательно, расходы сторон по делу на проведение таких исследований не возмещаются в составе судебных издержек.

Отказывая в удовлетворении требований ООО "ВПТ - Нефтемаш", суд учитывает, что спорный Договор предполагает бурение по суточной ставке. В связи с этим стороны прямо согласовали в п. 1 раздела 4 Договора, что «Стоимость РАБОТ будет определяться по следующей формуле: Общая сумма за мобилизацию, демобилизацию, перемещение и передвижку плюс фактическое время, умноженную на соответствующую Суточную Ставку». При этом Договор (таблица № 1 к разделу 4 Договора) содержит исчерпывающий перечень случаев, когда деятельность Нэйборз не подлежит оплате (применяется «НУЛЕВАЯ СТАВКА»). Такие случаи касаются поименованных ситуаций, когда конкретная деятельность Нэйборз вызвана «ненадлежащим исполнением обязанностей» по бурению со стороны Нэйборз (см., например, п. 10 таблицы № 1 к разделу 4 Договора). Однако Ответчик не ссылается на такие обстоятельства, в связи с чем доводы Ответчика в любом случае не могут служить подтверждением неверного расчета сумм, подлежащих уплате Нэйборз.

Договор R536 не содержит каких-либо отсылок к плановым, нормативным или иным «срокам» для целей определения взыскиваемых сумм или оценки исполнения Договора. Так, п. 1 раздела 4 Договора прямо указывает, что оплата производится по «фактическому времени» по применимой ставке. При этом таблица случаев применения различных ставок (см. таблицу № 1 к разделу 4 Договора), предусматривая закрытый перечень ситуаций, когда то или иное время следует считать непроизводительным и применять «НУЛЕВУЮ СТАВКУ», не относит к таким случаям превышение нормативного времени бурения. Положения раздела 4 Договора, устанавливающего особый порядок оплаты по Договору и не содержащего отсылок к программам бурения или каким-либо срокам бурения, которые Договором не предусмотрены.

В любом случае, основанием для оплаты работ Нейборз является факт исполнения договора. Акты, в том числе акты приемки, имеют доказательственное значение (см., например, Постановление Президиума ВАС РФ от 9 октября 2012 г. № 5150/12, Определение СКЭС ВС РФ от 30 июля 2015 г. № 305-ЭС15-3990). Следовательно, акты как доказательства, являющиеся основанием для выставления Счетов за бурение, не могут быть отозваны.

В связи с тем, что суд отказывает в удовлетворении требования о взыскании задолженности в размере 29 584 120 руб. 00 коп., требования о взыскании процентов в размере 1 085 899 руб. 32 коп. за пользование данными денежными средствами так же не подлежат удовлетворению.

Заявленные требования Общества с ограниченной ответственностью "ВПТ - Нефтемаш" о взыскании суммы за неудовлетворительное качество работ или

неисполнение своих обязательств 4 095 858 руб. 50 коп. не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

Требования Ответчика в данной части основаны на протоколах совместных совещаний, подписанных между Ответчиком и АО «ННК-Печоранефть», в которых к Ответчику были применены штрафные санкции по инициативе АО «ННК- Печоранефть» за нарушение Ответчиком договорных обязательств перед АО «ННК- Печоранефть» (т. 3, л.д. 8).

В то же время Договор R36 с Нэйборз не содержит аналогичных неустоек или штрафов, что исключает их взыскание с Нэйборз (п. 3 ст. 308 ГК РФ, ст. 331 ГК РФ). Указанное подтверждается также судебной практикой, согласно которой неустойки и штрафы, выплаченные в адрес третьих лиц, являются косвенным убытком, не подлежащим взысканию по правилам ст. 15 ГК РФ ввиду отсутствия причинно- следственной связи (см. подборку судебной практики в Приложении 1). Данная правовая позиция особенно применима в настоящем деле, поскольку Договор содержит прямое указание на то, что любая ответственность Истца не может включать в себя «косвенные убытки» (абз. 5 п. 17.8 раздела 2 Договора).

ВПТН также не доказан факт несения расходов в заявленном размере. Напротив, разделе 2 в протокола от 11.06.2019 (т. 3, л.д. 10), на который Ответчик ссылается применительно к Договору № R536, прямо указано, что «АО «ННК-Печоранефть» не выставляет ООО «ВПТ-Нефтемаш» штрафных санкций, закрепленных Протоколами приемки работ от 18.09.2018, 17.10.2018, 21.11.2018, 28.11.2018» и др.).

ВПТН не обосновал и не доказал наличие причинно-следственной связи между допущенными Нейборз нарушениями при производстве работ и размером заявленных убытков. Таким образом, ВПТН, заключая договор с Нейборз, должен был установить аналогичную меру ответственности, то есть предусматривать штраф за нарушение указанные нарушения.

Согласно п. 11 Постановления Пленума ВАС РФ N 16 при разрешении споров, возникающих из договоров, в случае неясности условий договора и невозможности установить действительную общую волю сторон с учетом цели договора, в том числе исходя из текста договора, предшествующих заключению договора переговоров, переписки сторон, практики, установившейся во взаимных отношениях сторон, обычаев, а также последующего поведения сторон договора (ст. 431 ГК РФ), толкование судом условий договора должно осуществляться в пользу контрагента стороны, которая подготовила проект договора либо предложила формулировку соответствующего условия.

Пока не доказано иное, предполагается, что такой стороной было лицо, являющееся профессионалом в соответствующей сфере, требующей специальных познаний.

При этом суд исходит из общеправовых принципов pacta sunt servanda и favor contractus (favor negotii), которые направлены на сохранение взаимных обязательств сторон и недопустимость одностороннего уклонения от их исполнения.

Наличие условий договора предполагающих необходимость выяснения судом их действительного смысла в совокупности, а также с учетом последующих действий сторон по исполнению условий договора (фактическому совершению либо несовершению действий) не выявлено, что не позволяет суду применять положения принципа contra proferentem по заявлению ООО «ВПТ-Нефтемаш».

В соответствии со ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В силу положений ст. 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном

и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами и никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы.

Согласно ч. 1 ст. 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, статьей 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

РЕШИЛ:

В удовлетворении ходатайства Общества с ограниченной ответственностью "ВПТ - Нефтемаш" о назначении строительно-технической экспертизы по делу – отказать.

Исковые требования Компании с ограниченной ответственностью «Нейборз Дриллинг Интернэшнл Лимитэд» в лице филиала в г. Москва удовлетворить.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью "ВПТ - Нефтемаш" в пользу Компании с ограниченной ответственностью «Нейборз Дриллинг Интернэшнл Лимитэд» в лице филиала в г. Москва задолженность по договору № R536- VPTN021802 от 12.02.2018 в размере 370 870 373 (триста семьдесят миллионов восемьсот семьдесят тысяч триста семьдесят три) руб. 99 коп., пени за просрочку оплаты по договору № R536-VPTN021802 от 12.02.2018 в размере 32 831 319 (тридцать два миллиона восемьсот тридцать одна тысяча триста девятнадцать) руб. 47 коп., пени в размере 1/360 ставки рефинансирования (ключевой ставки) ЦБ РФ, начисляемую на сумму долга в размере 370 870 373,99 руб. за каждый календарный день просрочки за период с 03.07.2020 по дату фактической оплаты задолженности, расходы по уплате госпошлины в размере 200 000 (двести тысяч) руб. 00 коп.

В удовлетворении исковых требований Общества с ограниченной ответственностью "ВПТ - Нефтемаш" о соразмерном уменьшении установленной за работу цены в размере 29 584 120 руб. 00 коп., о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 1 085 899 руб. 32 коп., о взыскании суммы за неудовлетворительное качество работ или неисполнение своих обязательств 4 095 858 руб. 50 коп. – отказать.

Решение может быть обжаловано в месячный срок с даты его принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.

Судья В.Г. Джиоев

Электронная подпись действительна.Данные ЭП:Удостоверяющий центр ФГБУ ИАЦ Судебного

департамента

Дата 11.06.2019 7:08:19

Кому выдана Джиоев Владимир Гурамович