Постановление от 4 мая 2018 г. по делу № А12-18544/2015

239/2018-23333(1)

ДВЕНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

410002, г. Саратов, ул. Лермонтова д. 30 корп. 2 тел: (8452) 74-90-90, 8-800-200-12-77; факс: (8452) 74-90-91,

http://12aas.arbitr.ru; e-mail: info@12aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело №А12-18544/2015
г. Саратов
04 мая 2018 года
Резолютивная часть постановления объявлена «25» апреля 2018 года Полный текст постановления изготовлен «04» мая 2018 года

Двенадцатый арбитражный апелляционный суд в составе

председательствующего судьи Макарова И.А., судей Грабко О.В., Степуры С.М., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы акционерного общества «НГ-Менеджмент» (119019, г. Москва, Новый Арбат, 21) и общества с ограниченной ответственностью «Механизированная колонна-77»

на определение Арбитражного суда Волгоградской области от 03 ноября 2017 года по делу № А12-18544/2015, (судья Иванова Л.К.)

по заявлению акционерного общества «Торговый дом Металлургический завод «Красный Октябрь» о признании сделки недействительной

в рамках дела о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Волгоградский завод буровой техники» (<...> ОГРН <***>; ИНН <***>,),

при участии в судебном заседании: представителя общества с ограниченной ответственностью «Волгоградский завод буровой техники» - ФИО2, действующей на основании доверенности от 20.09.2017;

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Волгоградской области от 10 июля 2015 года в отношении общества с ограниченной ответственностью «Волгоградский

завод буровой техники» (далее - ООО «ВЗБТ», должник) введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден Пименов В.С.

Решением Арбитражного суда Волгоградской области от 06 мая 2016 года ООО «ВЗБТ» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство. Конкурсным управляющим утвержден ФИО3

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 03 октября 2016 года конкурсным управляющим должника утвержден ФИО4

09.08.2016 конкурсный кредитор АО «ВМЗ «Красный Октябрь» обратился с заявлением о признании недействительной сделки - договора № НГ-2013-13 о залоге оборудования от 28.11.2013, заключенного между должником и ОАО «НафтаГаз». В обосновании заявления указано, что между ОАО «НафтаГаз» и ООО «Волгоградский завод буровой техники» заключены договоры процентного займа: № НГ-2013-09 от16.09.2013, в соответствии с которым ОАО «НафтаГаз» предоставило должнику заём на сумму 42 000 000 руб. под 0,5 % годовых, с 28.11.2013 под 5,5% годовых со сроком возврата не позднее 20.12.2013; № НГ- 2013-10 от 10.10.2013, в соответствии с которым ОАО «НафтаГаз» предоставило должнику заём на сумму 2 000 000 руб. под 5,5% годовых со сроком возврата не позднее 31.12.2014; № НГ- 2013-11 от 14.10.2013 в соответствии с которым ОАО «НафтаГаз» предоставило должнику заём в размере 40 000 000 руб. под 0,5% годовых, с 05.06.2014 под 5,5% годовых со сроком возврата не позднее 31.03.2014. В обеспечение исполнения обязательств по договорам займа: № НГ-2013-09 от 16.09.2013, № НГ-2013-10 от 10.10.2013, № НГ-2013-11 от 14.10.2013 между ООО «Волгоградский завод буровой техники» и ОАО «НафтаГаз»

28.11.2013 был заключен договор о залоге оборудования № НГ-2013-13, предмет залога по соглашению сторон в соответствии с п.п.3.1. договора оценен в сумме 50 000 000 руб., перечень переданного в залог оборудования, а это 1568 позиций, указан в приложении № 1 к договору № НГ-2013-13 залоге оборудования от 28.11.2013.

АО «ВМЗ «Красный Октябрь» просило признать договор залога недействительным в соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» № 127-ФЗ от 26.10.2002 (далее - Закона о банкротстве), так как он заключен в период неплатежеспособности должника, в отношении заинтересованного лица ОАО «НафтаГаз», с целью причинения вреда кредиторам.

Определением суда от 16.01.2017 отказано в удовлетворении заявления АО «ВМЗ «КО» о признании недействительным договора залога № НГ-2013-13 от 28.11.2013, заключенного между ООО «Волгоградский завод буровой техники» и ОАО «НафтаГаз».

Постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.04.2017 определение суда от 16.01.2017 оставлено без изменение, апелляционная жалоба АО «ТД МЗ «КО» без удовлетворения.

Постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 11.07.2017 определение суда от 16.01.2017 и постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.04.2017 отменены, спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд Волгоградской области.

При новом рассмотрении, определением Арбитражного суда Волгоградской области от 03 ноября 2017 года заявление акционерного общества «Торговый дом Металлургический завод «Красный Октябрь» (правопреемник первоначального

заявителя) удовлетворено, признан недействительным договор залога № НГ-2013- 13 от 28.11.2013, заключенный между ООО «Волгоградский завод буровой техники» и ОАО «НафтаГаз».

АО «НГ-Менеджмент» и ООО «Механизированная колонна-77» с определением суда первой инстанции не согласились, обратились с апелляционными жалобами.

Апелляционная жалоба АО «НГ-Менеджмент», с учетом дополнения, мотивирована тем, что не подтверждено наличие оснований для признания сделки недействительной по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 Федерального закона № 127-ФЗ от 26.10.2002 «О несостоятельности (банкротстве)».

Апелляционная жалоба ООО «Механизированная колонна-77» была подана в порядке статьи 42 АПК РФ. При этом, апеллянт указал, что обжалуемое определение принято о его правах, как правопреемника требований АО «НГ- Менеджмент» по договору цессии.

Исследовав материалы дела, суд апелляционной инстанции не находит оснований для рассмотрения апелляционной жалобы ООО «Механизированная колонна-77» в порядке статьи 42 АПК РФ с переходом к рассмотрению спора по правилам суда первой инстанции и рассматривает обе апелляционные жалобу как одну апелляционную жалобу, исходя из следующего:

Обжалуемое определение от 03.11.2017 (резолютивная часть от 27.10.2017) не может рассматриваться как принятое о правах и обязанностях ООО «Механизированная колонна-77», поскольку, согласно пункту 1.4 представленного соглашения об уступке права требования от 10.08.2017 требования первоначального кредитора переходят к новому кредитору после оплаты меновой стоимости и передачи документов, удостоверяющих права требования. Соответствующая оплата произведена 01.11.2017, документы переданы 08.11.2017.

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 30.03.2018 произведено процессуальное правопреемство, акционерное общество «НГ- Менеджмент» заменено на общество с ограниченной ответственностью «Механизированная колонная-77» в реестре требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «Волгоградский завод буровой техники» на сумму 297 480 275 руб. 26 коп., из которого основной долг 282 525 478 руб. 29 коп., проценты за пользование денежными средствами 13 602 816 руб. 10 коп., проценты по ст. 395 ГК РФ 1 310 933 руб. 55 коп., расходы по оплате госпошлины 16 047 руб., судебные расходы 25 000 руб., в том числе требования на сумму 92 081 637 руб. 33 коп., из которой долг 84 000 000 руб. и проценты за пользование денежными средствами на 8 081 637 руб. 33 коп., обеспечены залогом имущества должника, указанного в определении суда от 13.10.2015

Таким образом, на настоящий момент АО «НГ-Менеджмент» конкурсным кредитором должника не является, его процессуальным правопреемником стало ООО «Механизированная колонная-77».

Представитель ООО «ВЗБТ», с учетом объяснений в порядке статьи 81 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) полагает обжалуемое определение законным и обоснованным.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, надлежащим образом извещены о месте и времени судебного разбирательства путем направления определения, выполненного в форме электронного документа, в соответствии со статьей 186 Арбитражного процессуального кодекса Российской

Федерации (далее – АПК РФ) посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступ.

От АО «НГ-Менеджмент» поступило ходатайство об отложении судебного заседания в связи отстранением конкурсного управляющего АО «НГ-Менеджмент» от исполнения обязанностей и отсутствием вновь утвержденного управляющего.

В удовлетворении ходатайства апелляционной коллегией отказано в связи с тем, что АО «НГ-Менеджмент» более не является конкурсным кредитором должника, судом рассматривается апелляционная жалоба ООО «Механизированная колонная-77».

В соответствии с частью 3 статьи 156 АПК РФ при неявке в судебное заседание иных лиц, участвующих в деле и надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства, суд рассматривает дело в их отсутствие.

Судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных и не явившихся в судебное заседание.

Законность и обоснованность принятого определения проверяются арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке и по основаниям, установленным статьями 266 - 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив и исследовав материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в пределах, установленных статьей 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, имеющимся в материалах дела доказательствам, правильность применения арбитражным судом норм материального и соблюдение норм процессуального права, арбитражный суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Дела о несостоятельности (банкротстве) в силу части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) и пункта 1 статьи 32 Федерального закона № 127-ФЗ от 26.10.2002 «О несостоятельности (банкротстве)» (далее Закон о банкротстве), рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Как следует из материалов дела, в обеспечение надлежащего исполнения договоров займа, заключенных между ООО «Волгоградский завод буровой техники» и ОАО «НафтаГаз» № НГ2013-09 от 16 сентября 2013 года, № НГ-2013-10

от 10 октября 2013 года, № НГ-2013-11 от 14 октября 2013 года, между сторонами был заключен договор № НГ-2013-13 о залоге оборудования от 28 ноября 2013 года, предмет залога по соглашению сторон в соответствии с подпунктом 3.1. договора оценен в сумме 50 000 000 руб., перечень переданного в залог оборудования (1568 позиций) указан в приложении № 1 к договору № НГ-2013-13 залоге оборудования от 28 ноября 2013 года.

Предмет залога по соглашению сторон, в соответствии с подпунктом 3.1 договора, оценен в сумме 50 000 000 руб., перечень переданного в залог оборудования (1568 позиций) указан в приложении № 1 к договору № НГ-2013-13 о залоге оборудования от 28.11.2013.

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 13 октября 2015 года в рамках настоящего дела признаны обоснованными и включены в третью очередь реестра требований кредиторов ООО «Волгоградский завод буровой техники» требования ОАО «НафтаГаз» в размере 297 480 275 руб. 26 коп., из которого основной долг 282 525 478 руб. 29 коп., проценты за пользование денежными средствами 13 602 816 руб. 10 коп., проценты по статье 395 Гражданского кодекса Российской Федерации 1 310 933 руб. 55 коп., расходы по оплате госпошлины 16 047 руб., судебные расходы 25 000 руб., в том числе требования на сумму 92 081 637 руб. 33 коп., из которой долг 84 000 000 руб. и проценты за пользование денежными средствами на 8 081 637 руб. 33 коп., обеспечены залогом имущества должника (перечень переданного в залог оборудования в количестве 1568 позиций указан в приложении № 1 к договору № НГ-2013-13 залога оборудования от 28 ноября 2013 года).

Полагая, что вышеуказанный договор залога является недействительным на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, АО «ВМЗ «Красный октябрь» (впоследствие замененное на АО «Торговый дом «Красный октябрь») обратилось в суд с настоящим заявлением.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Из пункта 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 63 от 23.12.2010 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление Пленума ВАС № 63) следует, что пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие

совокупности всех следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Согласно статье 2 Закона о банкротстве, вред, причиненный имущественным правам кредиторов, - уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий либо бездействия, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

При определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в

пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего Постановления).

Оспариваемая сделка была совершена должником 28 ноября 2013 года, то есть в течение трех лет до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом (01 июня 2015 года – дата принятия Арбитражным судом Волгоградской области заявления о признании несостоятельным (банкротом) должника), то есть в период подозрительности, предусмотренные пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Удовлетворяя заявление о признании сделки недействительной, суд первой инстанции исходил из совокупности установленных им обстоятельств: наличия у Должника признаков банкротства по состоянию на ноябрь 2013; совершения сделки с заинтересованным лицом, осведомленным о наличии указанных признаков; причинения вреда в виде возникновения у АО «НафтаГаз» привилегированного положения при удовлетворении требований за счет заложенного имущества.

Апелляционная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции, полагает их основанными на фактических обстоятельствах спора и имеющихся документах.

Вывод о наличии у Должника признаков неплатежеспособности основан на анализе судом первой инстанции бухгалтерского баланса ООО «ВЗБТ» за 9 месяцев 2013 года и письма генерального директора должника ФИО5 от 08.11.2013, содержащиеся в котором сведения о финансовом положении ООО «ВЗБТ» соответствуют сведениям названного бухгалтерского баланса.

Так, генеральный директор ФИО5 владел информацией о финансовом состоянии должника и знал о наличии у должника признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества и не мог не осознавать, что ООО «ВЗБТ» не имеет возможности исполнить просроченные денежные обязательства перед кредиторами, удовлетворение требований одного или нескольких кредиторов приведет к невозможности исполнения денежных обязательств перед другими кредиторами.

Согласно письму ФИО5 от 08 ноября 2013 года № 501/180 адресованного представителю собственника ООО «ВЗБТ» ФИО6, итоги финансово-хозяйственной деятельности ООО «ВЗБТ» за 9 месяцев 2013 года полностью подтверждают наличие признаков банкротства в соответствии с пунктом 2 статьи 4 Закона о банкротстве:

1. По итогам первого полугодия предприятием получен убыток (до налогообложения) -210,3 млн. рублей. За 9 месяцев 2013 года размер убытка составил 354,9 млн. руб. В случае невыполнения производственной программы 2013 года (отсутствие реализации буровых установок в 4 квартале) размер убытка по итогу 2013 года вырастет до 500 млн. руб.

2. В первом полугодии 2013 года размер чистых активов составил (-) 1,6 мл. рублей. За 9 месяцев и 2013 год размер чистых активов составил (-) 211,0 млн. рублей и (-) 336,5 млн. рублей соответственно.

3. Размер задолженности по налогам и страховым начислениям по состоянию на 01 ноября 2013 года составляет 242,5 млн. рублей.

Кредиторская задолженность перед внешними контрагентами (без учета ТД ВЗБТ) за 9 месяцев 2013 года составляет 220,77 млн. руб., в том числе задолженность, переданная для взыскания через УФССП России по Волгоградской области составляет 3,5 млн. руб.

Задолженность по заработной плате на 01 ноября 2013 года за период с 01 июля 2013 года по 31 октября 2013 года составляет 88,1 млн. руб.

Судом первой инстанции исследовались и обоснованно отклонены доводы возражений относительно недостоверности бухгалтерского баланса за 9 месяцев 2013 года, основанные на его непредставлении в налоговый орган.

Судом учтено, что соответствующие квартальные балансы представлялись в ПАО «Сбербанк России» в рамках исполнения Должником обязательств по договорам залога. Балансы подписывались генеральным директором и, как указано выше, сведения баланса за 9 месяцев 2013 соответствуют сведениям о финансовых показателях должника, указанных в письме ФИО5 от 08 ноября 2013 года № 501/180.

Обстоятельства представления квартальной отчетности ранее исследовались и были установлены в рамках обособленного спора о действительности договоров залога № 323-ЗАЛ от 22.06.2012 и № 1-ЗАЛ от 19.03.2014, заключенных с ПАО «Сбербанк России» (определение Арбитражного суда Волгоградской области от 15.05.2017, постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.09.2017, постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 24.11.2017).

То обстоятельство, что Определением Верховного Суда Российской Федерации от 29.03.2018 по делу № 306-ЭС17-13670 (3) отменены судебные акты по обособленному спору о привлечении ФИО7 к субсидиарной ответственности и вопрос направлен на новое рассмотрение, по мнению апелляционной коллегии, не свидетельствуют об отсутствии у Должника признаков банкротства по состоянию на ноябрь 2013 года.

Так, как следует из указанного определения, направляя обособленный спор на новое рассмотрение, Верховный Суд РФ со ссылкой на разъяснения пункта 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих лиц к ответственности при банкротстве" отметил, что если руководитель должника докажет, что, несмотря на временные финансовые затруднения (в частности, возникновение признаков неплатежеспособности) добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил максимальные усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель освобождается от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным. Таким образом, для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности по упомянутым основаниям установление момента подачи заявления о банкротстве должника приобретает существенное значение, учитывая, что момент возникновения такой обязанности в каждом конкретном случае определяется моментом осознания

руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов. В связи с этим в процессе рассмотрения такого рода заявлений, помимо прочего, необходимо учитывать режим и специфику деятельности должника, а также то, что финансовые трудности в определенный период могут быть вызваны преодолимыми временными обстоятельствами. Указанные доводы оставлены судами первой и апелляционной инстанций без должной оценки, а обстоятельства, связанные с принятием Зацаринным Н.М. мер, направленных на финансовую стабилизацию завода - без исследования. В частности, суды не выяснили, являлся ли его план экономически обоснованным, до какого момента выполнение этого плана являлось разумным, какие причины привели к возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства (критический момент, в который должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов).

Таким образом, как в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих лиц к ответственности при банкротстве", так и в названном Определении Верховного Суда Российской Федерации от 29.03.2018 по настоящему делу отмечено различие момента возникновения у Должника признаков банкротства и момента перехода в стадию объективного банкротства.

Применительно к рассматриваемому спору о действительности оспариваемой сделки для установления совокупности условий, предусмотренных статьей 61.2 Закона о банкротстве, необходимо установление момента возникновения у Должника признаков банкротства и осведомленности сторон об этом.

Как указано выше, исходя из показателей баланса за 9 месяцев 2013 и письма генерального директора ООО «ВЗБТ» от 08 ноября 2013 года № 501/180, соответствующие признаки банкротства возникли у Должника на момент совершения оспариваемой сделки.

В соответствии с абзацем первым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом в силу статьи 19 этого Закона, либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника (пункт 7 названного Постановления).

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

В соответствии со статьей 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику – юридическому лицу признаются также:

руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение до момента возбуждения производства по делу о банкротстве;

лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце втором настоящего пункта, в отношениях, определенных пунктом 3 настоящей статьи, а

именно: его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

Как установлено судом первой инстанции и не оспаривается лицами, участвующими в деле, ОАО «НафтаГаз» является лицом заинтересованным по отношению к должнику.

Постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 11.07.2017 установлена заинтересованность ОАО «НафтаГаз» по отношению к ООО «Волгоградский завод буровой техники» в момент заключения обжалуемого договора, а именно: «ОАО «НафтаГаз» имело возможность контролировать деятельность должника, поскольку такие полномочия были представлены лицу, исполняющему полномочия единоличного исполнительного органа - ФИО6 на основании доверенностей, выданных Редзим Компани Лимитед, единственным участником должника в этот период. Так, в постановлении кассационной инстанции от 11.07.2017 указано, что при этом судами было установлено, что на момент совершения оспариваемой сделки единственным участником ООО «Волгоградский завод буровой техники» являлась компания Редзим Компани Лимитед (Кипр) - конечный бенефициар генеральный директор ОАО «НафтаГаз» (информация из СМИ и его личных заявлений) Керимов Токай Арифович является собственником ООО «Волгоградского завода буровой техники» с января 2013 г. В материалы дела представлены доверенности, подтверждающие полномочия ФИО6 действовать от имени единственного учредителя ООО «Волгоградский завод буровой техники» компании Редзим Компани Лимитед (Кипр) в течение 2013-2014 годов. Так же ФИО6 входил в состав членов совета директоров ООО «Волгоградский завод буровой техники» с мая 2013 года, в связи с чем, в соответствии со статьей 19 Закона о банкротстве, статьи 9 Федерального закона «О защите конкуренции», суды признали, что ОАО «НафтаГаз» является заинтересованным лицом по отношению к должнику».

Оспариваемая сделка заключенная с заинтересованным лицом в момент возникновения у должника признаков банкротства привела к причинению вреда интересам кредиторов должника, поскольку фактически повлекла возникновение на стороне заинтересованного лица преимущественного права удовлетворения его требований за счет заложенного имущества должника.

Пунктом 4 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 установлено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Указанная норма закрепляет принцип недопустимости (недозволенности) злоупотребления правом и определяет общие границы (пределы) гражданских прав и обязанностей.

ОАО «НафтаГаз», как заинтересованным лицом, было допущено злоупотребление правом при заключении обеспечительной сделки, так как совершение указанной сделки преследовало не цели обычного обеспечения своих прав требования в условиях стабильного положения должника, а иную цель, а именно - вследствие совершения оспариваемой сделки ОАО «НафтаГаз» получило возможность предпочтительного удовлетворения своих требований перед требованиями других кредиторов, что является достаточным основанием для признания сделки недействительной.

Очевидно, что в условиях уже возникших у ООО «ВЗБТ» финансовых трудностей, описанных в письме генерального директора ФИО8 от 08.11.2013, независимые кредиторы не могли рассчитывать на получение аналогичного обеспечения своих требований к должнику.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции не находит предусмотренных статьей 270 АПК РФ оснований для отмены или изменения судебного акта.

руководствуясь статьями 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Волгоградской области от 03 ноября 2017 года по делу № А12-18544/2015 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в кассационном порядке в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме через арбитражный суд первой инстанции, принявший определение.

Председательствующий судья И.А. Макаров

Судьи О.В. Грабко

С.М. Степура